Дивный новый мир!

Гости
Владимир Пирожков
футуролог, промышленный дизайнер, директор инжинирингового центра «Кинетика»

Ксения Сакурова: Ну что же, будущее уже наступает. В Москве на этой неделе презентовали летающее такси. К 2025 году обещают, что такие машины начнут уже эксплуатировать. Все больше уже в нашей жизни тех или иных роботов.

Иван Князев: Да. Беспилотные автомобили – уже наша реальность. Собственную разработку представила на днях компания «СберАвтоТех». О том, каким будет этот дивный новый мир, будем сейчас говорить с Владимиром Пирожковым, футурологом, промышленным дизайнером, директором инжинирингового центра «Кинетика». Здравствуйте, Владимир Вячеславович.

Ксения Сакурова: Здравствуйте.

Владимир Пирожков: Добрый вечер.

Ксения Сакурова: И прежде всего хочется сказать о том, что будущее у нас уже наступило, беспилотники перевозят грузы, роботы привозят нам еду, включают музыку – в общем, делают массу всего полезного, да еще и спорят друг с другом. Мереке Ульманов расскажет подробнее.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Нет, ну на самом деле с ума можно сойти от таких девайсов, которых все больше и больше в наших домах появляется. Мне недавно тут в кафе тоже робот привозил завтрак.

Ксения Сакурова: Я видела у тебя в сториз, да.

Иван Князев: Подъехал сам, поздоровался. Знаете, Владимир и Ксения, мне кажется, эти беспилотные такси, грузовики и так далее – все сломается, когда они на дороги какой-нибудь Костромы выедут. Все, на этом эксперимент закончится, наверное.

Ну а если серьезно, Владимир, ваш центр такими же вещами занимается, у вас же там какие-то совершенно немыслимые новинки. Какие? Расскажите.

Владимир Пирожков: Вы сейчас видели несколько роботов, наших ведущих, скажем так, например, «Яндекс» или «Сбер». Но мы занимаемся… у нас в основном клиенты из сферы безопасности, поэтому мы, если честно, не очень рассказываем про то, что мы делаем. Вы сказали, что на сайте не работает. Это сайт не работает, а центр как раз работает.

Ксения Сакурова: То есть вы шифруетесь? Вы делаете что-то такое феерическое и не рассказываете.

Иван Князев: Шпионские штуки, что ли?

Владимир Пирожков: У нас сейчас ситуация в мире достаточно сложная, каждая страна хочет себя защитить. Соответственно, лучше быть богатыми и здоровыми, чем бедными и больными. Соответственно, мы занимаемся в основном системами, которые связаны с безопасностью работы всяких разных интересных органов. То есть наша задача – создавать изделия, которые, скажем так, оберегают наших пацанов.

Иван Князев: Ну понятно. Я же говорю – шпионские штучки. А в бытовом плане? Вот что у нас еще в ближайшие годы появится? В Дубае уже представляли прототип летающего такси. Где-то даже уже пробные полеты были.

Владимир Пирожков: Практически все изделия, которые у вас на картинках, – это сделано в нашем центре. Сберовский электромобиль – нет. А вот эта желтенькая штучка, которая у вас, – это сделано в нашем центре. Соответственно, то, что летало в Дубае, Hover Surf – это частично делалось в нашем центре. Я не про рекламу, это не минута рекламы. Просто мы вовлечены во все эти проекты. Поскольку в России таких проектов не так много, как кажется…

То есть сейчас в мире по летающим автомобилям, как это говорится, на самом деле это аэромобили, порядка 82 компаний, которые разрабатывают такие изделия. И две из них – российские. Это Hover Surf и Bartini. Вот эта желтая штука – это Bartini. Соответственно, Hover Surf – это такой мотобайк, такой аэробайк, где человек сидит сверху как бы. И также очень много разработок сейчас есть для Министерства обороны – в основном конвертопланы и разные беспилотники.

Иван Князев: Просто мы как-то привыкли, что Tesla, Илон Маск, японцы что-то там придумывают, свои беспилотники и самолеты. Ну очень приятно слышать, что у нас на самом деле в стране это все делается.

Владимир Пирожков: Я сейчас еще вернусь. Смотрите. Мы также делаем, конечно же, и гражданские изделия. И эти изделия… Например, прибор для чтения и передачи мыслей на расстояния.

Иван Князев: Это как?

Владимир Пирожков: Это в основном сделано для больных-постинсультников. Люди, которые лежат, лежачие больные, которые не могут говорить и двигаться, но у них работает сознание. Это так называемое замкнутое сознание. И чтобы общаться с доктором или с родственниками, есть системы, есть алгоритмы, которые могут снимать определенные микроэлектроимпульсы с головы и, соответственно, переводить цифровые символы на ваш компьютер. И вы можете читать, что думает этот человек. А если вы можете читать, что думает этот человек, то вы можете переводить через Siri, например, в iPhone или через другие переводчики. Вы можете, по сути, подумать в Китай, и вам подумают обратно. И это уже работает.

Иван Князев: Но это же, наверное, какие-то простые мысли, я не знаю, команды.

Владимир Пирожков: Простые, да. Это мысли на уровне «да/нет». Но их достаточно, чтобы конвертировать это в символы, то есть «А», «В», «М»…

Иван Князев: Ну, компьютер тоже начинался с нулей и единиц.

Владимир Пирожков: Да, ноль и единица. Это то же самое, в принципе. Но есть уже ребята-постинсультники, которые могут это делать быстро. И у нас есть девочка в 1-й городской больнице, которая общается с парнем из Лос-Анджелеса таким образом – через Siri. И они могут печатать достаточно быстро свои мысли. А это уже очень большой шаг для открытия этого замкнутого сознания.

Ксения Сакурова: Владимир, а насколько все эти достижения, все эти инновации доступны? Вот где-то что-то изобрели, испытывают. А когда это станет нашей реальностью?

Владимир Пирожков: Когда это станет реально необходимо людям и будет относительно доступно. Потому что в свое время, когда появились мобильные телефоны, если мы вспомним первые, то это такой ящик с антенной. К нему прилагался красный пиджак с золотыми пуговицами, шестисотый Mercedes и десять человек охраны.

Ксения Сакурова: Комплект.

Иван Князев: Ну, это уже даже чуть позже было. Вначале просто ящик был.

Владимир Пирожков: Так вот, этот ящик, только месячное обслуживание его было 5 тысяч долларов на тот момент. Соответственно, сейчас вам дадут бесплатно денег еще, чтобы вы лишь бы купили Huawei или еще какой-то девайс.

Так вот, ситуация с аэромобилями, например, станет доступной тогда, когда расстояния увеличатся. Дело в том, что сейчас электролетающие машины летают не очень далеко, они летают на 20 минут. Если вы за 20 минут доберетесь до Внуково из центра Москвы – вам повезло. А если не доберетесь, то вам не повезло. Соответственно, одно из двух, 50 на 50.

А если учитывать, что, например, наша страна – это достаточно большие расстояния, если нам в Сибири хочется потушить какой-нибудь пожар на далеком расстоянии от пожарной станции, то четыре часа полета – нормальная история. Поэтому…

Иван Князев: Но это же все зависит от размера от аккумулятора, точнее, от емкости.

Владимир Пирожков: Не зависит пока, потому что те технологии, которые есть, они большого количества энергии не дают. Если вы, например, летите на швейцарском самолете, который летает вокруг света, на солнечных батареях, то это надо для начала вылететь на уровень солнца, чтобы не было туч. С другой стороны, батареи пока относительно маломощные. И если вы хотите поднять что-то тяжелое в воздухе, например человека, а еще лучше шесть, то тогда это проблема.

Иван Князев: Я просто хотел еще узнать, а в бытовом плане? Вот вы говорите, что эти приборы, которые считывают мысли. А в бытовом плане? Ну, к роботу-пылесосу мы уже привыкли, в принципе.

Владимир Пирожков: Он крутой.

Иван Князев: Да.

Ксения Сакурова: Без него уже никак.

Иван Князев: Да, на него уже внимания не обращаешь. А вот так, чтобы пришел на кухню, даже не успел сказать, подумал – и тебе кофеварка уже кофе сварила, яичницу пожарили.

Ксения Сакурова: Ну, есть такие разработки. Я видела роботизированную кухню. Там даже загруженные рецепты.

Владимир Пирожков: Сейчас была выставка MosBuild в «Крокусе», и там был представлен как раз прототип жилища будущего, но не совсем для России. Это больше для супермегаполисов, типа Токио или Нью-Йорка. Это прототип жилища будущего на 38 квадратных метров, где у вас абсолютно умный дом, все абсолютно на уровне интуиции работает. Плюс еще вертикальная ферма есть со всякими вкусняшками. И это очень персональное направление, оно будет развиваться. Частично люди уедут за город, потому что в связи с тем, что… Ну, после пандемии сейчас люди хотят больше иметь загородных каких-то вариантов. Плюс научились работать дистанционно.

Иван Князев: Я просто себе это представляю. Постирает сама техника, кофе сварит, пылесос пропылесосит, поесть приготовить. И все это на уровне интуиции, то есть ты даже еще сказать… Я просто к тому, чтобы представляешь, как это повлияет на количество разводов в нашей стране.

Ксения Сакурова: Я знала, что ты к этому придешь, да. «Я бы и не женился», – ты хочешь сказать, да?

Иван Князев: Очень бытовая программа, да.

Ксения Сакурова: Как-то ты к женщинам очень потребительски, Иван, относишься.

Владимир Пирожков: Знаете, что еще? Это не будет общедоступным какое-то время, потому что всегда такие супертехнологии сначала доступны определенной элите. Ну, как в свое время джинсы были доступны тем, кто ездил за рубеж, или морякам. Или японские магнитофоны. А сейчас это уже бытовуха такая обычная. То же самое и здесь произойдет.

Но интересная вещь, что в свое время лошади были вполне себе реальной силой тяговой. Где они сейчас? На ипподромах и в очень-очень дорогих конюшнях. Поэтому я думаю, что останутся аналоговые автомобили как раз в очень дорогих гаражах и на автодромах каких-то.

Ксения Сакурова: У коллекционеров, да?

Владимир Пирожков: Да-да-да. А все остальные будут пользоваться именно лизинговым транспортом. То есть это будет не столько личный, сколько это будет арендованное, временно арендованное изделие или пространство. Сейчас автомобильные производители, например Toyota, га сейчас полностью и четко заявляет, что это будут мобильные пространства для чего-то. То есть, например, это офис подъезжает к вам. Или это сапожная мастерская. Или это может быть, например, я не знаю, ресторанчик маленький. Вы подумали: «Хочу кушать!» Оп! – ресторанчик подъехал.

Ксения Сакурова: И все автоматизировано.

Владимир Пирожков: Частично автоматизировано. Сейчас на Олимпиаде в Токио уже отрабатываются эти модели и эти принципы действия. То, что «Сбербанк» как раз показывает. Это к разговору об автоматической доставке, о такси беспилотных и бесчеловечных, к сожалению.

Ксения Сакурова: Я, может быть, чего не знаю о сути изобретателей, но мне казалось, что ими раньше двигала лень и энтузиазм. А сейчас ими двигают деньги корпораций и некие госзаказы. И получается, что то, каким будет этот наш дивный новый мир, диктуется не внутренней фантазией человека, а материальными вещами.

Владимир Пирожков: Есть такая странная американская поговорка: «No money – no honey», «Нет денег – нет меда». Ситуация сейчас очень прагматичная, очень коммерческая. И дело в том, что основные корпорации, ведущие корпорации, а особенно IT-гиганты (ну, в нашем случае, в российском случае это «Яндекс» и «Сбер»), естественно, они диктуют повестку, и они диктуют те необходимые направления, куда это будет двигаться. То есть доставка. Это то, что показало себя хорошо.

Иван Князев: То, что им сейчас выгодно.

Владимир Пирожков: То, что им сейчас выгодно. И то, за что люди готовы платить не очень большую сумму. То есть все равно цель – карманы потребителей.

Иван Князев: Еще такой вопрос. Как вы правильно сказали, 20–30 лет назад тот же мобильный телефон – это было очень дорогое удовольствие. Сейчас, в принципе, производить их и быстро можно, и недорого. Можно даже сказать – дешево. Но технологически-то мы не уперлись в какую-то, я не знаю, стену, и дальше уже ну невозможно развиваться, невозможно снижать себестоимость? Или здесь полет фантазии не ограничен? Действительно, газеты у нас будут, я не знаю…

Ксения Сакурова: Их не будет.

Иван Князев: Ну нет, не то что не будет, а они будут из каких-то электронных экранов сворачиваться либо просто возникать в воздухе, голограммы и тому подобное.

Владимир Пирожков: Так и будет, во-первых. А во-вторых, в свое время какой-то изобретатель в Риме, в Древнем Риме сказал, что после императора Октавиана изобретений больше не будет никогда, потому что уже все изобретено. Соответственно, с тех пор ну хотя бы Интернет появился и мобильные телефоны. Тем не менее предела нет, потому что сейчас появится новое направление – новые компьютеры, квантовые. Скорость вычислений будет на порядок выше, а то и на несколько порядков выше. Соответственно, появятся другие вычислительные мощности и другие возможности.

Это будет переход на новый технический уклад, который по-своему… Мы будем, я думаю, где-то среди лидеров, потому что в России сейчас идут активные разработки этих технологий. И в принципе Россия относительно неплохо смотрится на мировом пространстве, с точки зрения как раз инноваций и новых подходов.

К одному из ваших предыдущих вопросов. Это будет точечно все равно. То есть где-то это произошло, в каком-то суперуниверситете, в Стэнфорде или в МИСиС, или где-то, например, в МГУ, или в Токийском университете. Потом это локально развернулось. И если это технология, которая очень востребована… Ну, как iPhone, например, или телефон, смартфон, когда он только-только начинался. Это же мгновенно было. Если вы вспомните, в 2007 году появился первый iPhone. И его фишка была в том, что у него были интуитивные кнопки. А Nokia, которая была очень сильна в то время, у нее были аналоговые кнопки. И она мгновенно пропала, просто мгновенно.

Иван Князев: Да, буквально несколько лет.

Владимир Пирожков: Потому что все перестроились, а они – нет. Ну, они думали, что будет по-другому. Поэтому все эти BlackBerry просто пропали, их просто нет. Соответственно, то же самое будет происходить и с другими гаджетами, с другими изделиями. Но я думаю, что, например, грузоперевозки однозначно будут без водителей. Какие-то дороги, например, сейчас строятся. Например, трасса Москва – Казань – Екатеринбург. Уверен, что она будет автоматизирована. Или Москва – Санкт-Петербург. Ну конечно, где-нибудь под Кемерово будут вопросы, но основные, скажем так, артерии будут работать так.

Ксения Сакурова: Давайте мы послушаем зрителей. До нас дозвонился Рудольф из Коми. Рудольф, здравствуйте.

Зритель: Я хотел вам вопрос задать такой. Вот скажите, две машины встречаются во дворе дома, например. И как они разъедутся? Кто кому уступит дорогу? С водителем и без водителя машина.

Ксения Сакурова: То есть пилотный и беспилотный автомобиль, да?

Иван Князев: Хороший вопрос.

Владимир Пирожков: Беспилотный уступит, потому что… Сейчас уже много таких автомобилей по Москве ездит, беспилотных автомобилей. Там еще за рулем сидит человек, который контролирует, но беспилотный автомобиль всегда более вежливый, и он уступит, подождет. За ним ехать – это беда. То есть это как за учебным автомобилем, у которого треугольное «У». Он учится сейчас, на данный момент. Но в какой-то момент беспилотные автомобили станут все сразу – и тогда вы не сможете в принципе управлять, если это только не аварийная ситуация.

Чем хороша беспилотная езда? Гораздо более быстрой она будет. И она будет гораздо более, скажем так, безопасная.

Иван Князев: Никто подрезать не будет, хамить не будет.

Владимир Пирожков: Да, да. Ну, на Gelandewagen поменьше парней станет. Пьяных «камазистов» поуменьшится. Это то, что мы «любим». Мара Багдасарян уйдет в Лету, как говорится, канет.

Ксения Сакурова: Она себе, может быть, поднастроит конечно особым образом свой беспилотный автомобиль.

Владимир Пирожков: Ну, будет возле МГУ шпарить, где-то на Racing Tracker. Ну, я не про нее конкретно, а про таких ребят. Но дело в том, что в свое время опять же кони были очень популярные Ну, будут на ипподромах сражаться между собой.

Иван Князев: Знаете, что меня еще заинтересовало? Вы говорите, что машина учится. Это что вы имеете в виду?

Ксения Сакурова: А как они учатся?

Владимир Пирожков: Это так называемое машинное обучение, это Big Data. Когда у вас есть тотальный скрининг города, вы видите все, что вокруг вас происходит. И у вас есть определенный протокол. И вы не можете подпустить человека ближе, например, чем 10 метров. Вы не можете повернуть, если машина оттуда едет, меньше чем 50 метров. Ну, например, если взять мой автомобиль, у меня Toyota, она говорит мне. Если кто-то сзади едет, а я задом сдаю, то за 200 метров он мне – пи-пи-пи! И я уже – раз! – притормозил. Кто-то пронесся мимо.

Или, например, суббота, утро. Автомобиль говорит: «Поехали в кафе». Я говорю: «Нет, мне на работу сегодня». Он говорит: «Ну, до кафе-то всего 20 минут. Я уже проложил маршрут».

Ксения Сакурова: Это уже реклама подключилась. Он еще и скажет куда.

Владимир Пирожков: Слушайте, он реально такой. То есть это робот такой, который тебе говорит. И если его не отключить, то он повезет вас в кафе. И вы такой: «Стой!» – если вы не можете на него влиять, все.

Ксения Сакурова: У меня вопрос: а как это изменит наш мир в целом? Вот мы, допустим, представляем, что у нас теперь нет дорог…

Владимир Пирожков: Свободолюбивых меньше станет.

Ксения Сакурова: А что еще? У нас не будет дорог, все летают.

Владимир Пирожков: Нет, дороги останутся под тяжелые изделия, их нужно будет перевозить. Никто не отменял законы физики, закон притяжения.

Ксения Сакурова: Пробок не станет.

Иван Князев: Свободолюбивых меньше станет?

Владимир Пирожков: Людей.

Иван Князев: В смысле?

Владимир Пирожков: Ну, если вы хотите хоть немножечко какой-то вольности допустить, у вас не получится. Вам придется переходить через переход ровно тогда, ехать на машине ровно сюда. Ну, вот те фильмы, о которых идет речь…

Иван Князев: Но это же, с одной стороны, ужасно.

Владимир Пирожков: Sorry.

Иван Князев: Придется в лес куда-то ехать.

Владимир Пирожков: Да.

Ксения Сакурова: Ну а жить-то мы станем дольше хотя бы за счет биотехнологий?

Владимир Пирожков: Жить мы станет дольше не за счет этого, а за счет того, что нам будут пересаживать органы, которые будут напечатаны искусственно. Ну, например, в Израиле сейчас напечатали искусственное сердце. Оно пока маленькое, но оно работает. И это человеческое сердце.

Иван Князев: На 3D-принтере?

Владимир Пирожков: Ни 3D-принтере, да. Это не выращенное из яйца или из яйцеклетки, а это напечатанное сердце. Это запчасть. Рассматривайте это как запчасть.

Или, например, в Израиле удалось увеличить длину теломеров (а теломеры – это концы хромосом). И чем длиннее эти концы хромосом, тем дольше мы живем. Так вот, они на 37% увеличили длину хромосомы. И те люди, которые сейчас в этом эксперименте участвуют, они, по сути, помолодели на 25 лет.

Иван Князев: Ничего себе!

Владимир Пирожков: А это уже серьезный прорыв, потому что это дико круто.

Ксения Сакурова: Сколько лет осталось до этого?

Владимир Пирожков: Это уже происходит.

Иван Князев: Мы успеем?

Владимир Пирожков: Я думаю, мы успеем, но у нас не будет средств на такие операции.

Иван Князев: К сожалению. Жалко…

Владимир Пирожков: Успеют несколько человек. И мы знаем их имена.

Иван Князев: Ой, а очень хотелось бы! Спасибо вам большое.

Ксения Сакурова: Спасибо большое. Большая тема, очень интересная. Хочется все-таки продолжить, но время у нас заканчивается.

Владимир Пирожков, футуролог, промышленный дизайнер, директор инжинирингового центра «Кинетика», был с нами сегодня в этой студии. Столько всего интересного!

Владимир Пирожков: Приглашайте еще.

Иван Князев: Спасибо. Да, будем ждать вас в гости снова. Спасибо вам большое, Владимир. Про будущее говорить всегда интересно. Но и не нужно забывать о настоящем.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)