Нацпроекты: инвентаризация

Гости
Никита Масленников
ведущий эксперт Центра политических технологий
Николай Калмыков
директор Экспертно-аналитического центра РАНХиГС, кандидат социологических наук

Национальные проекты: где и по чьей вине они буксуют? Вслед за президентом разнос министрам по этому поводу устроил премьер. А глава Следственного комитета предложил обязать олигархов из 90-ых скидываться на нужды родины. Удастся ли за 5 лет преобразить страну? И способны ли на это наши чиновники?

Константин Чуриков: Ну что же, все внимание на нацпроекты, их 12. До 2024 года остается совсем мало времени, и вот один за другим сначала президент, это было 8 мая, устроил такую можно сказать напутственную выволочку тем, кто отвечает за нацпроекты, а затем и Дмитрий Медведев, это уже было на этой неделе, раскритиковал федеральные и региональные органы власти за невыполнение поручений президента.

Оксана Галькевич: По словам премьера, указы главы государства не выполняются в должной мере из-за халатности и разгильдяйства. Вопросы к дисциплине есть ко всем уровням власти, от федеральных министерств и ведомств до чиновников на местах в регионах.

Дмитрий Медведев: Скажем прямо, по ряду позиций ситуация далеко не самая благополучная. Многие поручения вовремя не исполняются, сроки постоянно корректируются, причем под разными предлогами: иногда это действительно что-то вполне серьезное и объективное, иногда просто не успевают из-за разгильдяйства, по несколько раз переносят.

Константин Чуриков: На совещании говорили о 6 социально значимых поручениях, в частности, речь шла о безопасности детского отдыха, повышении доступности домашнего образования, а также о строительстве инфекционной больницы в Севастополе.

Оксана Галькевич: Как отметил Медведев, ряд вопросов до сих пор недоработан. Так, поручение построить больницу президент дал еще в 2015 году, но строительство до сих пор не началось.

Константин Чуриков: Ну а хватит ли вообще исполнителям – министрам, вице-премьерам, вообще чиновникам, губернаторам и их командам – сил, умений, навыков, для того чтобы выполнить такие сложные задачи? Об этом сегодня днем наши коллеги спросили Алексея Зубца, это доктор экономических наук, профессор Финансового университета. И вот что он сказал.

Алексей Зубец: В таком масштабе и в таком виде это действительно первая серьезная, амбициозная программа после советских пятилеток, которую наши чиновники должны решить. Опыта решения таких проблем у них нет. Нет ощущения, что даже за эти деньги, за 27 триллионов рублей, которые выделены на эти нацпроекты, этих целей можно добиться. И это не более чем цели, их дальше надо расписать и придумать механизм их достижения. Деньги есть, Министерство финансов накопило 27 триллионов, которые будут потрачены на решение этих задач. А вот механизма нет, и любой чиновник нормальный, когда ему ставят задачу обеспечить, условно говоря, ту же продолжительность жизни, думает: «А как я это сделаю?» – и начинается торможение.

Константин Чуриков: Уважаемые зрители, вот сейчас внимательно посмотрите на экран, все-таки можно сказать, что майскому указу уже точно год, нацпроектам, которые из него вышли, почти год. Вот нацпроекты, какие сферы: демография, здравоохранение, образование, жилье, городская среда…

Оксана Галькевич: …культура, экология, дороги, производительность труда, поддержка занятости, наука, цифровая экономика, малый и средний бизнес, международная кооперация, экспорт. Я бы, знаешь, Костя, сказала, посмотрите, пожалуйста, внимательно на этот список, потому что это ни много ни мало, а все-таки 25 триллионов рублей будет на это выделено до 2024 года.

Константин Чуриков: 25 триллионов рублей, а год прошел. Скажите, пожалуйста, вот по каким направлениям в ваших регионах подвижек ноль, по каким подвижки есть, по каким подвижки, но как бы в обратном направлении.

Оксана Галькевич: И что для вас, может быть, самое важное, где бы вам этих подвижек хотелось в первую очередь.

Давай представим гостей.

Константин Чуриков: Внизу экрана наш телефон, SMS-портал работает вовсю. А в студии у нас?

Оксана Галькевич: А в студии у нас сегодня Никита Масленников, ведущий эксперт Центра политических технологий, – Никита Иванович, добрый вечер.

Никита Масленников: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: И Николай Калмыков, директор Экспертно-аналитического центра РАНХиГС, кандидат социологических наук, – Николай Николаевич, приветствуем вас.

Николай Калмыков: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Вот тут, конечно, все так сложно, как говорится, без пол-литра не разберешь. Одно цепляется за другое: демография и здравоохранение очень важны, вместе, тут и образование, и так далее. Где центр тяжести? Что самое главное? Как бы вы это сформировали, Никита Иванович?

Никита Масленников: У меня несколько неортодоксальная точка зрения. Я считаю, что самое главное – это, конечно, национальные цели 2024 года.

Константин Чуриков: А их у нас 9.

Никита Масленников: Национальные проекты – это один из инструментов, один из необходимых инструментов, но далеко не достаточный. Я глубоко уверен, что ни один национальный проект не даст должного результата, если одновременно не будут предприняты все необходимые шаги по созданию стимулирующей деловой среды для нашего отечественного российского бизнеса. Вот мне кажется, сегодня на деловой среде весь этот контрапункт, сходятся все вот эти проблемные точки.

Оксана Галькевич: Никита Иванович, вы имеете в виду что, простите? Собственно говоря, ведь речь шла о том, что когда критиковались действия правительства, выполнение национальных проектов, эта пробуксовка, речь шла о том, что надо бы как-то и олигархов наших привлечь, надо бы как-то, чтобы скинулись и поактивнее, понимаете, скинулись.

Никита Масленников: В том числе.

Оксана Галькевич: Вы эту деловую среду имеете в виду?

Никита Масленников: Но только механизма привлечения на сегодняшний день нет. Я могу честно сказать, что вот прошел год, я больше чем уверен, что подавляющее большинство ответов будет такое, что мы ничего не заметили. И это будет чистая правда, потому что на самом деле национальные проекты еще не начали исполняться. Сначала они формировались, потом создавался механизм как бы вот их осуществления, открывалось финансирование. На сегодняшний день, слава богу, решена только одна проблема.

Оксана Галькевич: Какая?

Никита Масленников: На этот год нужно довести до исполнителей национальных проектов 1 триллион 700 миллиардов рублей. Вот 94% этих ассигнований так или иначе уже расписаны.

Оксана Галькевич: Уже выделены.

Константин Чуриков: А с точки зрения бухгалтерии это так сложно?

Никита Масленников: Нет, это на самом деле было непросто, это непростая задача, потому что это сверх традиционного бюджетного планирования, понимаете? Это надо вписывать, надо согласовывать. Вчера Минфин повесил на своем сайте проект поправок к бюджету уже 2019 года в связи в том числе с исполнением национальных проектов. Так вот 94% – это ассигнования, 84%... Потому что ассигнования – это просто расписали, финансовая продразверстка такая, мы вот расписываем, куда пойдут эти деньги, адреса, пароли, явки. Очень важная задача решена, Минфин молодец, пять с плюсом. Дальше 84% обеспечены контрактами и соглашениями. А вот кассовое исполнение, реальные деньги, которые с начала года вышли на исполнение национальных проектов, всего-навсего 400 миллиардов, а в регионах еще меньше, потому что…

Константин Чуриков: Николай Николаевич…

Никита Масленников: Дайте уж я этот сюжет закончу и потом коллега продолжит. Потому что очень важная задача – довести треть вот этой самой суммы на нацпроекты, это межбюджетные трансферты, 590 миллиардов рублей должно уйти в регионы, реально ушло 43. И еще если добавить расходы региональных бюджетов, получается чуть больше 90 на национальные проекты. Значит, Минфин сейчас делает максимум возможного, чтобы до 1 июля довести все эти суммы по кассовому исполнению хотя бы до половины и начать действительно реализацию проектов. Но возникает огромное количество вопросов с точки зрения механизмов внутри государства и еще больше вопросов с точки зрения приглашения к нацпроектам тех же самых олигархов, мы еще продолжим.

Константин Чуриков: Да, еще продолжим.

Николай Николаевич, интересно, как здесь вся эта, как сказать, тема разруливается. На кого направлены нацпроекты? Мы сейчас с вами хором скажем, что на граждан Российской Федерации. Кому отчитываются исполнители этих проектов, вице-премьеры? Они не гражданам отчитываются, они отчитываются президенту. Вот у меня вопрос: нет ли здесь какой-то проблемы, вообще по каким критериям эти нацпроекты будут приняты и будет сказано, что они реализованы, мы молодцы?

Николай Калмыков: Ну на самом деле отчитываются они не только перед президентом, есть огромная система вообще в принципе государственного управления. Конечно же, здесь есть абсолютно большой комплекс: это отчетность и на региональном уровне, которая будет необходима конечным исполнителям, которые будут отвечать за проект на местном уровне…

Константин Чуриков: На региональном перед кем, извините?

Николай Калмыков: Есть глава региона, который осуществляет эти свои полномочия, собственно говоря, которому точно так же нужно будет отвечать, если у него что-то не сделано, равно как есть и ситуация с общественным контролем, который здесь должен быть и может быть. Есть Счетная палата, напомню, которая у нас сейчас достаточно строго себя порой ведет.

Константин Чуриков: Согласен, но это все перед чиновниками отчеты, одни чиновники отчитываются перед другими чиновниками.

Николай Калмыков: Почему? Какой же ОНФ, допустим, чиновники? Это не чиновники далеко. Такая же ситуация, если у нас есть партийный контроль, притом все партии совершенно спокойно могут очень серьезно участвовать. Мы знаем, что да, действительно, даже в Госдуме, когда происходила отчетность нашей исполнительной власти перед депутатами, – а депутаты, напомню, вообще выбираются нами (так, справочно), так что это отчетность перед народом как раз-таки в том числе. И система в этом плане достаточно большая. Вопрос не в отчетности, вопрос в том, каким образом это реализовать так, чтобы это было не просто распределение ассигнований, средств, финансов, коллега детальнейше это пояснил, то есть здесь, наверное, даже дополнить нечего. А в чем проблема, почему это все медленно идет, – это другой вопрос.

И здесь проблем несколько. Первая – это вообще корпоративная культура сама по себе, которая сложилась в государственной гражданской службе в первую очередь и в окружающих структурах. Они, к сожалению, не все вообще воспринимают сейчас, не понимают многие, что такое национальные проекты на местах, это большая проблема именно на территориях. Я просто за последний период времени проехал больше 50 регионов, могу сказать, что часть ответственных специалистов, которые по идее конечно за это должны отвечать, вообще не понимают, что это такое. Равно как и есть большая проблема, связанная с тем, что национальные проекты не только на макроуровне должны реализовываться, но и внизу, на территориях, в конкретном городе, они должны прикрепляться к каким-то имеющимся местным программам.

Оксана Галькевич: Подождите…

Константин Чуриков: Так они как раз на территории и должны реализовываться.

Оксана Галькевич: Меня вот интересует. Я поняла из слов Никиты Ивановича…

Николай Калмыков: И вот туда мы еще не пришли.

Оксана Галькевич: Я поняла из ваших слов, Никита Иванович, что Минфин молодец, на пять с плюсом отработал, деньги найдены…

Никита Масленников: Но только одну задачу из всех возможных.

Николай Калмыков: Спланировать распределение денег.

Никита Масленников: Да.

Оксана Галькевич: Да. Так вот у меня вопрос: деньги-то перечисляются прекрасно, я уверена, что Минфин и дальше на пять с плюсом справится, перечислит, все это дойдет до мест назначения. А алгоритм, собственно проект, что делать, есть у людей на руках, которые ждут поступления денег? Они берут вот эту папочку и говорят: «Так, ну вот возьмем, например, культуру, выделяется в определенный регион…» Там написано у этого региона, прописано, утверждено, подтверждено, что нужно сделать там?

Никита Масленников: Ох… Оксана, вот дальше… Вот дальше начинается проблема.

Оксана Галькевич: Вот.

Никита Масленников: Понимаете, 8-го числа…

Оксана Галькевич: Пока Минфин год искал деньги и переводил их в какие-то там регионы…

Никита Масленников: Оксана, совершенно справедливо.

Николай Калмыков: Я аккуратно начал к этому подводить как раз.

Никита Масленников: Николай Николаевич про общественный контроль начал говорить и все – это абсолютно справедливо, потому что само по себе понятие «национальные проекты» и «национальные цели» предполагает, что это не только вертикаль государства.

Константин Чуриков: Как-то нация должна быть в курсе, да.

Никита Масленников: Это не только финансы, это еще, извините, спрос граждан с тех, кому они платят налоги, потому что иначе тогда смысла в национальном проекте, национальной цели нет. Это национальное.

Теперь дальше. Деньги расписываются, вот 8-го числа, Николай Николаевич вспомнил это совещание и вы тоже, Счетная палата опять-таки очень строгая и говорит: ну хорошо, но план мероприятий, из которых состоит исполнение национальных проектов, даже мы в Счетной палате не видели, а вы с нас спрашиваете, как мы должны оценивать вероятность реализации национальных целей, а мы не можем вам ответить…

Николай Калмыков: А нам еще на региональный уровень спуститься.

Никита Масленников: Да, мы не можем вам ответить честно и откровенно, потому что мы не очень понимаем, из каких мероприятий это состоит, и перечисляет риски. Слава богу, на этой неделе все-таки вот этот план мероприятий был опубликован на сайте правительства, но, правда, забыли еще опубликовать постановление о введении его в действие, но тем не менее. И вот дальше возникают вопросы. Прошло буквальность 2–3 дня, мы-то не очень понимаем, из чего это состоит, у нас огромное количество вопросов, и думаю, столько же вопросов у региональных начальников, столько же у муниципальных образований, потому что это только-только начинает складываться.

Николай Калмыков: Муниципалитеты вообще еще дальше находятся, потому что пока в регионе не определятся, что делать с нацпроектом, как его реализовывать…

Оксана Галькевич: Подождите-подождите…

Николай Калмыков: …муниципалитет вообще ничего не может, даже как-то сориентироваться в пространстве, к сожалению.

Оксана Галькевич: Подождите, я хочу уточнить важный момент. То есть эти программы сверху идут, они не снизу. Это не регионы и муниципалитеты говорят: «Нам нужен водопровод, например, или дорога, или дом культуры», – это Москва сидит наверху и прописывает, какому муниципалитету где надо, да?

Николай Калмыков: Это двусторонняя история.

Никита Масленников: С двух сторон, конечно.

Оксана Галькевич: С двух сторон?

Николай Калмыков: Но для этого надо спланировать.

Никита Масленников: Конечно.

Николай Калмыков: Чтобы сделали не так, что в рамках имеющихся бюджетов мы и так планировали, от нацпроекта деньги пришли, почему бы нам не перезакрыть какую-то там в бюджете дыру. Это не для этого сделано, а для того, чтобы как раз-таки сделать прорыв, потому что если мы просто займемся перекладыванием из кармана в карман, то изменений не будет, не будет точек прорыва. Фокусировка средств на конкретные сверхзадачи. Но вот для того чтобы понимать, что это такое, нужно чтобы каждый специалист в муниципалитете понимал, что в ближайший период времени мы реально на это фокусируемся, а они этого очень часто не понимают.

И здесь я могу сказать, еще один маленький тезис дополню: мы делали экспертизу по ряду, по десятку стратегий социально-экономического развития регионов, мы их соотносили с определенными задачами и целями, которые есть в национальных проектах. Вот я могу сейчас смело сказать, что в значительной части стратегий региональных в принципе большая часть задач из нацпроектов отсутствует. Таким образом это еще переформатирует имеющиеся другие документы, потому что если стратегия региона и нацпроект просто не созвучны, наверное, что-то не так со стратегией, надо что-то обновить.

Константин Чуриков: Я так вот, честно говоря, усомнился сейчас, что если бы мы, например, вывели в прямой эфир главу какого-то муниципального образования, он вообще в курсе, сколько этих нацпроектов, о чем они, как они хотя бы называются.

Николай Калмыков: Я это уже проверял в формате официальных мероприятий, которые мы проводили, в том числе у нас проходят деловые игры. К сожалению, действительно муниципалитеты погружены еще меньше. Здесь нужно учить.

Константин Чуриков: Хорошо.

Николай Калмыков: Объективно помимо просвещения, рассылки писем и всего прочего, объективно нужно минимальный, какой-то базовый пакет обучения для каждого муниципального служащего, принимающего решения хотя бы, для начальников обязано.

Константин Чуриков: Отлично. Но вам не кажется, что для того чтобы… Все-таки история идет сверху: сверху нам сообщили о том, что вот есть такая идея…

Николай Калмыков: Есть возможность.

Константин Чуриков: Возможность, необходимость, раскачиваться уже времени нет и так далее. Для того чтобы это дальше по всей вертикали, – а она у нас большая, длинная, – все это как-то ни шатко ни валко заработало тем не менее, для этого нужно как-то спуститься оттуда, с небес спуститься на землю. Но как спуститься, когда, в общем, ты живешь в мире благополучия, у тебя есть все, что ты хочешь, и даже больше, у тебя прекрасные доходы…

Оксана Галькевич: Дорогой автомобиль, часы Rolex.

Константин Чуриков: Я о собирательном образе крупного чиновника.

Николай Калмыков: Мы говорим про муниципальных исполнителей, у них, конечно, далеко не такая счастливая жизнь, как кажется.

Константин Чуриков: А я говорю не об этих, я говорю о других. Потому что вот нам Никита Иванович говорит, что расписано, но непонятно, во имя чего расписано и что там делать на земле. Так надо же посмотреть, надо, наверное, как-то хлебнуть этого. А вот когда твой мир совсем другой, у тебя прекрасные дачи, машины…

Николай Калмыков: Знаете, я могу…

Оксана Галькевич: Костя, а если вот у тебя прекрасные дачи, машины, ты бы разве не хотел бы, чтобы у всех были прекрасные дачи, машины, часы Rolex, как у тебя? Автомобиль…

Константин Чуриков: У меня никогда этого не будет и мне это не надо, я человек простой.

Николай Калмыков: Вы знаете, на самом деле я могу сказать, что интерес есть, многие руководители даже высокого уровня вовлекаются в попытку понять, как это все соединить, решить на местах, в регионах.

Константин Чуриков: Как они там живут-то?

Оксана Галькевич: А как они вовлекаются, расскажите, это очень интересно. Глубокое погружение?

Николай Калмыков: На самом деле у нас есть, просто коллега до этого выступал по записи, что мы не имели опыта раньше какого-то такие глобальные вещи, – имели. Во-первых, давайте вспомним, что были ДРОНДы в свое время, кто-то, может быть, помнит это страшное слово, когда писали планы, дорожные карты и так далее. Был период, когда мы готовили антикризисные планы всей страной во всех регионах. Мы, кстати, делали исследование об этом у нас в академии, опрашивая, как вообще, вовлекали ли экспертов, вовлекали ли общественников и так далее. К сожалению, далеко не все.

И вот здесь как раз проблема, что когда на место приходят… Вот есть нацпроект, он прилетел на территорию, уже понятно, что делать. Вот когда вы готовите местный региональный план, здесь как раз-таки необходимо абсолютно забыть об иерархии – большой чиновник, маленький, средний, неважно, общественник, внешний эксперт, бизнесмен местный, маленький, большой – и вот в этот момент необходимо на территории, на месте конкретном уже работать именно с сшивкой этого нацпроекта с реальной региональной спецификой.

К сожалению, этого сейчас системно практически не происходит у многих, они не пытаются вникнуть, что это не разовая акция по раздаче денег, для того чтобы перекрыть бюджеты, еще раз культура, корпоративная культура профессиональная, а это возможность, для того чтобы сделать прорыв. Если вы действительно понимаете, что вы в конкретном регионе готовы какую-то тему сверхактивно реализовать, то, конечно, на это можно деньги будет найти. Есть механизмы и займов, есть механизмы и привлечения инвестиций, есть институты развития, напомню, это не только нацпроекты.

Потому что коллега начал уже поднимать тему, что у нас не только сами нацпроекты связаны с раздачей денег, институты развития – пожалуйста, вы можете кучу возможностей использовать. Есть «Внешэкономбанк», который заходит с финансированием, готов инвестировать колоссальные деньги сейчас в проекты, занимаются коллеги, которые тоже пришли из правительства. Есть «Корпорация МСП», которая точно так же готова помогать бизнесу…

Константин Чуриков: Малого и среднего предпринимательства, да.

Николай Калмыков: Но это под те же самые задачи нужно использовать. Но для этого начальник наверху должен понимать, начальник среднего уровня должен понимать и на муниципальном уровне тоже должны понимать. А когда я спрашивал муниципального чиновника, знаете ли вы, что такое МЧП, муниципально-частное партнерство, у них вот такие глаза, они удивлены, что это такое. А это когда вы можете не тратить деньги бюджетные, а вы можете сделать комфортную ситуацию, когда бизнесмен готов будет войти вместе с вами это реализовать. Но они не умеют этого делать.

Оксана Галькевич: Подождите, вот эти начальники по всей цепи, которых вы сейчас перечислили, – они чего ради должны все это понимать? Ради того, чтобы остаться, удержаться на своем месте и не получить еще с более высокого портала какой-то нагоняй? Или потому что он знает, что внизу люди, которые могут быть недовольны, расстроены, опечалены? Он может лишиться своего места просто потому, что за него в следующий раз никто не проголосует?

Николай Калмыков: В том числе поэтому первые лица нашей страны обращают внимание, это не просто где-то на каком-то тихом совещании, а это публичная заявка, когда действительно дают обратить внимание не только для чиновников. Заявления, которые сделаны первыми лицами, – это не для одних чиновников, не только для исполнителей, это как раз для людей о том, что эта задача стоит на сверхконтроле.

Константин Чуриков: Мы тоже должны включиться.

Николай Калмыков: Нужно, конечно же, включаться. Притом я могу сказать, что мы очень часто говорим, что не учитывают мнения, – знаете, как на самом деле сложно собрать людей даже обычных для обсуждения важных, острых тем? Очень сложно.

Константин Чуриков: Подождите, я, предположим…

Николай Калмыков: У предпринимателей мнения собрать, чтобы учесть их в стратегии регионального экономического развития, очень сложно, потому что многие сидят и ждут, что придут бюджетные деньги, сделают госзаказ, все будет хорошо. У меня сейчас, к примеру, проблема, мы с трудом собираем людей, обычных граждан для обсуждения проблемы, связанной с тем, каким образом нужно помогать людям в кризисной ситуации со здоровьем. Есть проблемы, когда мы обсуждаем вопросы поддержки малого и среднего бизнеса, со всей Москвы готовы реально это обсуждать несколько десятков человек, к сожалению. Не только в Интернете на диване написать два сообщения, а реально работать.

Константин Чуриков: Понятно.

Ну хорошо, смотрите, значит, каждый из нас, уважаемые граждане, тоже должен подключиться и включиться. Давайте каждый вот подумает, можно еще раз показать сферы нацпроектов? Демография, в общем-то, в принципе при наличии средств, денег, наверное, можем еще третьего завести каждый в своей семье, естественно. Здравоохранение, следить за своим здоровьем, – ну в принципе можем, не вопрос. Образование… Ну если деньги есть, желание и время, тоже, в общем, можно куда-то ходить, учиться крестиком вышивать. А дальше? Берем уже сложное, жилье и городская среда – ну как? Квартиры дорого стоят. Культура – что я сделаю в сфере культуры? Театр построю? Экология – я не буду мусорить. Дороги, в общем, делают за меня. Что я могу?

Николай Калмыков: Смотрите, на самом деле намного больше возможностей участия гражданского общества в этих вопросах. Здесь есть… И в вопросах экологии можно предложения разные вносить. У нас было гражданское участие по Байкалу, да, определенные изменения сейчас произошли, хотя там пытались нахулиганить. Есть ситуация объективная, когда вы говорите про жилье: совершенно спокойно есть разные новые технологии, предприниматели, которые разрабатывают их, точно так же могут вносить предложения о том, как оптимизировать рынок эконом-класса жилья в том числе.

Константин Чуриков: Да вы что?

Николай Калмыков: Есть такие.

Константин Чуриков: Да вы что? Ну слушайте, давайте сейчас сайт, не знаю, cian.ru откроем… Ну что вы…

Николай Калмыков: Простой пример: смотрите, как Дальний Восток поступил, знаете?

Оксана Галькевич: Никита Иванович, включайтесь тоже в нашу беседу.

Константин Чуриков: Да, а то у нас же диалог.

Никита Масленников: Вы знаете, что я хотел сказать? Собственно, продолжить то, что Николай Николаевич…

Константин Чуриков: Только чуть погромче, если можно.

Никита Масленников: Продолжить то, что Николай Николаевич начал, рассказывать об этих прямых обратных связях, о том, как вовлекать. Вот обратите внимание, сегодня президент где был в Сочах? Он встречался с региональной и местной прессой по вопросам как раз нацпроекта. И сказал так: «Я вот попросил подъехать их правительства, вот посидят-послушают, а вы давайте рассказывайте, что там, каким образом, что на земле, что волнует людей, как сделать так, чтобы они увидели результат, в чем вообще вы видите результативность национального проекта в регионе, в городе-миллионнике, во всех других городах, в конкретном муниципалитете? Давайте, расскажите!» Знаете, это на самом деле меня очень порадовало, потому что это поворот, поворот к этому самому истинному содержанию, что такое национальные цели и национальный проект.

Оксана Галькевич: Никита Иванович…

Никита Масленников: И причем открывается на самом деле шлюз, шлюз средств массовой информации: вот все, что есть, давайте.

Константин Чуриков: Шлюз давайте откроем, звонки.

Оксана Галькевич: Да, мы сейчас откроем…

Николай Калмыков: Маленькое дополнение.

Никита Масленников: И почему это плохо, объясните мне? Я считаю, что это важный процесс.

Оксана Галькевич: Никита Иванович, как вы думаете, если бы эти люди, которые, как вы говорите, подъехали бы и послушали, что люди говорят, – если бы они среди людей жили, среди людей ходили в магазин, среди людей платили за квартиру, на таких же условиях…

Константин Чуриков: Девятую кнопочку в телевизоре включали бы.

Николай Калмыков: Не создавайте иллюзий, у всех разная ситуация.

Оксана Галькевич: Да, девятую кнопочку. Как вы думаете, может быть, эта коммуникация была бы проще? Отдыхали бы среди людей на 6 сотках, копали бы картошку, огурцы, все это?

Никита Масленников: Да я согласен, но вы вот в меня в пафос заводите такой…

Оксана Галькевич: Нет, не в пафос.

Никита Масленников: Я ведь тоже сейчас могу, понимаете, наговорить кучу всяких разных мерзостей по поводу того, как устроен мониторинг этих национальных проектов.

Оксана Галькевич: Нет, огурцы – это не мерзость, это наше все.

Никита Масленников: Понимаете, ведь это же… Тем не менее все равно скажу, вы меня не остановите: все-таки, понимаете, это действительно некий новый поворот вообще в системе государственного управления, в коммуникациях. Мы только начинаем это все выстраивать. И конечно, ваши упреки справедливы. Но извините, нельзя сказать, что вся наша чиновничья братия живет в другой какой-то стране, на небесах: и в магазины ходят, и отдыхают от Крыма до Владивостока, все это есть. Другое дело, что у нас, понимаете, отсутствует культура некоего такого понимания, что такое проектный метод, даже на самом верху.

Оксана Галькевич: Звонок надо.

Николай Калмыков: Короткий тезис.

Никита Масленников: Можно два дополнения? Во-первых, план мероприятий по реализации национальных проектов. Вот если мы посмотрим, что прямо дает эффект для экономики, социальной жизни, рост производительности труда, реальных заработных плат и так далее, и тому подобное? Вы удивитесь, но тем не менее только четверть всех мероприятий, 25%, остальные носят характер согласовать, провести контрольно-проверочную деятельность, еще что-то. Вот это, понимаете, уже первый перекос, который надо немедленно править.

Второй перекос. Результативность – замечательно, мы вот будем результативность замечать как? По телефонному опросу, есть или нет, увидели или не увидели? А есть какие-то другие критерии? Наверняка есть, есть статистические показатели, как меняется уровень жизни в каком-то селе, где-то еще что-то. Начинаем смотреть, в данном случае посмотрела Счетная палата 3 недели тому назад. Что выяснилось? 75% статистических показателей не подлежат прямому наблюдению. То есть получается очень интересная штука: отчитываться каждый год об исполнении национальных проектов надо, а статистика не успевает, она будет через 2 квартала после. Тем не менее на сегодняшний день в федеральном плане статистических работ, к сожалению, отсутствуют эти вот действия по созданию прямого статистического наблюдения за результатами национальных проектов. Вот.

Константин Чуриков: 8-800-222-00-14, ждем ваших звонков, какие нацпроекты у вас как-то движутся, какие стоят на месте, какие проваливаются.

Ваша реплика?

Николай Калмыков: Маленькое дополнение. У нас помимо нацпроектов еще есть очень важный момент, поручение президента, готовится нацпрограмма большая по Дальнему Востоку, напомню, это очень важный момент.

Никита Масленников: Да, до 2025 года.

Николай Калмыков: Она ничуть не менее масштабна, чем нацпроект, это раз. Второй момент – смелость Министерства Дальнего Востока и курирующего полпреда Трутнева очень велика знаете в чем? Есть портал, на который вы можете зайти сейчас, оставить свои предложения по самым разным проблемам и со всех уголком Дальнего Востока, и они там публикуются все до единого, самые даже зачастую бывают очень жесткие. И вот это как раз-таки пример того, как действительно правильно ограничена работа по сбору идей, предложений, каким образом реализовать на месте. Вы знаете, я удивился, там статистика колоссальная посещаемости сайта, огромное количество, тысячи. Может любой человек посмотреть.

Оксана Галькевич: Сотни тысяч сейчас только об этом сайте узнали.

Давайте сразу Анатолия выслушаем из Тюменской области. Анатолий, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер всем.

Константин Чуриков: Добрый.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Значит, мне очень многое хочется сказать. Я только что хочу сказать? У нас со всей Тюменской области дороги по отношению к другим регионам действительно можно сказать отличные. А дальше мне хочется следующее сказать. Этот нацпроект у нас не первый, первый нацпроект был в 2005 году, правильно? И их несколько было, так?

Николай Калмыков: Программ.

Зритель: Потом были… майские указы…

Николай Калмыков: Проекты работают очень многие.

Зритель: Медведев когда был, оптимизацию сделали, все остальное. И вот это все время абсолютно одни сетевые магазины, что есть у нас в стране, все заполнено. Сейчас мегаполисы опять… Для 40 тысяч городишек у вас в Москве 120-150 тысяч район, правильно? А это 40 городишек, и они имеют «Магнит»…

Константин Чуриков: Анатолий, а давайте конкретно, потому что очень разных-разных постулатов каких-то у вас. Чем конкретно вы недовольны? Что самое главное для вас?

Зритель: Так вот я за что говорю? Работать-то негде. Вот все говорят, подняться и поехать куда-то.

Константин Чуриков: Работы нет.

Николай Калмыков: Рабочие места нужны.

Константин Чуриков: «Работы нет», – говорит нам Анатолий из Тюменской области. Спасибо, просто приходится как-то вас, извините, прерывать, потому что много еще вопросов и у других зрителей, и у нас.

Вот знаете, сейчас хочу процитировать одного человека, его зовут Петр Кропоткин, был такой у нас князь, несостоявшийся революционер. И он как-то написал: «Хорошо было бы, если бы все господа, строящие планы государственной перспективы и дисциплины, прежде чем расписывать свои утопии, прошли бы школу действительной жизни». Я повторю тот вопрос, который наши коллеги задали профессору Зубцу: как вы думаете, чиновники у нас готовы? Они понимают, что в стране творится, что у нашего зрителя Анатолия, у его земляков, у многих людей в стране нет работы, что они еле сводят концы с концами? Вот это понимание есть?

Николай Калмыков: Не у всех. Притом у всех, у очень многих специалистов понимание с разных сторон. То есть человек может быть очень узкий специалист, замечательнейший специалист в какой-то узкой области, но он объективно может не понимать, как устроен процесс в обществе или даже в бизнес-отношениях. Даже с той же самой дорогой, я в связи с произносил здесь как раз-таки в первый раз эту фразу, мне коллеги говорили, что очень умная фраза, «контрактация жизненного цикла при строительстве дорог». Тем не менее я называл это на многих эфирах, на других телеканалах. Мы сделали доклад на эту тему, и в результате это было даже произнесено президентом впоследствии, эта тема пошла, переход, как раз-таки контрактация жизненного цикла при строительстве дорожно-транспортной структуры. Умная, сложная фраза, но если специалист узкий ее понимает, а местный специалист ее не будет понимать, он не сможет это впоследствии реализовать.

Константин Чуриков: Подождите, дело не в понимании сложных фраз и в них, как сказать, вычурности и сложности. Дело в том, чтобы мы друг другу слышали, говорили простым языком и четко понимали, что мы делаем.

Оксана Галькевич: Понимали сложных людей и простых людей.

Николай Калмыков: Если специалист ответственный не понимает, как устроен процесс организации взаимоотношений и с обществом, и с бизнесом, еще раз, обязательно надо понимать, как бизнесмен работает…

Никита Масленников: Можно я включусь?

Оксана Галькевич: Конечно!

Константин Чуриков: Знаете как бывает? Они говорят непонятно, чтобы умными показаться.

Николай Калмыков: Еще бывает очень большая проблема, когда ответственные лица не понимают последствий, к которым приведут те или иные действия либо бездействие.

Константин Чуриков: Тогда почему они стали ответственными, закончили, извините, РАНХиГС и стали ответственными лицами?

Николай Калмыков: Почему обязательно РАНХиГС? Они разные места заканчивали.

Константин Чуриков: Ну условно.

Оксана Галькевич: Никита Иванович, включайтесь.

Никита Масленников: Вы знаете, да, я подключусь. Вы знаете, все-таки любой чиновник живет в определенной системе правил достаточно четких: что с него спрашивают, что он должен делать, у него есть KPI, еще чего-то, еще чего-то. Вот сейчас ситуация несколько такая для него критическая, я бы даже сказал «шокотерапевтическая», потому что количество сущностей, за которые он отвечает, стремительно размножается.

Николай Калмыков: Ага.

Никита Масленников: Есть нацпроекты, есть освоение средств, эффективное использование средств федерального бюджета, есть еще куча поручений…

Николай Калмыков: Региональные…

Никита Масленников: Что же первое, что же второе, что же третье? За что же я должен хвататься? Кто-то может сообразить, а кого-то нужно просто подводить… Понимаете, этот вопрос отсутствия некоей приоритетности действий – это сегодня очень важная проблема. Потому что смотрите, что опять мы… Логика национальных проектов. Возьмите любой проект, возьмите ту же самую демографию, национальный проект «Демография» состоит из 10 государственных программ, понимаете? Кто-то там отвечает за одну программу и за ее вклад в национальный проект, и за вклад национального проекта в достижение национальной цели. Так у него же вообще начинается просто шизоидальная какая-то клиника в голове.

Константин Чуриков: Такая матрешка придумана.

Никита Масленников: Потому что вот это вот как? За что же я на самом деле отвечаю? А как эти госпрограммы между собой согласованы? А каким образом здесь это все должно? И это же не только на уровне рядового исполнителя в каком-то министерстве начиная от муниципального образования до региона, это на уровне заместителей министров такой клинч, понимаете? И вот эта система, пока это критическая ситуация, потому что это нужно действительно разруливать. Премьер Медведев, конечно, справедливо транслировал некое раздражение тоже справедливое президента на своих подчиненных и так далее, и тому подобное. Но ведь подчиненные дальше будут транслировать раздражение на всех нас, потому что мы не понимаем, как это делать, как это собрать «Lego», как этот кубик Рубика сложить за 16 секунд.

Константин Чуриков: У нас звонит телефон.

Никита Масленников: Поэтому это вот действительно серьезнейший управленческий вызов для всей системы управления государством, и надо это решать очень быстро.

Оксана Галькевич: Проблема только в том, что эта система управления, Никита Иванович, никоим образом, вообще никак не зависит от людей, понимаете?

Никита Масленников: Кто не зависит?

Оксана Галькевич: Этот чиновник, который сейчас в прострации и не знает, за что он отвечает, в первую очередь боится начальство сверху, ему абсолютно все равно, что люди не видят этого результата…

Никита Масленников: Да он очень часто не понимает, что он должен делать в первую, во вторую очередь.

Оксана Галькевич: Да даже когда поймет, ему все равно…

Николай Калмыков: Бывает ситуация, когда не он сам не хочет или плохой, как вы пытаетесь подать…

Оксана Галькевич: Нет, я не говорю, что он плохой…

Николай Калмыков: Проблема в другом: он не понимает, что ему делать, у него нет инструментария для этой реализации.

Оксана Галькевич: Вы говорите про обратную связь, а ее нет. Вы поймите, там нет обратной связи.

Николай Калмыков: Ну как нет?

Оксана Галькевич: Она идет… Просто вертикаль связи есть, а она нигде не заземляется.

Николай Калмыков: Стараются общаться кто как может.

Оксана Галькевич: У нас просто срываются, к сожалению, звонки…

Константин Чуриков: Не дожидаются.

Оксана Галькевич: Лидия из Екатеринбурга до нас дозвонилась. Лидия, здравствуйте, мы вас слушаем.

Зритель: Здравствуйте, уважаемые ведущие и гости.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Я хотела бы сказать по поводу нацпроектов относительно культуры. Иногда получается такое мнение у людей, что кому-то выгодно, чтобы нация была необразованной, некультурной и больной, потому что вот на эти как раз три темы никто не обращает внимания. Дороги возможны, бизнес возможен, а вот это нет. То есть оклады в культуре такие мизерные, что еле-еле прожиточный минимум получается, 11 тысяч. И вот я тут выписала высказывание одного ученого человека, он сказал, что с целью теоретического выполнения указов президента от 2012 года власти изменили порядок расчета заработной платы работников культуры, и она ровно уменьшилась на 13%, потому что произошло только бумажное увеличение, в действительности все меньше и меньше. Спроса с нас больше, то есть бумажной, работы в праздники, в Новый год и 9 мая и так далее, а зарплаты… Вот как?

Константин Чуриков: Зарплаты остались там же.

Николай Калмыков: И здесь как раз-таки…

Зритель: Нет, даже не то что там же, а меньше.

Константин Чуриков: Откатились, да.

Зритель: Я посмотрела, с каждым месяцем плавно-плавно на 100, на 200 рублей она уменьшается. Так вот как указ президента в этом плане? Вроде бы по приказу министра прошло в 2018 году дважды, в апреле и в октябре, увеличение заработной платы, но это прошло только в государственных коллективах, как Уральский хор или еще.

Оксана Галькевич: Понятно.

Зритель: Профессиональных я имею в виду.

Николай Калмыков: Регион.

Зритель: А вот к нам, к муниципалитетам, это никак.

Николай Калмыков: Вот.

Зритель: Но я за директоров не знаю.

Константин Чуриков: Да, спасибо, Лидия, спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: А что происходит, извините? Это что? Это разгильдяйство, или, может быть, это саботаж вообще? Мы говорим о выполнении указов, внимание, 2012 года.

Никита Масленников: Сложившаяся система финансовых отношений между регионами и муниципалитетами, вот это все.

Николай Калмыков: Смотрите, вот как раз-таки прямо наглядный пример того, о чем я говорил. Есть муниципалитет, есть региональная администрация, есть конкретное учреждение культуры на муниципальном балансе, как я понимаю с комментария, выступления. Здесь как раз-таки проблема в том, что конкретный чиновник, вот там находящийся, вероятно, не понимает, что одной из его функций является содействие развитию этому учреждению, в том числе есть муниципальные…

Оксана Галькевич: А кто там работает, простите? Что это за человек?

Николай Калмыков: Очень разные люди бывают.

Оксана Галькевич: Представляете, вы такой приходите в прямой эфир, а тут сидят два человека, которые вообще не понимают, что вы сюда пришли, о чем мы сейчас будем разговаривать.

Николай Калмыков: Смотрите, простой пример…

Оксана Галькевич: Ну как, елки-палки?

Николай Калмыков: Я назвал фразу «муниципально-частное партнерство». Если есть учреждение, которое находится там, есть шикарные примеры местных, региональных, допустим, библиотек, которые стали действительно центрами притяжения, которые оказывают базовые свои услуги, которые доступны всему населению, плюс они могут оказывать дополнительные какие-то платные услуги, у них есть этот инструментарий.

Константин Чуриков: В библиотеке?

Николай Калмыков: Есть дополнительные мероприятия, которые они могут проводить, допустим, привлекая в том числе…

Константин Чуриков: Мы сейчас себе представляем, наверное, город, да?

Николай Калмыков: Нет.

Константин Чуриков: Вряд ли село, поселок.

Николай Калмыков: Есть малые населенные пункты в том числе. Есть примеры тех ситуаций, когда малый населенный пункт, у нас есть малые города и исторические поселения в том числе, которые шикарно многие из них смогли себя раскачать именно как объекты культуры, привлекательные для туристов. Где-то это возможно, не везде.

Оксана Галькевич: Это круто, это человеческий фактор, это повезло.

Николай Калмыков: Да, я говорю про человеческий фактор.

Оксана Галькевич: Так вот.

Николай Калмыков: И когда конкретный ответственный чиновник не понимает, что он может создавать условия, чтобы привлекать финансирование, спонсоров, общественные какие-то средства, что он может для этой деятельности создавать условия, что это его ответственность, он регулятор, чиновник должен регулировать отношения и их создавать.

Оксана Галькевич: Николай Николаевич, так это клево! Это значит, вот на этом…

Николай Калмыков: А не ситуация, когда он сидит и ждет, что ему дадут дотацию из регионального бюджета, а в региональном бюджете ждут, когда им дадут дотацию из федерального бюджета.

Оксана Галькевич: Николай Николаевич, это круто, что вот в этом конкретном месте такой вот звездный управленец, понимаете, на своем маленьком муниципальном…

Николай Калмыков: Не звездный, он должен просто уметь выполнять свои функции.

Оксана Галькевич: Сколько таких умеющих выполнять?

Николай Калмыков: У нас не парад талантов, у них есть инструментарий, есть должностные обязанности, у него есть документы, на которых он может это делать.

Оксана Галькевич: Вот вам Лидия сейчас…

Николай Калмыков: Если он не знает, что такое муниципально-частное партнерство, то он очень странный чиновник для меня.

Оксана Галькевич: Вот вам сейчас Лидия из Екатеринбурга позвонила, понимаете, и сказала, что ее руководителям абсолютно все равно, как там выполняются указы, нацпроекты, будет у нее расти зарплата, как президент сказал, или будет падать, хотя президент сказал, чтобы росла, – никто не пострадает.

Константин Чуриков: Никита Иванович?

Никита Масленников: Вы знаете, я думаю, что все-таки не надо так смотреть безнадежно на всю нашу российскую ситуацию, хотя есть, конечно, проблемы. Вот смотрите, первая проблема: сколько, как вы думаете, в среднем муниципалитет, муниципальное образование получает доходов долю от создаваемых на ее территории в среднем по России?

Оксана Галькевич: Сколько?

Никита Масленников: 15%.

Оксана Галькевич: Мало.

Никита Масленников: Мало, мало.

Оксана Галькевич: Работаешь-работаешь, а тебе только 15%.

Никита Масленников: Естественно, уже первая проблема: надо перестраивать эти отношения-то. Вторая: есть такая штука, которая называется на профессиональном языке «инициативное бюджетирование». Смысл: граждане собираются, обсуждают, чего будем делать, вот эту больничку будем модернизировать или построим новую; вот эту школу закроем, туда перенесем, или будем ремонтировать; дорогу как будем класть, вот на этом километре…

Константин Чуриков: Мы готовы, пожалуйста.

Оксана Галькевич: Слушайте, мы с утра до ночи, каждый день такие сюжеты показываем.

Николай Калмыков: Есть опыт российский и зарубежный…

Никита Масленников: Так пошел этот процесс – слава богу!

Оксана Галькевич: Да, пошел?

Николай Калмыков: Уже есть инструменты.

Никита Масленников: Слава богу. Могу сказать, в Башкирии фактически 100% муниципалитетов это все включают.

Николай Калмыков: Да.

Никита Масленников: Причем, значит, дополнительно из регионального бюджета муниципалитету выделяется трансферт, если у него граждане участвуют на территории…

Николай Калмыков: За софинансирование их поддерживают.

Никита Масленников: …в формировании вот этого проектного как бы будущего своего, чего хотим делать.

Николай Калмыков: Но это было решение о том, что нужно было их научить этому, объяснить, и это готовность конкретного чиновника выйти на улицу и разговаривать с гражданином, что мне не хватает бюджета на реставрацию чего-то или более хорошую площадку, давайте вместе.

Константин Чуриков: Подождите-подождите, софинансирование в наше платное время? То есть имеется в виду, что граждане тоже там?

Николай Калмыков: Граждане могут инициативно в том числе софинансировать те или иные…

Константин Чуриков: Нам Лидия звонила…

Никита Масленников: И вот эти процессы пошли, слава богу.

Константин Чуриков: Секундочку, нам Лидия звонила, у которой зарплата сколько, 11 тысяч…

Николай Калмыков: Мы сейчас говорим в данном случае не только про зарплату, здесь инфраструктура. Если у нее будет объект, учреждение культуры более посещаемое, к примеру, тот же театр, еще что-то, у нее будет больше финансирование получаться. Но для этого зачастую бывает нужно сделать реставрацию. Точно такая же ситуация, есть другой еще пример про инициативное…

Никита Масленников: Там муниципально-частное партнерство…

Николай Калмыков: Да, муниципально-частное партнерство, еще что-то. Есть еще пример: у нас есть огромное количество грантовых программ. Я могу сказать, что, к сожалению, я не знаю, почему, но многие либо не доверяют, либо не верят, либо усилия не хочется проявлять, но можно участвовать в грантовых программах самых различных. Есть для объектов культуры различные программы, есть фонд президентских грантов, огромные деньги раздающий на разные перспективные проекты, которые потом тиражируются, и вот как раз-таки это тоже инструментарий. Есть истории, когда вы знаете, что у вас нет финансов, но вы можете задействовать волонтеров для решения тех или иных вопросов, это тоже инструмент.

Константин Чуриков: Подождите, у нас с вами театр, предположим…

Оксана Галькевич: Неперспективный причем.

Константин Чуриков: В Чите, в Махачкале у нас с вами театр, я второй Станиславский, вы генеральный директор, но у нас по-прежнему то же финансовое положение в вверенных нам регионах.

Николай Калмыков: Есть формат инициативного бюджетирования.

Константин Чуриков: Сколько у нас будут стоить билеты в этот театр? Мы сможем, так сказать, порвать всех и заработать так, чтобы Лидия получала (она тоже работница нашего театра, предположим) не 11 тысяч?

Николай Калмыков: Смотрите, либо дорогие билеты, либо много посещений, это разное, правильно? Очень большая разница. Если вы сделаете так, что, допустим, в Благовещенске сделать такого уровня театр, который позволит приглашать соседей из-за границы, которые будут через паромную переправу к нам в гости приезжать, китайцы, – замечательно, пусть платят. Если мы можем сделать, что у нас наши граждане будут более часто посещать то или иное учреждение за счет того, что оно будет приведено в приличный вид, если оно сейчас в не очень хорошем состоянии, если там можно проводить определенные дополнительные мероприятия, может быть, помимо базовой программы какая-то концертная программа, может быть еще что-то. То есть это задача и управленца конкретного учреждения, это задача муниципалитета, это задача создания регионом условий и доведения знаний до ответственных исполнителей, то есть это совокупно. Нельзя по отдельности разделить, что хороший директор, но всем остальным он не может объяснить, и наоборот.

Оксана Галькевич: Хорошо. Николай Николаевич, Благовещенску повезло, допустим, там китайцы через…

Николай Калмыков: Я примерно говорю, я просто вспомнил конкретный пример.

Оксана Галькевич: Да, я просто говорю, что у нас есть такие территории, где тоже в принципе живут люди, но до ближайшего населенного пункта два лаптя по карте.

Николай Калмыков: Да.

Оксана Галькевич: А дом культуры есть.

Николай Калмыков: Замечательно.

Оксана Галькевич: И вы там себе проходимость ну никак не организуете. Что делаете? Неперспективный по всем параметрам, но очень важный, допустим, культурный, социальный какой-то проект.

Николай Калмыков: Замечательно. Знаете какой опыт знаю?

Оксана Галькевич: Гранты дают на такое дело?

Николай Калмыков: Во-первых, да. Знаю с опыта поездок именно в региональные молодежные форумы, с ребятами молодыми, которые работают в учреждениях культуры, разговор. Мы придумали, как оказывать определенные творческие услуги удаленно. Они на базе дома культуры собрали свой кружок, коллективчик, который начинает действительно предоставлять определенные услуги – дизайнерские, что-то нарисовать. Они зарабатывают деньги…

Константин Чуриков: Что-то нарисовали или талантливо?

Николай Калмыков: Нет, действительно ребята начали друг друга… А у них есть старшие товарищи, которые уже с опытом, профессиональным образованием, и они им помогают это взрастить. Но это конкретный опять же человек, который захотел, смог и так далее. Но если эту практику тиражировать, подать заявку на грант, выиграть грант, сделать красивую презентацию, поделиться с остальными, что вы тоже можете это делать, мы с моногородами об этом разговаривали, что есть удаленный формат привлечения финансирования, почему нет? Если объективно там на месте деньги из воздуха не могут взяться.

Константин Чуриков: Вы меня извините, Николай Николаевич, я слушаю вас, и странно, что мы до сих пор не обустроили Россию.

Оксана Галькевич: Станиславский…

Николай Калмыков: Проблема как раз-таки в том, что чиновник обязан создавать условия, чтобы человек мог реализовать этот потенциал. И как раз здесь… Почему я говорю, недостаток знаний и компетенций бывает у ответственных специалистов, либо смелости, они иногда знают, но боятся это озвучить.

Оксана Галькевич: Боятся сказать что-то…

Николай Калмыков: Потому что где-то надо будет отвечать, где-то еще что-то такое, это тоже бывает.

Оксана Галькевич: Станиславский, прими звонок из Ростова-на-Дону.

Константин Чуриков: Я сделаю театральную паузу.

Оксана Галькевич: Давай.

Николай Калмыков: Это моя детская мечта.

Константин Чуриков: Никита, Ростов-на-Дону, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Никита.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Значит, вот про нацпроекты вы говорите, важный проект «Здоровье». Сейчас все говорят о том, что нужно проходить госпитализацию. Пошел в поликлинику, это Ростов-на-Дону, город-миллионник, столица Южного федерального округа. Поликлиника находится на первом этаже 9-этажного дома. Во-первых, условия приема… Там невозможно. Во-вторых, это огромный, огромный просто микрорайон Левенцовский выстроили, здесь нет своей поликлиники взрослой, поэтому распределяют по местным поликлиникам, которые были раньше.

Это невозможно, это недопустимо. Стоит 25 человек очередь, мне 50 лет. Я думаю, я пошел взял, как положено записался, через 5 дней пошел к доктору по записи и ничего не получил, потому что реально 30 человек. Маленькие коридоры, один доктор принимает, невозможно… Записано на 8-10 часов…

Николай Калмыков: Ужасно.

Константин Чуриков: Никита, смотрите, мне кажется, даже не надо быть большим экспертом. Опять-таки девятую бы кнопку, ОТР чаще бы люди ответственные включали, потому что как раз мы показывали из Сальска сюжет, мы показывали из Новочеркасска, Ростов-на-Дону. Слушайте, это все время проблема с поликлиниками, с тем, что не протолкнуться…

Оксана Галькевич: С медициной очень плохо почему-то именно в этом регионе.

Константин Чуриков: Секунду. Я вот что хочу сказать? Вот была инвентаризация текущего состояния нацпроектов. Вот там за что-то надо было, видимо, отчитаться, год-то все-таки прошел, президент сидит, спрашивает вице-премьеров. Вот что сказала Татьяна Голикова по итогам первого квартала как раз о медицине и здравоохранении: «Обратила внимание на снижение смертности в среднем на 3% в... регионах России», – это годом ранее мы очень сильно вымерли, но вот снизилась смертность на 3%. Вот она рассказала, что построено 350 ФАПов, врачебных амбулаторий, закуплено 246 мобильных медицинских комплексов. Звучит красиво, а что такое «мобильный медицинский комплекс»? Это вот этот «автобус здоровья», который сегодня приехал, завтра не приехал.

Николай Калмыков: Нет, ну это нужная штука.

Константин Чуриков: Что такое ФАП? ФАП – это технология вообще для XXI века? Это XXI век или какой это век? У меня просто вопрос. Вот она об этом докладывает – это можно считать, что прошел год нацпроекта? Это какой-то результат?

Николай Калмыков: Смотрите, это все-таки нужно учитывать, что есть у нас нацпроект, который по факту в полной мере еще не реализуется, деньги только распределяются. Есть те мероприятия, которые в рамках программ по здравоохранению реализуются и которые были ранее уже запланированы многие из них, это немножко о другом, это надо все не смешивать. Реальных результатов от нацпроектов объективно быстро, мгновенно, за один день нам получить невозможно. Но при этом спрашивать за это нужно, и конечно же, и за операционные какие-то мероприятия, которые делаются, тоже. Если говорить о конкретной технологии, то, слушайте, и автобусы нужны, если они позволяют спасать жизни людей, то, наверное, это нужно. Если мы не можем охватить мгновенно все и сразу, то тоже нужно. Знаете, какая проблема со специалистами? Есть готовность брать специалистов, но нет специалистов. Кто сейчас готов по программе уехать, «Земский доктор», к примеру, программа есть.

Оксана Галькевич: Никита Иванович?

Никита Масленников: Вы знаете, да, конечно, я согласен, что надо дожидаться определенных результатов. Но понимаете, иногда уже прежде чем переправляться, понятно, что лодочка дала течь. Вот давайте посмотрим, из всей суммы, ассигнованной на нацпроекты за 6 лет, 25.7 триллиона рублей, сколько процентов идет на здравоохранение и сколько идет на образование. На здравоохранение 6.7%, на образование 2.9%. Достаточно? Я считаю, что нет. Когда эксперты буквально второго-третьего дня встречались с премьер-министром и говорили: «Может быть, что-то поправим?» Ответ был такой: «Ну давайте сейчас сначала запряжем, а потом будем что-то думать». Вот тут тоже есть вопрос, а точно ли мы все спланировали по национальным проектам?

Оксана Галькевич: Никита Иванович, а вот почему…

Никита Масленников: Поэтому вот такие вот, понимаете, ситуации с очередями в Ростове-на-Дону.

Оксана Галькевич: Так, может быть, это одна из причин, почему, судя по нашему SMS-порталу, по нашим звонкам сегодня в прямом эфире, не удается сформировать некую такую, знаете, позитивную общественную повестку в отношении вот этих вот проектов, программ?

Никита Масленников: Вы знаете, я готов с вами согласиться.

Оксана Галькевич: Люди нам пишут, что не видят они ничего и не увидят никогда.

Никита Масленников: Я с вами готов согласиться, Оксана, знаете в чем? В том, что в самом начале, на ранних подступах, когда формировалась вся эта идеология нацпроектов, по сути дела диалога общественного по поводу того, что нам нужно в первую, вторую, третью очередь, не было, а теперь вот он начинается.

Оксана Галькевич: Так и не будет.

Никита Масленников: А теперь он, слава богу, начинается, и поэтому здесь принципиальная готовность власти от мала до велика слышать и слушать, уметь это делать. Вот это у нас главная сегодня проблема.

Оксана Галькевич: Ну ладно.

Никита Масленников: Потому что мы тоже ведь не умеем очень часто разговаривать с властью, понимаете?

Оксана Галькевич: Слушайте, ну хоть в процессе выполнения стали…

Никита Масленников: Ну хоть звонить научились на ОТР, слава богу.

Оксана Галькевич: Да, обращаться к людям. А то можно, знаете, закончить выполнение нацпроектов, а потом спросить людей: «А вы чего хотели?» Хорошо, что не так на этот раз.

Константин Чуриков: На ОТР, я вам хочу сказать, звонили и до нацпроектов.

Никита Масленников: Да вот люди, понимаете, хотят жить в нормальной, хорошей стране, комфортной.

Оксана Галькевич: Конечно.

Никита Масленников: И они задают вопросы, которые надо услышать и на которые надо найти ответ.

Константин Чуриков: И тут мы все абсолютно «за».

Никита Масленников: Вот и вся технология реализации национальных проектов по большому счету.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Николай Калмыков, директор Экспертно-аналитического центра РАНХиГС, кандидат социологических наук, был у нас в студии, и Никита Масленников, ведущий эксперт Центра политических технологий.

Константин Чуриков: Спасибо большое.

Но это еще не все, уважаемые зрители.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Николай Калмыков и Никита Масленников - о проблемах реализации майских указов

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты