Бесполезно говорить о каких-либо пособиях прежде, чем мы не выведем существенную часть граждан из тени

Бесполезно говорить о каких-либо пособиях прежде, чем мы не выведем существенную часть граждан из тени
Дмитрий Гордеев: Местные бюджеты – это «тришкин кафтан»: очень большие публичные функции, а средств катастрофически не хватает
Саркис Дарбинян: Если мы хотим иметь конкурентные IT-сервисы, надо раз и навсегда отказаться от репрессивного правового регулирования этой отрасли
Погашение кредитов: какую часть семейного бюджета это отнимает?
Год в сапогах: военкоматы теперь займутся новобранцами и без официальной прописки
Таганрог остался без воды. О ситуации в городе - наш корреспондент Дмитрий Андреянов
«Матчи Евро-2020 у нас совершенно точно не отберут!»
Сокращение чиновников: станет ли в стране меньше бюрократии?
Какие пенсии в России? Достойная зарплата. Пентагон нацелился на Калининград. Лишние уроки. Тату детям не игрушка!
В ожидании индексации: какие пенсии сегодня получают в регионах и на что их хватает?
Пенсионный фонд России: сколько он тратит на свои нужды? Наш сюжет
Гости
Михаил Беляев
эксперт Российского института стратегических исследований, кандидат экономических наук
Борис Чернышов
зам. председателя комитета Госдумы РФ по образованию и науке

Оксана Галькевич: Прекращаем и переходим к обсуждению первой темы. Вы знаете, перед 1 сентября тот самый ветер, который, как говорится, вырывает из рук последние деньги, обычно усиливается. Родители, часто схватив в охапку своих детей, штурмуют в это время магазины, скупают рюкзаки, тетради, ручки, школьную и спортивную форму, покупают обувь. И надо сказать, что семейные бюджеты заметно худеют на исходе лета.

Денис Чижов: Но все-таки Госдума, видимо, нашла какое-то волшебное решение этой проблемы. Ну, по крайней мере, попытка. Депутат Борис Чернышов предложил ввести так называемый первосентябрьский капитал, чтобы как раз облегчить семьям сборы в школу.

Оксана Галькевич: Ну, сколько там предлагается давать?

Денис Чижов: Я искал цифры – не нашел.

Оксана Галькевич: И кому? Тоже интересно на самом деле. Я думаю, что вряд ли всем родителям.

Денис Чижов: Через минуточку, я думаю, мы приступим к выяснению этих вопросов вместе с нашим экспертом.

Ну а если посмотреть на стоимость базового набора, то это в среднем чуть больше 2,5 тысячи рублей. Дороже всего он обходится в Москве, а дешевле всего – в Ижевске.

Оксана Галькевич: Кстати, знаете, по данным этого исследования, в школьном наборе бо́льшая часть денег идет – как вы думаете на что? – на рюкзак. И вот это на самом деле, мне кажется, интересно, потому что, по моему личному опыту, школьная форма забирает бо́льшую часть, а также детская обувь. Друзья, если вы знаете, где можно купить школьную форму в среднем за тысячу с небольшим рублей – подскажите, я возьму сразу две. И еще две пары брюк дополнительно прикуплю. А то, знаете, у меня мальчишки, они такие, в футбол поиграют разочек – и все, и вот уже штанам конец.

Денис Чижов: Оксана, наверное, тебе надо просто тогда не в Москве покупать, а куда-нибудь в регионы ехать – тогда подешевле это все обойдется.

Оксана Галькевич: В Ижевск, я поняла.

Денис Чижов: Кстати, Москва – еще не самый дорогой регион. В Красноярске и в Новосибирске родители тратят даже больше москвичей. А меньше на эти цели – на подготовку к школе – расходуют воронежцы и пермяки. Вот куда тебе, Оксана, можно поехать.

Оксана Галькевич: Так все-таки в Ижевск, в Пермь или в Воронеж? Надо как-то мне определиться.

Денис Чижов: Пермь. Я был в Перми, там хорошо.

Оксана Галькевич: Там хорошо? Хорошо. Там счастье не за горами, по-моему.

Знаешь, на самом деле больше или меньше – все равно, мне кажется, суммы такие достаточно приличные, если не космические. Вот как думаете, уважаемые телезрители, первосентябрьский капитал – дело нужное вообще? Ждем ваших каких-то звонков, сообщений, мнений по этому поводу. Ну а мы представим нашего гостя.

Денис Чижов: И у нас есть человек, который точно знает, насколько это крупные суммы. Эксперт Российского института стратегических исследований, кандидат экономических наук Михаил Беляев сегодня у нас в гостях. Здравствуйте.

Михаил Беляев: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Михаил Кимович, ну что, свежая инициатива, такая идея, сегодня услышали мы ее из Госдумы в исполнении депутатов. Прокомментируйте, потому что вы экономист. Может быть, знаете, это идея «за все хорошее», так скажем.

Михаил Беляев: Оксана, я сначала по цифрам хочу уточнить.

Оксана Галькевич: Давайте.

Михаил Беляев: Я все-таки смотрел тоже информацию. И в информации проскочило, что там речь идет чуть не об 11 тысячах.

Денис Чижов: Это единоразовая выплата, да?

Михаил Беляев: Единоразовая. И есть еще второе такое ограничение цифровое – это чтобы расходы на первосентябрьское оборудование своего ребенка не превышали 25% семейного бюджета, а остальное надо доплачивать. Как-то вот так. Но эти цифры не вносят никакой ясности, кроме совершенно полного сумбура и неразберихи. Потому что опять-таки, как вы правильно заметили, 11 тысяч – это только первоклассникам? Или каждый год по 11 тысяч отдавать?

Денис Чижов: И кому именно?

Михаил Беляев: И кому именно? Сейчас я к этому подберусь, это я на закуску оставил.

Денис Чижов: Хорошо.

Михаил Беляев: Потом – 25% от семейного бюджета. А как считать семейный бюджет? То есть чей семейный бюджет? Папы и мамы? А если мама одна или папа один? Кто работает, кто не работает.

Потом – кто будет доплачивать, откуда будет доплачивать? Ну, ссылаются на то, что это региональная, в общем-то, забота регионального бюджета. Но вопрос: как это все администрировать? Вот кто-нибудь себе представляет, какой должен быть аппарат, который обслуживает эту блестящую, скажем так, идею?

Теперь я приведу еще вообще такой базовый скептический аргумент. На мой взгляд, прежде чем заниматься такими доплатами и всякими вспомоществованиями, которые кажутся такими нужными на фоне того, что у нас люди живут не очень роскошно в материальном отношении, и прочее, прочее… Это росстатовские цифры, это не злобные какие-то и не мои выдумки: у нас 13 миллионов людей находятся в тени в смысле заработков.

И прежде чем мы не выведем хотя бы существенную часть… я понимаю, все 100% оттуда вывести невозможно, но хотя бы существенную часть этих людей из тени и реально не поймем, кто сколько, где и как зарабатывает, вообще говорить о каких-то вспомоществованиях, на мой взгляд, совершенно бесполезно. Потому что у нас кто ни разобьется на Maserati – обязательно безработный.

Денис Чижов: Безработный. Эти новости мы любим.

Михаил Беляев: Обязательно безработный!

Оксана Галькевич: Слушайте, сегодня безработный…

Михаил Беляев: Вот сегодня. Я подзабыл, кто это, потому что я в марках автомобилей не силен.

Денис Чижов: Сегодня угоняли.

Михаил Беляев: Да, сегодня угоняли, догоняли. Опять это безработные. Что ни произойдет такое дорогостоящее, обязательно безработные участвуют. Собственно, вот это.

Я понимаю, что у нас… Я ожидаю шквал звонков. Я понимаю, что у нас есть определенная часть людей, которые действительно живут в очень серьезных стесненных материальных обстоятельствах.

Денис Чижов: Конечно, такие люди есть.

Михаил Беляев: Я понимаю. Но – не 13 миллионов. Это просто… Мы знаем, что есть люди, которые совершенно спокойненько работают где-то в тени, строят себе спокойненько дома, покупают хорошие машины, ездят совершенно спокойно отдыхать. И еще будут претендовать на это вспомоществование?

Денис Чижов: На 11 тысяч.

Оксана Галькевич: Михаил Кимович, вы думаете, что эти люди на Maserati с виллами где-то за границей тоже в эту статистику включены?

Михаил Беляев: А как же!

Оксана Галькевич: Серьезно?

Михаил Беляев: У них полно свободного времени, у этих дам, так сказать, и они приходят. Да, они за каждый десяток тысяч сражаются.

Оксана Галькевич: Хорошо. А вы думаете, они погоду в этой статистике делают, вот серьезно? Сколько у нас сейчас? 19–20 миллионов бедных. Они прямо серьезную погоду делают в этой статистике?

Михаил Беляев: Оксана, ну конечно, конечно.

Оксана Галькевич: Ну хорошо.

Михаил Беляев: Нет, понимаете, о чем я? 19 миллионов, и из них… Ну, 13 или 19. Не об этом речь, речь о принципе. Понятно, что со 100% не удастся это сделать. Но какая-то часть… Это люди, которые работают в этом самом теневом бизнесе, нигде не зарегистрировавшись. Это и репетиторы, это автослесари, это всякие настройщики компьютеров, это дизайнеры, это строители. И имя им – легион, и не счесть им числа. Понимаете? Они все зарабатывают не так-то плохо. Кстати, средний заработок у них посчитан – где-то около 80 тысяч.

Оксана Галькевич: Нам Пермский край как раз…

Денис Чижов: Вот из Пермского края: «Чтобы получить доплату, нужна куча справок, – ну, про будущее, видимо, пишет человек. – Многие не будут оформлять». Но здесь, как я понимаю, естественно, все-таки законопроект еще, это не закон, законопроект еще сырой…

Оксана Галькевич: Это предложение на самом деле, идея.

Денис Чижов: Предложение. И еще непонятно, что с ним будет.

Михаил Беляев: Он не высохнет никогда, судя по всему.

Денис Чижов: Вы считаете, что перспектив нет, да?

Михаил Беляев: Я считаю, что чем больше будет вопросов, тем он будет все более и более мокрый.

Денис Чижов: А первый вопрос: как определить, чтобы в выборку попадали те, кому действительно нужно, а не те, кто туда случайно попал?

Михаил Беляев: Для этого нужно начинать с того, чтобы определить, кто в этом нуждается.

Денис Чижов: Категории.

Михаил Беляев: Категории. То есть это люди, у которых есть «серые» схемы получения. Я понимаю, что многие идут на работу, когда начинаются такие благодушные пожелания: «А вы не идите туда, где платят только «белую». Но поди найди такую работу, особенно в регионе.

Оксана Галькевич: Поди найди. Да, это правда.

Михаил Беляев: Но речь даже не о них. Они работают на официальной работе и часть получают, минимум официально, по ведомости, а остальное – в конверте как доплата. Это тоже не очень хорошо. Но есть же много людей, которые вообще даже этим не занимаются. Вспомните кампанию, которая у нас была, для того чтобы индивидуальные предприниматели вышли из тени.

Денис Чижов: Самозанятые.

Михаил Беляев: Да, самозанятые.

Денис Чижов: Это, по-моему, сработало.

Михаил Беляев: Им придумали и пониженный процент по налогообложению, и какое-то приложение, чтобы они, не вставая с дивана, могли кнопочками выйти, полный комфорт. И сколько вышло? Десятки тысяч, по-моему, в пределах сотен. А речь идет о миллионах.

Денис Чижов: Но первый шаг, по крайней мере, сделан.

Михаил Беляев: Но второго не будет.

Денис Чижов: Думаете, не будет?

Михаил Беляев: Это же психология этих людей. Они не платят деньги не потому, что им 3% жалко, а у них такая психологическая установка: «Не платил, не плачу и платить не буду».

Оксана Галькевич: Михаил Кимович, ну хорошо. Но мы немножко в сторону отошли от обсуждения этой идеи первосентябрьского капитала. У меня такой вопрос. Допустим, эта инициатива обретет некие понятные контуры. Как вы считаете, государство в принципе найдет ли деньги? Это не будет ли неким обременением для бюджетов, я не знаю, если обяжут федерацию, то для федерального бюджета, а если обяжут регионы изыскивать, то тогда для региональных бюджетов?

Михаил Беляев: Оксана, как мы знаем, ответ содержится в самом вопросе. Если речь идет о выплатах… А у нас несколько миллионов школьников, которым надо выплатить по 11 тысяч. Вот помножьте одно на другое – и получите. Конечно, это ложится на бюджет. Конечно, это обременение.

Денис Чижов: Но это значительное обременение или нет?

Оксана Галькевич: Слушайте, Михаил Кимович, вы знаете, так можно говорить, что у нас, простите, обременение – пенсионеры, я не знаю, матери-одиночки и все прочие.

Михаил Беляев: Извините, пенсионеры из другого источника финансируются.

Оксана Галькевич: Нет, я понимаю, что из другого источника. Вы говорите, что ответ содержится в самом вопросе.

Михаил Беляев: Ну, вы спросили: «Будет ли обременение?» Я ответил: «Да, будет обременение».

Денис Чижов: Давайте по-другому: это будет значительное обременение или нет?

Оксана Галькевич: Я это спрашиваю потому, что у нас громадный профицит, Михаил Кимович. Громадный профицит! И все эти деньги на детей, на матерей, на стариков…

Михаил Беляев: А вот это уже второе. Вы знаете мою позицию, более глубинное отношение к экономике. Этот профицит… Когда тебе надо развивать экономику, чтобы экономика двигалась вперед, хвастаться тем, что ты добился трехпроцентного профицита бюджета от ВВП, вовсе не стоит. Потому что его надо использовать или так, как вы предлагаете, на вспомоществования (то есть эти деньги есть, их надо запустить), а еще лучше их запустить в экономику для того, чтобы там создавались рабочие места с приличными зарплатами, с прилично оборудованными рабочими местами, чтобы люди получали приличную зарплату. И тогда не возникнет вопроса о том, кому… Ну, я понимаю, все равно будут.

Оксана Галькевич: Тогда и не нужен будет никакой этот капитал первосентябрьский, да? У людей будет зарплата позволять.

Михаил Беляев: Да. Ну нет, будет, конечно, какое-то очень небольшое количество людей, которым все равно будут… Это везде, во всех странах всегда будет. То есть они всегда будут нуждаться. Но это будут совершенно другие люди, по другим условиям и по другим обстоятельствам.

Денис Чижов: Я вот не могу понять следующее. Просто это в нашей стране достаточно долго и постоянно тянется – все в тени. Официально, по документам по всем вопросам – одно, а в реальное жизни – другое. И это уже данность. Получается, что любая инициатива натыкается на такой ответ: «А вот давайте не с этого начнем, а сначала порядок наведем с документами, выведем всех из тени». Получается тогда, что никому никогда не нужно помогать. То есть мы всегда возвращаемся к тому, что: «Выведем из тени, а вот потом подумаем, выделять или не выделять». А как быть людям?

Михаил Беляев: Да нет, Константин…

Денис Чижов: Денис, Денис.

Михаил Беляев: Денис, вы знаете, есть социальная функция государства. Она есть всегда, всюду она присутствует. И никогда стопроцентной чистоты результата в экономике добиться невозможно.

Денис Чижов: Это понятно.

Михаил Беляев: Всегда будут какие-то люфты по краям, всегда они будут. Но тем не менее… И ничто не мешает, кстати, параллельно этим заниматься.

Денис Чижов: Просто они у нас не люфты, а люфтища!

Михаил Беляев: Да. Но ничто не мешает заниматься этим параллельно. Не надо говорить «сначала», не надо говорить «потом». Это тот случай, когда ты не в шахматы играешь и сначала пошел пешкой, а потом – конем, а тот случай, когда ты можешь одновременно две фигуры двигать: и заниматься какими-то вспомоществованиями, и одновременно наводить порядок. Ничто не мешает.

Оксана Галькевич: У нас Петербург и Ростовская область в очереди за возможностью высказаться. Рушану первому предоставим слово. Рушан, здравствуйте, слушаем вас.

Зритель: Добрый день.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Добрый день. Я очень рад, что наконец-то Дума додумалась до этого, что нужно все-таки родителям помогать на 1 сентября.

У меня есть очень хороший опыт турецкий, где мы проживали, где у нас ребенок ходил в школу. В Турции полностью муниципалитеты (подчеркиваю – муниципалитеты) обслуживают школы, именно детей собирают, начиная от карандаша и кончая формой. Плюс бесплатное питание в школе – завтрак и полноценный обед. Даже больше скажу: родитель, пришедший за ребенком в школу, тоже может отобедать в этой столовой. Плюс перевозка на автобусах. Дети в Турции в школу не ходят, их привозят исключительно только на автобусе. Дети приходят к остановке, там их забирает автобус, и он их привозит к школе. Это все ложится на муниципалитет.

Плюс я вам хочу сказать, что у меня ребенок ходил в спортивную школу. Также он подходит на остановку, его забирает автобус и везет на тренировку. И дальше с тренировки он привозит его обратно по назначению. И это все ложится исключительно на муниципалитет.

Если деньги Российской Федерации не будут отправляться в Москву, а будут оставляться в муниципалитете, то я уверен, что все наши дети будут точно так же обслуживаться, начиная от карандаша, формы и кормежки, а также тренировки и все остальное прочее.

Денис Чижов: В Турции, кстати, по-моему, не 11 тысяч рублей, там побольше сумма.

Оксана Галькевич: Спасибо большое, Рушан.

Михаил Беляев: Ну, в Америке же тоже скулбасы. Понимаете, начинается все не с того, что Москва плохая, обирает эти самые окраины Российской… Федерации

Оксана Галькевич: Чуть не сказали «империи», Михаил Кимович! Да-да-да, продолжайте.

Михаил Беляев: Ну, удержался ведь, не сказал. Все начинается с базового момента – именно с того, что надо заниматься собственной экономикой. Это то, о чем я говорил. Видимо, слушатель настолько увлечен своей идеей Турции, что даже не очень слушает.

Надо заниматься тем, что людям надо давать возможность работать и зарабатывать. И тогда двигаться будет ВВП. И когда мы выводим… Вот я подзабыл эти цифры, они недавно были опубликованы Росстатом. Эти же цифры чудовищные, которые касаются 13 миллионов, которые находятся в тени. Там под триллион рублей получается – то, что недодается валовому внутреннему продукту и бюджету. Если это додать валовому внутреннему продукту и бюджету, то тогда хватит и на кроссовки, и на карандаши, и на скулбасы.

Оксана Галькевич: Михаил Кимович, вы знаете, конечно, вы все правильно говорите, но дело в том, что ведь ситуация на самом деле зеркальная. Хотя мы опять уходим от 1 сентября. Ситуация зеркальная. Простите, эшелон хорошо зарабатывающих людей выводят незаметно деньги из нашей страны, наши деньги, заработанные здесь, в стране, выводят их за границу и тратят их там на то, что они считают нужным. А нижний эшелон – те люди, которые вынуждены выживать в таких условиях, – простите, тоже работают в таких условиях и нарабатывают эти триллионы, и хранят их в своих карманах. Простите, у кого меньше стыда и совести? Это еще большой дискуссионный вопрос.

Михаил Беляев: Ну, на самом деле, да.

Оксана Галькевич: Михаил Кимович, давайте послушаем Ростовскую область, Ольга у нас на связи. Ольга, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, добрый вечер. Вот у нас в Ростовской области, я считаю, очень много малообеспеченных семей, если брать наш город Шахты. Очень много! Но я ни разу не слышала, чтобы муниципалитет кому-то оказал помощь. У меня была ситуация… У меня сейчас ребенок идет в шестой класс, девочка, 12 лет.

Денис Чижов: Собрали уже? Сколько денег потратили?

Зритель: Уже я потратила на сегодняшний момент 18 тысяч, включая канцелярию, одежду и обувь, белье, портфель – ну, в общем, все.

Денис Чижов: То есть 11 тысяч не хватит даже, если их выделять. И это не в Москве.

Михаил Беляев: Нет, извините…

Зритель: Я не прошу помощи. Я попросила помощи у муниципалитета один раз, когда она шла в первый класс. Я тогда потеряла работу. Я очень боялась, что не смогу ребенка собрать на свои средства, и обратилась в собес, потому что я получатель пенсии по потере кормильца. Они мне ответили следующим образом: «Раз вы не стоите на учете как неблагополучная семья, вам материальная помощь не положена».

То есть, по их логике, я должна, наверное, быть алкоголичкой или наркоманкой, потому что они заставили меня предоставить справку из наркодиспансера, стою ли на учете или нет. Раз не стою – семья благополучная, обойдетесь своими средствами. Понимаете? Поэтому рассчитывать, мне кажется, в нашей стране, в нашем регионе…

Оксана Галькевич: …приходится только на себя.

Михаил Беляев: Извините, у меня вопрос.

Оксана Галькевич: Обратитесь к Ольге.

Михаил Беляев: Начинают к 1 сентября причислять ботинки, юбки, пальто и прочее. Если бы не надо было идти в школу, то это бы все не покупалось, что ли? Это бы не покупалось? Или как это?

Зритель: Вот смотрите…

Михаил Беляев: Ну, школьная форма. Вы как-то очень интересно рассуждаете: для школы – это для школы, для жизни – это для жизни.

Зритель: Нет.

Михаил Беляев: У вас все приурочено это к 1 сентября. Значит, вы считаете, что это первосентябрьские затраты, как на новогоднюю елку шары вешать, то же самое. То есть вы тоже понимайте, методологически-то (простите за это слово) отделяйте одно от другого.

Потом – по выплатам. Понимаете, чтобы выплатить деньги, нравится вам это или не нравится, но это закон расходования средств, должны быть какие-то основания. Вот если есть такие основания, что надо какие-то справки и оправдательные документы… Там на слово никто никому не верит. На слово верят только мошенникам, когда они приходят и говорят: «Переведите мне на карту такие-то деньги – и у вас будет какое-то счастье». И вы переводите. Это мы тоже обсуждаем все время. А такие официальные деньги…

Кстати, слово «алкоголизм» меня тут натолкнуло вот на какую хулиганскую мысль, сразу скажу, которая вам всем не понравится. Сегодня я прочитал цифру по тому, сколько расходуют граждане на алкоголь и табак. Недавно тоже поднял цифру, у нас она была опубликована – так называемая модальная заработная плата, то есть та, которая наиболее распространена в стране. Это 23,5 тысячи рублей. Я умножаю 23,5 тысячи на 12 – и получаю что-то около 280 тысяч рублей в год.

Денис Чижов: Михаил Кимович, а можно…

Михаил Беляев: Вот если он бросит пить и курить, а это 4% дохода, то получаем аккурат 10 тысяч.

Денис Чижов: Давайте узнаем подробности все-таки законопроекта, нам удалось связаться с автором документа. Заместитель председателя Комитета Госдумы по образованию и науке Борис Александрович Чернышов с нами на связи. Здравствуйте. Вы нас слышите?

Борис Чернышов: Здравствуйте. Фракция ЛДПР. Да, слышу вас.

Оксана Галькевич: Борис Александрович, вы знаете, основной вопрос у наших телезрителей (видимо, у тех, кто с одобрением относятся к вашей идее, к вашему предложению): почему так поздно? Фактически – сколько там? – за полторы недели до 1 сентября.

Денис Чижов: 1 сентября уже скоро.

Оксана Галькевич: Мы прекрасно понимаем, что законодательная машина так стремительно не работает. И потом, нужно как-то деньги в бюджетах предусмотреть. Соответственно, в этом году к 1 сентября, если бы это стало каким-то законом, оказать помощь уже не удалось бы.

Борис Чернышов: Да-да-да. Критически это только для родителей одиннадцатиклассников. А для всех остальных – мы еще раз встретимся, что называется, на следующем 1 сентября.

Я эту инициативу получил от моих коллег, от тех избирателей, которые приходят ко мне на встречи. Все жалуются на эту проблему. Поэтому будем добиваться, чтобы уже в следующем году (а я если успеем, то и в этом году) Правительство приняло такие меры. Но я думаю, что это разговор следующего года. И та инициатива, с которой мы вышли, те возможности первосентябрьского капитала, которые мы заложили в основу этого предложения, – этими возможностями воспользуются наши уважаемые родители и дети.

Оксана Галькевич: Борис Александрович, давайте по конкретике пройдемся.

Борис Чернышов: Давайте.

Оксана Галькевич: Давайте коротко. Во-первых, на чьи плечи, на чьи бюджеты вы предлагаете возложить эти расходы? Это федерация, федеральный бюджет? Или это региональные, муниципальные бюджеты?

Борис Чернышов: Региональные и федеральные бюджеты (это очень важно), в которых есть деньги. У нас многие бюджеты профицитные, особенно бюджет Москвы. Вот эти деньги, которые не заложены в бюджетах… У нас и федеральный бюджет уже профицитный. Просто при перераспределении бюджетных средств…

Оксана Галькевич: То есть это будет федеральное пособие, я правильно понимаю, по вашей идее?

Борис Чернышов: И федеральное, и региональное.

Оксана Галькевич: И федеральное, и региональное. Дальше?

Борис Чернышов: Уже есть такие программы в регионах, но они плохо реализуются. Поэтому здесь и парламентский контроль, и действия со стороны депутатского корпуса, со стороны фракции ЛДПР должны быть позитивно восприняты.

Оксана Галькевич: Хорошо. Критерии. Какие семьи? И какая сумма?

Борис Чернышов: Любые семьи. Это очень важно. Но я думаю, что богатые семьи и так не будут обращаться. А те семьи, у которых есть проблемы, которые берут кредиты и обращаются в микрофинансовые организации для того, чтобы собрать ребенка в школу, обязательно обратятся.

Критерий финансовый вот такой: 25% от среднемесячного дохода семьи в регионе, семья может собрать. А все остальное – из федерального и регионального бюджета. Дополнительные пособия на сбор ребенка в школу должны получить эти семьи.

Денис Чижов: Борис Александрович, у нас сейчас в студии сидит Михаил Кимович Беляев. Он обратил внимание на то, что у нас слишком много людей в тени работают, поэтому на бумагах не то, что фактически существует. Как же быть тогда с этим? Ну хорошо, будут…

Борис Чернышов: Здесь страшного ничего нет. Пусть он идет в регионы, пусть он идет в Бирюлево Западное и в Бирюлево Восточное и, как я, каждый день проводит встречи с избирателям и услышит. Неважно, как получают люди. Если у них не хватает денег на самое минимальное, если они берут кредит, чтобы купить рюкзак ребенку, то это уже постыдно. И государство должно помочь.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Денис Чижов: Спасибо большое, Борис Александрович.

Оксана Галькевич: Борис Чернышов, заместитель председателя Комитета Госдумы по образованию и науке.

Ну как, Михаил Кимович, вас убедили аргументы? Коротко, если можно.

Михаил Беляев: Абсолютно нет. Потому что я это все прочитал в новостях перед этим. И в моем предварительном выступлении были по всем этим аргументам даны, в общем-то, такие сомнительные заключения.

Оксана Галькевич: Депутатский надзор не поможет исполнению?

Михаил Беляев: Да нет. Это только городить надзоры. Понимаете?

Оксана Галькевич: Хорошо.

Михаил Беляев: Это административные расходы.

Оксана Галькевич: Ну что же, спасибо большое. Михаил Кимович Беляев был у нас в студии, эксперт Российского института стратегических исследований, кандидат экономических наук. Обсуждали инициативу депутата Государственной Думы Чернышова о введении в нашей стране первосентябрьского капитала, друзья.

Сейчас мы не прощаемся с вами, продолжаем наш прямой эфир. Впереди у нас рубрика «ЖКХ по-нашему».

Денис Чижов: «ЖКХ по-нашему», да.

Оксана Галькевич: Там очень интересная тема, друзья.

Михаил Беляев: Еще интереснее.

Денис Чижов: Не переключайтесь.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Анна
Исправьте ошибку в заголовке - уберите частицу НЕ.

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски