Мир уже не будет прежним? Как меняется жизнь на фоне глобальной угрозы

Мир уже не будет прежним? Как меняется жизнь на фоне глобальной угрозы | Программы | ОТР

На примере политики и взаимодействия стран

2020-03-23T13:48:00+03:00
Мир уже не будет прежним? Как меняется жизнь на фоне глобальной угрозы
Траты на 8 марта. Чего хотят женщины. Как укрепить семью. Вакцинация шагает по стране. Гостевой бизнес
Поздравляем с 8 марта. Дорого
Женщины должны/хотят работать?
Сергей Лесков: Русская женщина всегда обладала таким набором добродетелей и качеств, который делал её самой желанной на свете
Чтобы семьи были больше, нужно...
Что делать, если с вас пытаются получить чужие долги?
Вы к нам из тени, а мы вам - кредиты!
ТЕМА ДНЯ: Цветы и подарки к 8 марта
Посчитают доходы и помогут
Уколоться - и забыть о COVID-19
Гости
Сергей Санакоев
президент Российско-китайского аналитического центра
Константин Калачёв
политолог, руководитель «Политической экспертной группы»

Петр Кузнецов: Ну что, большой выпуск новостей позади, прогноз погоды, мы продолжаем. Программа «ОТРажение», мы в прямом эфире, впереди еще куча интересного. Например, в 14:30, в финале нашего сегодняшнего дневного эфира будет наша новая рубрика «Один дома», Марина ее начнет.

Марина Калинина: Которую мы назвали «Один дома», потому что сейчас практически все дети сидят по домам, их надо где-то и как-то занимать, программ на телевидении для детей мало. И вот мы решили всю неделю по крайней мере эту и следующую, что будем показывать программы для детей, будет интересно. Так что в 14:30 приводите своих детей, если таковые у вас имеются, в возрасте от 8 до 12–13 лет, будем фокусы сегодня показывать и рассказывать, как их делать.

Петр Кузнецов: А завтра кое-что другое.

Ну а прямо сейчас большая тема, без коронавируса не обходимся. Коронавирус мир уже разделил на паникеров, на скептиков, на тех, кто сам за себя, и на тех, кто, наоборот, готов помочь соседу, – в общем, вот этих групп очень много, к сожалению или к счастью, не знаю, то есть этот тренд еще можно использовать, наверное, и как плюс. Отмечен тренд на некое разъединение. Так вот каким становится мир на фоне пандемии и каким он будет? Что изменится? Об этом в большой теме поговорим.

Марина Калинина: Да, поговорим прямо сейчас.

Я представлю наших гостей в студии. Это Сергей Санакоев, президент Российско-китайского аналитического центра, – здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Сергей Санакоев: Здравствуйте.

Марина Калинина: И Константин Калачев, политолог, руководитель «Политической экспертной группы».

Константин Калачев: Здравствуйте.

Марина Калинина: Здравствуйте, Константин.

Давайте начнем с того, что вы думаете по этому поводу. Вы все-таки паникер или скептик?

Петр Кузнецов: К какой группе вы относите себя?

Константин Калачев: Ну, я думаю, между этими двумя группами находится большинство. То есть есть две крайности, есть те, кто вообще отрицают коронавирус, есть те, кто говорят о низкой смертности и о том, что нам это не грозит, потому что молодые и здоровые. Есть те, кто говорит, что правду скрывают и что количество смертей в России реально намного больше. Вот я думаю, что большинство людей находится между этими двумя группами. Собственно говоря, это означает, что, с одной стороны, люди готовы предпринимать определенные профилактические действия, профилактические меры, с другой стороны, они готовы к чрезмерным усилиям со стороны властей.

Поэтому, собственно, спокойное отношение к происходящему, наверное, сейчас лучшая реакция по одной простой причине – потому что стресс может убить людей больше, чем вирус, стресс, страхи, испуги... Вы знаете, когда первая пациентка с коронавирусом скончалась в московской больнице, стало известно, что пожилая женщина, бабушка, у нее оторвался тромб. Я не исключаю, что у нее тромб оторвался на фоне новости о том, что она заражена коронавирусом. То есть у нее была куча других болячек и проблем, и эта новость могла просто ее добить.

Петр Кузнецов: Ну суть, да, не в медицинской... Сергей, вы как считаете?

Марина Калинина: Сергей Феликсович, а вы что думаете, что скажете?

Сергей Санакоев: Ну я, наверное, соглашусь с Константином, что паниковать точно нет никакого смысла, и отрицать, собственно говоря, вирус тоже глупо, он, безусловно, есть, мы видим и количество заразившихся, но мы видим и количество выздоровевших. Поэтому сегодня можно сказать, что, слава богу, такая ситуация сложилась не с чем-то более серьезным, катастрофой какой-то, это могло быть, кстати, и стихийное бедствие, это могло быть землетрясение или еще что-то, а вот с вирусом, который на сегодняшний день показывает, такие показатели имеет в том числе и по смертности, по летальности, которые гораздо слабее, чем уже хорошо известные и туберкулез, и гепатит С, и СПИД, другие виды вирусов, в том числе и коронавирусов уже известных, я уже не говорю о таких видах смертности, как инфаркт, инсульт, это же на первом месте стоит.

И здесь я вот как раз еще раз подчеркиваю, что соглашусь с Константином, с тем, что эта паника может вызвать смертность вот в той группе гораздо бо́льшую и гораздо серьезнее, а мы, наверное, должны вести себя достаточно ответственно, для того чтобы из-за одной группы заразившихся или заболевших не пожертвовать другими людьми, в том числе и пожилыми, которые сегодня имеют другие заболевания, на сегодняшний день более серьезные.

Марина Калинина: Я предлагаю спросить наших телезрителей. Позвоните нам или напишите, расскажите, вы боитесь коронавируса? Чего вы боитесь? То есть какие у вас мысли по этому поводу, по той теме, которую мы сейчас обсуждаем? Будем рады услышать ваше мнение.

Петр Кузнецов: Так или иначе, судя по сводкам, умирают люди слабые, то есть те, которые умерли бы и от гриппа, ну как бы это ни цинично звучало. И как бы это ни цинично звучало, жизни определенного числа таким образом слабых и больных стоят коллапса мировой экономики?

Константин Калачев: Вы знаете, нужно было с самого начала, наверное, призвать к самоизоляции пожилых и создать условия для возможностей этой самоизоляции. Потому что эти условия – это, собственно говоря, сокращение количества социальных контактов при возможности получения продуктов питания, медицинской помощи, ухода, заботы, внимания. То есть понятно, что, если посмотреть на статистику итальянскую, да, собственно, и китайскую тоже, хотя они отличаются, погибают в основном люди, уже имеющие хронические заболевания, люди пожилые.

И вот тут как раз мэр Москвы Собянин призвал людей старше 65 лет...

Сергей Санакоев: ...сидеть дома.

Константин Калачев: ...не выходить из дома, сидеть дома. Это все правильно, но это несколько...

Марина Калинина: А вы считаете, что это выход из ситуации?

Константин Калачев: Я считаю, что для начала нужно было создать все необходимые условия, для того чтобы эти люди оказались не просто в самоизоляции, а в реальной изоляции, потому что у этих людей есть свои потребности, свои нужды. Но мы видим пример Италии. В чем проблема Италии в том числе? Пожилые люди там не сидят дома, пожилые люди там ведут активную жизнь: завтракают и обедают в кафе, ужинают где-то в барах, общаются...

Петр Кузнецов: ...ездят по миру...

Константин Калачев: Ездят по миру, общаются, обнимаются, целуются. Собственно говоря, соответственно риски увеличиваются. То есть я считаю, что изоляция – мера необходимая, карантин – мера необходимая, но что касается пожилых людей, надо было это делать раньше со всем необходимым допустимым обеспечением. Те 4 тысячи рублей, которые им предлагают в качестве компенсации за сидение, наверное, это не бог весть что. То есть нужно было сделать все таким образом, чтобы пожилой человек знал, где в случае необходимости он может заказать продукты питания по разумной цене, как он может получить необходимую медицинскую помощь, где просто получить психологическую поддержку, в конце концов, чем ему заняться. То есть, безусловно, о стариках надо заботиться, безусловно.

Но соглашусь, понимаете, страх и паника убивают не хуже вируса, и есть серьезная проблема, связанная со стрессом, стресс – это тоже один из факторов риска, вот важно здесь не перегнуть. Хотя некоторые страны, вон, в Сербии, например, комендантский час.

Петр Кузнецов: Но вот эта изоляция мира, сейчас же можно замахнуться на такую характеристику, она выглядит сейчас иррациональной, учитывая то, что летальность в масштабах всей популяции, что касается коронавируса, низкая?

Константин Калачев: Местами да, местами да, но и подходы разные.

Петр Кузнецов: Она низкая, там приводится, 0,05%, то есть это даже ниже, чем от сезонного гриппа, а в итоге мы изолируем весь мир...

Константин Калачев: В разных странах по-разному, понимаете.

Сергей Санакоев: В Италии, к примеру, дошло до 12%.

Константин Калачев: Да, так что в разных странах по-разному.

Петр Кузнецов: Это приводит к социальным и финансовым потерям, которые, соответственно, провоцируют новые ситуации...

Сергей Санакоев: Вы задаете очень важный вопрос, наверное, на сегодняшний день самый важный. С одной стороны, действительно существуют определенные стратегии для каждого из правительств в мире, каким образом выстраивать стратегию. Понятно, что нужно снизить в любом случае нагрузку на здравоохранение от заразившихся. Мы все равно в любом случае все заразимся, каждый вирус дальше сядет в геном человека и мы будем к нему уже так же, как и ко всем остальным...

Марина Калинина: Ну вот, успокоили.

Сергей Санакоев: Как и ко всем остальным, да, так же, как и к предыдущим вирусам. Именно я сейчас как раз и успокаиваю.

Марина Калинина: Но смотрите, я к тому, что вот был же птичий грипп, потом свиной грипп...

Сергей Санакоев: Да, был, то же самое.

Марина Калинина: Тоже говорили о смертности, но не было...

Петр Кузнецов: Смертность, кстати, выше была.

Сергей Санакоев: Смертность гораздо выше была.

Петр Кузнецов: Смертность была выше, но...

Марина Калинина: ...не было такой паники, не было такой вот ситуации.

Петр Кузнецов: Видимо, тут суть в том, что...

Сергей Санакоев: Вот это я как раз сейчас и хочу привести.

Петр Кузнецов: ...птичий не по всему миру распространился.

Сергей Санакоев: Так вот, знаете, я, например, абсолютно уверен в том, что в каких-нибудь учебниках истории будущего про 2020 год будут вспоминать о том, что произошел очень серьезный, мощный финансовый кризис, и кто-то, может быть, будет писать, что это по причине коронавируса, но никто точно не будет вспоминать...

Марина Калинина: ...что это такое.

Сергей Санакоев: ...какие последствия были от коронавируса. В том-то все и дело, что эта система, эта модель глобализации, которую мы имели, зашла уже настолько в тупик, что нуждалась в соответствующем сдувании пузырей, как это обычно делают сильные мира сего, которые рулят фактически всем, печатают доллары США, для того чтобы поддерживать спрос. Напомню, что в предыдущий раз такая же мистификация была 11 сентября 2001 года, это башни-близнецы. Но сейчас я считаю, что мистификация гораздо бо́льшая, конечно, я считаю, что это мистификация XXI века, для того чтобы создать вот эти условия.

Конечно, идут сразу же рекомендации правительствам стран, при этом тут же дается ответственность, «а вы будете отвечать за этих погибших, хотя бы тысячи людей?» Никто не хочет отвечать даже за одного умершего человека, поэтому принимаются меры, принимаются меры достаточно понятные. С одной стороны, есть те, которые под давлением действуют, вот как в Китае это произошло, как в других странах это происходит, а есть такое, что «мы переждем, мы посмотрим», как то это сегодня и в Швеции наблюдается, в Японии той же...

Константин Калачев: Великобритания.

Сергей Санакоев: ...в Великобритании, совершенно верно, разные методы подхода, одинаково все равно все в итоге будет, но в разные этапы нагрузки повременны́е, понимаете?

Марина Калинина: О Китае, наверное, мы поподробнее поговорим, все-таки можно ли это взять как пример или это не пример.

Я просто хочу слово нашей телезрительнице, Галина нам дозвонилась из Воронежской области. Галина, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Добрый день, Галина.

Зритель: Здравствуйте. Алло?

Марина Калинина: Да, слушаем вас.

Петр Кузнецов: Вещайте, слушаем вчетвером вас.

Зритель: Я хотела спросить. Вот насколько я знаю, по телевизору сейчас сказали, что мы помогаем Италии. Но я не думаю, что вот так мы все обеспечены, Россия всем обеспечена, чтобы мы могли еще помогать Италии. У нас, думаю, много чего не хватает. Вот я в аптеки хожу, ни в одной аптеке нет масок, элементарного даже.

Марина Калинина: Ага.

Зритель: Это, наверное, связано с тем, что у нас вот депутаты, министры...

Петр Кузнецов: Но маски так же нам Китай поставляет.

Зритель: …у них в Италии, наверное, там родственники есть, наверное, поэтому мы в первую очередь помогаем Италии, а не своему населению.

Константин Калачев: Ну спорная точка зрения.

Петр Кузнецов: Вы затронули хороший еще один вектор нашей беседы. Давайте поговорим о солидарности, потому что совсем недавно высказался президент Сербии, который сказал, что вот этот коронавирус показал, что никакой хваленой европейской солидарности не существует.

Марина Калинина: Солидарности нет.

Петр Кузнецов: Вся надежда только на Китай, потому что... Я вот сейчас даже вам приведу: «Мы не можем импортировать товары, медтехнику и лекарства из ЕС по распоряжению европейских властей. Это распоряжение было отдано теми же людьми, которые предупреждали нас не вести торговлю с Китаем». При этом в той же Италии отмечается на уровне, наверное, духа подъем, выходим все на балконы, друг друга поддерживаем, сплоченность нации, которую вообще история Италии не видела итальянских людей. У нас я не знаю, как это охарактеризовать. Вот солидарность есть сейчас? Если да, то где и как она должна выглядеть, чтобы мы побыстрее эту штуку прошли?

Константин Калачев: Есть и солидарность, есть и... отношения, есть и просто прагматизм. Что касается помощи Италии, дело не только в том, что Россия такая добрая и так хочет понравиться итальянцам, а дело в том, что наши врачи там приобретают необходимые навыки, умения, опыт, знания, биоматериал... Кстати, китайцы не хотели делиться вирусом, как известно, люди, которые ездили в Китай, врачи, как раз говорят, что китайцы все засекречивали, все везде было закрыто.

В Италии сейчас как раз те же самые врачи, которые потом могут быть очень полезны для России, если у нас заболеваемость резко вырастет, получат все необходимое знание. И я думаю, что здесь не только дело в желании кому-то понравится, хотя это, конечно, меняет отношение к нашей стране в том числе, Италия, кстати, к России тоже всегда относилась весьма и весьма положительно.

Солидарность человеческая, безусловно, есть, и, кстати, есть и безалаберность. Мне очень нравились первые фотографии, когда китайские врачи приехали в Италию помогать, и все, конечно, фотографировались у самолетов. Легко было отличить итальянцев от китайцев по одной характерной черте – не по разрезу глаз, по отсутствию масок. То есть китайские врачи полностью экипированные и безалаберные итальянцы без масок, которые рядом с ними их встречают, фотографируются, как будто у них ничего такого не происходит. То есть демонстрируется разница ментальности, разница на самом деле отношения. Кстати, кубинцы помогают сейчас, не только китайцы, тем же самым итальянцам.

Есть европейская солидарность, безусловно, она так или иначе проявляется. Но, конечно, кризисная ситуация показала, что своя рубашка многим ближе к телу, проще и надежнее отгородиться. Кто-то почувствовал себя в этой ситуации ущемленным, как, например, те же самые сербы, которые...

Петр Кузнецов: ...оказались закрытыми и не могут...

Константин Калачев: ...очень хотят стать частью европейского сообщества. Но, кстати, в Сербии меры приняты самые жесткие, вплоть до комендантского часа, то есть реально, если говорить о закрытии границ, о принятии мер, то сербское правительство проявило себя по жесткому сценарию, максимально жесткому сценарию. Чехи, кстати, их упрекают в том, что они, правительство Чехии украло часть масок, которые китайцы направляли в Италию, есть такая история реальная совершенно.

В общем, с одной стороны, определенная солидарность есть, и когда говорят, что мир изменится после коронавируса, никогда не будет прежним, я не думаю, что все принципиально изменится. Я думаю, что многое останется прежним. Конечно, вырастет безработица...

Петр Кузнецов: В любом случае.

Константин Калачев: ...конечно, сфера услуг пострадает, конечно, турбизнес пострадает, конечно, кафе и рестораны многие разорятся...

Марина Калинина: Закроются.

Константин Калачев: ...фитнес-клубы закроются. То есть на самом деле сфера услуг пострадает, безусловно, и будет серьезная проблема с падением жизненного уровня людей. Но если говорить о подходах и ценностях, я думаю, что... Вы знаете, любой кризис дает возможности. То есть развалится Евросоюз после этой истории? Нет, не развалится.

Марина Калинина: Сергей Феликсович, давайте все-таки к Китаю вернемся.

Петр Кузнецов: Да.

Сергей Санакоев: Да.

Марина Калинина: Это интересно. Как себя повело правительство Китая? По какому пути пошли они?

Сергей Санакоев: Я, во-первых, хотел бы на вопрос по солидарности, во-первых, как бы на примере Китая показать, как между государствами это происходит, а потом еще чуть-чуть коснусь по поводу внутри общества солидарности.

Так вот по поводу Китая. Мы же все понимаем, что первыми как раз удар принял Китай, и еще в феврале месяце Россия оказывала гуманитарную помощь, по линии Общества российско-китайской дружбы мы отправляли туда и маски, и все необходимое, защитные костюмы, халаты и так далее, все, что тогда было очень необходимо Китаю, мы действительно эту руку протянули. Но вот обратная реакция, обратите внимание, уже 25 миллионов теперь масок было отправлено из Китая, то есть в десятки раз больше Китай отплатил нам, собственно говоря, вот что такое солидарность и вот что такое дружба. То есть когда им было трудно, мы отправляли, теперь они уже готовы помогать и нам, и, естественно, всему миру.

И мне представляется, что действительно, конечно, это вот такая солидарность очень важна. Кстати, обращаю внимание, что Китай особенно в эти дни как раз еще раз акцентирует на свою внешнеполитическую доктрину о том, что, люди, давайте строить сообщество единой судьбы, мы все в мире связаны полностью и являемся фактически частью общего. Поэтому вот это надо, наверное, сегодня услышать.

Что касается конкретно внутри общества, во-первых, мне очень не нравится та информация, она соответствует действительности, что у нас нет в продаже в аптеках масок. Я вас заверяю, все резервы Российской Федерации забиты этими масками, в огромном количестве...

Марина Калинина: А где же они тогда пылятся?

Сергей Санакоев: Вот я услышал, только вчера была дана команда отправить в Калужскую область почему-то, с этого начали, но я уверен, что это можно сделать немедленно и прямо сейчас и ни в коем случае не спекулировать на каких-то мыслях граждан.

Петр Кузнецов: Я можно замечание здесь? Я, кстати, не знаю, как вы, коллеги, но я очень мало встречаю людей в масках на улице. Я думаю, что это не потому, что их не хватает...

Марина Калинина: Это действительно так.

Петр Кузнецов: Мне кажется, что они особо...

Сергей Санакоев: Ну подождите...

Петр Кузнецов: Ощущение, что они особой популярностью сейчас не пользуются.

Сергей Санакоев: Подождите, если человек заходит в аптеку и не может купить, то он пошел без маски.

Петр Кузнецов: Это другой вопрос.

Сергей Санакоев: Так это так сегодня. Я лично заходил во многие аптеки, людей спрашиваю, они говорят: «Мы хотим, мы готовы зайти, но нет их в продаже». Так что здесь, знаете, что первично, еще надо посмотреть. Но уверен, что здесь не может быть никакой спекуляции, уверен, что российская медицинская промышленность у нас способна не только у наших граждан удовлетворить спрос, но действительно и помогать особенно там, где речь идет о высокотехнологичных решениях, особенно там, где идет расшифровка генома.

Кстати, я не соглашусь с вами, Константин, о том, что Китай что-то скрывал, – наоборот, в первые же дни был передан геном вируса COVID-19, во всяком случае по линии российско-китайских отношений...

Константин Калачев: Но не живой вирус.

Сергей Санакоев: ...незамедлительно был передан геном.

Петр Кузнецов: Нам?

Сергей Санакоев: Да, нам в Россию был передан этот геном, и сразу же, в те же дни были приглашены все необходимые специалисты Всемирной организации здравоохранения, полностью открыто все и сказано: «Пожалуйста, смотрите, изучайте». Китай ничего не скрывает, это совершенно однозначно.

Константин Калачев: В отчетах... другое. Те, кто бывали там... Ну бог с ним.

Сергей Санакоев: Да, я вас уверяю, просто я знаю эту информацию совершенно достоверно.

Петр Кузнецов: Тем не менее те, кто призывают к этой всемирной солидарности, их мало. Если даже Америка, Трамп сказал своим штатам, чтобы они решали вопрос на уровне своего штата, каждый здесь за себя, то есть разобщенность даже в самой Америке по штатам.

Сергей Санакоев: На мой взгляд, мы вот как раз в этом месте возвращаемся, собственно, к вопросу, что будет дальше, каков этот мир посткоронавирусный.

Марина Калинина: Изменится он или нет.

Петр Кузнецов: Что он выявит.

Сергей Санакоев: Да, что он выявит. И мне кажется, сегодня, собственно говоря, происходят два сценария. Одни, это те, которые устроили, может быть, даже заранее готовились, а может быть, вообще и коронавирус они сами устроили, это те, которые, собственно, готовили эту перегрузку, для того чтобы создать новый мировой порядок, но по своему сценарию, а этот сценарий фактически описан у Оруэлла, когда на всех одеть уже не маски, а намордники, всех взять под тотальный контроль и вот таким образом совершенно выйти уже в совершенно другое будущее.

И второй сценарий, это вот то, о чем, собственно, я говорил про предложение Китая, – это когда общество может быть вполне справедливым, нет такой прямо вот критичности, что земля больше 7–8 миллиардов людей не выдержит, поэтому что-то должно обязательно произойти, а нормальным образом именно с таким чувством солидарности выйдет человечество из этого. Я не просто за второе, мне кажется, что точно сценарий именно пойдет второй, потому что люди сами уже точно видят, что не могут продолжать жить в таких условиях.

Петр Кузнецов: Давайте послушаем как раз людей, что думают люди.

Марина Калинина: Да, Вадим нам дозвонился.

Петр Кузнецов: Вадим, Волгоградская область, давно нас ждет. Спасибо, что дождались, Вадим, во-первых.

Марина Калинина: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Во-вторых, мы вас слушаем. Вадим?

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Зритель: Волгоградская область, Вадим.

Петр Кузнецов: Да.

Зритель: Остерегаться надо, конечно, всему населению России, обязательно надо остерегаться, но не бояться. Я уже взрослый человек. Допустим, вижу, за последние 25 лет у нас от вируса нигде никто не погиб вот в Волгограде, в области, езжу часто по области, нет. Похороны если встречаю, от кого? – инсульт, инфаркт, инсульт, инфаркт.

У меня то же самое произошло в моей семье, я похоронил жену, 51 год ей был всего, не хватало лекарств, материальная база, она работала воспитателем, 25 лет проработала, инфаркт получила, пенсия копейки, вышла на работу опять, в две смены часто работала. «Перестань, перестань работать». – «Нет, не хватает же денег, детей поднимать надо», – и в 51 год умерла.

А почему? На пенсию вышла, на инвалидность, там копейки получала. Я стоял в очереди за лекарством, я про материальную базу говорю, стоял в очереди с 3–4 утра в аптеке, бесплатно не мог получить.

Петр Кузнецов: Вадим, вы к чему? К тому, что угроз и проблем сейчас пострашнее и так много?

Зритель: Бояться не надо, бояться надо инсультов и инфарктов.

Константин Калачев: И нищеты.

Петр Кузнецов: И американцев.

Зритель: И надо поднимать материальную базу всего населения. И тогда мы уйдем от демографии. Вымирают не от вируса, вымирают, эта демография у нас происходит от материальной базы, это вся Россия видит, что не хватает на лекарства, не хватает на правильное питание.

Марина Калинина: Спасибо.

Петр Кузнецов: Вадим, вот просто мнение простого человека из региона, а вам как кажется, это выгодно кому-то, что сейчас происходит? Это такой, знаете, банальный, самый простой вопрос, который многие люди задают.

Зритель: Я... Если правду говорить, нельзя правду всю говорить.

Петр Кузнецов: Здесь можно.

Зритель: Конечно, выгодно, конечно, многим выгодно.

Петр Кузнецов: Многим.

Зритель: Зачем делить все богатства на всю Россию, когда можно их забирать и отправлять на Запад?

Петр Кузнецов: Спасибо.

Марина Калинина: Спасибо за ваше мнение, за ваш звонок.

Я несколько сообщений буквально прочту с нашего SMS-портала. Железнодорожный: «Только что пришла из аптеки, масок нет, антисептиков нет, когда появятся, непонятно». Карачаево-Черкесия: «Ни в одной аптеке нет масок и не было с начала эпидемии». Самарская область: «Нет, только детские». Серпухов: «Масок нет». Забайкальский край: «Масок нет в аптеке». Краснодарский край: «Нигде нет масок, антисептика в аптеках тоже нет».

Петр Кузнецов: Очень много сообщений, вот Башкортостан и еще несколько регионов писали, что еще впереди война, это не самое страшное. На самом деле есть версия, что коронавирус-то нас уберег от войны, потому что помните, с чего год начинался, как Трамп начал ракеты свои запускать, говорили, что вот-вот сейчас Третья мировая, и тут грянул вирус, который на самом деле поставил все на паузу.

Константин Калачев: Ну а в Америке то же самое говорили про Путина. Я думаю, что да, действительно, человечество нуждалось в какой-то встряске, перезагрузке. Кто кого пугает войной, вопрос спорный, потому что есть разные по этому поводу точки зрения, не будем обсуждать тему миролюбия тех или иных стран. Что касается встряски, встряска серьезная, безусловно. Конечно, на этой встряске кто-то что-то приобретет, кстати, Китай в первую очередь сейчас, потому что китайцы как раз демонстрируют способность реагировать на любые вызовы и угрозы...

Сергей Санакоев: Абсолютно верно.

Константин Калачев: И когда китайцы приезжают в Италию помогать, в то время как другие это делать отказываются, безусловно, это меняет имидж Китая, хотя в Китае есть свои внутренние проблемы, если говорить о контроле тотальном, то внутри Китая он тоже есть.

Но по поводу... Вы вот там сказали, что вот Трамп сказал губернаторам штатов решать проблему самим, – так вот проблема в том, что в гиперцентрализованном государстве очень трудно решать проблемы на местах. Вот простой пример – остров на Мальдивах, там живут местные, а есть отели. Муниципалитет принимает решение закрыть остров для туристов. Да, отельеры, владельцы отелей пострадают, но местное сообщество при этом гарантированно не заразится. Решение принимается на муниципальном уровне. Так вот проблемы некоторые можно решать на муниципальном, региональном уровне, в том числе проблему масок. Да, есть централизованные, так сказать, решения, которые должны идти сверху, но нужно проявлять инициативу снизу.

У нас за последние годы люди разучились брать на себя ответственность, разучились инициативе, в этом проблема. То есть, собственно говоря, знаете, когда все работают только исполнителями и никто не хочет проявить ни малейшую инициативу, оглядываюсь на вышестоящее начальство, вышестоящее начальство в это время занято чем-то, тогда и возникает ситуация, когда дефицит одного, дефицит другого или какие-то решения, которые сейчас выглядят запоздалыми только потому, что оглядывались, а что там Москва, что там Кремль. То есть кто из наших губернаторов первым взял и какие-то решительные меры...

Петр Кузнецов: Да-да.

Марина Калинина: Действительно, никто.

Я просто вот хотела задать такой вопрос по поводу вакцины, о которой сейчас очень многие говорят, что вот ее разрабатывают, там где-то что-то как-то спешно делается. А вообще зачем она, собственно, нужна? Кто этой вакциной будет пользоваться? В календарь прививок ее поставят, детям будут колоть или тем, кто уже заразился? Вот кому? То есть...

Сергей Санакоев: Я думаю, это очень сложный вопрос, потому что, с одной стороны, именно в Ухане, кстати говоря, лаборатория буквально позавчера приступила к тестированию вакцины на людях, это означает, что она достаточно быстро появится, ну относительно тоже, может появиться тогда, когда уже вся основная волна по всему миру спадет. Поэтому кого и как будут вакцинировать, это уже вопрос к специалистам.

Но все-таки, мне кажется, мы еще много чего не обсудили из предыдущих тем. И здесь я бы хотел сказать, во-первых, по поводу Китая, здесь важный момент насчет контроля. Знаете, контроль... Ведь никто не отрицает, что в Китае есть контроль, там действительно полный контроль и порядок. Но вы когда идете на посадку в самолет и вы видите, что всех пассажиров одинаково досматривают на предмет, нет ли у них чего-то запрещенного, вы успокаиваетесь и думаете «слава богу», а если бы его не было, вы бы как раз больше волновались, вдруг это к чему-то. Так вот это вопрос доверия к властям. Китайцы своим властям доверяют и могут спокойно пойти на тотальный контроль, не считая, что у них отняли какую-то конфетку либерализма.

Константин Калачев: Согласен, потому что они получают взамен рост жизненного уровня.

Сергей Санакоев: Абсолютно правильно. А у нас, к сожалению, расслоенное социальное общество, и мы как раз еще... Не надо забывать, что мы находимся вообще в идеальном шторме: у нас с одной стороны идет очень серьезнейшее обсуждение по поводу конституционных реформ, которые неоднозначно, что в обществе воспринимаются одинаково, а во-вторых, мы еще и экономический кризис в связи с падением, и достаточно долгим может быть падение цен на нефть, может быть, это продлится достаточно долго. И кто бы мог себе представить, что вот в такой серьезный мировой финансовый кризис нефть будет бесплатной? Такое может быть уже в ближайшие месяцы.

Петр Кузнецов: Дешевле зерна, мы сегодня узнали.

Сергей Санакоев: Дешевле зерна, дешевле воды, вообще бесплатной. А некоторые поставщики, дабы не останавливать добычу и чтобы не забирали все-таки из хранилищ, могут даже приплачивать за то, чтобы покупатель брал именно эту нефть. Поэтому эта тенденция может оказаться, несколько месяцев даже если продлится, очень серьезный ущерб нанести российской экономике.

Константин Калачев: В этом разница между Россией и Китаем, потому что...

Сергей Санакоев: В том-то все и дело.

Константин Калачев: Соглашусь с вами, в Китае реальный средний класс действительно все эти годы рос.

Сергей Санакоев: Четыреста миллионов человек.

Константин Калачев: В Китае доходы людей росли, поэтому на многое они готовы закрыть глаза, ограничение свободы ради экономического роста, ради бога.

Сергей Санакоев: Да, да.

Константин Калачев: Но когда нет ни того ни другого, вот тогда возникает проблема.

Сергей Санакоев: А на вас одевают намордник.

Константин Калачев: Да, тогда возникает проблема.

Сергей Санакоев: Это очень серьезно, согласен.

Марина Калинина: Давайте еще раз послушаем наших зрителей.

Петр Кузнецов: Санкт-Петербург у нас на линии. Татьяна, добрый день.

Зритель: Алло.

Петр Кузнецов: Добрый день, Татьяна.

Марина Калинина: Да, слушаем.

Зритель: Здравствуйте. Я звоню из Санкт-Петербурга. Насчет дисциплины и самоизоляции. В Санкт-Петербурге очень много коммунальных квартир и многонаселенных. Вот я человек старшего возраста, я бы, может быть, и самоизолировалась как-то, но это просто нереально, потому что живут несколько поколений от маленьких до очень стареньких. Вот как вы смотрите на это и что можете посоветовать?

Марина Калинина: Ну то есть просто физически невозможно изолироваться, получается.

Сергей Санакоев: Нет, мне кажется, не совсем правильно представляют себе, что такое самоизоляция. Не надо от своих родных изолироваться, вы все равно в одном месте, у вас в любом случае уже одна микрофлора. Поэтому речь идет о том, что не надо вам все время ходить, выносить и встречаться с некими другими группами. То есть ограничение вот этих связей ведет к серьезному замедлению распространения вируса, поэтому в этом смысл самоограничения, что сидите в своей квартире вместе со своими любимыми людьми, внуками, общайтесь с ними, воспитывайте их.

Константин Калачев: Нет, ну если это не внуки, а соседи, вопрос еще ответственности соседей. То есть, условно говоря, если человек попал...

Марина Калинина: Я так понимаю, что там говорилось о коммунальных квартирах.

Константин Калачев: ...в коммунальную квартиру, остается только надеяться на то, что соседи тоже будут людьми ответственными...

Сергей Санакоев: Да.

Константин Калачев: ...и разделят, так сказать, все трудности и тяготы, помогут пожилому человеку, если нужно принести что-то из магазина, но не будут продолжать прежний образ жизни, грозящий тем, что они станут вирусоносителями, а умрет бабушка.

Петр Кузнецов: Ну вот смотрите, вот мы сейчас говорим о том, каким может быть мир, как он изменится. А не приведет эта китайская – оговорился ведь, китайцы просили не называть его китайским вирусом...

Сергей Санакоев: Однозначно.

Константин Калачев: Да.

Петр Кузнецов: ...COVID – к разобщенности? Вот привыкнем вот так вот находиться поодаль друг от друга, неважно кто, молодой будет подальше от пожилого держаться, знаете, потом все это закончится, а мы так и останемся держаться?

Константин Калачев: Ну слушайте, во-первых, это не первый...

Петр Кузнецов: И нации друг друга там будут тоже опасаться, «вы нам не помогли»...

Константин Калачев: Дело в том, что это не первый вирус в истории человечества.

Петр Кузнецов: Не первый, реагируем, кажется, так впервые.

Константин Калачев: Да, может быть, таких жестких мер раньше не было. Но я думаю, что, когда все пойдет на спад, мы получим как раз обратную реакцию, то есть у людей будет дефицит тех самых социальных связей.

Сергей Санакоев: Совершенно верно, я тоже так считаю.

Петр Кузнецов: Ага.

Константин Калачев: То есть я думаю, что как раз наоборот...

Марина Калинина: То есть они соскучатся друг по другу?

Петр Кузнецов: Это человеческое, да, у нее нет национальности, у этой сплоченности?

Константин Калачев: Эта история будет способствовать сплоченности и солидарности, мне кажется так.

Сергей Санакоев: Я вернусь к словам Константина, к тому, что он сказал, что вот какая-то встряска в человечестве должна была быть все равно в любом случае. Это как раз к тем словам, которые я говорил, что данная модель глобализма зашла в тупик, и слава богу, что эта встряска не что-то большое страшное типа ядерной войны.

Петр Кузнецов: Спасибо, что не война, да.

Сергей Санакоев: Да, спасибо, что не война. И абсолютно согласен с тем, что вот человечество переживет это и, наоборот, более ценно будет относиться к каждому контакту, к каждым связям, встрече с родителями, встрече с бабушками и дедушками. Это, мне кажется, станет более ценным. Дай бог, хотелось бы именно в это верить.

Марина Калинина: Давайте посмотрим сейчас небольшой сюжет. «Чего вы боитесь в связи с распространением коронавируса?» – спрашивали наши корреспонденты у жителей просто на улицах в разных городах. Давайте посмотрим и послушаем, что говорили люди.

ОПРОС

Петр Кузнецов: Мнение народа.

И у нас еще спрашивают через сообщения, ну если все это аккумулировать, почему нет потепления между государством и народом, то есть сплошные ограничения, а инструментов поддержки нет. Соответственно, вспоминают бизнес, который сейчас просто через одного банкротится, и сокращение, и безработица...

Сергей Санакоев: Смотрите, какая интересная вещь. Вот даже из того, что мы сейчас слышали, люди боятся потерять работу. А тут как интересно, как бы это странно ни выглядело, коронавирус, наоборот, может как раз помочь, потому что мы уже знаем, это информация Торгово-промышленной палаты, что в связи с изменениями именно в финансовой части, именно с падением цен на нефть, падением рейтинга рубля по отношению к доллару, из-за этого около 3 миллионов людей могут потерять сегодня работу.

Но ситуация с коронавирусом обязывает, а это уже к вашему вопросу как раз, что государство издало соответствующие инструкции, запрещающие сегодня увольнять людей по крайней мере на тот срок, пока эта эпидемия длится. Больничные листы могут быть максимум до двух недель, а вот все остальное как раз могло бы очень серьезно сказаться, поэтому здесь может сыграть в обратную ситуацию.

Что касается общения, ну это вот даже без коронавируса, слава богу, все проявляется. Здесь как раз очень важный момент того, как относится общество к своей власти и как власть относится к своему обществу. Вот если есть полное доверие, как мы видим, в разных, кстати, социальных системах, социализм в Китае, капитализм в Италии, но есть чувство справедливости в обществе, поэтому они доверяют своим властям, поэтому немножко дух вот такой. А вот там, где такой связи нет, возникают вопросы, которые задают наши зрители.

Марина Калинина: А что должно сейчас делать государство, чтобы помочь тем же компаниям, тому же бизнесу, который очень много потерял? Вот просто посмотрела цифры, Британия выделила 330 миллиардов фунтов...

Сергей Санакоев: Да, налоги освобождают.

Константин Калачев: Можно огласить весь список помощи.

Марина Калинина: Испания 200 миллиардов евро, Италия 340 миллиардов евро, это только на поддержку тех компаний...

Петр Кузнецов: Япония 193 миллиарда.

Сергей Санакоев: Но главное, что освобождение от налогов, от арендных платежей.

Константин Калачев: Конечно.

Сергей Санакоев: Вот что сегодня гораздо важнее.

Константин Калачев: Проверки, освобождение от налогов, тех или иных платежей и так далее. Вообще если говорить об отношениях общества и власти, для начала нужно было перенести голосование по поправкам в Конституцию, потому что до тех пор, пока звучит тема апреля, хотя, видимо, все-таки его перенесут...

Петр Кузнецов: По-моему, все-таки уже предполагают лето.

Марина Калинина: Вроде как переносят.

Константин Калачев: Так вот это нужно было делать сразу буквально, вот это была бы демонстрация отношения, что, условно говоря, для нас жизнь и здоровье людей намного важнее, чем решение тех или иных политических проблем, может быть, важных с точки зрения истории, но пока выглядящих скорее более сиюминутными...

Петр Кузнецов: Хотя бы.

Константин Калачев: И по поводу поддержки бизнеса. Да, вообще надо серьезно думать, действительно освобождать от налогов, от тех или иных платежей, и должны быть другие меры поддержки. Уже сейчас разоряются турагентства, уже сейчас возникает вопрос, что будет с авиакомпаниями, уже сейчас возникает вопрос, что будет со всей сферой досуга, кинотеатры закрываются, но ладно кинотеатры, допустим, не все частные, у нас есть «Москино», оно поддержит, а кого-то не поддержит никто. Есть рестораны, есть фитнес-центры, есть много вещей, которыми мы привыкли пользоваться, которые сейчас дышат на ладан и не знают, а это не только владельцы, это миллионы людей, работающих в сфере обслуживания.

Петр Кузнецов: А как их поддержать, слушайте, с такой-то нефтью? Почти...

Константин Калачев: Говорили, что запас прочности...

Марина Калинина: Есть же у нас запасы-то.

Константин Калачев: Ну да.

Петр Кузнецов: Давайте, есть у нас еще и Равшаной, это из Москвы. Здравствуйте, Равшаной, очень коротко, пожалуйста, у нас меньше минуты.

Зритель: Здравствуйте, уважаемая студия.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Зритель: Вот исходя из нынешней ситуации такой какой-то панической, можно сказать...

Петр Кузнецов: Да, так.

Зритель: Наведена, по-моему, такая паника на весь мир. Но, очевидно, есть резон в том, что есть опасность такая большая распространения этого вируса, и люди опасаются, естественно, попасть, так сказать, быть зараженным...

Петр Кузнецов: Ну? Итог, итог, Равшаной, я вас просил.

Зритель: Итог в том, что я пожилой человек, мне 67 лет...

Петр Кузнецов: Это, боюсь, не итог, хотя как посмотреть.

Зритель: Я человек дисциплинированный. Вы знаете, мне вот, например, вот сейчас исходя из данной ситуации...

Петр Кузнецов: Да-да.

Зритель: ...опаска выйти из дома существует. То есть я и так в принципе человек, уже находящийся в группе риска...

Петр Кузнецов: Понятно-понятно, это главное опасение, спасибо вам огромное.

Марина Калинина: Здоровья вам.

Петр Кузнецов: Здоровья, да.

Времени не остается, даже по итогам не успеваем сказать. Успеваем сказать, что мы эту тему в вечернем «ОТРажении» продолжим. Уважаемые гости, спасибо, что пришли.

Константин Калачев: Спасибо вам. Все будет хорошо.

Марина Калинина: Сергей Санакоев, президент Российско-китайского аналитического центра, Константин Калачев, политолог, руководитель «Политической экспертной группы».

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
На примере политики и взаимодействия стран