Обращение президента к населению и главам регионов. Комментарии экономиста и политолога

Обращение президента к населению и главам регионов. Комментарии экономиста и политолога
Какой будет торгово-развлекательная индустрия после пандемии?
Татьяна Овчаренко: Придомовые территории, которые в силу закона принадлежат нашим гражданам, в абсолютном большинстве городов украдены
Михаил Таратута: Ситуация для всех претендентов на власть в США скользкая. Никто не понимает, что надо делать
Кредитная амнистия вместо кредитных каникул
Коронавирусные указы проверят
Что нового в регионах? Волгоград, Севастополь и Магадан
Где найти работу в карантин. Жители разных городов рассказали, как удаётся зарабатывать после увольнения
Экономика: план восстановления. Рост безработицы и падение рождаемости. Вакцину испытают на военных. Проблемы органов опеки. Горячее лето
Восстановимся по плану?
Алексей Малашенко: Сегодня G7 – это непонятно что, символ. И России с её амбициями зачем туда возвращаться?
Гости
Сергей Смирнов
доктор экономических наук ИНИОН РАН
Павел Салин
директор Центра политических исследований Финансового университета при Правительстве РФ

Александр Денисов: Владимир Путин в своем обращении сравнил нынешнюю непростую ситуацию в экономике, в здравоохранении с нашествием печенегов и половцев. Вот послушаем фрагмент из его выступления сегодняшнего.

СЮЖЕТ

Владимир Путин: Понимаю, что уже накопились и усталость, и серьезный груз финансовых, бытовых, других житейских проблем. Нарушен ваш привычный ритм жизни. Для большинства постоянно находиться в четырех стенах, что называется, муторно и тошно. Но выбора сейчас нет. Дорогие друзья! Все проходит. И это пройдет. Наша страна не раз проходила через серьезные испытания. И печенеги ее терзали, и половцы. Со всем справилась Россия. Победим и эту заразу, коронавирусную. Вместе мы всё преодолеем.

Александр Денисов: Ну, тут каждому приходит на ум «Слово о полку Игореве», как там про нашествие сказано: «Бесовы дети кликом поля прегородили». Сравнение точно не пафосное, не преувеличенное, учитывая тот риск, которому подвергает себя, так сказать, полк врачей, работников Скорой и медсестер. Не случайно врачей приравняли к военным по степени риска. Послушаем.

СЮЖЕТ

Владимир Путин: Мы также предусмотрели дополнительные выплаты врачам, медсестрам, медицинскому персоналу за особые условия труда и повышенную нагрузку. Средства из федерального бюджета на эти цели, более 10 млрд. руб., выделены и в ближайшее время поступят регионам. Люди должны получать такие выплаты в срок, без задержек. Начиная с апреля, установить специальную федеральную выплату специалистам, которые непосредственно работают с больными коронавирусом и ежеминутно рискуют своим здоровьем. Для врачей, непосредственно работающих с пациентами, заболевшими коронавирусной инфекцией, такая доплата составит 80 тыс. руб. в месяц. Для среднего медицинского персонала – фельдшеров, медсестер – 50 тыс. руб. Для младшего медицинского персонала – 25 тыс. руб. в месяц. Что касается врачей Скорой помощи, которые также работают с заболевшими коронавирусом, они получат выплату в 50 тыс. руб. в месяц. Фельдшеры, медсестры и водители экипажей машин – 25 тыс. руб. И будет правильным принять еще одно решение. А именно, установить для них повышенные страховые гарантии за счет федерального бюджета. Так, как это сделано для личного состава Вооруженных Сил России.

Анастасия Сорокина: Об этом поговорим в прямом эфире вместе с экспертами. На связи Павел Салин, директор центра политических исследований Финансового университета. Павел Борисович, добрый вечер.

Павел Салин: Добрый вечер.

Анастасия Сорокина: Прозвучала сумма в 10 млрд. руб., которые специально выделяются для того, чтобы поддержать медиков. Как вы считаете, этих средств будет достаточно для того, чтобы поддержать, простимулировать, привлечь еще персонал к борьбе с коронавирусом?

Павел Салин: Ну, а как можно ответить на этот вопрос, когда мы не знаем, сколько времени продлится эта ситуация? Если неделю, это один ответ. Если месяц, это другой. А если до конца года, это третий ответ. Поэтому сейчас на него дать ответ нельзя, хватит или не хватит. Потому что сейчас скажешь «хватит», а через неделю эти деньги, условно говоря, закончатся, через неделю. И выяснится, что не хватает.

Анастасия Сорокина: Владимир Владимирович сказал, что нужно предусмотреть, что через 2 недели будет самая пиковая ситуация, критическая, в которой можно будет оценивать ситуацию. А как вы считаете, стратегия есть какая-то? Она уже намечена или пока только задается такая задача – продумать дальнейшие шаги?

Павел Салин: Нет, стратегия есть. Она давно уже намечена. Стратегия реактивная. Т. е. наблюдать за ситуацией и в зависимости от развития ситуации предпринимать какие-то тактические меры. Плюс важный элемент стратегии – возлагать все, и стратегические, и непопулярные, решения на региональные власти.

Александр Денисов: Павел, вы знаете, а вот я подумал, мне пришла в голову мысль, может быть, поправите меня. Не припомнил я за новейшую историю России, чтобы хоть раз в кризисный период вот так часто пополнялись меры социальной политики. Т. е. буквально каждые 2-3 недели мы наблюдаем, что новые и новые шаги предпринимаются. Т. е. вот такого, как вы сказали, реактивного реагирования на моей памяти не было.

Павел Салин: На нашей памяти, по крайней мере за последние 20 лет, не было и такой кризисной ситуации. С чем сейчас сравнить нынешнюю ситуацию? Кризис 2008 года? Нет. Кризис 14-го года? Тем более нет.

Александр Денисов: А кризис 98-го? Павел, вы помните хоть раз, чтобы Ельцин выступил с обращением?

Павел Салин: Кризис 98-го года – тоже нет. Единственное, что по глубине кризис, который с нынешним сопоставим, это кризис начала 90-х годов. Но просто про начало 90-х годов мы уже всё знаем, что тогда было, мы представляем глубину. А в этот нынешний кризис мы только входим. И его глубину мы почувствуем только, наверное, осенью. И это будет далеко не конец.

Александр Денисов: Вот в этом свете как мы оцениваем вот уже которое по счету, второе или третье, обращение? Т. е. это такая постоянная тонкая настройка под ситуацию? Вот Песков часто употребляет это словосочетание: «тонкая настройка». Как мы можем оценивать такие меры регулярные?

Павел Салин: Можно назвать «тонкая настройка». Можно назвать «реакция на сложившуюся ситуацию». Вот сегодняшнее обращение чем обусловлено? Меры, точнее, которые продекларированы. Пошла волна недовольства в соцсетях со стороны врачей, что их бросили на передний план, а ресурсами не обеспечили. Вот, пожалуйста, вам социальные выплаты. Недовольство бизнеса теми мерами, которые были продекларированы 25-го марта. Здесь позиция в принципе прежняя. Немножко расширили. Опасения тем, что административные ограничения нанесут удар по экономике. Вот, пожалуйста, сигнал в регионы, что, ребята, вы, конечно, ограничивайте, но не слишком. А вот как «не слишком» – это сами уже решайте. Да, это как бы тонкая настройка, ситуативное реагирование. От названия суть не меняется.

Анастасия Сорокина: Но прозвучал такой термин, как «подушка». Что она у нас накоплена, что мы должны как бы немножечко успокоиться, градус паники должен снизиться. Как вы считаете, есть ли действительно вот та самая подушка, на которой мы можем так все расположиться на ней, и нам будет на ней мягко спать?

Павел Салин: Если верить официальным данным, такая подушка существует.

Александр Денисов: И мы даже знаем размер этой подушки, Павел. Уже давно…

Павел Салин: Да, если верить официальным данным, есть такая подушка. Но другое дело, что сейчас нам на ней расположиться не дают. По ряду причин. Можно предположить, можно гадать. Одна из причин – то, что власти солидарны с той точкой зрения, которая была озвучена в нашем разговоре, что худшие времена еще впереди, и посмотрим, что будет по осени, а уж что в следующем году – тем более посмотрим. Вот отчасти поэтому на этой подушке сейчас не дают расположиться. Хотя бизнес активно апеллирует, все отрасли абсолютно свои аргументы ищут для того, чтобы распечатать эту кубышку.

Александр Денисов: Павел, вот вы понимаете, как распределяются полномочия от федерального центра к регионам? Потому что в этой дилемме Мишустина и Кадырова, честно говоря, вот мне кажется, что Кадыров прав. Закрыл регион – но это его усмотрение. Пропускают, да, транспорт с медикаментами, с продовольствием. Мишустин ему объясняет, что, там, не вашего ума дело перекрывать федеральные трассы. Вот в данном случае вам ясно, по какому принципу делятся полномочия между центром и регионами? Вот сейчас, в данный момент.

Анастасия Сорокина: Прозвучало…

Александр Денисов: Подожди, Настя. В данный момент.

Павел Салин: Нет, абсолютно неясно. Потому что этого принципа не существует. Принцип, мегапринцип один: ребята, делайте так, чтобы было хорошо. С одной стороны, боритесь с медицинским… с медицинской этой напастью, чтобы ни в коем случае там ничего не ухудшилось. С другой стороны, чтобы ни в коем случае серьезно не просела экономическая ситуация. А как это делать, это уже на ваше усмотрение.

Александр Денисов: А это плохо или хорошо, что нет определенности в данный момент?

Павел Салин: Знаете, время покажет. Но если брать именно борьбу с экономическими последствиями, то вот мировая практика демонстрирует, что федеральные власти действуют более активно. Т. е. те меры поддержки, которые продекларированы в большинстве стран, они по отношению к ВВП и по своей структуре, по своей направленности гораздо более объемные и активные, чем те меры, которые декларируют российские власти. Что касается борьбы с медицинской составляющей кризиса, то здесь очень разнообразная практика в мире.

Александр Денисов: Вот как раз регионам сегодня передан, точнее, была названа эта мера, регионам передают коечный фонд федеральных медучреждений. Чем вы объясняете этот шаг? Я, честно говоря, не улавливаю разницу. А почему лечить нельзя в федеральных центрах, почему именно это нужно регионам передавать? Что это меняет?

Павел Салин: Нет. Ну, что регионам передают, это понятно. Потому что имеется в виду коечный фонд в регионах, который принадлежит федеральному центру. И регионы на месте должны решать о приоритетности, вопросы о приоритетности заполнения этого коечного фонда. Вопрос, почему это сейчас решение принято было, а не хотя бы 25-го марта во время первого обращения, а лучше еще где-нибудь в середине марта, когда все только начиналось.

Александр Денисов: А сами федеральные медучреждения, они этого не понимают, как нужно действовать в данный момент? Обязательно это регионы могут только сообразить?

Павел Салин: Ну, тогда нужно федеральному правительству под одну гребенку вводить все режимы ограничений в регионах. А стратегический курс какой выбран? Вы, ребята, в регионах сами решайте, какие ограничения вводить и как их, там, снимать или нивелировать, чтобы не убить экономику. Здесь то же самое, только с проекцией на медицинскую ситуацию.

Анастасия Сорокина: А что с проекцией на облегчение предприятиям, вот эти меры о снижении до 15% ставки по взносам, облегчение налогового бремени – сейчас это даст какую-то возможность сделать вдох и запустит экономику? Или все равно этого мало?

Павел Салин: Вот что касается мер по поддержке бизнеса, это самая проблемная и самая непопулярная составляющая. Потому что речь идет не об облегчении налогового бремени, а основная претензия бизнеса заключается в том, что речь идет об отсрочке. Т. е., опять же, если брать мировую практику, то там налоги на какой-то период просто прощаются. У нас они не прощаются, а их срок уплаты переносился сначала на несколько месяцев, сейчас решено растянуть это на год. Единственное, что, если говорить о прощении, это вот это снижение ставки социальных взносов с 30% до 15%. Но бизнес, если послушать, что говорят представители бизнеса: говорят, что это мало, потому что у них критическая сейчас проблема это нехватка оборотки, нехватка наличности. И это снижение не поможет. Это правильная мера, но капля в море.

Анастасия Сорокина: А им же сказали, что тем, кто будет сохранять рабочие места, им будут помогать. Может быть, все-таки есть какая-то надежда, что запустится производство?

Павел Салин: Надежда есть. Но, понимаете, им сказали, что будут помогать, как помогать – неясно, а рабочие места сохранять нужно здесь и сейчас. И людям платить нужно здесь и сейчас. А у бизнеса малого и среднего оборотных денег, налички есть только чтобы, в зависимости от отрасли, от объемов бизнеса, от успешности конкретного бизнеса, либо некоторые вообще уже начали увольнять, даже вот когда первая неделя началась и все ожидали, что это продлится только неделю, но – 1, 2, 3 недели, понимаете? А людей сейчас держать? А потом что, если не последуют эти меры? Или если они последуют, а будут такие же, которые бизнес не удовлетворят, как вот сейчас меры?

Александр Денисов: Павел, вы знаете, но, с другой стороны, мы с вами начали с подушки безопасности. Кто мешал любому бизнесмену заводить себе такую подушку? Очевидный шаг, учитывая, что кризисные времена постоянно случаются, и это нужно предвидеть. И достаточно наивным нужно быть парнем, рассчитывая, что все всегда будет хорошо и тебе эта подушка не потребуется. Согласитесь, это странное поведение для бизнеса.

Павел Салин: Совершенно верно. Но давайте вашу вот сейчас позицию, утверждение перенесем на сферу частных лиц, физических лиц. Вот сейчас президент декларирует помощь, выплаты наименее обеспеченным слоям населения. А можно им тоже сказать: «А кто вам мешал копить подушку безопасности? Вы же знали, что трудные времена настанут. Помните кризис 98-го, 2008 года? Нужно было копить». Но вот если вы это им скажете, то с какой реакцией людей вы столкнетесь? Они скажут: «А из чего копить, когда у нас деньги уходили даже не на одежду, пущай там, а только на продукты? Из чего копить?» Вот то же самое касается и бизнеса. Это с начала 90-х такое отношение, что бизнесмены на 100% люди, которые жируют. Те, кто за счет… ну, так называемая бюджетная олигархия или короли госзаказа, может быть, они и жируют. А малый и средний бизнес – там большой дефицит денег. Он, как канатоходец, балансирует. Нет вот налички сейчас, на месяц не будет поступлений от доходов – и денег просто не будет. И в прежней ситуации копить их тоже не представлялось возможным. А то, что накопили, это вот расходуется сейчас. Т. е. люди же не работают в бизнесе, а некоторым платят, продолжают платить зарплату. Вот эти же…

Александр Денисов: Павел, да, я отчасти соглашусь с вами. У меня родилось такое предложение. Вот мы поправки там еще не завершили в Конституцию. Надо бизнесменов внести в разряд социально незащищенных слоев населения. Потому что они бедные, они в первую очередь страдают, и им в первую очередь нужно помогать. Согласны со мной?

Павел Салин: Нет. Бизнесменов нужно как можно меньше регулировать. Т. е., вот вы говорите: внести поправку, помогать, все прочее. У бизнеса мегазапрос один…

Александр Денисов: Но вы же говорите, что они такие, что страдальцы извечные у нас. Ну, социально незащищенные, совершенно точно.

Павел Салин: По состоянию на нынешнее – да. Но кто их сделал социально незащищенными тем, что у них средств нет? У бизнеса запрос сейчас, вот такой исторический, один. Дайте нам на выходе из кризиса, вот сейчас помогите, а на выходе из кризиса относитесь к нам, как относилось абсолютно коммунистическое левое правительство Примакова: оставьте нас в покое. Т. е. не нужно прописывать никуда их, ни в какие категории не вносить, ничего. Просто перестаньте давить административным прессом. Вот у бизнеса такой запрос. Никуда их там вносить в Конституцию не надо.

Александр Денисов: Павел, вы знаете, а насчет накоплений тут ситуация-то у всех разная. Кто-то накопил, кто-то не смог. Поэтому тут тоже однозначно подчеркивать и говорить, что все остались на бобах, – ну, очевидно, что не все. По-разному люди живут.

Павел Салин: Да, я абсолютно согласен. Мы говорим сейчас об общем тренде. Так же, как и о ситуации с обычными гражданами. У кого-то жировых запасов хватит на много лет вперед. Рынок лакшери сейчас по одним позициям просел, а по другим вообще не проседает, люди покупают. Так что не обо всех здесь, конечно, речь. Но основной тренд – что сейчас и людям тяжело, и бизнесу. Если брать бизнес малый и средний, не сырьевой, тоже ему тяжело. А отдельный бизнес, где-то там, естественно, он неплохо живет, и хватит ему жировых запасов, и увольнять там никого не будут.

Александр Денисов: Павел, спасибо большое. Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо. Это был Павел Салин, директор центра политических исследований Финансового университета. Продолжаем обсуждение. На связи наш следующий эксперт. Сергей Смирнов, доктор экономических наук Высшей школы экономики. Сергей Николаевич, здравствуйте.

Сергей Смирнов: Добрый вечер. Рад видеть всех в добром здравии, честное слово.

Александр Денисов: Сергей Николаевич, мы вас рады видеть, в хорошем настроении вы, да?

Анастасия Сорокина: Сергей Николаевич, была фраза у Владимира Владимировича сегодня, что нужно разработать план, действовать уверенно, ритмично, профессионально. Что это за действия, на ваш взгляд?

Сергей Смирнов: Вы знаете, ну вот такую фразу можно произнести в любой критической ситуации. И это скорее некий лозунг. Меня, конечно, больше заинтересовали конкретные меры, которые предложены. И я бы начал… я бы стартовал с той фразы… предложить, может быть, не все обратили на нее внимание, но это своего рода тоже забота о населении. Вы обратили внимание, что у многих сейчас кончается срок действия их водительских удостоверений, да? Владимир Владимирович велел их продлить.

Александр Денисов: Автоматически причем, автоматически.

Сергей Смирнов: Да, автоматически. Без всяких. И на мой взгляд, вы знаете, т. е. для меня это сигнал, что в принципе ситуацию мониторят, и те же самые социальные сети и все прочее, по всем абсолютно направлениям. И это где-то, ну, в кавычках, а может быть, без кавычек, утешает. Безусловно, вы знаете, еще на что бы я обратил внимание. Павел Борисович, по-моему, об этом не говорил. При всем его исчерпывающем взгляде на вещи, но тем не менее. Обратите внимание, что в речи президента, в выступлении президента было сказано следующее: что в дальнейшем, как я понимаю, те же самые предприниматели, тот же малый и средний бизнес будет разделен, после того, как все это кончится, на две крупные группы. Первая группа – предприятия, организации и т. д., те, кто не будет сейчас увольнять своих сотрудников. И они, естественно, я думаю, в дальнейшем получат определенного рода приоритеты. Какие могут быть эти приоритеты? Ну, скажем, дополнительные плюсы при участии в конкурсах на выполнение государственного заказа.

Александр Денисов: Сергей Николаевич, да они уже сейчас получают плюсы. Вот эти пониженные социальные взносы…

Сергей Смирнов: Да!

Александр Денисов: …это же для них именно. Для тех, кто сохраняет рабочие места.

Сергей Смирнов: Ну, на самом деле для всех. Но не все этим воспользуются, потому что другая группа предприятий сокращают работников. Увольняют. Ну, реально, платить нечем. И для них, конечно, вот меры социальной поддержки будут ориентированы, как сказал президент, именно на конкретных людей. А это действительно проблема. Сегодня я разговаривал с владелицей одной из кофеен в Москве. Да, они работают сейчас на вынос. Но обороты у них упали в 10 раз. 10% от их традиционного оборота. Вы понимаете, ну и как тут держать людей, кроме себя самого, любимого, который един во всех лицах? Что мне еще, скажем так, ну, «понравилось» не могу сказать, но то, что предусмотрено, да? Все-таки, если человек оказывается безработным, помимо получения пособия по безработице в максимальном размере, как вы видите, без всяких там справок, с дистанционным оформлением, все это абсолютно правильно… Он, если у него есть дети в семье, он получает оперативно дополнительные вот эти детские пособия. Вот эти 5 тыс. на 3 месяца, как вы помните, и потом на месяц…

Александр Денисов: И плюс еще 3, да.

Сергей Смирнов: Да-да. Это важно. Это важно.

Александр Денисов: Сергей Николаевич, спасибо вам большое. Мы эту тему продолжим вечером в 9 часов. Спасибо большое. Это был…

Анастасия Сорокина: …Сергей Смирнов, доктор экономических наук Высшей школы экономики. Переходим к следующей теме.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)