Максим Едрышов: Попался на пьяном вождении – вот, пожалуйста! Проверяйте на хронический алкоголизм. Это будет эффективнее, чем тестировать всех

Максим Едрышов: Попался на пьяном вождении – вот, пожалуйста! Проверяйте на хронический алкоголизм. Это будет эффективнее, чем тестировать всех
Сергей Миронов: Мы всё равно будем добиваться отмены этой антинародной пенсионной реформы!
Владимир Пирожков: В современном мире в людях всё больше развивается цифровой аутизм
Иван Родионов: Перевести средства в негосударственный пенсионный фонд – всё равно что пойти в казино и поставить на «красное». Может выиграть, а может и нет
Наталья Агре: Долгие годы подготовка в автошколах была направлена не на безопасность движения, а на знание ПДД. А это очень разные вещи
Владимир Собкин: Не надо относиться к молодым, как к недоумкам, ждать, когда они вырастут - они уже выросли!
Борьба с курением превращается в борьбу с курильщиками?
Реальные цифры: борьба с курением
На больничный! Представители каких профессий в нашей стране болеют чаще всего?
Россия управляет соцсетями? Американские спецслужбы уже ждут российского вмешательства в выборы
У среднего класса дела средне. Россияне со средним доходом чаще других теряют работу. И ищут дольше
Гости
Максим Едрышов
руководитель Федерации автовладельцев России

Александр Денисов: «Что надо? Здрасьте. А я еду в гости к Насте». Еще раз вспоминаем эту песню «АК-47». «Парень молодой, парень молодой проехал пост в крови со всякой ерундой», – цитата из трека «АК-47». Парень молодой может ездить сколько угодно, по крайней мере до этого лета, в крови со всякой ерундой. Пока отложен норматив Минздрава – брать анализ у водителей на десять видов наркотиков, а также хронический алкоголизм.

Анастасия Сорокина: Сейчас заключение врача стоит 250 рублей. Планировалось, что с 22 ноября за справку придется заплатить 4 900 рублей. Цена должна была вырасти из-за анализов. В регионах у наркодиспансеров выстроились очереди.

Александр Денисов: Ну, сейчас очередей уже нет, все расслабились, поскольку норму отложили. Все уже спокойно. Когда удобно, придут и получат эти справки по-прежнему – сколько там? – за 450 рублей. Хотя, по-моему, эта справка стоит дороже.

Вот сейчас уточним все у Максима Ивановича Едрышова, руководителя Федерации автовладельцев России.

Максим Едрышов: Добрый день.

Александр Денисов: Да, здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Добрый день.

Александр Денисов: Я недавно проходил. По-моему, в наркодиспансере то ли 900 рублей, то ли 950 сейчас это стоит.

Максим Едрышов: По-разному. В разных регионах по-разному, но примерно от 500 до 1 000, если по стране взять. И хотели это увеличить до 5 тысяч сразу. Когда мы проводили такой мониторинг по стране, сколько это будет стоить, то практически везде этот анализ стоил бы 5 тысяч рублей.

И самое главное, что если еще есть оборудование проверять кровь человека без всяких проблем на наркотики, то для анализа на хронический алкоголизм (так называемый CDT) оборудования в некоторых регионах просто нет. И местные минздравы говорили: «Да ничего страшного, мы будем просто отправлять в соседний регион кровь для анализа. Ну, примерно месяц придется подождать».

Александр Денисов: Или: «Просто дыхни вот так вот», – и все.

Максим Едрышов: Нет, «дыхни» нельзя. Тем более многие говорили, что это все частные компании пролоббировали. Нет, это не совсем так. В самом приказе Минздрава было указано, что только государственные клиники имеют право проводить эти исследования. И в этом была тоже очень большая проблема. Если Москва и Санкт-Петербург еще более или менее оснащены этими приборами в том числе, то в остальных регионах, ну, по одному прибору, по два прибора на весь регион. И это создавало действительно очень большие проблемы.

Слава богу, одумались. Слава богу, что перенесли все это на полгода. Но мы со своей стороны считаем, что вообще надо это отменить и в корне по-другому подходить к этой истории. И мы – Федерация автовладельцев России – уже направили обращение в Правительство Российской Федерации со своими предложениями. И нам кажется, что самое эффективное – это все-таки брать этот анализ, в том числе и на хронический алкоголизм, у тех лиц, кто уже попался, скажем так, на пьяном вождении.

То есть человек ехал, попался – пожалуйста, направляйте его, исследуйте его кровь, хронический алкоголик, не хронический. Если хронический, то лечите его и принимайте уже решение, достоин ли он управления вообще автомобилей или нет. Все смотрят массово…

Александр Денисов: А давайте сообразим на троих. Мы же все автовладельцы, да? Все автовладельцы.

Максим Едрышов: Да.

Александр Денисов: Меня вообще бы не смутило. Ну, 5 тысяч? Ну, сдать анализы? Ну, сдам, пойду. Настя, как бы ты отреагировала?

Анастасия Сорокина: Я не могу понять, из чего складывается такая цена. Было 500, а стало 5 тысяч.

Максим Едрышов: Смотрите. Это импортные компоненты. Что такое CDT? Это…

Александр Денисов: А вы ушли от ответа. Вы бы как отреагировали?

Максим Едрышов: Да сдал бы, наверное.

Александр Денисов: Вот! Видите? Ха-ха-ха! 2:1. Анастасия воздержалась.

Анастасия Сорокина: Я пока не решила.

Максим Едрышов: Смотрите. Что такое CDT? CDT – это такой маркер специальный. Когда сдает человек кровь, ее исследуют и там смотрят содержание специального белка. Этот белок вырабатывается в организме, когда человек систематически употребляет алкоголь. Достаточно каждый день на протяжении месяца пить по одному бокалу вина всего лишь – и этот анализ скажет, что вы потенциальный алкоголик.

Александр Денисов: Ну извините, каждый день по бокалу – это уже готовый алкаш, это уже не норма.

Максим Едрышов: Ну…

Анастасия Сорокина: То есть вся Франция, везде, где виноделие, – там одни алкоголики?

Александр Денисов: Самый распространенный стандартный пример: мол, французы не болеют. Они умирают раньше – от сердечно-сосудистых заболеваний. Каждый день вино – нагрузка на сердце. И все, смерть! Они даже не доживают до цирроза печени. Понимаете? Настя, это в чистом виде алкоголизм.

Анастасия Сорокина: Кто останется за рулем, Саша, если введут такой контроль?

Максим Едрышов: Ну, в Европе, если переводить в юниты, как в Англии сделана система юнитов, то один бокал вина не вредит здоровью в принципе. Вот так говорят английские врачи, по крайней мере. Не знаю, можно ли им верить или нет.

Александр Денисов: Не самая здоровая нация, между прочим, с точки зрения алкоголизма.

Максим Едрышов: Ну, действительно, да. И если человек употребляет, хотя бы даже через день употребляет, но уже по полтора бокала вина, то этот белок у него в крови будет. И этот белок у него уйдет из крови только тогда, когда человек перестанет пить вообще, примерно через недели три.

Александр Денисов: «Засушится», говоря на нашем языке.

Максим Едрышов: Ну, три недели. Как шутят многие автовладельцы – никогда.

Анастасия Сорокина: То есть получается, что когда мы идем получать права, мы проходим медосмотр, где нужно попасть в диспансер. И через десять лет, когда мы меняем права. То есть человеку нужно просто три недели подождать, «завязать», а потом получить все справки и продолжить вести такую же жизнь, какой он жил раньше.

Максим Едрышов: Фактически – да. Но здесь вопрос, во-первых, в сроках проведения всех этих исследований. Действительно, в некоторых регионах сразу местные минздравы говорили о том, что месяц, три недели это все будет занимать. А люди к этому чуть-чуть не готовы оказались, потому что очень многие водители узнали буквально на прошлой неделе, в начале недели о том, что такие изменения предстоят. И сразу ринулись в медучреждения, чтобы пройти комиссию, во-первых, по-старому, во-вторых, дешевле, а в-третьих, быстро пройти, потому что сейчас медкомиссия проходится за один, ну максимум за два дня, если постараться и не спеша ходить между врачами.

Такие сроки – они ненормальные. Ну и все-таки сразу такой рост цены, стоимости правки – это, наверное, все-таки неправильно.

Александр Денисов: Два бака бензина 95-го. Ну хорошо, 92-го три бака.

Анастасия Сорокина: Хорошо, Саша, недорого. Но – смысл? Вот какой в этом смысл, если, по сути, это ничего не выявит?

Максим Едрышов: В том-то и дело. Этот маркер к тому же еще реагирует на некоторые заболевания. То есть если у человека проблемы с печенью, например, проблемы с легкими, то может прибор показать ложноположительную реакцию – и этого человека направят потом к наркологам, они будут с ним беседовать. То есть для него еще сильнее усложниться эта процедура. На некоторые лекарства…

Александр Денисов: Поспорю с вами, с обоими поспорю конкретно – после звонка.

Анастасия Сорокина: Из Новосибирской области Любовь на связи. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вы знаете, а я считаю, что это унижение всего нашего российского народа. Если у нас 30% наркоманов, то это не значит, что пенсионеры – наркоманы, что наши дети – наркоманы. Нас приравняли уже непонятно к чему. Вот я слушала, Владимир Владимирович говорит о деньгах, что столько денег нужно платить. Не о деньгах нужно заботиться, а о моральном состоянии наших людей. Ведь мы унижены, получается, бесправны, безвольны.

Александр Денисов: Спасибо, спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо за звонок.

Максим Едрышов: Вообще Любовь права на самом деле. Нас всех подозревают в том, что мы или алкоголики, или наркоманы. И государство хочет исследовать…

Анастасия Сорокина: А еще что у нас очень много денег. Например, 5 тысяч рублей, на два бака бензина.

Максим Едрышов: Ну, 5 тысяч рублей, два бака бензина, я понимаю. Но есть же регионы, где люди получают гораздо меньше. Даже президент назвал цифру в 3 миллиона 200 тысяч человек, которые получают минимальный прожиточный минимум. И при зарплате 11 тысяч отдать 5 тысяч за медсправку человек просто не в состоянии, у него нет этих денег. А сколько в регионах, в маленьких городах живет людей, которые получают даже по 20–30 тысяч рублей, которые платят коммуналку, а на остальные деньги живут? У них нет сбережений вообще никаких.

Александр Денисов: Спору нет. Зайдем с другой стороны. Хорошо, алкоголь – можно потерпеть три недели. С наркотиками такая история не пройдет. Даже если ты употребил несколько месяцев назад, это все равно в тебе «гуляет» – в моче, в волосах и прочее. Можно определить и марихуану, и тяжелые наркотики, и прочее.

Смотрите. У меня был такой сюжет, я его снимал в Волгодонске. Этот город знаменит своими трагедиями. История такая. Лихач в состоянии наркотического опьянения решил объехать пробку, надавил на газ, по обочине рванул. Там шли дети, возвращались, откуда-то они шли. Естественно, там трагедия – погибло, по-моему, трое детей. Вот давайте объясним родственникам погибших детей, что не нужно брать анализ на наркотики.

Максим Едрышов: Стоп! А вы думаете, что…

Александр Денисов: Если бы этого товарища проверили раньше на наркотики, этой катастрофы бы не было, он эти права не получил бы. Не нужно говорить, что он занес бы взятку. Попался бы. И это было бы сложнее.

Максим Едрышов: А что ему мешало сесть без прав за руль в принципе? Если у человека ничего святого абсолютно нет, он позволяет себе управлять автомобилем и пьяным, и в наркотическом опьянении, то этих людей не останавливает наличие водительского удостоверения у них. Он сядет и поедет спокойно.

Александр Денисов: То есть вы клоните к тому, что защиты от дурака нет?

Максим Едрышов: Защита от дурака есть. И она заключается, как правило, если взять мировой опыт все-таки, в стремлении государства к тому факту, чтобы была неотвратимость наказания, чтобы человек знал: «Я превысил скорость на 21 километр в час – мне пришел штраф. Я сел за руль пьяный – на меня или, – извиняюсь за выражение, – настучат соседи, либо меня за углом остановит полицейский просто, и меня лишат прав. Я буду платить штраф 30 тысяч и буду еще ходить без прав. Сяду я за руль без прав – меня поймают».

У нас же такого нет. У нас же на авось все. Я сколько раз ездил в рейды с Госавтоинспекцией, когда они действительно ловят пьяных водителей. И каждый пьяный водитель говорил о том, что ему просто не повезло. Они искренне считают, что все ездят пьяные за рулем. Вот просто кому-то везет – и его не ловят, а кому-то не везет – и его ловят.

И здесь этот анализ, по сути-то, ни о чем. У нас действительно всех подозревают в наркомании и алкоголизме, а больше-то ничего.

Александр Денисов: Но все не сядут, а те, у кого выявили. Ну хорошо, один-два. А остальные? Все, окажутся без прав. Он все равно подумает: его тормознут, и он может сесть. На сколько? На 15 суток?

Максим Едрышов: Может, да. А может, и нет. Из-за этих анализов и сложности прохождения я не исключаю, что будет категория водителей, особенно в сельских территориях где-то, которые просто скажут: «Да зачем мне эти права? Ездил всю жизнь, гаишников не было никогда. Буду без прав ездить потихонечку». Почему нет?

Александр Денисов: Алексея Долматова – ну, рэпера Гуфа – все знают, да? Не раз его за наркотики… Анализы показывали и все прочее. Человек не ездит за рулем. Он утверждал вообще поразительную вещь, он говорил: «Я после марихуаны рулю даже лучше, спокойнее, чем, например, на трезвую голову». И он рассказывал, что каждый раз, как только его сотрудник ДПС тормозил, он сразу ему говорил: «Все, едем на анализы». Он уже знал, кто перед ним. Он говорит: «Каждый раз я отдавал по 200–300 тысяч. В итоге посчитал, что на целый, на джип Tahoe наотдавал этих денег». И все, он ездит с водителем. Вот вам пример – человек перестал садиться за руль.

Максим Едрышов: Но не у всех есть возможность ездить с водителем, в принципе, а ездить все-таки иногда надо людям. Ну, здесь вопрос в стоимости в том числе, в стоимости, в непонятности. И какой это эффект даст? Тут большой вопрос.

Анастасия Сорокина: Врачи-наркологи уже начинают писать. Саратовская область: «Я как врач ответственно заявляю, что сейчас нет даже достаточного количества лабораторий». То есть нет условий для того, чтобы…

Максим Едрышов: Да. Это то, о чем мы говорили. В Курганской области, например, вообще нет лабораторий. И они собирались или в Тюменскую область, или в Челябинскую область – ну, в соседний регион – направлять.

Представьте – водитель приезжает куда-то, сдает анализ, а ему говорят: «Приходите через полтора месяца». А у него права послезавтра заканчиваются уже. Я понимаю, что можно заранее все сделать. Ну, это очень сложные процедуры. И люди правда выделяют себе целый день, чтобы сделать процедуру.

И стоимость. Если брать стоимость, то все врачи-наркологи, по крайней мере с которыми я общался, они говорят, что себестоимость этого маркера CDT – примерно 2 500 рублей. Но поскольку у нас эти наркологические центры фактически монополисты, они решили, что почему бы не взять по 5 тысяч рублей с человека. Ну, вот так вот.

Если взять вообще в принципе мировой опыт, то в Германии, например, водитель за медицинское обследование платит порядка 25 долларов. В Штатах медобследование водителя включает в себя окулиста, включает в себя…

Александр Денисов: 25 долларов – это примерно 1 800.

Максим Едрышов: 25 евро, я извиняюсь. Мы про Германию говорили.

Александр Денисов: 25 евро – это у нас будет полторы с чем-то тысячи.

Максим Едрышов: Да. В Соединенных Штатах 12 долларов стоит в большинстве штатов этот первичный осмотр, чтобы на тебя посмотрели и сказали, можешь ли ты ездить за рулем или нет.

Анастасия Сорокина: Простите, а совместить с диспансеризацией это никак нельзя? Там же сдаются те же анализы, та же кровь.

Максим Едрышов: Да легко! Очень легко это можно совместить с диспансеризацией. И если бы диспансеризацию проводить не раз в десять лет, а чуть почаще, может быть, и поздоровее наши водители будут. У нас же еще одна большая проблема – это получение справки раз в десять лет. У нас фактически водитель проверяет себя каждые десять лет, ходит, его там обследуют.

Александр Денисов: За десять лет и спиться можно.

Максим Едрышов: За десять лет все что угодно может произойти.

И в этом плане, конечно, может быть, автолюбителям многим не понравится, но мне нравится очень белорусский опыт. Медсправку в Белоруссии никто не просит возить с собой, но она должна быть действующая. И в случае, например, ДТП, если у тебя нет действующей медсправки, то просто твоя страховка не работает, ты считаешься без права управления транспортным средством.

Анастасия Сорокина: А страховку нужно получать там как?

Максим Едрышов: Страховка – раз в год. А медсправка – раз в два года. Для некоторых категорий – для водителей помоложе – раз в три года. После какого-то возраста раз в год начинают все эти обследования проводить.

Ну, хороший опыт. Потому что действительно за десять лет с человеком все что угодно может случиться. И одни из последних новостей: МВД все-таки договорились с Минздравом, и теперь будут передавать сведения…

Александр Денисов: Данные о наркоманах и алкоголиках.

Максим Едрышов: Да. Потому что это никто сейчас не передает. Планируют, хотят разрешить приостанавливать действие водительского удостоверения, чтобы водитель повторную комиссию проходил. Но сейчас этого ничего абсолютно нет. И это как-то несколько настораживает, конечно.

Анастасия Сорокина: Звонок из Иркутской области, Роман. Здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Анастасия Сорокина: Добрый.

Зритель: Меня на самом деле беспокоят две вещи. Я недавно как раз проходил переосвидетельствование. У меня получилось так, что я три или четыре дня только ездил в наркологический диспансер, чтобы это пройти. И разговаривал с людьми – было в точности то же самое. То есть они дней по пять даже ездят. Почему? Потому что прием ведется с 8 до 12. Фактически запись на тест ведется до 10 часов, а потом просто говорят: «Вы опоздали, приезжайте завтра». И в результате я плачу 1 500 тысячи рублей за тест, который действителен в течение трех суток, заметьте. То есть фактически при желании трое суток наркоман, я думаю, выживет, а на дороге он окажется.

Александр Денисов: Роман, давайте признаем, что этот анализ, точнее, это посещение наркологического диспансера – это сущая формальность. Вы так долго пытались туда попасть. В итоге сама процедура – две или три минуты. Вас спрашивают: «Пьете/не пьете? Наркоман/не наркоман?» И все, выписывают, ставят штамп. Все, свободен!

Зритель: Да. И еще плюс к этому… Как вы проходите этот тест? С вами девушка идет в туалет, которая наблюдает, как вы, извиняюсь, делаете свое дело. При этом по три человека она пропускает и так далее. Ну, это жуткое издевательство над людьми на самом деле, в моем понимании.

Александр Денисов: Слушайте, у меня такого не было, со мной никто в туалет не ходил.

Анастасия Сорокина: Вот в Иркутской области так.

Зритель: Я говорю, что… Я даже могу снять видео, как это делается у нас. По три человека приходят в туалет. Заходит девушка-санитарка. Я не знаю, врач она или кто. И она говорит: «Вы, ребята, не переживайте». На самом деле я прекрасно понимаю, насколько ей это неприятно. Но это указание сверху. И на самом деле вот такого издевательства просто… Я в жизни представить не мог, что вот так могут делать.

Александр Денисов: Роман, уточнение: а вы для чего сдавали этот анализ? Потому что, когда я на права сдавал, я такого не делал.

Зритель: У меня просто закончился срок на водительское удостоверение. И я на самом деле просто делал… Ну как? Я не совсем правильно помню, как процедура называется. Просто продлевал еще раз действие своего водительского удостоверения.

Александр Денисов: Спасибо. Очень интересно!

Анастасия Сорокина: Спасибо, спасибо, Роман.

И еще один звонок – из Алтайского края. Галина на связи. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Говорите, пожалуйста.

Зритель: Я хочу сказать, что это просто очередной отъем денег у населения, ничего больше. Ничего там не собираются ни выяснять, ни прояснять, а просто лишь бы собрать очередную сумму денег. С нас уже на что только ни собирают. Новое придумали, как бы выдрать деньги из населения. Больше ничего. До свидания. Спасибо.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо, Галина.

Максим Едрышов: Вот это тоже большая проблема…

Александр Денисов: Максим, разъясните вот эту историю из Иркутской области. Вот что там?

Максим Едрышов: Я не понимаю, зачем они берут мочу и сейчас ее проверяют.

Александр Денисов: Я такого не делал.

Максим Едрышов: Этого требования нет, в принципе, в приказах Минздрава. Просто достаточно прийти к наркологу. Ну, все знают, что это дяденька или тетенька, который, заговорщицки подмигивая, спрашивает: «Выпиваете?» Ты говоришь: «Нет-нет, никогда». – «Ну все, здоров, значит». На этом все заканчивается.

Александр Денисов: А еще спрашивают: «Вспышки у вас бывают? А плохое настроение?»

Максим Едрышов: Вспышки, агрессия, что-нибудь такое. А когда люди ездят по пять дней в одно и то же место, которое работает в крайне неудобные для человека часы, то это результат всего лишь одного: у Минздрава нет электронной базы, где было бы написано «наркоман», «алкоголик», что у человека есть какие-то противопоказания к управлению транспортными средствами. Это большая проблема. Минздрав эту базу создает-создает, но вот как-то не идет.

Анастасия Сорокина: А вы думаете, там все наркоманы и алкоголики?

Максим Едрышов: Вообще любой гаишник в стране… Вот сейчас выйти из этой студии, подойти к гаишнику – и он сможет проверить любое нарушение любого гражданина Российской Федерации, совершенное хоть где в пределах страны.

У врачей такой возможности нет. Поэтому надо ехать по месту жительства. Нужно смотреть, чтобы амбарные книги поднимали, смотрели, нет ли человека в этих списках или он там есть. Единой базы нет.

Анастасия Сорокина: Но есть же списки, как вы сказали. Если было совершено ДТП в пьяном виде, то это же будет отображаться?

Максим Едрышов: Да, это есть. Но сейчас этих лиц к наркологам вообще не направляют. То есть если человек…

Александр Денисов: С ними и там все понятно.

Максим Едрышов: Если человек выпил, например, его поймали или в наркотическом опьянении, он проходит освидетельствование. Если в наркотическом опьянении, то чаще всего их ставят на учет в наркологию в автоматическом режиме. Потом уже он должен походить год к врачу-наркологу, посдавать анализы. Если в течение года все чистенько, то его снимают абсолютно.

С алкоголиками такого нет вообще сейчас. То есть просто он сходил с суд, его лишили права управления, штраф в 30 тысяч заплатил или не заплатил, машину на штрафстоянку. Через полгода, когда у него срок закончился, он просто должен прийти с медсправкой – и все, и возвращают ему обратно водительское удостоверение, но после сдачи экзамена теоретического.

Александр Денисов: Все заново? Теорию?

Максим Едрышов: Теорию. Практику не надо сдавать, только теория сдается.

То есть вот то, что мы предлагаем как раз… Если хочется Минздраву проверять людей на хронический алкоголизм и выявлять тщательно наркоманов, так может быть, с этими людьми и надо работать? Потому что человек уже позволил себе сесть за руль. Может, у него правда какие-то проблемы с алкоголем?

Потому что то, что человек употребляет алкоголь – не значит, что он вообще в принципе когда-то за руль в нетрезвом состоянии сядет. Это вещи, которые иногда даже взаимоисключающие. Я знаю много людей, которые действительно употребляют алкоголь практически ежедневно по чуть-чуть, но при этом эти люди никогда в жизни не сядут за руль пьяные. Он вызовет такси просто и поедет, если ему надо куда-то. А нас всех просто под одну гребенку, «давайте всех проверять».

И наш последний принятый звонок, конечно, еще показательный тем, что Минздрав никакой кампании информационной вообще не проводил. Просто сказали: «Ребята, мы с 22 ноября начинаем тестирование, готовьте 5 тысяч». Все! А что это за исследование, зачем оно нужно…

Александр Денисов: Это было неожиданно, согласен, да, как-то вдруг, внезапно.

Максим Едрышов: У Минздрава с информационным сопровождением большие проблемы, как показала пятница.

Александр Денисов: За что и поплатились.

Максим Едрышов: В четверг они еще отменили действительно этот приказ, но рассказать решили об этом в пятницу.

Анастасия Сорокина: Татьяна из Московской области на связи. Здравствуйте. Татьяна?

Зритель: Да-да, я на месте.

Анастасия Сорокина: Хорошо. Говорите, Татьяна.

Зритель: Добрый день.

Александр Денисов: Здравствуйте.

Максим Едрышов: Добрый день.

Зритель: Вы знаете, я бы хотела выразить свое мнение по этим справкам нашим. Вы знаете, показывают в передаче, что стоит очень много народу за этими справками. Я вам могу сказать, что действительно в этих очередях стоят добропорядочные люди, которые не употребляют, не наркоманят, ничего не делают. А вот те, кто этим делом занимаются (будем говорить так), вот они эти справки просто-напросто покупают. Я вам могу сказать на сто процентов, что эти справки у нас покупаются. И как они раньше покупались, так и сейчас. А сейчас просто на этом будут наживаться врачи, которые будут их продавать.

А вот лучше бы занялись теми, кто продает наркотики. Вот это было бы очень интересно. У нас живут пять семей… Как они-то называются? Цыгане. Вы бы видели их дома, вы бы видели их особняки! Чем они занимаются – все знают, но никто их не трогает. Сейчас, на данный момент построился дом – 800 квадратных метров. Его даже не хочет принимать газовое хозяйство в эксплуатацию, потому что у нас по улице стоят очень маленькие дома, а вот к ним… Вы представляете, что уже не будет такого напора газа. Вот почему ими не займутся – теми, кто продает это? И все знают.

Александр Денисов: Спасибо, Татьяна, спасибо за мнение.

Сергей из Новосибирской области еще дозвонился. Сергей, добрый день.

Зритель: Здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Зритель: Я бы хотел сказать по этому вопросу. Конечно, я считаю, что надо жестче, чтобы выявлять водителей, к примеру. Вот сел он за руль. Может быть, у него какое-нибудь заболевание, и это ДТП спровоцирует. А вот по цене, сейчас за эти справки берут. С ценой чтобы мягче как-то, если уж государство решило…

Александр Денисов: Надо подразобраться с ценой?

Зритель: Да. Потому что не у каждого, во-первых, есть такие средства. Ну, вы представьте – по 8 тысяч платить. Еще и сейчас ажиотаж такой, очереди, все хотят успеть по этой цене. Ну конечно, чтобы и цена была приемлемая. А так я думаю, что действительно надо выявлять. Если человек употребляет, пьющий, то естественно, что надо выявлять и не допускать такого. Будет меньше и ДТП.

Александр Денисов: Спасибо, Сергей, спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо.

Александр Денисов: Максим, ну давайте компромисс с вами тогда найдем, выработаем, как политики говорят. Цена вопроса? Понятно, что на наркотики нужно проверять. Пусть с вашим CDT бабка надвое сказала – там и кефир может показать, и нет у нас материалов, чтобы выявлять, они все импортные. Бог с ним. А с наркотиками-то надо же разбираться?

Максим Едрышов: С наркотиками надо. Но при этом тот же наркоман, воздерживаясь просто от употребления наркотиков даже в течение недели, – скорее всего, у него может что-то не показать.

Александр Денисов: За неделю не исчезнет, там нужны месяцы.

Максим Едрышов: Ну, смотря что употребляет.

Александр Денисов: Да.

Максим Едрышов: Безусловно, с наркотиками надо бороться. Но опять же почему каждый человек должен сдавать на наркотики? Если у вас есть какие-то объективные показания – не знаю, следы инъекции, может быть, неадекватное поведение… И любой нарколог на самом деле наркомана видит сразу. Он видит человека, который употребляет наркотики.

Александр Денисов: То есть даже без анализа крови? Он вошел в кабинет…

Максим Едрышов: Ну, визуально, визуально.

Анастасия Сорокина: Профессиональным глазом.

Максим Едрышов: Когда люди работают с такой категорией, то сразу уже как-то у них взгляд наметан. Если он действительно как-то заподозрил – ну и направляйте его. Зачем всех подряд направлять?

И стоимость анализа, ну правда… В некоторых регионах стоимость получения справки от нарколога выросла фактически в 13–15 раз. Как-то это не очень нормально, в принципе. И люди к этому явно не готовы. И это показали очереди, когда стояли сотни, может быть, даже тысячи людей по всей стране. Люди приходили к 6 утра, занимали очередь, записывали номерки. То есть такие старые добрые времена вернулись, когда человек записывается: «Я – 286-й. И я понимаю, что я не пройду сегодня». Его очередь на завтра переносится.

Вот этот ком шел, пока действительно не объявили: «Ребята, мы погорячились. Давайте мы перенесем на позже». Как выяснилось, на 1 июля сейчас перенесено это, вступление в силу. И Минздрав обещал как раз подумать вообще, а целесообразно ли всех подряд так освидетельствовать или нет. Проблема есть, но вот это поголовное освидетельствование не решает ничего абсолютно.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо.

Александр Денисов: Хотя, как мы с вами выяснили, мы не против сдать анализы. Анастасия не решила. Или решила уже? Сдаешь или не сдаешь? Признайся!

Анастасия Сорокина: Я ответственно подхожу к вождению автомобиля. Конечно, сдаю.

Максим Иванович Едрышов, руководитель Федерации автовладельцев России, был у нас в студии. Спасибо.

Максим Едрышов: Спасибо.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: А мы расскажем, что ждет вас в вечернем выпуске программы «Отражение».

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Владимир
Сергей Шигурнов и Максим Едрышев озвучивают простые (потому и мудрые) мысли...

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски