Новый налог для работающих

Новый налог для работающих | Программы | ОТР

Чтобы из собранных денег платить пособия по безработице

2020-05-28T14:14:00+03:00
Новый налог для работающих
Цена на хлеб. Всё дорожает. Где лекарства? Теме недели с Сергеем Лесковым. Школа уже не та. Капремонт. Трезвый Новый Год. Наши мужчины. Как найти работу
Россия ограничивает экспорт зерновых. Кто от этого выиграет: потребитель или производитель?
Почему выросли цены на продукты?
Сергей Лесков: Судьба Марадоны ставит вопрос: талантливых людей много, но почему некоторые остаются на этом уровне, а другие считаются гениями…
Российские лекарства: почему их почти нет?
Вот это мужчина! Какими себя видят россияне – обсудим итоги соцопроса
Нашли работу на бирже? Центры занятости хотят перепрофилировать в кадровые агентства
Реальные цифры: что с ценами?
Первого и второго – без спиртного? Надо ли запретить продажу алкоголя в начале января
Новостройки хотят освободить от взносов на капремонт. Это правильно?
Гости
Владимир Климанов
директор Центра региональной политики РАНХиГС
Алексей Коренев
аналитик Группы компаний «ФИНАМ»

Иван Князев: А сейчас вот какая тема. В российском правительстве обсуждают увеличение налога на зарплаты. Сделать это хотят, чтобы пополнить бюджет Фонда социального страхования. Именно он выплачивает пособия безработным.

Тамара Шорникова: В апреле этого года, по данным Росстата, число безработных в России выросло до 4 млн. 300 тыс. человек, уровень безработицы увеличился на 23% по сравнению с мартом этого года. Сейчас в стране почти 6% экономически активных граждан сидят без работы.

Иван Князев: В кризис выросла доля россиян, которые допускают неуплату налогов до 45%. В мае этого года вот столько людей, 45%, допускают неуплату налогов. Это связывают с падением доходов населения и тревогой по поводу будущей зарплаты.

Тамара Шорникова: Тем не менее идею нового налога поддерживают в Минтруде. Но насколько работодатели будут в восторге от такой инициативы? Не получится ли так, что нагрузку нового налога переложат на нас с вами? Ну, просто из зарплаты вычтут.

Иван Князев: Вот то самое, чего и опасаются наши люди. Новый налог – снижение зарплат. Ну, значит, и не будем платить налоги.

Тамара Шорникова: Да.

Иван Князев: Будем разбираться сейчас в этой теме вместе с нашими экспертами.

Тамара Шорникова: И вас, конечно, призываем к участию в разговоре. Расскажите, как вам вот такая идея? Вы бы хотели, чтобы у вас была какая-то страховка на случай непредвиденной потери работы? Хотели бы за нее платить? (Самое интересное, да.)

Алексей Коренев, аналитик Группы компаний «ФИНАМ», разъяснит нам сейчас. Здравствуйте, Алексей Львович.

Иван Князев: Здравствуйте, Алексей Львович.

Алексей Коренев: Да, здравствуйте. Ну, вы знаете, инициатива очень странная по одной простой причине. Она, вообще-то говоря, идет немножечко вразрез с основным законом нашей страны – с Конституцией. Мало того, что есть 37-я статья, гарантирующая право на труд и соответствующие аспекты, связанные с этой деятельностью. 7-я статья Конституции Российской Федерации гласит, что мы живем в социальном государстве, которое берет на себя все необходимые заботы (вот если цитировать), «обеспечивающие достойную жизнь, свободное развитие человека, поддержку семьи, материнства, отцовства, инвалидов», и (дальше продолжаю) «устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты». Все это уже в Конституции есть. Это, кстати, к вопросу об обратных. Уже прописано все это. Какие еще 30% брать с людей?

Первое. Работодатели, безусловно, часть этой нагрузки переложат на работников. Потому что, если они сейчас 30% отчисляют в фонды совокупно, если еще 30% – либо от зарплат ничего не останется, либо работодатель сядет на мель, потому что у него нет таких денег, у большинства.

Во-вторых, резонный вопрос возникнет у самих граждан. Если государство заявляет, что спасение утопающих это дело рук самих утопающих, – а зачем тогда мне такое государство? В Конституции прописано, что оно обеспечивает меня на случай беды, в том числе и вот потери работы, необходимой социальной поддержкой и гарантиями. А тут государство говорит, что мы должны сами сформировать себе некий фонд, из которого сами будем себе выплачивать пособие по безработице.

Социальная сторона вопроса и юридическая сторона вопроса очень удивительны в этом плане. Т. е. они не бьются с Конституцией, не бьются ни с какой логикой и однозначно вызовут серьезное недовольство работодателей и работников.

Тамара Шорникова: Да, Алексей Львович, смотрите, по размерам, которые нужно будет платить, собственно, это еще пока вопрос, обсуждаемый, да? Сколько добавят, например, работодателям. Вот, например, Федерация независимых профсоюзов России говорит о том, что можно ограничиться 0,5%, 1%. И напоминает, что аналогичный сбор, например, у нас в стране существовал в 90-х, когда компании отчисляли 1,5% от зарплат. И вот такая страховка, страховая система, она позволит якобы значительно увеличить размер пособий по безработице. Как вам кажется, работоспособная идея?

Алексей Коренев: Я объясню. Давайте. Вот те цифры, которые вы приводили по безработице: 4,3 млн. безработных сейчас у нас. Все правильно. А теперь давайте посчитаем остальное. Общее количество трудящихся в стране 74,5 млн. человек. Количество состоящих на учете в службах занятости всего 1 млн. 300 тыс., а количество получающих пособие по безработице – 1 млн. 100 тыс. Получается по логике, предложенной Минтрудом, 75 млн. человек перечислят треть своей зарплаты, чтобы выплачивать пособие по безработице 1 млн.

Иван Князев: Но подождите, нет-нет, Алексей Львович. Там же все-таки не идет о том, чтобы треть своей зарплаты перечислять. Там эти 30% будут включать как раз таки вот то, что Тамара сказала: 0,5% или 1%, вот эти деньги пойдут в этот Фонд так называемый страхования по безработице. Ну, и все-таки 1 млн. тех, кто сейчас на бирже труда, им тоже нужно с чего-то платить. Ведь наши налоги с зарплат идут не только в Фонд социального страхования.

Алексей Коренев: Я понимаю. Значит, пока еще непонятен механизм. Потому что речь идет то о 30%, то… Вот если это будет полпроцента, это будет необременительно и для работодателя, и для сотрудника.

Иван Князев: Вот.

Алексей Коренев: Тогда – да. Тем более что сейчас пособия по безработице у нас позорно низкие. Они, там, 4 тыс. руб. в потолке, а минимальное и того меньше. Поэтому, безусловно, да, пособия надо увеличивать. Тогда, собственно, безработные будут чувствовать себя социально защищенными. Но никак не 30% от того, как говорилось. Мы и без того 30% платим в фонды. И, как видим, зачастую эффекта от этого не получается, потому что пенсионное обеспечение вот платим, платим, а люди недовольны – пенсии мизерные. И, собственно, куда делись в системе Пенсионного фонда, непонятно. Я боюсь, что если будет принята система очередных поборов с бизнеса и граждан, эти деньги опять растворятся где-то без концов, и не найдем.

Тамара Шорникова: Ага. А безработных может стать больше, да? В связи с такими мерами.

Алексей Коренев: Безработных будет больше в любом случае. Я вообще не очень уверен в нашей статистике. Потому что, собственно, у нас очень большая часть населения работает в сфере самозанятости либо имеет теневые зарплаты. И учесть их почти невозможно. Поэтому те самые 4,3 млн. безработных – это очень условная цифра. Я боюсь, что реальная цифра заметно выше. Особенно в регионах, где традиционно количество самозанятых больше. У нас есть регионы. где до 50% и более людей заняты в общем-то не в официально оформленном бизнесе, а работают на себя. Вот как их учесть? Они в принципе не попадают в эту статистику, кроме как по опросам.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем наших телезрителей.

Иван Князев: Татьяна, Красноярский край, у нас на связи. Здравствуйте, Татьяна.

Зритель: Здравствуйте, уважаемые ведущие.

Иван Князев: Слушаем вас.

Зритель: Вот знаете, сейчас обсуждается новый налог для работающих. Вот скажите, пожалуйста, если у нас 13% налог на зарплату, 20% налог на НДС, т. е. это уже 33% получается на нашу зарплату. Т. е. треть зарплаты мы отдаем. Если в Красноярском крае (извините, пожалуйста) я работаю 32 года, имею высшее образование, высшую категорию и получаю на полторы ставки 25 тыс., т. е. я уже должна треть зарплаты отдать. Если еще новый налог придумают, тогда куда это, мы и так работающие нищие, а куда дальше-то идти?

Тамара Шорникова: Спасибо большое.

Иван Князев: Да. Наталья… Татьяна, точнее, спасибо вам большое. Здесь, по-моему, явное недопонимание, какие деньги куда на что пойдут. Здесь и НДС, и 13%, и все сразу. Владимир Викторович, давайте еще раз определимся, чтобы не вводить в заблуждение наших телезрителей. Вот эти деньги, которые пойдут в этот так называемый Фонд страхования от безработицы, это все-таки, еще раз, полпроцента либо 1%, как предлагается. Как вот есть в этой идее. Правильно ведь?

Алексей Коренев: Я до сих пор сам не понял. Потому что мы пока с вами слышали только идею, озвученную Минтруда, и не видели никакой детализации. Как я понимаю, изначально прозвучала цифра 30, а потом начались уточнения о том, что это в общей сумме 30 и т. д. Но, простите, мы и так сейчас 30% выплачиваем Пенсионному фонду, Фонду социального страхования и медицинскому страхованию.

Иван Князев: Вот, вот. Т. е. прибавится к ним еще 1%. Ладно, разобрались. Владимир Алексеевич Коренев был с нами на связи, аналитик Группы компаний «ФИНАМ».

Тамара Шорникова: И еще один звонок послушаем. Наталья, Екатеринбург. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Наталья.

Зритель: Здравствуйте. Вот у меня, значит, такой вопрос. Новый налог, я понимаю, связан с защитой, социальной защитой безработных. Но мы же сами их плодим. Вот у меня дочь работает в Академии государственной службы при президенте СССР лаборантом на кафедре. Получает зарплату 8 тыс. руб. Она была сокращена на днях. Буквально сокращена, уволена по сокращению. В период пандемии, в период эпидемии. Значит, происходит сокращение, вот у нас в Екатеринбурге – вообще беспредел. Сокращают людей. 80 человек сокращено, в том числе весь пищеблок, все сократили. Ушли все по сокращению. Это же безработные, которых мы плодим. Сами. При президенте! Т. е. президент нам с экрана обещает, что никаких сокращений, никаких урезаний зарплат. А зарплаты урезаются. Вот это в Академии государственной службы при президенте Российской Федерации. Город Екатеринбург. Беспредел творится. В отношении сотрудников, преподавателей, которым снижаются заработные платы вообще. Ну, они работали, а их собирают в условиях самоизоляции. Их вызывают на советы, они сидят там плечом к плечу. Ну, это же ужас что творится.

Тамара Шорникова: Да, понятно. Спасибо большое.

Иван Князев: Спасибо. Спасибо вам, Наталья. Адресуем эти вопросы нашему следующему эксперту. Владимир Климанов у нас на связи, директор Центра региональной политики РАНХиГС. Владимир Викторович, здравствуйте.

Владимир Климанов: Здравствуйте.

Иван Князев: Вот, увидели вас. Владимир Викторович, смотрите, интересную мысль сейчас наша телезрительница затронула. Может, лучше действительно все-таки не пособия платить, не пытаться их увеличить, а больше рабочих мест создавать? Все проще будет.

Владимир Климанов: Это, наверное, благое пожелание. Ему следует любое правительство. Но, согласитесь, даже не у нас, а в других странах проблема безработицы еще больше. И ее никак не могут решить. Т. е. вот сейчас в США, в Австралии… В США 15% уже, в Австралии больше 20%. Т. е. любая страна не хочет создавать безработных, но такова просто жизнь. Тем более в условиях кризиса неизменно возникают какие-то непредвиденные обстоятельства, безработица возрастает, это очевидно.

И поэтому сейчас нужно придумывать какие-то механизмы как раз помощи тем людям, которые оказались в столь сложной ситуации.

Тамара Шорникова: Просто удивляет, что эти механизмы очень часто за наш счет внедряются. Т. е. почему это не субсидии со стороны государства, например, и т. д.? Это маленькие зарплаты сейчас у жителей страны, да? И они станут немножко еще меньше с введением нового налога. Это дополнительное время на работодателей, которые сейчас повально закрываются, банкротятся и берут кредиты на выплату зарплат. Это может усугубить обстановку. Даже такая небольшая прибавка может ударить, собственно.

Владимир Климанов: Я с вами абсолютно здесь соглашусь. Я тоже не сторонник того, чтобы сейчас увеличивать любое налогообложение именно на заработную плату. Потому что мы давно хотим вывести вообще заработную плату из тени, мы давно хотим создать какие-то здесь нормальные правовые отношения в полном объеме. И увеличение налоговой нагрузки просто создает какие-то негативные явления.

Я напомню, что в середине 2000-х годов, по-моему, в 2005 году, такая попытка увеличить совершенно на небольшой объем платежи в небюджетные государственные фонды происходила, и тогда от нее очень быстро отказались. Потому что поняли, что есть какой-то оптимум для предприятий и для бизнеса в части уплаты именно этих видов налогов.

Напомню также, что в рамках даже антикризисного пакета мер для предприятий малого бизнеса уже был принят закон о снижении как раз этих самых платежей в фонды Пенсионный, Обязательного медицинского страхования и Соцстраха с 30% до 15% для отдельных категорий предприятий, относящихся к малому бизнесу. И мы понимаем, что в рамках антикризисных мер, наоборот, нужно снижать налогообложение. И вводить сейчас какой-то новый налог, связанный с тем, чтобы увеличить пособия по безработице, мне кажется, неразумно. Т. е. нужно найти какие-то иные резервы как раз для в общем-то очень правильных мер, связанных с поддержкой безработного населения.

Иван Князев: Ну, а какие иные меры могут быть найдены, Владимир Викторович? Ведь вот это страхование от безработицы – это нормальная практика во многих странах. Порядка 2% такой налог введен. И в связи с этим еще вопрос: а из каких денег тогда платить пособия? Вот жители других регионов, в отличие от Москвы, получают меньше. В Москве достаточно высокое пособие по безработице, в других меньше. А где деньги-то найти? Какой может быть тогда механизм здесь? Откуда их брать?

Владимир Климанов: Бюджет – он всегда, так сказать, не то что один, но государственная кубышка образуется понятно каким образом: за счет тех же самых налогов. Они могут быть просто в разной форме. И государственные внебюджетные фонды специально отделены от федерального бюджета, от региональных. Именно для того, чтобы связать определенного рода доходы, которые поступают в бюджеты этих фондов, с совершенно конкретными видами и направлениями расходов.

К тому же для этих фондов действует, как правило, страховой механизм. Для того же ФОМСа или Фонда социального страхования. Его очень сложно смешать с другими формами бюджетного финансирования. И поэтому его вычленяют, отделяют от того же федерального бюджета или от региональных бюджетов.

Но что касается пособий по безработице и разного рода региональных надбавок, о которых вы заговорили (вот в Москве действительно сейчас есть региональные доплаты безработным, помимо того пособия собственно по безработице, которое унифицировано по стране), то все равно это бюджет. Бюджет либо федеральный, либо региональный. Других источников, что называется, нет.

Как сформировать здесь доходы и расходы, это мы опять вступаем в очень длинную дискуссию: все ли расходы, которые сейчас осуществляются из бюджетов, нужно осуществлять в таком объеме; можно ли сейчас хотя бы сделать какой-то бюджетный маневр, чтобы с одних видов расходов переориентироваться на другие. Это очень большая дискуссия, но несколько иная.

Иван Князев: Ну, да. А как вы думаете, а сейчас об этом заговорили потому, что прогнозы по безработице у нас будут очень и очень плохие? Вот об этом налоге заговорили. И нужно будет большое количество людей обеспечивать?

Владимир Климанов: Без сомнения. Здесь будет как бы двойной удар. Во-первых, будет увеличено число безработных. И к тому же тот факт, который вот отметил в том числе и министр труда в своем выступлении, что сейчас собственно статус безработного стало получать гораздо больше людей по отношению к общему количеству безработных. Т. е. вы знаете, что у нас есть так называемая зарегистрированная безработица (это те, кто встал на учет в органах занятости населения) и есть общая безработица. Так вот, сейчас реально стало больше обращаться людей, чтобы формально получить статус безработных. И само число это резко увеличивается в условиях кризиса.

А второе – это то, что в рамках антикризисных мер уже были предприняты действия, связанные с увеличением этих самых пособий по безработице. Его минимальный размер увеличен с 1,5 тыс. до 4,5, а максимальный доведен до минимального размера оплаты труда. Плюс есть там региональные надбавки.

Т. е. получается увеличение численности и тех сумм, которые данным гражданам платят. Т. е. реально мы ожидаем увеличения очень серьезного в этом направлении.

Тамара Шорникова: А по прогнозам, просто они, естественно, отличаются, например, от того же Минтруда. Там, по-моему, в пике до 5 млн. А вот, например, Центр стратегического планирования – там до 12 млн. прогнозирует к концу года.

Владимир Климанов: Ой, это я, к сожалению, не могу сказать. Но надо верить каким-то, тем агентствам и службам, которые делают это достаточно профессионально. Если мы ожидаем падения ВВП, допустим, уже по консолидированным каким-то позициям на 4,5%, по некоторым пессимистическим прогнозам там и до 10% годовых доходит, то, очевидно, уровень безработицы возрастет. Но я еще раз говорю: посмотрите на какие-то развитые страны, которые уже столкнулись с показателями, которые не были в истории никогда, кроме начала 30-х годов в США, например.

Иван Князев: Да.

Владимир Климанов: Это действительно нас может каким-то образом напугать, скажем так.

Иван Князев: Давайте вместе звонок послушаем.

Тамара Шорникова: Да, Надежда из Коми. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вот я хочу к оппоненту обратиться. А почему нас все время сравнивать с заграницей? У нас если есть возможность, можно и заводы строить, и сельское хозяйство поднимать. Но должны наши чиновники в это деньги вкладывать. И закладывать это все. У них очень большие зарплаты. Почему всё жить на народе? Что бы ни делали, всё должен народ платить. А почему чиновники-то с большой своей зарплаты, по 400, по 500 тыс., они ничем не помогают? Даже есть и по миллиону получают. Почему они ничем не делятся? И всё только на народ. Нас на колени вообще поставили.

Иван Князев: Это хороший вопрос. Но я думаю, чиновники точно так же платят налоги. Так же как и мы.

Владимир Климанов: Да, абсолютно так. И здесь на самом деле, ну, то, что я услышал в первой части вопроса, что некорректны сравнения с какими-то зарубежными странами. Действительно, Россия традиционно отличалась тем, что уровень безработицы был ниже, чем в других странах. Официальная безработица всегда вообще очень низкая. В Москве, кстати говоря, накануне кризиса была рекордно низкая безработица. Т. е. у нас скорее был спрос на рабочую силу, чем какой-то уровень безработицы. Поэтому, действительно, с западными странами сравнивать здесь нужно с некоторыми оговорками, скажем так…

Иван Князев: Ну, мы и не будем.

Владимир Климанов: …Но я специально даю картину для сравнения, что у нас-то она даже лучше, чем в зарубежных странах. А вопрос о том, как нужно что делить, – ну, еще раз говорю, это такой очень диалектический, что ли, вопрос. Здесь решения всегда будут верные в разных ситуациях, много верных решений.

Тамара Шорникова: Еще один телефонный звонок послушаем вместе. Зоя, Мурманская область.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте.

Зритель: Дело в том, что я не совсем слышала предыдущий вопрос, вернее, мнение, из Коми. Ну, чуть-чуть захватила. По поводу правильного, значит, распределения… ну, с населения или с чиновников, в общем, с уровня зарплаты. Да, я хотела бы продолжить эту тему. Действительно, уже до смешного доходит, да? Все развитые страны имеют прогрессивный подоходный налог. Когда нам говорят: где взять деньги, где взять деньги? Так прогрессивный подоходный налог давно пора уже вводить. Перво-наперво. Это решит очень многие проблемы. Первый момент. Когда говорят о том, что – ах, будут уходить в тень, да? Это тоже детский лепет получается. Извините, мы государство, у нас государственная машина, у нас столько органов, ну, извините за такое слово, карательных, правоохранительные органы, ФСБ и прочие, которые должны этим заниматься, выявлять, кто уходит от налогов, наказывать, естественно. Понимаете? Первый источник.

Вторая сторона дела. Вот безработица, да, вот тут эксперт говорил, что даже лучше, то, се. Вот меня всегда возмущает это сравнение радостное, что у нас лучше, а у кого-то где-то что-то хуже, какие-то показатели. Смешно. Не надо никогда кивать на другие страны, давайте разберемся в своей стране. В свое время у нас в Конституции было записано не только право на труд, но и обязанность трудиться трудоспособному населению. Правильно? Было такое? Было. Так вот. Вместо того, чтобы вводить вот такие (может быть, они тоже нужны, как сейчас, поправки в Конституцию), надо прежде всего ввести обязанность трудиться. У нас же безработицы полно скрытой. Сколько сыновей великовозрастных…

Тамара Шорникова: Зоя, но что, вы предлагаете вернуться к налогу на тунеядцев, что ли? А где работать-то, у вас сейчас спросят многие. С удовольствием бы работали. Нет работы.

Зритель: Вот. Именно. Вот над чем надо государству-то думать. Не без конца вот эти налоги платить, а что открывать рабочие места. Вот то же сельское хозяйство. Да пусть будет смешно, почему мы так боимся советского опыта? Почему боимся? Да опять же, как говорится, осваивать. Молодежь туда направлять, действительно. Заинтересовать молодежь. В каком-то полезном, значимом деле для страны, понимаете? В полезном, а не только как заработать, как больше заработать, как заработать.

Иван Князев: Да, Зоя. Спасибо.

Зритель: Да не заработать надо, а трудиться надо.

Тамара Шорникова: Зоя, поняли, да. Спасибо большое.

Иван Князев: Спасибо, спасибо. Владимир Викторович, ну, а может, действительно, прогрессивный налог поможет увеличить пособия по безработице, в данном случае? Как думаете?

Владимир Климанов: Я все-таки придерживаюсь пока точки зрения, что прогрессивная шкала налогообложения по налогам на доходы физических лиц – еще ее рано вводить. Если и нужно вводить, то через какое-то время, когда эта система будет более адекватной. К тому же мы первый шаг в части увеличения доходов с граждан, в том числе обеспеченных граждан, уже вводим со следующего года, вводя НДФЛ по отношению к банковским вкладам, к процентам, полученным по банковским вкладам. Это уже, мне кажется, один из первых таких как раз шагов в части внедрения вот этой прогрессивной шкалы. Т. е. здесь есть какие-то подвижки, и они наверняка будут происходить и далее.

А если говорить о том, что государство должно создавать рабочие места и идти по этому пути, то все-таки вот я лично придерживаюсь точки зрения, что нужно больше создавать каких-то косвенных механизмов для повышения занятости. Т. е. если государство пойдет по пути опять создания рабочих мест в каких-то госкомпаниях, в промышленности или в сельском хозяйстве, мы вернемся к очень неудачному опыту в нашей истории…

Иван Князев: Когда непонятно, кто чем занимался, и т. д.

Владимир Климанов: …Здесь нужны именно косвенные методы регулирования. Т. е. чтобы бизнес заработал, в том числе малый бизнес заработал. И здесь нужно предпринимать усилия.

Иван Князев: Спасибо вам большое.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Владимир Климанов: Спасибо.

Иван Князев: Владимир Климанов, директор Центра региональной политики РАНХиГС, был с нами на связи.

Тамара Шорникова: И это были темы дневного выпуска программы «ОТРажение». Прямо сейчас расскажем, о чем наши коллеги поведут разговор вечером.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Арсен
Налоги надо брать не с труда, а только с прибыли. Зарплата вообще не прибыль, прибыль бывает с прибавочной стоимости от труда рабочих, вот с неё и налог.
Чтобы из собранных денег платить пособия по безработице