Минтай наш. Китай отказался от российской рыбы – заполнит ли она прилавки внутри страны?

Минтай наш. Китай отказался от российской рыбы – заполнит ли она прилавки внутри страны? | Программы | ОТР

Что такое «рыбная интервенция»

2021-01-22T20:27:00+03:00
Минтай наш. Китай отказался от российской рыбы – заполнит ли она прилавки внутри страны?
Зеленая энергетика: чистая, экологичная, но крайне ненадёжная
Алиментарное решение
Маломерные суда и доступность инфраструктуры на реках и озерах
На пенсию досрочно
Пенсионеры, на выход! Минтруд предлагает изменить расчёт стажа
За зарплатой – на край света
ТЕМА ЧАСА: Нуждаемость станет объективнее?
Не наотдыхались?
Северный отток партнёров
Тепло и свет подорожают?
Гости
Сергей Гудков
исполнительный директор Рыбного союза
Александр Савельев
руководитель информационного агентства по рыболовству

Оксана Галькевич: Ну а в финале эфира хотим поговорить с вами вот о чем. Вы знаете, у нас снова такая ситуация, как в той поговорке, не было бы счастья, да несчастье помогло. Помните, наверное, в конце прошлого года Китай отказался от закупок нашей рыбы, в частности минтая? И это большая проблема для наших моряков-рыбопромышленников, потому что долгие годы они работали, отправляя добычу в основном на экспорт в огромных объемах. Вот смотрите, 70% нашего рыбного экспорта приходилось именно на Китайскую Народную Республику. И вдруг сначала пошло снижение поставок, а потом и полный отказ.

Иван Князев: Да. В декабре 2019 года Китай купил у России почти 71,5 тысячу тонн рыбы, а спустя год, в декабре 2020-го, на 30 тысяч тонн меньше. В самом конце года КНР заявил о закрытии для импорта последнего работающего морского порта Далянь, а 14 января власти этой страны уведомили о полном закрытии границ, в том числе сухопутных, как минимум до 15 февраля.

Оксана Галькевич: Китайцы заявили, что они обнаружили следы COVID в партиях рыбной продукции, и перестали покупать нашу рыбу совсем. Ситуация...

Иван Князев: Скорее всего, надуманная причина...

Оксана Галькевич: Ну...

Иван Князев: Мы будем в этом разбираться.

Оксана Галькевич: Не знаю, тут сложно, я не специалист, выводы делать не буду.

Ситуация на самом деле чрезвычайная, вот смотрите, да, действительно, столько производителей, такие объемы, учитывая число участников, которые работали на этих иностранных партнеров и были заинтересованы в этом партнерстве. Что тут делать?

Вдруг, уважаемые друзья, внезапно вспомнили о нас с вами, о россиянах, о людях, которые, ну очень многие на самом деле о рыбе-то на своем столе уже и тосковать перестали, потому что в наших магазинах либо то, что китаец среднестатистический рыбой не назовет, либо что-то ну совсем поднебесно дорогостоящее.

Иван Князев: Забыли уже, как выглядит рыба.

Однако Росрыболовство теперь предлагает начать проведение закупок, например минтая, для бюджетных учреждений, ну то есть школ, детских садов, больниц, для армии, чтобы наконец кормить наших, а не китайских детей, и взрослых доступной и вкусной рыбой. Эксперты посчитали, что таким образом можно продать 700 тысяч тонн минтая.

Оксана Галькевич: И кстати, это, заметьте, больше, чем покупал у нас Китай, если я правильно поняла, да?

Иван Князев: Ну да, да.

Оксана Галькевич: Получается, что так. Да и возможная выручка выглядит на самом деле весьма прилично, лихо я бы даже сказала, 50 миллиардов рублей. Но на бумаге все это посчитано вроде бы как гладко, а вот как это будет работать... Давайте попробуем выяснить. Обязательно звоните нам, пишите и, кстати, вот расскажите, как часто вы действительно покупаете рыбу, часто ли вы ее едите, сколько она стоит, какого она качества, – в общем, делитесь, рассказывайте. Пятница не рыбный день, но тема у нас сегодня такая.

Иван Князев: Ну а сейчас на связи Александр Савельев, руководитель информационного агентства по рыболовству. Здравствуйте, Александр Анатольевич.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Александр Савельев: Здравствуйте.

Иван Князев: Ну вот мы уже говорили с рыбопромышленниками, говорят, что очень тяжело и сложно будет перестраиваться на внутренний рынок, в том числе технологически: там и логистика, и многое другое. Что вы скажете?

Александр Савельев: Действительно, действительно, проблем возникло много, все они катастрофические для российских рыбаков, на Дальнем Востоке прежде всего. И надо заметить, что Китай не только порты закрыл, но и сухопутную границу, а сейчас и Республика Корея ужесточает меры. Вы знаете, COVID – это действительно такой очень удобный инструмент в части давления на цены прежде всего.

Оксана Галькевич: Предлог, да, такой предлог?

Александр Савельев: Да. Если обратить внимание, то тонна минтая в прошлом году стоила порядка 1 600 долларов, а теперь китайцы вот этими, так сказать, запретами и ужесточениями мер снизили ее до 1000–1200, ну то есть они практически убрали всю, так сказать, прибыль, которую могли бы заработать российские рыбаки. В этой сложившейся ситуации искать какие-то альтернативные рынки достаточно проблематично, но, как вы совершенно справедливо подметили, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Но проблема, так сказать, не только в логистике и в объемах хранения, в холодильниках на территории страны, прежде всего в портах, но и в том, что вот мы почему-то себе вбили в голову, что минтай – это такая рыба для кошек. Я бы хотел сразу развенчать эту историю – это великолепная тресковая рыба, кстати сказать, гораздо...

Оксана Галькевич: Александр Анатольевич, не все, не все так думают. Вот некоторые нам пишут, что минтай-то хорош, с лучком да на сковородку. Может быть, сложилось такое мнение, что нам-то минтай поставлялся не того качества, понимаете, который хотелось бы минтай купить, на сковородочку да с лучком, а что-то такое, что и брать в руки-то не хочется, а?

Александр Савельев: Совершенно верно. Вы знаете, в европейских санаториях минтай в качестве диетического питания подается. И кстати сказать, минтай во всех McDonald’s продается, то есть это великолепная тресковая рыба, промысел которой сертифицирован Международным морским попечительским советом, то есть это во всех отношениях великолепная, качественная рыба, но вот такие вот стереотипы.

Хотя, вы знаете, так сказать, вода, что называется, камень точит. Я вот в Подмосковье на одном из рынков обратил внимание, старушка одна торгует вот этой вот мороженной рыбой, как раз минтаем. И она написала не «минтай», а «pollock», то есть английское название этой рыбы, и увеличила при этом цену на 25%.

Оксана Галькевич: Ага.

Александр Савельев: И вы знаете, берут. Вот я не знаю, может быть, минтай называть на английский манер, тогда она здесь будет более популярна, вот. Если говорить серьезно...

Оксана Галькевич: Может быть, это учительница английского языка на пенсии, понимаете, может быть, она так повышает уровень грамотности, знание иностранных языков в округе.

Иван Князев: Ну, раз англичане едят, то почему бы и нам это не попробовать.

Александр Савельев: Да. Значит, мы, кстати сказать, накануне, готовясь к эфиру, посмотрели, что с ценами на минтай творится. Оптовая цена, ну вот в силу, так сказать, этих причин катастрофических, которые сложились на Дальнем Востоке, прежде всего в Китае, рухнула до 56 рублей за килограмм (внимание, 56 рублей за килограмм), хотя розничная продолжает оставаться на уровне 250. Вот розница – алчная, я подчеркну, розница – никак не может, так сказать, снизить эту цену. Но и по 250 рублей, я считаю, что это вполне может разнообразить наше меню.

Что касается логистики, то она в принципе, так сказать, отработана, вот эти вот объемы уже в начавшейся минтаевой путине, сезона А, который продлится до 10 апреля, в принципе все это очень можно быстро организовать. Что касается мест хранения, действительно, есть дефицит холодильных мощностей, но у нас в России еще есть Росрезерв, не надо об этом забывать.

И вы знаете, вот эти разговоры, эти правительственные решения о государственных интервенциях, которые, как известно, проходили и проходят не только на зерно, но и на рыбу, я считаю, что как раз настал тот момент, когда можно государству потратиться. Причем эти деньги возвратные, вы правильно подметили, что, так сказать, этими объемами этой замечательной рыбы можно и школьников кормить, и армию, и, кстати сказать, тюрьмы...

Оксана Галькевич: Вы знаете, некоторые наконец-то узнают вкус рыбы в школе, в детском саду, вот эти какие-нибудь там рыбные паровые котлетки... Ну правда, ну действительно, нам люди очень многие пишут...

Александр Савельев: Это правда, это правда.

Оксана Галькевич: Очень не хватает рыбы в нашем рационе, правда? Она и для здоровья полезна...

Александр Савельев: Совершенно верно. Вот вы эту часть программы назвали «Минтай наш», а я бы предложил...

Оксана Галькевич: Так, не услышали мы ваше предложение...

Иван Князев: Будет наш.

Оксана Галькевич: Давайте выслушаем звонок. У нас...

Иван Князев: ...Тамбов на связи.

Оксана Галькевич: Тамбов, да.

Иван Князев: Николай дозвонился, узнаем, что с рыбой в Тамбове. Здравствуйте, Николай.

Зритель: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Мне бы хотелось узнать у уважаемого представителя Росрыболовства, почему в последние 5–7 лет, по крайней мере по моему мнению, резко упало качество рыбы. Изжога, как только съем, не пропадает, мучает. Хотел бы услышать ответ.

Иван Князев: Да, спасибо вам за ваш вопрос. Мы его переадресуем как раз-таки следующему эксперту.

Оксана Галькевич: Попробуем следующему эксперту, да.

Пока зачитаем несколько сообщений. Вот Белгородская область пишет, что цены на рыбу в магазинах ну прямо-таки заоблачные, «вкус рыбы-то мы уже и забыли», ну, собственно, как и...

Иван Князев: Ну дороже мяса, пишут, что рыба уже стала.

Оксана Галькевич: Да.

Иван Князев: Вот из Челябинской области: «Минтай в море девать некуда, рыбка на рынке стоит 150 рублей», – но это еще по-божески. А вот пишут из Свердловской области: «Хожу в рыбный магазин как в музей, цены от 250 до 600 рублей за 1 килограмм».

Оксана Галькевич: Да, я тоже хотела прочитать это сообщение. Ну вот Коми пишет, что рыба-то нам очень нужна, за ценой не нужно стоять, потому что рыба – это здоровое население. Тульская область: «На рынке нет никакой хорошей рыбы, а вот наконец-то все и поедим. Только нужно бы, чтобы еще и перерабатывать наконец начали». Китайцы же ведь чем были сильны? – они такие объемы выбирали, потом перерабатывали...

Иван Князев: ...и назад нам их же возвращали.

Оксана Галькевич: ...а потом обратно в переработанном виде.

Иван Князев: Конечно.

Краснодар на связи, Виктор дозвонился. Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Я звоню вам из Краснодара, города Краснодар. Мы здесь живем уже 4 года, с Дальнего Востока, с Хабаровска переехали. Вот первый год мы увидели, что цена с прошлого года по нынешнее число на горбушу поднялась от 120 до 140 рублей, на кету поднялась. Ну потому что мы дальневосточники, любим именно красную рыбу, вот. Ну и вот даже горбуша, камбала, навага тоже поднялись в цене.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: В Краснодаре с рыбой не очень-то просто, потому что, если с Камчатки рыба, она очень дорогая, вот.

Оксана Галькевич: Виктор, а какой-нибудь там черноморский ассортимент вы не пытались изучать как дальневосточник? Интересно даже, может, там получше как-то, и с ценой, и с качеством?

Иван Князев: Все-таки поближе.

Зритель: Где-где, не понял?

Иван Князев: Ну черноморский...

Оксана Галькевич: Местную рыбу, черноморскую вы не пробовали как-то?

Зритель: А-а-а, местную рыбу?

Оксана Галькевич: Да.

Зритель: Местную рыбу мы пробовали, но, вы знаете, мне она не нравится как дальневосточнику.

Оксана Галькевич: Не нравится, ох...

Зритель: Да, честно говорю.

Оксана Галькевич: Вы когда сказали «красная рыбка», да, мы поняли, что вы привыкли к хорошему. Спасибо, Виктор.

У нас есть, кстати, для вас сообщение небольшое как раз с вашей родины, с Дальнего Востока, там добывают больше половины всей рыбной продукции, которая в нашей стране производится. С января по апрель там идет как раз минтаевая путина, за это время вылавливают около 1 миллиона тонн минтая. Рыбодобытчики говорят, что на внутреннем рынке они смогут разместить только 200–250 тысяч тонн, то есть не больше четверти, а 75–80% улова приморских предприятий обычно прежде уходило на экспорт.

Георгий Мартынов: Мы на внутренний рынок поставляем столько рыбы, сколько внутренний рынок съедает. Если внутренний рынок будет съедать больше, будем поставлять больше. Не стоит вопрос, наверное, снижения цены, а стоит вопрос хранения и переработки рыбы. Доставить рыбу по каким-то приемлемым ценам в том числе для внутреннего рынка, для этого должна быть определенная инфраструктура.

Иван Князев: Если продукцию будет некуда поставлять, то рыбаки вынуждены будут снижать объемы улова. В итоге упадет прибыль и сократится количество рабочих мест, что логично.

Оксана Галькевич: У нас еще один собеседник на связи – Сергей Гудков, исполнительный директор Рыболовного союза. Сергей Владимирович, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Сергей Владимирович.

Сергей Гудков: Здравствуйте. Рыбного союза, просто рыбного.

Оксана Галькевич: Рыбного союза, отлично, хорошо.

Сергей Гудков: Да. Мы не вылавливаем, мы перерабатываем, поставляем на внутренний рынок.

Оксана Галькевич: Ага.

Сергей Владимирович, а тогда вот прокомментируйте. Вот только что у нас был небольшой синхрон, там фрагмент интервью, где человек сказал, что мы бы, может, и рады больше поставлять, но только 200–250 тысяч тонн внутренний рынок, такова его емкость, собственно, больше и не съедают россияне. Так ли это? Или в этом есть какое-то лукавство? Может быть, с ценой связано, может быть, дорого слишком?

Сергей Гудков: Давайте просто по фактам.

Оксана Галькевич: Давайте.

Сергей Гудков: Первое: рыбная продукция с 2013-го по 2018-е гг. официальные данные Росстата, самый высокий индекс цен на продукты питания.

Оксана Галькевич: Ага.

Сергей Гудков: Дороже у нас ничего не подорожало, рыбная продукция.

Второе. Падение потребления рыбы, по данным Росстата, с 2013-го по 2018-е гг. 27,8%, снизилось потребление рыбы. На этом фоне потребление мяса снизилось на 4%, молока на 2%.

Оксана Галькевич: Ага. Так.

Сергей Гудков: Ну вот в чем проблема?

Оксана Галькевич: А вот в чем проблема? Почему?

Иван Князев: Почему снизилось? Может быть, из-за того, что цена высокая, поэтому и снизилось потребление?

Сергей Гудков: Совершенно верно, я же с этого начал, официальные данные Росстата, самый высокий индекс роста цен. То есть рыба подорожала в 3 раза дороже, чем молоко, и в 2 раза больше, чем мясо, за этот период времени.

Оксана Галькевич: Сергей Владимирович, то есть получается...

Сергей Гудков: Наша рыба привязана к мировому рынку, все зависит от курса доллара, и экспортно-ориентированная политика.

Оксана Галькевич: Вот вы знаете, мы какую тему ни возьмем, у нас получается, в последнее время как-то мы обсуждаем, что по пшенице большой спрос на Западе...

Иван Князев: Курс доллара.

Оксана Галькевич: ...поэтому туда выгоднее поставлять, а не на внутренний рынок. Что по рыбе вы сейчас говорите, что по другим каким-то продуктам. Как жить-то, слушайте? Как так? Как нам наладить нормальное состояние внутреннего рынка? Как нам своих-то людей рыбой накормить?

Сергей Гудков: Да. А вот, как бы это ни было удивительно, это называется таможенно-тарифная политика Российской Федерации.

Оксана Галькевич: Что с ней не так и что надо делать?

Сергей Гудков: А ее нет.

Оксана Галькевич: Так.

Иван Князев: Ага.

Оксана Галькевич: Как это нет?

Сергей Гудков: У нас нулевые пошлины на экспорт, вывози и все, вылавливай и вывози.

Оксана Галькевич: А-а-а, ага. То есть если с пшеницей как-то регулируется, то с рыбой вообще никак, вывози все что хочешь, да?

Сергей Гудков: Совершенно верно, вывози сколько хочешь. А регионы говорят: «А у нас стоит KPI, мы на экспорт должны отгрузить столько». На внутренний рынок никаких KPI ни у кого нет.

Оксана Галькевич: Вот.

Сергей Гудков: А на внешний рынок нужно отгрузить определенный объем, и все стимулируют и говорят: «Гони экспорт, гони экспорт».

Оксана Галькевич: А кто этот KPI устанавливает? Экономические показатели, так нашим зрителям поясним.

Сергей Гудков: Ну, тут, по всей видимости, это отработка указов президента о том, что нам нужно развивать экспорт агропромышленной продукции.

Оксана Галькевич: Ага, и пополнять, соответственно, бюджет таким образом, да?

Иван Князев: Хорошо.

Сергей Владимирович, смотрите, какой момент: как сделать так, чтобы рыбопромышленникам, рыбодобытчикам было еще и выгодно поставлять рыбу на внутренний рынок? Понятно, что, если они продавали за 1 600 долларов за тонну и к тому же недалеко, в Китай, это им было выгодно и удобно. Как сделать так, чтобы они вот еще нам поставляли и в принципе тоже хорошо себя чувствовали, а не грозили, что снизят объемы производства?

Сергей Гудков: Еще раз говорю, это таможенно-тарифная политика. То есть что государству важно? У государства есть природные ресурсы...

Иван Князев: Да нет, сейчас уже и без таможни некуда поставлять, Китай отказался, не надо никаких ограничительных мер.

Сергей Гудков: Ну так не поставляется же.

Оксана Галькевич: Пока...

Сергей Гудков: Вот вы говорите, что «алчная розница держит цены», но розница – это десятки тысяч предприятий. Вы можете себе представить алчных десятки тысяч предприятий, которые не хотят своим покупателям дать дешевый продукт?

Оксана Галькевич: А сейчас ситуация именно такова, да?

Сергей Гудков: Ну, вы знаете, просто сейчас мы говорим когда о ситуации, это вот она пошла в пике, в моменте каком-то, то есть на Дальнем Востоке действительно цены падают, но ее же нужно довезти. При всем при этом розничные предприятия и оптовые предприятия, которые находятся в России, они же покупали этот минтай несколько месяцев назад и подписывали контракты с торговыми сетями, они же не по 56 рублей это покупали, а по 100–120, им-то куда сейчас это продать? Вот они купили это 2 месяца назад по 115 рублей, им сейчас что с этим сделать? Они себя обеспечили каким-то объемом, куда им это продать?

Иван Князев: Да, понятно, эту проблему тоже еще предстоит решать.

Оксана Галькевич: Сергей Владимирович, надо нам с вами еще будет как-то встретиться в эфире, поговорить об этом подробнее, сейчас уже, к сожалению, не хватает на это времени. Сергей Гудков у нас был на связи, исполнительный директор Рыбного союза, правильно нас поправили.

Друзья, но это еще не все, сейчас мы прервемся на новости и вернемся.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Ляксандр
А куда делась рыбная мука для животноводства и птицеводства?
Что такое «рыбная интервенция»