• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Митя Алешковский: В нашей социальной сфере ситуация как после ядерного взрыва - умерли еще не все, но это вопрос времени

Митя Алешковский: В нашей социальной сфере ситуация как после ядерного взрыва - умерли еще не все, но это вопрос времени

Гости
Митя Алешковский
соучредитель благотворительного фонда «Нужна Помощь»

Оксана Галькевич: Ну а теперь переходим к обсуждению нашей первой темы прямого эфира. Возможно, вы уже слышали, 16 российских благотворительных организаций подписали общее открытое письмо, они просят разрешить закупку незарегистрированных в нашей стране лекарств. Сейчас из бюджета деньги на такое не выделяют.

Константин Чуриков: Я даже сакцентирую внимание: это было обращение конкретно к президенту и к премьер-министру. При этом очень многим людям в нашей стране, в том числе детям с редкими заболеваниями, такие препараты жизненно необходимы, и Россия является одной из немногих стран, где требуют повторных клинических исследований и только после этого могут или не могут зарегистрировать препарат.

Оксана Галькевич: Как вы понимаете, процесс этот может быть весьма и весьма продолжительным, многим, к сожалению, в прямом смысле не хватает жизни, чтобы дождаться его окончания, какого-то результата. Как быть в этой ситуации? Что нам делать с этой проблемой? Об этом в ближайшие полчаса мы будем говорить, я надеюсь, с вашим участием, уважаемые телезрители, выходите на связь, и с нашим гостем: в студии программы «Отражение» сегодня Митя Алешковский, соучредитель благотворительного фонда «Нужна помощь». Здравствуйте, Митя.

Митя Алешковский: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый вечер.

Митя, эта история, вся эта канитель тянется очень давно. Если вспомнить события последнего полугодия, в августе вся страна обсуждала историю несчастной мамы несчастного мальчика, который написал, расклеил объявления, что маме нужны деньги на лекарства, потому что, собственно, этих лекарств в помине и нет, – помните, нам тогда Минздрав сказал, что там всего у нас…

Митя Алешковский: …мало детей.

Оксана Галькевич: 7 человек всего, по-моему, на всю страну отыскались.

Константин Чуриков: 7 человек там и так далее, это все было в тот период. Уже вроде как время идет, почему ничего не меняется?

Митя Алешковский: Я, честно говоря, понятия не имею, почему ничего не меняется с точки зрения наших властей. Потому что мне кажется, наши власти недостаточно чувствуют необходимость подобных изменений, скажем, запрос нашего общества на необходимость подобных изменений. Вот ровно в тот момент, когда общество перестанет думать о подобных ситуациях, о чем-то экстраординарном, а начнет каждый день об этом беспокоиться и каждый день говорить, требовать, отстаивать свои права, постоянно прикладывать какие-то усилия для решения этой проблемы, ровно тогда власть подключится и начнет что-то менять. До того, как общество не будет заинтересовано в решении этой проблемы и будет говорить, что нам все должна власть, нам все должно государство, что обычно люди называют государством, подразумевая власть, до того, как общество не изменит свое отношение к этому, к сожалению, как показывает практика, ничего не меняется.

Та же самая ситуация была с доступом в реанимации, та же самая ситуация с обезболиванием и со всем остальным: пока мы, проще сказать, пока гром не грянет, мужик не перекрестится, но по сути пока не будет это волновать всех, пока большинство либо какая-то критическая масса не начнет стараться изменить эту ситуацию… Не машины же есть на улицах, а именно стараться поддерживать какие-то благотворительные фонды, решать какие-то проблемы вместе с этими фондами, объединяться вокруг них. Вот до того, как эта критическая масса не наберется, я боюсь, что власть все-таки не будет принимать подобных решений.

Оксана Галькевич: Мить, вы знаете, ну здесь же нужна все-таки солидарность какая-то самых разных людей, которых в принципе эта ситуация, может быть, и не касается, к счастью, но они все равно сочувствуют этим семьям, этим детям, этим взрослым, этим людям. Возможно ли сейчас в ситуации, может быть, какой-то разрозненности в нашей стране такое солидарное движение?

Митя Алешковский: Ох, слушайте, спасибо вам большое за этот вопрос, он действительно мне прямо как бальзам на израненную душу. Дело в том, что, на мой взгляд, благотворительность на сегодняшний день – это как раз такая объединяющая сила, которая позволяет объединить людей, которые в принципе никогда вместе не будут, вообще даже оказаться нигде не могут. И речь даже идет не только о людях с разным финансовым достатком, а речь идет о том, что есть люди, которые абсолютно по-разному думают, у них абсолютно разные политические, религиозные взгляды, я не знаю, сексуальные предпочтения, цвет волос, все что угодно. И они могут объединиться именно на платформе добрых дел, как бы это ни звучало пафосно, но это именно то, что их может объединить. И есть масса примеров, когда люди объединяются, позабыв про абсолютно все свои разногласия, тем самым усиливаются, тем самым достигают реальных результатов, реальных изменений.

Константин Чуриков: Давайте все-таки о добрых делах, которые, кажется, и государство все-таки должно делать. Вот эта громкая история из Воронежской области, где мама мальчика, у которого редкая форма эпилепсии, дошла до суда, пытаясь получить для сына очень важное, жизненно важное лекарство бесплатно, но суд ей отказал, потому что препарат в России как раз-таки не зарегистрирован. Сейчас будет материал нашего корреспондента Маргариты Твердовой.

СЮЖЕТ

Константин Чуриков: Вы знаете, я лично не понимаю, чем у нас тогда депутаты занимаются, раз есть такая законодательная коллизия…

Митя Алешковский: Неужели… Смотрите, нас уже двое.

Константин Чуриков: Секунду, нас, может быть, и больше, нам сейчас зрители позвонят.

Оксана Галькевич: Гораздо больше, Митя.

Константин Чуриков: Просто у нас сегодня юбилей Конституции, ей уже 25. Статья 41-я, пункт 1: «Каждый имеет право на охрану здоровья, медицинскую помощь. Медицинская помощь оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета».

Митя Алешковский: Ну вот она и оказывается бесплатно, насколько денег есть, настолько она и оказывается.

Константин Чуриков: Нет, подождите, вроде как мысль такая, что отсылают нас к закону, который там что-то не урегулировал. А вот деньги на исполнение этого закона, предположим, депутаты возьмутся за работу, деньги найдутся?

Митя Алешковский: Мне хотелось бы сейчас выступить в качестве антикоррупционного какого-то эксперта, но я не буду говорить, конечно, так, но денег в нашей стране очень много, смотря на что их тратить. Мне кажется, что действительно можно было бы огромное количество денег не воровать, огромное количество денег не платить, не распиливать и так далее, и их, конечно, будет достаточно.

Но вы знаете, мне кажется, что дело даже не в том, что есть какая-то отсылка к закону, а есть проблема в том, что отсылают к закону по той причине, что не хотят ни местные чиновники, ни собственно сами законодатели, им, в общем-то, человек всего лишь потребитель этого закона, чаще всего так получается. Вот в моей собственной практике есть случай, например, когда одна из подопечных фонда «Живи сейчас», который наш фонд финансирует, я ездил писать про нее статью для сайта «Такие дела» в Улан-Удэ. Ее зовут Светлана Егоровна Ли, она больна боковым амиотрофическим склерозом. Это болезнь, которая была у Стивена Хокинга. И вот она медленно умирает, у нее отказывают все мышцы, в том числе легкие, она не может дышать, и ее сын пришел к министру здравоохранения, в соцзащиту и так далее, в законах везде все написано, что мы вам поможем и еще что-то, еще что-то, и говорит: «Вы знаете, у меня мама задыхается, она умрет, потому что она не может дышать». На что ему сказали: «А у нас дети умирают, простите нас, пожалуйста». Он говорит: «Я с большим ужасом слышу эту вашу информацию. Я очень сочувствую этим детям и их родителям. Что делать моей маме?» Ему говорят: «Извините, у нас дети умирают», – понимаете?

Чиновник среднестатистический, а я бы сказал большинство, о человеке не просто не думает, а человек для него, как сказать… Он от него не зависит никак, потому что этого министра человек не избирал, этот министр человеку не отчитывается, этот министр от него не зависит, этот человек его не контролирует, соответственно, как он к нему будет относиться? Вот он к нему и относится, как к единичке или к нолику в отчетности; этот человек для него – это возможность получить какое-то количество денег из бюджета, для того чтобы, скажем так, их куда-то направить, какому-нибудь подрядчику или еще куда-то, чтобы свой собственный интерес или интерес каких-то своих партнеров, еще чего-то использовать. Я не говорю, что всегда так, но очень часто, к сожалению, так случается.

Обычные люди являются заложниками подобной ситуации, не только дети, но и взрослые, не только инвалиды, не только люди с редкими заболеваниями, но и обычные люди, самые обычные люди с часто встречающимися заболеваниями, скажем, с онкологическими заболеваниями. Можете ли вы себе представить, что, скажем, по квоте лечение, например, лейкозов, одних из самых частых видов рака, или лимфом оплачивается амортизация лифта, глажка белья, кормление в больнице, но не оплачивается поиск донора костного мозга в международном регистре. И вот что ты хочешь, вот вынь да положь 18 тысяч евро, – а ведь у каждого из нас легко, конечно же, 18 тысяч, туда-сюда – и заплати за то, чтобы найти себе донора костного мозга.

Поэтому мне кажется, что здесь ключевая проблема в том, что не просто человеческая жизнь ничего не стоит, а вообще вот эта ценность не является главенствующей в работе и чиновников, и законодателей, и самих законов и так далее. А мы должны сделать ценность человеческой жизни краеугольным камнем, на котором должна строиться вся сегодняшняя деятельность всех этих государственных институтов. Потому что если мы будем думать о том, что от этого может пострадать человеческая жизнь, от наших действий, от этого человеческая жизнь может быть спасена, если мы будем в первую очередь думать об этом, а не о законе, к которому отправить, не об отчете, не об отписке, не о бюджете, не о чем-то еще, а думать в первую очередь о человеческой жизни, которая бесценна, – вот если мы будем о других думать, как о себе думаем, тогда ситуация поменяется.

Оксана Галькевич: Митя, вы сейчас говорите о чем в первую очередь? О каком-то общественном просвещении, о какой-то общественной солидарности? О чем? Как это сделать? Потому что это звучит, это очень хорошие, правильные слова, но в некотором смысле как-то несколько общо.

Митя Алешковский: Да, несколько общо, безусловно, потому что я вам говорю про общую ситуацию в стране, потому что эта ситуация касается не только доступа к незарегистрированным препаратам или не только доступа, помощи каким-то людям с серьезными заболеваниями, повторюсь, такая ситуация даже у людей с инсультами, которых полмиллиона в год.

Оксана Галькевич: Самое чудовищное, что нас ставят перед выбором. Тот пример, который вы привели, он ведь означает, что у нас есть дети, они в первую очередь, а ваша мама пожилая…

Митя Алешковский: Притом что детей меньшинство так-то, между делом, нас-то с вами большинство.

Оксана Галькевич: Нет, дело в том, что мы не должны выбирать, когда мы говорим о человеческой жизни.

Митя Алешковский: Я совершенно согласен с вами, вы абсолютно правы.

Оксана Галькевич: Мы должны стараться спасать всех, и малых, и старых, и зрелых.

Константин Чуриков: Митя, а скажите мне, пожалуйста…

Митя Алешковский: Я просто не ответил на предыдущий вопрос.

Константин Чуриков: Да-да, пожалуйста, вопросов много, давайте отвечайте.

Митя Алешковский: Нет, мне просто кажется, что здесь есть прямой путь к решению подобной проблемы. На мой взгляд, без общественного контроля власти и чиновников в принципе невозможно говорить никогда, никаким образом о том, чтобы отношение изменилось. Это в принципе невозможно. Пока власть не будет под контролем, пока общество не будет контролировать власть и не будет иметь возможность влияния на власть, никаких изменений не произойдет.

Константин Чуриков: Тогда расскажите о том, как вы влияете на ситуацию в стране, как вы делаете добрые дела, в чем специфика вашего конкретного фонда и что вы сейчас делаете.

Митя Алешковский: И за этот вопрос я тоже вам очень благодарен. Вы знаете, наш фонд очень особенный для России, поскольку мы фонд фондов, мы работаем по такой технологии, которая… То есть у нас нет конкретного одного подопечного или какой-то одной проблемы, мы поддерживаем организации, которые решают проблемы. Мы понимаем, что проблем очень много, и для того чтобы эти проблемы решались, в каждом регионе, в каждой дерене, в каждом городе или в каждом районе должна быть организация, которая помогает эту проблему решать. Мы развиваем почву, так скажем, для некоммерческих организаций по всей стране, чтобы они появлялись, росли, становились более успешными. И мало того, что мы собираем для них очень много денег, но вот сейчас, например, самая крупная акция, которую мы запустили, мы запустили такую акцию, которая называется «1 рубль в день». Смысл ее чертовски простой, он будет понятен каждому: вы можете выбрать себе любой благотворительный фонд проверенный, у нас есть специальный сайт, где можно выбрать один из 133 проверенных благотворительных фондов из всех регионов России, и начать ему жертвовать регулярно 1 рубль в день. Что это может изменить?

Константин Чуриков: Максимум 30 в месяц получается, 31.

Митя Алешковский: Можно и 2 рубля в день, и 5 рублей, и так далее.

Константин Чуриков: Понятно.

Митя Алешковский: Что это может изменить? Условно приведу вам конкретный кейс. Мы знаем, сколько стариков сегодня находятся в домах престарелых до единицы, и мы знаем, сколько им до единицы не хватает людей, которые могли бы ими заниматься, могли бы их поддерживать, могли бы помогать с уходом.

Константин Чуриков: Сколько их сегодня?

Митя Алешковский: Ну я вам сейчас не скажу прямо на память точное количество, но мы его знаем, фонд «Старость в радость», профильный фонд по этому направлению, знает. И мы посчитали эту цифру и говорим сейчас, что если 0.5% населения России будет жертвовать 1 рубль в день, то все старики, которые находятся во всех домах престарелых, будут обеспечены уходом и заботой. И мы можем такие же примеры привести по практически любой сфере социальной проблематики. Если 15% населения будет жертвовать 1 рубль в день, то все сироты, которые сегодня находятся в детских домах, будут иметь возможность обрести семью или быть устроенными обратно в свою кровную семью. Мы знаем точно, сколько сирот, мы знаем точно, сколько стоит устройство одного из них, мы понимаем, сколько на это нужно денег, и так далее. Основная идея заключается в том, что 1 рубль – это, казалось бы, мелочь для нас…

Оксана Галькевич: Это много на самом деле, да?

Митя Алешковский: Это очень много, если нас миллионы человек, мы за 2 дня собрали 80 тысяч подписок ежемесячных в эти 133 фонда, получилось, по-моему, 4.5 миллиона рублей на сегодняшний день за 2 дня. Это самая большая фандрайзинговая акция в истории современной России.

Константин Чуриков: Очень здорово!

Митя Алешковский: Никто никогда не собирал больше подписок. Наша цель глобальная: к концу следующего года мы хотим в 2 раза увеличить число россиян, которые жертвуют регулярно в проверенные благотворительные фонды.

Оксана Галькевич: А люди как вообще подписываются, делают подписки? Они выбирают какие-то суммы более крупные или все-таки по минимуму, но мы благодарны им и за это, и за этот рубль?

Митя Алешковский: Тут очень важно, что… У нас там средняя сумма около 55 рублей в месяц. И очень важно понимать, что участие значительно важнее…

Оксана Галькевич: …чем сумма.

Митя Алешковский: …чем сумма. Тут есть важный момент, о котором я хотел бы тоже немного упомянуть, потому что самый частый упрек, который мы встречаем в ходе этой акции, она очень громкая, она гремит по всему Интернету, нас поддержали Хабенский, Познер, не знаю, Козловский, Ирина Горбачева, Дима Билан, Сергей Лазарев и так далее, она гремит везде. И нам все говорят: зачем мы платим налоги, если вы призываете нас скидываться по рублю в день?

Константин Чуриков: Зачем Министерство социальной защиты…

Митя Алешковский: Есть очень важный момент, зачем, – потому что именно благодаря тому, что мы объединяемся вокруг решения каких-то социальных проблем, именно благодаря тому, что мы начинаем осознанно действовать и пытаться влиять на решение этих проблем, мы создаем критическую массу. И эта критическая масса, за которой обязательно в итоге пойдет власть, если нас будет много, если мы будем объединены. И тогда наши налоги будут тратиться так, как мы считаем нужным, и тогда детям с серьезными заболеваниями будут заранее предоставляться все эти лекарства, а не по суду.

Оксана Галькевич: И вообще если десантники могут сказать, кто если не они, почему мы не можем так сказать, правда?

Митя Алешковский: И я совершенно с вами согласен. Мне кажется, что в первую очередь нужно всегда задавать себе вопрос, что мы сделали для того, чтобы решить эту проблему, а не перекладывать на кого-то другого.

Константин Чуриков: У нас много звонков, люди уже давно ждут. Ольга из Воронежа в эфире, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я тронута этой вашей темой, потому что у меня в 2004 году муж заболел, у него была онкология. И когда я обратилась в больницу нашу областную, это город Белгород был, мне сказали, хирург мне сказал, что он умрет летом (я обратилась в январе). Мы поехали в Москву (извините, это увертюра некоторая) и к очень хорошему врачу попали в Институте Герцена. В общем, нам назначили лечение совершенно другое, он прожил 6 лет с этой онкологией. Нам лекарства привозили из Германии, причем лекарства привозили, знаете, ребята знакомые часто ездили, они каким-то образом привозили, причем они говорят, что чем дальше, тем труднее было провозить, буквально ампулы распихивали по всему багажу. Вот так. Но тем не менее он прожил 6 лет с большой стадией рака, вот что касается лекарств. Ну и, конечно, лечение онкологии – это уже совершенно отдельная тема, это ужасно.

Оксана Галькевич: Да.

Константин Чуриков: Ольга, спасибо за ваш звонок.

Митя Алешковский: Я хотел бы согласиться с Ольгой: лечение онкологии – это ужасно в большинстве случаев.

Константин Чуриков: Митя, а можно вопрос? Если человек заболел раком в Германии, в Израиле, где-то еще, что ему государство должно (у нас уже такой мем) и что не должно?

Митя Алешковский: Ну вы знаете, во-первых, давайте определимся, что такое государство, потому что, на мой взгляд и не только на мой взгляд, в Википедию зайдите, государство – это все-таки форма общества.

Оксана Галькевич: Государство – это мы.

Константин Чуриков: Это страна, а государство – это властные…

Митя Алешковский: Вот вы подразумеваете государственную власть.

Константин Чуриков: Да.

Митя Алешковский: Что власть должна человеку в Израиле? В Израиле все, что можно, ты получишь, потому что Израиль – это фактически коммунистическое государство в таком хорошем смысле, то есть это абсолютный социализм совершенно.

Константин Чуриков: То есть 18 тысяч евро по знакомым, по фондам искать не придется?

Митя Алешковский: Нет, конечно, нет. Но в Америке, например, вы просто умрете, если у вас нет страховки, вам emergency, если вы придете с открытой раной, не знаю, вскрытой грудной клеткой, вам зашьют ее, но операцию, если у вас нет денег на эту операцию, вам никто не будет делать. Я утрирую, конечно, но все очень серьезно зависит от страховки, и так в огромном количестве стран. То есть не стоит думать, что везде существует перекладывание ответственности на кого-то другого, на чей-то другой бюджет и карман, – сам думай об этом, взрослый человек вообще в принципе должен думать и о себе, и о своих детях, должен нести ответственность, должен размышлять о том, что случится, если мы не дай бог заболеем.

И вообще я хочу вам сказать, что стоит купить страховку, стоит купить страховку и от онкологии, и от потопа, и от пожара. Друзья мои, бывает, бывает все! И если она у вас будет, вам очень, очень повезет, потому что обычно большинству людей приходится проходить через такие ужасы, которых врагу не пожелаешь. И к сожалению, в современной действительности подумать наперед – это самое умное, что можно было бы сделать. А еще в качестве страховки поддержите благотворительные фонды, которые занимаются решением этих проблем, потому что очевидно, что сегодня на плечах благотворительных фондов, скажем, вся детская онкология в большинстве своем.

Оксана Галькевич: А взрослые, собственно говоря, оказываются брошенными, или все-таки у нас много фондов, которые взрослым помогают? В основном мы слышим про детей.

Митя Алешковский: Про рак я знаю один, то есть их просто нет, их не то что мало, их просто нет. Есть фонд «AdVita», который помогает взрослым и детям с онкологическими заболеваниями, есть некоторые фонды, скажем, «Правмир» или «Предание», которые собирают адресно иногда для онкологических больных. Но профильных фондов взрослых по онкологии нет.

Оксана Галькевич: У нас есть еще один звонок. Кто у нас на связи? Ума из Москвы. Ума, здравствуйте, если можно, коротко.

Зритель: Да. Я тоже на инвалидности, у меня тоже такие проблемы с лекарствами, мне тоже отказывают без конца… Я не знаю, не выписывают, хотя их на складе, мне сказали, очень много, завалено, окружной ревматолог сказал. Я не знаю, я уже вроде бы звонила и на горячую линию, мне говорят, выписывают, диктуйте номер рецепта, я хотя и диктовала… Но если вам вдруг окружной скажет, что можно, мы тогда будем выписывать, они мне говорят. Не знаю.

Константин Чуриков: Понятно. Спасибо за ваш звонок.

Митя Алешковский: Напишите жалобу в вышестоящую инстанцию.

Оксана Галькевич: В какую вышестоящую инстанцию?

Митя Алешковский: Ну я не знаю, в гос…

Константин Чуриков: В Департамент здравоохранения.

Митя Алешковский: Да, в Департамент здравоохранения, через сайт можно.

Константин Чуриков: А что будет? Хорошо, там какую-то отписку пришлют.

Митя Алешковский: Наверняка пришлют.

Константин Чуриков: А дальше куда?

Митя Алешковский: А могут спустить по голове. Я не скажу, что это решение абсолютное совершенно. Мы находимся в ситуации, как бы так сказать, примерно как после ядерного взрыва в Хиросиме, примерно вот так вот в социальной сфере и проблематике у нас в России. То есть вообще ядерный взрыв в Хиросиме не всех сразу убил, было огромное количество людей, которые страдали, умирали, разруха и так далее, боль, крики, ор, ожоги и так далее – вот у нас в социальной сфере примерно то же самое, не все умерли еще, но это вопрос времени.

Константин Чуриков: У нас вот как раз вопрос времени, мы дольше не можем с вами беседовать, поэтому на этой ноте, к сожалению, вынуждены и закончить.

У нас в студии был Митя Алешковский, соучредитель благотворительного фонда «Нужна помощь». Митя, спасибо, желаем вам успехов в вашем добром начинании.

Митя Алешковский: Спасибо вам.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Ну а мы не прощаемся, друзья, программа «Отражение» продолжает свой прямой эфир, оставайтесь с нами.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

О доступности лекарств

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты