Не до жировки! Как мы платим за коммуналку на карантине

Гости
Юлия Комбарова
генеральный директор «Юридического бюро № 1» (г. Санкт-Петербург)
Евгений Блех
заместитель директора центра управления ЖКХ Института отраслевого менеджмента РАНХиГС

Ольга Арсланова: Ну, а в российском правительстве иногда играют на нервах россиян. Вот, например, в Минфине отказались все-таки увеличить число льготников по ЖКХ. Ранее Минстрой предложил снизить максимальную долю семейных расходов на оплату коммунальных услуг с 22% до 15%. Но при этом регионы смогут свой порог устанавливать, не выше…

Петр Кузнецов: Не выше федерального, да.

Ольга Арсланова: А снижение доли расходов россиян на ЖКХ депутаты пробивают уже несколько лет. Это заявление сделала глава думского комитета по жилищной политике Галина Хованская. Но Министерство финансов пишет, что денег на эти цели не предусмотрено. По крайней мере, так сама Хованская заявила.

Петр Кузнецов: При этом тренд налицо. Россияне перестали платить за ЖКХ из-за коронавируса, рост количества злостных неплательщиков, а вдобавок нагрузка от оставшихся в изоляции россиян рискует стать серьезным испытанием для этой сферы, как говорят. Т. е. пока власти думают, как бы поддержать плательщиков во время пандемии, они просто игнорируют те самые жировки.

Ольга Арсланова: Согласно данным Росстата, в целом на начало года объем задолженности составлял почти 1,5 трлн. руб. И главные неплательщики – управляющие компании и население, на долю которых приходится 810 млрд. руб.

Петр Кузнецов: Бюджетные организации – 60 млрд. руб. Организации ЖКХ – 173 млрд. руб. Вот видите все эти цифры. Да, кстати, в пятерке худших с точки зрения платежной дисциплины в сфере ЖКХ, теперь к географии обратимся, это Москва, Московская область, Северо-Кавказский округ, особенно Дагестан, Челябинская и Свердловская области. Суммарно, по данным финэкспертизы, жители 45 регионов задолжали свыше миллиарда рублей.

Из оправданий должников на первом месте – отсутствие денег, треть просто забывает оплачивать вовремя, 15% из них считают, что цены на тарифы завышены, а 5% недовольны качеством услуг. Другие же, все оставшиеся, не считают, что за коммунальные услуги нужно платить.

Ольга Арсланова: Ну, вообще зачем, да.

Петр Кузнецов: Видимо, за такие коммунальные услуги.

Ольга Арсланова: А для многих семей оплата ЖКХ – неподъемная ноша. Вот одна из историй. Нечем платить за услуги Эльмире Трещевой из Астрахани. По профессии она парикмахер. В конце марта работы не стало, и теперь ее семья живет на пенсию супруга 8 тыс. руб. и детские пособия, это еще 20 тыс. У нее четверо детей.

Петр Кузнецов: За коммуналку Эльмира не платит 2 месяца, за свет, газ и воду уже накопился долг 6 тыс. руб. Экономит абсолютно на всем. Посуду многодетная мама моет в тазу и тратит на это всего 5 л воды в день. А стирает только тогда, когда соберется много белья.

Зритель: За ЖКХ мы платили ежемесячно, каждый месяц, до 10-го числа. Чтобы не было ни пеней, ни долгов. Сейчас вот последняя платежка у меня была в марте. Апрель, май заплатить мне нечем. И сейчас экономим практически на всем. Стараемся просто вот чисто на продукты тратить и на детское питание. Мяса практически нет. Потому что у нас были запасы свои – домашние куры у родителей, они нам давали, рыба. А сейчас вообще практически ничего нету.

Ольга Арсланова: Сейчас Эльмира с нетерпением ждет единоразовую выплату в 10 тыс. руб. на ребенка и рассчитывает с ее помощью расплатиться наконец-то с долгами.

Но это к тому, что не всегда неплательщики злостные. Иногда просто нечем.

Петр Кузнецов: Да, вы знаете, тут ко всему прочему, ко всему этому потоку информации еще новость сегодняшняя пришла. Которую мы прямо сейчас обсудим с Евгением Блехом. Это заместитель директора центра управления ЖКХ Института отраслевого менеджмента РАНХиГС. Здравствуйте, Евгений Михайлович.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Евгений Блех: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Я вот о чем. Наверняка вы слышали. Просто зачитаю. «В Госдуму внесен законопроект, предлагающий включить в стоимость тарифов на ЖКХ оплату общедомовых нужд». ОДН так называемый. Т. е. платежки, наоборот, вырастут сейчас, в этот период. «По оценкам авторов документа, это сделает систему оплаты ЖКХ более прозрачной, снизит социальную напряженность в стране и сократит число жалоб со стороны граждан. В то же время авторы предупредили: их инициатива увеличит итоговую сумму в жировках на 1,5% и 2%».

Ольга Арсланова: Самое время.

Петр Кузнецов: Что вам известно об этом ОДН? К чему это и в такой период увеличивать, как бы то ни было – прозрачно, непрозрачно, – и тем самым снижать социальную напряженность? Что это за предложение?

Евгений Блех: Мне трудно оценить эффективность этого предложения. Мне кажется, оно не очень продуманное. Не просчитанное экономически.

Петр Кузнецов: А оплата общедомовых – мы разве сейчас не оплачиваем их в том или ином виде?

Евгений Блех: Мы их все оплачиваем и так.

Петр Кузнецов: Да, да, вот.

Евгений Блех: И поэтому по оплате общедомовых расходов в общем-то нету больших проблем.

Мне кажется, что эта попытка приведет, если это будет реализовано, это приведет просто к росту платежей за тепло, воду, электроэнергию. За газ – этого, конечно, не коснется. Вот 3 самые большие расходы среди коммунальных услуг – это отопление. И если туда это будет включено, то, значит, население автоматически…

Ольга Арсланова: Так?

Петр Кузнецов: Да, Евгений Михайлович?

Ольга Арсланова: Сегодня происходит…

Петр Кузнецов: Да, мы сейчас Евгения Блеха перенаберем. Но скорее всего по телефону это сделать, чтобы связь уже не прервалась.

Ольга Арсланова: Вот нам пишет повар московской школы. Из Москвы, собственно. «Конечно, не до жировки. Сидим с марта дома без зарплат». Ну, мы понимаем, да, что сейчас, когда все семьи сидят в основном вместе дома и потребляют намного больше ресурсов, платежки тоже растут. А зарплаты нет.

Петр Кузнецов: О субсидиях вспоминает Ленинградская область. Пишет: «Положены же субсидии». Если положены, конечно. О субсидиях тоже сейчас поговорим и о льготных категориях обязательно. «Как брали комиссии с квитанции ЖКХ, так и берут. Как требовали подтверждающие документы, так и требуют». Это уже Ярославская область. Зафиксировали. Бюрократия тоже у нас будет присутствовать.

Ольга Арсланова: Ну, и ожидают того, что «теперь всю недостачу будут раскидывать на добросовестных плательщиков. В России, к сожалению, это так».

Да, давайте еще раз обратимся к статистике, о чем, собственно, речь. Вот смотрите данные Росстата: на начало года объем задолженности – триллион 300 млрд. рублей, главные неплательщики – управляющие компании и население, 810 млрд. руб. приходится на них. Далее идут бюджетные организации и организации ЖКХ. Т. е. получается, что основные неплатежи – в общем-то с нашей стороны и со стороны управляющих компаний.

Петр Кузнецов: Евгений Блех, это заместитель директора центра управления ЖКХ, напомним, Института отраслевого менеджмента РАНХиГС, с нами на связи. Он вернулся. Евгений Михайлович, как бы вы оценили… Все-таки, да, по телефону… Как бы вы оценили сейчас ситуацию с долгами по ЖКХ в стране? И в чем, только ли тут дело в повышении тарифов? Давайте разберемся с категориями неплательщиков.

Евгений Блех: Давайте, давайте. Во-первых, самое главное. Самый добросовестный плательщик за жилищно-коммунальные услуги – это население. Среди населения самый добросовестный – это пенсионер.

Ольга Арсланова: Хоть и не самый богатый, но платит часто лучше обеспеченных.

Петр Кузнецов: Т. е. первое. что они делают, когда приходит пенсия, это оплачивают услуги ЖКХ. Вот так, да?

Евгений Блех: Эта привычка осталась с советских времен.

Петр Кузнецов: Так…

Ольга Арсланова: Так. Это самые дисциплинированные.

Петр Кузнецов: Они нам помогают улучшать статистику. А вот дальше?

Евгений Блех: Они очень дисциплинированные. Общий объем платежей населения по тем платежным документам, которые им выставляют, составляет 95%. Составлял 95% на начало года. Т. е. в декабре, январе, феврале население оплачивало 95% всех объемов, от всего объема жилищно-коммунальных услуг. Ну, больше, уж 5%-то на разные там потери.

Самые недобросовестные плательщики – это бюджетные организации. Всех категорий. Это самые недобросовестные. Ну, и военные организации.

Ольга Арсланова: А почему, Евгений Михайлович? В чем дело? Их просто не будут отключать до последнего, по закону?

Евгений Блех: Конечно, конечно.

Ольга Арсланова: И поэтому они себе позволяют такие вольности?

Евгений Блех: Ну конечно. Да. Ну, не платит за жилищно-коммунальные услуги, там, детский садик, больница, школа и т. д. Ну, что с ней сделаешь? Ничего не сделаешь. Это опять же такие традиционные: плательщики положительные и плательщики, так сказать, не совсем положительные.

Теперь ситуация в марте месяце резко поменялась. Ситуация экономическая резко изменилась. И к концу года, по некоторым экспертным оценкам, собираемость с населения может упасть до 60-70%. Было 95%, станет 60-70%. Это при лучшем варианте развития событий.

Что касается оплаты услуг чисто за коммунальные услуги… У нас ведь есть жилищные услуги (это то, что мы платим за эксплуатацию жилищного фонда) и есть коммунальные услуги (это тепло, вода, электроэнергия, газ, водоотведение и т. д.). За коммунальные услуги упадут, конечно, существенно сильнее. На наш взгляд, я имею в виду – на взгляд экспертов, которые занимаются этими проблемами, оплата за коммунальные услуги может упасть до 40%.

Петр Кузнецов: Т. е., давайте, просто чтобы представить: кто категорию неплательщиков вот в этот период дополнит эту компанию? Кто начнет не платить?

Евгений Блех: Это прежде всего малый и средний бизнес.. Традиционный неплательщик – бюджетные организации – останется.

Петр Кузнецов: Останется, ну, конечно.

Евгений Блех: Добавится к ним нетрадиционный неплательщик – это предприятия малого и среднего бизнеса.

Петр Кузнецов: Ага.

Евгений Блех: По вполне объективным причинам. Они, так сказать, потеряли все, что можно было потерять в этой ситуации. Я имею в виду доходы. И они просто не будут платить.

Петр Кузнецов: Т. е. вот эта несущественная до этого, казалось бы, в их масштабах деятельности сумма для них сейчас уже существенная?

Евгений Блех: Для них всегда это была большая сумма.

Петр Кузнецов: А, всегда была большая?

Евгений Блех: Они всегда, малый и средний бизнес платил и за аренду, и за жилищно-коммунальные услуги. Он не может сегодня платить ни за аренду, ни за жилищно-коммунальные услуги. Ему не с чего, у него дохода нет.

Петр Кузнецов: Ну да, с арендой понятно.

Ольга Арсланова: Евгений Михайлович, как вам кажется, какая помощь могла бы сейчас быть актуальной для людей во время самоизоляции? Ведь очевидно, что помогать нужно.

Евгений Блех: С моей точки зрения, если чисто экономически все рассчитывать: все, что было возможно со стороны государства оказать посильную помощь всем пострадавшим – гражданам, бизнесу, прежде всего малому и среднему, бюджетным организациям, – практически все сделано. Ну, что? Раздавать деньги? Но это глупо. И, конечно, правильно сделали, что на это не пошли. Поддержали самых, так сказать, тех, кто оказался в очень тяжелой ситуации. Это семьи с детьми. Что еще можно сделать? Я не знаю. Все, что могли сделать, сделали. Остается только вот, ну, перетерпеть эту болезнь. Але?

Ольга Арсланова: Да-да. А скажите, если вот эти неплатежи, о которых мы сейчас говорили…

Евгений Блех: Да.

Ольга Арсланова: …они, собственно, скорее всего будут нарастать, чем дольше мы будем сидеть в этом режиме. Что будет в сфере ЖКХ? Что будет с ресурсоснабжающими организациями и с качеством услуг, в конечном итоге, которые они предоставляют?

Евгений Блех: ЖКХ останется. Это очень серьезная отрасль. Никто ее разорять не будет, не станет и не посмеет. Управляющие организации, конечно, оказались в сложной ситуации, потому что им, с одной стороны, не платит население (ну, хуже стали платить население), а с другой стороны, на них будут давить и давят ресурсоснабжающие организации, которые требуют с них (с меня-то чего брать?) оплату, своевременную оплату за коммунальные услуги.

Я думаю, что качество жилищных коммунальных… жилищных (я подчеркиваю: жилищных услуг) может несколько снизиться за счет того, что управляющие организации будут вынуждены перераспределять средства. И брать их, меньше делать текущего ремонта для того, чтобы выполнить часть очень сложных работ, связанных, например, с дезактивацией, дератизацией. Вот.

Что касается коммунальных, предприятий ресурсоснабжающих, т. е. оказывающих коммунальные услуги, они потеряют доходы, но для них, я уверен, что это не смертельно. Они потеряют доходы, но не смертельно.

Петр Кузнецов: Не смертельно? Т. е., я хотел о фантастическом сценарии поговорить, но давайте его все равно проговорим, Евгений Михайлович.

Евгений Блех: Да.

Петр Кузнецов: Есть такой инструмент в период кризиса, когда, чтобы повысить сбор, ты снижаешь цены. Можно ли рассчитывать хоть на 1% на то, что тарифы могут быть где-то пересмотрены, т. е. обратный пересмотр тарифов? У нас-то они, как правило, мы привыкли, что они только повышаются.

Евгений Блех: Убежден, что этого не стоит ждать.

Петр Кузнецов: По крайней мере, я попытался.

Евгений Блех: Единственное, на что можно рассчитывать, это в дальнейшем не такой резкий рост тарифов.

Петр Кузнецов: Ага. Это максимум?

Евгений Блех: Снижения не будет.

Петр Кузнецов: Да.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Своего рода такая заморозка. Смоленскую область послушаем. Анжелика, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Добрый день.

Петр Кузнецов: Евгений Михайлович, не отключайтесь. Может быть, у вас будет возможность прокомментировать.

Евгений Блех: Хорошо, хорошо, я жду.

Петр Кузнецов: Да, послушаем вместе. Говорите, пожалуйста, Анжелика.

Зритель: Алло, здравствуйте. Я звоню со Смоленской области. Дело в том, что буквально вчера моя мама, ей 74 года, она получила платежную квитанцию, т. е. как президент обещал, подорожания коммунальных услуг не будет до июля месяца, а уже подорожание с мая на обслуживание и ремонт на 240 руб. И мало того, что соседний дом так же, снимая хотя плату за обслуживание и ремонт, уже собирают деньги на какие-то трубы в подвале. У нас эта компания как-то беспредельствует, ну, беспределом занимается. Куда обратиться, мы даже не знаем.

Петр Кузнецов: Ага. Плюс 240 руб. получается?

Зритель: Да, да…

Петр Кузнецов: Но это…

Зритель: …прибавили к обслуживанию и ремонту 240 рублей, вот моей маме. Мы еще квитанции не получали, но уже это за май платежка.

Петр Кузнецов: Это за май. Хотя обещание, еще раз, мы все слышали. Да, спасибо. Евгений Михайлович…

Евгений Блех: Да?

Петр Кузнецов: …но это довольно существенная сумма, на самом деле. 240 руб. Это не какие-то там плюс 20, для кого-то незаметные.

Евгений Блех: Да-да.

Ольга Арсланова: Т. е. очевидно, какое-то должно быть основание для этого, серьезное.

Евгений Блех: Мне трудно оценить ситуацию в городе Смоленске. Я знаю, что в Москве и в ряде регионов (возможно, и в Смоленске тоже) отменили сбор платы за капитальный ремонт. Приостановили на 3 месяца сбор платы за капитальный ремонт.

Ольга Арсланова: А, понятно.

Евгений Блех: Вот. Это о чем говорит? Во-первых, с одной стороны, населению дали небольшую, так сказать, передышку в оплате жилищно-коммунальных. Это все-таки очень приличная сумма. Где-то в среднем 15-20 руб. с квадратного метра общей площади за квартиру. Ну, в среднем…

Петр Кузнецов: Да, понятно, понятно.

Евгений Блех: Но это на 3 месяца. Ну, что еще можно сделать? С моей точки зрения, все-таки делается все возможное в реальных экономических…

Ольга Арсланова: Да. Спасибо вам. Евгений Блех, заместитель директора центра управления ЖКХ Института отраслевого менеджмента РАНХиГС, был у нас в эфире.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Мы продолжаем. «Газовики подняли тариф за техническое обслуживание, которого по факту не делают», – пишет Белгородская область. Смоленская область сообщает: «У нас тарифы завышены». Ну, и жалуются многие на качество предоставляемых услуг. Во всех регионах, которые у нас сейчас…

Петр Кузнецов: Да, самое время пожаловаться. Потому что использовать участие нашего второго эксперта. Это Юлия Комбарова, генеральный директор «Юридического бюро № 1» из Санкт-Петербурга. Здравствуйте, Юлия.

Юлия Комбарова: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Мы сразу можем Владимирскую область к нам подключить и вопрос от Натальи.

Ольга Арсланова: Да, начнем с Натальи.

Зритель: Здравствуйте. Вы меня слышите?

Ольга Арсланова: Да, слушаем.

Петр Кузнецов: Да, все втроем, да.

Зритель: Да. Здравствуйте, еще раз. У меня вот такая история, очень интересная. Мы с мужем пенсионеры. Живем в Вязниковском районе в сельской местности. Мы оплачиваем всегда очень регулярно все платежки. У нас долгов никогда нет. И буквально перед коронавирусом, как всех на самоизоляцию посадить, у нас приходит платежка за газ, в которой стоит очень большая сумма. Мы не можем этот вопрос решить, вот так вот не съездить в эту организацию. У нас нет ни Интернета с мужем, все. Мы, значит, туда звоним. Нам сказали: «Ждите конца самоизоляции, потом будем решать вопрос». Самоизоляция продлевается, вот, мы этот вопрос решить никак не можем, нам уже приходит платежка следующего месяца. У нас накапливаются долги. Мы с мужем переживаем. Мы не знаем, как писать. Там пишут цифры, которые в общем мы уже и не писали в платежках. Вот. Хотя газовый счетчик стоит. Потом мы дозваниваемся туда и начинаем разбираться. Разбирались очень долго. Подняли все платежки – за предыдущий год, с начала года. Все цифры сказали. Разобрались, в общем, в конечном итоге. И заплатили все эти долги.

И через два дня нам приходит бумага, что на нас подают, в общем, за неуплату долгов в суд. Вот. Это очень интересно. Потому что когда отправляли всех на самоизоляцию, сказали, что можно где-то и задержать оплату платежек… ну, как-то так вот.

Ольга Арсланова: Да, ясно. Хорошо, спасибо. Юлия Комбарова, давайте тогда сразу с такого рода вопросов и начнем.

Юлия Комбарова: Но смотрите. Во-первых, в первую очередь, конечно, у нас речь идет о том, что у нас есть такой сайт стопкоронавирус.рф. На нем как раз таки у нас опубликованы, какие меры поддержки на текущий момент действуют в отрасли ЖКХ. И одна из мер поддержки как раз таки касается того, что на текущий момент, по идее, выдано распоряжение о том, что, во-первых, не начисляются пени за просроченные долги, это раз; а во-вторых, временно приостановлено принудительное взыскание задолженности. Т. е. это как раз таки обращение в суд на текущий момент, которое, собственно, пытается инициировать управляющая компания.

Соответственно, в данный момент, на текущий момент т. е., вы получили обращение из управляющей компании, с тем учетом, что, действительно, самоизоляция и, к сожалению, обратиться к ним напрямую никак нельзя, а первым этапом можно, как минимум, отправить им по почте обращение, ссылаясь на текущие нормы. Их все можно посмотреть опять-таки… но если нет Интернета, по крайней мере, да, я озвучивала их на текущий момент, что – да, вынесены точно две меры. Что, во-первых, … начисление пеней по неплатежам, и, во-вторых, временно остановлено принудительное взыскание долгов за ЖКХ и за услуги связи.

Соответственно, только основываясь на этом, вы можете, ну, созвониться, во-первых, озвучить это словами управляющей компании, либо отправить письменное им, письмо с таким уведомлением, грубо говоря, которое основывается именно на этих данных.

Ольга Арсланова: Ага. Когда мы говорим о том, что люди отказываются оплачивать услуги ЖКХ, как правило, о чем идет речь? Т. е. у них нет денег? Или у них есть какие-то основания не доверять платежкам? Вот по вашему опыту, кто эти люди?

Юлия Комбарова: На самом деле да, здесь несколько категорий граждан. В первую очередь, конечно, все равно озвучить тех, у кого физически нет денег, соответственно, они задерживают оплату, да. Но часто, очень часто мы сталкиваемся с теми, кто не хочет платить именно по причине того, что они не согласны с тарифами, им не нравится качество оказываемых им услуг. Т. е. здесь случается такой принципиальный момент, что они уже не оплачивают данные услуги в связи с тем, что их не устраивают тарифы, которые в одностороннем порядке, естественно, управляющая компания пересматривать не собирается. А что касается качества услуг, то большинство претензий к управляющей компании опять-таки остаются без удовлетворения. Качество услуг не меняется. Соответственно, граждане придерживаются здесь своей принципиальной позиции зачастую: вот именно, что они не платят на основании качества услуг и тарифов, которые их не устраивают.

Ольга Арсланова: А им удается доказать свою правоту в суде, как-то чего-то добиться?

Юлия Комбарова: Да, на самом деле очень редко, очень редко суд встает на сторону именно пользователя. Очень часто он встает на сторону именно управляющей компании. Потому что действительно большинство вещей, грубо говоря, являются очень субъективными. И на самом деле минимальным каким-то нормам соответствуют. На самом деле вот. Но на текущий момент мы имеем не совсем удовлетворительную практику. Т. е. у нас буквально, может быть, 10-15%, когда действительно пересматриваются либо тарифы, либо там действительно снимается какая-то часть оплаты, потому что услуги были оказаны не должным образом.

Петр Кузнецов: Вот смотрите, как раз новость хотел зачитать. Ну, как она новость, это 2 года назад произошло, даже больше. «Областной суд Нижнего Новгорода признал тариф энергетиков, утвержденный местной службой по тарифам, завышенным и экономически необоснованным. Прокуратура обнаружила, что нижегородцы платили не только непосредственно за свет, но и за такие непроизводственные расходы компании, как вневедомственная охрана, самореклама и прочее». Т. е. этот пример довольно типичен, наверное, для России, но не типичен в плане решения суда в пользу пострадавших, да?

Юлия Комбарова: На самом деле, да, это такое, грубо говоря, когда приобретает именно общественный резонанс. Когда не один собственник недоволен, грубо говоря, качеством услуг либо тарифами, а когда люди объединяются и пишут коллективную жалобу, коллективное обращение, это имеет наибольший вес. Т. е. в принципе в рамках и пересмотра тарифов, в рамках и качества оказания услуг. Соответственно, конечно, здесь надо действовать по нескольким фронтам. Здесь пишутся заявления, и начиная с самой управляющей компании, и заявления в суд, и заявления в прокуратуру.

Соответственно, конечно, это такой большой объем работы. Мы когда сталкиваемся с этим, то естественно, конечно, есть такие, скажем так, активные граждане, которые объединяются на других людей и собирается большое количество подписей. Тогда, действительно, в связи с общественным резонансом и с большим количеством исков можно получить удовлетворительный результат. Поэтому, конечно, надо коллективно объединяться. Если действительно имеет место быть какое-то, ну вот такое сильно незаконное решение, с таким тоже иногда сталкиваемся, бывает, – ну, вот это наиболее, конечно, эффективно получается.

Ольга Арсланова: Т. е. лучше сообща. Нам тут пишут: «А за что платить, если подъезды не моют месяцами, неделями? Город Коломна. Как платить?» Если вы точно уверены, что вам не оказывается услуга, за которую вы платите, или оказывается некачественно, с чего начать?

Юлия Комбарова: Вообще всегда мы начинаем (если, мы уж не говорим про то, что мы не можем связаться с управляющей компанией), в принципе мы начинаем именно с выяснения данных отношений с управляющей компанией. Т. е. мы просим некую расшифровку, за что нам начисляются тарифы, что включено в квитанцию. И соответственно, если речь идет о том, что там включены какие-то доп. услуги, как мы говорили, типа вневедомственной охраны и т. д., что действительно будет разъяснено. Соответственно, если мы говорим о том, что действительно какие-то услуги были оказаны некачественно, то опять-таки, ну, все начинается как бы с обычной претензии в управляющую компанию, где вы рассказываете свою позицию и соответственно прикладываете какие-то определенные доказательства и просите это пересмотреть.

Как правило, если это, опять-таки, не коллективная претензия, возможно, вы получите отказ. И в дальнейшем чаще всего все-таки управляющая компания в досудебном порядке не идет на какие-то такие соглашения, все это решается через суд, со сбором доказательств. И уже судья принимает решение именно по факту некачественного оказания услуг.

Ольга Арсланова: Но вот пока идут эти рассмотрения, имеет ли человек право просто этот кусочек из своей жировки не оплачивать? Не будет ли потом ему это все накапливаться и начисляться, не будет ли у него проблем из-за этого?

Юлия Комбарова: Ну, смотрите, конечно, пока будет не установлено судом и не отменен какой-то тариф и какие-то платежи, то, конечно, во-первых, на них будут начисляться пени в любом случае. Конечно, все это будет сказываться не очень хорошо, скажем так, в любом случае. Т. е. в любом случае управляющая компания будет сохранять возможность и подачи заявления в суд, она будет сохранять возможность и звонить, напоминать о долге, и писать претензии, и т. д. Т. е. в любом случае.

Если, конечно, если существует определенная уверенность, что действительно тариф незаконен, действительно сумма завышена и вы знаете, что вам ее отменят, соответственно и отменят все штрафы и санкции за нее, то, конечно, имеет смысл в данном случае часть этого долга не оплачивать. Хотя, однако, даже если вы его сейчас оплачиваете, в любом случае в дальнейшем вы сможете вернуть эти денежные средства – так же определить иск к управляющей компании. И, более того, взыскать процент за пользование денежными средствами, взыскать штрафные санкции, заласкать ваши расходы. Т. е. на самом деле теоретически деньги можно будет вернуть и даже как бы, грубо говоря, с процентами за использование, в любом случае.

Но здесь, конечно, это такой личный момент. Я не буду рекомендовать никому не платить. Но поступают граждане по-разному.

Петр Кузнецов: Да, очень часто этот вопрос нам задают, когда тема касается так или иначе сферы ЖКХ. «Почему за оплату ЖКХ в банках берут комиссионные сборы?» Это Пенза спрашивает.

Юлия Комбарова: Ну, потому, что на самом деле банки – это частные организации. Конечно, они могут устанавливать свои тарифы на выполнение каких-либо операций. Это в любом случае. Т. е. если мы говорим про такие тарифы. Т. е. существуют иные способы оплаты, на самом деле, но в большинстве своем – да, действительно, как бы… Здесь, к сожалению, на это никак повлиять нельзя. Это коммерческая организация, они вправе устанавливать свои тарифы.

Петр Кузнецов: Вправе, ага.

Ольга Арсланова: Спасибо вам. Генеральный директор «Юридического бюро № 1» из Санкт-Петербурга Юлия Комбарова. Мы говорили о платежах за услуги ЖКХ. Во время карантина неплательщиков стало больше.

Петр Кузнецов: Это была дневная часть программы «ОТРажение», которую для вас провели Петр Кузнецов и Ольга Арсланова.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
И что будет с ценами на услуги ЖКХ после него?