Молоко чипируют

Молоко чипируют | Программы | ОТР

Цифровая маркировка пока добровольная. А зачем это нужно?

2021-01-21T21:42:00+03:00
Молоко чипируют
Новые схемы обмана с банковскими картами. Вакцинация продолжается. На что тратим деньги. «Всё включено» по-русски. Как сдержать цены? Чем питаются школьники. Отмена крепостного права. Цифровая школа
Как сдержать цены?
Наталья Починок: Никакие профессии не умрут, они просто будут иметь всё большую цифровую составляющую
Внимание – мошенники!
Россию XVIII века от любой европейской страны отличал громадный культурный раскол общества, в котором одна часть не понимает, как живет другая
Что у школьника в тарелке?
ТЕМА ДНЯ: Продукты накрыло цунами цен
«Всё включено» по-русски
Траты растут! Покупаем больше или платим дороже?
Прививка от ограничений
Гости
Владислав Чебурашкин
основатель и генеральный директор молочного холдинга «Братья Чебурашкины. Семейная ферма»
Алексей Егармин
сопредседатель Национального союза защиты прав потребителей

Иван Князев: Продолжаем, еще о продуктовой экономике. Молоко, сыр, сметану оцифруют: в России стартует маркировка молочной продукции. Пока это дело добровольное. Некоторые производители отрапортовали, что уже готовы к ней, собираются покупать оборудование, остальным для раскачки времени осталось не так много.

Тамара Шорникова: С 1 июня обязательной маркировка станет для сыров и мороженого, с 1 сентября – для продукции сроком годности более 40 суток, это сливочное масло, сгущенное молоко. А вот с декабря под маркировку подпадут скоропортящиеся товары.

Иван Князев: Ну, прежде чем понять, зачем это понадобилось, скажем, что маркировка производителям влетит в копеечку, понадобится новое оборудование, программное обеспечение; кроме этого, предприятиям нужно будет покупать цифровые коды у отдельного единого оператора. Эксперты уже подсчитали, что только в первый год молокопереработчикам все это обойдется в 61 миллиард рублей.

Тамара Шорникова: Нас, конечно, в первую очередь волнует, как-то это отразится на ценах? Подорожают товары или наоборот, может быть, подешевеют? Ну и второй момент: не будут ли какие-то перебои с поставками? Потому что вот с маркировкой лекарств, например, сложности были.

Иван Князев: Ну да, наблюдали мы эту картину, были пустыми аптеки. В общем, все плюсы и минусы маркировки обсудим с экспертами. У вас хотим узнать, какого качества молочная продукция у вас в регионе, пишите и звоните нам прямо сейчас.

Тамара Шорникова: Подключаем экспертов. Алексей Егармин, сопредседатель Национального союза защиты прав потребителей. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Алексей Викторович.

Алексей Егармин: Добрый вечер.

Тамара Шорникова: Да. Алексей Викторович, скажите, а вот эта маркировка молочной продукции что даст нам, потребителям?

Алексей Егармин: Вы верно заметили, что самое неприятное, что она нам даст, – это удорожание молочной продукции. Никаких других мер по примеру того, что она будет лучше, или она будет безопаснее, или там что-то такое в ней случится, что она улучшит свои качества, не будет, потому что весь проект нацелен на то, чтобы создать скрытый налог на реализацию молочной продукции, в частности.

И до этого, как вы верно заметили, такой же налог был на лекарства, будет на кухонные полотенца, на тапочки, на все, на все, на все, потому что единый оператор просто будет продавать марки, не отвечая на качество продукта, а качество продукта останется таким же, как и было на сегодняшний день. Соответственно, какие-то люди уйдут с рынка, потому что они просто не смогут позволить себе такую финансовую нагрузку, мы получим монополизацию рынка большими производителями. Фермеры, маленькие производства, которые перерабатывают ту или иную продукцию, конечно, не выдержат такой нагрузки.

Тамара Шорникова: Алексей Викторович, да, вот такой вопрос сразу. Разные эксперты говорят о том, что очень важно сейчас запустить какую-то цифровую проверку, для того чтобы избежать контрафакта на том или ином рынке. На рынке молока и молочных продуктов это сейчас насколько острая проблема? Какое количество некачественных продуктов мы имеем на полках?

Алексей Егармин: Огромная проблема, молочная группа всегда являлась одним из лидеров контрафакта и вот тех некачественных производств этого самого молока, по сути дела производств продуктового суррогата. Но надо понимать, что борьба с качеством молочной продукции и маркировка – это разные вещи.

Тамара Шорникова: Почему?

Иван Князев: Да, проясните нам тогда, потому что не очень понятно.

Алексей Егармин: Давайте. Действующее законодательство предполагает хорошие меры воздействия на тех производителей, которые пытаются нас обмануть. Но заметьте, за последнее время не было правоприменительной практики, которая бы дала хороший результат, ну то есть какой-то директор завода, какой-то директор магазина, который вот нас обманывал, – где они? Они продолжают обманывать. Им накладывают небольшие штрафы, хотя это мошенничество, и они дальше продолжают это же самое делать. Маркировка сама по себе не решит вопрос. Давайте сначала научимся использовать действующее законодательство, замечу, неплохое, а потом мы будем уже улучшать его до практически бесконечности. Но какой смысл улучшать то, что мы еще не можем использовать?

Иван Князев: Алексей Викторович, ну вот вы говорите, что действующее законодательство неплохое. Откуда же тогда ожидания, что вот благодаря маркировке, сертификации только нелегального ввоза суррогата на 1,4 триллиона рублей можно будет отсечь?

Алексей Егармин: Здесь все эти цифры нам рассказывают люди, которые заинтересованы в реализации этих самых марок. Никакими другими статистическими данными это не подтверждается.

Иван Князев: Да тут необязательно эту статистику как бы читать и слушать, достаточно в магазин посмотреть, на рынок сходить, из чего там что сделано. Нам люди пишут, молоко даже коты не пьют.

Алексей Егармин: Да, конечно. Мы будем видеть точно такое же молоко, только дороже на стоимость марки и обработки информации по содержанию этой марки, вот и все. То есть ничего не поменяется. Сама по себе марка не обеспечит нам качество продукции, не улучшит его никак, заводы не перестроятся, оборудование не поменяется, какие-то там махинаторы не исчезнут, пальмовое масло и свиной жир будут добавлять в молоко для придания ему каких-то нужных свойств, но это будет обман, и он будет продолжаться.

Иван Князев: А что ж тогда улучшит?

Алексей Егармин: Ничего. Улучшится материальное положение вот этой группы товарищей...

Иван Князев: Нет, я имею в виду что же улучшит качество.

Тамара Шорникова: Что улучшит качество продуктов? Какие меры?

Алексей Егармин: А что улучшит качество? Понимаете, действующая система контроля позволяет изобличать поставки такого рода товаров, прекращать их реализацию и приводить производителей к требованиям нормы законодательства. Для этого всего лишь надо взять и проверить. Если в магазине плохое молоко, то прийти к производителю надо и сказать: «Вот вы с магазином его плохое реализовали, давайте отвечайте за это дело». Но поверьте, никакой правоприменительной практики, никого не наказали. А мы с вами наказываемся только этими производителями, покупая опасную для здоровья продукцию.

Тамара Шорникова: Ну, давайте...

Иван Князев: Конкретный пример, может, посмотрим? Есть у нас...

Тамара Шорникова: А может быть, звонок успеем послушать до этого?

Иван Князев: Успеем, конечно же. Ростовская область, на связи Владимир. Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Владимир?

Зритель: Да, слушаю.

Тамара Шорникова: Мы вас внимательно слушаем.

Зритель: Добрый вечер. Это Ростовская область, город Таганрог.

Тамара Шорникова: Так.

Зритель: Я думаю, что чипирование продукции на повышение качества продукции ничего не отразится, а все это оборудование будет оплачивать не производитель, а потребитель конечный. Все в принципе.

Иван Князев: Да, Владимир...

Тамара Шорникова: Коротко, понятно, да?

Иван Князев: Ну в принципе да, в принципе коротко и понятно. Просто еще хотелось узнать, ну а как же тот сыр, который на самом деле не сыр, тот творог, который на самом деле и назвать-то таким нельзя? Владимир, слышите нас еще?

Зритель: Да-да, слушаю. Но чипирование к качеству продукции никакого отношения не имеет, это...

Иван Князев: Ну просто вы хотя бы будете видеть, что...

Тамара Шорникова: Что?

Иван Князев: ...покупаете.

Зритель: Ну, они и так пишут на продукции, из чего состоит продукт, и если он не соответствует действительности, то к нему и так санкции применяют наши органы.

Иван Князев: Понятно.

Тамара Шорникова: Ну, должны во всяком случае. Да, спасибо вам, Владимир.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Собственно, о тратах на оборудование, которое потребуется для реализации маркировки, давайте поговорим на конкретном примере. Крупнейший молочный завод в Приволжском федеральном округе, в сутки там перерабатывают до 450 тонн сырья, из которого готовят больше 100 наименований молочной и кисломолочной продукции, самое популярное из них – это творог, его на заводе производят больше 20 видов. У предприятия есть филиалы в Москве, Нижнем Новгороде, Казани, Чебоксарах и Йошкар-Оле. Сейчас менеджмент подсчитывает, в какую сумму обойдется введение маркировки.

Сергей Токсубаев: Нам предстоит большая работа по автоматизации складского учета и модернизации фасовочного оборудования. Полностью придется перестроить логистическую цепочку. Так как все оборудование не российского производства, то общая сумма затрат на запуск проекта превысит 30 миллионов рублей.

Иван Князев: На загрузку цифрового кода для каждой пачки придется потратить по 60 копеек, плюс еще по 40 копеек за нанесение этого кода на упаковку. Производители прогнозируют, что нововведения увеличат стоимость молочных продуктов в среднем на 15–17%.

Тамара Шорникова: Да. Коротко, если можно, прокомментируйте, пожалуйста, каких вы тогда результатов ждете после введения маркировки. Про цены вы сказали, как-то это отразится, может быть, в худшую сторону на качестве, или на ассортименте продукции, например? Это уже к вам, Алексей Викторович, вопрос.

Алексей Егармин: Я думаю, что цифры, которые назвали, увеличения стоимости продукции, носят минимальный порог, в реальности это будет дороже, потому что они наслаиваются друг на друга, в итоге там добавляются налоги, это будет до 25%, вот. Значит, увеличения качества никакого не будет, потому что, заметьте, сейчас хорошее разделение качества молочных продуктов должно быть в магазине, те, которые молочные и натуральные, и те, которые молочные ненатуральные, с добавками, продаются в отдельном, другом месте, то есть здесь ничего не изменится.

Ну и, собственно говоря, будут сбои или не будут сбои? – конечно будут, потому что вот эта сложная система... Молочное производство – это не какой-то хай-тек, они просто доят коров, обрабатывают это молоко и привозят его в магазин на реализацию. Поэтому для них это несвойственная нагрузка, они не будут прямо так сразу работать с этими технологиями, а эти технологии непростые, ну и, соответственно, мы будем получать серьезный сбой в поставках. Подчеркиваю, кто-то уйдет с рынка, потому что это уже будет нерентабельно.

В общем, это для населения кроме головной боли и большой беды ничего в себе не несет, качество продукции не улучшается, не способна эта система улучшить качество. Способен улучшить качество глобальный, комплексный подход по сельскому хозяйству, по переработке, по требованиям к продаже, по ответственности за нанесение ущерба потребителям – вот это вот способно. А эта ситуация только для того, чтобы улучшить материальное положение группы товарищей, которые будут вокруг этих штрихкодов нам рассказывать о том, что жизнь стала лучше.

Иван Князев: Спасибо вам.

Тамара Шорникова: Алексей Егармин, сопредседатель Национального союза защиты прав потребителей.

Давайте послушаем Николая из Калужской области. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Николай.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: У вас какое мнение по поводу маркировки?

Тамара Шорникова: И что у вас с молоком?

Зритель: Вот по поводу маркировки я точно так же с собеседником согласен, как бы ничего это не даст, кроме как повышения на молочные продукты. А надо, естественно, строже спрашивать, и должны наши депутаты издать такой хороший закон, по которому отвечали бы так, чтобы больше не хотели они обманывать народ некачественными продуктами. Как бы вот такое мнение.

И еще такой вопрос. Вот предыдущий, можно сказать, вот разговаривали по поводу, это, заморозки цен?

Тамара Шорникова: Ну коротко...

Иван Князев: Если только совсем коротко.

Зритель: Ну да. Точно так же нужно, один производитель и один продавец, между ними один только ретейлер и все.

Иван Князев: Понятно, избавить от посредников.

Зритель: А то их 3, 4 и 5 человек.

Иван Князев: Понятно, да, спасибо вам большое, Николай.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: Ну вот, Тамара, прежде чем представить нашего следующего эксперта, уважаемые телезрители, я вот хочу вам показать и напомнить, какие товары у нас уже подлежали маркировке. Давайте посмотрим. Под маркировку у нас в стране уже попадают сигареты, обувь, парфюмерия, одежда, шины, домашний текстиль, фотооборудование. К 2024 году обязательная маркировка товаров распространится на всю потребительскую продукцию, а сейчас прослеживания станет единой для всей России.

И вот вы сейчас видите, да, эти товары. И хотим мы спросить у вас: за последнее время, после введения этой маркировки как изменилась цена? Вот что вы наблюдали?

Тамара Шорникова: Шубы, шубы еще были.

Иван Князев: Шубы еще были, да. Что стало с ценой на эти товары? Пишите, звоните нам, высказывайтесь.

Тамара Шорникова: Если кто-то их еще покупает, да.

Давайте послушаем, что думают по этому поводу производители. Владислав Чебурашкин, основатель и генеральный директор молочного фонда «Братья Чебурашкины. Семейная ферма». Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Владислав Георгиевич.

Владислав Чебурашкин: Здравствуйте, здравствуйте.

Иван Князев: Ну давайте, да, для начала все-таки ваше мнение по поводу маркировки.

Владислав Чебурашкин: Я не так скептически и негативно отношусь к этому процессу. Потому что, правильно сказали, мы хотим питаться качественными продуктами, мы хотим, чтобы не было подделок, чтобы не писали, что производитель такой-то, а на самом деле произведено где-то в подвале или в гараже. И мы хотим убедиться, в том числе говорил предыдущий человек, который звонил, что на этикетке написано именно то, что есть в бутылке.

И вот система ветеринарной сертификации, которая работает 1,5 года, убеждается в том, что сырье, полученное с фермы, перерабатывается и доставляется, – это то сырье, которое качественное, и из тонны сырого молока не сделают сто тонн упакованной продукции, эта задача выполнена. Сейчас пытаются сделать так, чтобы каждая бутылка маркировалась и было понятно, что это не подделка, вот он, производитель, тогда-то произведено, такой-то срок годности, эта партия.

Я не нахваливаю и не очень радостно отношусь к этим процессам, потому что любое усложнение производства, любые новые требования всегда делают жизнь сложнее для производителя, дороже, будут сбои, будут проблемы. Но я верю в то, что это поможет нам с вами получать более качественные продукты в магазине, помимо проверок самих сетей мы работаем с сетями в основном, помимо проверок через ветеринарные сертификаты...

Иван Князев: Да. Владислав Георгиевич, просто, понимаете, все-таки хочется разобраться, во сколько это все обойдется. Разные цифры называются...

Тамара Шорникова: У вас какие?

Иван Князев: Кто-то пишет, что на единицу продукции 4 копейки, за один код маркировки плюс еще 50 копеек на товар...

Тамара Шорникова: Вы подсчитывали, во сколько вам обойдется переоборудование вашего производства, во-первых? А во-вторых, планируете ли вы как-то потом это закладывать в цену, чтобы компенсировать свои затраты?

Владислав Чебурашкин: У производителей продукции есть возможность менять цену раз в 1–2 года. Мы не меняли, например, цену 2 года, отпускную цену в сети. Сколько будет обходиться на единицу? Мы думаем, рубль, может быть полтора. Здесь учитывается около 10–12 миллионов рублей, потраченных на само оборудование, печать марок, работники, то есть 1–2 человека, и интеграция самой системы с бухгалтерией и с отчетностью.

Иван Князев: То есть, еще раз, Владислав Георгиевич, рубль-полтора на единицу товара может накинуть производитель?

Владислав Чебурашкин: Я слышал... Знаете как? Я слышал другие мнения, говорят про 15–20%. Я надеюсь, что этого не будет, мы обсуждали это довольно плотно с нашими специалистами на заводе, у нас среднего масштаба производство, люди компетентные. Надеюсь, что этого не будет, не думаю, что будет такое большое повышение.

Понимаю, что никто не любит излишнее регулирование, излишние законы и требования, но думаю, что в этом может быть польза, опять же чтобы автоматически определялось: получили сырье, это ветеринарный сертификат, сделали правильное количество продукции или разбавили ее, производитель он или не он, на самом деле есть такой или нет. Это можно отследить, причем мы с вами знаем, как считаются сейчас налоги наши, все делается в электронной форме, есть кабинет налогоплательщика и так далее, это движение в том же направлении. Я надеюсь, что будет разумная система, которая будет не давать сбоев, потому что, если будут сбои, мы не сможем поставлять, это проблема, но я надеюсь, что этого не будет.

И нам с вами будет понятнее, что мы употребляем, а мне как производителю будет понятно, что подделок на рынке нет, что то, что пишут на этикетке, то и находится в продукте, это важно. Потому что если со мной соревнуется кто-то, кто разбавляет растительным маслом дорогие продукты, то покупатель нас не покупает. То есть я надеюсь, что это движение в правильном направлении, и надеюсь, что оно не будет таким затратным и проблемным. Потому что у нас есть пример ветеринарной сертификации, мы прошли этот процесс, он непростой, немного отличается, но суть примерно та же, проследить то, что продукт качественный, то, что написано, соответствует тому, что находится в упаковке, вот и все.

Иван Князев: Владислав Георгиевич, а где будут наносить штрих-коды?

Владислав Чебурашкин: Это будет QR-код, есть возможность печати самому стикеров или заказа в типографии. Мы склоняемся к типографской теме, потому что там будет считываемость почти 100%-я, если вы сами будете делать, и наклейка на каждую единицу продукта, то есть бутылка, стаканчик...

Иван Князев: Ну смотрите...

Владислав Чебурашкин: Можно наносить QR-коды через буквально напыление принтером на ходу, это более дорогой метод...

Иван Князев: Ну понятно. Смотрите, если в типографии на упаковках, какой тогда смысл? О чем тогда можно говорить про качество? В типографии напечатали, а нальешь ты внутрь бог знает что уже, нет?

Владислав Чебурашкин: Нет, вы получаете коды, которые активируют... Тут стоимость оборудования для нас, в частности. Наклеивается QR-код, который выдается, он как бы пустой код, но уникальный. Дальше вы камерой электронного зрения считываете этот код, отправляете в систему, она дает, соединяет вас как производителя с этой бутылкой и все. Теперь, просканировав этот QR-код, вы видите, что да, этот продукт сделан там-то, тогда-то, срок годности такой-то, партия такая, все. Никто подделать это не сможет... Опять же я не за то, чтобы скорее все регулировать и делать, я просто вижу в этом пользу в том плане, что это не так сложно, надеюсь, и подделать, сделать полный контрафакт, опять же...

Иван Князев: Ну то есть, еще раз простыми словами: если, грубо говоря, после маркировки, если ты купил продукт промаркированный, там что-то не то ты обнаружил, почувствовал, то это уже прямо вопрос к производителю, то есть все понятно будет?

Владислав Чебурашкин: Да. И опять же говорю, до этого Алексей говорил о том, что контрафакт есть на рынке. Мы не видим, может быть, мы работаем в Москве и Московской области, там мало, но вот эта маркировка позволит избежать подделок. То есть кто-то, кто работает подпольно, непонятно, мы с этим не сталкивались, но, говорят, такое бывает, наверное, бывает это больше в парфюмерии и так далее, в молочке реже, но сейчас сказали, что часто. Тогда это поможет избежать, потому что этот код ни получить, ни активировать подпольному производителю не получится. Ну вот мое понимание такое, наши специалисты говорят именно об этом.

Тамара Шорникова: Ну то есть вас как добросовестного производителя это подсветит на рынке и плюс, возможно, уберет несколько конкурентов, которые маленькие, у которых нет столько денег, например, как у вашей компании, и они себе просто не смогут позволить это оборудование?

Владислав Чебурашкин: Нет, смотрите, первое: да, действительно, подделки должны исчезнуть, если они есть. Все сейчас работают с ветеринарными сертификатами, процесс примерно такой же, то есть надо будет... Но вопрос действительно, как активировать эти марки, но люди в принципе готовы. Это будет недешево, для малых производителей это будет сложно, мы средние производители, мы видим путь, 10–12 миллионов плюс работа с агрегатором, имплементация этого всего в нашу систему. Но думаю, что, как вам сказать, сможем это сделать, наша отрасль сможет это сделать.

Иван Князев: Владислав Георгиевич, а можно нестандартный вопрос от нашего телезрителя?

Владислав Чебурашкин: Да.

Иван Князев: Константин из Москвы спрашивает: «А почему у вас название фирмы такое? Это псевдоним ваш?» Я прошу прощения.

Владислав Чебурашкин: Нет, это настоящая фамилия. До сих пор, мы уже 6 лет на рынке, мне до сих пор иногда режет глаз, когда я смотрю на упаковку. Фамилия, тема того, что это семейный бизнес, ответственность, уважение к семье, к ценностям и так далее, преемственность поколений, вот фамилия такая.

Иван Князев: Понятно. Спасибо. Ну это мы чтобы разрядить обстановку. Спасибо вам большое. Владислав Чебурашкин, основатель и генеральный директор молочного холдинга «Братья Чебурашкины. Семейная ферма», был с нами на связи.

Тамара Шорникова: Да.

Давайте послушаем телезрителя. Александр, Крым.

Иван Князев: Здравствуйте, Александр.

Зритель: Здравствуйте, дорогие мои, любимые ведущие, ваш уважаемый эксперт.

Дело в том, что мне уже приходилось сталкиваться с этим негативным опытом. Когда мы жили на Украине, была объявлена борьба с контрафактной продукцией, в частности продажей компакт-дисков.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Были придуманы контрольные марки, начали выпускать эти контрольные марки, наклеивать их на диски. Диски как были контрафактные, как были пиратские, так они и остались. Дело в том, что если человек некомпетентен в данной продукции, то ему хоть пиратский, хоть не пиратский, он не отличит, только отличит специалист. И поэтому если мы будем вводить эти контрамарки, или как они будут называться, качества это нам абсолютно не прибавит, это прибавит нам только цену, это уже показывает вот лично мой жизненный опыт.

А что касается первого вопроса, мы сегодня касались тема подъема цен, то я думаю, что правительству нужно каким-то образом имитировать работу. Поэтому я думаю, что сдерживание цен будет до выборов в народные депутаты, ну а там уже рывок будет нормальный.

Иван Князев: Да, Александр, да, спасибо, спасибо вам за ваше мнение.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Вот еще пару SMS буквально. Пишут, что наши упаковки станут еще чуть поменьше, может быть, цены даже несильно вырастут, но сейчас у нас уже есть бутылки 900 миллилитров, а будут 800, 700 и так далее...

Иван Князев: Ну то есть производители будут искать какие-то свои лазейки, для того чтобы остаться.

Тамара Шорникова: Да. И важная SMS из Кабардино-Балкарии, вот считает телезритель: «Десять чипов вставьте, качество не изменится, пока поголовье крупного рогатого скота не поднимется, вот в это нужно вкладывать субсидии, дешевые кредиты сельхозпроизводителям и так далее».

Иван Князев: Да. Говорили мы о маркировке и качестве молочной продукции и других товаров. Скоро продолжим.

Тамара Шорникова: Будем говорить, да, о жилье, сколько стоит и так далее, и об одежде, что мы носим с вами.

Иван Князев: В общем, все самое насущное.

Тамара Шорникова: А то!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (2)
Непутин
Начнут с продуктов, а закончат людьми?
Татьяна
Маркировка - это очередная выкачка денег из населения. Надо не маркировкой заниматься, создавая непонятные структуры, а контролем. Были же раньше ГОСТы, ОТК, неожиданные проверки и штрафы, с последующим увольнением или тюремным сроком наказания. Человек, приходя в магазин, не должен заморачиваться на предмет качества продукта. Не должен терять время на прочтение этикеток. Ну разве что посмотреть срок годности, который найти бывает не просто. Он должен быть уверен в том, что государство строго следит за питанием народа. Посмотрите сколько адресов изготовителя написано на бутылке подсолнечного масла? И попробуй определи в котором из них это масло изготовлено? Да хоть обвешай товар марками качественнее он не станет. Не надо одобрять того, что государство скидывает свои функции на население!
Цифровая маркировка пока добровольная. А зачем это нужно?