Мечта пенсионера

Мечта пенсионера | Программы | ОТР

Где и как хотят жить россияне после выхода на пенсию? А какая их ждёт реальность - спрашиваем пенсионеров

2020-09-04T20:06:00+03:00
Мечта пенсионера
Новые правила поверки счётчиков. Разъяснения наших экспертов в сфере ЖКХ
Армения и Азербайджан на пороге войны
Опять карантин?
Регионы. Что нового? Красноярск, Тюмень, Рязань
Снова самоизоляция? В Арктике тает лёд. Здоровая и счастливая жизнь. Многодетная парковка. Соцсети: от 14 и старше. Как призвать к ответу бизнес, который травит подростков. Можно ли научить искусственный разум справедливости?
По приговору искусственного интеллекта
Индустрия анти-детства
Сергей Лесков: Человек без маски в нынешних условиях - это элементарный уголовник, который нарушает общественный договор и ставит себя выше общества
Дети в соцсети: вред или норма?
Домашний режим для пенсионеров
Гости
Вячеслав Бобков
заведующий лабораторией Проблем уровня и качества жизни населения Института социально-экономических проблем народонаселения РАН, д.э.н., профессор
Ольга Аникеева
социолог, доцент РГСУ

Тамара Шорникова: Почти половина россиян на пенсии хотела бы жить на берегу моря. Это данные свежего опроса.

Иван Князев: 48% мечтают о переезде на курорт в Крым, Сочи, ну или хотя бы на Байкал. Хотя почему «хотя бы»? Около 18% хотели бы регулярно отдыхать у моря, а пятая часть опрошенных – ездить в экскурсионные и образовательные туры.

Тамара Шорникова: А еще хорошо в Горном Алтае и в Минеральных Водах – там будущие и нынешние пенсионеры тоже хотели бы отдохнуть. При этом многие россияне остаются реалистами: лишь 31% опрошенных считают, что пенсионерам по карману путешествовать.

Иван Князев: Где бы вы хотели жить, уважаемые друзья, на пенсии? Чем хотели бы заниматься? Как думаете, у вас это получится? Есть ли у вас мечты, которые остались неосуществленными? Позвоните нам прямо сейчас. Вместе выясним, как мечту сделать былью. Где хотелось бы встречать старость? Ждем ваших звонков и сообщений.

Тамара Шорникова: Да, давайте мечтать вместе, ну и план составлять, как это реализовывать.

Подключаем к разговору наших экспертов. Ольга Аникеева, социолог, доцент РГСУ.

Иван Князев: Здравствуйте, Ольга Александровна.

Ольга Аникеева: Добрый день, Тамара и Иван. Добрый день, зрители.

Иван Князев: Ольга Александровна, ну расскажите нам, у вас-то какие мечты, связанные с пенсией? В плане того, где жить можно.

Тамара Шорникова: Где жить, что делать, чем заниматься.

Ольга Аникеева: Жить рядом с родными людьми. И не важно – где. Важно быть в контакте, иметь возможность встречаться с друзьями. Вот это гораздо важнее. А путешествовать, безусловно, еще хочется, и очень.

Тамара Шорникова: Какие уголки нашей страны, может быть, мира хотели бы посетить?

Ольга Аникеева: Вы знаете, в жизни мне не так много удалось путешествовать, но мне довелось быть и в Штатах, и в Южной Корее. Но самые любимые туристические места – Франция, Италия, Турция, Египет – прошли как-то мимо. Может быть, и стоило посетить. Год назад я была на конференции в Иркутске, и я поняла, что больше всего я хочу посмотреть свою страну: Алтай, Урал, Сибирь.

Тамара Шорникова: Ну когда как не сейчас? Отличное время как раз для этих мечтаний, для осуществления.

Иван Князев: Уже звонки у нас посыпались. Любовь из Смоленска дозвонилась. Давайте узнаем, где бы она хотела провести свою пенсию, где хотела бы жить. Здравствуйте, Любовь.

Зритель: Здравствуйте. Ну, во-первых, я не из Смоленска, к счастью, потому что Смоленск – это еще хуже, наверное, чем то место, где я живу.

Иван Князев: А, даже так?

Зритель: Я живу в 170 километрах от Москвы. По факту это Московская область получается, а по номиналу – Смоленская область. Живу я здесь два года, я из Казахстана. Я категорически разочарована вашим климатом. Это ужасно! Это ни зимы, ни весны, ни лета. Снега нет, куща клещей, везде дороги перекрыты, везде все застроено, солнца нет.

Иван Князев: Любовь, расскажите, а переехали-то сюда по каким-то вынужденным обстоятельствам? Я так понимаю, что вы тоскуете по Родине.

Зритель: Нет, не по вынужденным. В Казахстане нет ничего абсолютно, все нормально. Просто муж зачем-то решил сюда переехать к родне. Непонятно – почему. Ну, не в этом дело. Но у вас совершенно климат, конечно, не как у нас. У нас четко выраженная сезонность. У нас если снег, то снег, а если солнце, то солнце. Поэтому только туда.

Тамара Шорникова: Понятно. Ну и дыни, наверное, не те. Да и вообще все не так, да? Понятно, Любовь.

Зритель: Нет у нас дынь. У вас неправильное мнение. У нас нет дынь. Многие путают Караганду…

Тамара Шорникова: А что есть?

Зритель: У нас резкоконтинентальный климат.

Иван Князев: Понятно. Ну, там зимой холодно, я знаю, бывает, а летом очень жарко.

Зритель: Плюс 30, минус 30. Дыни у нас не растут. Верблюды у нас не ходят.

Тамара Шорникова: Понятно, да.

Иван Князев: Любовь, последний вопрос. Хотелось бы уехать все-таки куда-нибудь?

Зритель: Куда-нибудь? Домой.

Тамара Шорникова: Домой? Понятно.

Иван Князев: Домой? То есть никакое побережье, никакой Крым, Сочи?

Зритель: На крайний случай… Нет-нет, нам это не надо. На крайний случай – на Аляску. Нам нужен снег.

Тамара Шорникова: На Аляску?! Неплохой крайний случай.

Иван Князев: Действительно крайний случай, да.

Тамара Шорникова: Спасибо вам.

«Очень бы хотелось пожить на родине, во Владимирской области», – это нам пишет Москва. Очень много SMS! «Но как сказала одна знакомая: мечтать не вредно».

Иван Князев: Из Московской области SMS: «На нашей огромной территории каждая семья могла бы жить в своем доме в разных регионах».

Ольга Александровна, смотрите. Ну, я думаю, сейчас многие наши телезрители напишут, что нет возможности. Уже пишут: «Мечта на пенсии такая: зарабатывать и получать 22 тысячи. Тогда о чем-то можно будет говорить». Тем не менее, все-таки сейчас у нас для пенсионеров какие программы существуют вообще?

Ольга Аникеева: Программы существуют. Существуют программы по социальному туризму, какие-то льготы, кешбэк для путешествий по стране. Вы знаете, у нас все программы, они такие, знаете, с подвохом. Вроде обращается внимание на то, что можно путешествовать по стране и вернуть часть потраченных средств, но почему-то в эту программу вошли самые, скажем так мягко, невостребованные туристические маршруты, самые неблагополучные места, где можно было бы остановиться и отдохнуть. Во всяком случае, свободы выбора никакой.

Если вы предполагаете, что вы выбираете какую-то социальную программу – значит, вас четко ведут по какому-то одному каналу, и только так, а не иначе. Надо очень сильно, скажем так, экономить средства и, может быть, очень сильно не любить себя, чтобы пойти навстречу этим социальным программам. Так что здесь объявлений больше, чем реальности.

Тамара Шорникова: Ольга Александровна, а мечты российских пенсионеров – они сильно отличаются от того, о чем мечтают французские пенсионеры, американские, японские?

Ольга Аникеева: Я думаю, сильно отличаются. Хотя я не так много знаю американских, японских и французских пенсионеров вживую.

Во-первых, конечно, это образ жизни, к которому привыкли люди. И очень многие мечтают в старости прийти к привычному образу жизни – дома так дома, на даче так на даче – к чему-то более стабильному и основательному. Наши люди как-то не очень привыкли путешествовать. Очень хотят, может быть, не меньше, чем западные, но пока, к сожалению, не имеют такой возможности. Нет привычки.

Я знаю, что многие ваши слушатели говорят о том, что, имея пенсию, допустим, 20 тысяч, 3–4 тысячи все-таки им удается сэкономить, на чем-то поджаться и собрать хотя бы на скромненький, но какой-то тур в течение лета. Или, может быть, откладывают и совершают путешествия короткие, путешествия выходного дня. Вот этих программ у нас достаточно много. То есть при желании можно, конечно, использовать эти возможности.

Тамара Шорникова: Я мысль продолжу после звонка. Меня просто одна SMS тут заинтересовала. Но сначала послушаем Екатерину из Московской области. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Екатерина.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте. Алло. Вы слышите?

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас. Ваши мечты?

Зритель: Мои мечты? Ну, мне только 25 лет, поэтому рано еще, наверное, говорить о таком пенсионном возрасте. Наверное, я бы хотела в старости жить на Урале…

Иван Князев: Об этом думать никому не рано, никогда не поздно, прошу прощения.

Тамара Шорникова: Услышала про Урал. Повторите, пожалуйста.

Зритель: Да, Урал. Мне нравится Урал. Хотя я сама сейчас живу в Московской области, но родом я из Зауралья. То есть я мечтаю туда вернуться. И мне нравится этот климат.

Хочу рассказать про свою бабушку, она как раз из Зауралья. Она в 70 лет все бросила, продала квартиру и сейчас уехала в Анапу жить. Но я не хочу жить в Анапе. Мой климат – это суровый Урал, дожди, ветра, снег. Можно погрустить и посмотреть на березки.

Тамара Шорникова: А как там бабушке в Анапе? Расскажите. И почему вдруг Анапа? Как выбрала направление?

Иван Князев: Довольна всем, да?

Зритель: Да, ей нравится, ей нравится климат, природа. Ну, она любит тепло.

Иван Князев: А домик она купила там себе, квартиру? Сколько стоит?

Зритель: Она взяла квартиру, да, обычную квартиру.

Иван Князев: Далеко от моря?

Зритель: Ну, говорит, что 10 минут пешком.

Иван Князев: Я так понимаю, что вы и все ваши родственники к ней на лето…

Тамара Шорникова: В гости хочешь?

Зритель: Да, планируем, в принципе, съездить.

Иван Князев: Понятно, понятно. Вот бабушка переехала – и теперь у нее там проходной двор. Хотя, может, на пенсии это, наоборот, даже хорошо.

Тамара Шорникова: Ну слушай, я не думаю, что бабушка против компании. Спасибо вам огромное за вашу историю.

Вот эта история как раз вяжется с SMS. Москва: «Хотела бы жить в Сочи на Платановой аллее, ничего не делать, отдыхать от всего и от всех».

Насколько это характерно для нас? Мы вообще умеем мечтать о себе, планировать что-то для себя, желать что-то для себя? Или у нас все-таки в большинстве – это детей вырастить и выучить? Потом дети выросли, все равно им нужно помогать, потому что у них ипотека и маленькие зарплаты. Потом нужно внукам помогать и так далее, и так далее… А вот для себя времени вроде как уже и не осталось.

Ольга Аникеева: Пенсионеры, как и все люди, они очень разные. Кто-то мечтает только помогать детям и быть счастливым в этой помощи. Кто-то мечтает все-таки наконец освободить время для себя.

Но в целом, я думаю, если так в массе говорить, о средней температуре по больнице, то я думаю, что все-таки больше заботиться принято у нас о ближних, о семье, о друзьях, о знакомых. Понимаете, здесь очень важна отдача. Если вы заботитесь о детях, и при этом у вас замечательная отдача, дети ценят, любят, уважают, вы понимаете, что это значимая помощь, то это дает такое моральное удовлетворение, что, наверное, это сравнимо с поездкой куда-то в зарубежные страны.

А другое дело, когда эта помощь – знаете, такая долговая лямка, когда тянешь, тянешь, тянешь, и никакой благодарности, и никакой помощи. От этого, конечно, очень хочется освободиться.

Иван Князев: SMS из Пермского края: «Брат переехал в Сочи, но, как говорится, везде хорошо там, где нас нет». Из Алтайского края: «Лучше жить в своем доме со всеми удобствами – вот что самое главное». Марий Эл: «Живем на Волге, на левом берегу. Райское место! Рядом лес, озера. Никуда уезжать не хотим, даже на неделю». А вот интересная SMS из Краснодарского края: «Пусть сидят в своих регионах! Хватит нам этих толп неадекватных туристов, заполонивших мою Кубань».

Действительно, Ольга Александровна, это у нас такой, я не знаю, «миф о загробной жизни», да? Ну, если встречать старость, то обязательно на побережье, чтобы море было, пляж, солнышко. Действительно, ну переедешь ты. Мало того, что пятьсот родственников каждый год будет приезжать – тысячи, десятки тысяч туристов все вокруг изгадят и так далее. Это просто наши мечты какие-то такие? Просто мне казалось, что в старости, наоборот, хочется туда, где потише, поспокойнее. Вот у вас исследования были такие?

Ольга Аникеева: Ну, у нас таких исследований не было. Как-то занимают большие проблемы: размер пенсии, размер зарплаты, занятость и прочие острые и актуальные темы.

А что касается досуга – да, наверное, все-таки пожилым людям хочется больше покоя. И когда они уезжают в тепло, они ценят воду, тепло и природу, но не оценивают толпы туристов, которые будут им досаждать. Но на самом деле москвички тоже жалуются на толпы туристов, которые им тоже мешают жить. Я думаю, что некоторые жители таких исторических центров тоже не очень довольны. Всегда есть чем быть недовольным.

Тамара Шорникова: Вы знаете, у нас есть звонок из Адлера. Сейчас Леонид всем все подробно расскажет. Каково жить в мечте?

Иван Князев: Да-да-да. Здравствуйте, Леонид.

Зритель: Добрый вечер. Рад вас слышать. Я хочу просто предостеречь многих пенсионеров, которые желают переехать с Севера здесь жить.

Тамара Шорникова: Вот мы как чувствовали!

Зритель: Сочи – город очень неустроенный в своем ритме жизни. Здесь очень тяжело жить по одной простой причине: он застроен настолько хаотично! Невозможно просто нормальным людям здесь передвигаться. Я вышел на пенсию здесь. И я хочу предостеречь пенсионеров, которые приезжают из других мест. Они могут здесь только свою жизнь укоротить, но не продлить, по одной простой причине: они привыкли жить в совершенно другом климате, а здесь очень влажный и жаркий климат. Это одно.

Во-вторых, инфраструктура настолько неразвита, что пока вы куда-то поедете, из одного места города в другое, вы просто с ума сойдете. Поэтому просто-напросто будете привязаны, закрыты в своих домах. Так что вы не очень-то мечтайте…

Иван Князев: Не обольщайтесь, в общем-то. Леонид, ну а вы-то сами о чем мечтаете, может быть? Куда хотели бы поехать?

Тамара Шорникова: Может быть, как раз из Адлера?

Зритель: Мечта? Можно мечтать все что угодно, но с нашими пенсиями далеко не уедешь и со сбережениями, которые есть, ничего не приобретешь. Ну, это Центральная Россия – там более благоприятный климат для жизни.

Иван Князев: Ну а куда именно?

Тамара Шорникова: Тамбов?

Зритель: Ну где? Ставрополье.

Иван Князев: Жена подсказывает. Жена все знает. Я так и понял, Леонид. Вы у нее спросите – она вам сейчас все расскажет, куда и она хочет, и куда вы хотите. Только вы этого сами еще не знаете.

Зритель: Рязань, вот эти города интересны города, потому что это более благоприятный для жизни человека климат и жизненные условия. Вот и все. Здесь-то жить можно, но это очень тяжело. Мы ничего не видим, моря не видим. И в этой жаре дикой очень трудно жить людям. Поэтому пусть они…

Тамара Шорникова: Леонид, а квартира у вас сколько стоит? Чтобы если кто-то мечтает, то мог уже прицениваться, план составлять, копить.

Зритель: Ну, квартира трехкомнатная – где-то 5,5, до 6 миллионов стоит. Есть квартиры, которые продают, как говорится, пустышки. Вот у меня знакомый покупает. Однокомнатная, 40 квадратных метров – 2,5 миллиона. Без ничего, просто одни стены. Вот и все.

Иван Князев: Ну понятно. Спасибо.

Зритель: Добро пожаловать! Приезжайте. Будете иметь вид на море.

Тамара Шорникова: Вид на море. Понятно. Спасибо вам, Леонид.

Иван Князев: Спасибо, Леонид.

Уважаемые друзья, звоните и рассказывайте о ваших мечтах, где хотели бы встретить старость, где хотели бы жить или, может быть, просто путешествовать.

Тамара Шорникова: Вы знаете, дело же даже не только в месте. Хочется в принципе узнать о ваших планах. Чем хотите заниматься? Какие вообще есть мечты? Вот SMS, например, из Свердловской области: «Мне 60 лет. Мечтаю о норковой шубке».

Иван Князев: Ну а почему бы и нет?

Ольга Аникеева: Хорошо.

Иван Князев: Ольга Александровна, я знаю нескольких бабушек, которые бы вообще ни за что из столицы не уехали никогда. Вот не надо им ни побережья, не нужна им никакая деревня, ничего. Вот такая категория наших пенсионеров – она многочисленная? Или это какие-то исключения, именно касающиеся мегаполисов?

Ольга Аникеева: Нет, я думаю, что очень многочисленная эта аудитория. Ну, она касается тех людей, у которых более или менее устроен быт и устроена жизнь. Ну, более или менее есть крыша над головой, есть где жить, есть на что жить или даже пусть сводя концы с концами, с трудом, но как-то устраиваться. Вот если такая категория, то их, наверное, все-таки большинство.

Другое дело, что если люди живут в совершенно разрушенных домах, в каких-то неприемлемых условиях, то им, конечно, очень хочется поменять условия. Есть люди, которые давно попали ну точно не в свою климатическую зону. Допустим, родились и выросли в каких-то южных краях, а потом переехали в северные края. И им мечтается вернуться обратно. Вот видите – многие говорят: «Хочу вернуться на родину». Ну, не зря говорят: «Где родился – там и сгодился».

Тамара Шорникова: Или это значит, что все-таки по большей части мы такая страна вахтовиков? У нас правительство хочет, чтобы повышалась трудовая мобильность, чтобы мы переезжали, видимо, как-то семьи перевозили, ассимилировались. А получается, что сколько бы лет ни прошло, все тянет обратно. Это такая память предков? Или все-таки едем мы за длинным рублем и привыкаем жить в плохих условиях? Что это?

Ольга Аникеева: Да, ехать за длинным рублем – была такая традиция. Правда, сейчас она сильно поугасла, потому что длинный рубль, скажем так, не везде там, где очень далеко живут. Это такие проблематичные вещи. Но, вообще говоря, мы больше такие традиционные по ментальности, нам больше свойственен такой оседлый образ жизни.

Иван Князев: Спасибо вам. Ольга Аникеева, социолог, доцент РГСУ, была с нами на связи.

Тамара Шорникова: Российский государственный социальный университет.

Иван Князев: Мечта из Хакасии просто пришла: «Жить в теплой стране хочу, побывать в Израиле у Стены Плача, но не на что». И из Краснодарского края: «У нас для пожилых людей очень тяжелый климат на самом деле: зимой тучи и слякоть, летом дикая жара. Весь конец августа и начало сентября у нас под 40 градусов. Еле переносим! Ждем прохладу».

Тамара Шорникова: Волгоградская область: «Главная мечта пенсионера, я так думаю, – просто жить и как можно реже болеть, без разницы где».

«На что?» – вот многие нас спрашивают. Давайте про деньги поговорим вместе с нашим экспертом. Вячеслав Бобков, заведующий Лабораторией проблем уровня и качества жизни Института социально-экономических проблем народонаселения Российской академии наук.

Иван Князев: Здравствуйте, Вячеслав Николаевич.

Тамара Шорникова: Здравствуйте.

Вячеслав Бобков: Добрый вечер.

Тамара Шорникова: Вячеслав Николаевич, знаете, в прошлом году проводили исследование, определяли такую идеальную пенсию. Ну, так скажем – минимально удобную для каждого россиянина. Называли желанную из минимума – 40 тысяч. Была такая цифра. При этом говорилось о том, что эти финансовые ожидания по сравнению с 2018 годом в 2019-м выросли на 7%, то есть стали хотеть больше.

В 2020-м что можно сказать? Мы становимся еще более амбициозны в своих финансовых ожиданиях? Или наоборот – пандемия нас немножечко так прибила, и мы уже меньшего хотим? Как бы вы ответили на этот вопрос?

Вячеслав Бобков: Я думаю, что немножко приземлились мы благодаря пандемии… в связи с пандемией. Благодарить ее не за что. Когда ухудшаются общие условия занятости, снижаются доходы, у людей, конечно, ожидания становятся более скромными.

А что касается вашего первого прогноза – 40 тысяч с небольшим пенсии, которую хотели бы россияне. На самом деле, может быть, это немножко завышенные ожидания, но не столь уж и сильно завышенные. По нашим оценкам, для того чтобы минимальные, но тем не менее основные потребности, которые сегодня нужно удовлетворить для более или менее приличной жизни, по сравнению с нынешним прожиточным минимумом пенсионера примерно в 3–3,5 раза больше. А прожиточный минимум пенсионера – 9 тысяч в среднем был в 2019 году. Значит, умножайте на 3 – это будет 27.

Ну, порядка 30–35 тысяч – это тот доход на человека в семье, который позволяет основные социальные необходимые потребности обеспечить. Он, конечно, не предполагает путешествия. Тем более на нынешнюю пенсию, которая в среднем составляет 14 тысяч рублей в месяц, особо не попутешествуешь, вообще не попутешествуешь.

И в этом смысле наши пенсионеры, конечно, не могут себе позволить то, что могут себе позволить пенсионеры целого ряда других стран. Например, мы замечаем, что японские пенсионеры, когда у них появляется свободное время после того, как они завершают трудовую деятельность, они путешествуют по миру.

Иван Князев: Ну, японские, германские… Мы тут даже в Москве видим китайских пенсионеров, которые, казалось бы, 20 лет назад вообще никогда из Китая никуда не выезжали. А что у них там поменялось, что они себе так могут позволить путешествия, помимо того, что они зарабатывают?

Смотрите, тут нам пишет из Курганской области пенсионерка: «Хочу один раз в жизни съездить в дом отдыха. Прожила 58 лет, не была ни разу. Пенсия – 10 тысяч». Вот эти истории, когда у нас раньше были профилактории, санатории, – сейчас это уже все в прошлом? Их вообще не собираются ни возрождать, это направление вообще не учитывается?

Вячеслав Бобков: Нет, на самом деле, когда у нас была реформа монетарная, если помните, в конце 90-х годов заменили льготы, которые выплачивались пенсионерам, на денежные выплаты. Но часть льгот сохранилась. В том числе для целого ряда категорий пенсионеров действуют льготы, которые связаны с оплатой, с компенсацией им этого отдыха в дома отдыха. И, как правило, дома отдыха достаточно сезонное значение имеют, использование компенсации. То есть осталось это, но это, конечно, не в таких масштабах, которые были в Советском Союзе.

Иван Князев: Давайте послушаем телезрителя, у нас звонок из Пермского края, Андрей дозвонился. Андрей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас.

Зритель: Алло. Вы слышите меня? Здравствуйте, добрый вечер. Рад, что вам дозвонился. Очень долго звонил, конечно.

Вот вы о мечтах пенсионера говорите, да? Смешно просто разговаривать. У меня жена – пенсионер. Получает 9 тысяч, 9 100. Ну смешно просто! Какая у нее может быть мечта? Да нет у нее никакой мечты. Помереть только – мечта одна. Вот и все.

Иван Князев: Ну что же вы так сразу о грустном? Мечта на то и мечта. Мечта не обязательно исполнится. Хотя бы, понимаете, подумать о том, куда можно было бы съездить. И вдруг… Мало ли что в жизни происходит. Всякое бывает.

Тамара Шорникова: У вас как? Вы работаете?

Зритель: Я работаю. Я самозанятый, тихонько занимаюсь. У меня есть работа. Я порядка 15–20 тысяч зарабатываю, в этих пределах. Вот мы тянем тихонько это хозяйство. У нас, конечно, есть огород, нормально мы живем. Поселок у нас небольшой. Был очень большой, очень хороший колхоз, который сейчас весь развалили, по большому счету. Короче говоря, работы, по большому счету, нет.

Иван Князев: Андрей, вам там нравится жить? У вас, я не знаю, климат хороший, место хорошее, тихо? Или вы прямо ненавидите?

Зритель: Ну, место у нас, конечно, тихое, потому что из 5–6 тысяч, которые были при Советском Союзе, сейчас осталось едва-едва 2 тысячи населения. Конечно, место тихое. Хорошо, есть грибные места. Есть река Кама, мы живем на ней, по большому счету. Кто-то рыбалкой занимается, кто-то – охотой. Ну, разное бывает. Кто-то грибы сдает, кто-то – ягоды. Вот так вот. Пенсионеры, чтобы у них подработка была к пенсии, они ходят и ягоды собирают.

Иван Князев: Ну понятно. Вот видите, Андрей, как хорошо – у вас и по грибы сходить можно. Я уж не помню, когда последний раз ходил за грибами. А Камы я вообще никогда не видел. Понимаете? Вот тут все достаточно относительно.

А если вам сейчас дать большое количество денег, то куда поедете?

Зритель: Я бы с радостью уехал куда-нибудь… допустим, в те же самые Сочи, в Адлер.

Тамара Шорникова: Жить?

Зритель: На море погреться, домик бы купить.

Тамара Шорникова: А сколько, по-вашему, вашей семье нужно было бы денег?

Зритель: Сколько бы мне нужно было денег? Ну, мне вообще, по большому счету, я так рассуждаю, и здесь хорошо.

Иван Князев: А-а-а! Так с этого и надо было начинать, Андрей. Мы бы сразу быстро во всем разобрались. Спасибо, спасибо вам большое.

Московская область, SMS пришла: «Нравится быть на даче. У меня там все хорошо, но раздражают заборы из профнастила. Эти заборы разобщают нас». Вот такая интересная SMS из Ростовской области: «Мне 72 года. Дочь выросла. Живу дома. Покой, двор в зелени. Общаюсь с друзьями. Отдыхать можно на Дону. Сейчас климат жарковат стал, а в общем довольна».

Тамара Шорникова: Вы знаете, что пишут? Москва: «Пенсия – 50 тысяч рублей, по тысяче за каждый год стажа. В Европе 30% скидка…» Интересно! Перезвоните. Тоже хочу такую пенсию заработать. Как это сделать? «В Европе 30% скидка на железнодорожный транспорт круглый год – тогда можно путешествовать», – пишет этот же телезритель.

Действительно, если ну не может себе страна позволить сейчас выплатить всем достойную пенсию, ту, которую ждут люди, – чем можно помочь? Какие льготы ввести? Какие скидки? Какие меры предпринять, чтобы все-таки как-то мечтать было сподручнее? Главное – не только мечтать, но и выполнять, съездить куда-то хотя бы раз в год.

Вячеслав Бобков: Это вы мне задаете вопрос?

Тамара Шорникова: Да, это вам вопрос, Вячеслав Николаевич.

Вячеслав Бобков: На самом деле у нас национальные проекты, которые разработали, там есть программа, которая связана со старшим поколением. И там целый ряд мер предусмотрен, для того чтобы больше возможностей создать для этой категории населения, лиц старшего трудоспособного возраста, чтобы они были, будем так говорить, не маргинальными, а могли позволять себе такую жизнь, которую может позволить себе работающий человек. Вот так бы я сказал: не то, что они хотят, а то, что может позволить работающий человек. Ну, это как-то все очень трудно делается. И эти шаги, в общем-то, недостаточные, как нам представляется.

Тамара Шорникова: А что там за меры, например?

Вячеслав Бобков: Конечно, вы правы, что надо было бы… Вот вы предлагаете, коллега говорил, зритель, который задавал вопросы. Конечно, надо думать о том, что у нас огромная страна. А раз огромная страна, то это прежде всего эти транспортные расходы. Они очень большую роль играют в том, что лишают возможности да все слои населения, особенно те слои населения, у которых недостаточно дохода. А это пенсионеры прежде всего. Лишают их возможности путешествовать, переезжать, то есть лишают их мобильности. Поэтому все программы, которые связаны с субсидированием расходов на всякого рода перемещения и поездки, конечно, они способствовали бы большим возможностям пенсионеров.

Вы слышали, что недавно была реализована программа двухнедельная, совсем недавно, когда… Как это называется? Кешбэк. По-русски уже вообще мало что стараются называть. Такие термины появляются, что без знания английского языка и не поймешь. То есть кешбэк – возвращение части денег назад, возвратные наличные деньги. Это один из таких примеров. Насколько это было отражено в средствах массовой информации теми людьми, которые этим занимались? Это имело очень большой спрос.

То есть надо думать над тем, как делать целевые программы поддержки лиц старшего трудоспособного возраста, для того чтобы им можно было бы улучшить свое материальное положение и, соответственно, разнообразить свою жизнь. Ну конечно, все-таки многие пенсионеры хотели бы еще работать.

Иван Князев: Ну, это уже отдельная история. Спасибо вам, Вячеслав Николаевич. Вячеслав Бобков, заведующий Лабораторией проблем уровня и качества жизни Института социально-экономических проблем народонаселения Российской академии наук, был с нами на связи.

Несколько SMS. Из Рязанской области, в частности: «Если бы были деньги, то купила бы домик с участком, завела бы трех французских бульдогов и котика. И жила бы себе припеваючи, сажая огурчики». «Хочу в Португалию», – пишет телезритель из Брянской области.

Тамара Шорникова: А вот грустная, очень грустная SMS, Ярославская область: «Моя мечта – чтобы лекарства были подешевле, а пенсия побольше. Моя пенсия – 11 178 рублей. Половина уходит на таблетки. Если бы пенсия была 25 тысяч, то мечта была бы другой».

Иван Князев: Человек из Забайкальского края нам пишет: «Мечтаю уехать с Дальнего Востока».

У нас есть еще время для того, чтобы принять один телефонный звонок. Елена из Крыма нам дозвонилась. Здравствуйте, Елена.

Тамара Шорникова: Сейчас и в Крым отсоветуют ехать.

Иван Князев: Может быть.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Елена, вы приглашаете или предостерегаете?

Зритель: Я приглашаю, приглашаю всех пенсионеров. И не бояться. Я просто рада, что вам дозвонилась. Из Калининграда я к вам не могла ни разу дозвониться. Мы приехали во второй раз в Крым. Мы были в 2014 году, вернулись в Калининград, а сейчас опять вернулись в Крым. Не бойтесь ничего! Нам по 63 года. Пенсия – 10 500. И живем нормально. Нужно просто знать, где что купить и когда купить. И все.

Иван Князев: А как вы умудряетесь? Откладывать получается? Заранее позаботились?

Зритель: Нет, не так. Ни откладывать, ни заранее позаботились. Просто у нас была своя недвижимость, маленький домик. Мы его продали и переехали сюда, купили здесь тоже маленький домик на побережье, возле поселка Мирный. Красота необыкновенная! Крым – это Крым. Я приглашаю всех россиян. Не бойтесь, пенсионеры, приезжайте!

Тамара Шорникова: Слушайте, здорово! А сколько стоит домик-то, если не секрет?

Зритель: Мы постоянно покупаем. В СНТ домик маленький можно купить за полтора-два миллиона. Зато у вас участок. У меня растут персики, инжир. Я первый раз в жизни увидела инжир, как он растет и какой он на вкус.

Иван Князев: Ой, спасибо!

Тамара Шорникова: Здорово!

Иван Князев: Здорово! Спасибо вам, Елена, за эти слова, за ваши впечатления.

Тамара Шорникова: Спасибо, Елена, за ваш звонок.

Иван Князев: Саратовская область, SMS пришла: «К сожалению, хочется путешествовать». Ну почему «к сожалению»? К счастью! Нужно об этом мечтать.

Тамара Шорникова: Видите, есть примеры. Не бояться, а делать!

Через две минуты увидимся. Мечтайте, мечтайте!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)