Максим Едрышов: Ну, есть теперь у иностранца в кармане российская корочка автоправ, но стиль-то вождения от этого не меняется никак!

Максим Едрышов: Ну, есть теперь у иностранца в кармане российская корочка автоправ, но стиль-то вождения от этого не меняется никак!
Реальные цифры: что с работой?
Как люди переносят вынужденное заточение в своих домах и квартирах?
У нас огромный фонд национального благосостояния, мы все ради него работаем. Зачем он нужен, если не для того, чтобы помочь людям?
Дмитрий Градинар «Рождественская сказка»
Самоизоляция самоизоляции - рознь
История учит нас, что карантинные меры - единственное, что может помочь при эпидемии
Дыхательные и разминочные упражнения для детей и взрослых
Занимательные физические опыты. Показывает популяризатор науки Юрий Трифонов
Как справиться со стрессом?
Кто работал, а кто нет на выходной неделе? Итоги опроса
Гости
Максим Едрышов
руководитель Федерации автовладельцев России

Александр Денисов: ОНФ ставит риски в колеса. Эксперты Общероссийского народного фронта выявили закономерность между числом нарушений и авариями, она такова: если водитель 40 раз нарушил правила, то на 41-й попадет в аварию. И предлагают разделить автовладельцев по категориям: с нулевым риском, средним и высоким. К какой категории относитесь вы?

Ольга Арсланова: Вот такая идея про группы риска от ОНФ. Но мы решили составить свой список самых опасных людей на дороге прямо сейчас, как мы надеемся, с вашей помощью. Кто там может быть? В соцсетях, например, сегодня водители ругают «героя» Ярославского шоссе в Москве: парень едет по скоростной трассе на самокате. Вот как это было.

Александр Денисов: Парень-то совсем маленький.

Ольга Арсланова: Видно, да? Вот видно. Нет, не очень хорошо. А сейчас видно. Наверное, не самое удобное место для самоката – скоростная трасса, 90 километров в час. Естественно, водители недовольны.

Но на самом деле не только за это, наверное, будут голосовать водители. К велосипедистам тоже есть претензии.

Александр Денисов: Да и к пешеходам тоже претензии.

Ольга Арсланова: Вот опрашивал уже автомобилистов ВЦИОМ. Опасными нарушениями на дороге граждане считают вождение в нетрезвом виде (смотрим на этот список), проезд на красный свет, превышение скорости, нарушение правил обгона и выезд на встречную полосу. При этом…

Александр Денисов: А многие водители как раз боятся пешеходов, особенно пьяных на темной дороге, или таксистов с иностранными правами.

Какие люди самые опасные на наших дорогах для водителей, пешеходов, велосипедистов, пассажиров и водителей маршруток? Наверняка будут разные ответы. Что думаете вы? Подключайтесь к обсуждению.

Ну а в студии у нас – Максим Едрышов, руководитель Федерации автовладельцев России. Максим, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Максим Едрышов: Добрый день.

Ольга Арсланова: А вы такие исследования проводите, опросы какие-то?

Максим Едрышов: Нет, мы такие исследования не проводим. Но эти исследования проводятся каждый год сами по себе просто, когда Госавтоинспекция у нас обозначает, какие категории граждан попали в ДТП, из-за чего это произошло. Если посмотреть на статистику, то одна из первых причин, например, гибели людей на дорогах – это выезд на встречную полосу там, где это запрещено, и иногда там, где это разрешено формально.

Ольга Арсланова: То есть это объективно самое опасное?

Максим Едрышов: Ну да. И именно поэтому, если мы говорим о новых трассах, которые строятся, как только появляется разделительная полоса, аварийность падает практически до нуля. То есть повышается скорость перемещения автотранспорта – и аварийность сразу же снижается, потому что физически, если разделить встречные потоки, то это на безопасности сказывается в первую очередь.

Ольга Арсланова: Но это если на каких-то больших трассах, если это возможно.

Максим Едрышов: Ну, иногда.

Ольга Арсланова: А возьмем дороги региональные – полутемные, полуосвещенные, непонятные…

Максим Едрышов: Пьяные водители. Пьяные пешеходы на самом деле тоже не менее опасные. В городах велосипедисты, не всегда адекватно себя ведущие на дороге, особенно когда велосипедист пытается проехать с большой скоростью по пешеходному переходу, хотя по ПДД он должен спешиться на нем. И водители могут просто не заметить иногда велосипедиста, который стремительно выезжает на пешеходный переход.

Ольга Арсланова: Ну, он слишком быстро выезжает, в отличие от пешехода.

Максим Едрышов: И его сбивают. А если посмотреть на этот случай, который на Ярославском шоссе, то мальчик-то ничего не нарушил.

Ольга Арсланова: Почему? Как?!

Максим Едрышов: А у нас не регламентированы действия водителей электросамокатов вообще. Об этом впервые заговорили два года назад. Госавтоинспекция сказала, что неплохо было бы как-то упорядочить их движение, но до сих пор это все проекты и ничего еще не принято.

Александр Денисов: Кстати, это не единственный случай, таких роликов полно, и именно почему-то с Ярославкой. Там такие летают.

Максим Едрышов: Ну, может, в том направлении…

Ольга Арсланова: …живут владельцы электроскутеров. Подождите. Формально, раз там есть… А что там? Там мотор какой-то, да?

Максим Едрышов: Там есть электродвигатель, но он настолько мал, что это не считается по закону транспортным средством. По сути, лица, управляющие электросамокатами, приравниваются к пешеходам.

Если мы возьмем весь остальной мир, за исключением России, то в прошлом году было очень много изменений в европейских странах по поводу электросамокатов. В Германии, например, обязали водителей электросамокатов иметь страховку, запретили ездить пьяными и запретили ездить больше 30 километров в час. При этом полный запрет на движение по тротуарам.

Александр Денисов: Кстати! Ладно, что он там едет. Когда я на работу иду, выхожу, там рядом ВГИК у меня, и, по-моему, преподавательница – она несется! У нее аж кудри развеваются на этом скутере. Скорость дикая! И хочется все время ее тормознуть и сказать: «Родная, ты куда так летишь-то?»

Максим Едрышов: Причем по стране за прошлый год…

Александр Денисов: По тротуару пешеходному она несется, обгоняя машины. То есть машины медленнее едут на проезжей части. А она прямо насквозь шпарит!

Максим Едрышов: За прошлый год в стране было несколько случаев, когда водители электросамокатов (ну, будем так их называть – водители) въезжали в пешеходов, которые шли по тротуару совершенно спокойно, и причиняли им травмы. Иногда это были переломы, иногда просто ушибы. Это все такое достаточно опасное явление. И электросамокатчик тот же самый часто не понимает, что он, ну правда, двигается очень быстро, со скоростью, которая позволит ему если не убить, то покалечить человека очень серьезно.

Ольга Арсланова: Вот вы сказали, что у нас водитель электроскутера (назовем его водителем все-таки) приравнен к пешеходу.

Максим Едрышов: Ну да.

Ольга Арсланова: А что, пешеходу по Ярославскому шоссе можно так рассекать, в неположенном месте?

Максим Едрышов: Ходить – нет. Вот здесь правовой вакуум такой создался. Если с велосипедами более или менее понятно, где они должны двигаться, по какой полосе они должны двигаться, то насчет водителей самокатов вообще ничего нет в ПДД.

Ольга Арсланова: Давайте еще о ненавистных категориях поговорим. Они уже сформировались, даже на нашем SMS-портале. Вот пишут: «Очень боюсь каршеринга». Такое отношение к водителям, которые арендуют автомобили, с чем связано? И насколько оно оправдано, как вам кажется?

Максим Едрышов: Мне кажется, оправдано. Все-таки у нас люди часто стараются сэкономить по необъективным причинам.

Александр Денисов: Они торопятся быстрее припарковаться.

Максим Едрышов: Я просто знаю несколько человек, которые активно пользуются каршерингом, у них есть свои машины. И ездить с человеком…

Ольга Арсланова: Я просто тоже каршерингист. Мне обидно сейчас было!

Максим Едрышов: Ездит человек на своей машине – он нормальный и адекватный водитель. Садится на каршеринг – и начинаются какие-то гонки постоянно. Ну я не знаю, есть категория людей, у которых манера вождения, когда они садятся на каршеринг, меняется сразу же. Ну, желание сэкономить 4–5 рублей всегда, видимо…

Александр Денисов: Сильнее здравого смысла, да?

Ольга Арсланова: Зрители пишут, что еще каршеринг выдают же всем кому ни попадя, то есть не проверяют этих водителей.

Максим Едрышов: Ну да.

Ольга Арсланова: Это могут быть какие-то малолетние водители, у которых еще мало опыта. Права они получили, а…

Максим Едрышов: Нет, слушайте, ГИБДД тоже всем кому ни попадя дает – лицам, которые сдали экзамен. В принципе, точно такие же люди.

Ольга Арсланова: Какие тут претензии.

Максим Едрышов: Ездят и на своих машинах в том числе. А на каршеринге многие, действительно, стараются сэкономить, поэтому скорость максимально приближенная к максимально разрешенной на этом участке. Если замигал зеленый, то каршеринг, скорее всего, останавливаться не будет, а пронесется просто мимо этого. Ну, все мы наблюдаем эти картины. И очень много водителей каршеринга попадают в ДТП.

Раз вы заговорили вначале об инициативе ОНФ, о разделении водителей, то ОНФ предлагает же разделить на классы различной степени риска. И каршеринг, по их предложению, имеет высокую степень риска – там двойной коэффициент по сравнению с обычным водителем.

Ольга Арсланова: Вот смотрите, нам пишут: «У водителя 40 нарушений? Так его надо прав лишать и отправлять на учебу. Нельзя рисковать здоровьем людей». Но мы понимаем, что штрафы штрафам – рознь. Если он 40 раз нарушил правила парковки, то, наверное, он не очень опасен для окружающих, а в эту статистику ОНФ попадет по формальному признаку.

Максим Едрышов: Ну, здесь такая тонкая грань. Действительно, не за все нарушения нужно отправлять водителя на пересдачу. Такое предложение сейчас есть по изменению в КоАП. Есть нарушения опасные, которые действительно влияют на опасность, и те, которые не влияют на общественную опасность. Те же самые правила парковки, боюсь, что на безопасность дорожного движения не влияют вообще никак.

Александр Денисов: Ну как? Я не соглашусь, Максим. Вот запарковался он… Правило есть: за 5 метров до пешеходного перехода. Да?

Максим Едрышов: Ну да.

Александр Денисов: Если улица плотная, то все впритык встали, не видно пешехода, который выходит. Все!

Максим Едрышов: Ну, тоже верно.

Александр Денисов: Он вышел – и его сбили. Вот нарушение правил парковки.

Максим Едрышов: А если водитель встал под знаком?

Александр Денисов: Это смертельно опасно. Тут как посмотреть.

Максим Едрышов: Ну, нарушения правил парковки тоже бывают разные.

Александр Денисов: Конечно.

Максим Едрышов: Так же, как и выезд на встречную полосу бывает разный: иногда просто водитель зацепил при повороте налево сплошную линию разметку, а иногда целенаправленно выехал и поехал обгонять весь поток, который идет вместе с ним. И здесь, ну правда, очень тонкая грань.

И если посмотреть вообще тот же самый опыт европейский, то у тех же немцев есть система, которая называется Idiotentest, она уже придумана. Когда водитель несколько раз совершает нарушение правил дорожного движения, то его может направить действительно полиция сначала на курсы к психологу, который выяснит, понимает человек реальность или нет, можно ли ему ездить за рулем. А потом он отправляется после психолога на пересдачу правил дорожного движения.

Александр Денисов: Вот у нас бы неплохо к психологу или на курсы по снижению самоуверенности, потому что есть люди, и я уверен, что у них стопроцентная убежденность, что они профессионалы. Вот им объяснять: «Если вы думаете, что вы профессионалы, то это не вы, а люди, которые видят вас в зеркало заднего вида, эти бешеные скачки на дороге, притормаживают, понимают, что нужно соблюдать дистанцию – и вам все сходит с рук. Это не вы профессионалы, а другие».

Ольга Арсланова: Самая большая опасность на дороге – это понты.

Александр Денисов: Понты. Вот!

Максим Едрышов: Это правда, это правда.

Ольга Арсланова: Носителей этих понтов давайте найдем.

Максим Едрышов: А они разные.

Ольга Арсланова: Кто?

Максим Едрышов: Это может быть кто угодно абсолютно.

Ольга Арсланова: Ну кто обычно, как правило? Это люди на дорогих машинах? Это, наоборот, люди на дешевых машинах, которые компенсируют цену понтами?

Максим Едрышов: Я думаю, их примерно равное количество. Ну, людей на дорогих машинах видно сразу. Потому что резко разгоняющуюся Daewoo Nexia можно к вечеру забыть. А если вы видите Ferrari на дороге, то это как-то запоминается больше и сильнее.

Ольга Арсланова: Смотрите, значит, наш рейтинг, антирейтинг самых опасных пополняют, судя по SMS-порталу, иностранные таксисты. Почему их так боятся?

Максим Едрышов: А как их отличить, иностранные они или нет? По лицу не скажешь – гражданин Российской Федерации он или нет.

Ольга Арсланова: Опустим этот момент. Это очень тонкий момент.

Максим Едрышов: Только при личном общении можно узнать. Но самое страшное для водителя вообще – попасть в ДТП с водителем-иностранцем, у которого нет российского удостоверения, иностранные номера, и он едет куда-нибудь дальше, в теплые страны, где он живет, потому что потом какое-то возмещение получить с него в принципе невозможно. А у этих людей полис ОСАГО.

Ольга Арсланова: Подождите. Но не секрет, что агрегаторы такси часто берут на работу… даже не берут на работу, а они сотрудничают с людьми из сопредельных стран, которые здесь подрабатывают.

Максим Едрышов: Да.

Ольга Арсланова: И у этих людей часто не российские права, как правило.

Максим Едрышов: Права у них российские, как правило, потому что сейчас это не так сложно сделать. И в законодательстве, в законе «О безопасности дорожного движения» есть прямое требование: если водитель занимается работой на автомобиле, то он должен иметь национальное водительское удостоверение. Эти поправки были внесены в Госдуму несколько лет назад, когда случилось ДТП с одним иностранным водителем. Депутаты посчитали, что если будет у него в кармане лежать «корочка» российская, то это должно повлиять как-то на его поведение на дороге.

Ну, переносили очень долго эти поправки. Сейчас это вступило. Ну, сдают они теоретический экзамен. Ну, показывают, что они могут ездить. Но стиль вождения-то от этого не меняется.

Александр Денисов: Вы знаете, дело, наверное, не только в правах, а и в режиме труда, потому что спать в машине, подскакивать, когда к тебе приходит заказ, потом опять спать… То есть вот тот случай – он же уснул и сбил восемь пешеходов во время Чемпионата мира. Вот эта история была.

Максим Едрышов: Ну и эта история была.

Александр Денисов: Он просто заснул за рулем, да. Скорее дело в эксплуатации такой.

Максим Едрышов: И здесь «корочки» не влияют никак. Действительно, водитель такси… вернее, агрегаторы создают такие условия для водителя, что если он хочет более или менее достойно заработать, то он должен работать больше 10–12 часов в сутки точно.

Ольга Арсланова: Продолжаем выяснять, кто самый опасный на российских дорогах. Наши корреспонденты спросили водителей, кого выбирают они.

ОПРОС

Александр Денисов: Ну, самое здравое мнение.

Ольга Арсланова: Взаимность, да.

Максим Едрышов: Самое страшное, что практически все водители говорили про пешеходов: самая главная опасность для автомобилистов – это пешеходы.

Ольга Арсланова: Они боятся их сбить.

Максим Едрышов: Ну, может быть, да. Но пешеходы, действительно, не всегда смотрят на знаки, на сигналы светофора, иногда пытаются перебежать на красный.

И, наверное, самая большая опасность для водителей – это пешеход в наушниках и в капюшоне, который идет, смотрит в свой гаджет просто, не смотрит по сторонам. Он посмотрел, что загорелся зеленый, и пошел. Хотя зеленый сигнал светофора, «зебра» – это совершенно не гарантия безопасности.

Александр Денисов: Оперативная машина может проехать. Конечно, на это тоже нужно смотреть.

Максим Едрышов: Водитель мог отвлечься. У водителя могли отказать тормоза. Водители у нас периодически умирают за рулем, в конце концов. Просто он может нестись и, сам того не желая, кого-нибудь сбить.

Ольга Арсланова: Ну, тут дело такое… Это в интересах самого пешехода – посмотреть, вытащить наушники, убрать телефон. А водитель в любом случае будет неправ.

Максим Едрышов: Ну, телефоны и гаджеты – это вообще большая проблема, и не только для пешеходов, но и для водителей, потому что… Сколько у нас водителей попадают в аварии, просто отвлекшись на SMS, отвечая? Есть же курьезные случаи, когда навигатор водителю говорит «развернитесь» – и он, не думая, берет и разворачивается просто там, где этого делать ни в коем случае нельзя.

Ольга Арсланова: Давайте узнаем мнение наших зрителей. Свердловская область, Александр. Добрый день.

Зритель: Здравствуйте. Хотел бы поддержать вашего гостя в студии. На Западе проходят тест – Idiotentest. Так вот, у нас, я думаю, нужно жесткий тест ввести. У нас при медицинском осмотре, при выдаче водительского удостоверения и при замене якобы проходят комиссию, психолога и нарколога. На самом деле никто их не проходит. Врачи, не поднимая глаза, подписывают справки. Самый опасный на дороге для водителя – это сам водитель.

Недавно был случай. При перестроении из правого ряда в левый была нормальная пауза. У меня стаж более 20 лет. Была нормальная пауза примерно в 3–4 корпуса, плавненько, включая поворот, перестраиваясь. И тот, который был сзади, я в зеркало вижу, что он резко ускоряется и бьет мне в бок! ГАИ он объясняет: «А я не хотел его пропускать, потому что я торопился». Человек – идиот. Он тест никогда не пройдет.

Ольга Арсланова: И не успел в итоге никуда.

Максим Едрышов: Маленькое замечание: Idiotentest не про медицину совсем. Это психологический тест исключительно, это психологический тест на восприятие. Например, один из вопросов…

Ольга Арсланова: «Насколько ты идиот?»

Максим Едрышов: Вы живете на втором этаже, вы живете на третьем, а я – на четвертом. Какую кнопку лифта нажимают чаще? Например. Ну, это реальные вопросы из этого списка. Если кому-то интересно, посмотрите просто, в интернете есть список вопросов. И без специальной подготовки, я боюсь, не всегда можно…

Ольга Арсланова: То есть это явно вопросы не о ситуации на дороге.

Максим Едрышов: Это не про дорогу вообще в принципе, а это про поведение людей, насколько адекватно человек может воспринимать ситуацию и насколько у него развита логика. Это про это. А потом уже идет пересдача правил дорожного движения.

Ольга Арсланова: Нет, это как раз то самое, о чем Александр говорит. Представляете, какая логика? «Я устроил ДТП, потому что я очень торопился». Где логика?! Ты стоишь и час ждешь ГАИ.

Максим Едрышов: Ну, таких объяснений у водителей очень много, действительно. И не всегда же водители еще признаются, почему они совершили ДТП, потому что боятся какой-то ответственности. Например, водитель никогда не признается: «Я отвлекся в телефон, поэтому въехал в кого-то». Он скажет все что угодно – ослепило солнце, отказали тормоза, тот резко остановился, – но он никогда не признается, что он смотрел всю дорогу в телефон.

Ольга Арсланова: Послушаем еще Иркутскую область. Алексей, добрый день.

Зритель: Здравствуйте. У меня стаж водительский с 74-го года. Самый опасный, естественно, водитель пьяный на дороге. Но еще у нас в каком-то году, я забыл, хотели отменить правосторонний руль на иномарках. Если сейчас им выйти на обгон, то они не видят встречную машину. Вот это надо тоже решить. И у них скоростной режим очень большой, у иномарок, чем у наших советских моделей.

Александр Денисов: Спасибо, Алексей.

Ольга Арсланова: Праворульные автомобили…

Максим Едрышов: Ну, это большой вопрос. Люди покупают их не от хорошей жизни. Вот люди, которые ездят на праворульных машинах, с удовольствием, я уверен, большая часть из них сядет на леворульный аналог. Но во Владивостоке этот леворульный аналог будет стоить в два раза дороже, наверное, чем праворульный автомобиль. А Япония рядом, с запчастями проблем нет, поэтому до какого-то времени… Сейчас это как-то более или менее наладилось, но раньше там ведь были и полицейские машины, и «скорые», и пожарные – все были с правым рулем, покупали машины там. Ну, просто было дешевле.

Александр Денисов: В итоге этот вопрос отложили. Действительно, он периодически всплывает, в общем.

Максим Едрышов: Ну, пока нет, пока нет никаких движений в эту сторону. И я думаю, пока не будет в ближайшее время точно.

Александр Денисов: В конце концов, есть выход – можно держать дистанцию побольше. Тогда и обзор будет.

Максим Едрышов: Есть специальные системы зеркал даже. Причем это наше запатентованное российское изобретение, когда в левую часть автомобиля около стекла ставится зеркало, смотрящее вперед, и со стороны водителя. Взгляд в зеркало – и он видит все, что происходит спереди.

Александр Денисов: Зеркало, смотрящее вперед?

Максим Едрышов: Ну, там система зеркал стоит, отражение. Все это видно. И водитель таким образом совершает обгон. Если есть рядом пассажир, иногда просят пассажира посмотреть, как там ситуация на дороге.

Ольга Арсланова: Кто самый опасный на дороге? Некоторые зрители наши отвечают: «Не кто, а что. Самое опасное на дороге – это яма, плохая разметка, неправильно распланированные перекрестки, нерегулируемые пешеходные переходы».

Максим Едрышов: Ну, это тоже большая проблема, но сейчас она решается. У нас в стране действует проект «Безопасные и качественные автомобильные дороги». И такой бум дорожного строительства мы сейчас переживаем, потому что такого финансирования дорожной отрасли, наверное, никогда не было просто. Действительно, строят хорошие и качественные дороги.

Но возникает другая проблема. Ремонтируют дорогу, например. До этого там были ямы, все ездили 20 километров в час, проклиная всех вокруг, но была нулевая аварийность. Делают хорошую дорогу – и начинают люди биться. И что делать?

Ольга Арсланова: Как так?

Максим Едрышов: Ну, скорости повышаются просто, человек начинает перемещаться быстрее – и начинаются смертельные ДТП на каком-то участке дороги. Дорожники ставят знаки, ограничивающие скорость. Но кого же останавливали эти знаки? Такая проблема тоже есть.

Ольга Арсланова: Видите как? Есть повод не ремонтировать. А ямы можно как-то искусственно же, какие-то по ГОСТу правильные ямы сохранить.

Максим Едрышов: Ну нет. Есть технические средства регулирования дорожного движения. Если превышение скорости, то можно поставить камеру. У нас есть камеры, замеряющие мгновенно скорость, есть замеряющие среднюю скорость. Та же самая система в Автодора, ее аналоги. Ну, все это можно регулировать. Но иногда просто у регионов нет денег на эти камеры. На дороги нашли, а на камеры уже нет.

Ольга Арсланова: Успеем Ростовскую область послушать. Сергей, добрый день.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Давайте, Сергей.

Зритель: Я в эфире?

Ольга Арсланова: Вы в эфире. Если можно, коротко, Сергей.

Зритель: Вот! Слышу. Все-все-все. Алло. Здравствуйте. Я из Ростовской области. Самая большая опасность на дороге – это перевозка большегрузами, перегруз. В Ростовской области вы как-нибудь… Я вас не слышу.

Ольга Арсланова: Сергей, а мы вас услышали.

Александр Денисов: Спасибо, Сергей.

Ольга Арсланова: И нам уже есть что обсудить.

Александр Денисов: Большегрузы.

Максим Едрышов: Ну, это тоже большая проблема. Сейчас Росавтодор как-то все это решает установкой автоматизированных комплексов весогабаритного контроля. То есть по федеральным трассам стоят комплексы. И штрафы там, поверьте, совсем не маленькие. Штраф начинается от 100 тысяч рублей за перегруз, за небольшой перегруз. А за серьезный перегруз – уже 400 тысяч.

Ольга Арсланова: И то если поймают.

Максим Едрышов: Весогабаритный контроль. «Письма счастья» приходят, в автоматическом режиме работает система. Во многих регионах страны это все сейчас применяется. Самое главное – перекопать объезды.

Ольга Арсланова: Коротко, у нас 20 секунд остается. Дороги российские, несмотря на странных людей, становятся безопаснее?

Максим Едрышов: Ну, они становятся лучше. Статистика говорит, что на дорогах становится безопаснее.

Александр Денисов: Спасибо вам, Максим.

Ольга Арсланова: Спасибо большое. Максим Едрышов был у нас в гостях. Мы говорили о самых опасных людях на российских дорогах.

А вот о чем пойдет речь вечером.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски