Николай Хренков: «Газпром» газифицирует именно то, о чем его просят региональные власти

Гости
Николай Хренков
независимый эксперт в области энергетики

Виталий Млечин: А у нас сейчас по расписанию тема весьма серьезная. Завершить газификацию в России планируется в течение 10 лет, – об этом Алексей Миллер, глава «Газпрома», рассказал Владимиру Путину. Но предупредил сразу, что во все населенные пункты газ по трубам в любом случае не придет. Отчитываясь перед президентом, Миллер напомнил, что в 2018 году «Газпром» установил очередной рекорд поставок газа на экспорт в дальнее зарубежье. При этом в России за 2019 год уровень газификации планируется увеличить на целый 1%. «Увеличение финансирования со стороны регионов помогло бы реализовать огромный потенциал прироста темпов газификации», – это была цитата.

Анастасия Сорокина: Давайте посмотрим на графику. На 1 января 2019 года газификация в среднем по стране составила 68.6%: в городе 71%, на селе 59% с небольшим. Помогут ли «Газпрому» регионы и кто поможет людям, которые в XXI веке до сих пор топят печки дровами и валежником? Об этом мы поговорим прямо сейчас.

У нас в гостях Сергей Сергеевич Пикин, директор фонда энергетического…

Виталий Млечин: Нет-нет, у нас в гостях Николай Вальтерович Хренков, независимый эксперт в области энергетики.

Анастасия Сорокина: Простите, пожалуйста.

Николай Хренков: Хороший эксперт.

Анастасия Сорокина: Тем не менее вопросы у нас будут те же, вопросы будут серьезные.

Сейчас очень многие как раз обсуждают проблему, связанную с тем, что вроде бы программа идет, программа идет медленно, но парадоксально, что люди все равно вынуждены в ситуации, когда до них этот газ уже дошел, отказываться от этого газа и, например, оставаться при том же способе отопления, который у них был, несмотря на ту старательную программу государства газифицировать нашу страну. С чем это связано? Почему у нас сейчас эта программа работает таким образом?

Николай Хренков: Объясню. Значит, программу, которую реализует «Газпром» за свои собственные средства, там государственных, бюджетных денег нет, предполагает подписания с регионами графиков синхронизации. Договариваются так: «Газпром» строит межпоселковый газопровод от пункта А до пункта Б, соответственно региональные и местные власти строят внутри этого пункта А и внутри пункта Б эти самые внутрипоселковые сети, а также готовят потребителей, надо же установить внутри дома внутридомовое газовое оборудование, то есть обеспечить, чтобы у потребителя это все было.

То есть я сейчас не говорю, за чей это счет, я говорю, что это просто лежит в соответствии с подписанными договорами в сфере ответственности этих властей. И зачастую, к сожалению, бывает так, что вот она, труба, «Газпром» ее построил, газ подавать из пункта А в пункт Б можно, а в пункте Б только конь не валялся, потому что внутрипоселковые сети не построены, или, допустим, они построены, внутрипоселковые сети, но потребителям говорят: «Давайте-ка вы за свои деньги».

Виталий Млечин: И причем деньги такие очень негуманные, что самое главное.

Николай Хренков: Да-да.

Виталий Млечин: Какую-то небольшую часть все, наверное, готовы бы были заплатить, а когда видят вот эти счета, сколько там, сотни тысяч, миллионы рублей за то, чтобы кусок трубы себе подвести к дому…

Николай Хренков: Ну про миллионы рублей не знаю, а вот…

Виталий Млечин: В Подмосковье по крайней мере такие случаи известны.

Николай Хренков: Да, может быть. Ну Подмосковье, я сразу оговорюсь, не входит в программу газификации, там немножко по отдельной схеме, там «Мособлгаз», который этим занимается, по своей системе. Но тем не менее вот это неоднократно вызывало нарекания и со стороны, понятно, «Газпрома», и об этом, например, и Дмитрий Анатольевич Медведев еще в бытность свою президентом, даже до этого вице-премьером поднимал этот вопрос, говорил о том, что, как вы выразились, «негуманные цены» действительно, надо как-то установить. Но проблема как была, так и осталась, что где-то в регионах это обеспечивается, это нормально, соответственно уже сотни поселков за последние 10 лет, если не тысячи, деревень, сел, поселков, люди уже получили газ, они сидят на этом газе.

Анастасия Сорокина: Давайте посмотрим, как обстоит ситуация. О том, как в Пермском крае люди живут без газа, в сюжете нашего корреспондента.

СЮЖЕТ

Виталий Млечин: Вот и так бывает, то есть надо недалеко совсем трубу провести, но очень дорого.

Николай Хренков: Ну здесь если все как дама сказала, это действительно проблема, надо дополнительный прокол делать под автомобильной дорогой, под железной…

Виталий Млечин: Неужели, простите, в XXI веке это так сложно?

Николай Хренков: Несложно, несложно. Тут есть еще второй вопрос. Вот корреспондент совершенно правильно говорит: почему они раньше не обратились? Как идет газификация? «Газпром», значит, разворачивает карту, тыкает пальцем и говорит: «Мы вот здесь газифицируем». Нет: региональные власти собирают, как говорится, заявки, они определяют, что они хотят газифицировать. Вот им надо Иванова, Петрова газифицировать, а Сидорова им пока газифицировать не надо, и соответственно эти заявки подаются в «Газпром», и «Газпром» газифицирует именно то, о чем его просят региональные власти, и корреспондент абсолютно верно говорит, что надо обратиться в «Газпром». Надо не в «Газпром» обратиться местной власти, им надо обратиться к своему губернатору пермскому и сказать: «Помогите нас газифицировать, включите нас в программу газификации», – вот таким образом это должно выглядеть.

Анастасия Сорокина: В нашу беседу хочет включиться Сергей из Пскова. Сергей, здравствуйте, вы в прямом эфире.

Зритель: Здравствуйте.

Виталий Млечин: Слушаем вас.

Зритель: Я согласен отчасти с вашим гостем, тем более что вся газификация уже не первое десятилетие у нас основана на принципах жесткого капитализма рентабельности, самофинансирование самих жителей. Но хочу напомнить жесткую статистику: у нас 50 тысяч в стране, которая является лидером не только по экспорту природного газа, но и по запасам глобальным, не считая арктического шельфа, к сожалению, не газифицировано. У нас за последние 20 лет вымерло больше 20 тысяч населенных пунктов в сельской местности. Я не знаю, до чего хотят довести власти, видимо, до той поры, когда газифицировать некого будет, хотя говорят, что отток населения из села есть тоже крайне антидемографичная проблема.

Проводите людям газ, и все построится само собой, половина проблем будет снята, тем более что люди действительно поставлены в жесткие условия, когда по нынешнему кодексу, в том числе и федеральному, региональному, порой дрова-то нарубить для своей печки в XXI веке в нашей так называемой космической державе не всегда можно, а порой это выходит дороже, чем провести ту же трубу, на которую сбрасываются всем миром.

Анастасия Сорокина: Понятно, спасибо вам большое за звонок.

Виталий Млечин: Спасибо, Сергей.

Анастасия Сорокина: У нас просто совсем мало времени, а хочется задать много вопросов. Пишут как раз зрители нам о том, что сейчас программа рассчитана на 10 лет, то есть в течение 10 лет программа газификации, и то 100% нашей страны не будет газифицировано.

Николай Хренков: Ну вот смотрите, газификация у нас в стране началась после Великой Отечественной войны, когда был первый газопровод построен. Вот за 40 с лишним лет после войны и до развала СССР территория, мы берем РСФСР, нынешнюю РФ, была газифицирована примерно наполовину, в основном это были города, то есть значительная часть сельской местности при всех тех масштабах, при всей мощи, которая была у советского государства. В 1990-е гг. как-то по известным причинам это все затормозилось, но в 2000-е гг. этот процесс пошел, причем в первую очередь это касается сельской местности, это один момент.

Второй момент. Давайте мы вспомним площадь нашего государства, 17 миллионов квадратных километров, 1/7 часть суши. Огромная территория Чукотки, Якутии и так далее. Населенные пункты на расстоянии 100 километров друг от друга. Насколько, на ваш взгляд, рентабельно положить газопровод, чтобы обеспечить газом 3 тысячи человек, газопровод, который будет стоить безумных денег, десятки миллионов. То есть поэтому Миллер, кстати, между прочим, правильно в общем говорил, да это и все эксперты говорят на встрече с президентом, что необязательно тянуть трубы, есть же варианты автономной газификации, сжиженного газа. У нас значительная часть страны еще в советское время, да и сейчас, жила на газгольдерах, то есть были вкопаны в землю газгольдеры, это точно такой же газ, пожалуйста, пользуйся газовой плитой, газовой колонкой.

Виталий Млечин: Но это же дороже, чем по трубе, и плюс это надо транспортировать, хранить, опасно, газ взрывается, как мы знаем.

Николай Хренков: Считать надо, где-то это может оказаться и дешевле, где-то… Потому что построить газопровод тоже денег стоит.

Виталий Млечин: Да, естественно.

Николай Хренков: Значительно больше, чем закопать бочку с этим сжиженным газом.

Виталий Млечин: Да бочку-то заставят закапывать точно за свой счет, а газопровод могут за государственный провести.

Николай Хренков: За газпромовский, сразу уточним. Нет, бочку за свой счет – почему? Это опять от региональных властей зависит, от их договоренностей с властями. Тут правильно, кстати, вы тоже в самом начале передачи говорили, что зачастую регионы действительно хотят газифицироваться, но у них нет на это средств. Может быть, действительно как-то предусмотреть в программе помощи регионам, чтобы они могли свою, так сказать, обязанность строить внутрипоселковые газопроводы и помогать особенно малообеспеченным слоям населения подключаться к газу, и тогда дело пойдет веселее, может быть, 10 лет не понадобится. Хотя 10 лет, причем как-то так говорят, что это так много, и забывают, что вообще газификация РСФСР, а потом РФ вообще-то идет уже 70 лет.

Виталий Млечин: Но раньше технологии были другие.

Николай Хренков: Ну понятно, что технологии были другие.

Виталий Млечин: Когда все-таки рассчитывают на 10 лет, через 10 лет либо ишак, как известно, либо падишах, там, соответственно, можно будет все это пересмотреть.

Давайте послушаем Андрея из Хабаровска.

Анастасия Сорокина: Андрей, здравствуйте, мы вас слушаем.

Виталий Млечин: Андрей, вы в эфире.

Зритель: Да, добрый день, вечер.

Виталий Млечин: Добрый.

Зритель: В Хабаровске это уже вечер. Я хочу сказать не столько про «Газпром», а про местные власти. Мы живем в пригороде Хабаровска, «Газпром» уже несколько лет назад провел газ вдоль наших сел, даже завел газ в поселение наше. Но местные власти до сих пор, уже газопровод проведен по селу, но никак не могут подать газ в доме, есть какие-то проблемы, у них там возникают уже на протяжении нескольких лет, никто этот вопрос не решает. Газопровод лежит, трубы возле домов стоят, но никто не решает эти вопросы. То есть «Газпром», я так понимаю, на уровне правительства, государства свои вопросы решает, причем уже давно, но местные власти никак не хотят газифицировать население.

Это вот непонятно почему происходит, но надеемся, с новым губернатором нашего края этот вопрос решится, но до этого момента столько лет труба возле дома стоит… Мы купили оборудование газовое, установили в домах, надеялись, что к нам придет дешевый природный газ по сравнению с сжиженным, но до сих пор этот вопрос не решается. Непонятно вообще отношение местных властей по отношению к федеральным властям.

Анастасия Сорокина: Андрей, спасибо вам за звонок. Что делать людям в такой ситуации?

Николай Хренков: Вот как раз наглядный пример: газопровод есть, уже газ в село пришел, люди… подать не могут. В этой ситуации он в принципе правильно говорит, настойчиво требовать от местных, региональных властей исполнения своих обязательств, тем более что у них… Хабаровский край, сейчас туда действительно пришел сахалинский газ, он уже порядка 10 лет, и появилась возможность газифицировать природным газом Хабаровский край, раньше такой возможности не было в принципе, еще 10 лет назад. Соответственно, у них есть график, который они подписали, о котором я рассказывал. Почему они его не выполняют? Требовать настойчиво от региональных властей, мужчина сам это понимает, чтобы они выполняли свои обязательства. Это касается не только Хабаровского края, по данным «Газпрома»…

Анастасия Сорокина: Требовать – это что значит? Писать, обращаться, звонить?

Николай Хренков: Писать, обращаться, звонить, писать жалобы. Какие у нас есть способы? Обращаться в средства массовой информации, к вам на телевидение, в частности, он обратился, то есть добиваться. Потому что они обязаны это сделать, раз «Газпром» построил, раз газ у них там есть, даже они сами за свой счет купили внутридомовое газовое оборудование, то есть котлы и прочее, и не могут без газа – это вообще ситуация совершенно какая-то, абсолютно ненормальная. Она, конечно, безусловно требует исправления.

Анастасия Сорокина: Много вопросов от наших телезрителей. Дозвонился к нам Никита из Липецкой области. Никита, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. У меня история что-то наподобие, как у Андрея из Хабаровска, но буквально одну минуту займу у вас. Смотрите, такая ситуация. У меня отец живет в деревне. Лет 5 назад, когда Путин сказал, что надо все газифицировать, газ пойдет в село, приехали люди, положили трубу буквально в 10 метрах от дома, закопали ее. Надо подключаться, надо проводить газ в дом. Значит, местные газовщики озвучивают ценник – 160 тысяч рублей. У меня у отца пения 8 200. То есть как пожилой человек может подвести себе газ в дом за такие цены? Как это вообще возможно? Спасибо.

Анастасия Сорокина: Понятно, спасибо вам за вопрос. Вот тоже сейчас прочитала только что SMS из Нижегородской области: «Строим дом в городе, газ вдоль забора, подключение 1 миллион рублей».

Николай Хренков: Ну это вообще запредельная какая-то цена, 1 миллион…

Виталий Млечин: Так а для кого такие цены? То есть это получается, что даже газовики сами не заинтересованы в том, чтобы к их трубам кто-то подключался? Потому что кто за 1 миллион рублей подключится к газу?

Николай Хренков: Вообще у них в Нижегородской области в том числе, в Липецкой есть облгазы, газораспределительные организации, по-хорошему им надо обращаться туда, общаться с ними, приходить туда…

Виталий Млечин: Извините, пожалуйста, а о чем с ними общаться? Вот они сказали: «Хочешь? Пожалуйста, 160 тысяч, пожалуйста. А не хочешь, не надо».

Николай Хренков: А вы им задаете вопрос, на основании каких расчетов, ребята, у вас 160 тысяч. Почему где-нибудь, допустим, в Тюменской области 50, а у вас 160.

Анастасия Сорокина: Они скажут: «Не хотите – не надо, не подключайте».

Виталий Млечин: Скажут: «Из-за условий местности», – как мы только что слышали. Причины-то найдутся, сложно что ли?

Николай Хренков: Ну вот на это тоже есть, соответственно, и жилищная инспекция, есть и местные органы власти, пускай они этот вопрос решают: или это необоснованное задирание тарифа, или это, к сожалению, как говорится, действительно какая-то реальная техническая невозможность подать газ. В этой ситуации… Еще раз говорю, с каждой конкретной ситуацией надо разбираться, то есть надо обращаться в любом случае в газораспределительную организацию и в свои органы власти, естественно, и спрашивать, почему такой ценник. По большому счету, конечно, в принципе и сейчас существует система, должна быть четко установленная система тарификации, сколько стоит подключение: вот столько и столько, столько и столько.

Анастасия Сорокина: А где должна быть эта система подключения?

Николай Хренков: Она должна быть, регионы должны их принимать у себя в регионе. В принципе она как бы даже и есть, не буду просто вдаваться, в силу ряда обстоятельств она не соблюдается, потому что это ненормально. Кстати, этот вопрос поднимал…

Анастасия Сорокина: А почему она не соблюдается, если она уже, как вы говорите, действует?

Николай Хренков: Потому что всегда есть особые обстоятельства, иногда выдуманные, иногда реальные.

Анастасия Сорокина: А как разобраться? Вот смотрят нас наши зрители, которые действительно хотят подключиться, действительно разные случаи, разные ситуации. Если надо заплатить, то хотя бы понимать, за что такие цены.

Николай Хренков: Значит, в любом случае, во-первых, они должны… Вы понимаете, подключать к газу желающих организаций вообще много. Есть, допустим, какой-нибудь облгаз, он подключает? Нет, 25 организаций к вам придут и скажут, что они вас подключат к газу, какая-нибудь, может быть, даже вам пообещает это сделать дешевле.

Виталий Млечин: А поставщик-то один, газ один, труба одна.

Николай Хренков: Нет, смотрите, у нас четко уже разделено уже достаточно давно: газ поставляет одна организация, а подключает к газу, ремонтирует трубы, устанавливает вам внутридомовое оборудование совершенно другая организация. Газ у нас поставляют регионгазы, газоснабжающие организации, а этим занимаются газораспределительные организации, как они раньше назывались облгазы и горгазы, некоторые названия такие сохранили. Но сейчас они называются, если это газпромовское, то у них в Липецке, например, какой-нибудь «Газпром газораспределение Липецк», или Курган какой-нибудь, это к примеру, неважно. То есть в любом случае это первая инстанция, куда этот человек должен обращаться за тем, чтобы его подключили. И вот если эта организация ему называет неприемлемый совершенно ценник, то тогда уже задаваться этими вопросами, почему так, может быть, есть какая-то другая организация.

Анастасия Сорокина: Ну вот наши зрители и задаются вопросами. Сейчас у нас звонок из Карелии…

Николай Хренков: Ну они задаются к нам, а они должны задавать вопросы в…

Анастасия Сорокина: Вы сами им советовали обращаться в СМИ. Татьяна, здравствуйте, мы вас слушаем.

Зритель: Здравствуйте. Вот мы в Карелии живем в глубинке. Вот у нас тут газ только привозной, только в баллонах газ, другого газа нам даже не предлагают, вообще, наверное, никогда его не будет, и в городе у нас тоже специальные цистерны, куда привозят для домов, газ в них поступает, и то только для того, чтобы что-то готовить, варить. И вот и у нас так же: баллон стоит где-то больше тысячи, 1 150 где-то. Хватает он только варить кушать на 2-3 месяца людям. А про другой газ нам даже никогда и не говорят.

И вот если смотреть на ваши цены, то, конечно, он не по карману людям, которые живут у нас в поселках, где вообще нет никакой работы, в основном пенсионеры. Они не смогут себе за такие деньги провести его, это уж точно не смогут. А про дрова тоже нас пугают, что скоро и дров не будет якобы. Чем потом будем топиться, не знаю, не будет хватать. А пока мы топимся только дровами.

Виталий Млечин: Да, спасибо вам большое.

Давайте еще Ольгу из Москвы тоже сразу выслушаем. Ольга, здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте. Спасибо большое, что ответили. Вот у нас такой вопрос ставят. У нас 150 метров идет труба газовая мимо, подвести к нам никто не соглашается, предлагают сумму 3.5 миллиона.

Виталий Млечин: Классно. А почему не соглашаются? В чем сложность?

Зритель: Объясняют тем, что деревня неперспективная.

Анастасия Сорокина: Понятно.

Виталий Млечин: А какая разница, перспективная или нет, если люди хотят газ подключить? Почему так дорого?

Анастасия Сорокина: Просто кто-то хочет, видимо, 3.5 миллиона получить?

Виталий Млечин: Нет, все хотят 3.5 миллиона получить, просто так же нельзя, это откровенное издевательство.

Николай Хренков: Ну один из обратившихся к вам зрителей правильно упомянул, что есть все-таки понятие рентабельности. Понятно, что рентабельность в любом случае просчитывается. То есть потратить, условно говоря, 100 миллионов на прокладку трубы и в итоге поставлять газ и получать ежегодную выручку в 500 тысяч рублей, то есть эта труба не окупится никогда, вообще в принципе не окупится. Соответственно, есть какие-то другие варианты, о которых я говорил.

Тут как бы сразу два звонка, по Карелии это отдельная проблема, у них потому что газифицирована, насколько я знаю, столица и Приладожский район, и то не до конца еще, только начали газифицировать, с Солонецкого начали. Это большая проблема. Но в Карелии, кстати, в советское время как раз газгольдеров было много, и почему эта система сейчас дает сбои, почему так дорого… То есть должны быть… Плюс было такое понятие, как балансовый газ – это сжиженный газ в баллонах, на который цена специально держалась меньше, чтобы это было по карману сельским жителям в частности.

То есть вот эти вот меры поддержки, которые где-то есть, где-то их уже нет, это надо детали анализировать, безусловно, должны быть сохранены. Раз туда дорого тянуть газовую трубу, то люди все равно не должны оставаться без газа, правильный вопрос. Если тянуть туда газ бесперспективно, – хорошо, тогда пускай местные власти озаботятся вопросом, чтобы поставить там вот этот газгольдер и сделать локальную газификацию на сжиженном газе.

Анастасия Сорокина: А если уже протянули, как звонок из Москвы? Вот он, руку протяни буквально, вот он газ. Почему такие цены? Зачем они тогда, если это бесперспективная деревня, как вы говорите, дорого стоит прокладка вот этой газовой трубы, зачем ее вообще тогда провели?

Николай Хренков: Нет, я так понял, что эта труба проходит рядом с этой деревней, она куда-то в другом направлении, то есть она не в сторону деревни была протянута, просто надо отвод на деревню сделать, они именно так вопрос ставят. А им этого не делают, говорят, неперспективно. Сложно сказать, тем более что…

Анастасия Сорокина: Это Московская область, я так понимаю.

Николай Хренков: Да, Московская область, тут у них есть компания «Мособлгаз», она, кстати, отдельно, сама по себе, она в систему «Газпрома» не входит, но достаточно крупная все равно компания. Пускай они обращаются и решают этот вопрос. Плюс у них есть соответствующее министерство жилищного строительства. В любом случае это надо долбить инстанции. Вы же знаете, у нас в стране надо просто постоянно обращаться, писать во все возможные инстанции, только так чего-то можно добиться.

Виталий Млечин: У нас осталось две минутки всего-навсего, давайте подводить итог. Но мы должны затронуть еще одну очень важную деталь, скажем так. Вот газификация – это панацея? Мы должны стремиться к тому, чтобы в каждом доме в нашей стране был газ?

Николай Хренков: Мы должны стремиться к тому, чтобы в каждом доме нашей страны для людей были созданы максимально комфортные условия проживания. И если… У нас вот есть высотные дома, там электроплита, там газа нет, но они прекрасны, там созданы комфортные условия проживания, то есть мы должны стремиться именно к этому. Там, где газ действительно панацея, – а в сельской местности это зачастую именно так, потому что дровами дороже, они дороже, чем… Я анализировал ситуацию, я проводил опросы, так вот топить дровами дороже, чем газом, потому что цены на газ относительно небольшие.

То есть в деревнях да, если вы про сельскую местность, то да. Неважно, будет это сетевой газ или это будет газ сжиженный через газгольдеры, но это в принципе для сельской местности должна быть наша ключевая цель, чтобы у людей была возможность топиться от такого замечательного комфортного топлива, как газ.

Виталий Млечин: А газгольдеры – это так же безопасно? Не взорвутся?

Николай Хренков: Ну кстати, газ вообще опасен, мы это с вами понимаем прекрасно, газ есть вообще опасное явление. Но случаев, кстати, взрывов газгольдеров… Мы много знаем случаев взрывов бытового газа в домах, баллонов, но что вот именно с газгольдерами я что-то последние 10 лет не припомню, чтобы с газгольдером была какая-то проблема. Так что…

Виталий Млечин: Будем надеяться, что и не произойдет их.

Николай Хренков: Будем надеяться, конечно.

Виталий Млечин: Спасибо вам большое. У нас в гостях был независимый эксперт в области энергетики, обозреватель газеты «Известия» Николай Хренков. Мы беседовали о газификации всей нашей страны.

А прямо сейчас расскажем, что будем обсуждать сегодня в вечернем блоке программы «Отражение».


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Когда газ придет к тем, кто вынужден топить печи дровами?

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты