Наконец-то мы переходим на принцип бюджетного обеспечения врачами

Наконец-то мы переходим на принцип бюджетного обеспечения врачами | Программа: ОТРажение | ОТР

Послание президента: здравоохранение

2020-01-15T15:45:00+03:00
Наконец-то мы переходим на принцип бюджетного обеспечения врачами
Президент нажал на газ
Жителям Кыштыма выставили счёт в 25 млн рублей за подключение домовладений к газу. СЮЖЕТ
Владимир Путин призвал провести газ бесплатно к границам земельных участков
В России заработают сто центров занятости нового формата
Поставьте оценку мусорной реформе
Мошенники научились обходить ограничения новой системы техосмотра
Саммит по климату. Чего ждать от заявлений глав ведущих мировых держав?
Что нового? Хабаровск, Санкт-Петербург, Кострома
Послание Президента России Федеральному Собранию – 2021. Главное
Послание Президента: международная политика
Гости
Юрий Кобзев
член комитета Государственной Думы по охране здоровья

Константин Чуриков: А теперь – о медицине, в частности о первичном звене, о котором сегодня тоже говорил президент. У нас выступит Юрий Кобзев, член Комитета Государственной Думы по охране здоровья. Юрий Викторович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте. Кстати, тоже там подрастающее поколение, педиатрия.

Юрий Кобзев: Добрый день.

Константин Чуриков: Что-то новое для вас сегодня прозвучало в послании президента по поводу здравоохранения или нет?

Юрий Кобзев: Прозвучало то, о чем мы говорим постоянно и при общении в медицинских коллективах, и вы у себя обсуждаете варианты решения проблемы, и в Комитете по охране здоровья.

Прежде всего президент дал ответ и нам, и тем главным врачам, которые ждут, специалистам. Все знают, что у нас одна из колоссальных проблем – это нехватка кадров. Мы переходим на принцип все-таки бюджетного обеспечения врачами. Потому что раньше у нас все говорили: «Вот пойти в мединститут, опять надо платить деньги, а мы хотим туда». 70% на лечебные факультеты будут идти исключительно на бюджетном финансировании. И здесь сохраняется целевой принцип. «У меня в центральной районной больнице не хватает докторов – я отправляю докторов учиться в свой региональный университет». И дальше мы слышим ответ по ординатурам.

Поверьте, я сам учился в ординатуре, и учился на платной основе, потому что я не мог получить ординатуру в те далекие 2000-е годы, ту, которую хотел. Она была очень простая. Это была ординатура по семейной медицине, врач общей практики. Сейчас ординатура…

И президент прямо сказал с трибуны, что преимущество при поступлении в ординатуру будут иметь прежде всего доктора, которые отработали в первичном звене. Они должны знать, что происходит на уровне поликлиники, потому что без знания основ амбулаторной медицины ну невозможно дальше развиваться. И преимущество в ординатуре для врачей, отработавших в поликлинике. И особое преимущество для тех, кто работал в сельской местности. На эти вопросы давал ответы президент.

Безусловно, он коснулся той темы, которая волнует прежде всего медицинских работников всех – это зарплата. Потому что мы видим, сколько было обращений, даже в ваших программах поднимались вопросы оплаты труда, говорили о ее несправедливости, непрозрачности. Сейчас президент говорит, что…

Оксана Галькевич: Юрий Викторович, кстати, в выступлении была такая важная часть. Президент сказал о том, что нужно перейти на новую систему оплаты труда с некими фиксированными надбавками, зафиксированными в структуре заработной платы врача. Поподробнее об этом расскажите.

Юрий Кобзев: Смотрите. Значит, у нас уже была система, когда мы пытались за счет стимулирующих выплат больше работать. И в коллективах часто было непонимание. У кого-то одни стимулирующие, а у других докторов и медицинских работников – другие. И это иногда не имело корреляции с его профессиональными навыками, с его стажем работы, с его умениями.

Сейчас президент сказал, что мы должны вернуться к системе и разработать нашу уже систему, где мы четко будем понимать, что вот базовая часть и с чем связана эта базовая часть. То есть доктор, придя после университета, приступив к работе, должен получать в базовой части не менее, чем столько-то тысяч рублей. Это уже закреплено в указах президента. А сверх этого идут стимулирующие. Допустим, он получает категории – он увеличивает. Но базовая часть везде остается одинаковой. Это связано с его профессиональными навыками.

Константин Чуриков: Но тут самое главное, чтобы тоже не было, сами понимаете, перегибов, потому что профессионально человек растет, развивается, а базовая часть одна и та же.

Оксана Галькевич: Не меняется.

Константин Чуриков: Чтобы, в общем-то, он до конца своих дней с этой базовой частью не остался.

Юрий Кобзев: Нет-нет, базовая часть меняется. Допустим, я пришел на должность интерна. Когда я перехожу на должность заведующего, уже отработав, ординатора или заведующего… Это так называемая тарифная сетка. Я иду по определенной категории. И эта категория меняется с моими навыками, с ростом моих навыков. Есть стимулирующие. Вот что такое стимуляция.

Оксана Галькевич: С профессиональным ростом, с развитием. Правильно?

Константин Чуриков: Юрий Викторович, давайте сейчас послушаем нашего зрителя Николая, а вы будьте на связи, мы к вам как раз вернемся. Николай из Краснодарского края нам звонит. Николай, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я хочу вам рассказать, что к селу Юровка Анапского района относятся десять хуторов и поселков. У нас один или два терапевта. Правда, слава богу, есть детский педиатр. И вот чтобы сдать анализы, надо ехать в Анапу, 25–30 километров. И одна «скорая помощь», ни реанимации, ничего нет. Одна «скорая помощь» на десять поселков и хуторов, вот представьте себе, и то старая – то работает, то не работает. А чтобы в Анапе записаться к врачу, надо за месяц. Записался и месяц ждать, чтобы попасть к этому врачу.

Константин Чуриков: Николай, а по поводу ФАПа вопрос поднимали? Вообще он вам положен/не положен при такой удаленности от ближайшей поликлиники?

Зритель: У нас поликлиника на десять сел.

Константин Чуриков: Я понял, да.

Зритель: И администрация, губернатор наш не работает. Говорят, что надо, надо, надо, а на самом деле ничего нет. Как построили эту больницу, так…

Оксана Галькевич: Ну понятно, да. Спасибо.

Зритель: Ни ремонт, ничего не делается.

Константин Чуриков: Да, спасибо за ваш звонок.

Оксана Галькевич: Николай, спасибо.

Константин Чуриков: Юрий Викторович…

Оксана Галькевич: Юрий Викторович, знаете, это про то, как переломить тенденцию той оптимизации, которая не всегда справедливо, так скажем, решала вопросы организации здравоохранения на местах. Вот такое чувство, что машина эта идет и идет, и разворачиваться не намерена.

Константин Чуриков: «Фарш невозможно провернуть назад».

Оксана Галькевич: Может быть, сейчас уже развернется в обратную сторону?

Юрий Кобзев: Вы знаете, я услышал, конечно, обращение гражданина из Краснодарского края. Но прежде всего возникает вопрос: а сколько жителей живет в хуторе? Может быть, там действительно объединяется один ФАП.

Во-вторых, есть организационные вопросы, которые решаются просто забором анализов. Не надо человеку, чтобы сдать анализы, ехать куда-то. Подавляющее большинство анализов… Взяли кровь и отвезли. Уже большинство медицинских учреждений работают так. У меня в Ростовской области уже люди не ездят сдавать анализы. Они их сдают по месту жительства, а дальше больница отправляет их в лаборатории.

И насчет консультаций врачей. Ну, здесь президент у нас… Кадровая проблема – ее никто не отрицает, она существует, в том числе в первичном звене. Не зря же мы говорим об этом уже сколько времени. Не зря мы сейчас занимаемся, скажем так, первичной медико-санитарной помощью. Это работа непосредственно с человеком. Может, ему до этих космических наших пересадок органокомплексов (легких вместе с сердцем) далеко. Для него близок педиатр здесь – село Юровка Анапского района.

Константин Чуриков: Юрий Викторович, вопрос…

Оксана Галькевич: Ну, станицы, вы знаете, большие там, в Краснодарском крае.

Константин Чуриков: Извини, Оксана, извини, секунду. Мне вопрос давно уже не дает покоя. Почему, с одной стороны, сумасшедший конкурс всегда во все медвузы? С другой стороны, наверное, если ребята не в вакууме существуют, они понимают, что зарплаты в отрасли невелики. Так вот, что движет молодыми врачами, которые идут по профилю учиться?

Юрий Кобзев: Вы знаете, я общался со студентами неоднократно. К сожалению, из десяти человек только два-три студента видят себя в практическом здравоохранении, а все остальные сплошь почему-то себя представляют дерматокосметологами (при этом не связано с реальной практикой врача-дерматолога), все представляют себя акушерами-гинекологами.

Я считаю, что профориентация уже давно назрела. Я сам, работая главным врачом, показывал всем своим целевикам, в чем они будут работать, с кем они будут работать и какова эта работа. Человек не должен витать в облаках, когда выбирает столь сложную и ответственную профессию.

Оксана Галькевич: Юрий Викторович, может быть, как раз ребята-то приходят, знаете, по призванию, по желанию, а потом… Как вы говорите, они не в облаках летают, а ближе к окончанию учебы они как раз думают: «А на что жить-то я буду, когда по призванию пойду работать?» И поэтому идут туда, где какие-то конкретные деньги предлагаются: гинекология, косметология.

Юрий Кобзев: Вы знаете, в медицине никогда, ну никогда не было космических денег. Это я сразу говорю. Если он идет и говорит: «Я стану…» Да, у нас есть врачи, которые получают и 200, и 300, и 500, а уникальные хирурги – куда большие цифры. Но это человек, который 30 лет работал над отработкой одного приема, уникального доступа, а потом практически полмира едут к нему.

Оксана Галькевич: Ну, Юрий Викторович…

Юрий Кобзев: А если ты выходишь из медицинского университета и сразу думаешь, чтобы к тебе пришли все с большими деньгами, и ты уже ездишь на суперкрутой иномарке…

Оксана Галькевич: Юрий Викторович, понимаете…

Юрий Кобзев: Это не так. Так не бывает.

Оксана Галькевич: Просто отличие медицинского специалиста, который выходит из вуза, от других любых специалистов в том, что это очень дорогостоящий специалист. Он очень долго учится, очень много средств и сил на него государство и система образования потратили. Поэтому мне кажется, когда ты девять лет учишься, можно на что-то претендовать.

Юрий Кобзев: Нет уж, поверьте. Вы сейчас не правы. У нас на образование, на обучение медицинского специалиста тратится в разы меньше, чем на образование юриста. Это нас возмутило прежде всего как депутатов. И уже было у нас поручение на изменение этой ситуации.

Оксана Галькевич: А ответственность высока.

Юрий Кобзев: Кстати, сейчас изменения – на студентов-медиков больше выделяется. А насчет того, что… Его отличает прежде всего колоссальная ответственность, связанная с получением диплома.

Константин Чуриков: Спасибо.

Юрий Кобзев: И вы сами знаете, что ответственность у врача намного выше, чем у специалистов других профессий.

Оксана Галькевич: Велика.

Константин Чуриков: Спасибо. У нас на связи был Юрий Кобзев, член Комитета Государственной Думы по охране здоровья.

Это было дневное «Отражение» с Оксаной Галькевич…

Оксана Галькевич: …и Константином Чуриковым. Вечером встречайте в этой студии Анастасию Сорокину и Александра Денисова, продолжат наши коллеги обсуждение.

Константин Чуриков: А прямо сейчас – новости.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (2)
лег
Болтовня и очередная ЛОЖ. Медработники не верят ТЕБЕ Вальдемар ни на грош!
юрий
Пустобр..х. А мы удивляемся, негодуем...Вот уровень рассуждений " нашего избранника"!
Послание президента: здравоохранение