Мошенники нацелились на квартиры

Гости
Юрий Жданов
президент Всероссийской полицейской ассоциации, генерал-лейтенант, заслуженный юрист России
Леонид Чуриков
ведущий аналитик «СёрчИнформ»

Виталий Млечин: Это программа «ОТРажение», мы продолжаем. И у нас есть еще одна нерадостная, к сожалению, новость. У мошенников новый тренд: кроме денег, их стали интересовать квартиры. По данным «Сбербанка» и Министерства внутренних дел, все чаще злоумышленники вынуждают своих жертв закладывать и продавать недвижимость.

Тамара Шорникова: В МВД рассказали, что главное оружие мошенников – социальная инженерия. Попросту говоря, втираются в доверие. Под воздействием этой социальной инженерии человек закладывает или продает квартиру. В итоге оказывается и без недвижимости, и без денег. В таких схемах могут участвовать и риелторские компании.

Виталий Млечин: По статистике, в третьем квартале 2021 года кибермошенники похитили у граждан России 3 миллиарда 200 миллионов рублей (это данные Центробанка). Из них удалось вернуть только чуть больше 7,5% всего-навсего.

Тамара Шорникова: За этот период зарегистрировано 256 тысяч случаев, когда злоумышленники пытались вывести средства с банковских карт. В 40% этих случаев они воспользовались как раз той самой социальной инженерией, грамотным разговором, то есть пытались выяснить данные карт у их обладателей.

Виталий Млечин: То есть фактически они ничего сами не делают, кроме как узнают данные тех, кто «попался на их удочку», и даже заставляют самих людей просто им переводить деньги, втираясь им в доверие.

Почему так трудно вернуть похищенные деньги? Отчего так много людей «попадаются на удочку» мошенников? И есть ли надежные способы защититься? Об этом будем говорить в ближайшие полчаса.

Если у вас есть мысли по этому поводу, например, какие-то методики вы для себя разработали, как защититься от мошенников, или наоборот, если вы стали жертвой мошенников, то тоже, пожалуйста, расскажите нам об этом. Наш телефон: 8-800-222-00-14. Короткий номер для ваших SMS-сообщений: 5445. И то, и другое – бесплатно. Поэтому, пожалуйста, напишите нам или позвоните.

Тамара Шорникова: В нашем эфире Леонид Чуриков, ведущий аналитик SearchInform. Здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Леонид Юрьевич.

Леонид Чуриков: Добрый вечер.

Виталий Млечин: А скажите, пожалуйста, все-таки популярность таких схем, такие огромные суммы, которые удается похитить, говорит о том, что очень много людей верят мошенникам? Хотя это же все придумано далеко не вчера, уже на протяжении нескольких лет мы, по крайней мере, рассказываем об этих схемах, призываем наших зрителей быть внимательнее и так далее. В общем, по большому счету, по крайней мере большинство приемов мошенников известны. Почему же до сих пор столько людей попадаются?

Леонид Чуриков: Ну, во-первых, потому, что это очень интересно, с точки зрения прибыльности, мошенникам. Посмотрите, данные о счете человека в банке можно купить сегодня, от 15 до 40 тысяч рублей они стоят. А прибыль, соответственно, оценивается в миллионы рублей, потому что сейчас они уже, действительно, добавили новую ступень к социальной инженерии. Если раньше просто снимали деньги со счета, потом уговаривали взять кредит, то сейчас уже договариваются о том, чтобы человек продал квартиру, обналичил эту сумму. Из-за этого, кстати, она выходит полностью из-под контроля. Человек ее просто в мешок, в пакет и передает преступникам.

Виталий Млечин: А как можно заставить человека продать свою квартиру и деньги кому-то отдать?

Леонид Чуриков: Я вам попробую объяснить.

Виталий Млечин: Да, пожалуйста.

Леонид Чуриков: Мошенники не просто «обкатали» эту схему, «отточили» ее, а они нашли самую прибыльную аудиторию – это, к сожалению, самый незащищенный слой населения, пенсионеры. Вот в тех случаях, которые зафиксированы в ноябре, очень много людей – это 70–80 лет. Если у кого-то есть пожилые родители, он знает, что люди в этом возрасте крайне беззащитные. Хорошо, если их двое, если дедушка и бабушка, они могут служить друг друга каким-то спасением. А если человек один?

Когда мы пытаемся защитить население, мы говорим: «Если вам позвонили – вешайте трубку. Если вы не можете отказаться от того, чтобы ничего не делать, идите в организацию, которая вам чем-то угрожает, и проверяйте все там. Если это полицейское управление, то идите в МВД. Если это банк, дойдите до банка».

Тамара Шорникова: Леонид Юрьевич, еще раз, технически это же ведь не секундное дело. Один вариант, когда ты по телефону сообщаешь PIN-код своей карты. Ну, тут много времени не нужно.

Виталий Млечин: Это достаточно быстро, да.

Тамара Шорникова: А продажа квартиры – это же документы, это проверки, это справки. Как здесь?

Виталий Млечин: Это как минимум месяц, конечно.

Леонид Чуриков: Это длительный процесс. И он говорит о том, что человек очень крепко подсел на этот крючок. А на него подсаживаются не только пенсионеры доверчивые. Инженер того же «Сбербанка» попался и несколько дней выполнял инструкции людей, пока не перевел все, что у него было на счетах, не взял кредит и не отдал. Пенсионеры тоже…

Виталий Млечин: Так, на самом интересном месте… Сейчас восстановим связь. А вот Леонид Юрьевич уже вернулся. Да, продолжайте, пожалуйста.

Леонид Чуриков: Пенсионеры попадаются на этот крючок так крепко, что не могут уже с него слезть. К сожалению, для них этот метод защиты «соберите волю в кулак и идите куда-то» зачастую не срабатывает, потому что банально, может быть, им отменяют право проезда по льготным карточкам в транспорте или у них нет сил, чтобы куда-то дойти.

Кроме того, нас приучили к тому, что мы должны, во-первых, все решать дистанционно. Это сейчас считается самым правильным и оптимальным способом. Кроме того, нас приучили к тому, что за нас все должны делать профессионалы. Например, те же самые банки говорят: «Мы придумали, как выдать вам кредит, придумали вам кредитную ставку, всю процедуру. Вы просто должны согласиться».

Вот так же срабатывает и метод мошенника. Они говорят: «Мы все за вас придумали, как защитить ваши деньги. Вы просто должны выполнить все то, что мы вам сказали». И пенсионеры как люди, приученные к порядку еще с советских времен, выполняют все эти инструкции. Если пенсионерке, например, из Воронежской области сказали, например, повесить пакет с деньгами на лавочку, она так и сделала. Или в Санкт-Петербурге. Посмотрела, что ее унес какой-то человек, успокоилась и легла спать.

Тамара Шорникова: Леонид Юрьевич, а предлагают-то что мошенники? То есть они предлагают какую-то дешевую квартиру или выгодно продать свою? Как все-таки сама схема организуется? Мне до сих пор не понятно.

Леонид Чуриков: Защита сбережений, защита сбережений. То есть они играют на чувстве страха, на том, что человек боится потерять то, что у него есть, эту самую квартиру. Говорят, что на него… Там схема может быть очень многоходовая. То есть начинается с того, что: «Знаете, на вас пытаются оформить кредит. Ваши средства пытаются вывести на какой-то другой счет, в другой банк», – еще чем-то человеку угрожают. Он постепенно начинает волноваться.

Потом ему говорят: «Речь уже ведется о безопасности вашей квартиры», – и так далее. И если человек уже попал в эту стрессовую ситуацию, он сам себя накручивает и начинает волноваться все сильнее и сильнее, и пытается довериться тому человеку, тому «специалисту», который предлагает ему вот эти самые профессиональные услуги.

Виталий Млечин: Вот смотрите, реальная ситуация из Мичуринска. 48-летняя женщина, то есть, в общем, еще совершенно не старый человек. Она взяла сначала кредит – 300 тысяч рублей – и перевела на «безопасный» счет. Потом ей пришлось еще раз взять кредит уже в 3,5 миллиона рублей, деньги наличные передать курьерам. Ну а после этого ее просто заставили продать квартиру под предлогом того, что кто-то незаконно пытается завладеть этой квартирой.

То есть логика мне лично вообще не понятна! Тебе говорят: «Кто-то пытается завладеть твоей квартирой, поэтому ее надо продать, а деньги отдать нам». Ну как так-то?

Леонид Чуриков: Потому что вы не понимаете, какие мелочи могут повлиять на поведение человека. Когда вы смотрите на ситуацию со стороны, вам кажется, что вы легко отреагируете на нее. Но когда вам сообщат какие-то детали, о которых, как вам кажется, знаете только вы…

Виталий Млечин: Например, какие это детали могут быть? Вот на что надо обращать внимание?

Тамара Шорникова: Да. Может быть, слова, маркеры какие-то. Или ситуации, которые сейчас мы в эфире расскажем, и зрители наши услышат, и в следующий раз по телефону уже поймут, что это тревожный сигнал.

Виталий Млечин: И если столкнутся с этим, то уже поймут, что это мошенники.

Леонид Чуриков: Вы знаете, они меняются. То есть были слова «резервный счет», «сохранение денег» и так далее. Но они каждый раз, каждую неделю могут менять эти фразы для того, чтобы повлиять на конкретного человека в конкретном регионе. Поэтому, с моей точки зрения, это не совсем эффективный способ.

Самое главное, что люди должны понять – это то, что бояться нужно собственных действий. То есть ты должен понимать, что когда тебе говорят, что какие-то мошенники что-то сейчас делают с твоими деньгами, ты должен понимать, что от тебя хотят каких-то действий. Ты должен понимать, что именно этими действиями ты сделаешь что-то со своими деньгами.

И если уж ты сам какие-то активности хочешь совершать, то ты должен полностью быть убежден в том, что ты все делаешь правильно. А для этого, действительно, надо двадцать раз созвониться с банком, все там узнать, перезвонить правоохранителям, спросить, действительно ли вам что-то угрожает; дойти туда пешком, в это отделение банка, в конце концов, и переговорить с людьми. Но, к сожалению, несмотря…

Тамара Шорникова: А не реагировать тут же, во время телефонного звонка?

Леонид Чуриков: Лучше всего отреагировать тут же, просто повесить трубку. Вопрос в том, что человек начинает потом мучиться, его мучает чувство страха. И ему на самом деле раздается потом дополнительный звонок. Потому что есть скрипты на предмет того, что люди вешают трубку, молчат, ничего не говорят и тогда. То есть у них есть схемы.

С моей точки зрения, самым эффективным средством защиты было бы разделение ответственности финансовой организации и этого несчастного человека, который попадает в лапы мошенников. Как только законодательно финансовая организация начала бы нести эту ответственность, то мы тут же увидели бы, как заработают вдруг те инструменты, которые раньше никак не работали в плане защиты клиента банка. Моментально!

Виталий Млечин: Давайте начнем с простого. Мне кажется, если кто-то звонит, предлагает вам взять кредит и эти деньги кому-то отдать, то это сразу «нет». Можно себе представить вообще законный такой способ, чтобы, действительно, позвонил кто-то из реальных правоохранительных органов и что-то подобное попросил?

Леонид Чуриков: А «правоохранители» ведут себя очень аккуратно. Они как раз говорят: «Нам от вас ничего не нужно. Мы звоним вам просто проинформировать, что у нас идет операция, и вроде бы есть информация, что она касается банка, в котором вы обслуживаетесь. Поэтому вы пока не волнуйтесь. Но если позвонят из банка, имейте в виду, что это неслучайно». То есть на первом этапе ничего от вас не требуют, наоборот, вас всячески пытаются как бы успокоить и сказать: «Мы на вашей стороне. Вы не волнуйтесь! Мы уже за вас начали бороться».

На втором этапе тоже не будет еще приказа снять деньги, кому-то передать и так далее. Там будет подтверждение от банка: «Вы знаете, мы тут вместе с правоохранителями ведем серьезную проверку, вычисляем внутри у себя каких-то злоумышленников и так далее. Вы не переживайте, все будет в порядке», – и так далее.

И только на третьем этапе, возможно, вам скажут: «На всякий случай, на всякий случай давайте все-таки, хотя у нас все и хорошо, переведем часть средств на какой-то резервный, крайне безопасный счет». Попробуют сделать так.

Поэтому все это делается очень неспеша, постепенно. Они отслеживают, как реагирует на это человек. Если можно процесс ускорить, то, конечно, вам сразу на первом этапе скажут…

Тамара Шорникова: Ну понятно. Это такой индивидуальный подход, кому сколько времени нужно на раскачку, на обдумывание, на вхождение в то самое доверие.

Леонид Чуриков: Да.

Тамара Шорникова: Сейчас примем телефонный звонок. Последний вопрос к вам, Леонид Юрьевич. Сейчас мы постоянно слышим о внедрении искусственного интеллекта, о том, как алгоритмы уже документы проверяют на коррупционную составляющую. С нами, как правило, в 80% случаев общаются чат-боты какие-то вместо реальных сотрудников банков, авиакомпаний и так далее. Вроде бы как бы полным шагом идет информатизация.

Но при этом это как будто все не в нашу пользу, не в нашу защиту. Потому что, если у нас есть такие, почему же те самые банки, сотовые операторы этот искусственный интеллект не подключат для того, чтобы он сразу выявлял мошенников, вот как заявляли давно, в процессе разговора обрывали бы звонок или говорили нам, что это мошенники?

Виталий Млечин: То есть ты хочешь, чтобы все наши разговоры слушал робот? Правильно я понимаю?

Тамара Шорникова: Или перенаправляли бы звонок, например, в правоохранительные органы, не слушая, просто понимая, что это подозрительный телефонный номер.

Леонид Чуриков: Объясню вам – почему. Потому что это бизнес. А бизнес считает расходы и доходы, и свои риски. Если у него нет риска отвечать за эту мошенническую операцию, то он будет минимизировать расходы на противодействие этой операции. Они будут какие-то, но они будут достаточно минимальные. Если увеличить этот риск, если банку сказать: «Вы знаете, если клиент переведет квартиру мошенникам, вы тоже будете нести за это ответственность», – то мы сразу увидим, как все эти искусственные интеллекты тут же встанут на защиту несчастного клиента.

Тамара Шорникова: Понятно.

Леонид Чуриков: Вопрос просто в том… Да, банки очень хорошо умеют считать риски, оценивать расходы и балансировать на этой грани.

Виталий Млечин: Но это пока не обсуждается, насколько мы знаем.

Спасибо вам большое. Леонид Чуриков, ведущий аналитик компании SearchInform, был с нами на прямой связи.

А сейчас побеседуем со Светланой из Саратова.

Тамара Шорникова: Светлана из Саратова.

Виталий Млечин: Светлана, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хотела рассказать историю, которая произошла в том году.

Виталий Млечин: Давайте.

Зритель: У мужа сняли с карты 160 тысяч.

Виталий Млечин: Каким образом?

Зритель: А? Что-что?

Виталий Млечин: Каким образом?

Зритель: Об этом и хотела сказать. Тут в основном схемы рассматриваются, когда звонят людям, начинают «разводить на деньги», то есть идет какое-то общение. У нас же сняли просто так, никаких звонков не было. Просто стали поступать эсэмэски, что одна сумма снята, вторая сумма снята, то есть без всякого предварительного, как говорится, предупреждения. Никаких мошеннических звонков не было. Мы бросились в банк. Да, сначала мы позвонили. Карту, конечно, они заблокировали, но за это время еще одну сумму сняли. Ну, в общей сложности – 160 тысяч.

Тамара Шорникова: А карта вашего мужа оказывалась в чьих-то чужих руках? Не знаю, может, официанту отдавали, где-то ходили и документы заполняли какие-то.

Зритель: Нет. Он очень такой ответственный человек, он всегда следит, какие-то пароли. Наоборот, он переживает.

Виталий Млечин: Так удалось выяснить тогда, как это получилось?

Тамара Шорникова: Да. В банке как отреагировали?

Зритель: Вы знаете, завели уголовное дело. Уже год прошел. В том-то и дело, что… Ну, есть там предположения, что, может быть, симку как-то задвоили. То есть это еще пока расследуют, мы пока не получили никаких сведений, как у нас эти деньги были сняты. Может быть, взломали сайт госуслуг. Вот сейчас сайт госуслуг у нас заблокирован. Скорее всего, вот так, наверное. Но точно мы до сих пор не знаем. Как нам быть, чтобы дальше эта ситуация не повторилась?

Тамара Шорникова: Переадресуем вопрос сейчас нашему эксперту. Спасибо вам за историю.

Виталий Млечин: Спасибо, что позвонили. Если будет какое-то развитие все-таки этой ситуации, то есть если вам удастся вернуть свои деньги или как-то правоохранительные органы подключаются, обязательно тоже нам позвоните или напишите, чтобы мы знали, чем закончилось.

Тамара Шорникова: Ну, уже подключились, дело завели. Но какова перспектива раскрытия таких дел?

Виталий Млечин: Конечно, если все-таки какие-то реальные действия будут сделаны.

Тамара Шорникова: Сейчас выясним, какие в принципе перспективы у таких дел бывают. Юрий Жданов, президент Всероссийской полицейской ассоциации, генерал-лейтенант, заслуженный юрист России. Здравствуйте.

Виталий Млечин: Юрий Николаевич, здравствуйте.

Юрий Жданов: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Скажите, пожалуйста, Юрий Николаевич, почему так сложно вычислить мошенников, заблокировать их на ранней стадии или хотя бы вернуть деньги пострадавшим?

Юрий Жданов: Действительно, вы абсолютно правы, это очень сложный вопрос. И он связан с тем, что преступный мир осваивает современные технологии, к огромному сожалению, быстрее, чем правоохранительные органы и банки. Тем не менее, есть позитивная тенденция в этом плане – растет мастерство тех оперативников из уголовного розыска, которые занимаются этим, улучшается качество следствия. И службы кибербезопасности банков, особенно «Сбербанка», набирают обороты. Я думаю, что это такая киберпандемия скоро пойдет.

И проблема в том (о чем вы ранее говорили), что гражданин сам под влиянием психологов, под влиянием мошенников, которые владеют гипнозом, совершает те или иные действия. И очень печальная статистика идет от Центробанка: в этом году возмещение ущерба по таким видам упало даже по сравнению с прежним годом, потому что гражданина самого убеждают совершить те или иные действия. И здесь банк разводит руками.

Хотя я уверен, что в будущем (о чем вы ранее говорили) найдутся такие технологии, которые, действительно, будут блокировать максимальное количество этих операций, будут переводить их в правоохранительные органы. К сожалению, мы еще только в начале этого пути.

Виталий Млечин: Юрий Николаевич, а с юридической точки зрения? Понятно, что если человек сам перевел деньги мошеннику, то вроде как это его добрая воля. С другой стороны, есть же такое понятие, как незаконное обогащение все-таки.

Юрий Жданов: Ну, вы знаете, каждый раз по этому случаю, особенно под давлением Генеральной прокуратуры, и органы полиции, и Следственного комитета возбуждают уголовные дела. Это дело будущего, когда человека будут защищать как банки, так и правоохранительные органы более эффективно. Сейчас, к сожалению, мы делаем первые шаги в этой области и учимся сходу, поэтому говорить о каких-то серьезных успехах не приходится.

И то, что вы поднимаете этот вопрос через информационные каналы, через телевидение – это большой плюс для наших граждан, чтобы разобраться и прекратить быть зомбированными, прекратить осуществлять эти действия, которые от них кто угодно требует: будь то якобы «полицейский» через подмену номера или «сотрудник банка». Надо прекращать эти устные разговоры по телефону и общаться только вживую.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем телефонный звонок, живой.

Виталий Млечин: Да, из Норильска.

Тамара Шорникова: Из Норильска Виктория. Здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Виктория.

Зритель: Здравствуйте. Я хотела бы поделиться своей историей.

Виталий Млечин: Давайте.

Зритель: Она произошла месяц назад. Со мной связалась женщина, представилась независимым аналитиком, зарегистрировала меня у брокера, завели мне там брокерский счет, внесли небольшую сумму мою, получили прибыль. Она дала возможность вывести эти деньги, предложила заработать еще больше. Ну, 20–25%. Соответственно, чем больше сумма, тем больше прибыль. Около 2 миллионов я вложила, получила прибыль, но вывести я так и не смогла. То есть каждый мой шаг вывода средств сопровождался новыми вложениями: то надо было заплатить за какую-то услугу, то надо было заплатить какой-то налог, предложили мне.

Виталий Млечин: Сколько в итоге вы потеряли?

Зритель: Около 5 миллионов.

Тамара Шорникова: А вы сейчас в какой стадии? Вы общаетесь с этими брокерами, аналитиками, с правоохранительными органами?

Зритель: Нет, нет. Мошенники мне продолжают звонить, предлагать мне разные варианты вывода этих средств.

Виталий Млечин: Но вы обратились в правоохранительные органы уже?

Зритель: Конечно, да, я обратилась в своем городе.

Виталий Млечин: И что говорят?

Зритель: Я написала заявление. Ну, говорят, что практически никаких шансов.

Виталий Млечин: Понятно.

Тамара Шорникова: Виктория, коротко, а вы с ними исключительно по телефону общались или вживую?

Зритель: Да, по телефону, по Skype.

Тамара Шорникова: По Skype?

Виталий Млечин: Спасибо большое.

Юрий Николаевич, у нас 30 секунд буквально осталось. Как вы оцениваете перспективу этого конкретного дела?

Юрий Жданов: Вы знаете, мне кажется, что женщина сама рискнула воспользоваться какими-то очень неблагонадежными продуктами, которые сплошь и рядом предлагают банки и инвестиционные фонды, где рисуют высокие проценты. Вот она рискнула, а получился такой вариант.

Виталий Млечин: И не выиграла. Понятно, понятно.

Спасибо вам большое. Юрий Жданов, президент Всероссийской полицейской ассоциации, генерал-лейтенант, заслуженный юрист России, был с нами на прямой связи.

Прямо сейчас новости, а после вернемся и продолжим нашу программу. Не уходите!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (2)
Яков
Лучший способ - кардинальный: не пользоваться мобильной связью - на стационарный номер мошенники не звонят, не регистрироваться на порталах госуслуг и в социальных сетях и оставлять в Интернете минимум информации о себе. Я именно так и поступаю. А если на городской всё-таки изредка звонят с какими-то предложениями, вежливо и твёрдо ставлю точки над "i".
Олег Столяров
лучший способ: запустить Глеба Жеглова и устроить показательный судебный процесс над конкретными мошенниками. Не могут противостоять отдельные люди хорошо организованной преступности.
Как не попасться на их удочку?