Оксана Кучмаева: Люди во всем мире имеют столько детей, на сколько их ориентирует общество своей системой ценностей и организацией жизни

Гости
Юрий Крупнов
председатель Наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития
Оксана Кучмаева
профессор кафедры народонаселения экономического факультета МГУ им.Ломоносова

Марина Калинина: Президент Владимир Путин назвал основную для России проблему на ближайшие десять лет – это демографический вопрос. Нужно сберечь население России. Давайте послушаем, что сказал президент.

Владимир Путин: Наш коллега из Катара, только что задававший вопрос, он спросил, что не дает спать по ночам, примерно так прозвучал его ответ – что больше всего тревожит? У нас есть внутренние проблемы, которые присущи России, и связано это прежде всего с проблемами демографии.

У нас два естественных спада в демографическом нашем развитии было. Это во время Второй мировой войны (или Великой Отечественной войны как мы говорим), 1943-1944 год, и начало-середина 1990-х годов, после развала Советского Союза. Равнозначный уровень падения рождаемости.

В недавнем прошлом нам удалось сдвинуть этот камень с мертвой точки и, в общем, мы понимаем, что мы можем, мы умеем это делать.

Иван Князев: До этого Владимир Путин заявил, что средняя продолжительность жизни в России к 2030 году должна достичь 78 лет.

А пока у нас вот какие цифры по рождаемости и смертности. По данным Росстата, естественная убыль населения России в январе-сентябре составила 675 тысяч человек, что на 74% больше аналогичного периода прошлого года. И по итогам текущего вполне может быть миллион у нас.

Марина Калинина: Число родившихся снизилось почти на 2% до 1 млн 49 тысяч. При этом число умерших увеличилось на 18,5% по сравнению с прошлым годом. Если считать в людях, почти 300 тысяч человек больше умерли у нас. Всего 1 млн 725 тысяч.

Иван Князев: Так как сберечь народ России, какие меры помогут? Поговорим об этом с экспертами. Ждем, конечно же, и ваших звонков и сообщений.

Марина Калинина: Юрий Крупнов у нас на связи, председатель Наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития. Здравствуйте!

Иван Князев: Здравствуйте, Юрий Васильевич!

Юрий Васильевич, смотрите, уже наши телезрители откликнулись мгновенно фактически. Что пишут из Краснодарского края: «Надо зарплату повышать, чтобы было на что содержать детей, тогда будет рождаемость. И еще снизить пенсионный возраст, чтобы бабушки и дедушки с ними нянчиться могли».

Из Волгоградской области: «Рождение детей в России – это безответственное отношение родителей к будущему ребенка, обрекая его во взрослой жизни на нищету. Никогда не решить демографию без рабочих мест для молодежи».

Марина Калинина: Волгоградская область: «Надо создавать проект «Доступное жилье бедным», и тогда будет рождаемость».

Иван Князев: Про жилье мы еще сегодня поговорим в течение нашего эфира.

Марина Калинина: Но, тем не менее, это тоже причина, почему люди не решаются заводить детей.

Юрий Васильевич, с вашей точки зрения, в том ли направлении мы движемся и чего нам ждать в будущем?

Юрий Крупнов: К сожалению, демографическую проблему, которую президент выделил как главную (и абсолютно правильно), ну у нас в стране никто этим не занимается. Просто никто, понимаете?
Никто не понимает в Российской Федерации проблему демографии.

Просто не понимают. Не то что кто-то против, за. Не понимают. И все то, что говорят ваши телезрители, оно абсолютно правильно, потому что демография – это отражение всего комплекса проблем.

И эти условия по зарплатам, по жилью, они являются необходимыми, т.е. нашу семью российскую надо очень серьезно дофинансировать, дообустроить жильем, инфраструктурами, качеством жизни и так далее. Но это необходимое условие, но абсолютно недостаточное.

Потому что, к сожалению, российская демография прекратила, по сути, процесс воспроизводства, простого воспроизводства уже в 1964 году. Понимаете? В 1964 году основной стала, условно говоря, двухдетная семья в РСФСР. То, что Российская Федерация сегодня, тогда была РСФСР. Сейчас полуторадетная семья – это ментальная норма. Это то, что задает идентичность как бы нормального успешного современного гражданина. И это корень проблемы.

А чтобы нам просто выйти на уровень простого воспроизводства, нам нужно, чтобы половина семей были с тремя и более детьми, т.е. многодетными. Вот и все.

Иван Князев: Юрий Васильевич, а почему мы перешли на такую схему? Почему у нас в 1960-е годы мы перестали рожать? Какие причины?

Юрий Крупнов: Это, к сожалению, достаточно общий вопрос для всех стран, которые проходят индустриализацию. И это плохой момент, потому что мы здесь, безусловно, потеряли свой демографический суверенитет, давайте будем откровенны. Тогда, в 1960-е годы. Сейчас это совсем уже разгром, но это уже последствия.

А потеряли мы наш демографический суверенитет, пошли по пути западных стран более 50 лет назад, более полувека. И причины понятны. Потому что индустриализация потребовала, чтобы женщина ушла из семьи на работу, т.е. стали работать и мужчина, и женщина.

Женщина стала получать образование, абсолютно сопоставимое с мужчиной. У нас сегодня практически всеобщее высшее образование. И это здорово, это хорошо. Но результатом стало, что семья для женщины, тем более для мужчины, получается – это не основное. Дети, ну один, может быть, ну два, но в принципе это уже потолок.

Потому что дети мешают самореализовываться, строить карьеру, получать второе, третье сегодня часто получают высшее образование. И это проблема, которую просто деньгами и жильем, к сожалению, не решить.

Иван Князев: Хорошо. Вернемся чуть позже к этому вопросу, потому что очень интересны подробности. Пока послушаем наших телезрителей. Людмила из Москвы на связи.

Зритель: Здравствуйте, уважаемые ведущие, уважаемая передача! Я бабушка. Я сама проработала в школе не один десяток лет. У меня сейчас внук. Он учится в девятом классе, сейчас у них будут эти ОГЭ. Вы знаете, такая нагрузка нечеловеческая просто.

Они приходят со школы где-то около пяти. Он обедает и сразу сидит за уроками (не гуляют, ничего), и вот сидит он за уроками до 12 ночи. У них физического развития никакого нет, потому что все эти дела, все эти уроки, все эти эти. Кого мы растим? У нас через некоторое время, когда они достигнут взрослого возраста своего, нужно будет создавать семью, вы знаете, то головные боли, то сердечная недостаточность – диагнозов куча!

Зачем нужно это все? Надо беречь нам молодежь. Они совершенно не гуляют. Мы раньше как-то во дворе гуляли, а эти в лучшем случае он выйдет раз в неделю в воскресенье раз на 30 минут – и это все.

Иван Князев: То есть у нас сейчас растет слабое поколение, больное поколение.

Зритель: Надо ее беречь. А она у нас с вами вся больная к этому времени подходит. Вот это мое мнение лично.

Иван Князев: Да, понятно. Спасибо вам большое!

Марина Калинина: Спасибо! Давайте сразу Людмилу из Волгоградской области послушаем. Здравствуйте!

Зритель: Добрый день! Вы знаете, я вот послушала, но я уже выключила перед программой. Просили, чтоб не увлекаться вашим прослушиванием других людей.

Я хочу вот что сказать. Я уже в возрасте, конечно, у меня правнуки. И это город Камышин, Волгоградской области. Я вот думаю, что если бы были квартиры, давали при наличии третьего ребенка государственные квартиры, то я думаю, что молодежь рожала бы.

Иван Князев: Угу. Жилищный вопрос.

Зритель: Да. У меня двое правнуков. Но вот внучка я вот не знаю, решится она вот на более, чем потом двух, как у меня уже есть правнуки от старшего внука или нет. Но если бы дело было бы с жильем решено, то, конечно бы рожали.

И вот надо именно поставить такие условия, чтобы при рождении третьего ребенка дается бесплатная квартира. Потому что все согласятся из-за того, что в садиках бесплатно для многодетных семей содержание ребенка. В школе до четвертого класса включительно бесплатное двухразовое питание. Я думаю, что в этом случае родители потянут.

Иван Князев: Да, понятно! Спасибо вам большое!

Юрий Васильевич, ну тоже один из инструментов – на третьего ребенка жилье.

Юрий Крупнов: Нет, это блестящая, блестящая государственная мысль. Почему? Потому что для того, чтобы нам в течение 20 ближайших лет половину семей перевести в категорию многодетных, нам, конечно нужно, так сказать, форсировано стимулировать четвертого прежде всего ребенка, ну и третьего, но прежде всего четвертого. И для этого ничего не надо жалеть. Государство больше потеряет на депопулизации. Поэтому все правильные совершенно предложения.

Иван Князев: Юрий Васильевич, а такой вопрос: а как бы первого-то прокормить, пока до третьего доживешь, третьего рожать?

Юрий Крупнов: Да, я понимаю, я понимаю ваш вопрос. Но он отражает, к сожалению… Я понимаю, что вы журналистскую провокацию мне строите.

Иван Князев: Нет! Абсолютно житейский вопрос: вот второго родить – где жить?

Юрий Крупнов: Он неправильный вопрос, который, к сожалению, наше правительство поддерживает.

Потому что наше правительство, которое не понимает ничего в демографии, не понимает, оно говорит: «Ну надо хотя бы первого простимулировать. Давайте первого простимулируем». Понимаете? Как его там прокормить, давайте на него тоже какое-то особое внимание.

И это по факту означает, что у нас и первого не будет скоро появляться. Потому что условно такой закон в кавычках, конечно, закон, что стимулировать надо n+1 ребенка, которого мы хотим. Если мы хотим трехдетные семьи, чтобы половина было, нужно стимулировать четвертого. Если мы стимулируем первого, как у нас правительство последние четыре года с удовольствием рассказывает по всем телеэкранам.

Иван Князев: Хорошо, а можно стимулировать и первого, и третьего?

Марина Калинина: Юрий Васильевич, смотрите, есть две категории семей, две категории женщин сейчас. Люди, которые готовы рожать троих, четверых, пятерых и рассчитывают на помощь государства. Государство не очень-то сильно помогает.

А есть люди, которые не рассчитывают на помощь государства, рассчитывают только на себя, и они физически больше одного ребенка потянуть не могут. И вот это какой-то парадокс.

Юрий Крупнов: Это не совсем так. Во-первых, есть...

Иван Князев: Пропала связь с нашим экспертом. Ну ладно, ничего страшного, сейчас восстановят.

А пока узнаем вот что: почему падает рождаемость? Такой вопрос задавали наши корреспонденты в Екатеринбурге, Ижевске и Кунгуре.

ОПРОС

Марина Калинина: Да, Юрий Васильевич, вы к нам вернулись, закончите, пожалуйста ответ.

Иван Князев: У нас тут просто с Мариной уже настоящий спор разгорелся по поводу третьего ребенка.

Марина Калинина: Давайте, один ребенок и помощь государства, не помощь государства, вот с этим давайте разберемся. Потом будем считать, сколько на ребенка надо будет.

Юрий Крупнов: Дело не в том, что одни хотят много рожать, а другие мало, а дело в том, что абсолютное подавляющее большинство хочет мало – это первый момент. И в этом проблема.

Второй момент – это то, что у нас более 4 млн человек, мужчин и женщин имеют функциональное бесплодие. Они даже если и хотят, а они хотят большинство, они не могут родить именно функционально. Я не беру случаи бесплодия, обеспеченного физиологическими причинами.

И наконец главный момент, связанный с тем, что надо изменять сознание. По-другому ничего не будет. И все эти разговоры – они правильные, про квартиры, про зарплаты, но в 1964 году сломалось воспроизводство. Вот не забывайте про это.

Иван Князев: Юрий Васильевич, то что вы говорите: женщина ушла на работу, образование начала получать, я так понимаю, что это как бы у демографов не очень хорошо с точки зрения демографии но это же домострой какой-то получается. Мне кажется, что те времена уже и не вернуть. XXI век на дворе.

Юрий Крупнов: Я с вами полностью согласен. Вопрос же в другом. Вы меня спросили, в чем причины слома простого воспроизводства? Я вам говорю, что в этом причины. И, к сожалению, уже в Советском Союзе пропустили момент, когда нужно было проектировать новую семью, новую русскую семью проектировать.

Иван Князев: А как ее спроектировать? Как вот дать вот этой работающей образованной женщине возможность, желание, стимул рожать?

Юрий Крупнов: Я же говорю, вы понимаете меня? Поймите, я говорю, что никто не понимает в демографии.

Иван Князев: Вы понимаете?

Юрий Крупнов: Во-первых, женщины никакого отношения к демографии не имеют. Просто поймите. Демографию определяют мужчины, их состояние. Если мужчина создал крепкую семью, женщина чувствует себя около мужчины надежно. И она любит его, он любит ее, то дети будут. Вы поймите! В этом смысле вопрос не в том, что женщина решит, а в том, какое у нас состояние с мужчинами. А у нас плохое сегодня состояние. Это первый момент.

Второй момент. Государство должно определиться. У нас пока в государстве один только человек, хотя он президент, понимает демографию и определился. И он говорит, и в 2012 году в Послании Федеральному Собранию, и в августе этого года он говорит, что нормой в России должна стать семья с тремя и более детьми.

Но правительство абсолютно не слушает президента. Правительство занимается демографическим саботажем. Поэтому вот в чем проблема. Правительство должно решить, и вся страна должна решить, что мы не хотим вымирать.

Нас к концу столетия не должно остаться половина. А сегодня у нас будет половина. Нас должно остаться как минимум столько, сколько сегодня. А для этого нужно делать ставку на многодетную семью. Другая жилищная политика, другая экономическая политика, другая социальная политика и другие люди в правительстве, которые за это отвечают. А не те, которые, так сказать, ничего не понимают и не хотят понимать в демографии долгие годы.

Иван Князев: Ну поэтому мы здесь сегодня это и обсуждаем. Спасибо вам большое! Юрий Крупнов, председатель Наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития был с нами на связи.

Марина Калинина: Ларису послушаем из Нижнего Новгорода. Лариса, здравствуйте!

Иван Князев: Приветствуем вас!

Зритель: Здравствуйте! У меня вот такой вопрос. Естественно, если, например, женщина собирается рожать, она рожает детей, обеспечивает все это мужчина. И, конечно, становится тяжело. Что хочу сказать? Женщине нужно давать зарплату минимум 50 тысяч или больше, чтобы она рожала детей.

И она будет выбирать: ей рожать детей, как до революции по 10-12 человек, ну хотя бы пять бы рожали бы сейчас, или же получать второе и третье образование. Естественно, те проблемы (обеспечение жильем и все льготы, и пособия, которые на детей), их тоже нужно делить. Это нищета. Конечно, нужно раскошелиться нашему правительству. Иначе никуда. И чтобы именно рожали наши русские местные мамочки и не приглашать мигрантов, чтобы они поднимали демографию здесь. Вот и все. Спасибо.

Иван Князев: Да, понятно. Спасибо, Лариса.

Марина Калинина: Еще одного эксперта подличаем к нашей беседе, это Оксана Кучмаева, профессор кафедры народонаселения экономического факультета МГУ им. Ломоносова.

Оксана Викторовна, здравствуйте!

Иван Князев: Приветствуем вас, Оксана!

Оксана Кучмаева: Добрый день!

Иван Князев: Что вы скажете? Что вы думаете по этому поводу? Как нам сберечь население, а еще лучше воспроизвести?

Оксана Кучмаева: Мне кажется, очень разные понятия – сберечь население и воспроизвести. Вот зачем нам много скажем так, каждому из россиян, для того чтобы воспроизводилось население в расширенном масштабе? Для чего нужно каждому россиянину, чтобы у нас в России было расширенное воспроизводство?

Вот я, например, на этот вопрос не могу сказать. Это нужно государству, видимо? И, наверное, само государство не очень понимает, зачем ему это нужно. А вот зачем это нужно каждому человеку, каждой потенциальной маме или папе, я, например, сказать не могу.

Люди выстраивают свою жизненную стратегию в соответствии со своей системой ценностей и, наверное, не рожают детей прежде всего потому, что не хотят.

Марина Калинина: То есть вы считаете, что такая тенденция будет сохраняться, несмотря на все потуги государства?

Оксана Кучмаева: Я думаю, что да. Радикальным образом эту тенденцию не удается переломить ни одному государству. Идут разговоры, зачастую дискус о том, что нам нужно радикальным образом повышать рождаемость. Но у нас, как мне кажется, достаточно популистский характер.

Ведь расчеты демографов показали еще в 1990-е годы Владимиром Александровичем Борисовым, что для того, чтобы население России опять скажем так, расширялось, была рождаемость воспроизводства, поколение детей как бы превышало поколение родителей, у нас чуть ли не половина населения должна быть многодетной. Я не очень себе представляю такую ситуацию в современной России.

И момент следующий: мы так обсуждаем, как будто процесс рождения, поведение людей в сфере репродукции, оно как-то где-то изолировано находится в шкафу, а вся жизнь где-то протекает абсолютно параллельно с этими процессами. И люди во всем мире имеют столько детей, сколько по сути, на что их ориентирует общество своей системой ценностей и своей организацией жизни.

Иван Князев: То есть у нас, значит, что-то не так с ценностями, да?

Вот вы говорите: рожать не хотят. Я вот читаю СМС, не то что каждое второе, фактически каждое первое: «У нас в семье один ребенок, супруга в декрете. Хотели бы второго, при зарплате 35 тысяч не получится». «Мужчина, если заведет семью, рискует потерять потом деньги, здоровье и даже жилье». «Все живет и рождается только в благоприятных условиях». «Разве можно рожать в наше время, когда нет ни жилья, ни работы?» Вот никто не сказал про то, что «не хочу»! Ни одной СМС нет.

Оксана Кучмаева: Ну, пишут люди те, которые хотят, да, вот высказать то, что больно в душе. И, возможно...

Иван Князев: У нас десятки тысяч сообщений в день приходят. Я вот сейчас специально буду искать, кто скажет, что «я вот не хочу».

Но хотя бы вот тем, которые хотят, им же тоже надо каким-то образом, я не знаю, помочь, условия создать.

Оксана Кучмаева: Нет, тем, кто хочет, нужно помочь. Но просто вот если говорить о репрезентативных обследованиях, охватывающих всех, всю Россию, все социально-демографические группы и все регионы России, у нас среднее такое желаемое число детей составляет где-то два с небольшим. И, видимо, да, кто-то в нынешних условиях рожает одного, но хотел бы родить второго. Да, безусловно, таким людям стоит помочь, для того чтобы они реализовали свою потребность и родили двоих детей.

Марина Калинина: А что в Европе, какие тенденции?

Оксана Кучмаева: Если родитель хочет одного ребенка, вот у него это вписывается в его жизненную концепцию, то каким-то образом уговорить его даже пособием родить пятерых - это ситуация нереальная.

Должна меняться система общества такая, какая была, скажем, в традиционном обществе, там веке в XIX – XVIII, когда от многодетности семьи зависело во многом ее экономическое благополучие. И когда социальные институты вписывались в эту вот картину мира с многодетной семьей, с традиционным разделением ролей, с учетом едоков в семье, с выстраиванием социального статуса за счет родственных связей. То есть это была модель, где многодетность вписывалась в картину мира.

Марина Калинина: Ну, это же не только у нас в стране так происходит. Ведь на Западе то же самое.

Оксана Кучмаева: Да, безусловно. Общая тенденция.

Иван Князев: А как они эту проблему решают?

Оксана Кучмаева: Реализуется в ряде стран (и довольно успешно в европейских странах, например, во Франции) политика по поддержке семей с детьми. И, в частности, значительное внимание уделяется экономическим мерам поддержки. Это семейное налогообложение, это пособие семьям не только малоимущим, а по сути разделение ответственности за воспитание детей. Это создание условий для баланса семья/работа, когда человек может сочетать уход за детьми и работу.

Это включение работодателя вот в эти отношения государства и человека, создание благоприятных условий на работе, соблюдение гарантий для людей, имеющих семейные обязанности.

Вот принятие такого рода мер, оно позволяет несколько повысить суммарный коэффициент рождаемости, приблизить его к двум и в отдельные года несколько превзойти эту величину. То есть не три, не четыре ребенка, но меры отведенные, о чем я говорила, они могут людям, которые хотели бы иметь двоих детей или кто-то хотел бы троих детей, преступить эту границу.

Вообще вот характерной чертой современного общества является такая мозаичность картины в сфере репродуктивного поведения. Есть многодетные: и в России есть группа многодетных, да, вот и в европейских странах. Есть семьи, которые ориентированы на одного ребенка, да.

Для психологических каких-то своих особенностей, ценностей им достаточно одного. Но есть и люди, которые вообще не хотят иметь детей. Кто-то из них вообще не хочет вступать в брак, а кто-то считает, что семья может быть счастлива и без детей.

Иван Князев: Оксана Викторовна, вот когда вы говорили про Европу, смотрите, там вот ни слова не прозвучало про ценности. И вообще какие там сейчас ценности формируются в европейском обществе, мы все прекрасно знаем. Но экономически они помогают.

У нас в стране курс на традиционные ценности уже взят, и он достаточно уверенный. Его обозначил сам президент. И, в принципе, я думаю, многие с ним согласны. А почему бы нам не совместить то, что делается в Европе, с нашим курсом на традиционные ценности?

Оксана Кучмаева: Я не очень понимаю, честно говоря, вот этот вот курс на традиционные ценности, что здесь подразумевается?

Иван Князев: Ну то, что говорил президент, то, что залог хорошего общества – это крепкая семья, многодетная семья, преемственность поколений и т.д., и т.п.

Оксана Кучмаева: В принципе никто не спорит с тем, что хорошо, когда семья крепкая, только не у всех так получается, что кому-то хорошо, чтобы семья была многодетная. Опять же, это дискуссионный вопрос. Невозможно вот сказать, написать в газете, чтобы все сразу как бы опомнились: мама, дорогая, вот пусть у меня будет пять детей, я буду точно счастлив. Попробуй таким образом сделать.

Иван Князев: Я понимаю, но хотя бы формировать эту идею.

Оксана Кучмаева: Ну формировать идею можно, только это очень долгосрочная программа, и зачастую она сталкивается с реальностью. Вот мы говорим: да, многодетная семья – это хорошо. Смотрим: самый большой риск бедности у семей с детьми. Уже рождение одного ребенка сразу переносит семью в категорию бедных. Двоих, троих и так далее. Если мы посмотрим различные исследования, связанные с контент-анализом, восприятием большинства людей, многодетная семья – это бедная семья.

Ну давайте в этом направлении тогда двигаться, чтобы это было действительно престижно, важно, ценно не только на словах, но и на деле.

Марина Калинина: Давайте Милу послушаем из Волгоградской области. Мила, здравствуйте!

Зритель: Здравствуйте. Я тоже согласна со специалистом. В настоящее время получается, что если один ребенок в семье родился, то все поздравляют и радуются. Если родился второй, все уже как-то: «Ну, молодцы, молодцы вроде», но вяленько.

Если рождается третий ребенок в семье, уже как-то косятся окружающие. Думают: может, сумасшедшие вы какие-то? Вы чего нищету плодите? И так далее. Государство не помогает, денег не выделяет, квартиры не дают, значит, как вы их поднимете? Как вы их вырастите? И начинают уже на семью коситься. Про четвертого я вообще не говорю. Уже вообще с непониманием относятся современные люди, которые нас окружают.

То есть получается в настоящее время, что сейчас немодно и непонятно рожать много детей, когда много детей в семье. И поэтому здесь действительно надо изменить что-то в современном нашем обществе, сделать более популярными многодетные семьи. Вот именно чтоб примеров было больше.

Иван Князев: Мила, а у вас дети есть?

Зритель: У меня трое, да, у меня трое. И у нас есть некоммерческое общество «Многодетный Волгоград» в Волгограде – это огромное общество, где мы обсуждаем вот именно все проблемы наши многодетные, помогаем друг другу и поддерживаем. Помогаем даже другим семьям, которые обращаются к нам за помощью. У нас есть и кризисный центр, и мы много раз обсуждаем это в беседах, что, действительно, непонимание со стороны окружающих, когда в семье много детей. Когда в семье больше трех детей – непонимание; даже родственников непонимание: зачем вы столько нарожали? Вот, к сожалению, вот это есть в настоящее время.

Иван Князев: Спасибо!

Марина Калинина: Оксана Викторовна, вот как вы прокомментируете?

Оксана Кучмаева: Ну, это мнение человека, который, скажем так, наблюдение изнутри. И я еще на что хотела обратить внимание? Есть сейчас значительная часть людей, как вот мы отметили, и я говорила, и Бегунова говорила, они с определенной странностью смотрят на людей, у которых несколько детей. Поскольку вот эта вот стратегия семьи однодетной или многодетной связана, опять же повторюсь, с системой ценностей.

Люди по-разному оценивают те ресурсы, которые у них есть. Если мы посмотрим на Россию или мы посмотрим на ряд развивающихся стран, где многодетность является до настоящего времени нормой социальной жизни, там по-другому выстроена система ценностей. Много детей – это как бы подтверждение не только успешности семьи, но и подтверждение: женщина как женщина, мужчина как мужчина, это повышает их социальный статус.

И люди по-другому оценивают свои экономические возможности, которые нужны для того, чтобы родить и воспитать ребенка. В современном обществе, в современных странах, к которым относится и Россия, цена одного ребенка гораздо выше. Общество предъявляет значительные требования к человеку и к родителям: не просто родить ребенка и как-то он там сам вырастет. Это внимание к здоровью, к будущему образованию ребенка. И это все, скажем так, делает человека более ценным по сути даже в глазах родителей и в глазах государства. То есть очень разные процессы здесь завязаны.

Иван Князев: Спасибо вам! Оксана Кучмаева, профессор кафедры народонаселения экономического факультета МГУ им. Ломоносова, была с нами на связи. Вернемся мы после новостей.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (0)