Надо ли запретить детское шампанское?

Надо ли запретить детское шампанское?
Искусственный интеллект: польза и опасность. 20 вопросов Путину: нацпроекты. Курильщиков дискриминируют? К молодым ищут подход. Средний класс самый уязвимый? На больничный!
О личном президентском контроле за исполнением нацпроектов
Сергей Миронов: Мы всё равно будем добиваться отмены этой антинародной пенсионной реформы!
Владимир Пирожков: В современном мире в людях всё больше развивается цифровой аутизм
Иван Родионов: Перевести средства в негосударственный пенсионный фонд – всё равно что пойти в казино и поставить на «красное». Может выиграть, а может и нет
Наталья Агре: Долгие годы подготовка в автошколах была направлена не на безопасность движения, а на знание ПДД. А это очень разные вещи
Владимир Собкин: Не надо относиться к молодым, как к недоумкам, ждать, когда они вырастут - они уже выросли!
Борьба с курением превращается в борьбу с курильщиками?
Реальные цифры: борьба с курением
На больничный! Представители каких профессий в нашей стране болеют чаще всего?
Гости
Александр Гезалов
член Совета при Министерстве образования РФ по вопросам детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей
Евгений Брюн
главный внештатный психиатр-нарколог Минздрава России

Ольга Арсланова: «Детям шампанское не наливать!» В Минздраве высказались за идею запрета этого напитка.

Петр Кузнецов: Ранее запретить его продажу предложил депутат Госдумы Виталий Милонов. Говорит, что детское шампанское – это реклама алкоголя среди малолетних.

Ольга Арсланова: А что думаете вы? Запускаем опрос прямо сейчас: «Детское шампанское – это вообще нормально?» – «да» или «нет» голосуйте. Звоните в прямой эфир и пишите нам SMS.

Петр Кузнецов: Евгений Брюн, главный внештатный психиатр-нарколог Минздрава России. Евгений Алексеевич, здравствуйте. Вы с нами на прямой связи. Слышите?

Евгений Брюн: Да. Добрый день.

Петр Кузнецов: Почему детское шампанское нужно запретить?

Евгений Брюн: Я думаю, что даже называть это не нужно, поскольку это реклама алкогольного напитка. Ведь дети не выбирают алкоголь, они не знают его вкуса. Они выбирают определенный стиль жизни, который предполагает потом употребление алкоголя. И когда с детства в семье на праздник в радость предлагают ему еще некий напиток под названием «шампанское» или «вино», то это закрепляется. Есть такой термин у психологов – «импринтинг» (первичное научение). И вот эта система поведения и будет сопровождать этого человека, этого ребенка всю оставшуюся жизнь.

Ольга Арсланова: Скажите, пожалуйста, а чем это плохо, если это игра? А в реальности на том же застолье, как вы говорите, ребенок с детства видит своих пьющих родителей, которые продолжат пить в том же режиме, потому что это не запрещено.

Евгений Брюн: Вы абсолютно правы, вы абсолютно правы.

Ольга Арсланова: Это же не запрещено. Это выгодно, это акцизы, это хорошо для государства. Они пили и будут пить, и никто их за это…

Евгений Брюн: Я не думаю, что это хорошо для государства, потому что пьющие люди, злоупотребляющие алкоголем – это ранние смерти в работоспособном возрасте, это заболевания, это экономическая нагрузка на наше здравоохранение и так далее. Так что…

Ольга Арсланова: Но тем не менее родители будут продолжать выпивать, дети это будут видеть. И при чем тут детское шампанское тогда?

Петр Кузнецов: А вот если бы все пили за столом детское шампанское, мы бы решили проблему!

Ольга Арсланова: Это реклама просто безалкогольных напитков.

Евгений Брюн: Да, совершенно верно, реклама безалкогольных напитков может это компенсировать. А с родителями надо вести воспитательную работу.

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, детский алкоголизм существует ли у нас? И в каких масштабах? Что это такое? Есть ли такое вообще явление?

Евгений Брюн: Нет, это такое очень условное понятие. Дело в том, что от первых проб алкоголя (обычно это происходит в 12–13 лет) и до формирования алкоголизма проходит 10–15 лет. Поэтому детей, как правило, мы не регистрируем как больных алкоголизмом, они уже переходят в другую возрастную группу.

Петр Кузнецов: Я еще к физиологии хочу вернуться…

Евгений Брюн: Но все мы родом из детства. Вот это всегда надо помнить.

Петр Кузнецов: С этим не поспоришь.

Евгений Брюн: Что запомнилось в детстве, то и будет во взрослом состоянии.

Петр Кузнецов: Возвращаюсь к детскому шампанскому все-таки. Знаете как? «Запрещая, объясняй!» Это я сейчас не конкретно вам. Хотелось бы услышать все-таки объяснение. Связь, прямая связь между употреблением детского шампанского и в дальнейшем развития алкоголизма в более старшем возрасте как-то доказана, исследована?

Евгений Брюн: Нет, такой прямой связи нет. Но у ряда людей – обычно это 10–20% населения – имеются генетические факторы риска по зависимому поведению. И вот эти люди более подвержены заболеваниям Да, алкоголизм не передается по наследству, но передаются факторы риска, которые приводят к рискованному поведению. Вот это очень опасная штука.

Ольга Арсланова: Вот у нас многие зрители отмечают, что сам по себе-то этот напиток, если просто его назвать по-другому, ничуть не вреднее Coca-Cola и Sprite, в которых столько сахара, что здоровье ребенка больше пострадает.

Евгений Брюн: Да, тоже соглашусь, абсолютно соглашусь. Это все тоже пить нельзя. Все известно давно науке, что нельзя пить, что нельзя есть. Вы знаете, это сократовский знаменитый вопрос: «Все люди знают, что такое хорошо, а поступают плохо». Или ищут каких-то дополнительных удовольствий. И еще удовольствий! Еще вот так не изгибались!

Ольга Арсланова: Понятно, спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Евгений Брюн: Воспитывать надо детей.

Ольга Арсланова: Наши зрители отмечают, что спиваются не от детского шампанского, а от бедности и безысходности. Ну, это просто мнение нашего зрителя.

Петр Кузнецов: Кстати, интересно, сколько стоит детское шампанское?

Ольга Арсланова: А оно недешевое, кстати говоря.

Петр Кузнецов: Многие ли могут его позволить? Это тоже вопрос. Главный внештатный психиатр-нарколог Минздрава России Евгений Брюн был на связи. Спасибо большое.

Александр Гезалов? Мы уже можем…

Ольга Арсланова: Да, он у нас на связи.

Петр Кузнецов: Член Совета при Министерстве образования России по вопросам детей-сирот и детей оставшихся без попечения родителей. Александр Самедович, здравствуйте.

Александр Гезалов: Добрый день.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Александр Гезалов: Очень интересная дискуссия!

Ольга Арсланова: Вы знаете, на полном серьезе депутаты Госдумы и представители Минздрава дискутируют о детском шампанском.

Петр Кузнецов: Не выросшие, наверное, на детском шампанском.

Ольга Арсланова: Как вам кажется, это актуальная сейчас проблема, если мы говорим о проблемах детей, о проблемах алкоголизма среди подростков? С этого ли нужно начинать?

Петр Кузнецов: Как вам такой заход на заботу о наших детях современных?

Александр Гезалов: Вы знаете, я считаю, что это совершенно бесполезная какая-то инициатива. Почему? Потому что не бутылка, не внешний вид ее приводит к тому, что ребенок потом становится зависимым (химически зависимым, алкоголезависимым), а, на мой взгляд, образ жизни, на мой взгляд, то окружение, которое сформировало ребенка, родители и так далее.

У нас сегодня можно много говорить о том, что ребенок пойдет в магазин, увидит бутылку водки или увидит еще что-то, а потом он начнет пить водку через какое-то время. Я думаю, что все-таки формируется сознание ребенка через родителей, через культуру пития, через восприятие того, как живут родители, чем живут родители. Вот если родители, извините за выражение, сильно попивают, то ребенок видит это. И, конечно, это не лучший пример. На мой взгляд, бутылка шампанского детского никаким образом на это не влияет, поэтому мне кажется, что это какая-то надуманная проблема.

Петр Кузнецов: Ну и потом, знаете, если мы так заходим на запреты, то давайте тогда детские пистолеты запрещать – это же тоже пропаганда. Сегодня детский в руках, а завтра… Давайте детские машинки запрещать, ну, эти автомобили, в которых уже можно сидеть и рулить. Тоже нельзя.

Ольга Арсланова: А то он вдруг без прав за руль сядет.

Петр Кузнецов: Конечно.

Александр Гезалов: Вот смотрите. Допустим, если взять какие-то страны, где вино вообще является одним из продуктов жизни, Грузию, Италию, Испанию…

Петр Кузнецов: Чуть ли не национальная идея.

Александр Гезалов: Да. И никто не напивается, и нет такого сильного алкоголизма, как, например, в нашей стране. Почему? Потому что культура пития – это не культура напиться, а культура жить. А рядом находящиеся дети видят, что папа принял столько-то для того-то. Он не упал, не свалился в канаву, а потом не оказался в ЛТП или психиатрической больнице. Ну, это нормальное такое состояние.

А у нас давайте мы сейчас запретим бутылки детского шампанского, давайте запретим картинки, давайте социальные сети запретим. Давайте все позапрещаем – и вот у нас вырастет идеальный гражданин! Так не бывает.

Петр Кузнецов: И давайте Олега послушаем, нашего телезрителя.

Ольга Арсланова: Его мнение.

Петр Кузнецов: Пожалуйста, оставайтесь на лини. Если что, то присоединитесь.

Олег, здравствуйте. Очень коротко, пожалуйста.

Зритель: Добрый день. Меня зовут Олег, я со Ставрополья звоню. Я сам не выпиваю, и мне не хотелось бы, чтобы мои дети выпивали.

По поводу запретов скажу так. В свое время, в 90-х годах, служил на Кавказе, в частности в Грузии, в Цхинвале, и наблюдал, как грузины своих детей с полугода начинают поить молодым вином, которое похоже на квас. Я могу вам сказать, что грузины не алкоголики, а довольно-таки здоровая нация, оптимистическая такая, интересная.

Поэтому запреты на спиртные напитки… Давайте лучше запретим делать суррогат спиртных напитков – это первое. И второе – поднимем культуру пития. А третье – уровень жизни, естественно. Если мы будем уровень жизни поднимать и воспитывать в семье детей правильно, то никто не будет пить.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Зритель: А в 80-е годы мои одногодки пили портвейн, находили…

Ольга Арсланова: Спасибо, Олег. Хотя никакого детского шампанского тогда не существовало.

Петр Кузнецов: Спасибо, Олег.

Александр Гезалов, ваш короткий комментарий. И мы подводим итоги голосования.

Александр Гезалов: Вы знаете, если ребенок играет с бутылкой, любую пластиковую бутылку он может использовать, воображая, что он напивается.

Ольга Арсланова: Что бы там ни было написано.

Петр Кузнецов: Опять-таки, потому что пример-то где? За столом, а не в магазине на витрине с детским шампанским. Спасибо. Александр Гезалов, член Совета при Министерстве образования по вопросам детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Итоги голосования.

Ольга Арсланова: Вот такие. «Детское шампанское – это вообще нормально?» «Да» – считают 19% наших зрителей, «нет» – 81%.

Петр Кузнецов: Спасибо, спасибо. Мы продолжаем. Впереди большой выпуск новостей. А в 13:20, сразу после этого, наша большая тема – будем говорить о кибербезопасности и о тех, кто берет наши персональные данные, кто и как ими может воспользоваться.

Ольга Арсланова: И кому их отдает, и что с этим делают.

Петр Кузнецов: Ждем ваших историй. Подключайтесь, будет интересно.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски