«Читайте ребенку полтора часа в день, и у него не будет никаких проблем с обучением»

«Читайте ребенку полтора часа в день, и у него не будет никаких проблем с обучением»
Статья 228: показательное наказание? Почему статья УК о наказании за сбыть наркотиков нуждается в пересмотре? Мнение правозащитника и экс-начальника криминальной милиции
Сергей Лесков: Чрезмерная численность силовых структур приводит к тому, что они начинают работать сами на себя
Реальный выбор: минивэн. Тест-драйв Geely Atlas. Советы автоэксперта
Помогите Киселёвску! Экологические проблемы маленьких городов обсуждаем с руководителем российского отделения «Гринпис» Иваном Блоковым
Смягчение статьи за сбыт наркотиков. Нехватка мест в детских садах. Массовая гибель пчёл. Экологическая катастрофа в Кисилёвске. Советы по выбору автомобиля и тест-драйв Geely Atlas. И темы недели с Сергеем Лесковым
В Центральной России массово гибнут пчелы
На решение проблемы нехватки мест в детских садах выделят дополнительные деньги
Смягчать ли наказание по «наркотической» статье и как не стать жертвой подброса наркотиков. Реальные примеры
Дом построили, а дорогу к нему - нет. Как быть? Дроны над дачами. Дискриминация по возрасту. Теневая экономика. Новые правила вывоза детей.
Дома построили, а дороги к ним нет? Как добиться возможности нормально подъехать к собственному подъезду?
Гости
Ольга Ярославская
директор Московского центра патриотического воспитания и школьного спорта, депутат Московской Городской Думы

Школьная нагрузка. В России предложили ввести норму учебной нагрузки для школьников. Эксперты из ОНФ посчитали, что начальные классы проводят на занятиях по 47 часов в неделю. То есть больше, чем взрослые на работе. О тяжелом грузе знаний поговорим с экспертом в прямом эфире.

Ольга Арсланова: Давайте сейчас поговорим о том, что происходит в российских школах. Наши школьники слишком много учатся и им нужна даже норма суточной нагрузки, как у рабочих людей.

Петр Кузнецов: По крайней мере так считают эксперты ОНФ. Активисты уверены, что сейчас ученики не успевают освоить все, что предусмотрено образовательными стандартами, а потому процесс обучения переносится на внеурочное время.

Ольга Арсланова: Но помимо этого есть еще секции, кружки, репетиторы, в общем, родители школьников все это прекрасно сами знают. Такая нагрузка подрывает здоровье школьников: по подсчетам Народного фронта, сегодня средняя нагрузка на ученика младшей школы составляет 47 часов в неделю – это больше рабочей недели для взрослых людей на 7 часов.

Петр Кузнецов: 47.

Ольга Арсланова: Представляете, дети маленькие, а вынуждены работать больше, чем мы с вами.

Петр Кузнецов: Другой вопрос, как и где это все было подсчитано экспертами. Сейчас в санитарных нормах, это мы точно знаем, нагрузка на детей прописана довольно четко – не более 4-5 уроков в день для начальной школы и не более 8 уроков для старшеклассников. Объем домашних заданий при этом начиная со 2-го класса 1.5 часа, в средней школе 2.5 и в старшей 3.5 часа соответственно в день. У первоклассников домашних заданий нет, а максимально допустимый недельный объем нагрузки той самой внеурочной деятельности (это для всех классов) составляет 10 академических часов в неделю.

Ольга Арсланова: Так вот активисты ОНФ попросили разработать предельно допустимые нормы нагрузки на ребенка как в школе, так и в системе допобразования. Для этого они отправили запрос в Роспотребнадзор, в Российскую академию наук и Российскую академию образования. Пока там что-то думают и отвечают, мы давайте вместе с вами обсудим эту новость и обсудим нагрузку российских школьников в том числе.

Давайте сейчас запустим опрос для наших зрителей. Вопрос очень простой: «Российские школьники слишком много учатся?» – отвечайте, пожалуйста, «да» или «нет» на короткий номер, звоните в прямой эфир, делитесь своими историями и задавайте вопросы нашей гостье. У нас сегодня в студии директор Московского центра патриотического воспитания и школьного спорта, депутат Московской городской Думы Ольга Ярославская. Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Ольга Ярославская: Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Я как родитель дошкольника, у меня дочь идет школу в сентябре, вот что могу сказать. Даже еще до школы дети очень сильно загружены: им задают домашние задания на подготовительных курсах в школе и говорят… Заниматься надо параллельно еще каждый день, потому что будет тестирование для распределения в первые классы: кто сильный, пойдет в такую программу, кто послабее, в другую. И естественно, родители заинтересованы в хорошем результате, в итоге дети уже, можно сказать, полноценно учатся. Что там будет в первом классе, даже страшно представить.

Вопрос: это реально школьные стандарты задают сейчас вот такие условия, или это добрая воля самих родителей, которые на это подписываются, имея полное право отказаться это делать?

Ольга Ярославская: Вопрос понятен. Мне кажется, что, конечно же… Вы вот сами в начале только что озвучили все нормы и все стандарты, которые утверждены на законодательном уровне.

Петр Кузнецов: Мы так подозреваем, давным-давно утверждены.

Ольга Ярославская: Давным-давно утверждены, и на самом деле… Ну как, в 2012 году, это не так уж и давно.

Петр Кузнецов: А-а-а, то есть все-таки менялись.

Ольга Ярославская: Да. И более того, у нас с вами есть федеральные государственные образовательные стандарты, которые дают очень четкие разъяснения, что должен знать ребенок в том или ином возрасте, в дошкольном возрасте, в первом классе, по окончании начального уровня образования и так далее. Там все очень понятно, все компетенции прописаны. Кстати, я хочу сказать о том, что там на первом плане стоит не предметное, о чем вы говорите, это же предметное, это вообще стоит на третьем, это в зачет результатов идет в третьем ряду. В первом ряду идут личностные интересы ребенка, личностные, на втором идут метапредметные, на третьем только предметные.

В чем сейчас идет проблема? Проблема в конкуренции. Мы с вами, взрослые люди, находимся в конкурентной среде, и мы такие, знаете… Мы так ребятам говорим: «Нет, нам же тяжело, мы же трудимся. Я хочу сделать так, чтобы подложить соломку сразу, прямо в 3 года начать ее подкладывать, чтобы он был отличник. Я хочу, чтобы у меня ребенок хорошо учился». Здесь надо четко понять: а родители сами в семье понимают личностные ориентиры своего ребенка? Они понимают, он каков? Они готовы его принять таким, какой он есть? Потому что никогда все дети не будут отличниками, никогда такого не было и не будет, что бы вы ни делали. Вы можете заставить ребенка обучаться, если мы сейчас говорим про дошколку, через кнут, потом вы получите полное отторжение к учебе, я вам прогнозирую, к 3-му классу, то есть когда ребенок не захочет вообще посещать школу.

Ольга Арсланова: Те требования, которые предъявляются уже на стадии дошкольного образования и в первых классах, – они оправданы?

Ольга Ярославская: Уверена, что вам это рекомендуют, уверена, что это не носит характер обязательный, это носит характер рекомендуемый. Почему? Обращаемся к первому пункту: личностные достижения ребенка. Одному ребенку то, что его просят, просто он вот так делает, второй ребенок трудится до седьмого пота. Родитель вправе выбрать программу образовательную в первом классе ребенка, оценив, насколько ребенок воспринимает и может, готов к обучению физиологически, извините, если мы говорим про первый класс, потому что некоторые дети… У нас даже прием в первый класс идет, пардон, с 6.5 лет до 8. Почему такой разброс? Потому что физиологически дети рождаются разные, мы не будем говорить о том, как бывает, мы говорим про детей-норму, про нормотипичных детей. У родителей есть выбор, но у нас почему-то…

Я как директор школы с большим стажем могу сказать, что все родители хотят отдать ребенка в 6.5 лет. Это огромный труд надо вложить в голову каждого молодого родителя, чтобы объяснить, что все ребенок успеет, а в 6.5 лет дайте ему возможность вызреть. И это все про одно. Нам кажется, при чем тут нагрузка? – а это про это. Если каждая семья в дошкольном возрасте просто ничего не делая, просто ребенку читать 1.5 часа в день, просто читать, вам не нужно будет делать никаких домашних заданий. Если у вашего ребенка будет выработан речевой аппарат, у него будет выработана следовательно пространственная ориентация, у него будет визуализация мышление, он будет по-другому воспринимать этот мир, у него будет развита речь – все, ничего не надо больше для первого класса. А остальное все очень быстро…

Ольга Арсланова: А как же он будет смотреться на фоне своих сверстников, у которых в первом классе уже репетиторы по всем предметам?

Ольга Ярославская: Это трагедия родителей и беда, конечно, ребенка. Уверяю вас...

Ольга Арсланова: И счастье репетиторов.

Ольга Ярославская: И счастье репетиторов, те только рады стараться, это понятно. Это накрученная ситуация социума, что ребенок должен быть успешным, мой ребенок должен быть лучше всех. Давайте мы, уважаемые родители, обращаюсь ко всем, будем любить своих детей такими, какие они есть. У меня тоже есть внуки, которые учатся в начальной школе, в первый класс сейчас внук пойдет. Мы занимаемся не этим, мы не занимаемся, безусловно, ни репетитором, ничем – мы слышим ребенка и пытаемся уже сейчас выставить ту траекторию, которая ему нравится. Вот ему нравится заниматься робототехникой. Мне бы очень хотелось, чтобы он подкачал спинку и пошел спортивным, чтобы (кстати, всем рекомендую) заняться прежде всего не репетиторами к первому классу, если мы говорим про эту категорию детей, а заняться спортом, потому что дети должны… Вот здесь очень сильно меняются, они из игровой деятельности, то есть они из-под стола садятся на стул, вот здесь нужна хорошая, прокачанная мышца спины, правильная осанка и умение концентрировать внимание, что очень важно.

А набор предметов, безумный вот этот компот… Слушайте, там впереди еще 11 лет. Надо слушать ребенка. Единственная рекомендация для будущих первоклассников – это читайте, пожалуйста, своим детям книги, читайте книги, 1.5 часа в день чтения, и у ребенка не будет никогда проблем с обучением.

Петр Кузнецов: Ольга Владимировна, мы вот все-таки сейчас в большинстве своем апеллируем как-то к современности, мы уже процитировали Аллу Борисовну Пугачеву, которая еще в 1980-х гг. пела про первый класс, который стал вроде института. То есть даже уже по этой песне можно сделать вывод, что этой проблеме – мы сейчас опять о нагрузке – как минимум 40 лет.

Ольга Ярославская: Вы знаете, если мы вспомним… Если бы мы взяли клинопись и когда переходили…

Петр Кузнецов: Чем та нагрузка от современной отличается? Чем вызвана была та и эта?

Ольга Арсланова: Просто все больше возмущений, конечно.

Ольга Ярославская: Понимаете, возмущение… Опять говорим о том, что дети, которые сейчас живут в другом информационном поле, в другом образовательном пространстве, они ориентируются иначе в этом пространстве, чем даже, извините, вы, вы тоже достаточно молодые люди…

Петр Кузнецов: Спасибо, давно это не слышали.

Ольга Ярославская: …но в Интернете вы тоже, в общем-то, не очень, не на первых ролях. Ребенок сейчас вам конкурент…

Петр Кузнецов: Это вы еще не видели мой Twitter.

Ольга Ярославская: 10-12-летний ребенок, уверяю вас, может с вами поконкурировать в этой компетенции.

Ольга Арсланова: В Xbox он тебя обыграет.

Петр Кузнецов: Это да.

Ольга Ярославская: А ему всего 10 лет, а он уже вам конкурент именно в этой компетенции. Что мы тогда можем сказать про педагогический состав? Догоняют ли педагоги до этого? Почему у нас идет вот эта вот пирамида нанизывания предметов и забивания эфира? А дети почему сопротивляются? Потому что оптимизация информационного поля… Что должен делать учитель? – он должен оптимизировать информационный поток под ту задачу, которую должен решить для себя ребенок.

Петр Кузнецов: То есть загрузка учеников – это следствие загрузки преподавателей, да? Давайте выстроим эту цепочку. Верно мы понимаем?

Ольга Ярославская: Нет, это не так. Это желание преподавателей дать свой предмет максимально в традиционном режиме «учебник – конспект».

Петр Кузнецов: Именно преподаватель? Не Министерство образования, которое, как мы знаем… Школа не подчиняется напрямую министру образования.

Ольга Ярославская: Извините, сейчас вы в рамках… Вот смотрите, как интересно. Возьмем, например, среднюю школу, уйдем от началки, возьмем среднюю школу с 5-го по 9-й классы, 5 лет. Ведь по федеральным образовательным стандартам вам никто не скажет, что у вас должно быть столько-то… Есть примерный федеральный учебный план. Но если вы как директор школы и ваши родители, вы видите, что у вас сообщество детей такое, решает, что вам надо информатику, допустим, дать 4 урока в неделю, а, например, отложить на год предметы изучения географии и биологии, а потом все равно норму выдать, но тем самым оптимизировать жизнь ребенка…

Петр Кузнецов: Это кто еще раз решает?

Ольга Ярославская: Школа, это решает сама школа. Блочное преподавание, вы сами только сказали, вы сказали про нормы недельной нагрузки, и вы сказали, сколько прописано домашних заданий.

Петр Кузнецов: Четко прописано вроде бы. Но при этом школа сама решает.

Ольга Ярославская: Но при этом вы можете биологию освоить за 2 года. Вы выработаете общий…

Петр Кузнецов: «Вы» – это класс или конкретный кто-то?

Ольга Ярославская: Почему? Вот у вас есть уровень образования, начальная школа, началку не трогаем, там святое, там все очень хорошо сбалансировано, на мой взгляд, туда лезть не надо. Берем 5-9-е классы, где огромное количество новых предметов появляется. Если вы ребенку выдаете в недельной нагрузке географию, историю, право, обществознание, экономику, английский, математику, русский, литературу, я продолжаю дальше, вы можете оптимизировать все это. Это решает школа, это решают управляющие советы.

Ольга Арсланова: Понятно.

Ольга Ярославская: И говорят о том, что, ребята, отлично, давайте мы так сделаем: в этом году мы проходим географию, биологию мы отодвигаем на следующий год блоком. Но здесь есть одна проблема, очень большая проблема: это может решить школа, но это до сих пор не поддержано… Индивидуальный маршрут школы вот такой не поддержан контрольными срезовыми работами на уровне государства.

Петр Кузнецов: Нет общей системы.

Ольга Ярославская: То есть закон дает право это делать школам, а факт срезовых работ, тех же самых, если мы не про Москву говорим, а про Россию, это всероссийские проверочные работы, ВПР, они не будут учитывать то, что школа там так захотела, так захотела. Вот с этим проблема, вот это надо делать.

Петр Кузнецов: Слово нашим зрителям.

Ольга Арсланова: Да, несколько SMS. «Внучка учится в 6 классе на шестидневке. Ей никогда отдыхать, загружена сильно, уроков задают много. Школу ненавидит».

Ольга Ярославская: Правильно. Я бы тоже…

Ольга Арсланова: «На выполнение домашнего задания уходит по 5-6 часов. Дополнительные тетради, задания из Интернета, обязательное чтение каждый день. Дети просто перестали быть детьми», «Адские нагрузки, после нашей школы только в Кащенко прямиком», – вот примерно такие SMS приходят на наш портал.

Давайте еще звонки послушаем.

Ольга Ярославская: Давайте.

Петр Кузнецов: Владимир из Омской области с нами на прямой связи. Здравствуйте, Владимир.

Ольга Арсланова: Да, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер.

Петр Кузнецов: Да, слушаем вас.

Зритель: Я вот первый раз дозвонился. Я бы хотел задать гостю вопрос. Вот она красиво рассказывает все о нагрузках, о праве школы устанавливать программы и все прочее. Но ведь закончив школу, у меня внук на следующий год заканчивает 9 класс, – закончив школу, он будет сдавать ОГЭ или как там правильно, могу ошибиться, ЕГЭ, он будет сдавать его в другой школе. Мы в районной области, это район не самого города Омска. Он поедет в другую школу, там не будут смотреть, какие он предметы, сколько в неделю он учился или что. Ввели дополнительно второй иностранный язык…

Ольга Арсланова: Понятно. Владимир, а вопрос…

Зритель: Вы мне покажите хоть одного человека, который бы смог свободно разговаривать после школьной программы на иностранном языке. Зачем он нужен?

Ольга Арсланова: Владимир, в чем вопрос? – законно ли это? Владимир, просто мало времени.

Петр Кузнецов: Или у вас вечный вопрос, нужен ли ЕГЭ?

Зритель: Да это все законно, я понимаю, что у нас все депутаты голосуют за это, а здесь потом рассказывают сказки в прямом эфире.

Ольга Арсланова: Понятно. Что вы можете ответить нашему зрителю?

Петр Кузнецов: С ЕГЭ, точнее с гонкой к ЕГЭ эта нагрузка связана непосредственно сейчас?

Ольга Ярославская: Значит, смотрите, здесь мне боль дедушки понятна. Могу сразу сказать, что Московская городская Дума не имеет таких полномочий, чтобы менять и так далее, это федеральный стандарт, немножко человек не ориентируется. Что теперь касательно ЕГЭ. Когда мы говорим про 9 класс, когда начинается первое срезовое такое ответственное, у нас у ребят должно быть обязательно, желательно, чтобы облегчить им жизнь и чтобы не было вот таких ситуаций, здесь должна вступать программа раннего профориентирования. Я, например, могу сказать… Я не люблю на вашей программе говорить про московское образование, но тем не менее инженерные классы, кадетские классы, медицинские классы и предмедицинские, прединженерные все есть, математическая вертикаль…

Почему, почему заинтересованы, чтобы детей как можно раньше профилизировать? Потому что тогда экзамен они делают по выбору. Мы с вами, я, не знаю, как вы, мое поколение точно сдавало все экзамены без исключения, которые есть в аттестате. Сейчас ребята сдают экзамены по выбору: они сдают обязательно русский и математику, потом у них идет выбор. Пожалуйста, если вы профориентируетесь, если вы после 9 класса хотите уйти в какой-то колледж, СПО и вы понимаете свое направление, выбирайте, пожалуйста. Это или химия, или биология, или математика, или информатика. Нужен иностранный язык, если вы гуманитарий, – пожалуйста, выберите эти и дайте себе в 9 классе нагрузку вот эту: эту базу мы прошли, а вот здесь я буду нажимать, потому что мне это сдать.

Это не надо учить все предметы, как сдавали мы, билеты мы писали по всем буквально предметам, которые находились в аттестате: русский, литература, математика, история, биология, география – мы все это сдавали. Сейчас этого нет. В этом плане опять же придумали правильно, но исполнение какое… Знаете, придумали хорошо, а вот исполняем плохо.

Ольга Арсланова: Не только в Москве, в других городах российских наши корреспонденты спрашивали у жителей, остается ли у их детей свободное время от уроков. Давайте посмотрим, что отвечали на улицах российских городов.

ОПРОС

Ольга Арсланова: По недавним опросам выяснилось, что 70% российских школьников ненавидят школу, даже чуть больше. Как вам кажется, это с чем связано?

Ольга Ярославская: Ну это как раз связано с тем, что их личностные интересы не учитывает образование.

Петр Кузнецов: Давайте подведем итоги нашего голосования. «Российские школьники слишком много учатся?» – спрашиваем мы вас. Вот вы как ответили: «да» 76%, «нет» 24%.

Ольга Арсланова: Хотелось бы комментарий.

Петр Кузнецов: Нагрузка неважно, учителей, школьников – можно сказать, что это сейчас главная проблема нашего образования?

Ольга Ярославская: Нет, не могу сказать.

Петр Кузнецов: Или это следствие какой-то другой главной проблемы?

Ольга Ярославская: Это следствие другой проблемы. Это следствие того, что мы не умеем преподавать ребятам до сих пор метапредмет, мы не умеем, например, предметы естественнонаучного цикла объединить в химию, биологию, физику, мы не умеем этого делать, мы так же продолжаем отдельно физику, отдельно химию, отдельно биологию и не готовим их к жизни. Они учат, заучивают какие-то предметы, не понимая, как их применить в жизни, соответственно теряя к этому мотивацию. Мы до сих пор стоим… У нас стоит вот эта задача, но учителя этого до сих пор, к сожалению, не умеют сделать. Мы до сих пор постоянно детям вкладываем свой предмет.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо большое. Это Ольга Ярославская, директор Московского центра патриотического воспитания и школьного спорта, депутат Московской городской Думы.

Ольга Ярославская: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все выпуски
  • Полные выпуски