Молодежь не зарабатывает - молодежь берет кредиты

Молодежь не зарабатывает - молодежь берет кредиты | Программы | ОТР

Треть клиентов МФО - моложе 30 лет! На что они берут деньги?

2020-09-18T17:03:00+03:00
Молодежь не зарабатывает - молодежь берет кредиты
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Наталья Шепилова
кандидат экономических наук, доцент Высшей школы бизнеса ВШЭ
Михаил Черныш
первый заместитель директора Федерального научно-исследовательского социологического центра РАН, доктор социологических наук

Константин Чуриков: Ну а чтобы были украшения и разные штучки, нужны для этого деньги, правильно?

Оксана Галькевич: Да. Кредиты при этом молодеют, вот о чем мы хотим поговорить. Вы знаете, по самым последним данным Национального бюро кредитных историй, в микрофинансовые организации за тем, чтобы перехватить денег до зарплаты, до стипендии или еще по какой-то необходимости, теперь все чаще стали приходить люди младше 30 лет. В августе это уже была почти треть новых заемщиков.

Константин Чуриков: Еще год назад основными клиентами МФО были люди в возрасте от 30 вот до моего возраста, до 40 лет, а сейчас вот наша доля, Оксана, падает, на смену приходит как раз вот прямо молодежь. К слову, поколение за 40, за 50, за 60 еще реже стали наведываться за микрозаймами.

Оксана Галькевич: Может быть, молодежи проще просто получить... Наоборот, может быть, старшему поколению проще получить деньги в крупном каком-то банке, у них уже есть кредитная история, им идут навстречу, а молодым людям как раз в услугах отказывают? В общем, по каким причинам, друзья, доля заемщиков растет именно в микрофинансовых организациях, давайте сейчас будем рассуждать.

Вы нам, пожалуйста, звоните, пишите, эфир прямой, телефоны всегда у вас на экранах указаны, это совершенно бесплатно. Своими историями поделитесь, может быть, у вас дети или вы сами молодой человек, внуки, кто-то вот берет эти микрозаймы, на каких условиях, как это все тяжело отдавать, расплачиваться...

Константин Чуриков: И на что, самое главное.

Оксана Галькевич: И на что, кстати, да.

Константин Чуриков: У нас сейчас на связи Михаил Черныш, первый заместитель директора Федерального научно-исследовательского социологического центра РАН, доктор социологических наук. Михаил Федорович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Михаил Федорович.

Михаил Черныш: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Михаил Федорович, нас сейчас, я думаю, смотрят зрители и думают: «Вот, что это такое, там они в эти микрозаймы пошли, что ж они делают-то», – да? Вот с вашей точки зрения, с какими вызовами сталкивается нынешнее поколение молодых, с какими, может быть, искушениями, каких не было, предположим, лет 20–30 назад?

Михаил Черныш: Ну во-первых, самым большим искушением для современного молодого человека является рабочее место. Надо сказать, что рынок труда для молодежи очень проблемный, особенно сейчас, особенно в ситуации, когда экономика не растет, когда во многих отраслях наблюдаются кризисные явления. Довольно сложно устроиться на работу, причем на работу с приличной заработной платой, и это, конечно, самая большая сложность в настоящее время для молодых людей. Поэтому многие молодые люди как-то решают эти проблемы: кто-то срывается с места и едет в Москву или еще куда-то, где можно заработать, а кто-то бежит и берет микрокредит, для того чтобы решить какую-то вот сегодняшнюю проблему.

Оксана Галькевич: Михаил Федорович, но микрофинансовые организации – это такие самые, наверное, рискованные кредиты, займы, потому что там и процент повыше, и условия как-то посерьезнее, пожестче. Может ли быть связано обращение все большего числа молодых людей с тем, что молодость – это как раз время, когда риски, так скажем, не то чтобы недооценены, они просто иначе оцениваются?

Михаил Черныш: Ну, риски... Я согласен с вами, конечно, молодые люди склонны к риску, особенно когда ты понимаешь, что у тебя еще впереди довольно много лет, в которые ты можешь решать какие-то свои жизненные проблемы. Но все-таки, на мой взгляд, дело не в этом, а дело в том, что молодые люди, возможно, в отличие от людей более зрелых возрастов, испытывают бо́льшие проблемы, большее напряжение в плане добывания денег, зарабатывания денег именно сейчас, в настоящее время.

А с другой стороны, молодые люди как, может быть, ни одно поколение не склонны к тому, чтобы себе в чем-то отказывать. Эти люди уже выросли в потребительской экономике, и они хотят держаться вот тех стандартов потребления, с которыми они столкнулись с самого своего рождения.

Оксана Галькевич: Это что такое, эффект павлина, да, надо хвост пошире распустить?

Константин Чуриков: Ну слушайте, мы все были когда-то молодыми.

Оксана Галькевич: Так, и что у тебя там было?

Константин Чуриков: Ну чего, «павлинился».

Михаил Черныш: «Попавлинить», конечно, «павлинить» – это конечно. Ну там, я не знаю, условно говоря, сходить в McDonald’s или купить телефон, смартфон. Если вы посмотрите данные по тому, у кого больше всего смартфонов, причем смартфонов современных, вы увидите, что именно молодежь склонна к тому, чтобы менять телефоны чуть ли не каждый год.

Оксана Галькевич: Ага. Да, кстати, нам об этом пишут, вот, например: «Бум на новые смартфоны, – пишет Рязанская область, – молодежь без денег, а выпендриться-то хочется». Самарская область: «Ну какие МФО? От дурости разве что можно идти к бандитам», – почему-то вот такая, знаете, репутация у микрофинансов не очень приятная. Владимирская область пишет, что «молодые молодцы нагибают (читаю как есть) всю родню», то есть расчет на то, что я кредит-то возьму, а мамы-папы-бабушки помогут как-то выплачивать, если у меня со своими заработками не срастется. Вот такая инфантильность возможна?

Михаил Черныш: Возможна, конечно. Часть этого поколения в том числе и инфантильна, потому что если ты не выходишь на рынок труда, если ты задерживаешься в таком переходном состоянии, то у тебя неизбежно возникает особый тип сознания, восприятия действительности, когда ты считаешь, что вот родители всегда тебя содержали, всегда помогали, почему бы им не продолжить это хорошее, благое дело.

Константин Чуриков: Михаил Федорович, если говорить об инфантильности, я вспоминаю разные опросы, в том числе ВЦИОМ, опрашивали молодых по поводу демографии, и вот эта молодежь 20–25 лет, значит, отвечает, что нет, они хотят, обязательно крепкая семья, двое, даже трое детей. Почему при таких ответах, причем это подавляющее большинство так говорит, что они хотят семью, скажем так, бывает такое вот поведение, что люди обращаются за кредитами на телефон, на какие-то побрякушки, на шмотки и так далее?

Михаил Черныш: Вы знаете, у нас, социологов, давно есть некий установленный факт – это различие между тем, что люди говорят, и тем, что они делают, различие между ценностями и действиями. Хочется, чтобы было все хорошо, я всегда выступаю за все хорошее, но жизнь такова, что приходится совершать действия, которые не всегда соответствуют ценностям, это установленный факт. Люди хотят семью, но надо посмотреть, какие реальные действия они совершают, для того чтобы эту семью создать. А на самом деле сейчас на этом фоне развивается, например, тенденция ухода от каких-то стабильных семейных отношений, от закрепления этих отношений в институциональном порядке, ну потому что не хочется нести ответственность.

Оксана Галькевич: Вот, кстати, да.

Вы знаете, а вот может еще такой причина быть, нам Ленобласть пишет, что у молодых людей просто сейчас очень много соблазнов, «крышу сносит от рекламы красивой жизни»? Вот раньше вроде как поспокойнее, общество было более ровное в проявлении себя; конечно, были там отдельные «павлины» и все прочее, а вот сейчас с этим каждый хочет через одного как-то.

Михаил Черныш: Это и есть потребительское общество, это и есть ценности, ценности потребления, люди выросли в этом потребительском обществе. Как им себя поменять? Это довольно сложный процесс.

Константин Чуриков: Нам звонит Владимир из Санкт-Петербурга. Владимир, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Смотрю вот вашу передачу... Можно мне говорить, да?

Константин Чуриков: Нужно.

Оксана Галькевич: Конечно, нужно.

Зритель: Да, здравствуйте, уважаемые ведущие и как там, я, честно говоря, плохо вижу...

Константин Чуриков: Михаил Федорович Черныш, эксперт.

Зритель: Черныш, да.

Знаете, я как бы примерный заемщик, я брал 3 кредита, все успешно погасил, ну автомашины покупал одну за другой, все нормально. А вот, как бы сказать, сейчас еще пользуюсь кредитом Сбербанка, там сумма совсем небольшая, незначительная, потому что пенсии бывает, что не хватает от даты до даты выплаты.

Константин Чуриков: Владимир, какой бы совет вы дали молодым нашим зрителям, которые, возможно, сейчас раздумывают над тем, чтобы взять кредит?

Зритель: Ну не знаю, как бы сказать, что посоветовать. Лично мое мнение такое, что все вот эти микрофинансовые организации, которые выдают кредиты, они там пишут все мелким шрифтом, что проценты-то вообще там в день. Я считаю, что вообще-то это мошенническая схема, то есть их бы надо как-то прикрыть все, конторы такие и подобные. Это просто наживание на людях, от безграмотности, допустим, даже молодых, что вот кредит – это как бы такая штука, что вообще-то надо возвращать, иначе будут ходить коллекторы.

Константин Чуриков: Да, с паяльниками.

Оксана Галькевич: Да.

Зритель: Вы знаете, даже вот «Альфа-банк», я брал там незначительный кредит, и у меня, я уезжал из Петербурга надолго, года на 1,5 к себе на историческую родину в Архангельскую область... Ломоносова...

Константин Чуриков: Да-да.

Зритель: И потом приезжаю, а мне приходит письмо: «У вас задолженность 60 рублей, мы сейчас к вам пришлем коллекторов».

Константин Чуриков: Ну, кредиты – это как крепостное право, конечно.

Оксана Галькевич: Владимир, но тут, конечно, нужно аккуратно считать. Я только хочу справедливости ради сказать, что, знаете, микрофинансовые организации – это такие же полноценные участники работы нашего финансового рынка, и, если это добросовестная организация, вы всегда можете это проверить на сайте Центрального банка, они должны быть внесены в реестр Центрального банка, иметь разрешение на работу. Если такой организации с таким названием нет, тогда, собственно, не нужно туда обращаться. А считать нужно аккуратно всегда.

Константин Чуриков: Спасибо большое за ваш звонок.

У нас, Михаил Федорович, на SMS-портале очень много предложений, теперь вот... У нас же паспорта выдаются в 14 лет, служба в армии начинается с 18 лет, значит, возраст, как говорится, потребления алкоголя хотят сдвинуть к 21 году, предлагают паспорта выдавать с 21 года. Как вы считаете, правильная мера, чтобы самые юные не кредитовались?

Михаил Черныш: Ну, самым юным и не дадут кредит на самом деле, потому что банк ведь дает кредит не только по паспорту. Если вы придете в банк, то вас спросят, работаете вы или нет, какой у вас доход, сколько вы заработали за прошлый месяц, какая у вас семья, – куча вопросов, которая задается в банке. И если придет молодой человек, неоперившийся, юный, ему ничего не дадут.

Константин Чуриков: В банке да, в МФО нет, в МФО попроще. Спасибо большое.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Михаил Черныш, первый замдиректора Федерального научно-исследовательского социологического центра РАН, доктор социологических наук.

Оксана Галькевич: Давайте обратимся сейчас к небольшому опросу, как раз наши корреспонденты в нескольких городах побеседовали с молодыми людьми, спрашивали, на что им не хватает денег и где в таких случаях они эти деньги берут, куда обращаются.

ОПРОС

Константин Чуриков: Вот женщина сказала, девушка: «У мужа прошу». А бывают мужья, которые просто до копеечки все жене, «на тебе, жена», вот, в начале и в конце каждого месяца.

Оксана Галькевич: Бывают мужья, которые просят у жен.

Константин Чуриков: Да, а это, кстати, бывает, да.

Оксана Галькевич: Давай звонок выслушаем, у нас Ольга на связи из Смоленска. Ольга, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Рассказывайте вашу историю, пожалуйста, Ольга.

Зритель: У меня очень печальная история по поводу этих микрозаймов.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: У меня сын игроман...

Оксана Галькевич: О господи.

Зритель: И он брал займы просто по подписи электронной, ему выдавались эти займы везде, и из Архангельска, и откуда мне только ни звонили эти микрозаймы потом, когда уже я в последний раз не дала ему денег, у меня просто не осталось больше денег, у меня были большие сбережения в банке. Я выручила в последний раз сына, отдала все.

Константин Чуриков: Сколько набрал сынок займов?

Зритель: Он в общей сложности, я его выручала, около миллиона. Пятьсот тысяч мы погасили, сейчас будут суды, потому что у меня нет сбережений погашать его эти займы. Сейчас будут приходить приставы, описывать его имущество; уже доходит дело до того, что будут приходить, в суд уже пришло...

Константин Чуриков: Вы живете отдельно, его имущество будут описывать, не ваше?

Зритель: Его имущество? У него никакого имущества нет.

Константин Чуриков: Ваше то есть.

Зритель: Это моя жилплощадь, он живет на моей жилплощади, в моей квартире, все продал с этой квартиры, описывать там нечего. Единственное, что квартиру забирать, но квартира тоже моя, вплоть до утюгов пошло, вынес последние два утюга, были у нас, вынес их.

Оксана Галькевич: О господи... А сколько лет сыну?

Зритель: Ему 30 лет. Я не знаю, что мне делать с этой бедой.

Константин Чуриков: Ольга, вы знаете, есть такой правозащитник Павел Медведев, он такой, скажем так, омбудсмен на общественных началах...

Оксана Галькевич: Общественный омбудсмен финансовый, да.

Константин Чуриков: Вот, общественный финансовый омбудсмен. Найдите, пожалуйста, в интернете «Павел Медведев омбудсмен» и ему обязательно напишите, он, я думаю, сделает все возможное, чтобы рассмотреть ваш случай. Он у нас неоднократно бывал в студии, может быть, он чем-то вам поможет.

Оксана Галькевич: На самом деле, конечно, чудовищная история, и вы, к сожалению большому, не одиноки в своей беде.

Константин Чуриков: Павел Алексеевич Медведев, да.

Оксана Галькевич: Вот нам пришло сообщение из Москвы, пишут: «Сын набрал микрокредитов на 400 тысяч, остался без работы, а я пенсионер, не знаю, что теперь делать».

Давайте подключим к нашему разговору еще одного эксперта – кандидат экономических наук, доцент Высшей школы бизнеса Высшей школы экономики у нас на связи Наталья Шепилова. Наталья Петровна, здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Наталья Шепилова: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Наталья Петровна...

Оксана Галькевич: Наталья Петровна, а уроки какой-то финансовой грамотности, какое-то финансовое образование в таких случаях вообще может помочь? Вот вы слышали...

Наталья Шепилова: Обязательно, как без финансовой грамотности? Это невозможно, тем более если ввязываться в кредиты и рассматривать вообще свою жизнь с перспективой на развитие, на будущее, на обучение, на создание семьи, на приобретение какого-то имущества, то без обязательств жить невозможно и развиваться. Но грамотно использовать эту систему обслуживания своих кредитов – вот это финансовая грамотность, конечно.

Константин Чуриков: Наталья Петровна, ну вот это слово так часто произносится, что его какой-то уже смысл, что оно в себе несет, как-то замыливается. Ну как конкретно и с какого возраста? Потому что мы когда воспитываем детей, с одной стороны, да, хочется, чтобы они понимали, что деньги не с неба сваливаются родителям. С другой стороны, хочется, понимаете, ребенка оградить от этой всей грязи, все-таки как-то больше думать о каких-то других ценностях, не о деньгах. Вот в какой момент и как этому учить?

Наталья Шепилова: Ну вот как раз у вас прозвучало в словах такое внутреннее убеждение, может быть, это так специально было сделано, что деньги – это грязь. Вот если родитель до сих пор, а мы сейчас живем в другой парадигме, говорит, что деньги есть плохо и быть богатым есть плохо, и избегает разговора про деньги, то, соответственно, мы и выращиваем таких детей, которые в итоге в 30 с лишним лет подставляют своих престарелых родителей, которые обязаны платить за них эти кредиты. Поэтому в первую очередь нужно поменять систему ценностей: деньги – это благо, это ресурс, благодаря которому человек может развиваться, это в первую очередь.

И с самого раннего детства ребенку можно давать маленькие деньги, учить его накапливать эти деньги на какие-то свои интересы, купить мороженое, пирожное, пойти купить интересную книгу, подарок своему другу. То есть с раннего детства, наверное, когда ребенок уже немножко осознан, то есть 5–6 лет, какая-то копилочка, это вполне нормально использовать. Ну а дальше уже в школе тоже создать свой личный бюджет, вполне реально осознанно относиться к деньгам. Ну и, в конце концов, в школах же вводится обществознание и элементы финансовой грамотности, у нас в университете есть специальные курсы для учителей, где обучают, как преподавать в школах финансовую грамотность. Поэтому дети вполне себе сегодня разумны.

Константин Чуриков: Хорошо.

А как быть, Наталья Петровна, с более взрослыми мальчиками и девочками, которые уже имеют все, так сказать, права гражданина Российской Федерации, могут обратиться и в МФО, и в банк? Вот как среди них проводить разъяснительную работу? Может быть, я не знаю, какие-то брошюрки оставить, я не знаю, может, там пускай сидит какой-то финансовый тренер, финансовый коуч, как у меня написано, и разъясняет: «А что ты делаешь, брат? Зачем тебе это надо? Ты чем отдавать будешь?»

Оксана Галькевич: В банке: «Мужчина, вы зачем пришли? Вы кредит хотите взять? Может быть, лучше вы не будете этого делать?»

Константин Чуриков: Например, а почему нет?

Оксана Галькевич: «Мужчина, а вы аккуратно посчитали ваши доходы? Мне кажется, вам лучше...»

Константин Чуриков: Нет, ну почему, вот чтобы там сидел какой-то специалист и разъяснял.

Наталья Шепилова: Ну, здесь работа, так скажем, с двух сторон, внутренняя работа непосредственно своего человека... Если у него есть внутренний запрос разобраться в этих кредитных схемах и финансах, то он сам будет искать способы повысить свою финансовую грамотность. Со стороны в принципе догонять и причинять добро не очень-то полезно, если тебя не просят. Но с другой стороны, если человек обратился в банк, то, конечно же, ему будут задавать вопросы, и некий такой коэффициент кредитной нагрузки существует сейчас в банке, который рассчитывает, может ли этот человек получить кредит.

Ну и, наверное, для себя нужно зарубить такое правило: если вы обращаетесь в кредитное учреждение за получением кредита, то надо понимать, 50% вашего дохода может уйти на погашение кредита, больше 50% – это непозволительно. Просто от вашей зарплаты, если ваша зарплата, например, 100 тысяч рублей, только до 50 тысяч вы можете отдавать в кредит, все остальное должно остаться у вас на жизнь.

Оксана Галькевич: Но 50%, мне кажется, это такая уже предельная нагрузка...

Константин Чуриков: Совсем уже.

Наталья Шепилова: Это самая максимальная.

Оксана Галькевич: Она очень быстро человека истощит…

Константин Чуриков: Это для самых финансово грамотных.

Оксана Галькевич: …не только в финансовом, но и в психологическом плане. Наверное, длительные кредиты, такие долгосрочные брать с такой нагрузкой не стоит, я так думаю, какой-нибудь ипотечный кредит с нагрузкой в 50% – это с ума сойдешь.

Наталья Шепилова: Ну, обычно как? На ипотеку подает какой-то один заемщик, например муж, если семья берет, или жена, какой-то один из супругов, но между собой у них есть определенная договоренность о кредитной схеме. То есть, скорее всего, часть, 50% от дохода, допустим, нашего кейса муж платит за ипотеку, но дополнительно жена также участвует в семейном бюджете и ее часть зарплаты идет уже на остальные семейные нужды. Наверное, это внутренняя договоренность семьи, но об этом надо разговаривать, это надо прояснять, а не так, что деньги являются злом и мы об этом не говорим.

Оксана Галькевич: Но если все-таки, знаете, вернуться еще к тому, что Костя говорил, немножко уточнить. Вот насколько в банках, так скажем, с пониманием уровня заемщика общаются с этими потенциальными клиентами? Люди иногда говорят, что они не поняли, они пытались вникнуть, но им толком никто ничего не объяснил. Мы же понимаем, что люди действительно все разные, с разным уровнем, ну я не знаю, с разными отметками в школьном аттестате в конце концов.

Наталья Шепилова: Здесь абсолютно верно, я с вами согласна, менеджеры банков не всегда компетентны в тех услугах банковского продукта, которые они оказывают, и часто заинтересованы больше дать кредит.

Оксана Галькевич: Вот.

Наталья Шепилова: Но на самом деле здесь вопрос такой. Во-первых, если вы идете в банк, я рекомендую все-таки в банк обращаться, брать топовые банки, в пятерку лучших ведущих банков России надо идти, это в первую очередь. Во-вторых, если вы не понимаете договор, не понимаете сумму кредита, не до конца прояснили эту ситуацию, мучайте менеджера, задавайте вопросы, чтобы на бумажках рассчитали.

Я по крайней мере лично так и делаю: я хотя грамотный человек в этом плане, но я все равно хочу, чтобы мне менеджер рассказал детально тело кредита, проценты, сколько в итоге у меня выйдет. Если вы взяли, допустим, кредит на машину, ваш автомобиль сколько выходит по общей стоимости на выходе, сколько вы переплатите, и дальше оценить свои реальные возможности, стоит ли вам вообще ввязываться в эту историю.

Константин Чуриков: Да, спасибо вам большое.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Наталья Шепилова, кандидат экономических наук, доцент Высшей школы бизнеса Высшей школы экономики.

Нам в очередной раз предлагают закрыть все микрофинансовые организации, кстати, мы это, в общем-то, давно слышим и согласны с тем, что очень опасные эти структуры...

Оксана Галькевич: Ну, это опасно, но некоторым она помогает, Костя. Здесь вопрос, как ты к этому относишься, как ты этим инструментом пользуешься.

Константин Чуриков: По поводу грязных денег пенсионерка из Рязанской области пишет: «Такой бы грязи да побольше!»

Оксана Галькевич: Грязь бывает целебная, в этом смысле?

Константин Чуриков: Всем не хватает денег, это точно.

Мы продолжим через несколько минут.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Непутин
Пожилые уже не могут рисковать на остатки средств, а у молодых ещё нет страха и опыта. Скоро, возможно, и банков не будет и МФО не будет, а клиентов голодные коллекторы перебьют, а потом сами с голоду сдохнут.