• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Мария Кулик: Дать за три месяца предпенсионеру новую профессию и найти место работы – это совершенно невозможная история

Мария Кулик: Дать за три месяца предпенсионеру новую профессию и найти место работы – это совершенно невозможная история

Гости
Мария Кулик
основатель и Президент Регионального благотворительного общественного фонда «Качество жизни»

Оксана Галькевич: Вы заметили, уважаемые телезрители, что в этом году в наш языковой обиход плотно вошло новое слово – предпенсионер. Как только, мне кажется, начали обсуждать новые контуры пенсионной системы, так оно, это слово, и вошло. И теперь уже активно используется не просто в разговорной речи, а вполне в официальных высказываниях, в средствах массовой информации, Константин.

Константин Чуриков: Я предлагаю свой синоним «почти пенсионеры». Вот почти пенсионеры – это те, кому до выхода на заслуженный отдых остается 5 лет. И вот что делать с этой категорией граждан, сейчас лихорадочно думают все, и Минздрав, и Минфин, и прочие ведомства, все высказывают свои предложения. И вот Минтруд подготовил свой проект специальной программы по переобучению этих предпенсионеров для работающих и безработных. 3 месяца с отрывом от производства, если они работают, и со стипендией в размере МРОТ, то есть минимальной зарплаты.

Оксана Галькевич: Сколько у нас в стране таких людей предпенсионного возраста, мы не знаем, но знаем, что до 2024 года Минтруд планирует переобучение 450 тысяч россиян. Курсы оплатят, естественно, из бюджета. Намерений, как говорится, много, все они благие, вы видите. Куда устлана ими дорога, мы сейчас выясним у нашего гостя. В студии программы «Отражение» сегодня Мария Кулик, президент Межрегионального общественного фонда «Качество жизни». Мария, здравствуйте.

Мария Кулик: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Мария, давайте начнем со следующего: в этом возрасте легко ли учиться?

Мария Кулик: Хороший вопрос. Я могу сказать свою экспертную точку зрения, потому что долгое время уже занимаюсь этим вопросом. Если это переквалификация, то есть если человек просто повышает свою квалификацию…

Оксана Галькевич: …опираясь на навыки предыдущего периода работы.

Мария Кулик: Предыдущего периода, предыдущего опыта работы, думаю, за 3 месяца это возможно. Но дать человеку новую профессию, выпустить его, так сказать, для того чтобы он нашел себе место, – вот это, по-моему, совершенно невозможная история. Потому что на этот счет есть несколько объяснений, если вы позволите, если есть у меня время…

Константин Чуриков: Давайте.

Мария Кулик: Я бы сказала, что нам нужно просто понять, что мы сейчас живем в очень революционное время. Сейчас профессия, человек учится в институте, а она уже отмирает, пока он еще не доучился. Возникают новые профессии, которым еще не умеют обучать, методик никаких не существует.

Константин Чуриков: И Минтруду никакому они еще не снились.

Мария Кулик: Конечно. Но бизнесу, предпринимателям, работодателям важно включить именно вот эти новые профессии, для того чтобы двигаться вперед, правильно?

Константин Чуриков: Но в Минтруде умные люди сидят. Вот обратимся к документу. Там очень расплывчато сказано: «Представляется, что необходимо обучение навыкам и знаниям, связанным с современными информационно-коммуникационными технологиями, с навыками преподавания и наставничества, с осуществлением контроля и учета отчетности информационного обмена». Вот из этого всего я не понял ничего. Чему все-таки будут учить предпенсионеров?

Мария Кулик: Насколько я понимаю, это еще все-таки обсуждается, до сих пор нет такого перечня точного, непонятно, кто их будет обучать, это первый вопрос, есть ли такие преподаватели. Человек может обучиться работать с гаджетами, с информационными ресурсами в Интернете, это точно, потому что как раз мы, наш фонд занимается этим, но не более того. Какую работу им могут дать такие знания, тоже большой вопрос. Ведь, понимаете, есть благодаря диспропорция спроса со стороны рынка и вот этих вот профиля и объема этих подготовленных кадров, новых подготовленных кадров. Будет ли гарантировано трудоустройство, или это будут неэффективно потраченные средства?

Оксана Галькевич: Вы знаете, пришло одно сообщение как раз о том, о чем мы с вами говорим: «Я пришел на биржу кандидатом наук, – пишет нам телезритель из Саратовской области, – геофизиком, стаж 30 лет. Меня можно было переучить на инженера-механика, программиста, электронщика в конце концов, на преподавателя физики, математики или английского языка. Но меня переобучили (как вы думаете на кого?) на оператора котельной. Почему? И таких, как я, тысячи, а государство плачет, что у нас нет квалифицированных кадров».

Константин Чуриков: Оператор котельной, то есть гаджеты уже по определению никакие не требуются.

Оксана Галькевич: Геофизику предложили работать в котельной.

Мария Кулик: Нет, понятно, что, скажем, неквалифицированный труд всегда есть.

Константин Чуриков: Для квалифицированного человека.

Мария Кулик: Да. Поэтому, может быть, тут и обучать ничему не надо, тогда на что деньги тратить такие огромные? То есть в этом смысле, конечно, здесь нужно очень серьезно думать об эффективности расходования бюджетных средств: во-первых, будет ли гарантировано трудоустройство, значит, вернутся эти деньги тогда с помощью отчислений в бюджет (налоговых с зарплаты и так далее), и второе нужно понять, сколько человек вообще способны обучиться, эффективно обучиться. Давайте не забывать о том, что среди этих людей будут люди, которые, скажем, имеют проблемы со здоровьем…

Оксана Галькевич: Уже к этому возрасту.

Мария Кулик: Да, или, например, люди творческих профессий, допустим.

Оксана Галькевич: Это группа риска какая-то, вы так сказали, люди творческих профессий?

Константин Чуриков: Оксана забеспокоилась.

Мария Кулик: Вы знаете, я не просто так это сказала. Я просто очень долгое время, 11 лет занималась занятостью и трудоустройством людей с инвалидностью, и вот люди с потерей зрения в какой-то момент, не знаю, лет 5 назад начали бить тревогу, что среди них есть очень много музыкантов, ансамбли целые, оркестры и так далее. Они ведь очень хорошо слышат, потому что развиты другие компенсаторные функции организма и так далее. И они очень стремительно стали терять работу, то есть где-то их заменили аудиосистемы. На что их можно переобучить было? Нельзя было их переобучить, понимаете?

Константин Чуриков: Нам пишет Краснодарский край: «Супер, на пенсии денег нет, а на курсы сомнительные есть». Ну почему сомнительные, мы сейчас вот расскажем, какие бывают курсы. Давайте сейчас запустим SMS-голосование, у нас к вам вопрос, уважаемые зрители: как вы думаете, за 3 месяца переобучить пожилого человека можно? Отвечайте, пожалуйста, «да» или «нет» на номер 5445, это наш SMS-портал.

А вот теперь, кстати, по поводу курсов.

Оксана Галькевич: По поводу курсов. У нас, кстати говоря, прежде чем ты задашь свой вопрос, самые разные сообщения. Вот нам пишут, например, из Вологодской области, Рая Богданова из Красавино, что ей 60 лет, она активно сдает на водительские права и учится даже летать на дельтаплане.

Константин Чуриков: Ну примерно в этом же ключе одни из курсов, о которых мы сейчас хотим рассказать. Этой осенью пятый набор студентов приступил к занятиям в школе обучения для пожилых людей «Снова в деле». Цель программы – помочь предпенсионерам и пенсионерам превратить свое увлечение в работу и получить дополнительный доход к пенсии.

Оксана Галькевич: Курсы уже запустились в административных центрах 5 регионов нашей страны, например, в Хабаровске, Барнауле, Новосибирске, Липецке и Краснодаре. Студентов учат там обращаться со смартфонами, компьютерами, пользоваться социальными сетями и мессенджерами, ну и самое главное, искать работу на площадках с объявлениями и грамотно рекламировать свои собственные услуги, искусство презентации. Кто-то в итоге вернулся к старому ремеслу, например, музыканты, как вы говорили, только на несколько другом уровне, а кому-то преподаватели помогли превратить свое хобби в профессию.

– Когда мы составляли объявление, она говорила: «Добавьте некоторой экспертности». Экспертность – это то, что вы умеете плюс к тому, что вы бабушка. Я знаю основы ЛФК, я освоила когда-то в молодости массаж. И был звонок, делаете ли вы массаж детям. Так что и сюда меня пригласили.

– Когда я узнала, что существует такая программа обучения пенсионеров «Снова в деле», я, конечно, с удовольствием пошла учиться. Потому что я, например, увлекаюсь созданием украшений в стиле бохо. Я не продавала, собственно так, подарки родным, близким каким-то, а сейчас подумала: а почему нет?

Константин Чуриков: Вот некоторые слушатели этих курсов готовы предложить уникальные услуги рынку: услугу сурдоперевода, даже стилиста-имиджмейкера, составление маршрутов путешествий по Горному Алтаю и уроки русского бильярда, между прочим (видимо, востребованная услуга). В целом около 80% выпускников находят себе постоянный заработок благодаря вот этому обучению, о котором мы только что рассказали.

Оксана Галькевич: В основном все равно так или иначе идет речь о неких навыках, полученных в прошлой, в предыдущей жизни.

Мария Кулик: Да, уникальность этой программы в том, что здесь имеются в виду компетенции человека, которые не связаны практически с его профессиональными компетенциями, которые он утерял, если он потерял работу, а вот его жизненные компетенции. Если у вас есть сад, значит, вы умеете обрезать розы, например; или если вы математик, значит, вы можете, например, репетировать, проверять уроки…

Константин Чуриков: Два плюс два складывать не в столбик.

Мария Кулик: Да. Но что происходит сейчас? Сейчас уникальная ситуация в том, что продавец вот этих компетенций может найти покупателя через различные информационные ресурсы («Авито», «YouDo», Instagram и так далее). На этом принципе построена программа, очень просто: сначала нужно научить, подтолкнуть человека, понять, какая у него есть компетенция и что он хотел бы продавать.

Оксана Галькевич: Что он может предложить рынку, получается так.

Мария Кулик: Да, правильно.

Константин Чуриков: Нас уже подтолкнули.

Мария Кулик: Да.

Оксана Галькевич: Получается, что нужно выяснить, что человек может рынку предложить и как биржа труда может помочь ему трудоустроиться. А простите, государственные биржи труда тогда для чего, если создается такой некий параллельный институт?

Мария Кулик: Нет-нет, это не параллельный. Это как раз знаете как? Это нужно сформулировать свое предложение и попытаться найти покупателя на это предложение. Но тут много проблем возникло.

Константин Чуриков: Может быть, о какой-то проблеме нам сейчас расскажет Надежда из Ростовской области. Здравствуйте, Надежда.

Оксана Галькевич: Надежда, слушаем вас, говорите, пожалуйста.

Зритель: Хорошо. Добрый вечер, передача.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: В общем, с вниманием вас слушаем. Женщине 46 лет, невозможно никуда устроиться на работу, хотя бы достойная зарплата была, только уборщицей в «Ашан», в «Мегу», вот это вот, со шваброй бегать. А что же будет, когда 60 исполнится этой женщине? Куда ее учить, учиться отправить? На что? Вы знаете, я с нетерпением жду, когда у нас какая-то поменяется структура, власть или что-то, которая займется нами, людьми, не вот этой болтовней, что сейчас везде идет. Ну до того же обидно!

Вот мне сейчас 66 лет, я хочу работать. По состоянию здоровья я не могу работать физически, а где-то так пристроиться, пенсии не хватает, – никуда не устроишься, никуда. А как вот, например, моим девочкам? Одной 46 лет, другой 44, они пойдут на пенсию. На кого они должны сейчас идти учиться? Кто их куда возьмет и как они могут учиться? На что? Кто им будет платить за то, что они будут учиться?

Константин Чуриков: Надежда, вы правильно сказали, девочки, потому что до пенсии еще долго.

Оксана Галькевич: В 45 только ягодка опять.

Константин Чуриков: В том-то и дело, во всех смыслах.

Смотрите, вот еще важный вопрос. Нас спрашивают зрители, куда обращаться по поводу переобучения. Есть ли уже сформированная структура? Есть ли куда приходить?

Оксана Галькевич: Вот сейчас, прежде чем государство не начнет это все своими сетями охватывать, есть какой-то вариант для предпенсионера?

Мария Кулик: Ну вообще есть при бирже труда, я не знаю, как насчет каких-то дальних регионов, но я знаю, что…

Оксана Галькевич: Нам геофизик написал про биржи труда, как они работают.

Мария Кулик: Там есть курсы переобучения, есть. В принципе они уже давно работают, на них можно получить новую профессию или, может быть, даже переквалификацию, если есть обучение по его профессии. Но опять же вопрос: что дальше?

Оксана Галькевич: Как вы считаете, в принципе о чем должна идти речь, когда мы говорим об этой категории граждан, о предпенсионерах? – о все-таки переобучении или повышении квалификации?

Мария Кулик: Конечно, повышение квалификации.

Оксана Галькевич: Углубление квалификации.

Мария Кулик: Да. Мало того, я хочу сказать, что в этом прежде чем, наверное, должны быть заинтересованы их работодатели, которые должны сохранить рабочие места.

Оксана Галькевич: Которые еще есть, если они есть.

Константин Чуриков: Я все равно не понимаю, зачем медсестре гаджеты, зачем уборщице, если другой работы для женщины, которая нам позвонила, нет, зачем ей компьютерная грамотность, что это даст?

Мария Кулик: Ничего, это я могу точно сказать, если только человек не займется самозанятостью, если он не возьмет на себя вот это бремя, потому что это все-таки бремя предпринимательства: это нужно найти покупателя, найти деньги на какое-то сырье, еще что-то. По-другому это никак не поможет.

Оксана Галькевич: Ну вот люди нам пишут, что обучить можно, переобучить можно в принципе и в более короткие сроки, но вот трудоустроить уже гораздо сложнее. Здесь ведь об этом речи не идет, все-таки вы говорите, нужно как-то человека подтолкнуть, чтобы вот сам-сам, давай-давай.

Мария Кулик: Ну потому что, вы знаете, я не верю в то, что сегодняшний работодатель заинтересован в том, чтобы удерживать у себя на рабочих местах людей предпенсионного возраста. Он уже запланировал на эти места молодых, передовых, продвинутых людей. Потому что если он сейчас не будет работать по-новому, в новых трендах, извините, из этого бизнеса пшик получится, понимаете? А он вынужден будет эти места удерживать. Поэтому я думаю, что здесь будет очень большая проблема, и несмотря на какие-то угрозы со стороны уголовного права, еще чего-то, что сейчас пообещали, если работодатель будет избавляться от своих предпенсионеров…

Оксана Галькевич: Или будет отказывать даже в приеме на работу.

Константин Чуриков: В тот момент, когда они уже предпенсионеры.

Мария Кулик: Да. Я думаю, что бизнес всегда найдет возможность увернуться, найти какой-то другой путь, а иначе просто он…

Оксана Галькевич: А если субсидировать? Если не кнутом, а пряником, как вы считаете?

Мария Кулик: Если помочь работодателю самому…

Оксана Галькевич: Налоговые льготы какие-нибудь, например.

Константин Чуриков: Ты много пряников видела в последнее время?

Оксана Галькевич: У нас с пряниками вообще тяжело, мы больше любим, конечно, ежовые рукавицы и кнут еще в этих рукавицах.

Константин Чуриков: Мы еще любим слушать наших зрителей. Юрий из Смоленска звонит, здравствуйте. Говорите, пожалуйста.

Зритель: У меня такой вопрос. Ну вот переобучение пожилого человека, 59-58 лет, он получит специальность, по которой не будет иметь опыта работы. Вот как он на рынке будет востребован?

Константин Чуриков: Хороший вопрос.

Оксана Галькевич: Спасибо, Юрий.

Мария Кулик: Конечно, вы совершенно правы. Сложно будет, почти невозможно, я так думаю.

Оксана Галькевич: У нас у молодых людей, как вы говорите, молодых да ранних, готовых, как говорится, поглощать новую информацию, тех самых молодых людей, на которых бизнес рассчитывает, проблемы с этим, им говорят, что нет опыта, до свидания.

Мария Кулик: Да, я даже знаете что вам скажу? Даже те молодые люди, которым 30 исполнилось, они уже ощущают трудности при трудоустройстве, потому что вот эти современные технологии настолько быстро меняются, они уже ими не так обладают, как те, которым 23.

Оксана Галькевич: А вот скажите, у нас еще такая проблема, что у нас все трудоустройство зачастую дальше резюме не идет. Вот просто сидит кто-то там администратор, просматривает почту, а там так или иначе возраст, год рождения указан. Почему у нас не распространены все-таки личные встречи, собеседования, может быть, какие-то тестирования? Я помню, у нас был как-то эфир, к нам приходил представитель малого бизнеса, он сказал, что взял недавно мужчину 48 лет, на самом деле сначала отбросил его резюме, но потом подумал, что ладно, встречусь. Просто человеку так повезло. Оказалось, активный, интересный…

Константин Чуриков: Но это такая, небольшая теория вероятности.

Самарская область спрашивает: «В кого вы хотите переобучить пенсионеров? Назовите, в каких профессиях дефицит молодых или старых работников». А кстати, какие у нас сейчас самые востребованные рынком труда профессии, где не хватает кадров?

Мария Кулик: Вы знаете, мое мнение – это ремесла. У нас закон о ремеслах еще не принят, но в принципе продукты ремесла, художественный промысел, у нас этого недостаточно. Посмотрите, что у нас в «Шереметьево» продают как сувениры, допустим, – ну просто очень ограниченная история. Сельское хозяйство, мы вынуждены…

Оксана Галькевич: Но это тяжелый физический труд в основном все-таки.

Мария Кулик: Да, но все-таки если говорить о сельских местностях, там вообще больше ничего не остается.

Константин Чуриков: А там научат навыкам IT и навыкам информационных коммуникаций, что в сельском хозяйстве совершенно не нужно.

Мария Кулик: Да, это совсем не работает. Бытовые какие-то услуги.

Оксана Галькевич: Ну кстати, не факт, что не нужно.

Мария Кулик: На самом деле, как я сказала… Вы знаете, что я хочу сказать? Вот посмотрите в Англии: там в принципе можно заниматься чем угодно, перечень компетенций вот этих трудовых разрешен огромный, широкий, только плати со своих доходов налоги, все. Хоть продавай яблоки со своего сада на рынке, хоть шей что-нибудь, сделай маленький какой-нибудь швейный метр на метр офис…

Оксана Галькевич: Или даже без офиса, из дома торгуй.

Мария Кулик: Да. Это все разрешено. И я считаю, что в этой сложной ситуации, которая сейчас существует, возникла, нужно дать возможность людям заниматься чем они умеют, дать им возможность эти свои компетенции продавать. Я думаю, что это единственный выход, честно говоря.

Оксана Галькевич: Пишет Саратовская область: «Если меня как бывшего доцента, математика будет переучивать преподаватель бывшего ПТУ, это будет забавно».

Константин Чуриков: Краснодарский край спрашивает: «На какую специальность переучить врача? На санитарку?» Вполне возможно, что к этому все идет.

Оксана Галькевич: Владимирская область еще пишет: «Сейчас в свете нового закона в 75 баба ягодка опять, а в 45 она младенец еще». Люди у нас с юмором.

Константин Чуриков: Девчонка во всяком случае.

Оксана Галькевич: Звоночек у нас есть, да?

Константин Чуриков: Это Лидия из Хабаровского края. Здравствуйте, Лидия.

Зритель: Лидия Федоровна, здравствуйте.

Константин Чуриков: Лидия Федоровна, очень приятно.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Лидия Федоровна.

Зритель: Здравствуйте. Уважаемые ведущие, вы все говорите правильно, все так получается гладко. Но я вам хочу рассказать немножко про Дальний Восток, чуть-чуть.

Константин Чуриков: Давайте.

Зритель: Вот здесь в Хабаровском крае, город Амурск, молодой цветущий город, который только 50 лет недавно отметил. Извините, там все разрушено до основания. У меня внучка закончила колледж, она экономист, и сейчас она сидит уже 4-й месяц без работы, получает по безработице пособие. Нет работы даже уборщицей, о чем мы говорим? А там же вместо 80 тысяч населения было, сейчас осталось 25.

Константин Чуриков: Лидия Федоровна, а чем люди живут? 25 тысяч чем живут?

Зритель: А люди живут… Вот раньше браконьерами рыбу ловили, все, а сейчас и рыбу нельзя там ловить. Красный снег выпадал, люди там в Китай мотаются, челночничеством занимаются, торговлей, кто чем. На дачу сейчас люди выезжают 2 раза в неделю, потому что нет транспорта, цены на автобус повысили до 44 рублей. Это вот как так выживать? Там не живут, а выживают. 15 гробов в день выносят. Вот это жизнь.

Константин Чуриков: Нет, Лидия Федоровна, это не жизнь. Спасибо за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Спасибо, Лидия Федоровна.

Вот нам пишут опять же очень много телезрителей, отклик серьезный у этой темы: «Я с 1973 года обучаюсь своей профессии, а как за 3 месяца чему-нибудь научить?» – ветеринарный врач, ветврач, специалист. Разнообразные какие-то предложения поступают от телезрителей, например, оказание бытовых услуг, «муж на час», в смысле починить что-то.

Константин Чуриков: То есть имеется в виду уже такой в возрасте, мальчишка лет 63, сейчас же все молодые.

Оксана Галькевич: Что-то сделать, какие-то услуги. «Бабушка на час», есть такие услуги няни.

Мария Кулик: Это вот может пойти, конечно, это точно совершенно будет востребовано. Потому что молодежи надо работать, семьям молодым надо работать, а кому-то нужно…

Оксана Галькевич: Кстати, семьям молодым, а бабушек-то теперь в нынешнем понимании уже не будет.

Мария Кулик: Да, бабушек не будет.

Оксана Галькевич: Бабушки будут не бабушки, бабушки будут уже девушки работающие, тетушки.

Мария Кулик: Да, дай бог.

Константин Чуриков: Вот не знаю, к чему это сообщение, Оренбургская область о безнадеге: «Живу так, – пишет нам женщина, – не дождавшись ни принца, ни коня, сама впряглась в телегу и поехала куда глаза глядят». Смотрите, что не сообщение, то полная на самом деле безнадега. Народ не понял, зачем ему дольше работать, народ не понял, как он встроится в этот рынок труда. И вот что лично мне непонятно, смотрите, вот логика власти: у нас теперь уже есть уголовное наказание за увольнение предпенсионера – так, извините, какого же тогда рожна его нужно куда-то отправлять на какое-то переобучение, допобучение, все равно же его уже уволить нельзя, либо сядешь за решетку. То есть вы видите какую-то логику в принятии решений, какую-то концептуальную программу?

Мария Кулик: Ну вы знаете, вижу вот я что в этом. Я считаю, что это сделано для того, чтобы дать возможности тем, кто может эти возможности взять, понимаете? Ведь таких тоже очень много людей, которые все-таки и продвинутые, и способные, скажем, востребованы на своих местах, но им нужно немножко доучиться. Может быть, что для какой-то части вот этой группы людей это даст какие-то возможности. Но это, конечно, не для всех.

Оксана Галькевич: Давайте подведем итоги нашего опроса. Мы спросили телезрителей в начале нашей беседы, можно ли, по их мнению, за 3 месяца переобучить пожилого человека, и вот какие получились результаты.

Константин Чуриков: 94% ответили, что нет, 6% оптимистов. В общем, на оптимистах, видимо, и будет держаться эта пенсионная реформа. Спасибо.

Оксана Галькевич: Ну что же, спасибо. В студии «Отражения» была президент Межрегионального общественного фонда «Качество жизни» Мария Кулик. Спасибо большое, Мария.

Константин Чуриков: Спасибо большое.

Мы через пару минут к вам вернемся.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

Владимир Березовский
Мы вынуждены со смехом и горечью наблюдать за тем, как мечется из стороны в сторону безнадёжно запутавшийся в своих авантюрах правящий режим, окончательно потерявший всякую возможность к трезвым и грамотным действиям! То запрет на увольнение предпенсионеров, то (очевидно, понимая, что увольнять-то будут), то переподготовить их неведомо на кого и определить на работу неведомо куда... Или распилить средства, якобы, "перековать мечи на орала" и оставить этих перекованных всё в той же толпе безработных? Авантюристы высшей марки!
  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты