Нашли работу на бирже? Центры занятости хотят перепрофилировать в кадровые агентства

Нашли работу на бирже? Центры занятости хотят перепрофилировать в кадровые агентства | Программы | ОТР

Как это поможет безработным?

2020-11-27T13:45:00+03:00
Нашли работу на бирже? Центры занятости хотят перепрофилировать в кадровые агентства
На МКС пора ставить крест? Деньги на свалку. Маньяк выходит на свободу. Страна под снегом. Как победить бедность
Сергей Лесков: Любой памятник - это некая точка единения нации. Если памятник служит возникновению напряжения в обществе, ему нет места на площади
Что такое бедность и как с ней бороться?
27 февраля - Всемирный день НКО
МКС переработала свой ресурс
Дорогая передача: Нам мешают парковки!
Свободен и особо опасен
ТЕМА ЧАСА: Страна под снегом
Чёрные дыры МКС
Новый техосмотр отложили
Гости
Ярослав Нилов
председатель Комитета по социальной политике, труду и делам ветеранов Государственной Думы РФ (фракция ЛДПР)
Любовь Храпылина
профессор кафедры труда и социальной политики Института государственной службы и управления РАНГХиГС

Иван Князев: Службы занятости перепрофилируют в государственные кадровые агентства и переведут их на новые стандарты обслуживания граждан. Они должны будут помогать построить оптимальную успешную карьеру и помочь, конечно же, работодателю набрать в штат нужных ему сотрудников. Внедряться такой стандарт будет поэтапно, ежегодно он будет корректироваться с учетом меняющихся потребностей рынка труда.

Тамара Шорникова: С января по октябрь 2020 года более 1 миллиона безработных граждан нашли работу и были сняты с учета в центрах занятости. В 2019 году этот показатель составил 660 тысяч человек.

Иван Князев: Ну вот, однако, по данным Общероссийского народного фронта, россияне при обращении в службы занятости сталкиваются с отсутствием подходящих вакансий, почти 40% таких случаев. Также предлагают только низкооплачиваемые должности, 36% граждан с этим сталкивались. Кроме того, люди жаловались на необходимость сбора огромного количества разных документов и недостаточность информации в открытом доступе.

Тамара Шорникова: Ну и сразу пару SMS. Москва: «Стояла год в центре занятости как безработный предпенсионер, не было ни одного предложения. Сейчас с учета сняли, нет ни пособия, ни пенсии, ни работы». Нижегородская область: «Я искала работу по специальности на бирже труда, живу в закрытом городе, у нас или по связям, или по блату можно устроиться. Ничего мне не предложили, мне никак не помогли, только пособие по безработице поплатили и все. Приходится работу искать самой».

Что не так сейчас с нашими центрами занятости? Как их нужно менять? Будем разбираться с экспертами. С нами на связь выходит Любовь Храпылина, профессор кафедры труда и социальной политики РАНХиГС.

Иван Князев: Ну и вы тоже, друзья, звоните. Как обращались в центр занятости? Помогли ли вам там? Нашли работу? Где вообще ищете ее обычно?

Тамара Шорникова: Да, может быть, у вас есть предложения действительно, что там в первую очередь нужно поменять.

Иван Князев: Здравствуйте, Любовь Петровна.

Любовь Храпылина: Добрый день.

Иван Князев: Любовь Петровна, вот эти все преобразования реформой в принципе можно назвать или нет? И что поменяется в связи с этим? Знаете, как лодку назовешь, так и поплывет у нас, получается? Лучше будет?

Любовь Храпылина: Вообще-то так не получается, потому что сменить вывеску – это не сменить содержание работы и не сменить возможности тех же самых кадровых агентств по содействию трудоустройству, я еще раз обращаю внимание, содействию трудоустройству. Потому что трудоустроить можно на реальное рабочее место, которым располагает работодатель, будь то государственное или негосударственное учреждение, ну или сама служба занятости, если рабочие места там, например, есть.

Тамара Шорникова: Ага.

Любовь Храпылина: Поэтому вопрос, насколько изменятся содержательно возможности иметь, во-первых, информацию от работодателей о рабочих местах, а работодатели про свои хорошие рабочие места, имеется в виду прежде всего оплата труда и условия, они очень редко сообщают в службу занятости, ну или теперь в кадровые агентства. Вот если этот порядок информирования кадровых агентств, то есть когда они располагают реальными, интересными людям рабочими местами, не изменится, естественно, ничего и не изменится с трудоустройством, это первый момент.

Второй момент: все-таки надо, чтобы эти кадровые новые агентства располагали реальной возможностью переориентации через, например, обучение, переобучение, переквалификацию людей на реальные вакансии, которые предлагаются на рынке труда. У них как шагреневая кожа вот эти вот деньги, финансы сокращаются на эти цели, а за тот короткий период времени, который люди могут по предложениям служб занятости найти такую работу, которая бы их удовлетворяла и по параметрам интереса профессионального, и по параметрам денежного или хотя бы, что нельзя вообще-то сбрасывать со счетов, быть неким транзитом. Но когда пытаются...

Так сложилось, что «вот пойду туда, куда пойду работать, куда предложили, потому что нужны все равно средства на существование себя, семьи, детей, я соглашусь на это, но это будет мой транзит, я, наверное, буду искать дальше работу и воспользуюсь вот такой ступенечкой», это тоже... Но вот эти все сочетания, наличие информации, наличие возможности реального, ориентированного, целевого обучения, наличие поддержки людей, когда они в этом транзитном положении согласны, что называется, на любую работу, они должны, во-первых, со стороны вот этих новых кадровых агентств в определенных нормативно-правовых функционалах быть, чтобы у них располагали работники этих служб функциональными действительно инструментами. А иначе это будет, знаете, сменили вывеску, ну и сменили.

Почему сегодня так мало людей, 3,6 миллиона безработных, 1 миллион трудоустроили, и в ладошки будем, что ли, хлопать? Понимаете, это маленькая, очень маленькая цифра в сочетании с реальным количеством безработных в России. А не идут люди как раз именно потому, сейчас уже вы отмечали, что неинтересные предлагаются работы ни в плане профессиональности, ни в плане средств на существование, то есть оплаты труда, ни каких-то перспектив. Поэтому люди прежде всего пытаются каким угодно, через родственников, через знакомых, через кого хотите искать. Если говорить о частных организациях, которые высветили как бы себя в этом плане, честно говоря, они работают скверно. Деньги они берут с людей, а помогать помогают очень малому числу.

Тамара Шорникова: Да, Любовь Петровна...

Любовь Храпылина: Так что тут надежда такая, что сменили вывеску, сменили главное, цели и возможности работы.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем вместе телефонные звонки. Николай, Коми, да, Республика Коми на связи, здравствуйте.

Зритель: Алло?

Тамара Шорникова: Слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте, уважаемые ведущие.

Вот такая вот проблема. В Республике Коми тоже вот центр занятости, ну какие они рабочие места предоставляют? Проблема, проблема. Второй месяц пытаюсь встать на биржу труда, какие-то справки требуют... Короче, бюрократия, простая бюрократия, гоняют человека. А 2 месяца без работы вот сижу, как бы семью кормить надо...

Иван Князев: Расскажите о справках, Николай.

Зритель: А справки... Вот я работал, тепличный комплекс строил, договор закончился, обещали дальше, тульская компания, обещали дальше работу предоставить. В связи с карантином вот этим сказали: «Сиди пока». Ну и как бы сидел-сидел, а что, безвыходность, захотелось встать на безработицу. Вот гоняют, справки требуют.

Тамара Шорникова: Что конкретно, Николай? Какие документы просят принести? В чем сложность?

Зритель: Чтобы работодатель бывший предоставил мне, что либо он отказался от меня, что нет работы, либо...

Тамара Шорникова: ...чтобы сократил, в общем.

Зритель: ...что-то другое, да-да, вот.

По поводу рабочих мест. Рабочие места, как бы у нас поселок Студенец, есть, но частники. Опять же работа есть, но копейки, 10–12 тысяч рублей. Производство пиломатериалов, да, официально он не хочет устраивать, понимаете, и никак с этим нельзя бороться, понимаете? А потом я где пенсию-то буду, стаж где искать?

Тамара Шорникова: Ага.

Иван Князев: Да, понятно.

Зритель: Вот в чем...

Тамара Шорникова: Спасибо, Николай, вам за звонок.

Иван Князев: Спасибо большое.

Тамара Шорникова: Любовь Петровна, подскажите, пожалуйста, а что сейчас с предложением на рынке труда? Вот такое малое количество вакансий, на которое жалуются наши телезрители, – это все, что есть, чем богаты?

Любовь Храпылина: Да конечно, нет! Конечно, нет! Вот замечательно сейчас слушатель сказал, что предлагают как? – «не оформляемся». Это очень выгодно, «не оформляемся». А в условиях COVID, который прикрыл многое, так сказать, закрыл глаза на многое в плане проверок, еще чего-то такого, и совсем хорошо: не хочешь – не надо, выживай сам.

Иван Князев: Любовь Петровна...

Любовь Храпылина: Так что трудоустроиться сейчас очень сложно. Я очень удивляюсь, у кого там эта безработица вдруг сократилась по цифрам, официальные цифры.

Иван Князев: Любовь Петровна, если говорить вот о будущих вот этих вот государственных кадровых агентствах, они могут интегрироваться уже с существующими порталами по поиску работы, например? Госструктуры ведь всегда не успевают за ними, поэтому предлагают всякую чепуху.

Любовь Храпылина: Понимаете, дело в том, что никто ни с кем интегрироваться не хочет. Если говорить о частном секторе в этом поле, он сам по себе каждый работает, это его заработок, это его предпринимательство. А вот то, что надо платформу сложившейся службы занятости использовать полностью и как раз не с нулевого цикла начинать эти кадровые агентства, используя то, что там много хорошего вообще-то наработано за эти годы, это несомненно, чтобы эти кадровые агентства, что называется, сходу вошли, интенсивно стали работать на новых ответственностях: помогать, содействовать, так с реальным результатом.

Иван Князев: А работодатели-то почему не доверяют у нас центрам занятости? Почему не несут свои вакансии туда, по вашему мнению?

Любовь Храпылина: Во-первых, на хорошее рабочее место они и сами найдут через... Знаете, сами инструменты поиска работника вообще на первое место выдвигают как раз вот этот узкий круг, кто проинформирует: это знакомые, родственники, это другие работодатели, которые могут порекомендовать, это друзья, это такой круг как бы не очень-то официальный. То есть это такая репутационность, которая подтверждена людьми, которым веришь, вот так, собственники работники могут хорошего работника найти...

Иван Князев: Но это одна сторона медали, в HeadHunter-то они несут свои вакансии, в «Работа.ру» несут, в SuperJob несут.

Любовь Храпылина: Можно я скажу еще о второй стороне, почему так делает работодатель? Ну потому что работодатель ищет схемы по зарплате. Зарплата называется одна, реально как-то по-другому получается для работника, поменьше.

Иван Князев: Ага, понятно.

Тамара Шорникова: Да, спасибо. Любовь Храпылина, профессор кафедры труда и социальной политики РАНХиГС.

Слушаем телефонный звонок, Елена.

Иван Князев: Казань на связи. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, здравствуйте еще раз.

Иван Князев: Слушаем вас.

Тамара Шорникова: Что у вас с работой?

Зритель: Да. Я потеряла работу во время самоизоляции, обратилась на биржу труда. Работала я по договорам гражданско-правового характера, без учета трудовой книжки, то есть без трудовой книжки, правильно, да?

Я имею инвалидность III группы, 8 часов в день работать мне сложно, поэтому я нашла работу такую, какая мне удобна. Я работаю 2 часа в день на допуслугах в детских садах. Зарплату получала через РОНО, то есть на карточку Сбербанка мне было выделено, ну то есть все как положено, как бюджетный работник.

Встав на биржу труда, меня считают долго не работающей, потому что последняя запись у меня 2015 годом закрыта. То есть живу на пенсии и вот на такие договора, которые у меня с октября по май включительно. Мне хватает, я сама знаю, как, что и чего, но, потеряв работу, потеряв доход, который был у меня 15,5, биржа стала мне платить 1,5 тысячи рублей.

Тамара Шорникова: Ага, как раз из-за большого перерыва.

Зритель: Не поняла?

Тамара Шорникова: Как раз из-за большого перерыва у вас получается эта маленькая выплата, правильно?

Зритель: Получается да. Но дело в том, что я предоставила им справку 2-НДФЛ, в которой у меня идет как бы 15 500 в прошлом месяце, а сейчас, потеряв работу, они мне дают 1,5 тысячи рублей.

Тамара Шорникова: Да...

Иван Князев: Понятно, спасибо, спасибо вам большое.

Еще один эксперт у нас на связи, но перед этим несколько SMS. Из Архангельской области: «Центр занятости мне работу не предоставил, но я их понимаю, работы в принципе у нас в области не найти». Из Тюмени: «Считаю, что центр занятости сейчас – это бесполезная организация».

Тамара Шорникова: Да. Давай перед экспертным мнением дадим народное. «Какими должны быть службы занятости, по вашему мнению?» – наши корреспонденты спросили у жителей Новокузнецка, Челябинска и Екатеринбурга.

ОПРОС

Иван Князев: Ну вот получается так не всегда.

Мнение из Московской области: «Центр занятости – это где можно получить пособие по безработице, если получится, но только не найти работу».

Тамара Шорникова: Да, и еще одно такое же: «Зачем нужны биржи, если не предоставляют работу? Ведь там сидят люди и получают зарплату за что-то. За что?»

Иван Князев: Ярослав Нилов у нас сейчас на связи, председатель Комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов. Здравствуйте, Ярослав Евгеньевич.

Ярослав Нилов: Добрый день. Депутат фракции ЛДПР.

Иван Князев: Да, спасибо, спасибо вам за уточнение.

Ярослав Евгеньевич, вот этот формат, вот эта реформа, чтобы центр занятости был не просто местом, где получают пособие по безработице, как к кормушке туда приходят, но все-таки будут искать там работу, она возможна при каких условиях? Что нужно будет для этого сделать?

Ярослав Нилов: Ну, на самом деле центры занятости для этого и создавались, чтобы это была не просто информационная система, это было место, куда может гражданин обратиться за тем, чтобы ему были начислены пособия, временные пособия по безработице, и также была предоставлена возможность найти работу. Размещается его анкета в базе данных, предлагаются вакансии со стороны работодателей, и в том случае, если гражданин находит для себя привлекательное то или иное предложение, он может трудоустроиться.

На самом деле до пандемии центры занятости вообще не пользовались особым спросом, многие даже не знали, что такие центры есть, около 800 тысяч человек всего стояло на учете в центрах занятости. Почему это происходило? Потому что пособия были крайне низкие, максимум 5 тысяч рублей. Когда шла пенсионная реформа, немножко пособия увеличили, особенно для лиц предпенсионного возраста. В пандемию из-за того, что этот сервис был доступен через интернет, можно было встать на учет в центр занятости через интернет, количество людей резко возросло в этих центрах. Сегодня порядка 3 миллионов человек зарегистрировано, но доходила цифра до 4 миллионов. В том числе и побудила людей зарегистрироваться позиция федеральной власти о том, что временно пособия по безработице будут составлять 12 тысяч рублей.

Иван Князев: Ну, за деньгами туда пошли люди.

Ярослав Нилов: В том числе за деньгами.

Иван Князев: Когда они смогут туда приходить и получать работу?

Ярослав Нилов: Они могут приходить и получать работу и сейчас. Другое дело, что работодатели размещают там свои предложения, понимая, кто обращается в эти центры занятости, хотя порядка 1 миллиона наших граждан за отчетный период, как отчитались в Министерстве труда, удалось трудоустроить.

Но, говоря о реформе, считаю, что требуется серьезная перегрузка всех центров занятости. У нас работодатели и работники предпочитают различные сервисы в интернете, не буду их рекламировать, для того чтобы разместить объявление или посмотреть вакансии. Я считаю, что центры занятости должны быть не просто статистами, когда собирают информацию, фиксируют, размещают, устраивают встречи и все, это действительно должны быть структуры, которые должны заниматься вопросами сопровождения, вопросами агитации к переобучению.

Вы знаете, что у нас с августа по конец декабря этого года в центре занятости можно получить, пройти абсолютно бесплатно 2-недельные курсы по востребованным в соответствующем регионе вакансиям для группы риска? Это и студенты, которые не прошли соответствующую практику, это те, кто потерял работу, кто числится безработным официально, кто, соответственно, находится на предприятии, которое снизило заработную плату из-за того, что гражданин находится, из-за так называемого простоя.

Тамара Шорникова: Ну а что это за востребованные вакансии, на которые можно каким-то образом переобучиться за 2 недели?

Иван Князев: Водитель?

Тамара Шорникова: Дворник? Курьер?

Иван Князев: Курьер, да?

Ярослав Нилов: Подождите. Во-первых, достаточно залезть в интернет... Вот вы сами своими призывами начинаете сразу граждан демотивировать. Как водитель может за 2 недели получить даже права? Нет. Это вакансии, которые востребованы в соответствующем регионе. Для этого надо зайти на сайт службы занятости, выбрать свой регион, и там перечень этих вакансий сразу же появляется. Это и дизайнеры, и веб-дизайнеры, специалисты, конечно, если брать IT-сферу, очень такого ограниченного профиля, очень ограниченного такого формата специалисты. Это и сотрудники потенциальные в общепит. Надо смотреть, в каком регионе какие вакансии требуются, для этого этот сервис и был создан. Кроме этого, это обязанность...

Иван Князев: А давайте мы прямо сейчас это сделаем, потому что у нас дозвонились люди, вот они сами скажут, что им там предлагали либо не предлагали. Из Нижнего Новгорода Дмитрий нам дозвонился. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Вот я хотел бы рассказать свою историю, как я хотел разместить вакансию. То есть мне нужны были повара, и я звоню в службу занятости, говорю: «Разместите, пожалуйста, вакансию такую, мне нужны повара». Мне там говорят, что просто так нельзя разместить, нужно заплатить деньги», – чтобы разместить на государственной бирже труда, нужно платить деньги. Естественно, на бирже труда никто не будет... какие-то вот такие препоны ставят, естественно, легче зайти на какой-нибудь сайт или в социальной сети, в какой-нибудь группе разместить эту вакансию бесплатно и найти сотрудников.

Иван Князев: А сколько попросили?

Зритель: Я не спросил, сколько, мне даже неинтересно стало, потому что...

Ярослав Нилов: А вы уверены, что вы звонили именно на биржу труда, которая наша, государственная система? Или вы позвонили в какую-то частную контору, которая могла представиться как биржа труда, которая занимается исключительно размещением объявлений за деньги? Здесь надо разбираться...

Зритель: Конечно, конечно, я знаю, куда я звонил, естественно, я знаю, куда я звонил.

Ярослав Нилов: Ну, у нас есть случаи, когда представляются под видом государственных структур, работают различные коммерческие организации, предоставляя якобы бесплатные юридические услуги, а потом оказывается, что это работают мошенники под красивым названием с гербами, у них офисы, даже в государственных организациях порой они размещаются, арендуют помещения. Давайте разберемся, передайте нам информацию. Для меня удивительно, что с вас потребовали деньги.

Иван Князев: Вообще госцентры у нас бесплатные, да, в таких услугах?

Ярослав Нилов: Работодатели по закону должны передавать свои данные в центры занятости, центры занятости всю эту информацию размещают, и, кроме этого, работодателям доступна база данных, где размещается информация со стороны тех, кто ищет работу.

Так вот, говоря про реформу, я еще считаю, что необходимо заработную плату тех, кто работает в службе занятости, привязать к качеству работы, а самое главное к результату. То есть должен быть некий оклад, все остальное должны быть стимулирующие выплаты. Вот трудоустроили они, например, тысячу человек в этом месяце, соответственно, поработали хорошо, ну для данного муниципалитета, для данного города, ну муниципалитета, соответственно, стимулирующие выплаты такие-то, премия такая-то. Не поработали, значит, и не заработали ничего, сидели спали, просто фиксировали поступающие, работали как статисты, такая работа не пойдет. Поэтому надо службу занятости трясти, надо ее ориентировать на правильные цели, что их работа не собирать информацию, а их работа помогать гражданам трудоустраиваться, работодателю найти работников...

Кстати, сегодня из-за того, что у нас отток произошел иностранной рабочей силы, у нас нехватка ресурсов. Вот звонила женщина из Казани, я недавно был в Татарстане в Казани, мне говорят, что 70 тысяч стоят на учете в службе занятости и 40 тысяч вакансий. У нас не хватает в сфере ЖКХ, у нас не хватает работников в строительной сфере, огромная проблема в каждом регионе практически. И при этом центры занятости никаких реальных усилий не предпринимают. Можно было организовать вахтовый метод работы, например, если в Москве не хватает сотрудников для сферы ЖКХ, пожалуйста, давайте организуем вахтовый метод работы, для того чтобы люди приехали из других регионов, Калужская область, Тульская, Смоленская и другие. То же самое касается других регионов.

Но для этого надо организовывать, эта задача и стоит перед центрами занятости, для граждан без разницы, как это будет называться, биржа труда, центр занятости, иное название у структуры, главное, чтобы человек, который обратился, знал, что он найдет работу. Ну и, конечно...

Иван Князев: Сложно не согласиться.

Тамара Шорникова: Да. Ярослав Евгеньевич, еще один телефонный звонок, давайте, возможно, поможем также еще одному телезрителю. Евгений, Калининградская область.

Зритель: Да, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, говорите, Евгений.

Иван Князев: Слушаем вас, Евгений.

Зритель: Вот я сейчас состою в службу занятости в качестве безработного уже вторично. Год назад, значит, я уволился, отстоял чуть меньше полгода. По моей основной специальности меня не смогли трудоустроить, было предложено мне программу пройти переобучения.

Тамара Шорникова: Так.

Ярослав Нилов: Да, бесплатно.

Зритель: То есть, я так понимаю, Министерство труда и соцполитики совместно с центром занятости и работодателем изучили рынок труда и поняли, что нужны вот такие вакансии по такой специальности. Я переобучился, получил диплом, все успешно прошел, как раз это была пандемия, режим самоизоляции, но мы дистанционно там завершали все это дело. И все, и тишина, и никаких специалистов по этой специальности не требуется, понимаете? То есть деньги были государственные потрачены на организацию, на обучение...

Тамара Шорникова: Евгений, а вы на кого переобучались?

Зритель: Специалист по охране труда.

Иван Князев: Ага.

Зритель: Довольно длительные курсы, несколько месяцев, то есть это не какие-то там 2-недельные курсы, это полная программа профпереподготовки. Были потрачены деньги государственные, и сейчас я не могу устроиться, вакансий таких нет. Если и есть такие вакансии, то работодатель требует опыта. И помимо опыта работы как такового требуют опыт юридический, то есть участвовал ли ты в судебных разбирательствах в качестве специалиста и так далее, то есть какие-то смежные вот такие вещи.

Ну, как бы нам в процессе обучения объясняли, вот у меня еще есть высшее образование, то есть по закону человек с высшим образованием, прошедший программу профпереподготовки, может устраиваться по новой специальности без опыта работы. Но работодатель как бы...

Тамара Шорникова: Но объясни это работодателю, да, конечно, что по закону он должен там принять...

Иван Князев: Да.

Зритель: Да.

Тамара Шорникова: Спасибо, спасибо, Евгений.

Иван Князев: Спасибо большое.

Ярослав Евгеньевич, ну вот явный дисбаланс в оценке как бы состояния рынка труда, то, о чем сейчас нам человек говорил. Но понимаете...

Ярослав Нилов: Да, абсолютно согласен. Только я хочу уточнить: та программа, про которую говорил я, которая будет действовать до конца декабря, на нее правительство выделило дополнительные средства для 2-недельного обучения, – это не то, о чем говорил телезритель.

Иван Князев: Ну понятно.

Ярослав Нилов: У центров занятости есть возможность постоянно обеспечивать процесс бесплатной переподготовки, повышения квалификации. Но, я всем рекомендую, когда вы занимаетесь переподготовкой, повышением квалификации, необходимо, конечно, сразу же думать наперед, будет ли потребность в тех специалистах, которые после этой переподготовки, соответственно, на бирже труда...

Иван Князев: Ну да.

Тамара Шорникова: Поищите, есть ли вакансии такие в вашем регионе.

Ярослав Нилов: Да, есть ли все-таки вакансии, конечно.

Иван Князев: Ярослав Евгеньевич, последний вопрос...

Ярослав Нилов: Это еще раз подчеркивает, что биржа труда чем занимается, точнее центр занятости чем занимается? Вот они готовы переподготовить лишь бы как, а рынок труда не требует этих специалистов, поэтому полный дисбаланс. Мы и говорим, что центры занятости должны быть ориентированы на балансировку рынка труда, на то, чтобы вакансии соответствовали ресурсам, и готовить по имеющимся вакансиям, по потребностям, запросам. И та программа, о которой я говорил, действующая еще до конца декабря, она именно на это и ориентирована.

Но должны быть стимулирующие методы. Человека можно заставить работать только тогда, когда он будет в этом заинтересован, а заинтересован сотрудник центра занятости будет тогда, когда он будет получать бо́льшую зарплату за хороший результат своей работы, вот о чем я и говорил. Давайте центры занятости будут работать по принципу «плохо поработал – маленькая зарплата, хорошо поработал...»

Иван Князев: Да, мы это поняли. Ярослав Евгеньевич, спасибо вам большое, спасибо. Просто хотелось бы еще вот не уточнить, а пожелать, может быть, чтобы законодатели проработали такие моменты, чтобы в центрах занятости поменьше всякой бумажной волокиты было, но это, наверное, уже тема для отдельного обсуждения.

Тамара Шорникова: Да. У нас комментировал этот вопрос сейчас Ярослав Нилов, председатель Комитета по труду, социальной политике и делам ветеранов. Обсуждали, как могут измениться наши биржи труда.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Как это поможет безработным?