• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Наталья Ладная: Даже если число новых случаев заражения ВИЧ снизится на 10-15%, мы все равно останемся первыми в Европе – настолько это число велико

Наталья Ладная: Даже если число новых случаев заражения ВИЧ снизится на 10-15%, мы все равно останемся первыми в Европе – настолько это число велико

Гости
Наталья Ладная
старший научный сотрудник ЦНИИ Эпидемиологии Роспотребнадзора

Александр Денисов: Следующая тема нашего эфира: «ВИЧ: рост или снижение?». Европейцы опубликовали данные, что Россия находится в лидерах по числу новых заболевших вирусом иммунодефицита. Наш Минздрав, наоборот, заявляет, что темпы распространения болезни снижаются год от года, замедляются.

Оксана Галькевич: Давайте на самом деле посмотрим, как это все выглядит в цифрах, посмотрим на статистику. Вот число новых случаев заражения ВИЧ в европейской части нашего континента в прошлом году составило примерно 160 тысяч, из них 130 тысяч, то есть подавляющая, большая часть, пришлись именно на Восточную Европу – это самый высокий показатель за всю историю ведения этой статистики. Лидерами среди стран по количеству новых случаев, увы, стала наша с вами страна – Россия. Далее, следом – Украина и Белоруссия, на самом деле с существенным отставанием. Об этом говорится в докладе Европейского регионального бюро Всемирной организации здравоохранения. Самые высокие показатели на 100 тысяч населения наблюдались именно в России, как я уже сказала, на Украине, в Белоруссии и в Молдове.

Александр Денисов: Ну, сегодня тему обсудим с нашим гостем – Наталья Ладная, старший научный сотрудник ЦНИИ эпидемиологии Роспотребнадзора. Наталья, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Наталья Николаевна.

Наталья Ладная: Здравствуйте.

Александр Денисов: Чьи данные вернее? Вот европейцам стоит доверять или нашему Минздраву?

Наталья Ладная: Вы знаете, и те, и другие данные – верные. То есть мы действительно лидеры, причем не только в Европе, а и в мире тоже, по количеству новых случаев ВИЧ-инфекции. И при этом количество новых случаев ВИЧ-инфекции у нас снижается, действительно. В 2018 году, в текущем году…

Оксана Галькевич: Ну, по этому году у нас пока нет последних данных.

Наталья Ладная: У нас есть за 10 месяцев.

Оксана Галькевич: Опираемся на ваши данные.

Александр Денисов: Сравниваем с 10 месяцами предыдущего года.

Наталья Ладная: Предыдущего года, да. И у нас действительно есть небольшое снижение – на 2%.

Оксана Галькевич: А, на тысячу человек там, по-моему, если в абсолютном выражении, да?

Наталья Ладная: Да, на полторы, по-моему, насколько я помню. И в действительности это хорошая, такая позитивная новость, что у нас снижается количество новых случаев. Однако оно настолько велико, что снижение даже на 2%, на 10% или на 15% принципиального значения не имеет, поскольку по-прежнему, даже если снизится у нас и на 10–15% количество новых случаев ВИЧ-инфекции, мы все равно останемся лидерами в Европе. Потому что в европейских странах количество новых случаев ВИЧ-инфекции составляет 3 тысячи, максимум 5 тысяч человек в год, в то время как в Российской Федерации, по данным нашего центра, Федерального научно-методического центра по профилактике и борьбе со СПИД, в прошлом году 104 тысячи было случаев ВИЧ-инфекции.

Оксана Галькевич: Слушайте, а как это так, простите? В Европе, если просто брать Европу до границы Российской Федерации, 500 с лишним миллионов человек. И там в год всего 3 тысячи случаев заболеваний?

Наталья Ладная: Нет, не во всем, конечно, Евросоюзе. Во всем Евросоюзе порядка 25 тысяч (они опубликовали сейчас данные) новых случаев ВИЧ-инфекции.

Оксана Галькевич: Но тем не менее это все равно не 104 тысячи.

Наталья Ладная: Конечно. Это, безусловно, намного меньше. И нужно сказать, что в нашей стране тоже фигурируют как минимум две таких параллельных цифры по количеству новых случаев ВИЧ-инфекции, которыми оперирует Министерство здравоохранения. Дело в том, что Министерство здравоохранения в 2016 году изменило подходы к учету случаев и теперь регистрирует только ВИЧ-позитивных, которые встали на учет диспансерный в центры СПИД. Поэтому они оперируют цифрой – 85 тысяч новых случаев ВИЧ-инфекции. Но как мы с вами понимаем…

Оксана Галькевич: Не сильно легче.

Наталья Ладная: Это не сильно легче становится, поскольку в любом случае это в несколько раз больше, чем количество новых случаев во всем Евросоюзе.

Оксана Галькевич: Наталья Николаевна, я хочу понять, а откуда это все, такая катастрофическая статистика на самом деле? Это что? Ничего не стерилизуется у нас в медицинских учреждениях, случаи какого-то заражения в роддомах, в больницах и поликлиниках? Это, простите, я не знаю, распущенная какая-то половая жизнь, секс-меньшинства, еще что-то? Откуда?

Наталья Ладная: Ну, основная причина, конечно, – это распространение ВИЧ-инфекции в уязвимых группах населения. Это так называемые…

Оксана Галькевич: Это наркоманы?

Наталья Ладная: Это наркопотребители, мужчины, имеющие секс с мужчинами, и работницы коммерческого секса. То есть среди этих популяций у нас очень много ВИЧ-инфицированных. Мы в прошлом году провели исследование в семи городах – правда, это были наиболее неблагополучные, как правило, регионы страны. Мы увидели, что половина и больше, до 75% наркопотребителей оказались ВИЧ-инфицированными.

Оксана Галькевич: Так это значит, что параллельно с этой статистикой нужно говорить о том, что у нас вместе с ВИЧ-инфекцией по стране шагает наркомания и, простите…

Наталья Ладная: Ну, вы знаете, это не совсем моя тема.

Оксана Галькевич: Я понима. Но получается…

Наталья Ладная: Безусловно, такая проблема существует. В целом по стране, конечно, показатель доли ВИЧ-инфицированных среди наркопотребителей поменьше, конечно, не половина. ННЦ наркологии публикует данные о 25–26% ВИЧ-инфицированных. Но проблема в том, что у нас с 2000 года нарастание шло очень быстро, стремительно даже, можно сказать, доля ВИЧ-инфицированных среди этих уязвимых групп населения. А сейчас ВИЧ-инфекция в основном передается половым путем.

Александр Денисов: Почему она переместилась в социально активную группу? Там нет наркоманов, там нет секс-меньшинств, а обычные люди, работают.

Наталья Ладная: Фактически сейчас в наиболее неблагополучных регионах именно среди обычных людей, которые даже классических факторов риска не имеют.

Александр Денисов: В чем причина?

Наталья Ладная: Очень часто ВИЧ-инфекцией заражаются женщины, которые вообще одного только полового партнера имеют, и он же муж ее собственный.

Оксана Галькевич: Простите, а откуда тогда?

Наталья Ладная: Вот от мужа она получает. То есть нужно понимать, что сейчас очень много уже ВИЧ-инфицированных у нас среди населения нашей страны. Почему нам объявляет лидерами Всемирная организация здравоохранения? Ну, это имеет под собой причины определенные. Мы провели расчет – и оказалось, что у нас среди взрослых мужчин 35–39 лет больше 3% живут уже с установленным диагнозом ВИЧ-инфекции. А мы понимаем, что мы далеко не всех выявили. Поэтому, конечно, в наиболее пораженных регионах у нас таких больше 20%. В общем, фактически каждый человек рискует встретить ВИЧ-инфицированного на своем пути, полюбить его и получить ВИЧ-инфекцию половым путем, даже не относясь ни к каким уязвимым группам населения.

Оксана Галькевич: Надо обратиться нам к телезрителям. Уважаемые друзья, присоединяйтесь к нашей беседе. Что вы думаете по поводу этой ситуации? На самом деле цифры страшные. Что нам с этим делать? Звоните нам, пишите – мы в прямом эфире работаем.

Скажите, тут должен быть какой-то, я не знаю, красный уровень опасности уже, наверное, объявлен. Ситуация чудовищная.

Наталья Ладная: Да, красный уровень опасности есть. Фигурально выражаясь, это красный уровень опасности. А в действительности существует классификация и стадии эпидемии у Всемирной организации здравоохранения, и есть показатель индикаторный: когда больше 1% становится ВИЧ-инфицированных среди беременных женщин, то ВОЗ считает, что это уже генерализованная стадия эпидемии ВИЧ-инфекции.

Оксана Галькевич: Так. А мы?

Наталья Ладная: Вот как раз это именно уровень красной опасности. И у нас больше 20 регионов таких, 25 регионов в прошлом году уже относились к генерализованной стадии эпидемии. Это преимущественно регионы Урала и Сибири, где уже эпидемия укоренилась среди основной популяции.

Оксана Галькевич: У нас есть карта, я попрошу сейчас показать эту графику, на самом деле как в рамках страны… Мы не можем ее показать.

Александр Денисов: Да, карту чу попозже мы покажем.

Оксана Галькевич: Мы покажем, да.

Александр Денисов: Вопрос такой. Жуткие цифры – я испугался. Что делать молодежи? Что, им друг от друга справки требовать? Я уж извиняюсь за такие подробности, но как жить-то?

Наталья Ладная: Вы знаете, сейчас 1 декабря, Всемирный день борьбы со СПИДом…

Александр Денисов: Девушка скажет парню: «Слушай, дорогой, ты мне нравишься. Давай, сходи и сдай анализы»?

Наталья Ладная: Нет. «Пойдем вместе сдадим».

Александр Денисов: Вдвоем?

Наталья Ладная: «Пойдем вместе сходим и обследуемся на ВИЧ». Как раз девиз Всемирного дня борьбы со СПИДом в этом году: «Живи позитивно – знай свой ВИЧ-статус». То есть предлагается людям проходить регулярно тестирование, не один раз в жизни и после этого успокоиться. В общем, когда молодые люди планируют какие-то серьезные отношения, конечно, им, безусловно, стоит пройти тестирование на ВИЧ.

Александр Денисов: А можно доверять? Там есть какое-то окно? То есть можно попасть в это окно: человек болен, а результата не будет.

Наталья Ладная: Существует период серонегативного окна, три месяца составляет это окно, даже меньше, как правило. Ну, в среднем мы о трех месяцах говорим. Это когда человек уже заразился, а анализ на ВИЧ лабораторный еще не показывает положительный результат. Но все-таки немного людей находятся в этом периоде серонегативного окна. И, безусловно, тестирование на ВИЧ…

Александр Денисов: То есть сдали, а через три месяца еще раз сходить и сдать?

Наталья Ладная: Ну, если был у человека риск – да, желательно повторить.

Александр Денисов: Вот на этой неделе по российским регионам проходит такая акция бесплатного анонимного тестирования, в Москве и не только в Москве. За первые дни акции «Стоп ВИЧ» медики Иркутского областного центра по профилактике и борьбе с этим заболеванием обследовали более 2 тысяч человек. Проверка проводилась бесплатно, анонимно. Специалисты сначала проводят дотестовую консультацию, затем берут кровь или слюну, в случае положительного результата оказывают психологическую помощь и рекомендуют обратиться в центр СПИД для лечения. Выездные бригады работают в школах, техникумах, институтах, торговых центрах и ночных клубах, что интересно. Тестирование на ВИЧ и гепатит C прошли сотрудники Иркутской областной больницы, стоматологической клиники, потому что медики находятся в группе риска.

СЮЖЕТ

Александр Денисов: Лекции, тестирование и обучение волонтеров и медицинских работников будет проходить в Иркутской области до конца недели. Всего центр СПИД организует 23 выездных мероприятия. Сейчас в области зарегистрировано около 27 тысяч человек с вирусом иммунодефицита. До конца года медики собираются охватить терапией более половины группы.

Оксана Галькевич: И в Челябинске сейчас тоже открываются разные центры исследовательские. Там открыли современный СПИД-центр. До этого обследование страдающих вирусом иммунодефицита человека проводили либо в отделениях клиники медицинской академии, либо в кожно-венерологическом диспансере. Вот в этом новом центре сейчас работают все специалисты из так называемого общего звена, то есть там есть стоматолог, гинеколог, офтальмолог. Там же можно сделать флюорографию с помощью специального аппарата, который по слюне выявляет больных туберкулезом. В здании созданы условия для беременных женщин и людей с ограниченными возможностями. Есть отдельная детская комната. В общем, все условия там, с пациентами в том числе и психолог работает.

СЮЖЕТ

Оксана Галькевич: Челябинская область – один из лидеров, увы… то есть даже не «увы», а один из лидеров противодействия ВИЧ-инфекции. Три четверти людей, которые живут с ВИЧ, выявляются на ранней стадии. Сейчас на Южном Урале живет более 30 тысяч ВИЧ-инфицированных. Более половины из них получают антиретровирусные препараты.

Я сказала «увы», потому что там ситуация (я имела в виду ситуацию) очень сложная, именно в этом регионе.

Наталья Ладная: Не только в этом. В целом и Урал, и Сибирь – это такие наиболее пораженные ВИЧ-инфекцией регионы страны, в значительной степени пораженные ВИЧ-инфекцией. Во многих регионах в целом среди всей популяции, включая детей и пожилых людей, 1–2% уже живут с ВИЧ.

Оксана Галькевич: Это связано с чем? Ну, я понимаю, что это опять же не ваша тема. Это какой-то наркотрафик проходит через эти регионы?

Наталья Ладная: Да. Вы знаете, у нас эпидемия урбанизированная – она, как правило, развивается все-таки в крупных городах чаще всего, промышленных.

Оксана Галькевич: В крупных городах.

Наталья Ладная: Ну, необязательно даже в крупных, а просто в промышленных городах, где у населения есть средства, туда же приходит наркотрафик. Собственно, с наркотиками в свое время началось распространение ВИЧ-инфекции в этих регионах. А сейчас, поскольку очень много уже там больных, то эпидемия просто продолжается.

Оксана Галькевич: Вот как раз готова наша карта, давайте посмотрим на эту графику, как ситуация по заболеваемости выглядит в рамках нашей страны. В двух регионах рост заболеваемости составил больше 100% – это Чукотский автономный округ и Республика Тыва. В Тамбовской области, в Республике Марий Эл, Карелии, Ивановской области – там прирост составил от 50 до 66%. Просто какими-то катастрофическими темпами! Очень серьезно обстоят дела в Ростовской области, в Иркутской области, Новосибирской. Еще в среднем на 400 человек увеличилось число ВИЧ-инфицированных в Пермском крае, в Московской области (это Центральный регион страны). И еще в одном традиционно проблемном регионе – в Свердловской области – число новых инфицированных не увеличивается.

Наталья Ладная: Я хочу прокомментировать.

Оксана Галькевич: Конечно.

Наталья Ладная: На самом деле не совсем правильно данные мы подаем с вами, поскольку здесь по росту заболеваемости, действительно, и на Чукотке, и в Тамбове неблагополучная такая ситуация, потому что количество новых случаев больше становится, но в целом там очень мало ВИЧ-инфицированных. То есть это не регионы-лидеры.

Оксана Галькевич: Потому что они не такие населенные, понятно, не Москва и не Московская область.

Наталья Ладная: Это, конечно, не регионы-лидеры по ВИЧ-инфекции. Москва и Московская область – они, конечно, неблагополучие демонстрируют, но именно регионы Урала, Сибири и Поволжья. То есть у нас к наиболее пораженным регионам относятся Иркутская, Свердловская, Кемеровская области, Челябинская область. То есть это регионы крупные, промышленно развитые регионы. В общем, фактически это те регионы, которые ВВП страны обеспечивают.

Оксана Галькевич: Давайте выслушаем Ростовскую область, до нас дозвонилась Людмила из этого региона. Кстати, тоже мы его перечисляли в списке неблагополучных. Людмила, здравствуйте. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте. Вы знаете, у меня вот такой вопрос. Мне, извините, под 60 лет уже. Сколько лет я ходила раньше и сдавала кровь у нас в поликлинике, и у нас просто-напросто, вы знаете, поток идет, очень много людей приходит. Одни и те же перчатки. Ну, забегаешь, как говорится, быстрее, тебя в спину толкают, все хотят успеть. И она колет этой иголочкой своей, протирает этими перчатками все на свете. Вы знаете, вот раньше немножко брезгливо это было, потому что одно и то же.

Сейчас у нас это отменили, как говорится. Стали мы сдавать кровь через вену, все на свете. Вы знаете, опять поражаюсь. Заходишь – огромный, большой поток людей, потому что все хотят успеть. И опять несменяемые перчатки! Я хотела узнать все-таки. Вы знаете, у меня дети, внуки, сама взрослый человек, как вы говорите. Люди у нас пропагандируют по Ростовской области, что СПИД может только от презервативов, все на свете. Вы меня простите, мы с мужьями живем, а люди заражаются. Вот можем ли мы, не меняя перчатки, можем мы заразиться или нет в этих процедурных кабинетах?

Оксана Галькевич: Людмила, как нам гостя наша сказала, главное, чтобы у вас еще и муж тоже с одной женой, а не куда-то там. Такое тоже бывает.

Наталья Ладная: Нет, давайте я прокомментирую по этому вопросу.

Оксана Галькевич: Про перчатки, да, давайте.

Наталья Ладная: Ну, действительно, это возмутительно. Это нарушение правил противоэпидемического режима. Если не меняют перчатки, вы не должны соглашаться на медицинскую манипуляцию.

Оксана Галькевич: Ну, просто ради своей безопасности.

Наталья Ладная: Теоретически такая передача возможна, хотя, в общем, мы, конечно, не регистрируем таких случаев. Но, кроме ВИЧ-инфекции, существуют и вирусные гепатиты, и масса других заболеваний. Поэтому противоэпидемические меры – это первейшая вещь. В общем, сами люди должны тоже в медицинских учреждениях на это обращать внимание.

Александр Денисов: Хотел у вас спросить. Понятно, что уже не можем отмахнуться, мол: «Сам виноват заболевший». Болезнь перешагнула из этой группы наркоманов и проституток уже к обычным людям. Велики ли у них шансы продлить свою жизнь?

Наталья Ладная: Да, безусловно.

Александр Денисов: Все ли получают эту антиретровирусную терапию так называемую?

Наталья Ладная: Нет, не все получают. Но существующая в настоящее время антиретровирусная терапия – это исключительно позитивная такая мера, к которой мы вообще относимся с глубокой благодарностью, потому что наши большие, получая своевременно антиретровирусную терапию, могут прожить ровно такую же жизнь, как неинфицированные, такой же продолжительности, и такое же качество жизни у них будет.

Оксана Галькевич: То есть точно так же жениться, выходить замуж, рожать здоровых детей, да?

Наталья Ладная: Безусловно, безусловно. При этом от них и другие люди не заражаются ВИЧ-инфекцией, если они принимают терапию и она эффективна.

Александр Денисов: Почему не все получают терапию, как вы сказали?

Наталья Ладная: Ну, потому что не хватает, во-первых, финансовых ресурсов. Во-вторых, далеко не все обращаются за лечением.

Александр Денисов: То есть человек пришел, выяснилось, что у него положительный этот статус, а ему говорят: «Извини, дружок, надо подождать»?

Наталья Ладная: Ну, не совсем так. Да, как правило…

Александр Денисов: А как?

Наталья Ладная: Ну, приблизительно в таком контексте ему врач предоставит информацию. У нас сейчас существуют методические рекомендации, согласно которым мы начинаем антиретровирусную терапию, когда снижается иммунитет, показатели иммунитета – это так называемые CD4-клетки. Их должно быть определенное количество – как правило, меньше 350 или меньше 500, когда мы начинаем лечением больного в обязательном порядке.

Александр Денисов: То есть он регулярно должен ходить и сдавать. И если у него показатели – тут же ему выдают таблетки?

Наталья Ладная: Он должен регулярно появляться, да. Но при этом, во-первых, не все люди приходят регулярно и регулярно обследуются. Некоторых людей мы годами можем не видеть, а когда они появляются, оказывается, что они в очень тяжелом уже состоянии. И уже, в общем, эта антиретровирусная терапия не так хорошо им помогает, как могла бы, если бы они начали это лечение вовремя.

Кроме этого, мы должны сказать, что, в общем, сейчас такой международный подход, который, кстати, в Европейском союзе практикуется, – это предоставление лечения сразу же после выявления. То есть сейчас идет только дискуссия – в тот же день выдавать препараты, когда у человека выявили ВИЧ-инфекцию, или в течение недели, или, может быть, в течение месяца.

Александр Денисов: Чтобы понимать, сколько у нас заболевших? Миллион, да? По официальным данным.

Наталья Ладная: У нас 1 миллион 300 тысяч выявлено больных. 308 тысяч у нас умерло уже на конец октября 2018 года. Это означает, что у нас живет с установленным диагнозом 998 тысяч.

Александр Денисов: Сколько из них охвачены терапией, а сколько не охвачены? Сколько сидят и ждут этих страшных показателей?

Наталья Ладная: В 2018 году 418 тысяч получали антиретровирусную терапию.

Оксана Галькевич: Всего лишь?

Александр Денисов: То есть половина только?

Наталья Ладная: Меньше половины.

Александр Денисов: Меньше половины?

Наталья Ладная: Меньше половины. То есть это приблизительно 40% от выявленных больных

Александр Денисов: А вас как специалиста это не пугает?

Наталья Ладная: Пугает, безусловно.

Александр Денисов: То есть мы же плодим инфекцию таким образом.

Оксана Галькевич: Это же неправильно.

Наталья Ладная: Ну, не только, понимаете, это. Дело в том, что кроме лечения… А лечение – это чрезвычайно эффективная мера. Она, кстати, нам позволила практически полностью искоренить передачу ВИЧ-инфекции от матери к ребенку. Потому что если беременным женщинам мы своевременно эти препараты даем, дети рождаются не зараженными ВИЧ.

Александр Денисов: Здоровыми.

Наталья Ладная: Кроме этого, нам важно же заниматься и профилактикой. То есть профилактические мероприятия – это ключевая мера в борьбе со СПИДом.

Оксана Галькевич: Мы сейчас об этом поговорим, но прежде давайте выслушаем Игоря из Ростовской области. Игорь, здравствуйте. Говорите, пожалуйста.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте. У меня жена ВИЧ-инфицирована. Но, слава богу, мне повезло, я здоров, и ребенка родила она здорового. Но я считаю, почему так происходит у нас в стране? В последние десять лет мало информации, просто эта болезнь была пущена на самотек, поэтому у нас такое количество больных людей. Сейчас, за последние два года ситуация изменилась. Я считаю, что нужно больше рекламы, больше проводить бесед с молодежью.

Оксана Галькевич: Игорь, скажите, а у вас жена получает препараты лечебные? С обеспечением проблем нет?

Зритель: Проблем в Ростовской области с этим нет. Но дело в том, что все ВИЧ-инфицированные считают себя здоровыми. И они себя считает здоровой, она не получает, живет с этим диагнозом.

Наталья Ладная: Это очень плохо. Надо обязательно ей пойти и начать принимать антиретровирусную терапию, иначе угроза для ее жизни создается.

Зритель: Да. Ну, считают они, что это все выдумки.

Оксана Галькевич: А что, вы ее убедить в этом не можете? Как так?

Зритель: Нет, нет. Мы вместе не живем, так получилось.

Оксана Галькевич: Господи…

Александр Денисов: Это такая самозащита получается?

Наталья Ладная: Да, такая психологическая адаптация.

Александр Денисов: Это такая самозащита?

Зритель: Да, защита. И много ВИЧ-инфицированных таких. Поэтому происходит передача, они начинают разносить. Ну, получается такая ситуация, и это усугубляет. Поэтому по телевидению надо, я считаю, очень отнестись серьезно, потому что это эпидемия очень большая. И среди населения люди мало знают об этой болезни.

Оксана Галькевич: Да, спасибо, Игорь, спасибо.

Александр Денисов: Простите, Игорь, хотел еще уточнить, такой личный вопрос. То есть семья распалась именно после вот этого диагноза, да?

Зритель: Ну конечно, да. Потому что ребенка пришлось воспитывать одному мне из-за того, что она ВИЧ-инфицирована и не хочет принимать лекарства, лечиться.

Оксана Галькевич: Нет не по причине того, что вы узнали о болезни жены, не из-за этого?

Зритель: Нет, нет.

Оксана Галькевич: А по другим причинам, как бы сопутствовавшим, да?

Наталья Ладная: Да, да, да.

Оксана Галькевич: Все ясно. Спасибо.

Александр Денисов: Спасибо. Почему эта дремучая теория распространяется, и она такая живучая, как этот вирус, что вируса не существует, куча адептов?

Наталья Ладная: Ну, она не такая живучая.

Александр Денисов: Причем среди здоровых людей, которые говорят, что это все…

Наталья Ладная: Да, есть здоровые люди. В общем, на самом деле, конечно, они на себя большую ответственность принимают, когда такие изречения распространяют.

Александр Денисов: Да, грех на душу принимают.

Наталья Ладная: Грех на душу берут, да. Но большая часть, по нашим сведениям, – это именно ВИЧ-инфицированные, которые выбрали для себя такой тип психологической адаптации, то есть непризнание диагноза. Им легче жить, пока они не признают ВИЧ-инфекцию.

Оксана Галькевич: Наталья Николаевна, ну простите, вот бывшая жена нашего телезрителя – она выявленная, в числе тех, о ком медицина знает. Почему нельзя как-то этих людей… ну, осуществлять с ними связь, убеждать?

Наталья Ладная: Ну, связь-то можно осуществлять.

Оксана Галькевич: Да. Это я просто к тому, что…

Наталья Ладная: Но лечение у нас добровольное.

Оксана Галькевич: Простите. Когда женщина беременеет и встает на учет в женскую консультацию, ты попробуй там не приди неделю-две – тебе позвонят на работу и будут вынимать чайной ложкой мозг: «Где вы? Где вы? Приходите». Почему в этой ситуации нельзя сделать то же самое?

Наталья Ладная: Ну, я чувствую, личный опыт у вас…

Оксана Галькевич: Ну естественно.

Александр Денисов: Оксана, не соглашусь. Сейчас никто никому не звонит. Пожалуйста.

Оксана Галькевич: Звонят, звонят.

Наталья Ладная: Нет, звонят, звонят. Действительно, беременные в фокусе внимания, это правда.

Оксана Галькевич: Мне звонили, писали. Потом я еще и оправдательные в женской консультации писала, где я пропадала. Смысл в том, что…

Наталья Ладная: Нет, мы не можем нарушать права человека.

Александр Денисов: Может, он в частной клинике лечится.

Наталья Ладная: Человек имеет право отказаться от лечения.

Александр Денисов: Конечно.

Оксана Галькевич: От лечения?

Наталья Ладная: Ну, ему может не нравиться, скажем, какой-то конкретный врач или какое-то медицинское учреждение. У нас в законе написано…

Оксана Галькевич: Ну, не принуждение к лечению. Человек ставит в опасность свою собственную жизнь. И получается, что он подвергает опасности…

Наталья Ладная: Ну, свою собственную жизнь – нет. А вот то, что он подвергает опасности других… Существует даже уголовное наказание за угрозу заражения.

Александр Денисов: Спасибо.

Оксана Галькевич: Очень все серьезно. Спасибо большое.

Александр Денисов: Тему обсуждали с Натальей Николаевной Ладной, старшим научным сотрудником ЦНИИ эпидемиологии Роспотребнадзора. Спасибо.

Наталья Ладная: Всего доброго.

Оксана Галькевич: Мы не прощаемся с вами, впереди у нас еще очень интересная тема – будем говорить об авиастроении, о самолетах, и когда уже пересядем на свои собственные. Оставайтесь с нами, «Отражение» продолжается.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

Andrey Tom
Эта Наталья Ладная, вам многое не договаривает, если это нельзя назвать, что врет. Она с одной стороны открещиваясь говорит, что это не ее тема. А то, что нормы лечения в России давно отстают от всех норм рекомендованных ВОЗ в целях экономии бюджетных средств и является основной причиной высоких процентов заболеваемости в России, именно это она скрывает. Лечение в Европе и США уже давно назначается с момента выявления ВИЧ у пациентов, что снижает передачу ВИЧ во много раз. Поэтому там и низкая заболеваемость. А в нашей стране лечение начинается перед стадией СПИД, до этого момента может пройти и более 10 лет. Весь этот период риск передачи инфекции максимальный и риск осложнений для пациента больше.
  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты