Никита Кричевский: На протяжении тысяч лет наша национальная идея - социальная справедливость, создание стимула, мотива работать

Никита Кричевский: На протяжении тысяч лет наша национальная идея - социальная справедливость, создание стимула, мотива работать
Наталья Агре: Долгие годы подготовка в автошколах была направлена не на безопасность движения, а на знание ПДД. А это очень разные вещи
Владимир Собкин: Не надо относиться к молодым, как к недоумкам, ждать, когда они вырастут - они уже выросли!
Борьба с курением превращается в борьбу с курильщиками?
Реальные цифры: борьба с курением
На больничный! Представители каких профессий в нашей стране болеют чаще всего?
Россия управляет соцсетями? Американские спецслужбы уже ждут российского вмешательства в выборы
У среднего класса дела средне. Россияне со средним доходом чаще других теряют работу. И ищут дольше
Родителей, чьи дети оскорбляют учителей, накажут рублем, а самим хулиганам может грозить тюрьма
Зачем такая пенсионная реформа? Прогрессивную шкалу придётся подождать. География роста зарплат. Путин об Украине. Налог на старые машины
Бюджетные траты на пенсионеров сократили, а их жизнь к лучшему не изменили. Об эффективности пенсионной реформы
Гости
Никита Кричевский
доктор экономических наук, профессор

Оксана Галькевич: Так, ну что, друзья, уже просто, мне кажется, столько анонсов было, что надо сразу от слов переходить к делу. Рубрика «Личное мнение», и наш эксперт в студии сегодня Никита Александрович Кричевский, профессор, доктор экономических наук еще. Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Все перечислили?

Никита Кричевский: Пятнадцать лет уже, да.

Константин Чуриков: Давайте начнем…

Никита Кричевский: Давайте начнем…

Оксана Галькевич: …с новостей.

Константин Чуриков: …с того, что вам интересно.

Никита Кричевский: …с того, что сегодня каталонцам, политическим лидерам дали до 13 лет заключения. Я вам должен сказать, что они чрезвычайно легко отделались, чрезвычайно. В конце 1940-х гг. так называемое ленинградское дело началось с того, что в Ленинграде решили провести всероссийскую ярмарку, всероссийскую, не всесоюзную, а всероссийскую. И руководителем, застрельщиком этого процесса выступил господин Вознесенский, это зампред Совмина СССР, член политбюро, один из любимцев Сталина, академик Академии наук СССР, экономист. Ему за работу об экономике Советского Союза в годы Великой Отечественной войны, буквально за пару лет до этого, дали Сталинскую премию (я чуть не сказал «Нобелевскую»), Сталинскую.

Константин Чуриков: Мы сейчас о Нобелевской тоже вспомним за неимением Сталинской.

Никита Кричевский: Вот только за один намек на автономизацию России создали целое ленинградское дело, объявили Вознесенского с сотоварищами сепаратистами, и в 1950 году его расстреляли. Так что 13 лет, ребят, даже еще в испанской тюрьме, я вам должен сказать, это нормальный срок.

Константин Чуриков: Давайте о Нобелевской премии. Буквально несколько часов назад стало известно, что премию по экономике в 2019 году, то есть сейчас, присудили за борьбу с бедностью.

Никита Кричевский: Прекрасно.

Константин Чуриков: Лауреатами стали Абиджит Банерджи, экономист из США…

Никита Кричевский: Не ломайте язык.

Константин Чуриков: … Эстер Дюфло, Франция (почему, я сломаю), Майкл Роберт Кремер, США. Их удостоили награды за экспериментальный подход в борьбе с глобальной бедностью. Никита Александрович, почему нет фамилий членов нашего правительства, потому что у нас тоже борьба с бедностью ведется?

Никита Кричевский: Я думаю, все впереди. Вы знаете, экономика на 50% психология, но я бы сказал, чуть забегая вперед, к вопросу о Нобелевских премиях, что это еще и психиатрия, экономическая психиатрия. И вот господин Орешкин, который говорит, что его деятельность и деятельность правительства войдет в учебники, я полагаю, что это один из первых претендентов на Нобелевскую премию в области экономической психиатрии, по крайней мере то, что сегодня мы видим. То ли это мания, то ли это фобия, я не знаю, я не знаю. Но совершенно очевидно, что это основание новой отрасли, нового направления экономической науки, повторюсь, экономическая психиатрия.

Константин Чуриков: Сообщается, что вот лауреатам удалось получить более достоверные ответы, чтобы выявить наилучшие способы борьбы с бедностью. В частности, они исследовали…

Никита Кричевский: Да ничего им не удалось.

Константин Чуриков: …наиболее эффективные меры по улучшению здоровья детей.

Никита Кричевский: Ничего им не удалось, они провели одно из многочисленных исследований, вся их новизна, вы сейчас будете долго смеяться, заключается в том, что они считают, что надо проблему бедности, глобальной бедности, фрагментировать по регионам, по конкретным территориальным образованиям, по точкам и уже в каждом конкретном случае искать и смотреть, что можно сделать, чтобы уменьшить эту бедность. Скажите, бабушка, а то мы не знали!

Константин Чуриков: Ровно так же у нас и действуют.

Никита Кричевский: Ну конечно! Но только у нас за это Нобелевские не дают, а я считаю, что все наше правительство должно уже давным-давно получить Нобелевскую премию, но, повторюсь, в области экономической психиатрии, а не экономики. У нас даже отдельные регионы отличаются по уровню бедности друг от друга буквально в разы. Ну вот возьмите Московскую область и, например, соседнюю Ярославскую или чуть дальше, Костромскую, Ивановскую области, Владимирскую область – соседние области, а уровень бедности различается очень существенно. И нам сегодня рассказывают о том, что, оказывается, вот открытие-то какое, а мы и не знали!

Оксана Галькевич: Так они пишут работы по борьбе с глобальной бедностью, в мире вообще, а нам бы со своей справиться, как вы говорите, очень разной в рамках одной страны.

Никита Кричевский: Конечно. Ну вот они провели исследование, выяснили, что уровень бедности в Москве и во Владимирской области отличается друг от друга, но дальше-то они не приводят никаких мотивов, никаких факторов, никаких аргументов, путей и направлений, для того чтобы изменить эту ситуацию.

Константин Чуриков: Ну вот смотрите…

Никита Кричевский: А мы-то говорим о том, что да, у нас бедность, но никто же с этим не спорит. Ну давай, включите телефон, вам сейчас будут полчаса рассказывать о том, какие мы бедные, какие мы нищие, ну это в крови у нас, разговор не об этом. Что делать-то?

Константин Чуриков: Что делать-то?

Смотрите, на прошлой неделе…

Оксана Галькевич: Телефон, кстати, включен, Костя, звоните и рассказывайте.

Константин Чуриков: Телефон включен всегда.

Никита Кричевский: Так я же вам намекаю.

Константин Чуриков: На прошлой неделе было совещание премьер-министра Медведева с главами вот этих нездоровых, несчастливых регионов: Адыгея, Алтайский край, Республика Алтай, Калмыкия, Карелия, Тува, Чувашия, Курганская область, Псковская, Марий Эл. И смотрите, вот, например, выходит губернатор Псковской области Михаил Ведерников и говорит, что наиболее значимые для региона пункты программы борьбы с бедностью – это, внимание, газификация…

Никита Кричевский: Да.

Константин Чуриков: …решение вопроса территориального планирования…

Никита Кричевский: Да.

Константин Чуриков: …ну и так далее.

Никита Кричевский: Конечно.

Константин Чуриков: Слушайте, мы когда говорим о бедных регионах, мы сразу что представляем? Вот, значит, люди малоимущие, за чертой бедности, возможности работать нет, кто-то болеет, вот эту картину мы себе представляем. А тут выходит губернатор и говорит про газификацию.

Никита Кричевский: Да.

Константин Чуриков: Как это связано?

Никита Кричевский: Я не знаю, это вы у губернатора спрашивайте. Я-то тут при чем?

Константин Чуриков: Ну вопрос газификации, доступа к нашим ресурсам, энергоресурсам – это важный вопрос в части борьбы с бедностью, доступность этих услуг?

Никита Кричевский: И да и нет, потому что есть населенные пункты, где тянуть, например, газовую ветку просто экономически невыгодно. Достаточно сделать пониженные тарифы на электроэнергию и перевести тамошнее население на электрические плиты, это будет решение вопроса. Либо же это автономная газификация, когда это можно осуществлять, скажем, раз в месяц. Я не говорю о баллонах, ни в коем случае, я говорю о том, что можно сделать некий центральный распределительный пункт. Но вариантов масса, вариантов масса.

Константин Чуриков: Подождите, то, о чем вы говорите, – это, значит, необходимость для того или иного чиновника тех или иных ведомств очень хорошо знать ситуацию на местах, вот прямо детально знать. Псковская область – эти, эти и эти проблемы, Забайкалье – то-се, пятое-десятое, прямо в 3 часа ночи разбуди…

Оксана Галькевич: А что чиновник Псковской области может сделать, как повлиять, я не знаю, на решение главы госкорпорации?

Никита Кричевский: Например, «Газпрома».

Оксана Галькевич: «Газпрома», ну я…

Никита Кричевский: Что он может сделать? Да ничего он не может сделать. Вот проблема газификации – ну да, ну молодец, ну сказал, даже кто-то поддержит, многие поддержат. А дальше что? Да ничего. Но ведь сказал, и ОТР его процитировало. В этом фишка, в этом хайп.

Константин Чуриков: Подождите, какой хайп?

Никита Кричевский: Ну ладно, ну что вы, Костя.

Оксана Галькевич: Может быть, это как раз попытка повлиять?

Константин Чуриков: Давайте сейчас послушаем Николая из Брянской области, уж не знаю, хайп это будет или не хайп. Николай, здравствуйте.

Никита Кричевский: Звездный час.

Зритель: Здравствуйте. Вот скажите, пожалуйста, вот вы говорите про «серые» зарплаты. Вот я проработал лично с такой зарплатой, 22 года у меня стажа, мне дали пенсию, вот я сейчас пошел на пенсию, дал 4 тысячи пенсии, назначили. Как вот прожить нам? Каким овсом кормиться, пусть объяснит мне вот этот Никита Кричевский.

Никита Кричевский: Да.

Зритель: Каким овсом мне кормиться, вот это, на 4 тысячи?

Никита Кричевский: Да никак он не объяснит, Никита Кричевский.

Зритель: А как никак не объяснить? А что мне делать? В тюрьму садиться? Там хоть макароны дают.

Константин Чуриков: Не надо.

Никита Кричевский: Ну подождите, я вам назначал эту пенсию?

Зритель: А?

Никита Кричевский: Я принимал решение, я этот закон регулировал?

Зритель: Ну вы-то как доктор экономических наук там это…

Никита Кричевский: А при чем здесь доктор экономических наук? У вас социальная пенсия должна быть выше.

Зритель: Вы же с депутатами общаетесь, с Путиным…

Никита Кричевский: Региональные доплаты должны быть выше прожиточного минимума, на уровне прожиточного минимума по региону. Что вы нам рассказываете о 4 тысячах?

Зритель: Ну куда мне идти?

Никита Кричевский: Ну что вы нам рассказываете? Ну что значит «куда»? Ну не может быть у вас. Назначенная пенсия 4 тысячи, а доплаты какие? Доплаты к пенсии какие? Куда делся?

Константин Чуриков: Покинул нас Николай.

Никита Кричевский: Куда делся?

Оксана Галькевич: Николай, скажите, какие у него доходы.

Константин Чуриков: Испугался, Никита Александрович.

Никита Кричевский: На ровном месте, понимаете? На ровном месте. Принято решение о том, что пенсионеры, пенсия которых не дотягивает до прожиточного минимума по региону, получают доплаты. И после этого нам звонит человек и говорит, что он 4 тысячи пенсию получает.

Оксана Галькевич: Хорошо, человек нам еще про…

Никита Кричевский: Ну что ты нам рассказываешь-то, господи ты боже мой? Еще, главное, Никита Кричевский ему должен объяснять и оправдываться, да? Молодец.

Оксана Галькевич: Никита Александрович, но человек нам еще один интересный вопрос тоже задал...

Никита Кричевский: Какой?

Оксана Галькевич: По поводу «серых» зарплат, он об этом упомянул. А у нас, смотрите, не только наш телезритель, но и Федеральная налоговая служба обеспокоена высоким уровнем «серых» зарплат в России.

Никита Кричевский: Ну это не первый раз, Оксана.

Оксана Галькевич: Я попрошу сейчас графику показать. Темпы поступления НДФЛ и страховых взносов существенно отстает от темпов поступления остальных налогов, а анализ уровня заработной платы продемонстрировал, что зарплата зачастую опускается ниже МРОТ и прожиточного минимума. В общем, цифры не бьются, получается так.

Константин Чуриков: Откуда же деньги вот эти?

Никита Кричевский: Так это было в начале года сказано и не одним из функционеров ФНС, а Татьяной Голиковой, ровно то же самое. Это просто повторение того, что говорилось.

Константин Чуриков: Ну хорошо, повторили.

Оксана Галькевич: Другими устами, уже все-таки ФНС об этом заявляет.

Константин Чуриков: А почему так получается?

Никита Кричевский: Так а данные-то что у Голиковой, что у этой дамы одни, они из ФНС.

Константин Чуриков: Нет, ну смотрите, если зарплаты, как вот нам говорят, зачастую ниже МРОТ и прожиточного минимума, а расходы у граждан в среднем, такая средняя температура по больнице, больше, это о чем говорит?

Никита Кричевский: Это говорит о том, что «серые» зарплаты. И?

Константин Чуриков: Нормально? «Серая зарплата» норм, нормально?

Никита Кричевский: Ну я откуда знаю?

Константин Чуриков: Тут, кстати, говорили, что в крупных компаниях даже «серые» зарплаты.

Оксана Галькевич: Что с этим делать, Никита Александрович?

Никита Кричевский: Нет, вы, господа, привыкли к тому, что к вам приходит какой-то эксперт, вы ему даете факты и просите его прокомментировать. Я вам тысячу раз говорил, что не надо у меня брать комментарии на общеизвестные темы. Мы сейчас будем много говорить, у вас сегодня, завтра и через неделю будут великие просто российские экономисты, которые будут рассказывать, что в условиях кризиса, в условиях, когда рентабельность около нуля, единственный способ, для того чтобы выжить, – это «серая» зарплата, больше вариантов никаких нет. Но меня зачем позвали-то, Костя?

Константин Чуриков: Ну в государственной компании это нормально, если «серые» зарплаты? В крупной.

Никита Кричевский: В государственной компании «серые» зарплаты не прозвучали, там же…

Константин Чуриков: Ну мы же понимаем, что…

Никита Кричевский: Там были разговоры о том, что даже в крупных компаниях (численностью больше 2,5 тысяч человек) допускаются «серые» выплаты. Да, были такие разговоры, было такое заявление. И? Вы хотите, чтобы я прокомментировал? Так я уже все сказал. Ну позовите кого-нибудь другого.

Константин Чуриков: Нет, зачем, вы нам сегодня нужны.

Никита Кричевский: Вы скажите, что надо с этим делать?

Оксана Галькевич: Вот я вас об этом хотела спросить. Никита Александрович, вы как доктор экономических наук, как профессор можете нам объяснить…

Константин Чуриков: …что нам надо с этим делать?

Оксана Галькевич: …какое решение проблемы «серых» зарплат вы видите?

Никита Кричевский: Конечно, оно лежит не в плоскости математических расчетов, за которые дали Нобелевскую премию, или в плоскости фрагментации бедности по региону. Оно лежит в областях, пограничных с экономикой, в первую очередь в той самой экономической психологии, о которой мы говорили, когда упоминали мистера Орешкина.

Национальная идея русского народа, россиян в целом – это социальная справедливость. Это не патриотизм, как говорил нам Владимир Владимирович, патриотизм – это свойство национального характера, которое можно увидеть, разглядеть, нащупать в любой нации. Спросите у американцев, да у них в каждом доме американский флаг висит. Вы скажете, что у них национальная идея отлична от патриотической? (Не звоните пока.) Нет, то же самое. Для нас национальной идеей на протяжении тысячи лет – это социальная справедливость, это справедливость в целом, это создание стимула, мотива работать.

Константин Чуриков: Почему нам тогда говорят, что мы никак не можем сформулировать нашу национальную идею?

Никита Кричевский: Это вы не у меня спрашивайте, а у тех, кто не может ее сформулировать. Я вам ее сформулировал, два слова, социальная справедливость. Если говорить более общо, это самодостаточность, солидарность и опять же справедливость.

Константин Чуриков: Тогда вопрос о социальной справедливости из Нижегородской области, зритель пишет, спрашивает вас: «Почему врач и учитель, имея одно образование, имеют в разы меньшую зарплату в регионах?» – имеется в виду, почему зарплаты отличаются.

Никита Кричевский: Понятия не имею.

Константин Чуриков: Вот врач в Москве ведет прием и врач в Дагестане где-нибудь, в Дербенте ведет.

Никита Кричевский: Понятия не имею, почему так. Посадите сюда Дмитрия Анатольевича, скажите: «Дмитрий Анатольевич, а почему вот так? Почему в Москве вот так, а в Дагестане вот так?» – и послушайте, как он это будет вам рассказывать и пересказывать, объяснять. Очевидно, что он вспомнит о майском указе от 2012 года, 600 какой-то или 590 какой-то, я не помню, где написано, что заработная плата работников социальной сферы должна быть в районе 200% по региону. Дальше вы ему будете говорить: «А вот вы знаете, в Дербенте не так». Он скажет: «Хорошо, я записал. Следующий вопрос».

Оксана Галькевич: Никита Александрович…

Константин Чуриков: А что, уровень жизни такой разный, прямо в разы между Москвой, не знаю, Махачкалой, Дербентом?

Никита Кричевский: Ну есть средняя заработная плата по региону, это статистический факт, статистическая данность, и вот от этой средней заработной платы и считается, потому что уровень жизни действительно разный, и никто с этим не спорит. Вы не меряйте все продуктами питания, они могут по цене быть одинаковыми в разных регионах.

Константин Чуриков: В том-то и дело.

Оксана Галькевич: А если мерить все запросом на социальную справедливость, о которой вы сказали, Никита Александрович, куда она исчезает, когда человек из грязи выбивается в князи, зарабатывать какие-то начинает серьезные деньги? Вот пока мы говорим о каком-то нижнем, так скажем, или среднем сегменте общественного устройства, мы говорим, что у людей запрос на социальную справедливость, а как только люди в список Forbes попадают, куда исчезает их запрос на социальную справедливость?

Никита Кричевский: А при чем здесь социальная справедливость? Это вопрос совести.

Оксана Галькевич: Ага.

Никита Кричевский: А что есть совесть? Память стыда.

Оксана Галькевич: Куда идея эта национальная людей…

Никита Кричевский: Память стыда. Это не стыд, это память о том, что вам когда-то за что-то было стыдно. Из вот этих коротких фрагментов формируется понятие и понимание совести, которое присуще каждому конкретному человеку. Константин, посмотрите, проверьте, это мое определение, вы его не найдете.

Константин Чуриков: Вашего определения нет, есть схожее: чувство моральной ответственности за свое поведение, нравственная самооценка своих поступков.

Никита Кричевский: Это вот ни о чем, понимаете? Чувство моральной ответственности – что есть моральная ответственность? Что есть мораль? Покажите мне…

Константин Чуриков: …эту книгу.

Никита Кричевский: …закон, принятый Государственной Думой, о том, что моральная ответственность есть то-то, то-то и то-то. Совесть у каждого индивидуальна, совесть у каждого разная. Совесть – это тот элемент, который свойственен любому олигарху, но в отношении разных людей и разных направлений, разных путей. Вот, например, тот или иной олигарх, получив миллиард, считает, что его родители, его близкие, его дети должны жить лучше, должны жить очень хорошо, и он должен оставить им на пропитание и на безбедную жизнь на семь поколений вперед. Да!

Оксана Галькевич: Желательно во Франции где-нибудь…

Никита Кричевский: Но моральная ответственность устанавливается государством, государством. Если государство говорит: «Друг мой, на 90% то, что у тебя есть, заслуга не твоя, а общества», – это не я сказал, это… еще в конце XIX века, великий ученый немецкого происхождения, историк и экономист. Поэтому 10% – это твое вне всякого сомнения, усидчивость, талант, гениальность, прочие моменты, но 90% – это учителя, это врачи, это твои родители, это твое социальное окружение, это много всего. А у нас получается, что раз он заработал такое-то количество миллиардов, «поднял». Раньше, в 1990-е гг. говорили «поднял», слова «заработал» не было. Вот если он «поднял» столько-то миллиардов, значит, он молодец. А он поделился?

Оксана Галькевич: Нет.

Константин Чуриков: Вот.

Никита Кричевский: Поделился.

Оксана Галькевич: С родителями?

Никита Кричевский: Ну не с вами, с властью.

Оксана Галькевич: Понятно.

Константин Чуриков: Ну а как тогда это сформулировать? Ведь бизнес не дурак, он сам не будет благодарить, ему это не нужно.

Никита Кричевский: Не будет.

Константин Чуриков: Как это сделать, чтобы ему было нужно поблагодарить тех, благодаря кому он поднялся?

Никита Кричевский: Вы хотите, чтобы я сказал «ходите голосуйте на выборы», или что?

Оксана Галькевич: Вы скажите, что считаете, Никита Александрович, как считаете, так и скажите.

Никита Кричевский: Ну я считаю, что это зависит от первого лица в государстве. Поскольку у нас президентская республика, поскольку у нас патернализм, поскольку у нас патриархат, недвусмысленно об этом должно сказать первое лицо. А почему оно об этом за 20 лет ни разу не сказало, вопрос опять не ко мне и даже не к Дмитрию Анатольевичу, Костя! Хоть он и придет сюда.

Константин Чуриков: Я не знаю насчет патриархата, у нас сейчас фифти-фифти в студии, Оксана в студии, 50 на 50.

Татьяна из Кемеровской области на линии.

Никита Кричевский: А у нас это свойство менталитета, национального характера, патриархат.

Константин Чуриков: Я вас понимаю.

Давайте Татьяну послушаем. Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, добрый вечер, ведущие и Никита Кричевский. Я давно пыталась к вам дозвониться, прямо вот, знаете, волнения…

Никита Кричевский: Ну я же говорю, звездный час.

Зритель: Да. Мне 66 лет, стаж у меня 45 лет, работала я мастером на стройке. Работа была, сами понимаете, в Сибири холод, мороз, все это. Пошла на пенсию, у меня заработная средняя была 265 рублей, пенсию начислили 2 050 рублей. После пенсии в 55 лет я уже 10 лет, 11 еще работаю, получаю сейчас пенсию 12 800, и плюс то, что я ветеран труда, мне 1 300 доплачивают как пособие.

И вы знаете, мне вот все время интересно: вот те люди, которые не работали, у них 5–7 лет стажа, у них уже пенсия 7–8 тысяч. Сейчас их пытаются дотянуть до прожиточного минимума, вроде как до моей пенсии. А как же мы? У меня 45 лет стажу, а я получаю 12 800, а те, кто 5 лет отработал, они не больные, они не калеки, но люди, которые, знаете, решили, что… У меня не было ни «черной»…

Никита Кричевский: Да-да-да-да.

Константин Чуриков: К вопросу о социальной справедливости. Да, спасибо, Татьяна.

Никита Кричевский: Нет, ну это 167-й закон, по-моему, или 171-й ФЗ от какого-то декабря 2001 года, по которому минимально допустимый страховой стаж нужен в количестве 5 лет. Вот люди, которые выработали эти 5 лет, получают законную трудовую пенсию. Ну закон такой был принят. Его сейчас изменили, сейчас надо 15 лет и даже больше, но вот раньше действительно было так.

Константин Чуриков: То есть мы с Оксаной могли бы уже, Оксана, ну лет 15 уже пенсию получить.

Никита Кричевский: У вас нет ключевого пенсионного основания – возраста.

Константин Чуриков: Возраста. Все впереди, Никита Александрович.

Никита Кричевский: Сто процентов.

Константин Чуриков: Давайте Тамару послушаем из Краснодарского края. Тамара, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Да, пожалуйста.

Зритель: Будьте добры, как вас звать?

Константин Чуриков: Давайте все представимся.

Оксана Галькевич: Оксана.

Константин Чуриков: Константин.

Оксана Галькевич: Никита Александрович.

Никита Кричевский: Компания «Билайн».

Зритель: Константин, вы извините меня, пожалуйста, я пенсионерка, называю вас именем, считаю, что я могу так вас называть, правильно?

Константин Чуриков: Конечно, конечно.

Зритель: Вот я хочу просто сказать. У нас город Сочи, вот МВД никогда, к ним все добавляется, сейчас, наоборот, сняли. Ну как вот люди? Ладно я, они ездят в совхоз, пешком ходят, встают рано, те же повара, те же… Там вообще, там такое сидит чудо, это что-то невероятное. И получают 12, 15. А у них дети. Ревут люди, ревут, понимаете, а? Оклады совершенно маленькие. Алло?

Оксана Галькевич: Да-да, мы вас слышим.

Константин Чуриков: Подождите, я не понял, что там за чудо такое у вас сидит?

Зритель: ...15 получали, где-то заработают, а сейчас вообще. Санаторий «Искра», вообще в санаториях все жалуются, сбавляют, то мест нет, и так работы нет, все только у нас работают, сами знаете, узбеки, таджики или кто там. Ну это разве справедливо, да? Город Сочи…

Никита Кричевский: Бу…

Зритель: Этот сидит, чудо наше, и все довольны. Спасибо скажите, что вам что-то платят.

Оксана Галькевич: Спасибо, Тамара. Вопрос невысоких заработных плат в экономике.

Константин Чуриков: И экономического чуда.

Никита Кричевский: Господа, если у вас формат Прямой линии с президентом, вы мне так и скажите, я к вам больше ходить не буду. Потому что вот есть санаторий «Искра». Что бы сделал Владимир Владимирович, если бы сейчас находился в студии? Записал бы, сказал: «Хорошо, разберемся». Но я-то тут при чем? Вы меня позвали, чтобы я выслушивал? Что вы молчите?

Оксана Галькевич: Мы думали, вы уже не первый раз к нам приходите, Никита Александрович, вы знаете…

Никита Кричевский: И каждый раз одно и то же.

Константин Чуриков: Народ знаете.

Никита Кричевский: Вы меня зачем зовете? Чтобы я поделился какими-то мыслями, наработками, или для того чтобы я поучаствовал в формате прямой линии?

Оксана Галькевич: А какие у вас есть мысли и наработки, которыми вы хотите поделиться, Никита Александрович?

Никита Кричевский: У меня их много.

Оксана Галькевич: Начинайте.

Никита Кричевский: Вы, Оксана, определитесь, по какому конкретно направлению.

Константин Чуриков: Давайте направление возьмем, за которое сегодня Нобелевку дали.

Никита Кричевский: Я, например, против «заузайжинга» и «бордюринга» в столице.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Так.

Никита Кричевский: Вот у меня есть такое направление и такие мысли. Кто против? Двести пятьдесят семь миллиардов на благоустройство в Москве и двести пять миллиардов на все другие регионы страны. Мне кажется, это не вполне справедливо. По поводу Нобелевки мы с вами поговорили. Еще какие вопросы?

Константин Чуриков: А вот то, что бюджет Москвы у нас составляет несколько триллионов рублей, верно, да?

Никита Кричевский: Так.

Константин Чуриков: А сколько у нас в регионы уходит в виде дотаций?

Никита Кричевский: А скольких коррупционеров в московском правительстве у нас посадили за последние годы? Вопросы?

Оксана Галькевич: Никита Александрович, вот вы и отмучились. Спасибо большое. Время в прямом эфире истекло…

Константин Чуриков: Видите, время летит незаметно.

Оксана Галькевич: В студии прямого эфира программы «Отражение» был сегодня доктор экономических наук, профессор Никита Кричевский. Спасибо вам огромное.

Никита Кричевский: Спасибо вам.

Константин Чуриков: Это была не прямая линия, это было «Личное мнение». Спасибо, Никита Александрович.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Володя
Самый угарный выпуск, приглашайте этого профессора почаще. От души посмеялся.

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски