• Главная
  • Программы
  • ОТРажение
  • Александр Саверский: Очень надеюсь, что лекарства выпадут из антисанкционных "торгов". Одно дело – "Макдональдс" и совсем другое – жизненно необходимые препараты

Александр Саверский: Очень надеюсь, что лекарства выпадут из антисанкционных "торгов". Одно дело – "Макдональдс" и совсем другое – жизненно необходимые препараты

Гости
Александр Саверский
президент "Лиги защитников пациентов"
Кирилл Коктыш
член Совета ассоциации политических экспертов и консультантов, доцент кафедры политической теории МГИМО
Сергей Голодов
доцент кафедры статистики РЭУ им. Г.В. Плеханова

Константин Чуриков: Все заранее нам рассказывают и по поводу санкций. С одной стороны, Соединенные Штаты проанонсировали то, что сегодня обнародуют новый перечень компаний и лиц, в отношении которых будут введены ограничения. Американские власти связывают это с химатакой в Сирии и с тем, что Российская Федерация так или иначе оказывает помощь Башару Асаду. Это с их стороны, а с другой стороны наша Государственная Дума готовит свой ответ.

Оксана Галькевич: Мы, конечно же, не можем оставить это без ответа, но каким будет наш ответ, мы тоже пока не очень себе представляем, потому что рассмотрение перенесено на середину мая, если я не ошибаюсь.

Константин Чуриков: На середину мая. Свежая новость пришла буквально несколько часов назад о том, что Госдума рассмотрит проект об ответе на действия США именно в мае. Проект закона будет направлен президенту и правительству примерно до 3 мая, ну и дальше в середине месяца уже это все обретет конкретные контуры. Прямо сейчас о санкциях будущих, планируемых поговорим с нашими экспертами. Для начала у нас в студии Александр Саверский, президент "Лиги защитников пациентов". Александр, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Александр, здравствуйте.

Александр Саверский: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Там речь шла в том числе и о ограничении поставок лекарственных средств в нашу страну. Вы уже, наверное, тоже слышали эти новости, оценили, так скажем, риски. Что скажете?

Александр Саверский: На самом деле я очень рад, что слушания перенесены, потому что было ощущение, что сейчас будет взмах палочки волшебно-огненной и люди просто не получат тех лекарств, включая детей, которые… Например, жидкий нурофен для детей, креон, капотен от давления, виагра любимая многими. Список большой на самом деле, речь идет примерно о 130-140 наименованиях, в рыночных цифрах это тоже прилично достаточно, 80 миллиардов общий оборот лекарств с США, из них 40 миллиардов примерно могут попасть как раз под запрет. Конечно, я не про цифры, а про то, что это реальная проблема, и просто так взять и сегодня решить, что мы не будем завозить лекарства, – это нарушение международных норм права, конституционного, постановления правительства, законов и так далее, причем вплоть до на самом деле уголовной ответственности, потому что, вообще-то говоря, обязанность тех же депутатов Государственной Думы и чиновников правительства обеспечивать нашу безопасность, охрану здоровья и медицинскую помощь.

А тут когда нам говорят, что упс, мы вам не дадим, я тут же представляю себе, знаете, 15 лет назад посольство Норвегии попросило меня оценить, почему наши граждане бегут в западные страны, в частности, в Норвегию, со ссылкой, что в России нельзя получить нормальную медицинскую помощь. Представляет сейчас людей, детей, которым сказали, что лекарств не будет – они сейчас придут в посольство США и скажут: "Ну лечите нас тогда сами".

Константин Чуриков: Хочется сейчас спросить наших уважаемых зрителей: вы лично боитесь санкций? Под санкциями имеем в виду как и то, что "прилетает" к нам с Запада, так и те ответные контрмеры, которые мы вводим, потому что действуют они по-разному. Итак, отвечайте, пожалуйста, "да" или "нет" на номер 3443, в начале буквы "ОТР", через полчаса подведем итоги этого опроса.

Оксана Галькевич: Александр, вам ведь, наверное, в ответ говорят: нурофен жидкий для детей, понятно, многие этим спасаются при температуре, каких-то проблемах у детей. А что там такого особенного?

Александр Саверский: Дубовую кору предлагаете пить?

Оксана Галькевич: Это, кстати, не я предлагаю.

Александр Саверский: Хорошо.

Оксана Галькевич: Наверняка ведь такие аргументы звучат.

Константин Чуриков: Есть у нас в стране доктора.

Оксана Галькевич: Сами что ли мы не можем производить что-то подобное?

Александр Саверский: Пока не можем. И кроме того, это я как бы назвал распространенные препараты, а есть вообще инновационные, которые действительно, реально спасают людям жить с онкологией, с какими-нибудь сложными заболеваниями и до которых наши технологии, к сожалению, к огромному сожалению пока не добрались. Сейчас разными способами наша фармпромышленность пытается реанимироваться, там действительно что-то получается, но утверждать, что мы покрываем весь рынок, совершенно невозможно.

Кроме того, знаете что меня беспокоит? Ведь 2 год назад очень похожая ситуация… У нас уже были контрсанкции, а у нас появилось правило, так называемый "третий лишний", то есть когда два препарата если есть на нашем пространстве, то третий импортный не имеет права участвовать в торгах. И именно поэтому меня беспокоит, то есть люди уже запретили, чего вы еще-то хотите? Поэтому чтобы там в законе ни было написано, риск, реальная угроза того, что люди вообще не получат, лишатся доступа к необходимому лечению, действительно существует, к сожалению.

Константин Чуриков: Нам зритель пишет, Владимир Пушков: "Будем давить американские лекарства нашими русскими тракторами". Ну а если серьезно, вот мне хочется…

Оксана Галькевич: Олег Маслов пишет: "Боюсь контрсанкций больше, чем санкций".

Александр Саверский: Да, я как раз, к сожалению, должен… Вот я первое отреагировал, первое, что сделал, когда 3 дня назад только об этом услышал – составил петицию, она за 3 дня набрала уже 10 тысяч голосов. Там как раз написано, что наши антисанкции не должны приводить к санкциям против своего же народа, потому что здесь получается именно та самая история.

Константин Чуриков: Александр, а все-таки откуда вы взяли вот этот конкретный список? Я видел, в Интернете гуляла некая информация со ссылкой на специалистов компании "Vidal", там как раз-таки и нурофен, и многие другие средств перечислены. Но ведь депутаты Госдумы не собираются составлять никакой конкретный список…

Александр Саверский: Они попросили Минздрав, и тот тупо на основании государственного реестра лекарственных препаратов как основу (там тысяча препаратов американских числится) должны дать этот перечень, потом соответственно перечень аналогов, и там уже кто как решит. Вот как раз мне формулировка понравилась о переносе: правительство вместе с бизнесом сейчас до 16 мая, как раз до слушаний, будет определять, что же там, какие есть риски и чего там… В общем, это такая торговая площадка, к сожалению. И я очень надеюсь, что лекарства оттуда просто выпадут, из этих торгов, потому что одно дело Макдональдс, другое дело жизненно необходимая история, от которой действительно зависит жизнь детей, людей, инвалидов.

Оксана Галькевич: Давайте мнение нашей телезрительницы из Краснодара послушаем. Татьяна, здравствуйте.

Зритель: Добрый вечер. Спасибо большое за вот эту темы. Вы знаете, я очень боюсь санкций. Я вообще хроник, у меня как бы вот… Я принимаю препараты терафлекс, мастадинон, креон, очень много можно перечислять, то есть я настоящий хроник. И если только эти лекарства уйдут, я не знаю, что я буду делать, потому что наших препаратов нет. И если бы не эти препараты, я бы вообще не вставала. Я не знаю, вообще куда мне деваться, что делать. У меня есть знакомые, они живут под Лондоном, они мне предлагают написать письмо с просьбой, чтобы мне такие лекарства и консультации провели, потому что даже к врачам я не могу попасть, хотя операцию я делала в Институте акушерства и гинекологии, врач у меня была Ирина Владимировна Адамян. Я просто… Если бы не она, наверное, я бы уже не жила. Что мне делать? Куда мне деваться? Мне что…

Александр Саверский: Бежать в посольство США и требовать убежища, лечиться в США.

Зритель: Спасибо большое, это очень остроумно.

Александр Саверский: А я не смеюсь, на самом деле вы, может быть, этого не сделаете, а кто-то сделает.

Зритель: Конечно, не сделают.

Константин Чуриков: Татьяна, а вот вы говорите, вам предложили написать письмо по поводу лекарств. Письмо кому?

Зритель: Да это мои знакомые предложили просто как помощь какую-то, это несерьезно, никогда в жизни я этого не сделаю, о чем вы говорите? Ну а что делать? Скажите, подскажите, кто поможет?

Александр Саверский: Мы сейчас, во-первых, прежде всего все вместе с вами боремся, видите, выражаем позицию. То, что вы сюда позвонили – спасибо.

Зритель: Ну да…

Константин Чуриков: Да, спасибо, Татьяна, за ваш звонок.

Вы знаете, давайте сейчас подключим еще к нашей беседе Кирилла Коктыша, доцента кафедры политической теории МГИМО МИД России. Кирилл Евгеньевич, здравствуйте.

Кирилл Коктыш: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый вечер. Вот мы начали говорить о контрсанкциях, которые пока только готовятся и пройдут утверждение, но мы вот ждем, что же нам сегодня "прилетит" из Соединенных Штатов, какими будут новые санкции в отношении нас, в отношении России. Есть ли у вас какая-то информация или какие-то предположения?

Кирилл Коктыш: Информации нет, и я думаю, что речь пойдет, в общем-то, о символическом, скорее всего, расширении списка, потому что здесь важнее действия, сам факт действия, чем его содержательное наполнение. Трампу нужно сейчас совершать достаточно большое количество энергичных действий, которые от разных первопричин просто ведут к вниманию общественности, и так или иначе сирийский вопрос после вот этой спорной бомбежки, его можно полагать закрытым, и сконцентрироваться на каких-то других вещах. Поэтому еще один раунд введения санкций хоть каких-нибудь, и можно считать, что вопрос, насколько удачной, неудачной была бомбежка, сколько ракет было сбито, насколько, скажем так, квалифицированно и обоснованно были подобраны цели – все эти вопросы можно будет просто закрывать.

Оксана Галькевич: Кирилл Евгеньевич, скажите, пожалуйста, логика этого конфликта – санкции, антисанкции – обязательно предполагает ответ? Ну вот, допустим, вы сказали, у Трампа есть свои резоны, что называется, делать, предпринимать какие-то шаги в отношении нашей страны. Нам обязательно отвечать? Или, может быть, иногда можно промолчать?

Кирилл Коктыш: Нет, ну как? Вы идете по улице, вам наступили на ногу. Вам обязательно как-то демонстрировать, что вам это не понравилось, или вы будете подставлять ногу дальше? Здесь та же самая вещь. То есть в международных отношениях либо ты способен отвечать наравне на те действия и символические действия, которые принимаются в твой адрес, либо ты признаешь свое подчиненное положение и то, что ты не субъект. Кстати говоря, возвращаясь к предыдущей дискуссии по поводу контрсанкций и ответа – тут же есть, в Госдуме звучал в первый день достаточно разумный подход, каким образом это можно было сделать. Если, скажем, Россия подобно Китаю выйдет из признания исключительного права обладателей товарного знака и патентов на их собственность, то в этом плане и с лекарствами, и со всеми остальными вещами проблема будет просто решена, Россия сможет производить достаточно эффективные дженерики, как это делает, например, Индия. Другой вопрос, чтобы решиться на эту вещь. Я не уверен, что Госдума на нее решится, а зря, на самом деле это было бы, наверное, вполне…

Александр Саверский: Это, к сожалению, спорно.

Константин Чуриков: Кирилл Евгеньевич, а вот если мы, Российская Федеральная просто-напросто запретит поставки этих лекарств в нашу страну, это будет для американского бизнеса такой серьезный удар?

Кирилл Коктыш: Ну дело в том, что давайте говорить так: Россия должна заботиться не об интересах американского бизнеса, а о здоровье собственных граждан. Поэтому любые контрсанкции должны быть умными, и в этом плане вначале нужно обеспечить внутреннюю безопасность путем, возможно, и выхода из соглашения о признании авторских прав, потому что то royalty, которое выплачивается, на самом деле неразумно высокое. А дальше уже можно смотреть, как с этим разбираться. То есть такие контрсанкции на самом деле были бы почему эффективны. Более того, они апробированы, то есть Индия всю жизнь так жила, Китай живет, и в общем-то, эти страны достаточно интенсивно развиваются и не зависят от исключительно поставок крупных игроков западного рынка.

Оксана Галькевич: Кирилл Евгеньевич, исходя из того, что вы сказали, это санкционное ралли будет идти по пути нагнетания постоянного, взаимные ответы, вот эти пикировки все более и более серьезные – это вообще какой-то конец, какой-то финал будет иметь? Как это все останавливается в мировой практике?

Кирилл Коктыш: Конечно. Ну это не в мировой практике, а в нашей конкретной, здесь очень понятная переговорная парадигма, в общем-то, она вполне описывается парадигмой реализма, когда ставкой каждой из противостоящих сторон является не собственный выигрыш, потому что он в полной мере недостижим, а предотвращение выигрыша соперника. То есть то, что Фукидид, например, наблюдал в ходе Пелопонесской войны, когда она была бесконечна ровно потому, что победить никто не мог, но никто не мог позволить даже символического усиления контрагента.

Константин Чуриков: Кирилл Евгеньевич, я думаю, нам на этой неделе надо попробовать, если у вас будет время, просто отдельно встретиться в этой студии, потому что разговор очень интересный и важный для нас для всех. Спасибо большое. Это был Кирилл Коктыш, доцент кафедры политической теории МГИМО. Спасибо большое.

Александр, вот что касается все-таки производства лекарств своими силами…

Александр Саверский: Я как раз хотел…

Оксана Галькевич: Очень болезненная тема на самом деле.

Константин Чуриков: Вы хотели это прокомментировать?

Александр Саверский: …с Кириллом Евгеньевичем не согласиться, потому что воровство технологий очень плохой путь, потому что вы не можете их на самом деле принципиально воспроизвести, у вас нет всего того, что предшествует созданию этой технологии: если вы изобретаете велосипед сами, то вы знаете, как он ездит; если вы взяли покататься, то вы даже починить нормально не сможете, понимаете, потому что не знаете, из чего он состоит.

Оксана Галькевич: Хорошо, а переключиться на другие рынки, Александр? Допустим, мы не будем получать лекарства из Соединенных Штатов – есть Индия…

Константин Чуриков: Беларусь есть, реэкспорт.

Александр Саверский: Чудесно, да.

Оксана Галькевич: Беларусь, хорошо, есть другие, так скажем, производители. Они нас не выручат в такой ситуации? Я опять же вспоминаю советский опыт на самом деле.

Александр Саверский: На какие-то препараты нет замены вообще, а на те, которые есть… Понимаете, вот сейчас сидел, читал решение суда, что ребенок должен получать конкретный совершенно препарат, потому что у него пошла аллергическая реакция на препарат, который подешевле, который аналог, который ему пытались навязать. Ему нужен именно этот препарат, а он у нас будет под санкциями. Вот и весь ответ, понимаете? То есть этот ребенок просто может погибнуть.

Константин Чуриков: Давайте сейчас послушаем несколько звонков. У нас на связи Ирина из Москвы. Ирина, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Я кратко. В общем, все вопросы правильные, обсуждаются правильно. Я хотела бы сказать свою точку зрения. Вот даже ситуация непростая, но как-то помягче надо ее обсуждать, потому что чтобы люди… Понимаете, основная масса народа подхватит сейчас флаг, что вот все в Лондоне, да, мы умираем, плохо, и будет новый Майдан. Понимаете, как-то, может быть, помягче? Естественно, эти вопросы надо решать. Вот моя точка зрения, что как-то на местах вот эти санкции, оговаривать ответственных людей, чтобы они проводили какие-то организованные меры. Но меньше бы вот таких… Это вот я дома хожу, занимаюсь уборкой, мне 62 год, я, как говорится, человек с того времени, у меня есть мои магнитки, мои достижения. И я выражаю не только свою точку зрения. Как-то надо аккуратнее. У нас очень много неустойчивых людей, которые на пустом месте, вы понимаете? И его не убедишь…

Александр Саверский: Вы считаете, что лекарства – это пустое место?

Константин Чуриков: Ирина, извините, а кому надо аккуратнее?

Зритель: Вы знаете, вот сейчас просто задавала вопрос женщина, я слушала, вот у нее лекарства, она в том числе, господи, назвала от ног хондроциды и говорит, что все, она лечится, у нее здоровье только за счет этих импортных лекарств, и вот у нее приятельница в Лондоне, вот она говорит: "Напиши". Вы понимаете, ну поосторожнее надо. Вот чувство патриотизма и людям давать больше, понимаете, понимания текущей ситуации?

Александр Саверский: То есть вы предлагаете свою жизнь заменить патриотизмом, что ли?

Константин Чуриков: Ирина, с другой стороны, наша зрительница говорит о проблеме именно выживания, нам как-то было даже неловко ей говорить о чувстве патриотизма.

Зритель: Вы понимаете, в любом случае я не говорю, что это плохо, но очень нужно аккуратно обсуждать эти вопросы, потому что вы представляете, какие возникают вопросы? Выходишь на работу, приходишь, ведь идет до… Будем говорить, очень тяжело переубедить человека. Да, конечно, нелегкая ситуация в стране, но это не значит, что нужно смотреть в другую сторону и не поддерживать свои приоритеты.

Оксана Галькевич: Хорошо. Это было мнение нашей телезрительницы. Давайте подключим к нашей беседе еще одного человека – Сергей Владимирович Голодов, доцент кафедры статистики РЭУ имени Г.В. Плеханова. Здравствуйте, Сергей Владимирович.

Сергей Голодов: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте. Сергей Владимирович, скажите, каковы будут… Мы еще пока сами до конца не понимаем, о чем говорим, потому что санкции ответные сегодняшние, которые Америки должна ввести, неизвестны, Госдума отложила рассмотрение контрсанкций. И все-таки к каким экономическим последствиям непосредственно для нас, для граждан России вся эта санкционная война может привести?

Сергей Голодов: Ну я думаю, что все-таки какой-то катастрофы ожидать не следует. Не настолько велик объем торговли между Российской Федерацией и Соединенными Штатами, чтобы прогнозировать действительно какую-то вселенскую катастрофу. Соединенные Штаты занимают, по-моему, 4-е или 5-е место после Италии, имеется в виду если проранжировать внешнюю торговлю Российской Федерации по странам.

Но что действительно может так существенно повлиять на что-либо? Вот я слышу, обсуждается тема лекарств. Да, наверное, здесь есть некие риски, хотя специалисты обычно говорят, что в основном в развивающихся странах делаются предварительные операции с теми веществами, которые потом становятся дорогими лекарствами. Возможно, это и так, тут нужно исследование какое-то специальное провести, я думаю, что оно уже проведено.

Что касается нашего воздействия на Соединенные Штаты, то я бы поостерегся делать какие-либо воинственные заявления. Они, конечно, кое-что заметят, но самое существенное, что они заметят, это запрет поставки ракетных двигателей.

Оксана Галькевич: Сергей Владимирович, нам, судя по всему, нужно готовиться к продолжению этого санкционного ралли? Есть ли у нас, так скажем, еще хорошие карты на руках, чтобы чем-то ответить в следующий раз, может быть, даже и не в этот?

Сергей Голодов: Оксана, вы хотите правду, я понимаю…

Оксана Галькевич: Конечно, как всегда.

Константин Чуриков: И ничего кроме правды.

Сергей Голодов: Никаких карт у нас нет. Мы продаем туда традиционно нефть сырую и продукты ее переработки, это основная статья.

Константин Чуриков: Ну извините, это святое, этим нельзя так разбрасываться.

Оксана Галькевич: Сергей Владимирович, спасибо большое. На связи с нами сейчас был Сергей Голодов, доцент кафедры статистики РЭУ имени Г.В. Плеханова.

Константин Чуриков: У нас катастрофически мало времени. Давайте посмотрим на экран. Мы обсуждали проблему лекарств, то есть контрсанкции возможные, проблему санкций с той стороны, а люди отвечали на вопрос, боятся ли они санкций: 45% нашей аудитории ответили "да", 55% "нет". Мнения по сути разделились, а может быть, еще дело в том, что санкционная война не окончена, как говорят пессимисты, это только ее начало.

Александр Саверский: Да, к сожалению.

Оксана Галькевич: Завтра мы вернемся к этой беседе, уважаемые друзья. Ну а сейчас мы прерываемся, впереди "Несерьезные новости" и "Аграрная политика". Спасибо.

Константин Чуриков: В студии у нас был Александр Саверский, президент "Лиги защитников пациентов".

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты