Новая налоговая политика: если у тебя в России дом, предприятия и личные контакты - плати!

Новая налоговая политика: если у тебя в России дом, предприятия и личные контакты - плати!
Восток-Запад. Москва резиновая. Бесплатный адвокат – плохой адвокат? ЖКХ по-нашему. Вставать по будильнику вредно. Лучшая страна для детства
Какие ценности ближе и нужнее России: западные или восточные?
Сергей Лесков: Раньше обсуждение Конституции было фикцией, сейчас – нет. И уже одно это хорошо, потому что пассивность общества толкает государство назад
Владимир Воронцов: В органах есть хорошие, достойные люди, но система заточена так, что их оттуда выживают, выдавливают под разными предлогами
Сергей Силивончик: В Москве за год пресечены десятки попыток пронести в школы колюще-режущие предметы и другие запрещённые предметы и вещества
Леонид Головко: Адвокат по назначению - не работает бесплатно. Его труд оплачен государством по установленным тарифам
Татьяна Овчаренко: У вас в руках деньги - главный инструмент и рычаг в общении с управляющей компанией. А вы с ними расстаётесь бездумно!
В каких странах лучше всего растить детей? И где в этом списке Россия?
Вставать по будильнику - опасно для здоровья. А как без него?
Квартиру с долгами по ипотеке можно будет продать самостоятельно
Гости
Артем Кирьянов
первый заместитель председателя Комиссии по общественному контролю ОП РФ
Алексей Яковлев
Руководитель налоговой практики юридической компании «Taxadvisor».

Константин Чуриков: Ну уж не знаю, для кого хорошая новость, для кого плохая, зависит от ситуации. Минфин, в общем, взялся за богатых. Ну как взялся? – внес в Госдуму законопроект, чтобы обеспеченные люди, россияне платили подоходный налог, даже если провели в нашей, возможно, не комфортной для них стране всего 3 месяца, то есть 90 дней. И даже если это не 90 дней, а какие-то короткие каникулы, пара недель, все равно будут обязаны платить налог.

Оксана Галькевич: Ну не всегда, Костя, а только в том случае, если определенные условия будут соблюдены: если у них здесь есть дом, бизнес, личные контакты.

Константин Чуриков: Личные контакты, вот прямо не терпится уточнить, что это такое. Но, кстати, в этой истории есть и стимулирующая богатых людей сторона.

Оксана Галькевич: Министерство хочет уравнять ставку НДФЛ для налоговых резидентов и нерезидентов на уровне 13%. Сейчас для тех, кто редко бывает на родине, ставка НДФЛ составляет 30%.

Константин Чуриков: Вот держим все-таки в уме новую сумму предлагаемую, новую шкалу 13%, такой налог богатым нерезидентам у нас предложили, да?

Оксана Галькевич: А сейчас давайте посмотрим на практику других стран, как это там выглядит. Подоходный налог во Франции берется с дохода по прогрессивной шкале от 5,5% до 75%. Необлагаемый минимум составляет больше 6 тысяч евро в год. Максимальную ставку, 75%, применяют при доходе семьи в 1 миллион евро.

Константин Чуриков: У нашего соседа Китая прогрессивная шкала налогообложения, варьируется она от 5% до 45%. Но, значит, есть минимум, 5 тысяч юаней в месяц, это около 750 долларов, который налогом не облагается.

Оксана Галькевич: В Германии не облагаемый налогом минимум составляет больше 9 тысяч евро в год, начальная ставка подоходного налога 14%. Доход свыше 254 тысяч евро облагается по максимальной ставке 45%.

Константин Чуриков: Ну и Соединенные Штаты Америки, где вот этот подоходный налог может как индивидуально взиматься, так и с семьи. Ставка варьируется от 10% до 35%.

Оксана Галькевич: Сегодня днем наши коллеги начали обсуждать эту тему в прямом эфире, и вот что сказал Роман Блинов из «Международного финансового центра», давайте послушаем.

Роман Блинов: Вопрос прогрессивной шкалы я наблюдаю с 1997 года. Пока к этому кто-то далеко не продвинулся никоим образом. Но мало того, что мы хотим продекларировать, давайте мы, скажем так, уберем налоговую нагрузку, это совсем не означает, что те люди, которые вообще в принципе должны платить налоги, будут их платить исправно. Давайте мы все-таки как-то, каким-то образом приведем в порядок нашу саму по себе мотивацию бизнеса и граждан платить налоги в принципе. Потому что, наверное, вот это более краеугольный камень, нежели чем мы, бедные.

Константин Чуриков: Давайте все-таки разберемся в хитросплетениях этого законопроекта. Чего хочет Минфин, с богатыми разобраться, их растрясти, или что происходит? Какая у нас налоговая политика? Вот вы, уважаемые зрители, вот вы посчитали, наверное, сколько налогов вы каждый месяц отдаете, ну хотя бы подоходного налога, в сумме сколько это, государству? Давайте сейчас на эту тему поговорим.

И сразу опрос: как вы считаете, надо ли ввести дополнительные налоги для богатых людей? Пожалуйста, отвечайте «да» или «нет» на номер 5445, в конце часа подведем итоги.

Оксана Галькевич: Хорошо подумайте, друзья, не принимайте эмоциональных решений, не отправляйте эмоциональных SMS.

Ну а мы представим наших гостей. В студии у нас сегодня Артем Кирьянов, председатель Российского союза налогоплательщиков, член Общественной палаты Российской Федерации, – Артем Юрьевич, здравствуйте.

Артем Кирьянов: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: И Алексей Яковлев, руководитель налоговой практики юридической компании «Taxadvisor», – Алексей Алексеевич, добрый вечер.

Алексей Яковлев: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Уважаемые гости, давайте все-таки разберемся с этой инициативой. Раньше можно было богатому человеку, которому климат здешний не нравится, проводить в стране всего полгода и уже только тогда платить, а сейчас 90 дней, 3 месяца.

Артем Кирьянов: Давайте вообще подумаем, а богатые ли это? Разговор-то может идти о самых разных категориях граждан.

Константин Чуриков: Хорошо.

Артем Кирьянов: На самом деле то, что человек живет, например, больше полугода не в стране, не значит, что он автоматически богатый. Значит, у него могут быть родственники за границей, он может жить у детей, у внуков, да? Соответственно, полгода или больше проводить там и соответственно не числиться налоговым резидентом. Он может быть вообще пенсионером.

А вот что происходит дальше? Если такой пенсионер решил, что он действительно, тяжело уже ездить, больше не может, устал, будет жить, может быть, в Майями, а может быть, даже в какой-то Прибалтике, то есть неважно, это очень разная география, и собирается продать свою квартиру честно заработанную, небольшую – вот он вместо 13% заплатит 30% от стоимости этой сделки, вот такая история.

Поэтому я бы вот так вот поостерегся тоже говорить, что это законодательство для богатых – это законодательство для всех, кто имеет либо основания жить в другой стране, либо желание, либо возможность, либо какую-то работу. То есть никто же не говорит, что человек, россиянин, не сдавая российский паспорт, не может работать за рубежом, но он просто не является налоговым резидентом в этот момент. И получается такая вот ситуация для него начинает быть более комфортной, это все-таки серьезное снижение для тех людей, у которых есть прежде всего имущество.

Ну а что касается общей ситуации, почему так происходит, для нас надо понимать только одно, что все страны мира сегодня, за исключением самых таких очень странных, где коррумпированный сектор госслужбы совсем продался капиталу, – так вот все страны мира, конечно, сейчас стараются привлечь своих налогоплательщиков к себе, и вот эта вот деофшоризация не только в нашей стране идет, она идет по всему миру. Прозрачность нарастает, все хотят свои налоги домой.

Оксана Галькевич: То есть вы считаете, что это мера скорее для, так скажем, привлечения налогов в бюджет?

Артем Кирьянов: Да, все хотят свои налоги домой, и Россия должна быть в этом тренде, потому что если все будут говорить, что давайте нам ваши налоги, дорогие россияне, а почему мы должны молчать? Мы можем это сделать.

Оксана Галькевич: Да, вон Франция сказала, до 75% подняла, у нас же меньше…

Константин Чуриков: И Депардье в Мордовии, да.

Оксана Галькевич: Депардье, да.

Артем Кирьянов: И теперь у нас много французов, да.

Константин Чуриков: Алексей Алексеевич, как представитель компании «Taxadvisor», налоговый советник, консультант, скажите, выгодное предложение Минфин сделал и кому?

Алексей Яковлев: Коллеги, во-первых, я бы хотел сказать, что, наверное, не очень корректно говорить о законопроекте. Пока внесены только в Думу, по крайней мере информация, которую я видел, основные направления налоговой политики, пока это не законопроект.

Константин Чуриков: Так, хорошо.

Алексей Яковлев: Этот документ передо мной. В нем пока речь говорится только про срок, не говорится про другой критерий, который Минфин неоднократно озвучивал, центр жизненных интересов. Возможно, в законопроекте он появится. В целом я могу сказать, что это достаточно распространенный подход, Россия здесь абсолютно не является новатором, то есть многие страны уже имеют в своем налоговом законодательстве, даже наши ближайшие соседи, Армения, у них уже давно 183 дня и центр жизненных интересов, поэтому эта мера давно объявлена.

И здесь я соглашусь в целом, что это, конечно, фискальная направленность этой инициативы, и в целом сейчас ситуация такова, что ФНС достаточно неплохо для себя организовал администрирование компаний и индивидуальных предпринимателей, и конечно, фокус рано или поздно должен был бы перейти на физлиц. У нас есть эксперимент с самозанятыми, который явно будет распространен дальше, чем на 4 субъекта Российской Федерации, сейчас отрабатывается программное обеспечение, банковские технологии, для того чтобы потом уже на более высоком технологическом уровне администрировать физлиц по всей стране. Эта тенденция в русле, скажем, вот этого же тренда, внимание к физлицам.

Почему в средствах массовой информации говорят, что это для богатых? Потому что Минфин говорил следующим образом, что мы это делаем для того, чтобы, скажем так, скорректировать ту возможность, которая была у людей, которые являются владельцами контролируемых иностранных компаний, если лицо не является резидентом налоговым, он не обязан нераспределенную прибыль иностранной компании, которая у него есть, отражать в российской налоговой отчетности для российских налоговых органов. И многие… Самым распространенным способом избежать этого было находиться вне России.

Оксана Галькевич: Вот так вот.

Алексей Яковлев: Да. И поэтому…

Оксана Галькевич: А теперь этот способ…

Алексей Яковлев: Поэтому когда мы читаем заголовки… Вряд ли в законе будет написана увязка к сумме дохода, когда мы говорим про 90 дней.

Артем Кирьянов: Нет, такого, конечно, не будет.

Алексей Яковлев: Скорее всего, не будет, да. Но направленность этой меры действительно очевидна для специалистов.

Оксана Галькевич: Поэтому мы вас и пригласили, Алексей Алексеевич.

Вот еще все-таки я хочу уточнить…

Константин Чуриков: Хотя читали не только заголовки.

Оксана Галькевич: Да, читали не только заголовки.

Я хочу все-таки уточнить, что за «центр жизненных интересов».

Константин Чуриков: Вот.

Алексей Яковлев: Это та самая оценочная категория…

Оксана Галькевич: Вы понимаете в этой специальной терминологии, но перед нами аудитория, которая, в общем, не имеет таких налоговых знаний, как вы…

Алексей Яковлев: Это критерий, который позволяет определить страну, с которой человек наиболее связан, семья где находится, где находится недвижимость, где он, скорее всего, проживает, где дети ходят в школу, вот такие критерии, которые…

Артем Кирьянов: Это не налоговый критерий, это такой политический критерий.

Алексей Яковлев: Совершенно верно.

Константин Чуриков: Мне кажется, у нас в стране часто бывает, что как раз семья уже за границей, дети учатся за границей, но центр интересов по-прежнему в стране, да?

Артем Кирьянов: Ну вы знаете, я бы сказал так, что, для того чтобы нам перейти вот к таким центрам по отношению к людям, имеющим что-то за границей, нам неплохо было бы сделать такое налоговое резидентство для тех, кто у нас работает даже по субъектам Российской Федерации. Потому что ведь давно стоит вопрос, почему, например, если ты живешь в Подмосковье, а работаешь в Москве, ты платишь налоги в бюджет города Москвы, а не в бюджет Подмосковья.

Алексей Яковлев: Речь идет об НДФЛ.

Артем Кирьянов: Да.

Алексей Яковлев: По месту нахождения работодателя.

Артем Кирьянов: Да. Есть все-таки у нас такие вот истории, которые до сих пор называются пропиской или регистрацией по месту жительства. И вот проблема больших городов и проблема людей в больших городах – это в том числе то, что им было бы комфортнее, лучше стать налогоплательщиками, например, там, где они живут и работают, ну они бы просто понимали, что какие-то деньги, которые они платят, в том числе идут и на их жизнь в этом городе, чем платить по месту, например, своей основной регистрации, откуда они, может быть, уже лет 10 назад уехали, но до сих пор там числятся.

Поэтому я думаю, что прежде всего надо решить вот этот вот вопрос, и тут со стороны, я думаю, налоговой, что называется, проблем нет, но есть проблема со стороны, так сказать, субъектовых властей, есть проблема по ведомству МВД совершенно точно, и неготовность к оцифровке в каком-то смысле. А уже потом, конечно, можно и, что называется, замахнуться на Вильяма нашего Шекспира и посмотреть, как в Лондоне.

Оксана Галькевич: Вы знаете, есть проблемы… Я просто многое могу рассказать историй про то, сколько в этом смысле проблем в школах, в детских садах…

Артем Кирьянов: Есть проблемы, конечно…

Оксана Галькевич: …в медицинских в том числе учреждениях. Но проблемы, тоже, понимаете, процесс пошел, они решаются. Вот, например, в армию скоро будут забирать уже по месту в том числе пребывания, так что дети иногородних родителей, которые, допустим, из других регионов живут и работают в Москве, ходят в школу в этом регионе, в 11 классе будет известно, что живут они здесь вместе с родителями, в армию можно прямо из этого региона пойти.

Артем Кирьянов: Ну да, приписное свидетельство будут в московском военкомате получать, понятно.

Оксана Галькевич: Поэтому как-то действительно назрели, наверное, какие-то законодательные изменения, да?

Константин Чуриков: Давайте сейчас послушаем…

Оксана Галькевич: Чтобы не только службу в армии сделать удобнее, но и жизнь людей до этого момента.

Константин Чуриков: …нашего зрителя, слово стране. Александр, Краснодарский край, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Вот как бы вы сделали, Александр?

Зритель: У меня вот по поводу налогообложения физических лиц. Я вот считаю, что, конечно, нам не нужно гнаться за Францией, 75% и так далее, но все-таки для дохода свыше 100 тысяч в месяц нужно увеличить процент отчисления в бюджет. Это пополнит бюджет, во-первых. Ну а те, кто получают до минимальной заработной платы или минимальную заработную плату, ну немного снизить, я не говорю, что освобождать, но снизить хотя бы. Это будет эффект.

Константин Чуриков: Александр, а вот как вы считаете, где провести все-таки эту грань между богатством и бедностью? Вы говорите про зарплату, например, в 100 тысяч рублей, да? Логично, с одной стороны. С другой стороны, если у человека на иждивении, не знаю, пять детей, еще жена не работает условно. То есть вот где эта грань? Как это урегулировать законодательно, как вы считаете?

Зритель: Ну здесь, конечно, если мы будем об иждивенцах говорить, это слишком сложная вещь.

Артем Кирьянов: Ага, да-да.

Зритель: Поэтому я считаю, что вот 100 тысяч для любого региона будет разумно.

Константин Чуриков: Спасибо.

Артем Кирьянов: Вы знаете, я не буду спорить о разумности 100 тысяч или любой другой цифры. Но вот вы уже ответили на свой вопрос, что вот это все очень сложно посчитать. Как только мы выходим в шкалу, которая не одна цифра в 13%, ко всем относящаяся, а в шкалу, в которой будет где-то 5%, где-то 10%, где-то 30%, то мы с вами, конечно, сразу в глубоком таком техническом провале оказываемся, потому что уже администрирование становится очень тяжелым.

Но даже не это главное, хорошо, администрировать это можно. Но когда мы смотрим, что называется, без чувства зависти и злобы на ту фактуру, которая на сегодня есть у нас по налогоплательщикам, мы отчетливо понимаем, что повышение доходит до 100% налога на доходы физических лиц у самой богатой прослойки, которая очень небольшая на самом деле, она ничего не даст в части собирания налога на доходы физических лиц, потому что эти владельцы фабрик, заводов, пароходов, в общем-то, не такие налоги платят, они не платят как доход физического лица. Все гораздо более структурировано, соответственно мы ничего не сделаем.

А вот если мы начинаем снижать в нижней части, а это касается, условно говоря, 85% наших налогоплательщиков, те предложения, которые периодически делаются нашей системной оппозицией, они касаются примерно 80% налогоплательщиков. И вот если мы начнем снижать, то это будет, конечно, провал.

Константин Чуриков: Алексей Алексеевич, мне вот интересно у вас узнать, вы же все-таки по роду деятельности общаетесь в основном с богатыми людьми. Вот кто для вас богатый? Как эту грань провести?

Алексей Яковлев: А я, честно говоря, не очень люблю разговаривать в такой терминологии, потому что действительно это очень субъективный вопрос. Это зависит от региона, от вида деятельности. Для меня это, честно говоря, не очень такая понятная категория. Действительно, у нас клиенты в основном корпоративные либо физлица, у которых действительно высокие доходы…

Артем Кирьянов: Которым есть что узнать про налоги, конечно.

Алексей Яковлев: Но я бы еще хотел сказать, что когда мы говорим о каком-то прямом налогообложении дохода, все-таки надо не забывать, что состоятельные люди и тратят больше: они покупают дорогие вещи, заправляют машины дорогим бензином, во многих этих товарах сидят акцизы. То есть они когда платят за вот эти свои удовольствия, скажем так, они все равно пополняют бюджет, косвенные налоги, они больше расходуют.

Константин Чуриков: То есть если человек купил Bentley в Москве, он заплатил налог на роскошь, да?

Оксана Галькевич: Сколько стоит?

Алексей Яковлев: Кстати, да.

Артем Кирьянов: Он заплатил не только налог на роскошь, он заплатил все пошлины и акцизы, которые к этому автомобилю… Грубо говоря, у нас если посмотреть, то раза в 2 цены на автомобили завышены именно от уровня их себестоимости, ну примерно так.

Оксана Галькевич: Зачем же он купил?

Артем Кирьянов: А на luxury-класса они завышены еще больше.

Оксана Галькевич: Ну а зачем он купил эту Bentley?

Артем Кирьянов: Не последние, значит.

Константин Чуриков: Нет, вот это очень интересно. Ну хорошо, там есть налог на роскошь, на роскошные автомобили…

Артем Кирьянов: Налог на роскошь – это содержание, это то, что вы платите каждый год. А вот когда вы покупаете какой-то объект, в том числе имущественные налоги, у нас же есть градация по ставкам. Вот, например, в Москве от 0,1%, 0,15%, 0,2% в зависимости от площади квартиры, от ее кадастровой оценки. То есть получается-то, в общем, дороже.

Константин Чуриков: Я можно сейчас чисто популистски переверну эту пирамиду? То есть получается, что если он вот так вот состоялся, хорошо упаковался в жизни, хорошо пошел, Bentley купил, в рестораны ездит, бензин покупает, еще что-то там, цветы девушкам дарит, мы должны его просто благодарить, он разгоняет нашу экономику, да?

Алексей Яковлев: Ну можно и так сказать. Я просто хотел подчеркнуть, что есть налогообложение, которое не видно, может быть, на первый взгляд, но оно присутствует, и люди, которые тратят больше, они просто экономически больше платят налогов.

Артем Кирьянов: В общем, богатые тоже плачут.

Алексей Яковлев: Как говорят про косвенные налоги…

Оксана Галькевич: Колются и плачут, да.

Алексей Яковлев: Юридически ответственное лицо за уплату НДС, акциза – это тот, кто продает, но экономический источник налога – это конечный потребитель.

Оксана Галькевич: Вы знаете, Алексей Алексеевич, мне странно, что вы говорите, или это ты сказал, Константин, что, собственно, налоговый советник – это в первую очередь человек, специалист для богатого клиента. А вот обычному человеку, который, допустим, оплачивает образование своих детей, тратит деньги на платные медицинские услуги и имеет право, например, на налоговые вычеты социальные по медицине, по образованию разве не нужен ваш совет?

Константин Чуриков: Ну конечно, у каждого есть налоговый консультант.

Артем Кирьянов: А я вам сейчас расскажу об этой проблеме.

Оксана Галькевич: Не на Bentley приедет, на метро, по карте «Тройка» или еще каким-то образом. У вас такие клиенты есть, или я глупый вопрос задаю?

Алексей Яковлев: На самом деле если для вычета достаточно стандартная ситуация, то, наверное, поддержка не нужна, а вот если что-то в документах, может быть, если есть сомнения с точки зрения статуса или перечня медицинских услуг, льготируются или не льготируются, в таких случаях, наверное, нужен советник. Конечно, я могу сказать, что он нужен всегда, но по большому счету все-таки можно самостоятельно заполнить декларацию, скачать программу по ее заполнению…

Константин Чуриков: Но не «Taxadvisor», а собес.

Артем Кирьянов: Вот вы знаете, эту ситуацию вы абсолютно верно подчеркнули, что сегодня для подавляющего большинства налогоплательщиков у нас нет нормально созданной системы налогового консультирования. Потому что, конечно, к адвокатам, профильным юридическим организациям, когда у тебя всего лишь вычет в 50 тысяч рублей, идти… Ну ты просто не пойдешь, потому что заплатишь больше.

А та система, которая должна работать на самом деле с людьми, она у нас в зачаточном состоянии. То есть часто можно в какие-то сезоны видеть много разных жуликов около налоговых инспекций, которые предлагают практически на коленке за 1,5 тысячи рублей заполнить форму 3-НДФЛ, которая нужна как раз для налогового вычета. Заполняют криво…

Оксана Галькевич: Вы знаете, у нас в зачаточном состоянии…

Артем Кирьянов: …и делают все не так. Но тот закон о налоговом консультировании, который Российский союз налогоплательщиков предлагал, он даже был внесен Макаровым, председателем Комитета по бюджету в Думе, он уже, по-моему, 5 или 6 лет, еще в прошлой Думе, лежит без движения, потому что есть большая инерция со стороны юридического сообщества, со стороны аудиторов, со стороны бухгалтеров, которые говорят: «Слушайте, ну это же наш хлеб, а тут появляется какая-то отдельная категория, которая дешево и хорошо начинает работать». Поэтому за этот закон мы, конечно, готовы биться, еще раз благодаря вам озвучиваю эту мысль.

Алексей Яковлев: Он нужен.

Оксана Галькевич: Артем Юрьевич, вы знаете, у нас в зачаточном состоянии еще и способность этих государственных органов не только администрировать, то есть собирать, собирать, собирать из наших кармашков налоги, но и возвращать, возвращать, возвращать эффективно вычеты.

Артем Кирьянов: Почему вы так думаете?

Оксана Галькевич: Почему я так думаю?

Артем Кирьянов: Возврат происходит автоматически.

Оксана Галькевич: Потому что я как раз разобралась вот в этой прекрасной декларации, я бывалый заполнитель, и вот есть проблемы, вы знаете.

Артем Кирьянов: Возврат происходит практически автоматически.

Оксана Галькевич: Полгода лежит мой возврат социального вычета. Ладно, это сейчас не тема нашего эфира.

Алексей Яковлев: Я хочу сказать, что сейчас многие банки… Если мы говорим о каких-то массовых услугах, я знаю, что сейчас многие банки, не буду называть, но крупнейшие, они своим клиентам помогают решать вопросы с получением вычетов, потому что это действительно в чем-то рутинная операция, достаточно стандартная.

Артем Кирьянов: Ну конечно.

Оксана Галькевич: Слушайте, я пишу жалобы уже в центральную Федеральную налоговую службу, и налоговая служба…

Алексей Яковлев: Тогда обращайтесь к нам.

Оксана Галькевич: …второй столицы Российской Федерации…

Артем Кирьянов: Ну или мне звоните, зачем жалобы-то писать?

Константин Чуриков: Оксана открыто объявила войну по телевизору.

Оксана Галькевич: Ну это не тема на самом деле нашего разговора…

Константин Чуриков: Давайте Лидию из Липецкой области послушаем, все-таки вернемся к нуждам простых людей, которые, думаю, и налоговых вычетов-то не получают. Лидия, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Расскажите, пожалуйста, вот сейчас налог с продажи квартиры берется, до 1 миллиона не берется. А вот будет ли в следующее время, допустим, увеличено, с 1 миллиона 100 тысяч не будет браться налог?

Константин Чуриков: Необлагаемая сумма налога, да?

Зритель: Да-да, необлагаемая до миллиона, после миллиона облагается это налогом. Не будет ли увеличена эта сумма дальше, в следующем году?

Артем Кирьянов: Пока таких данных нет. И, собственно, мы, я думаю, где-то, может быть, года через 2–3 можем пересмотреть какие-то с учетом инфляции цифры, но пока вот я об этом не знаю, может быть, у вас другая информация.

Алексей Яковлев: Но имейте в виду, что если квартира в собственности больше 5 лет, то…

Артем Кирьянов: …там вообще ничего не платить.

Алексей Яковлев: …не включается в доход вообще ни одного рубля.

Оксана Галькевич: А сейчас, по-моему, там снижается от 5 до 3 лет?

Артем Кирьянов: Нет, до 3 отдельным категориям граждан.

Оксана Галькевич: Отдельным категориям граждан.

Алексей Яковлев: Там очень узкая категория, по-моему, это если через приватизацию квартира…

Оксана Галькевич: Очень узкая, хорошо.

Алексей Яковлев: А так стандартно срок 5 лет.

Оксана Галькевич: Все-таки без вас не обойтись, Алексей Алексеевич.

Давайте Рустама из Самарской области выслушаем. Рустам, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Слушаем вас.

Зритель: Хорошо меня слышно?

Оксана Галькевич: Прекрасно. Говорите.

Константин Чуриков: Великолепно.

Зритель: Я считаю, что налог не стоит повышать для богатых людей. На то есть уйма причин. Первая причина – это то, что многие обеспеченные люди уйдут в тень, как вот в данный момент у нас в России многие в тени бизнесмены. И еще остальные причины называю: повысится на стоимость товара НДС, вынужден будет повышаться, зарплаты работников уменьшатся, потому что надо же как-то богатым выживать. И так налоги достаточно…

Константин Чуриков: Надо же богатым выживать. Рустам, слушайте, но здесь тогда нужно нам с вами разобраться и вместе с гостями: вклад, кстати говоря, обеспеченных россиян, надо только решить, где проходит эта граница, он каков в наши налоговые поступления?

Артем Кирьянов: Вы знаете, я бы вообще не с этого начал. Я бы начал с того, что если уж мы говорим о физических лицах, то ну вот где-то от 30% до 50% бюджетов наших регионов – это как раз налог на доходы физических лиц, потому что вот так получается.

Константин Чуриков: То есть мы обсуждаем системообразующий вопрос.

Артем Кирьянов: Мы достаточно важный вопрос обсуждаем, и что называется, в этой копилке все. Потому что говорить, что вот ты тут богатый, это бедные, а эти столько принесли, эти столько, – это методически неправильно, так не считается. Просто, как правило, богатые люди по крайней мере в нашей стране – это не рантье, не наследники богатых родителей, они что-то делают еще, да? То есть это предприниматели в основном.

Но тем не менее, если мы смотрим на эту картину, что нам говорят социологи? Когда мы спрашиваем у людей, сколько, как они считают, комфортный уровень налога на доходы физического лица, сколько они готовы заплатить и, так сказать, не мучиться по этому поводу, не переживать, расслабиться? Ну называется цифра где-то в коридоре от 4% до 7%. Это то, о чем мы сегодня, как раз уже коллега говорил, о чем мы сегодня в рамках эксперимента с самозанятыми работаем.

То есть те люди, которые никогда не платили налогов, вот я заостряю ситуацию, что никогда они не платили налогов, сейчас уже больше 212 тысяч, в последний раз было 212 по моим данным, сейчас, может быть, 220 тысяч, в 4 регионах зарегистрировались как самозанятые, из них почти 90% никогда не были индивидуальными предпринимателями, никаких налогов не платили. Вот они готовы платить 4% или 6%, если они занимаются с юридическими лицами. Вот это вот история, когда все будут платить налоги, пусть 4%, а не 13%, то есть в 3 раза ниже, она приведет к тому, что мы и 13% сможем снизить, ну будет не 13%, а 10% стандартно.

Константин Чуриков: Слушайте, у нас вообще в последнее время что-то снизили из налогов?

Артем Кирьянов: Вот об этом и идет речь. Почему вы так удивляетесь? Налоговая система – это не догма, ставки тоже, что называется, не спущены господом богом сверху. Вот мы понимаем, что у нас…

Оксана Галькевич: Вот это мы, кстати, понимаем.

Артем Кирьянов: …платит не полстраны, а вся страна, и тогда уже есть смысл рассмотреть вопрос о том, чтобы снизить ставку для всех, не 13%, а, например, 9–10%. Надо подождать года 2…

Оксана Галькевич: Артем Юрьевич, почему же вы тогда, вот как снизить ставку, в принципе вы согласны для определенных категорий, а как повысить для определенных категорий, так вы говорите, что все это так сложно.

Артем Кирьянов: А потому что это бессмысленно.

Оксана Галькевич: Простите, но есть статистика… Да подождите…

Артем Кирьянов: Это бессмысленный процесс…

Константин Чуриков: Так-так.

Артем Кирьянов: …который с точки зрения финансов никоим образом не устроит государство, то есть мы соберем меньше, и это надо четко понимать. Вот весь остальной популизм про то, что богатые должны платить больше, – это не к нам. Мы соберем меньше.

Оксана Галькевич: Ну пусть 1% этих богатых в нашей стране, которые владеют скольки там, 50–70% национального…

Константин Чуриков: Больше.

Артем Кирьянов: Процент богатых небольшой, и они не платят налоги на доходы физических лиц, еще раз повторюсь, они платят другие налоги, они владеют через трасты своим имуществом, это вообще не их налог, это бессмысленно.

Константин Чуриков: Алексей Алексеевич?

Алексей Яковлев: Все-таки, если позволите, немножко насчет вклада…

Оксана Галькевич: А самим им только на кофе с молочком хватает, видимо, да?

Константин Чуриков: Так-так.

Алексей Яковлев: …людей отдельных в уплату НДФЛ не могу не вспомнить, как несколько лет назад вдруг в прессе прошла информация, что в Чукотке вдруг какие-то огромные поступления по НДФЛ. Но если вспомнить, кто был губернатором и кто, видимо, там зарегистрировался, то можно ответить, почему. Но это так, немножко с юмором…

Артем Кирьянов: Вот так он поддерживал свой регион.

Алексей Яковлев: Но я могу сказать, что есть регионы в нашей стране, где, допустим, расположены крупные предприятия и где, допустим, топ-менеджмент, у кого высокие доходы, они составляют львиную долю регионального бюджета в части НДФЛ.

Константин Чуриков: Так и супер, слушайте, отлично.

Алексей Яковлев: Да, это хорошо, конечно.

Константин Чуриков: Подождите, вот смотрите, а вот бизнесменам, вот вы их знаете наверняка – скажите, им вот важен этот какой-то компромисс, не знаю, какой-то общественный договор…

Артем Кирьянов: Диалог, конечно.

Константин Чуриков: …чтобы работал, чтобы им было не боязно как бы выйти в народ, чтобы их уважали не только, так сказать, коллеги по определенным каким-то собраниям...?

Артем Кирьянов: Диалог с налогоплательщиком – это на самом деле самое важное, что есть в стране, потому что любая страна живет на те деньги, которые люди добровольно сдают, принимая вот эти правила игры. Если люди не готовы добровольно сдавать деньги, то страна живет очень плохо. Соответственно, диалог, конечно, нужен.

Оксана Галькевич: Подождите. Понимаете, мне кажется, у нас вот есть два таких стыдных момента. Во-первых, у нас бедные и беднейшие продолжают платить налоги, у нас нет… Вот мы начали с того, что есть не облагаемые налогом минимумы в Германии, в Китае, еще во Франции, везде, во многих очень, а у нас такого нет.

Артем Кирьянов: У нас нет только ровно по одному.

Оксана Галькевич: У нас 19 миллионов человек в стране за чертой бедности, и они продолжают платить налоги, понимаете?

Артем Кирьянов: Они продолжают платить налоги…

Константин Чуриков: Сейчас, Оксана, можно я продолжу?

Оксана Галькевич: И у нас не стыдно быть сверх, бессовестно, я не знаю как богатым, это не стыдно, понимаете?

Артем Кирьянов: Что ж у вас такое настроение-то сегодня?

Оксана Галькевич: У меня не настроение, у меня…

Артем Кирьянов: Что ж за такое возмущение социальное?

Константин Чуриков: А мы можем поменяться с вами местами, вы SMS-портал увидите.

Оксана Галькевич: А потому что это неправильно, Артем Юрьевич, это неправильно, понимаете?

Артем Кирьянов: Нет, поймите меня еще раз, у нас в стране есть налоговый агент, это работодатель, который эти 13% совершенно безболезненно относит в сторону государства, и люди этих денег не видят.

Я вам более скажу: если мы завтра, вот прямо завтра скажем, что люди с минимальным размером оплаты труда официальным не платят больше налогов, людям эти 13% никто не отдаст, они будут получать ровно ту же зарплату, а государство недосчитается денег, и вот это надо понимать. Никто эти 13%, которые работодатель как налоговый агент относит государству, этим людям не прибавит, вот и все, и в этом кардинальная разница с Францией, когда человек каждый год в конце года берет кредит на то, чтобы заплатить налоги за год.

Оксана Галькевич: И никакого выхода из этой ситуации нет?

Артем Кирьянов: А зачем выход, если это самая удобная система работы с налогоплательщиком?

Константин Чуриков: Целесообразнее…

Артем Кирьянов: Наши европейские коллеги, у кого не так, они очень завидуют. Они ничего сделать не могут, но они очень хотят, чтобы было так, как у нас.

Оксана Галькевич: Конечно…

Константин Чуриков: Я правильно понимаю, что с точки зрения государства целесообразнее много-много раз взимать в месяц с человека, который получает МРОТ, условно по 130 рублей, даже, подождите, поболее…

Артем Кирьянов: Надо посчитать.

Константин Чуриков: Тысячу с лишним снимать, чем снимать, не знаю, 55 тысяч рублей с человека, у которого доход выше…?

Алексей Яковлев: Нет, я, кстати, согласен с тем, что необлагаемый минимум на самом деле условно поднимать, потому что…

Оксана Галькевич: Надо его ввести, простите, сначала, у нас его нет, необлагаемого минимума.

Алексей Яковлев: Ну через вычеты этот вопрос как-то у нас решен, но плоховато, плоховато, плоховато.

Константин Чуриков: Так.

Оксана Галькевич: Ой, ну что вы, ну Алексей Алексеевич? Простите, вы знаете, ну правда, давайте честно: вы знаете хоть один случай в Российской Федерации, когда какая-нибудь малоимущая семья получила вычет, что-то там себе компенсировала?

Артем Кирьянов: Конечно, мы знаем. Любая ситуация с ипотекой…

Оксана Галькевич: Ну слушайте, экономическая теория и реальная жизнь…

Артем Кирьянов: Любая ситуация с ипотекой 2-НДФЛ люди получают.

Алексей Яковлев: Ну на детей они получают.

Оксана Галькевич: Малоимущие, которые живут на 10 тысяч, берут ипотеку? Тогда банк мошенник и подлец, который одобрил такую ипотеку.

Артем Кирьянов: Во-первых, что касается малоимущих, все, что касается субсидий, все, что касается социалки, все, что касается в том числе налоговых послаблений и вычетов, в том числе, кстати, и ставок по ипотеке, – это все про малоимущих.

Оксана Галькевич: Артем Юрьевич, малоимущим ипотеку давать нельзя.

Артем Кирьянов: То есть малоимущие сегодня получают натуральным образом денег гораздо больше, чем средний и высший, что называется, сегмент рынка, и это надо понимать.

Оксана Галькевич: Артем Юрьевич, услышьте меня, пожалуйста: малоимущим ипотеку давать нельзя, это преступление, понимаете?

Артем Кирьянов: Что значит «нельзя»?

Оксана Галькевич: Нельзя, потому что на 10 тысяч рублей, на 11 280 рублей, МРОТ в Российской Федерации нельзя купить квартиру, понимаете, нельзя.

Артем Кирьянов: У них есть материнский капитал, если малоимущие с четырьмя детьми живут в Ивановской области, они только за материнский капитал купят себе квартиру. Ну что вы мне рассказываете?

Константин Чуриков: Так, спокойно.

Артем Кирьянов: Надо быть более объективным, надо владеть цифрами.

Константин Чуриков: У нас такая горячая беседа. Алексей Алексеевич, мы вас прервали, вы говорите, необлагаемый минимум должен быть? Какой минимум?

Алексей Яковлев: Да, и достаточно высоким.

Оксана Галькевич: Им должно помогать государство.

Алексей Яковлев: Я не готов назвать цифру, потому что, мне кажется, надо провести исследование, потому что здесь есть помимо фискальной составляющей и политическая, и экономическая, и прямо сейчас назвать ну просто невозможно. Но, безусловно, надо поднимать, потому что с точки зрения эффективности, конечно, вклад людей со средним и высоким заработком, безусловно, выше для бюджета.

И вот был вопрос, я просто на него хотел ответить: те, кто платят много, ждут ли они какого-то социального контракта? Но дело в том, что я как раз говорил про тех людей, которые занимают руководящие должности, заводы, 20–30 тысяч людей. На них и так социальная ответственность лежит огромная, производство серьезное, опасное производство, и скорее они если на что-то претендуют или хотят, то на то, чтобы в налоговой с ними нормально разговаривали, чтобы они как-то находили общий язык. Я не встречал, чтобы они ждали какого-то еще ответа, например, то есть на них и так достаточно высокий груз ответственности лежит, поэтому им…

Константин Чуриков: Даже если они своим сотрудникам, многим из них, некоторым платят МРОТ и эти сотрудники с этого минимального размера оплаты труда платят налог 13%...

Оксана Галькевич: Берут ипотеку без материнского капитала.

Алексей Яковлев: У вас какая-то очень мрачная картина. Все-таки у нас есть достаточно устойчивые и хорошо работающие предприятия, где работники получают отнюдь не МРОТ, а нормальную заработную плату.

Константин Чуриков: Давайте тогда сейчас зрителей послушаем, какая у них картина. Анатолий, Ивановская область, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Анатолий.

Зритель: Добрый вечер. Я, в общем-то, хочу сразу сказать, что я полностью за то, чтобы была прогрессивная шкала налогообложения. Вообще-то это вопрос нравственности, и нам необходимо в обществе создавать нравственно-психологическую обстановку, когда не то что престижно будет платить высокие налоги, но это просто необходимость.

Дело в том, что человек, который получает сверхдоходы, – это, в общем-то, не в большей степени может быть его заслугой, господь ему дает это. Я почему говорю об этом? Я сам платил в 1990-е гг. такие налоги, потому что я занимаюсь с 1988 года предпринимательской деятельностью, я тогда в Сибири работал, я имел достаточно высокие налоги, и, если не изменяет память, они доходили до 35% от дохода, да, по-моему, 35%, сейчас не помню точно.

Конечно, было, может быть, хотелось поменьше налоги платить, но я тогда рассматривал этот вопрос, если бог мне дал такую возможность, то я должен платить, вообще-то это вопрос нравственности. И нам необходимо в обществе формировать вот это такое нравственно-психологическое состояние, когда у человека не будет возникать иного просто.

Константин Чуриков: Анатолий, но ведь этот нравственный вопрос, его же решают люди не снизу, это люди наверху принимают или не принимают какие-то решения.

Зритель: А вот я почему и говорю, что, к сожалению, во власти психология людей с низким порогом нравственности, это мелкотравчатые, так сказать, с психологией шакалов. И безусловно, с этими людьми решать практически невозможно. Нам необходимо менять вообще подход во всем, прежде всего, конечно, людей, которые приходят к власти, а для этого необходимо осознание народ, народ наш должен выбирать людей, консолидироваться, выдвигать во власть совсем других людей, которые за отечество болеют. А это… Ну пока этого не будет, ничего не изменится, к сожалению.

Константин Чуриков: Спасибо за ваш звонок.

Уважаемые гости, у меня такой вопрос. Вот еще раз давайте сейчас посмотрим, попросим показать нам список стран, где плоская шкала налогообложения, вот как у нас, просто вот посмотрим: Болгария, Гонконг (ну это не отдельная страна, территория), Грузия (там, правда, высокая ставка), Монголия, Румыния, Ямайка. И сейчас посмотрим…

Алексей Яковлев: В Казахстане 10%, по-моему.

Константин Чуриков: Да-да, Казахстан. И сейчас посмотрим страны с прогрессивной шкалой налогообложения: Франция, Китай, Германия, США. Скажите, пожалуйста, а для чего вот эти вот страны, Франция, Китай и Германия с США, ввели прогрессивную шкалу, как вы думаете?

Артем Кирьянов: Так исторически сложилось.

Константин Чуриков: Так. Карты легли?

Артем Кирьянов: Как бы усилия многих сторон и различных компромиссов, в том числе особенности налогового администрирования. И я бы сказал, что здесь вот ориентироваться на то, а у кого лучше, у кого хуже, в общем-то, нам не надо, потому что сегодня налоговое администрирование в России работает, скажем так, если не лучшая в мире система, то, может быть, уж точно в первой тройке. Поэтому нам ориентироваться на налоговые системы других стран, для того чтобы наполнять бюджет, совершенно не нужно. За 5 лет благодаря усилиям налогового администрирования в бюджет поступило в 2 раза больше денег без увеличения налогов, и это надо понимать.

Константин Чуриков: Но вы же не хотите сказать, что в перечисленных странах (Франция, Китай, Германия, США) налоговое администрирование хуже?

Артем Кирьянов: Во Франции просто беда, просто провал, в Германии это кошмар какой-то, США единственная страна, которая на такие сроки сажать первая начала, потому что им не справиться. Вы знаете, сколько местных, федеральных и штатовских налогов есть в Америке? Вы знаете, как это сложно оплатить? Вы понимаете, что каждый раз, когда вы пьете кофе в Макдональдсе, вы должны сохранить фискальный чек и копию, чтобы заявить это в налоговый вычет? И это еще каждый год диалог с налоговым инспектором.

Константин Чуриков: Я смотрю, сколько стоит кофе и булочка, с тех пор, как подрос НДС.

Артем Кирьянов: Ну подрос НДС на 2%, соответственно цена булочки выросла на 0,5%, так что извините, я вам сразу отвечу.

Константин Чуриков: Интересный чек, надо посмотреть, да.

Артем Кирьянов: Вот. Поэтому вот эти все страны – это вообще нам не пример, это тот кошмар и ужас, от которого мы, в общем-то, как-то оберегаем нашего налогоплательщика.

Константин Чуриков: Алексей Алексеевич, ваш комментарий?

Алексей Яковлев: Я согласен с коллегой, что отчасти это традиция. А с другой стороны, каждая страна смотрит, за счет чего и где находится тот источник доходов, где можно брать налоги. У нас это НДС, таможенные пошлины на экспорт сырьевых товаров…

Артем Кирьянов: Да.

Алексей Яковлев: …налог на добычу полезных ископаемых. Государство смотрит и видит, что у нас есть источники, которые позволяют формировать более-менее бюджет. Так, теперь смотрим физлица: сколько мы можем, хотим? Это элемент очень такой… Много факторов влияет на это и политических, и экономических, и исторических. Там сложилось так. И кстати, самые высокие налоги даже не в Германии, это скорее скандинавские страны, где этому соответствует еще и очень высокий уровень социальных гарантий, которые на себя берет государство, финансирует. Поэтому здесь очень много факторов.

Оксана Галькевич: Алексей Алексеевич, а вот в этом пироге налоговых поступлений вот эти вот налоги с экспорта, налоги от компаний, налоги от физических лиц как распределены? Мы, «физики», платим не львиную ли долю?

Алексей Яковлев: Я не готов вот прямо сейчас соотношение…

Оксана Галькевич: Сложно сказать, да?

Алексей Яковлев: Но вот на протяжении многих лет чемпионы по поступлениям – это НДС и налог на добычу полезных ископаемых, это корпоративные налоги.

Оксана Галькевич: Хорошо.

Артем Кирьянов: Причем НДС идет вверх, а нефтегазовые доходы идут вниз.

Алексей Яковлев: В последнее время начал налог на прибыль, но тоже корпоративный налог на прибыль, добавлять. НДФЛ пока…

Оксана Галькевич: Это то, что нам прибавили в начале года, правильно я понимаю?

Артем Кирьянов: Нет.

Алексей Яковлев: Нет-нет, это НДС.

Оксана Галькевич: А, НДС.

Смотрите, вот Костя сказал о прогрессивной шкале налогообложения, мы посмотрели на Францию, Китай, Германию, США. А вот еще раз давайте посмотрим на плоскую шкалу налогообложения: Болгария, Гонконг, Грузия, Монголия, Румыния и Ямайка.

Константин Чуриков: Зато там тепло, на Ямайке.

Оксана Галькевич: Двадцать четыре процента там, Костя, зато. Может быть, такой вариант нужно было бы сейчас обсудить в нашей стране? Допустим, не 13% плоская шкала, а чуть выше, но при этом мы бы ввели некий необлагаемый доход для достаточно большой категории нашей страны?

Артем Кирьянов: Мы это уже обсуждали.

Алексей Яковлев: Скорее мы с вами доживем до того, что часть…

Оксана Галькевич: А почему нет?

Алексей Яковлев: …социальных взносов мы будем платить из своего дохода.

Оксана Галькевич: Сами.

Алексей Яковлев: Потому что, кстати, вот очень много примеров, к сожалению, вот из этой информации не видно, вот эти высокие ставки, допустим, в европейских странах, очень часто там сидит и часть социального налога…

Артем Кирьянов: Конечно.

Алексей Яковлев: …которую платит каждое физлицо.

Артем Кирьянов: То, что мы считаем Пенсионный фонд, социального, медицинского страхования.

Алексей Яковлев: Совершенно верно, то, что сейчас платят работодатели.

Артем Кирьянов: Это как бы не налог, мы считаем, что это неналоговая природа платежа, поэтому мы это не называем налогом, но тем не менее это есть.

Вот что касается, обсуждали или нет, – конечно, обсуждали. Вот как раз 2 года была дискуссия, как нам, что называется, обустроить Россию, до последних выборов президента, потому что мы понимали, что у нас есть гарантированный срок, когда не будет никаких изменений до соответственно 2018 года, а потом мы понимали, что какие-то изменения будут. В том числе рассказывалось о том, что можно повысить до 15% налог на доходы физических лиц, несколько сократить отчисления в Пенсионный фонд и Фонд медицинского страхования и что-то там еще посмотреть по НДС. В итоге всегда получалось больше, чем было принято решение по 2% НДС.

Ну вот как бы 2-летний такой период дискуссий, в которых участвовали вот все неленивые люди, которые что-то знают про налоги в стране, вот все эксперты, которые хотели, все высказались на различных площадках. В итоге было принято решение исходя из, скажем так, конъюнктуры наших доходов, которые не имеют прямого отношения к населению, это, скажем так, цена нефти на рынке, тоже вот это раньше. И получилось, что у нас в принципе единственная такая история, кроме планового роста акцизов, мы за плановый рост акцизов, это понятно, она есть в НДС на 2%. А могло бы быть на 4%, а могло бы быть НДФЛ 15%, а могло бы быть еще что-нибудь, и акцизная политика могла бы так, знаете… Поэтому здесь вот говорить, что нет дискуссии, – дискуссия есть.

Другой вопрос, как нам снизить налоги, кому снизить и за чей счет. Потому что мы понимаем, что если мы что-то снижаем, значит, мы снижаем, например, людям с зарплатой до 30 тысяч рублей, предположим, ставку налогообложения, – значит, кто не получит дополнительных социальных услуг по этим деньгам? Это именно те же самые люди, которые наиболее чувствительны к любому люфту в социальной политике. Ну пусть у нас будет на социальную политику не 40% консолидированного бюджета страны, а 30%, вот кому будет тяжелее? Вот явно не тем самым…

Оксана Галькевич: Кстати, ведь президент на этой неделе принял решение о том, чтобы освободить определенные категории от уплаты части налогов в случае сложной жизненной ситуации, чрезвычайных ситуаций. Давайте об этом несколько слов коротко скажем.

Артем Кирьянов: Ну это локальная такая история все-таки.

Оксана Галькевич: Какая?

Артем Кирьянов: Локальная история.

Константин Чуриков: Небольшая.

Оксана Галькевич: Локальная, то есть она никакого влияния…

Артем Кирьянов: ЧС – это всегда трагедия, да?

Оксана Галькевич: Конечно.

Артем Кирьянов: Но это не касается в целом населения.

Оксана Галькевич: На собираемости налогов это никак не скажется.

Константин Чуриков: Галина.

Оксана Галькевич: Галина из Ярославской области. Здравствуйте, Галина.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Скажите, пожалуйста, господин Кирьянов, почему вы так уверены, что люди самостоятельно могут получать столько выплат, обратно возврат по НДФЛ? Вы представьте себе, что с маленькой зарплатой НДФЛ человек заплатил, грубо говоря, за год 30 тысяч, а ипотека у него возврат 260. Так вот эти 260 тысяч он будет получать кусками, понимаете?

Артем Кирьянов: Я понимаю, конечно.

Зритель: И они превратятся в пыль, эти деньги.

Артем Кирьянов: Нет.

Зритель: И мало кто понимает, как пойти, как составить декларацию…

Оксана Галькевич: Это правда сложно.

Зритель: Вы просто живете на другой планете, господин Кирьянов.

Артем Кирьянов: Давайте я вам два слова отвечу. Первое, как пойти и как составить декларацию. Вот сейчас, пользуясь случаем: у нас вообще есть федеральный закон о бесплатной юридической помощи, это вот кроме всего прочего, и люди, у которых тяжелая жизненная ситуация, могут по этому закону прийти, и в каждом субъекте Российской Федерации есть, что называется, приемная, в мэрии Москвы она есть, да где угодно есть. Вторая история, если вы не хотите…

Оксана Галькевич: Подождите-подождите, бесплатная юридическая помощь – это что, Артем Юрьевич?

Артем Кирьянов: Это бесплатная юридическая помощь.

Оксана Галькевич: Вот я прихожу…

Артем Кирьянов: …со своими проблемами.

Оксана Галькевич: Да, смотрите, я хочу получить у вас налоговый вычет…

Артем Кирьянов: Необязательно налоговый.

Оксана Галькевич: Нет, я хочу налоговый вычет, я хочу декларацию заполнить.

Артем Кирьянов: Вам заполнят декларацию.

Оксана Галькевич: А я видела эту декларацию, она знаете какая? Она большая, она сложная, с цифрами, а у меня тройка по математике, с тройки на двойку.

Артем Кирьянов: Она простая, на сайте налоговой службы есть мультик, как ее заполнить.

Оксана Галькевич: Хорошо, я слабая женщина, я старая бабушка, я пожилой мужчина.

Артем Кирьянов: Вам заполнят декларацию.

Оксана Галькевич: Я прихожу, а вы вот тот самый, значит, как вы сказали, бесплатная юридическая помощь?

Артем Кирьянов: Да, я вам заполню декларацию.

Оксана Галькевич: Я к вам прихожу, говорю: «Здравствуйте, Артем Юрьевич…»

Константин Чуриков: Аккуратно, Оксана, спокойно.

Оксана Галькевич: Я говорю: «Скажите, пожалуйста, мне нужно… Вот вы поможете мне декларацию? Я не знаю, как это делается».

Артем Кирьянов: Ну конечно.

Оксана Галькевич: «Расскажите, пожалуйста, здесь какие-то цифры, буквы, слушайте, здесь надо галочки какие-то, ИНН…»

Артем Кирьянов: Я вам просто заполню декларацию.

Оксана Галькевич: «Смотрите, у меня вот здесь вот…» Как заполните?

Константин Чуриков: Оксана, тебе уже, по-моему…

Артем Кирьянов: Они возьмут и заполнят.

Оксана Галькевич: Они заполнят мне декларацию?

Артем Кирьянов: Ну конечно. Вторая история…

Оксана Галькевич: Прямо бесплатно? И денег за это не возьмут?

Артем Кирьянов: Конечно.

Оксана Галькевич: Ну хорошо.

Артем Кирьянов: Вторая история – это история с адвокатами нашей страны. Вот я насколько знаю, по-моему, в каждом уже субъекте Российской Федерации есть такая вот группа адвокатов, которые помогают людям бесплатно: пишут исковые заявления, периодически представляют их интересы в суде, я вот сам такой адвокат. И поэтому в каждой палате адвокатов регионов совершенно точно есть дежурная группа адвокатов, а это юристы высшей квалификации, которые вам помогут, если у вас трудная жизненная ситуация.

Оксана Галькевич: Нет, подождите, они правда…

Артем Кирьянов: Они правда помогут.

Оксана Галькевич: А если у меня не трудная жизненная ситуация, они будут с моими бумажками разбираться?

Артем Кирьянов: Слушайте, если у вас не трудная жизненная ситуация, то вы в состоянии заплатить юристу.

Оксана Галькевич: Не могу.

Алексей Яковлев: А можно я немножко в другую сторону дискуссию переключу?

Константин Чуриков: Давайте, сейчас, секунду.

Артем Кирьянов: Это я отвечаю просто на вопрос нашего телезрителя по поводу того, как заполнять и кто может вам бесплатно помочь. Что касается вычета, например, который по ипотеке: если вы ипотеку берете в рублях, то эти 260 тысяч рублей тоже в пыль не превращаются, тело долга тоже в пыль превращается по инфляции, если оно в рублях, это тоже надо понимать, здесь нет никаких проблем. Мы, кстати, все время забываем о стандартных налоговых вычетах, которые на детей, они капают, что называется: работодатель вам их делает, вы даже о них не знаете, потому что до достижения, по-моему, 350 тысяч рублей годового дохода вы постоянно получаете налоговые вычета на то, что у вас есть дети.

Оксана Галькевич: Для этого надо прийти в бухгалтерию.

Константин Чуриков: Меня сейчас крупно покажите, у меня челюсть отвисла.

Артем Кирьянов: Не надо, бухгалтерия нормальная все это делает сама, люди просто об этом не знают.

Алексей Яковлев: Не хочется уходить от вопроса Оксаны, где можно заполнить.

Оксана Галькевич: Давайте.

Алексей Яковлев: Значит, я не уверен, что прямо адвокаты-адвокаты этим занимаются, потому что это все-таки определенная специализация…

Артем Кирьянов: Да легко.

Оксана Галькевич: Вот даже вы, специалисты, не можете договориться.

Константин Чуриков: Так.

Алексей Яковлев: Если позволите. Если человек брал ипотеку в банке, я еще раз говорю, банки помогают.

Артем Кирьянов: Банки, конечно.

Алексей Яковлев: Это входит в пакет услуг, допустим, во многих, это первое.

Оксана Галькевич: А, о! Пакет услуг этот сколько стоит?

Алексей Яковлев: Да это процентная ставка все.

Если позволите, продолжу. Налоговые органы в период до декларирования, их обязывают помогать, и я сам видел, поскольку бываю в налоговых органах, как они сидят и с людьми занимаются. Наверное, человеческий фактор, кто-то, может быть, что-то не разъяснит, – идите к другому инспектору, приходите в другой день, все равно есть шанс. Вы в каком городе живете? Если вам сложно, приходите, если в Москве, приходите, я вам помогу составить декларацию.

Константин Чуриков: Оксана, два человека тебе уже готовы помочь.

Оксана Галькевич: Хорошо, это прекрасно. Лучше пусть помогут нашей зрительнице из Ярославской области.

Константин Чуриков: Так, секунду, можно вопрос?

Оксана Галькевич: Нам ведь надо не просто объяснить, что вот здесь вы должны написать то-то, там нужно с документами, с этими листочками, с бумажками.

Артем Кирьянов: Можно без бумажек, можно все это на компьютере сделать.

Оксана Галькевич: Нет, я верю в хороших людей, прекрасно, особенно среди адвокатов и налоговых консультантов.

Артем Кирьянов: Даже вот не надо ходить никуда, да?

Оксана Галькевич: Да.

Константин Чуриков: Ладно, давайте сейчас зрителю, если у нас зритель на связи остался, давайте сейчас… Нет, зритель уже слетел.

Смотрите, вот мы, значит, тут про прогрессивную шкалу, про то, как сложно там какие-то копейки выбить, которые для семьи не копейки, мы говорим о том, как огого, во Франции ну уж совсем, 75% для совсем богатых людей, много. Подождите, а сколько вот в реальности сегодня мы платим налогов, если считать не только НДФЛ, если дальше копнуть? Сколько мы вообще отдаем государству? Подсчеты есть?

Артем Кирьянов: Есть.

Алексей Яковлев: Хороший вопрос. Подсчеты есть, но меня они всегда… Они по-разному называются, эффективная налоговая ставка, суммарная, но это такое, мне кажется, отчасти шаманство, потому что зависит, как говорится, от методологии, как посчитать, или как с той же статистикой.

Константин Чуриков: Ну давайте по-разному, от и до, то есть примерно как это может быть?

Алексей Яковлев: Сколько мы как люди платим?

Константин Чуриков: Да, у нас не только НДФЛ.

Оксана Галькевич: Мы в магазины ходим, да.

Константин Чуриков: Мы вот НДС платим, транспортный налог, имущественный…

Оксана Галькевич: Да.

Константин Чуриков: Вот сколько у нас набегает?

Алексей Яковлев: Я не готов. Я боюсь, что любую цифру, которую я сейчас попытаюсь вспомнить, она не будет точно отражать…

Артем Кирьянов: Да никто не готов, честно говоря, потому что так не считается.

Константин Чуриков: Так.

Артем Кирьянов: Ну вот кто-то покупает… У кого-то есть машина, у кого-то нет, соответственно у человека сразу и на бензин акциз не считается, если не машины. Если он ездит на такси, то он как бы оплачивает этот бензин, потому что он в труде таксиста заложен.

Константин Чуриков: Давайте представим себе некий средний класс мифический, условный средний слой, то есть у человека есть квартира все-таки…

Оксана Галькевич: …скромная машина какая-то.

Константин Чуриков: …есть какая-то скромная машина…

Артем Кирьянов: Ну ставки по недвижимости, скажем так, имущественный налог у нас раз в 10, если не ошибаюсь, ниже, чем налог в Германии на имущество. Грубо говоря, с квартиры в Германии за 100 тысяч евро человек платит 2 тысячи евро в год налогов, у нас с той же суммы он заплатил либо 0,1%, либо максимум 0,3%, то есть не 2%, а 0,1%, то есть в 20 раз меньше. Это с учетом того, что кадастровая ставка все-таки еще не достигает рыночной, то есть, что называется, в странах, где это давно действует, она практически один в один рыночная.

Оксана Галькевич: Но у нас тут зарплаты не то что в Германии.

Артем Кирьянов: А при чем тут зарплаты, если мы говорим о недвижимости? У человека если были деньги на покупку недвижимости, наверное, он может ее как-то содержать, наверное, он может заплатить за нее налоги. Или это, значит, недвижимость не по карману, не надо покупать замки, если нет денег на налоги.

Оксана Галькевич: Замки, если бы замки…

Константин Чуриков: Да уж, замки, махнули.

Давайте сейчас обратимся к небольшому видеоотчету…

Артем Кирьянов: А у нас для небольших квартир просто налоговые вычеты по метрам, насколько я помню, 20 метров на человека. То есть если у вас живет двое человек, вы заплатите за 10 метров.

Константин Чуриков: Обратимся к небольшому видеоопросу в Екатеринбурге и Санкт-Петербурге, должны ли богатые люди платить больше налогов. Давайте узнаем.

ОПРОС

Константин Чуриков: Ну а сейчас мы уже готовы вот после таких мнений все-таки в сторону повышения подоходного налога для обеспеченных людей подвести итоги нашего опроса. Вы знаете, ввести дополнительные налоги для богатых хочет 96% наших зрителей в данный момент, «нет» говорят 4% зрителей.

Оксана Галькевич: Слушайте, интересный вопрос. Мы начали с того, что, значит, будет режим для резидентов изменился. Вот Томская область спрашивает: а Депардье, который, собственно, теперь гражданин, но проживает во Франции, он как, будет?

Артем Кирьянов: А надо посчитать, сколько он дней проводит в России.

Алексей Яковлев: Центр жизненных интересов.

Артем Кирьянов: Да-да.

Константин Чуриков: Сейчас, кстати, вот кто-кто, а Депардье напрягся.

Артем Кирьянов: Вот этим мы и займемся.

Алексей Яковлев: Квартира в Мордовии есть же у него.

Константин Чуриков: Спасибо. У нас в студии были Артем Кирьянов, первый заместитель председателя Российского союза налогоплательщиков, член Общественной палаты, и Алексей Яковлев, руководитель налоговой практики юридической компании «Taxadvisor». Спасибо вам большое.

Артем Кирьянов: Спасибо вам.

Оксана Галькевич: Спасибо. Но мы не прощаемся, у нас еще не все.

Константин Чуриков: Нет, еще не все.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Dariopet
Здравствуйте На подъезде установлен домофон - цифрал. Такой - подойдет ли ваше переговорное устройство для него? Schneider Electric BLANCA

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски