Никита Исаев: Прогнозами, какой будет пенсия в 2043 году – вот чем занимаются наши экономические власти! Вместо разработки программ и стратегий

Никита Исаев: Прогнозами, какой будет пенсия в 2043 году – вот чем занимаются наши экономические власти! Вместо разработки программ и стратегий | Программа: ОТРажение | ОТР

Рубрика «Личное мнение»

2018-10-26T17:35:00+03:00
Никита Исаев: Прогнозами, какой будет пенсия в 2043 году – вот чем занимаются наши экономические власти! Вместо разработки программ и стратегий
Как начать своё дело. Рейтинг качества жизни. Международное напряжение. Средства индивидуальной мобильности
Политика глобального похолодания
Наши жизненные ГОСТы
Больше половины россиян хотят стать предпринимателями
Россияне стали меньше покупать лекарств
Международное напряжение
Жить качественно - это как?
Электросамокат приравняют к мопеду
В Госдуме планируют ввести новый налог для работодателей
Регионы. Что нового. Абакан, Уфа. Нальчик
Гости
Никита Исаев
директор Института актуальной экономики

Рубрика «Личное мнение». О бюджете на ближайшие три года. Согласно документу, впервые с 2014 года бюджет должен стать профицитным. Гость в студии - директор Института актуальной экономики Никита Исаев.

Петр Кузнецов: Это программа «Отражение», мы снова в прямом эфире. Это по-прежнему Оксана Галькевич и Петр Кузнецов.

Оксана Галькевич: И по-прежнему Петр Кузнецов, да.

Петр Кузнецов: Еще полтора часа в прямом эфире вместе с вами в рамках вечернего блока программы «Отражение».

Оксана Галькевич: Давайте напомним о том, что будет через полчаса.

Петр Кузнецов: С удовольствием!

Оксана Галькевич: Друзья, в начале следующего часа мы подведем итоги нашего недельного исследования в рамках рубрики «Реальные цифры». На этой неделе спрашивали вас: сколько платите за кубометр газа? И вы знаете, очень интересная получилась такая картина по стране, и очень разная. Какая на самом деле – расскажем вам через полчаса где-то. Где самый дешевый, где самый дорогой газ в России? Почему такие разные суммы? От чего вообще, в принципе, это зависит? Присоединяйтесь к обсуждению, мы в прямом эфире, звоните и пишите.

Петр Кузнецов: Вряд ли только от географии.

Оксана Галькевич: Да.

Петр Кузнецов: Впрочем, все узнаем. А прямо сейчас у нас «Личное мнение». Госдума приняла в первом чтении проект бюджета на 2019–2021 годы. И ожидается, что уже в следующем году этот самый бюджет станет профицитным: доходы запланированы на уровне 20 триллионов рублей, а расходы – 18 триллионов. То есть профицит в следующем году составит ну почти 2 триллиона рублей, или 1,8% ВВП.

Оксана Галькевич: Профицит ожидается и потом, впоследствии: в 2020 году – он составит уже 1,2 триллиона; в 2021-м – 952 миллиарда. Нужно отменить, что документ впервые с 2014 года прогнозирует вот такое замечательное явление – профицит.

Петр Кузнецов: Замечательно. Узнаем, что же такого особенного произойдет. Личное мнение директора Института актуальной экономики Никиты Исаева, он с нами в студии в ближайшие полчаса. Здравствуйте, Никита.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Никита.

Никита Исаев: Добрый вечер.

Петр Кузнецов: А можно вот с последнего? Вижу, что ЦБ сохранил ключевую ставку на уровне 7,5% годовых. Рубль вроде бы как отреагировал нейтрально. Как вы отреагировали на это?

Никита Исаев: Ну, я тоже отреагировал нейтрально, потому что, собственно, во-первых, это ожидаемая совершенно история, а во-вторых, ЦБ не давал никаких сигналов по изменению денежно-кредитной политики. Собственно, снижать учетную ставку и, как следствие, увеличивать объем инвестиционных возможностей российской экономики ЦБ не готов. ЦБ готов идти к тому самому таргетированию инфляции, то есть удержанию ее в пределах неких норм, которые считают достаточными для социальной стабильности в российской экономике.

Оксана Галькевич: Никита, смотрите. Мы говорили о том, что у нас профицитный бюджет ожидается – замечательная на самом деле новость. Это означает, что вот эта история «денег нет, но вы держитесь», она заканчивается для нас?

Никита Исаев: Да нет, это ложь.

Оксана Галькевич: Деньги есть!

Никита Исаев: Нет, это ложь, никакого профицита. Можно нарисовать его каким угодно.

Петр Кузнецов: Можно ожидать чего угодно.

Никита Исаев: Ну смотрите, что такое бюджет?

Оксана Галькевич: Ну подождите, подождите…

Никита Исаев: Что такое бюджет? И что такое профицит? Это превышение доходов над расходами.

Оксана Галькевич: Это же классно!

Петр Кузнецов: Мы узнали, что это 2 триллиона.

Никита Исаев: В последние годы, с 2015-го по 2018-й, нынешний год, предполагалось, что у нас расходы превышают доходы. И мы покрывали соответствующие недостающие средства из Фонда национального благосостояния, куда выгоняли деньги сверх 40 долларов от нефти, которые мы получаем. В следующем году мы решили сделать следующим образом: мы сделали, нарисовали профицит, ну, запланировали нарисованный профицит. Но это – ложь. На самом деле будет дефицитный бюджет, потому что из этого бюджета почти 3,5 триллиона рублей (то есть больше, чем 2 триллиона, о которых вы говорите) уйдет сразу в Фонд национального благосостояния. То есть получается, что у нас будет дырка в 1,5 триллиона рублей, которые будем заимствовать на внутреннем рынке.

Петр Кузнецов: Простите, а что за необходимость перечислять вот эти суммы в Фонд национального благосостояния?

Никита Исаев: Для того чтобы поддерживать то, что… в интересах которых работает наш бюджет и наша российская экономика, в интересах наших убыточных государственных корпораций, которые получают из Фонда национального благосостояния средства на свои инвестиционные программы. Например, «Газпром» – 1,3 триллиона рублей. Значит, «Роснефть» – почти триллион рублей. «РЖД» получает 630 миллиардов рублей. Это то, что идет на эти компании. Они убыточные.

Оксана Галькевич: Может, они регионы поддерживают?

Петр Кузнецов: Поэтому мы этот сундучок и набиваем?

Никита Исаев: Мы набиваем этот сундук для того, чтобы еще указать, что у нас нефтегазовые доходы снижаются. Вроде как мы отправляем в Фонд национального благосостояния, а не в бюджет. И мы говорим: «У нас меньше теперь доходов от нефти и газа». А на самом деле от нефти и газа у нас все, потому что мы просто крутим-вертим, печатаем деньги, отправляем туда, потом возвращаем здесь. И получается, что банки прокручивают все это, получают сверхдоходы. А нам рассказывают, что у нас есть профицит. И можно этой бумажкой, бюджетом, махать и говорить: «У нас экономика вышла из кризиса. Какое прекрасное правительство! И какая прекрасная Государственная Дума, которая утверждает такие прекрасные бюджеты развития», – о которых нам говорит председатель Комитета по бюджету и экономике Макаров в Государственной Думе.

Оксана Галькевич: То есть бюджеты регионов тоже не получат никакой поддержки? Социальные программы не будут усилены?

Никита Исаев: Значит, объем социального финансирования уменьшается, причем уменьшается как в абсолютных цифрах… Он у нас запланировал 4,2 триллиона рублей, сейчас будет 4,7 к 2021 году, но с учетом инфляции это еще меньше, разумеется. Уменьшаются расходы на здравоохранение. Уменьшаются расходы на социальные выплаты. Уменьшаются расходы на поддержку малого и среднего бизнеса – аж на 15%.

Оксана Галькевич: Подождите! Как это уменьшаются? У нас же нацпрограмма!

Никита Исаев: Было 57 миллиардов рублей, предполагалось…

Оксана Галькевич: У нас же нацпроект!

Петр Кузнецов: У нас 12 нацпроектов.

Оксана Галькевич: И вот один из них.

Никита Исаев: Сейчас, секундочку! Я вам все объясню.

Оксана Галькевич: Как раз бюджет на них и завязан.

Никита Исаев: Итак, на малый и средний бизнес у нас было запланировано в этом году 57 миллиардов рублей, в следующем году будет 47 миллиардов рублей. Более того, не расписано, на кого и по каким принципам это будет направлено. Иными словами, это абсолютный хаос и непонятно что. А во-вторых, с учетом того, что это абсолютно небольшие цифры, а мы говорим о конкурентности экономики, которая через частный сектор должна происходить, то, разумеется, мы просто это оставили по остаточному принципу.

Относительно нацпроектов. Слушайте, помните, когда Владимир Путин становился президентом, он сказал: «Нужно 8 триллионов рублей сейчас. Правительство, пожалуйста, найдите на новые Майские указы». И Правительство побежало повышать пенсионный возраст, повышать НДС, повышать акцизы, повышать тарифы ЖКХ и так далее, чтобы, соответственно, набить вот эту «кубышку». Не набили, но уже забыли об этих 8 триллионах рублей. Сейчас говорят о неких новых нацпроектах – 23 или 26 триллионов рублей Тоже непонятная совершенно история – на что? Когда попытались забрать у крупных компаний, металлургов и химиков, полтриллиона рублей сверхдоходов, которые они получают от экспорта (потому что рубль-то упал – соответственно, теперь рубль дешевый, и можно взять эти полтриллиона), они сказали: «Нет, давайте мы вам будем давать вместе с государством деньги на различные проекты. Если у нас это не пойдет, вы нам еще вернете». То есть мы даже не можем забрать у этих олигархов денежные средства.

Плюс еще нам говорят сейчас, что 46 триллионов рублей для инвестиционных проектов, о которых говорит Силуанов, первый вице-премьер, министр финансов. В общем, короче, мы все запутались в этих триллионах, десятках триллионов. А по большому счету, в следующем бюджете из людей вытащат через НДС 960 миллиардов рублей, то есть мы с вами покроем ценами в магазине. Плюс тарифы ЖКХ, которые на 9% вырастут в следующем году. Итого, мы с вами в этот бюджет, вот мы с вами внесем 1 триллион 640 миллиардов рублей.

Оксана Галькевич: Это и есть те самые заимствования на внутреннем рынке?

Никита Исаев: Нет. А заимствования увеличатся в 2,5 раза. Это будет 1,5 триллиона рублей. Мы будем заимствовать, Центробанк будет печатать деньги, потом покупать облигации, прокручивать эту историю, выкупать через свои государственные банки (ВЭБ, ВТБ и так далее), которые будут, соответственно, пополнять бюджет за счет нашей эмиссии. А это будет увеличивать инфляцию. Вот и вся экономика, которую принимает Государственная Дума.

Оксана Галькевич: То есть тоже в некотором смысле… Друзья, вы пишете… Петя, прости. Тут просто многие люди пишут, что они рады видеть Никиту в прямом эфире. Кто-то рад в меньшей степени, кто-то – в большей. Друзья, вы можете просто позвонить в прямой эфир (телефон у вас на экране указан), вы можете написать нам SMS-сообщение – все это совершенно бесплатно. Давайте уже выходите на связь.

Петр Кузнецов: Никита, вы сказали, что здесь уменьшается… Расходных статей нет, мы выяснили, да? Полный хаос. Но что-то где-то увеличивается?

Никита Исаев: Увеличиваются расходы на национальную оборону.

Петр Кузнецов: На оборону, как всегда?

Никита Исаев: Ну конечно! Было 2,9 триллиона, а сейчас – 3,16. Почему? Потому что у нас гонка вооружений начинается. Она проанонсирована на этой неделе, так сказать, после визита советника по национальной безопасности США в Россию, после заявлений Трампа о выходе из различных договоров по ограничениям. Владимир Путин сказал о том, что… «Ну что же, мы втягиваемся. Нам предложили – мы втягиваемся». И дальше сразу наши государственные эксперты говорят: «Не хочешь кормить чужую армию… вернее, свою армию – будешь кормить чужую». И все. И вот мы идем на увеличение этих расходов.

Также увеличиваются расходы на различные наши правоохранительные органы, то есть МВД, ФСО, которая теперь будет являться еще и балансодержателем имущества, Федеральная служба безопасности и другие. Более того, Росгвардия после ситуации в Керчи говорит: «Дайте нам еще денег на обеспечение охраны в образовательных учреждениях». Причем на образование объем расходов не увеличивается, а с учетом того, что инфляция, уменьшается, но, соответственно, на охрану (вопрос: каким образом они будут это охранять? Я не очень себе представляю. И они не представили этого плана) это будет увеличиваться. Вот так мы и расходуем средства.

Оксана Галькевич: Смотрите, но нам-то казалось… Когда мы услышали слово «профицит», мы подумали: ну о’кей, еще непонятно, на что эти деньги могут быть потрачены. Может быть, мы плохо себе представляем. Но по крайней мере, если вдруг каким-то образом изменится ситуация – новый кризис, что-то там еще, – у нас есть «подушка безопасности»!

Петр Кузнецов: Санкции, нефть будет низкая.

Оксана Галькевич: А оказывается с ваших слов, что у нас не то что «подушки безопасности» нет, а мы вообще просто не пристегнуты по полной программе.

Петр Кузнецов: Нет, ну зато оборона, зато мы будем защищены очень хорошо, нас будут охранять хорошо.

Никита Исаев: Потому что наша экономика, чтобы вы понимали, – это наши государственные корпорации, она вся практически стала государственной. То есть приходит Шувалов к Путину, который не вице-премьер уже первый сейчас, а который председатель правления Внешэкономбанка, и говорит: «У меня дыра там с прошлых лет – 400 миллиардов рублей. Закройте сейчас вот из бюджета, из Фонда национального благосостояния, чтобы я дышал спокойно, выдавал новые деньги. А через пару лет снова якобы приду и буду это все делать». Вот как это происходит.

То же самое – «РЖД». У «РЖД» отказались теперь платить дивиденды в бюджет (а «РЖД» – это на 100% государственная компания), и им простили до 2025 года почти по 9 миллиардов рублей ежегодно платить в бюджет. Понимаете? Более того, они имеют еще льготы по НДС, они имеют льготы по налогу на имущество, они имеют инвестиционную программу, как я вам говорил, на 630 миллиардов рублей. А прибыль «РЖД»… Вы думаете, что она какая-то убыточная компания? В этом году прибыль увеличивается в 14 раз!

Оксана Галькевич: Так вот я и хотела спросить…

Никита Исаев: И прибыль – 140 миллиардов рублей, которые они направляют не на то, чтобы субсидировать железнодорожные перевозки, а для того, чтобы обеспечивать свою прибыль, еще и из государства брать. Вот как происходит.

Оксана Галькевич: А чего же им тогда прощают? Они такие прибыльные компании, замечательные, у них нормально с менеджментом все. Ну, я имею в виду… ну, раз есть прибыль.

Никита Исаев: Объясню. Это так же, как и «Газпром», который не может провести трубу к своим людям по всей стране – в Забайкалье, на Дальнем Востоке, в Сибири, на Урале. Мимо идет труба, и минимум 300 тысяч рублей нужно на подключение. Но нам нужно как можно больше труб! И направлять это в Китай, и по себестоимости мы будем продавать это через «Силу Сибири». И «Северный поток 2», который нам не финансируют иностранцы, а будет сам «Газпром» финансировать. Причем еще и своим же подрядчикам, «Стройгазконсалтингу», покупает 50% этого подрядчика, ему же дает эти контракты на работу. То есть вот таким образом происходит работа. Так же и «РЖД», которому нужно просто обеспечивать в интересах своих подрядчиков прибыль, а сам остается с тем, чтобы не платить деньги в бюджет, дивиденды, которые должен платить. И «Газпром», который заплатил в прошлом году не 50% от прибыли, а 26% – в 2 раза меньше! И получается, что мы до бюджета не добираемся, а мы в интересах этих компаний работаем. А малому и среднему бизнесу на всю страну – 47 миллиардов рублей. Можете себе представить, что это такое? А у нас говорят о конкурентоспособности экономики, о технологическом прорыве, о каких-то новых формах и так далее. А когда ФСБ говорит, что надо вообще отключиться от Интернета, и сейчас это обсуждается на голубом глазу председателем Комитета Государственной Думы по семье, детям и женщинам о том, что вообще нужно отключать Интернет… В общем, будем жить в Средних веках. Вот и вся философия Государственной Думы, которая вообще без каких-либо обсуждений вводит налог на самозанятых. Вот в первом чтении сейчас приняли, да? Получается, что сейчас перепишут 13 миллионов человек, которые хоть как-то выживают – в лес куда-то ходят, грибы собирают, вот за счет этого живут. В этом году еще плохой урожай грибов. И их еще сейчас обложат!

Петр Кузнецов: Ну, ветки бесплатно могут собирать.

Оксана Галькевич: Валежник.

Никита Исаев: Или, например, подсобные хозяйства – сейчас надо патенты будет покупать. И это тоже втихушку принимают. За 20 тысяч рублей нужно будет покупать патент, кто на огороде что-то собирает. Плюс к этому нужно оплатить онлайн-кассу, в деревне онлайн-кассу. Дед-то ничего не понимает. Какую онлайн-кассу? Еще оперативное обслуживание нужно, в год это будет стоить ему 15 тысяч рублей. И плюс к этой онлайн-кассе еще 30 тысяч рублей расходов…

Оксана Галькевич: Подождите, Никита! Может быть, все-таки вы пока преувеличиваете, нагнетаете? Ну, патент для тех, кто хочет продавать то, что он выращивает на своем огороде, да?

Никита Исаев: Он продает сейчас и за счет этого выживает. Вы понимаете, что если зарплата у человека…

Оксана Галькевич: У нас испугались просто все, кто выращивает на огороде.

Никита Исаев: 10 тысяч рублей – зарплата у людей. И они выживают тем, что… Ну, реально человеку нужно, они готовы на 20–25 тысяч. Я по стране проехал в этом году летом – от Москвы до Сахалина. И они живут где-то на 20–25. Где эти 10–15 дополнительно? Вот эта халтурка, вот эти грибочки продать, ягодки какие-то и так далее. Сейчас их от этого отключают. Сейчас они валежник даже собирать не могут. Штраф – 5 тысяч рублей. А он гниет по всей стране, вот этот валежник. За людьми только и наблюдает прокуратура, как бы никто не собрал себе хвороста.

Петр Кузнецов: Разрешили же.

Никита Исаев: Это с 1 января.

Петр Кузнецов: А, подождать надо? Все. Я думал…

Никита Исаев: Сейчас еще окажется, что денег будет не хватать, соответственно…

Петр Кузнецов: И для сбора еще онлайн-кассу.

Никита Исаев: Конечно.

Петр Кузнецов: Про непопулярные решения, которых очень многих, естественно, по понятным причинам беспокоят: НДС, пенсионная реформа. Поясните, пожалуйста. Мы правильно понимаем, что эти непопулярные решения приняты не исходя из текущей ситуации, а все-таки исходя от ожиданий на горизонте, через 1–5 лет?

Никита Исаев: Ну не знаю. Исходя из бюджета. «У нас все в профиците, мы растем, экономика растет». И мы докладываем, что у нас отличная экономика. Министр Орешкин, министр Силуанов (он же вице-премьер) и другие участники этого процесса докладывают. То есть вроде все нормально. Я не понимаю, зачем эти непопулярные реформы – кроме того, чтобы поддерживать вот эти убыточные наши государственные корпорации. Потому что так выстроена экономика – она не конкурентная, а она требует обеспечения жизнедеятельности этих компаний, потому что именно они являются балансодержателями всей инфраструктуры: ЖКХ, газа, нефти, то есть всего, что есть в нашей стране. Потому что если вводятся санкции, допустим, против Дерипаски, который не может теперь продавать свой алюминий в Соединенные Штаты Америки, то сразу в Иркутской области повышают тарифы на электроэнергию для его компаний. А ему приходится закрывать предприятия в Иркутской области, в Красноярском крае, люди лишаются работы в этих моногородах. Соответственно, нужно ему вкачивать еще денег, чтобы это было планово-убыточное производство, как в Советском Союзе. Мы находимся в уродливом Советском Союзе. Там-то было стабильно понятно, какая будет заработная плата. Люди стабильно понимали, что будет завтра, послезавтра и, возможно, через 10 лет, потому что мы строим коммунизм. А сейчас – непонятно что, потому что вот эти правила меняются каждый день.

Сельское хозяйство, например, да? Вот сейчас все молчат. В прошлом году 135 миллионов…

Оксана Галькевич: Рекордный урожай был в прошлом году.

Никита Исаев: Да. А в этом году – 106.

Оксана Галькевич: В этом – меньше.

Никита Исаев: И все молчат.

Оксана Галькевич: Почему молчат?

Никита Исаев: Причем в прошлом году был рекордный урожай, а цена на зерно для сельхозпроизводителей упала на 30%! Понимаете? Сельхозтехника упала. Люди, сельхозпроизводители потеряли 50 миллиардов рублей от этого сверхурожая. Это называется…

Петр Кузнецов: Нет, я видел, кто-то наверху сетовал все-таки на это.

Никита Исаев: Сетовали, конечно! В этом году все стабилизировалось, но рекорда уже нет – и все молчат, все у нас нормально. А теперь говорят – погода виновата. У нас Ткачев был, министр сельского хозяйства, он говорил, что может сельское хозяйство терять до 2% ВВП всего, в целом страны У нас сельское хозяйство – это 4% ВВП. То есть половины своей доходности может терять из-за плохой погоды. Смех, конечно, по большому счету. Что происходит сейчас?

Оксана Галькевич: У нас зона рискованного земледелия. Никита, у нас есть еще из Самары звонок, как раз из аграрного региона, Алла.

Петр Кузнецов: У нас звонок. А не Александр у нас?

Оксана Галькевич: Алла, Алла, Алла – я вижу.

Петр Кузнецов: Алла сейчас у нас, да? Неважно. Давайте послушаем.

Оксана Галькевич: Давайте Аллу сначала выслушаем.

Петр Кузнецов: Телезритель, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Алла. Алло.

Зритель: Алло. Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Анна, Анна.

Зритель: Меня зовут…

Петр Кузнецов: Анна, Самарская область. Все, разобрались.

Зритель: Да. Анна, Самарская область, город Тольятти. Большое уважение вашему каналу, большое уважение Никите Исаеву. Спасибо вам за правду в этом, скажем, потоке информационной лжи, которая везде присутствует. Но все-таки по поводу бюджета хотелось бы сказать. Хотелось бы, чтобы у нас в правительстве работали более профессиональные и ответственные люди, более честные люди, чтобы у них доходы не превышали в сотни раз доходы простого населения, поскольку сытый голодного не разумеет и не может осознать всю тяжесть жизни простого народа, насколько тяжело ему живется. И вот непонятно еще – с нас берут, берут, берут налоги, а отчета о расходовании этих средств и ответственности за расходование этих средств нет. Хотелось бы все-таки, чтобы была ответственность и чтобы не мы были для правительства, а, как это и должно быть, правительство было для нас.

И еще. Оксана, поздравляю вас с днем рождения! Вы моя самая любимая ведущая на телевидении.

Оксана Галькевич: Спасибо большое! Да, спасибо.

Петр Кузнецов: Ладно. Ну и мне когда-нибудь достанется, в другой части программы. Никиту похвалили…

Оксана Галькевич: Я скажу об этом в эфире.

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста… А вот еще есть такая цель – выполнение цели по снижению доли государства в экономике. Вы верите в это?

Никита Исаев: Нет, конечно. Она только растет. И по большому счету…

Петр Кузнецов: А о чем идет речь? Речь о доходах от приватизации? Или что? Объясните, пожалуйста.

Никита Исаев: Доходы от приватизации в 2021 году – зеро, ноль. То есть все разговоры о том, что мы будем приватизировать и вводить эффективного собственника (поскольку государство – явно не самый эффективный собственник, мы с вами разобрали) – зеро. То есть, по большому счету, никто ничего не собирается здесь находить, с точки зрения собственника. Вы имеете в виду…

Петр Кузнецов: Цель.

Никита Исаев: А, смотрите…

Оксана Галькевич: Ну, Путин говорит.

Никита Исаев: 20%, которые существуют, 20% конкурентной частной экономики, которые существуют, – это история, где существует, допустим, Федеральная антимонопольная служба, которая управляет тарифами и так далее. Но когда это все огосударствлено, когда государство залезает в ритейлерские сети, допустим, выкупает, потому что оно кредитует всяческим образом – например, «Магнит» каким-то образом. Или то, что невозможно конкурировать сельхозпроизводителям частным с крупнейшими нашими компаниями. Например, одна наша компания по мясному животноводству получает из 34 миллиардов рублей 32 – одна компания. А 2 миллиарда остаются другим, менее крупным, но тоже «крупняку». Мелкие игроки просто не получают вообще никаким образом.

Поэтому нет задачи – развивать частный сектор сейчас. Люди просто не могут выжить, потому что у них нет доступных кредитов, рынков сбыта, возможности получать доступ к ритейлерским сетям. А там сидят монополисты и диктуют цены тому, что происходит у людей в магазинах. И это еще снижает качество. То есть если в Советском Союзе третий класс зерна был минимально возможен для использования в пищу, то у нас сейчас пятый, фуражный – это абсолютно нормально для людей. То же самое касается колбасы, в которой нет мяса, сыра, в котором только пальмовое масло.

Оксана Галькевич: Голикова сказала, что нужен ресурс информационный о качестве продуктов.

Никита Исаев: Голикова?

Оксана Галькевич: Да.

Никита Исаев: Это вице-премьер Голикова, которая была оппозиционером, когда Счетную палату возглавляла, а сейчас, так сказать, обеспечивает «социалку» и бегает по телевизионным каналам, и рассказывает о том, какой прекрасный и социально ориентированный бюджет, который мы с вами только что разобрали. Они же не готовы впрямую вот так приходить и дискутировать. Они только про Украину могут разговаривать или про то, что Трамп наш или не наш, или как мы всех в Сирии побеждаем.

Оксана Галькевич: Давайте впрямую. Александр у нас на связи.

Петр Кузнецов: Александр как раз. По Крыму вопрос, Александр, у вас, да?

Зритель: Алло. Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Слушаем вас.

Зритель: У меня вопрос такой. Меня зовут Александр, я из города Керчь. Вопрос у меня к Никите Олеговичу следующий. Смотрите. С 1-го числа началось движение по мосту грузовиков. Обещали снижение каких-то цен в Крыму. А цены не то что снизились, а заметно подорожали. То есть я заправлялся бензином на днях, 47 рублей – это 92-й бензин. В Краснодарском крае я заправлялся на той неделе на «Лукойле» – 43,50. И бензин, я считаю, получше качества. Это раз.

Продукты, мебель – все намного дороже, чем в Краснодарском крае. Так как мы живем рядышком, то теперь, конечно, по мосту нам удобно переехать на ту сторону и закупиться в магазинах Краснодарского края. Вопрос: будет ли какое-то снижение или хотя бы урегулирование цен на тот же бензин, топливо? Потому что из-за топлива дорожают и остальные цены.

Петр Кузнецов: Очень много вопросов как раз… Да, спасибо.

Зритель: Можно я еще Никите Олеговичу скажу пожелание? Мне нравится этот человек, молодец. Я по «России-1» смотрю различные передачи с ним, смотрел ролики про Алтай. И понимаю, конечно, что мы живем в Крыму еще довольно-таки неплохо по сравнению с тем, как живут на Дальнем Востоке.

Петр Кузнецов: А Оксану с днем рождения тогда уж?..

Оксана Галькевич: Спокойно! Спасибо большое, спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо. Очень много вопросов про бензин. Интересует даже уже начало 2019 года, сразу же.

Никита Исаев: К сожалению, понижения цен не происходит. В этом году планировалось два раза повысить акцизы, которые впрямую влияют на повышение цен. Повысили 1 января, но 1 июня снизили – в тот момент, когда пошло давление вместе с пенсиями и так далее. Но принято решение – в следующем году снова повышать два раза акцизы. И уже, допустим, солярка планируется в Забайкалье, например, 56 рублей за 1 литр. Можете себе представить? Сейчас просто их держат, осенью держали, когда шла уборочная. И я встречался, допустим, с сельхозпроизводителями в Тюмени, в Омске, где это влияет на стоимость зерна. На 15–20% повышение…

Оксана Галькевич: Никита, вы говорите «планируется». А кем планируется? Откуда у вас эта информация?

Никита Исаев: Правительством. У нас есть Дмитрий Николаевич Козак, который вице-премьер, который отвечает за эти вопросы, и он проанонсировал, что повышение акцизов на топливо произойдет с 1 января, причем два раза в году это произойдет. Равно так же, как и тарифы на ЖКХ. Соответственно, если в этом году, в первом полугодии…

Оксана Галькевич: Нет, намерения мы слышали, это мы поняли. Вы назвали конкретные цифры – до 56 там-то и там-то.

Никита Исаев: Да.

Оксана Галькевич: А откуда такая информация?

Никита Исаев: Эта информация уже из официальных источников, когда государственные компании по той цене будут закупать бензин у нефтяных компаний. У нас же есть некий налог… вернее, у нас есть экспортный маневр, по которому мы хотели уменьшить объем экспорта и оставить на внутреннем рынке. Но – нет. Получается, что у нас просто сейчас такого объема не покупают, нужно продавать на внутреннем рынке. Там-то мы продаем за валюту, а здесь – за рубли. И поэтому такая цена высокая, чтобы сравнять доходы нефтяных компаний от экспорта и на внутреннем рынке. То есть люди фактически покупают топливо или бензин за валюту. Вот что происходит в стране, которая является одним из главных производителей топлива – так же, как и Саудовская Аравия, в которой чуть ли не 6 рублей стоит 1 литр бензина.

Оксана Галькевич: Никита, вы усомнились уже в том, что, допустим, снижение доли государства в экономике выполнимо как цель, как задача. А если говорить о других больших и крупных национальных проектах, о таком некоем перспективном планировании, о котором сказали опять же?

Никита Исаев: А какое перспективное планирование, когда нет стратегии социально-экономического развития в стране? Там же бегали все эти светочи – и Глазьев, и Кудрин, который сейчас Счетную палату возглавляет, бегает и всех пытается проверять, где и кто украл или в будущем, возможно, украдет. Сейчас все занимаются тем, чтобы не сели, потому что Кудрин – такой пес Цербер.

Петр Кузнецов: Его сейчас перекинули как раз на контроль, по-моему, по нацпроектам.

Никита Исаев: На контроль, да. А где развитие? Его нет. Обещал Максим Орешкин, министр экономического развития (и у него было поручение президента), полтора года назад подготовить соответствующий план. Нет его. Стратегия 2024 – ее нет. 2025 – нет. 2020–2030, 2020–2035 – никакой стратегии нет. Экономических программ тоже не существует. Они есть как бы, отраслевые как таковые, но это написанные всякими институтами – РАНХиГС или Высшей школой экономики – под копирку, за миллиард рублей. Ну, они невыполнимы, никто по ним не отчитывается. Мы вообще живем по Стратегии 2020, которая была написана в 2007 году, когда нефть была 147 долларов за баррель. И по ней министерства всякие отчитываются, и по семь раз в году делают прогнозы. Министерство экономического развития, прогноз – какая будет пенсия в 2043 году. Вот чем занимаются наши экономические власти.

Петр Кузнецов: Никита, здесь еще одно направление основное, вопросное такое, скажем так, на SMS-портале. Правда ли, что… Ну, если аккумулировать вопросы. Правда, что санкции так сильно влияют на нашу экономику?

Никита Исаев: Нет еще никаких санкций. Это санкции в отношении наших олигархов, которые отрезаны от кредитов, от возможности перекредитоваться за рубежом. Возможно, будут наложены санкции на государственный долг, что мы не можем, соответственно, на внешних рынках занимать. Но и сейчас Министерство финансов России смогло лишь только с четвертого раза разместить наши облигации, чтобы занять деньги за рубежом, потому что даже под 5,5% наши облигации никто не покупает, потому что российская экономика – неустойчивая. И никто даже без этих санкций этого делать не будет. Санкции реальные – это то, что американцы анонсировали на ноябрь или, возможно, декабрь. Вот то, что Болтон приезжал…

Петр Кузнецов: Вот как раз по олигархам, да?

Никита Исаев: Нет, это уже будет по российской экономике.

Петр Кузнецов: А, вот это уже?

Никита Исаев: Технологические ограничения, ограничения в перекредитовании за рубежом (сейчас же там есть 30, 60 дней и так далее), ограничения по государственному долгу. Мы окажемся просто в своем внутреннем таком котле, в котором будем заимствовать у себя, выгонять деньги туда, печатать (Центральный банк или Министерство финансов Российской Федерации) и выживать здесь, доказывая, что мы такая супердержава, которой все боятся во всем мире.

Оксана Галькевич: Ну, по крайней мере, мы это умеем делать, и даже неплохо – выживать в определенных обстоятельствах. Слушайте, но есть и хорошие новости.

Никита Исаев: Давайте.

Оксана Галькевич: Беспрецедентный рост зарплат. Топилин…

Никита Исаев: Максим Топилин, министр труда…

Оксана Галькевич: Он сказал, что он на Росстат опирался, он не просто так.

Никита Исаев: На Росстат?

Оксана Галькевич: Да, опирался на данные Росстата.

Никита Исаев: А, то есть он может сказать: «Это Росстат. Это Министерство экономического развития. Я не я. Я вот оттуда взял эту информацию», – и так далее. Вот люди вам звонили из Самарской области, из Тольятти, только что и говорили: «Слушайте, ребята, вы понимаете, что это просто полная чепуха?» Росстат, который нам придумывает, что у нас самая низкая безработица… А люди это на себе чувствуют, я вам говорю. Зарплата – 10 тысяч рублей. И это счастье! В какой-нибудь Ивановской области поезда едут в Москву охранниками за 20 тысяч рублей работать, люди поникшие, потому что работы вообще нет никакой. Увольняют людей, там «полный вперед». И они это чувствуют.

Откуда берет Росстат, Топилин и так далее? Это такое же издевательство, как министр труда и социальной защиты…

Петр Кузнецов: Как и заявлять о профиците, например.

Никита Исаев: Министр труда и социальной защиты Саратовской области, который говорит о макарошках и 3,5 тысячах рублей. Ну, это позорище просто! Я считаю, что такие министры должны уходить в отставку в момент, когда делают подобные заявления, раздражающие людей каждый день.

Петр Кузнецов: Поэтому у нас каждую неделю и существует рубрика «Реальные цифры», где мы проверяем и в большинстве случаев опровергаем данные Росстата. Рубрика «Реальные цифры» по газу, кстати, через несколько минут.

Раз уж мы так подходим к нашей большой теме, которая будет после вас, вашего «Личного мнения». Второе чтение… Вы говорите, что в первом – совершеннейший хаос, в этом проекте бюджета. Ну, наверное, как-то во втором чтении, ко второму чтению, основному, что-то появится, расходные статьи, может, что-то поменяется?

Никита Исаев: Про хаос я сказал относительно расходов на поддержку малого и среднего бизнеса. А так все очень структурировано. Так сказать, «всем сестрам по серьгам», которые не имеют отношения к обществу и к народу. Это только к тем предприятиям, которые этим занимаются. А там, где в отношении людей – это все прокручивается через государственные банки, которые получают эти деньги, а потом распределяют их для того, чтобы это доходило до какого-то так называемого реального сектора экономики.

Да, понятно, что второе и третье чтения – это с учетом поправок. Но с учетом того, что Государственная Дума превратилась в канцелярию для Правительства, которая просто штампует свои решения… Депутаты вообще не читали эти 493 страницы текста бюджета, потому что они в больше своем не умеют читать. Я их спрашиваю, как они это делают. Они говорят: «Ну, мы приходим, у нас тут все написано. У нас есть партийная дисциплина». «Единая Россия» и ее «филиалы» – ЛДПР, «Справедливая Россия» и коммунисты – вот так вот штампуют все эти истории. Зачем такая Государственная Дума, которая должна представлять интересы народа, являясь представительным органом, – я себе, честно говоря, не представляю. А люди звонят и говорят, что готовят социальный и, может быть, политический кризис. И вообще я считаю, что такая Дума, которая не представляет интересы народы, должна уходить в отставку.

Оксана Галькевич: Слушайте, Никита, тут пишут люди: «Ну да, вы говорите правильные вещи. С тем согласен, с этим согласен. А что делать-то?»

Никита Исаев: Только что я вам привел конкретное предложение, потому что это уже политика. Менять российскую экономику в нынешней системе власти без политической воли (а значит – политического давления, политических решений) невозможно. Должна быть Государственная Дума, которая возьмет и отправит обратно вот этот проект бюджет в Правительство Российской Федерации и скажет: «Слушайте, давайте не будем работать в интересах вот этой олигархии, которую вы нам здесь предлагаете, потому что вы вообще в Правительстве представляете вот этих олигархов. Мы считаем, что должен быть социально ориентированный бюджет. И таким образом это будем делать – с прямым финансированием в отношении саморегулируемых организаций, частного сектора экономики, развития конкуренции и так далее». Вот это бы произошло. Но там даже нет таких людей, способных обеспечивать подготовку соответствующих законопроектов, поэтому они штампуют эти решения, да. Они еще хоть что-то отменили? По пенсионной теме – они доказывают, что вот они приняли поправки президента, снизили женщинам на три года повышение пенсионного возраста. Ну, это же обман! По большому счету, они повысили на пять, а не на восемь. Нам вот таким образом это всю историю преподают. Ну конечно…

Более того, это достаточно просто делать для страны, которая имеет основные доходы нефтегазовые, а сейчас стоимость нефти 80–85 долларов, достаточно высокая. Можно эти средства направлять в реальный сектор экономики. Снижать учетную ставку Центрального банка, о чем мы с вами говорили с самого начала. Создать конкуренцию в банковском секторе, а не просто накачивать государственные банки. Я простые вещи как бы говорю. Определить основные точки развития российской экономики – допустим, сельское хозяйство. Если мы хотим сохранить урожай вместо того, чтобы он потерялся, как в прошлом году, создавать там зернохранилища, картофелехранилища, а не закупать это у батьки или реэкспортировать из Украины товары через Беларусь таким образом, чтобы, соответственно, поддерживать тех, кого мы считаем фашистами и нацистами. Или из той же самой Польши переклеивающиеся бирки на Беларусь. А потом Беларуси мы 2 миллиарда долларов мы сейчас будем компенсировать субсидий, потому что мы уменьшаем объем экспорта нефти для переработки в Беларуси, потому что мы у себя это не перерабатываем. Это абсолютно просто определиться, но для этого нужна политическая воля. А Государственная Дума этими решениями ведет нас в политический тупик.

Петр Кузнецов: Спасибо большое! Это личное мнение Никиты Исаева, директора Института актуальной экономики. Очень много благодарностей от наших телезрителей. Мне кажется, если бы у них была физическая возможность это сделать, они бы вас из студии на руках унесли. Спасибо большое, приходите к нам еще. Никита Исаев.

Никита Исаев: Спасибо. Ногами не вперед, надеюсь.

Петр Кузнецов: Нет, пока нет.

Оксана Галькевич: Друзья, но мы-то с вами не прощаемся, а прощаемся только с Никитой Исаевым. А вы оставайтесь, пожалуйста, с нами – у нас впереди дальше очень важная тема, будем говорить об особенностях газификации нашей страны, о том, где сколько стоит кубометр газа и почему цена такая разная.

Петр Кузнецов: И реально посчитаем, да.

Оксана Галькевич: Вы знаете, есть такие интересные регионы у нас в стране, там есть тепловой коэффициент.

Петр Кузнецов: Давай все не рассказывай. Дождитесь.

Оксана Галькевич: Будем все рассказывать. Оставайтесь просто с нами, да.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)