Олег Шибанов: Располагаемые доходы населения, как их ни меряй, падают пятый год подряд. Обязательных платежей всё больше, а доходы у людей не очень-то растут

Олег Шибанов: Располагаемые доходы населения, как их ни меряй, падают пятый год подряд. Обязательных платежей всё больше, а доходы у людей не очень-то растут
Лжебанкиры: как их вычислить по телефонному звонку? Рекомендации эксперта Дмитрия Ибрагимова
Сокращение бюджетных мест идет за счёт заочного образования. И это вполне правильно, потому что оно во многом было некачественным
Могут ли люди во власти работать честно?
Реальные цифры: траты на еду. Экономика и новые налоги. Аграрная политика: развитие села. Перелёт как роскошь. Ситуация в Грузии
Сергей Лесков: Компании вкладывают огромные деньги в социальную сферу не из гуманитарных соображений. Просто так оказалось выгодно
Академик РАН Иван Ушачёв - о комплексной программе развития села
Константин Калачёв: Для Грузии тема потерянных территорий всегда будет кровоточащей раной. Не говорите с грузинами о политике, если приехали в гости
Александр Фридлянд: Из года в год авиакомпании терпят миллиардные убытки из-за дорожающего авиакеросина. И это должно взорваться в цене авиабилета
Нацпроекты - это всего 8% экономики. А что будут делать остальные 92%? Смотреть, как бедные становятся беднее, а богатые богаче
Доходы от нефти мы не вкладываем в экономику, а кладём в кубышку на плохие времена. А они-то и настают, когда не занимаешься своей экономикой
Гости
Олег Шибанов
профессор финансов «Российской экономической школы»

Россияне недовольны. 40% жителей нашей страны жалуются на условия жизни. В первую очередь, на маленькие зарплаты и плохую медицину. А каждого третьего не устраивает экологическая обстановка. Насколько обоснованы эти претензии?

Тамара Шорникова: Увидимся и услышимся с вами прямо сейчас, дорогие телезрители. Расскажем, как с нами связаться в прямом эфире.

Виталий Млечин: Да, совершенно верно. Время нашей большой темы – будем узнавать, что вы довольны, а чем недовольны. А вот как можно высказать свое мнение. Можно позвонить по телефону 8-800-222-00-14 – это телефон прямого эфира. Есть номер для SMS-сообщений 5445 – он короче и проще для того, чтобы его запомнить. Не забывайте, что это бесплатно – и позвонить, и написать. Мы со своих зрителей денег никогда не берем. Также вы можете зайти на наш сайт otr-online.ru, там во время эфира появляется кнопка «Прямой эфир + Чат»: одновременно смотрите прямой эфир и пишете нам сообщения в нашем чате. Ну и группы в социальных сетях прямо сейчас на ваших экранах. Тоже, пожалуйста, заходите туда, добавляйте нас в друзья, пишите комментарии, предложения, вопросы, ваше мнение высказывайте – это очень важно.

Тамара Шорникова: А теперь – о нашей теме. 40% россиян недовольны жизнью, ее качеством, конечно. Об этом говорится в новом исследовании РАНХиГС. Что конкретно нас с вами сегодня не устраивает? И что мы делаем для того, чтобы свою жизнь улучшить? Сегодня это наша тема дня, будем разбираться. И вот что показал свежий мониторинг.

Виталий Млечин: Да, начинаем с цифр. Каждый второй недоволен своим доходом. Почти также раздражает отсутствие возможности платить за медицину и образование. Тут, в общем, одно вытекает из другого, поэтому цифры похожие. И чуть больше трети населения недовольны экологией в нашей стране.

Тамара Шорникова: Не только о минусах, но и о плюсах сегодня, поэтому сейчас разберемся с тем, чем мы довольны. Четверых из десяти устраивают, опять же по данным исследования, жилищные условия. Почти столько же человек довольных питанием, личной безопасностью. 33% считают, что у них все в порядке с досугом.

Виталий Млечин: Ну а что же у соседей? По статистике Всемирной организации здравоохранения, больше других жизнью довольны европейцы – они оценивают свое здоровье, благополучие и удовлетворенностью жизнью выше, чем жители других регионов мира. Международный индекс удовлетворенности оценивает субъективное благополучие людей в мире, в том числе по таким параметрам, как доход, жилищные условия, доступность образования, медицины и настроения в обществе. Первые три места в 2018 году заняли Норвегия, Дания и Швейцария. Россия – на 27-м месте, между Польшей и Италией. Соединенные Штаты – на 15-м месте. А замыкают рейтинг Греция, Португалия и Южная Африка. Вот такое соседство интересное.

Тамара Шорникова: Давайте все теперь обсуждать. Расскажите нам, довольны ли вы своей жизнью или нет? Это и наш SMS-опрос, плашка сейчас появится на ваших экранах. В течение всей нашей беседы вы можете присылать короткий ответ – «да» или «нет». Подведем итоги. Ну и конечно же, обширно и развернуто рассказывайте нам об этом в прямом эфире, позвонив нам, написав нам точно так же SMS. Таких ответов тоже ждем. Расскажите не только то, чем довольны или недовольны, но обязательно поясните, что вы конкретно в своей жизни пытаетесь сделать или уже сделали, чтобы как-то адаптироваться к современным, не самым лучшим экономическим условиям, чтобы как-то свое качество жизни поправить. Эти советы, эти примеры, кажется, надо транслировать. Ну, выслушивать – так уж точно.

Виталий Млечин: Точно, несомненно. Представим нашего гостя – это профессор финансов Российской экономической школы Олег Шибанов. Олег Константинович, здравствуйте.

Олег Шибанов: Добрый день.

Виталий Млечин: А вы довольны своей жизнью?

Олег Шибанов: Ох ты как! Я дико недоволен. Я вот сейчас ехал, скажем так, в эфир на одном из видов общественного транспорта, и меня задержали минут на пятнадцать. Я крайне недоволен. Но сейчас, придя к вам в эфир, сразу стал очень доволен. Поэтому мое настроение с перепадами, как и у любого, наверное, человека.

Тамара Шорникова: Что называется, ситуативная такая история.

Олег Шибанов: Да.

Тамара Шорникова: А базисные вещи, о которых говорят, в том числе участники исследования? Это размер доходов. Это жилищные условия. Это возможность оплатить медицинские услуги, образовательные, досуг.

Олег Шибанов: Вы знаете, это интересная история. На самом деле экономисты, как и социологи, конечно, довольно много потратили времени на то, чтобы подумать, как вообще это мерить и как правильно, может быть, смотреть на полученные результаты. Вот довольно многие из нас недовольные. А с другой стороны, вы знаете…

Тамара Шорникова: По утрам так уж точно.

Олег Шибанов: С другой стороны, юмор это ситуации в том, что люди зачастую недовольны не абсолютным значением, а каким-то относительным. Они, особенно в развитых странах, меряют свое благосостояние по отношению к соседу. И оказывается так, что если вы живете рядом с какими-нибудь относительно богатым кварталом (а во многих странах мира нет таких гетто – скажем, в том же Лондоне, например, люди очень сильно разбросаны, социальное жилье может соседствовать с королевой, условно говоря), то вы смотрите на то, как живут они. Вы ходите в очень дешевые магазины, а они – нет. И в итоге вы чувствуете себя крайне неприятно.

И я думаю, что в российских реалиях это менее такая важная ситуация, потому что, конечно, у нас просто доходы на душу населения довольно низкие. Мы получаем заработную плату ниже, чем в Китае, уже теперь. И в этом плане, конечно, мы можем чувствовать себя довольно некомфортно, особенно если мы думаем про людей, которые живут в больших городах и получают пенсию, условно говоря. Многие расходы у них очень высокие, а, к сожалению, доходы низкие.

Тамара Шорникова: Вот смотрите. С одной стороны, вы говорите, что часто такое относительное сравнение. А вот вполне конкретный пример – еще одно исследование, теперь уже Финансового университета при Правительстве. В среднем для достойной жизни россиянам в месяц нужен доход в пределах 66 тысяч рублей. Очень четко люди посчитали, сколько им нужно, чтобы свои базовые потребности удовлетворять и даже как-то комфортно, в принципе, себя чувствовать.

Олег Шибанов: Причем это среднее число. Дело в том, что они проводили опрос, естественно, по всей России, это достаточно репрезентативная выборка. И в крупных городах больше – там больше 100 тысяч, по-моему, получилось. Я имею в виду – в Москве.

Тамара Шорникова: Москва, Петербург…

Олег Шибанов: И в Петербурге тоже какие-то крупные суммы. Дело в том, что… А что такое 66? Я не знаю, как люди мерили, но это тысяча долларов. То есть в этом плане как бы я не знаю, что у них в голове, когда они отвечают в точности вот так, но мне почему-то вдруг начинает казаться, что у них есть какая-то отметка именно в чужой валюте, а не в своей. Ну почему 66? 65 – красивое число. 70 – красивое число. Почему 66?

Виталий Млечин: Чужая более стабильная, более понятная.

Олег Шибанов: Я не спорю. Я скорее про то, насколько они это соотносят со своими расходами. А это вопрос тонкий. Потому что опять же ипотека в относительно крупных городах-миллионниках стоить-то будет прилично. Если люди говорят одновременно, что у них жилищные условия не очень, что, может быть, медицина и здравоохранение им не так доступны, то 66 не хватит. На одного человека, живущего вообще без семьи – ну, может быть (в крупных городах, я опять же говорю, потому что их немножко лучше знаю), но тоже с трудом. То есть ипотеку на это будет тяжело выплачивать, честно говоря.

Тамара Шорникова: А вы знаете, меня в связи с этим исследованием даже не эта цифра 66 удивила, даже расстроила, а другая – 48% утверждают, что никогда не достигнут такого уровня дохода. Вот это, мне кажется, говорит о многом. Почти каждый второй у нас считает, что сейчас ему плохо, но лучше не будет.

Олег Шибанов: И это очень хорошо отмечает, как у нас люди разбросаны по крупным и некрупным городам. Действительно, в некрупных городах очень низкий потолок зарплат. И если оставаться на этом месте, то ничего невозможно сделать. Это абсолютно так.

Тамара Шорникова: Вот где оптимисты живут – поговорим сразу после звонка.

Виталий Млечин: Да, нам позвонила Галина из Московской области. Галина, здравствуйте. Вы довольны своей жизнью?

Зритель: Здравствуйте. Здравствуйте, уважаемые ведущие. Я хотела бы задать вот такой вопрос. У меня пенсия – 12 тысяч. Я работала на урановом предприятии, у меня льготная пенсия. Но этой пенсии мне не хватает, чтобы прожить нормально, на питание, на лекарства. Про какой-то отдых мы уже не говорим. У меня свои курочки, немножечко молочка есть, я покупаю деревенское. Вот на это мы и живем. Картошка, морковка – и все. Вы понимаете, раньше я могла себе позволить съездить каждый год в санаторий, а сейчас у меня даже не хватает на то, чтобы купить себе нормальное хорошее лекарство – не наш заменитель, который нам предлагают в нашей медицине, а нормальное лекарство, которое нам помогает. Спасибо вам.

Тамара Шорникова: Галина, расскажите, а дети помогают вам?

Зритель: Нет. У меня детей нет.

Виталий Млечин: То есть дело только в финансовой составляющей? Условно говоря, если бы пенсия была в несколько раз выше и на все хватало, то все остальное у вас бы устраивало?

Зритель: Да-да. Вы знаете, моя льготная пенсия не соответствует этому уровню и тем требованиям, которые у нас раньше были. Понимаете, раньше я спецпитание получала, санаторно-курортное лечение каждый год бесплатно. А сейчас у нас этого ничего нет.

Тамара Шорникова: Хорошо, Галина. И скажите, сколько бы вы хотели получать? Какой размер пенсии вас бы устроил?

Зритель: Хотя бы 25. Самая маленькая – 25, чтобы заплатить за свет, за газ, за воду, за землю, за все.

Тамара Шорникова: Хорошо, спасибо вам.

Виталий Млечин: Да, спасибо.

Тамара Шорникова: Вот новая цифра, действительно, о разных ориентирах человека. Московская область – 25 хватило бы.

Виталий Млечин: Получается, что совсем скромные пожелания. 25 тысяч рублей – это совсем небольшие деньги.

Олег Шибанов: Да, небольшие. Но это пенсионные деньги. Здесь надо понимать, что человек уже относительно, назовем это так, решил свои вопросы по жилью, может быть, по каким-то другим вопросам. И, может быть, без детей чуть-чуть проще, потому что в России, как мы понимаем, пенсионеры до самого конца своей пенсии помогают зачастую взрослым детям, потому что ситуация, особенно в некрупных городах, довольно печальная. 25 – это тоже не такая большая сумма, это правда. Это история про то, что у нас располагаемые доходы населения, как их ни меряй и как ни относись к этой цифре (может, она не настолько удачно меряется), но все равно они падают пятый год подряд. То есть это история про то, что обязательных платежей становится все больше, а доходы-то, в общем-то, не очень растут.

Виталий Млечин: Очень много, естественно (и ничего удивительного в этом нет), приходит жалоб на пенсии, на доходы. Вот недовольны своей пенсией из Алтайского края, пишет нам зрительница: «39 лет стажа. Пенсия – 7 600». Хабаровский край: «Недовольны пенсией, налогами, безработицей, тарифами, обманом». То есть все, что касается денег, естественно, все вызывает недовольство.

Пишут люди, чем радуются. «Довольны жизнью, семьей. Долгий брак, трое детей». То есть получается, что всегда можно найти повод, чтобы быть недовольным. «У одного жемчуг мелкий, а другого щи пустые». То есть получается, что недовольство практически на 90% вызвано плохим материальным положением?

Олег Шибанов: Да, конечно, это так. Более того, у нас же есть межстрановые исследования, которые пытаются увидеть, насколько люди именно субъективно счастливы. Здесь все-таки опрос немножко такой гранулированный, и до конца не очень понятно все-таки, что мы из него про счастье могли бы вынести, например.

Но вот те, которые измеряют именно субъективный уровень счастья и как-то сравнивают это с доходами и так далее, они обнаруживают, что там очень сильная связь, например, дохода на душу данной страны с тем, какой уровень счастья мы испытываем. И там, конечно, есть детали. Условно, в Венесуэле люди все равно почему-то были более счастливы до последних пяти лет, а в той же, условно, одинаково с ними богатой Болгарии были гораздо менее счастливы.

То есть просто национальные черты характера бывают. Но в целом такая связь довольно сильная с ВВП на душу населения, с доходом на душу населения, с чем угодно. То есть действительно материальное определяет нематериальное очень сильно.

Тамара Шорникова: Возвращаясь в нашу страну и опять же возвращаясь к исследованиям Финансового университета. Выделили тех, кто надеется, что в течение определенного времени им удастся достигнуть вот того самого уровня хотя бы в 66 тысяч рублей, то есть той зарплаты, которая будет для них комфортной. Больше всего тех, кто уверен, что добьется достойного уровня дохода в ближайшие пять лет, по данным исследования, проживают во Владивостоке, Хабаровске, Чите, Красноярске и Иркутске. То есть получается Дальний Восток и Сибирь зацепило. Почему столько оптимистов сконцентрировалось на Дальнем Востоке?

Олег Шибанов: Ну, мой ответ будет, может быть, не очень правильным. Потому что Китай. Потому что там все-таки есть потенциал довольно серьезного взаимодействия. Плюс, естественно, Россия сама хочет развивать Дальний Восток. Ну, хочет развивать все, безусловно, но Дальний Восток – это одна из приоритетных программ, в том числе в национальных проектах. Там много всего: и Арктика, и океан, и так далее. Поэтому мне-то кажется как раз, что это субъективное восприятие. Что там произойдет – мы не знаем. Но и то, что Россия хочет развивать, и то, что Китай рядом – очевидно, что это влияет на результат. А, скажем, в Центральной России, где очень много относительно депрессивных регионов, там нет таких сильных соседей, которые бы хотели очень много торговать с местной территорией и как-то ее развивать.

Тамара Шорникова: Деньги очень большие все равно сейчас идут на Дальний Восток. Действительно, большие государственные усилия сейчас сконцентрированы именно на развитии регионов соответствующих. Может ли это говорить о том, что люди чувствуют эту государственную поддержку, надеются, что эти деньги принесут им комфорт в жизни, и от этого каким-то образом зависит их самоощущение? Важна ли в данном случае государственная поддержка для человека, чтобы он хотя бы с надеждой в завтрашний день смотрел?

Олег Шибанов: Ну, однозначно. Я просто чуть больше, естественно, знаком с академическими кругами, с людьми, которые занимаются наукой, образованием и подобными вещами. Там это ощущается радикально, особенно на Дальнем Востоке. Просто люди очень сильно изменили свой образ жизни и благосостояние после того, как государство стало заботиться о некоторых крупных федеральных фактически университетах.

Что касается простых людей, ну смотрите… Я еще забыл Японию, конечно, которая тоже рядом. То есть в этом плане там потенциал-то довольно серьезный. Если вы опять же бывали во Владивостоке, вы прекрасно знаете, что там многие ездят, ну, не на самых лучших, может быть, но на замечательных машинах. То есть там довольно приличное благосостояние людей. И в этом плане, видимо, они чувствуют больше даже не то, что прямо сейчас деньги пришли и у них в кошельке хрустят, а то, что есть потенциал. Людей обычно это очень сильно заботит. И если они видят, что есть потенциал развития, они наслаждаются своей жизнью больше.

Виталий Млечин: Послушаем еще один звонок, еще один из Московской области, и тоже Галина. Галина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, добрый день.

Тамара Шорникова: Расскажите, вы довольны своей жизнью или нет?

Зритель: Слышно?

Тамара Шорникова: Да, слышим вас отлично – и этим очень довольны.

Зритель: Хотелось бы… Вот не за что зацепиться даже, даже не за что. Я говорю, что, конечно, средств не хватает. Но я к тому, что у кого-то есть недвижимость… Допустим, у нас дача, квартиру оставим ребенку. Вот думаю: а если он попадает в сложную жизненную ситуацию, он даже не сможет воспользоваться этим, потому что все это деньги, надо перевести… то есть довести до ума, узаконить какой-то сарай, сейчас много всего, в это надо вложиться. Потому что мы жили, вот у нас был сарай, он и был сарай, а сейчас на него нужны документы, чтобы продать это все. Все должно быть узаконено, но это все требует средств. И если человек, допустим, вот я говорю, даже получил что-то, он не сможет воспользоваться.

Очень много проблем. Конечно, и финансовых очень много проблем. Сама и работаю, и пенсия. Думаю: сколько же мы можем работать? Даже еще третью работу прихватываю. Ну и что? У меня получается 45 с трех работ. Это же разве… Вот так вот. Это прожиточный минимум, который у меня. Но зато отдыха нет никакого. Будем работать, пока… Ну и все, в принципе. Вот и весь позитив.

Тамара Шорникова: Хорошо, о вашем опыте услышали. Наверняка можете рассказать про опыт детей, друзей, молодых товарищей, которым, кажется, всегда и везде дорога. В общем, недоволен чем-то – меняй свою жизнь. Недоволен работой – меняй ее. Недоволен регионом – переезжай. По-вашему, есть ли какой-то такой потенциал у молодых людей, у ваших детей, у знакомых?

Зритель: Потенциал вообще не прослеживается, потому что друзья… Вот моему сыну 28 лет. Его друзья, например, устраиваются на работу, их там кидают, они опять… В общем, две-три такие неудачные попытки – и потом у них пропадает даже желание. Вот они едут, им обещают, но это обещание ничем не поддерживается. То есть «серых» схем очень много, поэтому… Ну нет такого позитивного взгляда, никак мы не можем нигде найти.

Тамара Шорникова: Понятно, Галина. Огромное спасибо вам за звонок, за подробный ответ.

Виталий Млечин: Спасибо.

Тамара Шорникова: Все-таки ждем звонков не только с жалобами, но и с конкретными предложениями, например, как вы уже сделали свою жизнь лучше. Или что вы думаете, как можно поправить свою ситуацию, что для этого можно сделать? Позвоните и расскажите. Мы здесь все-таки еще и пользу пытаемся из всех наших эфиров извлечь.

Олег Шибанов: Позитив. А мне казалось, что этот звонок был совершенно не жалобный. То есть человек сказал: «Я до какой-то степени востребован, получаю какие-то разумные деньги. Я понимаю, что я уже перегружен, но все равно я чувствую себя человеком, который работает. Я даже вижу, что молодежи сложнее в этой ситуации», – и так далее. Мне показалось, что это относительный позитив.

Тамара Шорникова: Да, здесь абсолютно конструктивный подход. Но хочется узнать о методе, который сработал. Потому что даже три работы сейчас Галине не обеспечивают того уровня жизни, который она бы хотела иметь.

Олег Шибанов: Я так ее поняла, что, скорее, не обеспечивают, потому что она перегружена. В смысле – усталости у нее слишком много, вроде бы. Суммы-то прозвучали хорошие.

Тамара Шорникова: Ну, 45 за три работы – это тоже, мне кажется, неравнозначная оценка труда.

Олег Шибанов: Вы знаете, это зависит от того, какая работа. То есть я здесь не спорю совершенно с вами, просто это, скорее всего, не 24 часа рабочих день. Наверное, это просто распределенная какая-то работа, где можно какое-то количество часов отработать. Меня скорее про молодежь, конечно, огорчает, потому что эта история про то, что люди бросают и у них опускаются руки – вот это очень болезненная тема. Как опыт показывает, бьешься головой в стену до тех пор, пока не пробьешь, потому что иначе никак. К сожалению, нельзя…

Тамара Шорникова: Или пока руки не опустятся.

Олег Шибанов: Нельзя опускать руки просто. Это можно делать, не знаю, когда 55 – предпенсионный возраст у некоторых, или у некоторых других 60 – предпенсионный возраст. И тут уже сложнее гораздо найти работу. А когда 28, то надо просто биться головой во все стены, пока не пробьешь. Опять же я просто не знаю, но я сейчас выйду на улице, дойду до какой-нибудь сети ресторанов и легко найду работу, где все будет официально, «в белую» и, в общем, без кидков, наверное. Ну, может, я сейчас ошибаюсь, вы меня поправите.

Тамара Шорникова: Вы знаете, я ради интереса тоже как раз в таком ресторане поинтересовалась у человека, который делает пиццу, сколько он получает. Очень смешные деньги за 10-часовой, 12-часовой рабочий день – там что-то меньше 20 выходит. Это в Москве, где нужно арендовать квартиру. Чаще всего на такую позицию соглашаются люди приезжие. Работу найти можно, но принесет ли она вам то, что вы от нее хотите, или хотя бы то, в чем вы нуждаетесь остро?

Давайте послушаем Дмитрия, Хабаровский край. Здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Дмитрий.

Зритель: Здравствуйте. Петухов Дмитрий Михайлович, мне 68 лет. Я работаю начальником участка, поселок Амгунь. Строил БАМ, так и остался здесь жить. Так вот, у меня большая боль за то, что молодежь вся уезжает, нет работы достойной. Вся молодежь уезжает с БАМа. У нас кооперативы были лесозаготовительные. Пригнали китайцев – нам запретили, доски ни одной даже нам не дали. Вырубили лес за несколько лет, только китайцы работали. Наших людей из поселка только охранниками брали, а рабочие все были из Китая. Просто обидно! Ну ладно…

У нас железная дорога, а я начальник участка – котельная, водозабор, очистные сооружения. Так вот, у меня рабочие в среднем от 14 тысяч получают (я имею в виду – на руки) до 23 тысяч. На эти деньги здесь жить невозможно. У меня 38% – пенсионеры, потому что молодежь не идет на эти деньги. Понимаете? И с каждым годом все хуже. Вот такие у нас дела. А квартиры стоят у нас от 7 и до 14 тысяч – ну, однокомнатные. Двухкомнатная – 9, а трехкомнатная – 12 или 14. Вот так вот получается. Стоят квартиры, пустуют, за трехкомнатные людям нечем платить, стараются все жить в однокомнатных. И получается так, что люди заработали эти квартиры, на пенсию пошли, а денег не хватает, чтобы заплатить даже за квартиру. Вы понимаете? Какой-то ужас!

Вот такая у нас жизнь на Дальнем Востоке. А говорят, что… Ну, заводы-то не строят. У нас рядом Комсомольск, сокращение идет на авиационном, судостроительном. Это же ужас! Почему заказы не дают на Дальний Восток? Как это? Опережающая зона развития? А у нас людей увольняют тысячами. Вот такие дела у нас на Дальнем Востоке. Мы же к Крайнему Северу приравнены, да? На Севере живем, а вот такие заработки. Считайте, что южнее получают такие же деньги, без «северных». Ну, может быть, и больше, не знаю. Но у нас же все дороже намного.

Тамара Шорникова: Поняли вас, Дмитрий, спасибо вам за ваш отзыв.

Виталий Млечин: Спасибо за подробный такой рассказ.

Тамара Шорникова: Еще больше подробностей от наших телезрителей – в SMS. Давайте посмотрим наш личный рейтинг, кто чем доволен, а кто чем недоволен. Новгородская область: «Довольна. У ребенка есть возможность помогать материально, у нее три высших образования. Вкладывайте в детей больше любви». Ну и денег, очевидно, наверное, если три высших образования у ребенка. Дальше, Приморский край: «Чем недоволен? Отсутствием бесплатной обыкновенной медицины. Здоровье есть – можно и работать вечно, даже на пенсии. На Дальнем Востоке простые люди не чувствуют поддержки». Вот второй такой отклик с Дальнего Востока, хотя, по данным исследователей, оптимистом там живет много.

Олег Шибанов: Ну понятно, людей-то много все-таки. Кто-то недоволен.

Тамара Шорникова: Сахалинская область: «Доволен личной жизнью – крепкая семья, двое детей. Но очень тяжело поддерживать на плаву финансовый аспект. Средняя зарплата не изменилась за последние несколько лет, а цены не останавливаются в росте. Налоги растут, вводятся новые. О поездках в отпуск за пределы своей области давно забыли», – Артем, Южно-Сахалинск. Белгородская область: «Я очень довольна своей жизнью, занимаюсь любимым делом – шью ежиков».

Олег Шибанов: Какая прелесть!

Тамара Шорникова: Ну, видимо, что это хобби еще и доход приносит, тогда совсем отлично.

Виталий Млечин: Ну да. Главное, чтобы только налоговая служба не мешала шить ежиков.

Тамара Шорникова: Ну, контакты пока не будем опубликовывать в общем доступе.

Марина, Иркутская область. Давайте послушаем еще один звонок.

Виталий Млечин: Марина, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вы знаете, что я бы хотела вам сказать? Может быть, это прозвучит, как набившая оскомину фраза. Я пережила 90-е с двумя маленькими детьми, когда мне не платили зарплату по полгода, по восемь месяцев, когда мне не на что было купить хлеба. Сейчас, если люди говорят, что они недовольны, им нечего есть, они, мягко говоря, лукавят. Вот у меня пенсия – 9 500. И вы знаете что? У меня даже из пенсии какие-то деньги остаются, небольшие, но, допустим, тысячу я все-таки могу отложить на будущее и что-то там прикупить. Все это такая фигня, вот я вам скажу честно. Вы извините за мой французский.

Тамара Шорникова: «…по сравнению с мировой революцией», – как мы часто говорим.

Зритель: А?

Тамара Шорникова: Да, продолжайте.

Зритель: Я вам хочу сказать, что у меня фраза есть Хемингуэя, я ее выписала и детям своим постоянно ее показываю, и маме с папой, а они у меня уже совсем пенсионеры. Вы знаете, что я вам хочу сказать? Мне до их достатка очень далеко. Им уже за 80, но… Я поражаюсь, как наши пенсионеры могут быть недовольны. Вот послушайте: «Дайте человеку необходимое – и он захочет удобств. Обеспечьте его удобствами – он будет стремиться к роскоши. Осыпьте его роскошью – он начнет вздыхать по изысканному. Позвольте ему получать изысканное – он возжаждет безумств. Одарите его всем, что он пожелает – и он будет жаловаться, что его обманули и он получил не то, что он хотел». Вы понимаете? Я на это всегда ориентируюсь и других ориентируюсь.

Люди, давайте жить не по потребностям, а по возможностям. Ну надо, наверное, где-то как-то… Вы знаете, я считаю, что у них так сильно плохо, что прямо аж со слезами на глазах думает о том, что ему придется менять машину. Товарищи дорогие, машина есть, интернет, телевизор… У нас войны нет – вот что самое главное. И я считаю, что это наше самое главное счастье в нашей жизни.

Тамара Шорникова: Спасибо вам огромное, Марина.

Виталий Млечин: Спасибо, Марина.

Тамара Шорникова: Ну, что называется, важен подход.

Олег Шибанов: Вот это и есть относительное отношение – чего человек хочет и чем он может распоряжаться. Я согласен полностью с ней. Ну, единственное, что меня все-таки в этой ситуации немножко тревожит – что молодежи лучше быть чуть более агрессивной в своих мечтах, наверное, чтобы добиваться чего-то. Но правда, что если человек видит, что ничего не меняется, то надо менять отношение. Это так.

Виталий Млечин: Ну, тут возникает сразу другой вопрос. С одной стороны, конечно, понятно, что надо ценить то, что ты имеешь, жить по средствам и так далее. Но все-таки есть же определенная грань, ниже которой это уже либо сложно, либо вообще невозможно. Ну и самое главное – стремиться-то надо все-таки улучшить свою жизнь.

Олег Шибанов: Безусловно. Здесь вопрос скорее в том… Как говорил другой замечательный человек: «Громкий мат не надувает ваши паруса и не трогает ваш корабль». То есть в этом плане как бы это верно, но тут вопрос того, что человек приобретает, когда он сильно волнуется и когда он постоянно переживает за то, что не может достичь… Как раз биться головой в стену – это про позитив, это про то, что действительно очень больно, очень тяжело живешь на очень маленькие деньги. Но пробуй, пробуй, ищи себя! И попытайся выйти туда, где все-таки ты будешь в чем-то уникален и будешь больше зарабатывать.

Это просто тяжелее делать в развивающихся странах, это правда. Это точно так же тяжело в Китае. Это еще гораздо тяжелее в Индии и так далее. То есть мы понимаем, что если бы мы себя сравнивали с США все время, мы бы испытывали постоянный когнитивный диссонанс, потому что там многие бедные выглядели бы для нас как люди относительно нормальные и богатые. Но если сравнивать с кем-то более адекватным, то понимаешь, что все живут вот так и всем приходится прямо страдать для того, чтобы чего-то добиться. Извините, это проповедник какой-то начался.

Тамара Шорникова: Да, поэтому экстренно прервем вас нашим срочным видеоматериалом. Конечно же, это была шутка.

Виталий Млечин: Но материал есть тем не менее.

Тамара Шорникова: Да, материал есть, и это точно серьезно. Мы неспешно, с расстановкой, осознанно его делали. Мы спрашивали, довольны ли своей жизнью телезрители в наших разных российских городах. И вот что нам отвечали.

ОПРОС

Виталий Млечин: Интересные очень оценки. Вот у кого-то все хорошо, имея то же самое, что и другие люди. А у кого-то, соответственно, имея то же самое, все плохо. Ну, мы об этом уже говорили. Может быть, нам попробовать разобраться все-таки, как из этого мироощущения выходить? У тех, у кого все хорошо – им повезло, да? Но тем не менее мы уже тоже обсуждали, что есть определенный уровень жизни, к которому все-таки надо стремиться. А тем, кто считает, что у них все плохо?

Олег Шибанов: Я бы предложил прекрасный лозунг: «Пока живу – надеюсь». Я бы предложил… Вот как многие психологи некоторым волнующимся людям советуют обратить это внутреннее чувство в какую-то другую эмоцию, то есть сублимация через что-то еще. Ну, например, есть недовольство? Обратите его в гнев, обратите его в гнев на свою жизнь и попробуйте понять, как вам разобраться, как вам нужно выйти из этой ситуации, почему вы испытываете вот такое положение.

Виталий Млечин: А на что конкретно этот гнев должен быть направлен? На эту абстрактную среду, которая меня поставила в такие условия? Или на меня, потому что я чего-то не добился?

Олег Шибанов: Я не психолог, но это то, что мне говорили. Я бы не советовал обращать это ни на то, ни на другое, то есть ни на среду, ни на человека. Я бы советовал это обратить на обстоятельства, которые человек сейчас в своей жизни имеет, то есть их менять пытаться. Потому что сам человек – нельзя сказать, что часто он виноват в той ситуации, в которой он находится, совершенно нет. Он в ней оказался, и ее надо преодолевать. Если человек будет гневаться на себя, испытывать чувство вины или какие-то другие не позитивные ощущения, что он как бы нехорош в своих глазах – это пользы большой тоже не принесет.

Но находиться в недовольстве к окружающей среде – это почти бесполезно, потому что… Иногда можно прийти к муниципальному депутату и задать ему свои вопросы. Вот меня некоторые комментарии чуть-чуть удивили, что не к кому обратиться. Как раз, наоборот, сейчас обратиться есть к кому. И что муниципальные, что даже депутаты Госдумы по своим округам, по крайней мере многие, они контактируют с избирателями, постоянно собирают их жалобы и пытаются что-то с этим сделать.

Виталий Млечин: Но не очень получается, судя по всему.

Олег Шибанов: Это зависит действительно от возможности договариваться с местной властью. Потому что муниципальные депутаты – у них нет никаких больших прав, но тем не менее часто они умеют выстраивать так диалог с городской администрацией, что способны добиться каких-то успехов в данных районах.

Но я все-таки согласен с большинством этих людей по поводу того, что образование, движение вперед и так далее – это важный шаг, это надо предпринимать. И сейчас у нас становится очень доступным даже бесплатное. Вы можете, если доступ к интернету есть, заходить на российские сайты, на условную Coursera или какие-то другие сайты с видеокурсами, пытаться их проходить и понимать просто, что вы можете делать. Может, вы программировать на самом деле умеете, потому что у вас школьная математика достаточно…

Тамара Шорникова: Ну, смотрите. Тот же самый опрос, с которого мы начали в самом начале, то самое исследование РАНХиГС, оно как раз говорит о формировании такого замкнутого круга. То есть практически наряду с недовольством своим заработком люди ставят в один ряд недовольство тем, что они не могут потратиться на собственное образование. Как известно, у нас второе высшее в стране – платное. Соответственно, возможно, человек хочет переобучиться, найти новую профессию, если старая уже выпала из обоймы актуальных, он готов, но у него нет денег на то, чтобы как-то поправить, встроить себя в современный мир, стать более конкурентным.

Олег Шибанов: В онлайне это практически все бесплатно. Ну, там есть… Вот я сейчас заплатил 2 тысячи рублей за курс, который прохожу, потому что мне это важно, интересно, и я хочу опять же узнать эти вещи. Большинство курсов, которые вам доступны на той же… Ну, Coursera – это просто как пример, такой основной флагман. А там огромное количество классных платформ есть, в том числе российских. На них есть большое количество вполне русскоязычных курсов, которые учат вас конкретным навыкам. Просто не надо, может быть, учить какие-то, условно, по дизайну собственной квартиры, если у вас нет такой цели. Ну, это пример для меня как для мужчины чуть менее важный, наверное. А программированию, или экономике, или финансам, или еще чему-то вы можете научиться вполне бесплатно.

В том-то и дело, что второе образование… Я просто сам директор магистратуры. Для меня важно, чтобы ко мне приходили сильные студенты и все такое. Но здесь другая немножко история. В большинстве случаев это нужно только в ситуации, когда вы ну совсем хотите поменять карьерный трек и хотите пойти прямо куда-то, очень серьезно продвигаться, уезжать в крупные города и все такое. Там, где вам фриланс, например, может быть доступен, это зачастую делается просто через онлайн-курсы, которые опять же доступны в бесплатном формате всем.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем телефонные звонки. Алена, Тверская область. Алена, здравствуйте.

Виталий Млечин: Здравствуйте, Алена, слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте. Я звоню вам, маленько волнуюсь, конечно. Я хочу сказать, что из любого негатива надо вытаскивать свои плюсы. Допустим, например, я родила первую свою дочь в 22 года, у нее был порок сердца, прооперировались мы только в 11 лет. Но если бы не этот момент, возможно, мы бы никогда не попали в Москву, не были бы в зоопарке, Красная площадь, туда-сюда, в общем. И не появилось бы у меня настолько много друзей. Я бы не узнала, что в жизни вообще есть, существует доброта и добрые люди.

Потом у меня родился сын, и опять он проблемный. У меня, конечно, все перевернулось, мир вообще перевернулся. Но я стала сильнее духом. Я знаю, что можно поставить цели… Ну, конечно, они у меня не такие прямо глобальные, но мелкими шажками я как бы… В общем, что я себе поставила – я того и добиваюсь. Конечно…

Тамара Шорникова: А можно заглянуть в ваши цели, желания? О чем мечтаете? Что хотите?

Зритель: Я всегда хотела дом в деревне, никогда не хотела жить в городе. Я живу в деревне, в домике, но опять же нет инфраструктуры, на грани закрытия школа. Проблемы с тем, что у меня – как сказать? – второй сын с патологией, ну, особенный ребенок он у меня. Но я его воспринимаю как обычного ребенка, для меня это не проблема, это проблема окружающих, это как бы для общества тяжело. Ну не знаю, конечно, есть проблемы с водопроводом, с автобусами. Ну не знаю, у нас простой «Жигуленок». Я даже для этого выучилась на права и могу… ну, когда мне надо, я могу куда-то отъехать, так сказать. Ну не знаю, все равно мой девиз такой: из любого негатива нужны плюсы.

Виталий Млечин: Спасибо вам большое.

Тамара Шорникова: Спасибо вам за этот опыт.

Виталий Млечин: Мы желаем вам тоже, естественно, позитивного вот этого взгляда на жизнь не потерять. Послушаем еще сразу Забайкальский край, правда же?

Тамара Шорникова: Да, конечно. Сергей.

Виталий Млечин: Сергей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, господа ведущие. Я бы хотел спросить, почему мало внимания обращаете на Забайкальский край? В основном все звонки – Тверь, Краснодар, то есть запад. А вот Забайкальский край вообще мало…

Тамара Шорникова: Дмитрий вот только недавно был из Хабаровского края, тоже не очень далеко.

Зритель: Ну, это далеко – Хабаровский край.

Виталий Млечин: Так вы расскажите про Забайкальский край. Как у вас там?

Тамара Шорникова: Хорошо, что вы у нас в эфире. Расскажите, как живет Забайкалье.

Зритель: Рассказываю. В Забайкалье жить очень трудно, очень трудно жить. Здесь цены очень высокие, даже на бензин – 50 рублей на бензин. Хлеб дорогой. Ну, это все ладно. Зарплаты маленькие. Ну, вы сами понимаете, что у нас не запад, у нас не растут яблоки и виноград и так далее и тому подобное, все из магазина. Соответственно, нет у нас работы здесь, вот в чем дело. Деревня выживает, честно сказать. Деревня выживает, просто как будто брошенная, брошенная на произвол.

Тамара Шорникова: Сергей, скажите, не думали ли в связи с такими условиями переехать куда-то, хотя бы в соседний регион? Может быть, там как-то с работой попроще?

Зритель: Простите, а кто нас ждет с нашими-то деньгами, с зарплатой нашей?

Тамара Шорникова: Ну, может быть, с вашими навыками кто-то ждет, с вашей профессиональной хваткой.

Зритель: Мне 54 года, меня сейчас на работу-то никто не возьмет.

Виталий Млечин: То есть вы не пробовали?

Зритель: А куда пробовать, куда соваться? Только здесь…

Виталий Млечин: Понятно, понятно. Спасибо большое, Сергей.

Мне кажется, этот вопрос возникает у абсолютного большинства наших сограждан: «А куда мне? А как я? Вот тут у меня хоть что-то, а там нас никто не ждет». Ну понятно, что в каком-то проценте случаев это действительно так. Но, пока не попробуешь же, не узнаешь.

Олег Шибанов: Я больше скажу. Ну, как бы я тоже не коренной москвич совершенно. Ну, опять же я не хочу рассказывать подробности, свои личные истории, но я видел огромное количество людей, которые, конечно, в молодом возрасте и в основном учиться приезжают в Москву, а потом, соответственно, здесь находят что-то, что им близко, по душе, и этим занимаются. А часть уезжают обратно в регионы, получив хорошее образование, и стараются сделать там что-то серьезное. Это всегда, к сожалению, личные мотивы, всегда, к сожалению, личные стратегии жизненные.

И тут можно только в раннем возрасте сказать: не бойся брать на себя риски! Пока ты молод, пока у тебя две ноги, две руки и даже без очков, пожалуйста, ты соберись с мыслями и подумай, чего ты хочешь от жизни. Здесь ты этого не добьешься, если ты в Забайкальском крае. Ну возьми себя в руки!

Виталий Млечин: Это пока молодой. А если пятьдесят?

Олег Шибанов: Вот в том-то и дело, это уже серьезная проблема. И здесь как бы моя будущая мечта, вот лет через десять… Те пенсионеры, которые… ну, извините, не пенсионеры, конечно, а люди за пятьдесят, которые будут тогда, они будут просто хорошо работать с компьютером. И моя надежда, мечта и так далее, что они будут фрилансом и кодингом, в смысле программированием, чем-то еще заниматься уже онлайн из своих регионов более активно. Например, это в Индии стандарт. То есть там очень много вещей сделано удаленным образом, когда вы просто сидите, условно, десять часов в своем домашнем офисе, как его можно назвать, а на заднем плане кошка мешает вам работать. И это наш шанс. Вот нынешние люди – у них действительно некоторые проблемы с IT, например, с программированием.

Виталий Млечин: А нам далеко еще до этого?

Олег Шибанов: Я боюсь, что мы вынуждены будем там оказаться очень скоро. Я думаю, пять лет – это такая консервативная оценка, а десять лет – это сто процентов. Мы вынуждены будем очень много иметь во фрилансе, потому что во всем мире это движение происходит.

Виталий Млечин: Вот такие работники в деревне с кошкой – они будут работать на отечественные компании или на какие-то зарубежные? Как это должно выстроиться?

Олег Шибанов: Ну, на зарубежные – чуть сложнее. Язык надо знать. То есть там коммуникация хотя бы на английском вынужденная. А на отечественные – я думаю, это будет массово. Опять же, если вы зайдете на некоторые фрилансерские сайты, то там уже довольно много видов работ, которые доступны людям совершенно где угодно, не в Москве, а где угодно. Вы можете, условно говоря, отслеживать новости и корректором работать, опять же условно, этих новостей, находясь где угодно: в Белгороде, в Чите, в Хабаровске. Главное, чтобы образование было нормальное – с точки зрения того, что не вы пропускаете запятые, а только ваши люди, которые пишут первичные новости.

И в этом плане довольно много вещей, которые уже происходят прямо на наших глазах. Они пока не настолько массовые, но это сдвигается прямо в остальных странах экспоненциальными темпами. И я думаю, что очень скоро половина рабочей силы будет примерно вот такая.

Виталий Млечин: В каких сферах? Ну, на заводе же не будешь работать…

Олег Шибанов: На заводе? Совершенно не будешь. Но все больше становится в секторе услуг. То есть на самом деле мы потребляем в России не так много услуг – 25% где-то от нашего бюджета. А во многих странах услуги – там уже за 50% бюджета. И это любые виды услуг: я не знаю, мультики рисовать, условно говоря, презентации…

Виталий Млечин: Но это все надо уметь, этому надо где-то научиться еще сначала.

Олег Шибанов: Вот! Опять же мультики рисовать сложнее для «Союзмультфильма», конечно, работать будет тяжело, если он еще есть. Вроде бы есть. Но, например, рисовать презентации – для этого надо пройти просто несколько курсов онлайн, даже не за деньги. И в этом плане опять же есть просто виды работ, которые действительно можно делать почти без такого серьезного и глубокого магистерского образования.

Виталий Млечин: А это не приведет к снижению качества той работы, которую будут делать не профессионалы?

Олег Шибанов: Ой, я думаю, что нет. Потому что опять же то, что сейчас эту работу, условно говоря, иногда делают люди, которые… Я трачу очень много времени на то, чтобы писать свои презентации. Я был бы рад… и я на самом деле в этом году попробовал, и очень помогло. Часть слайдов, в которых надо прямо данные искать, обновлять (ну, каждый год же надо обновлять презентации), это сделал другой человек. Я ему очень благодарен, и в этом плане мне очень понравилось то, что произошло. При том, что я чуть-чуть лучше понимаю, наверное, все эти вещи, но он большой молодец и сделал прекрасную работу.

Виталий Млечин: Спасибо вам большое. Давайте подведем итоги. Мы спросили у наших зрителей: довольны ли вы жизнью? И достаточно ожидаемый результат: 92% наших зрителей своей жизнью недовольны, и только 8% говорят «да».

Тамара Шорникова: Ну, к этим данным, к этим цифрам можно добавить эсэмэску со словами из Самарской области: «Никогда человек не будет доволен жизнью, потому что человек».

Виталий Млечин: На такой философской мысли нам пора заканчивать. Это наша тема дня, поэтому наши коллеги сегодня вечером будут ее вновь обсуждать. Присоединяйтесь, пожалуйста. И самое главное – сейчас никуда не уходите, потому что мы вернемся через две минуты. Нам осталось только напомнить, что у нас в гостях был профессор финансов Российской экономической школы Олег Шибанов. Большое вам спасибо за интереснейший разговор.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Олег Шибанов: Спасибо и вам.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Полные выпуски
  • Все видео