Олимпиада. День первый

Гости
Николай Яременко
спортивный обозреватель, главный редактор газеты «Советский спорт»

Константин Чуриков: Да, и начинаем мы, конечно, с летней Олимпиады в Токио, которая вот сегодня буквально несколько часов назад наконец-то открылась. Не все ее ждали, не все хотели, японцы многие вообще не понимают, зачем это надо, наши граждане, кстати говоря, не знают российских спортсменов, которые участвуют в Олимпиаде. Ну и еще до своего начала вообще-то эти Игры сопровождали действительно скандал за скандалом, про Олимпийскую деревню, там эти «антисекс-кровати», про высоту потолков вы, конечно же, знаете...

Оксана Галькевич: Вчера сняли за сутки до...

Константин Чуриков: ...открытия.

Оксана Галькевич: ...режиссера церемонии... Сейчас попробую произнести эту японскую фамилию...

Константин Чуриков: Кентаро Кобаяси.

Оксана Галькевич: Кентаро Кобаяси. Ему припомнили антисемитские высказывания, многолетней давности, надо заметить.

Константин Чуриков: Да. До этого оскандалился президент оргкомитета Игр: на одном из заседаний он сказал, что увеличение женского присутствия в спортивных организациях приводит к затягиванию заседаний, так как женщины чрезмерно болтливы. Ну, это он про других женщин говорил.

Оксана Галькевич: Ага, я молчу.

Константин Чуриков: И совершенно дикая история была еще до того, Оксана, расскажи, пожалуйста.

Оксана Галькевич: Креативный директор тоже оргкомитета отметился (Костя, помогай снова, у тебя хорошо получается с японскими фамилиями) Хироси... Хироси́, Хиро́си...

Константин Чуриков: Вот. В общем, короче говоря, не будем называть фамилию.

Оксана Галькевич: Да. Предложил нарядить одну японскую селебрити, plus size модель, пышку то есть, в костюм свиньи, я прошу прощения, и спустить ее во время церемонии открытия на канатах сверху на поле.

Константин Чуриков: Этот перформанс господин, не будем называть фамилию, просто не знаем, как произнести, предложил назвать «Olympig», от английского pig – «свинья». В общем, слушайте, японцы необычные люди, это точно.

Оксана Галькевич: Не оценили эту шутку, да, пришлось подать в отставку человеку.

Константин Чуриков: Кто видел – как вам открытие Олимпиады? Какие у вас ожидания? С каким настроением вообще будете, не будете вы смотреть Игры? Расскажите нам.

А у нас на связи Николай Яременко, спортивный обозреватель, главный редактор газеты «Советский спорт». Николай, здравствуй.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, здравствуйте, Николай.

Константин Чуриков: Мы просто Николая давно знаем.

Оксана Галькевич: Наш друг, да. Наш друг Николай.

Николай Яременко: Здравствуйте, коллеги, рад вас слышать, видеть.

Я далеко от Токио, но это не помешало мне, как и всем, наблюдать за открытием Олимпиады. Вы знаете, я нахожусь несколько, чуть в ином положении, чем все, потому что я ничего ровным счетом от Олимпиады не ожидал, ничего не ожидал от церемонии открытия, и по большому счету... А раз у меня не было завышенных ожиданий, то мне вроде как и нет повода хвататься за голову и говорить, что все пропало, все совсем не так.

Но, вы знаете, мы с вами об этом говорили и год назад, и чуть раньше, и чуть позже не раз, о том, что вопрос даже не в политических нюансах, а в том, что из-за финансов эту Олимпиаду хоть как-нибудь, хоть по сокращенной программе, хоть еще как угодно Международному олимпийскому комитету и подавляющему большинству международных спортивных федераций надо было провести. Потому что, если бы ее не провели, тогда вот эта ритмичность проведения Олимпиад раз в какой-то период времени, я даже уже не говорю про раз в 4 года, раз в какой-то период времени, была бы нарушена.

А самое главное, многие международные федерации пошли бы просто с протянутой рукой, потому что сейчас любая олимпиада когда происходит, с мейджорами, с рекламодателями, подписываются соответствующие договоры, и всегда есть плюс год. Плюс год не потому, что каждый раз COVID потенциальный закладывался, но закладывались мало ли какие истории. Это происходит чуть ли не с послевоенных времен. И вот этот плюс год сейчас использован, Олимпиаду дальше передвигать нельзя, и если Олимпиада сейчас бы не прошла или любые соревнования под названием «олимпиада» и под ведением МОК не прошли бы, то в таком случае надо было бы заключать новые договоры, а никто на прежних условиях их уже не заключал бы, это был бы меньшие деньги, меньшие доходы.

И все международные федерации этот год еле-еле протянули в большинстве своем, конечно, и ждут теперь денег от МОК после Олимпиады, чтобы он их как полагается распределил. Поэтому я думаю, что не надо ждать каких-то рекордов, какой-то феерии, не надо хвататься за голову и говорить: «Ах, как же так, сегодня на церемонии открытия было 9 тысяч человек, из которых 6 тысяч спортсменов, 2 тысячи журналистов и 900 волонтеров».

Константин Чуриков: Ну да.

Николай Яременко: И сколько-то еще в ложе почетных гостей. Поэтому здесь не надо абсолютно вот каких-то завышенных ожиданий.

Оксана Галькевич: Ничего личного, только бизнес, так, да, Николай?

Николай Яременко: Только бизнес, к сожалению. Можно говорить о том, что ах, вот там без нашего флага, но это вообще как бы уже другая тема, если хотите...

Константин Чуриков: Да, это другая тема, но все равно давай сейчас о нас как раз и поговорим. Тут ВЦИОМ несколько дней назад представил опрос: оказывается, вообще 97% наших граждан понятия не имеют, как зовут наших спортсменов, которые будут участвовать в Олимпиаде, это раз. Значит, 38%, по-моему, вообще не будут смотреть Олимпиаду, им это неинтересно. Тут еще любопытная деталь: 8% сограждан собираются следить за фигурным катанием на летней Олимпиаде в Токио, они считают, что будет фигурное катание.

Николай Яременко: Константин, вы знаете, история очень простая. В нашей стране спортом постоянно интересуются 4% населения, это замерялось много раз. И когда вдруг неожиданно какие-то гигантские успехи происходят, неожиданные, как на Евро-2008 или на Чемпионатах мира домашних, то это число растет от 4 до 6, а то и до 8%. Не надо обманываться, что что-то происходит иначе. Есть знание о том или ином предмете, вот о Чемпионате мира знали в подавляющем большинстве, но это не значит, что следили за спортивным результатом. Если вы сейчас спросите, до какой стадии дошла сборная России 3 года назад на Чемпионате мира в России, подавляющее большинство не ответит или ответит неточно, а часть искренне будет думать, что мы стали чемпионами мира.

Так вот здесь примерно та же самая история. Если несколько лет назад та вот мягкая сила России, спортсмены, за которых болеют вне зависимости от политических пристрастий, вне зависимости от флага, у нас были Исинбаева, у нас была Шарапова, и у нас был Овечкин, то сейчас из этого набора остался один Овечкин, и я хотя бы понимаю, что, конечно, часть за фигурным катанием и за хоккеем будут следить, но, в конце концов, Овечкин все-таки не участник летней программы в Токио. Поэтому это еще одна из причин, ничего удивительного нет.

Оксана Галькевич: Николай, вы знаете, после Костиного вопроса мой как бы в продолжение, тоже такой несколько неуклюжий, но тем не менее...

Константин Чуриков: Спасибо, Оксана, спасибо.

Оксана Галькевич: Я сейчас, это еще не все.

Константин Чуриков: Ценю.

Оксана Галькевич: Николай, кстати, более того, он же тоже такой же, любит и дровишек подкинуть, ну журналист же, понимаете.

Константин Чуриков: Конечно.

Оксана Галькевич: Огоньку поддать... Я, в общем, добавлю. Смотрите, у нас вся неделя прошла под знаком каких-то высоких технологий: МАКС в подмосковном Жуковском, День ВМФ, будем рассказывать сегодня о том, какие корабли будут бороздить там и так далее. Думаешь: ну вот это вот достижение мысли, науки, технологий и так далее. А тут читаешь про Олимпиаду и думаешь: вот люди там, бегуны какие-то бегут, пловцы какие-то плывут, я не знаю, прыгуны какие-то прыгают, мы за этим следим – вот зачем нам все это знать, простите? Есть ли в этом какая-то актуальность? О чем это все?

Николай Яременко: Нет, ну конечно, Оксана, актуальность в этом есть. В конце концов, потому что мир, так исторически сложилось, со времен лохматого Средневековья, а то и раньше, так идет, мы весь мир подразделяем на «наших» и «не наших». Да, страшно девку отдавать замуж в чужую деревню, потому что, как известно, мужики-то там злые, топорами секутся, а по будням там дождь и по праздникам дождь. И поэтому, конечно, вот это традиционное подразделение всего мира на то, что есть мы, замечательные и понятные, а есть немец, перец, колбаса, вот оно ведь никуда не ушло из нашей жизни, оно на генетическом уровне все равно сидит.

И учитывая, что наша страна во многом напоминает поступками своими проявления идеологии осажденной крепости, то тем более мы радуемся не столько победам наших, сколько мы радуемся, увы, что тем самым проиграли иноземцы. Ведь многие даже наши политики говорили: ах, жалко, что не дали нам вместо гимна петь «Катюшу», вот тогда бы мы им всем показали. В конце концов, ты находишься на пьедестале, звучит гимн и какая-то песня, в данном случае Первый концерт Чайковского будет звучать, я надеюсь, если будут наши победы, потому что ты проставляешь свои победы, ты этому радуешься.

Константин Чуриков: Нет, ну слушайте, Первый концерт Чайковского – это прекрасно, это какая музыка, какая мощь! Фортепианный, кстати, концерт, соответственно.

Оксана Галькевич: Костя на свою территорию музыкальную зашел.

Константин Чуриков: Да-да-да, не будем выключать меня из беседы. Давайте сейчас послушаем звонок, Коль, нам звонит зритель.

Оксана Галькевич: Тебя выключишь, да.

У нас Галина из Мордовии на связи. Здравствуйте, Галина.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте. Слушаем вас.

Зритель: Ведь я бы не поехала на их месте под белым флагом выступать. Мы что, предатели какие-то? Нас во что поставили?

Оксана Галькевич: Вот обидно, да, понятно.

Константин Чуриков: Галина, с другой стороны, люди готовились, спортсмены-то чем виноваты? Им надо выступать. Чайковского все равно включают.

Зритель: Тогда не надо выступать под этим. А из-за денег ездят только лишь выступать, больше не из-за чего.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Николай, из-за чего ездят? Только из-за денег? Из-за чего?

Николай Яременко: Из-за чести страны в том числе, и все мы прекрасно понимаем, что это наши. На Олимпиаде в Москве бежал легкоатлет Себастьян Коу, неважно, что Великобритания бойкотировала московскую Олимпиаду-1980, но Себастьян Коу завоевал золотую медаль и навсегда все знают, 41 год после Олимпиады, Себастьян Коу, в скобочках «Великобритания». Мы всегда..., что вот это в скобочках, что бы там ни писали... Ну что, вот мы говорим про Пхенчхан, 3 года назад был Пхенчхан, мы спустя 26 лет завоевали олимпийское золото – что, кто-то говорит: «Нет-нет-нет, это не мы, это ОАМ, объединенная команда спортсменов, атлетов из России»? Нет, мы все равно понимаем, что это наше хоккейное золото спустя 26 лет снова к нам пришло.

Поэтому здесь в любом случае, да, но кто поставил такие условия, спрашиваю я у Галины из Мордовии, кто поставил? Поставили наши чиновники, которые по большому счету выписывали справки от несуществующих медфирм с несуществующими диагнозами, по несуществующим адресам расположенным. Мы даже это не смогли, эту операцию прикрытия сделать по-человечески. Поэтому вопросы к кому? Вопросы исключительно к нашим представителям, которые подставили наших спортсменов.

Оксана Галькевич: Николай, а давайте теперь перейдем все-таки к обсуждению каких-то наших перспектив. Вы сказали, что не надо прямо каких-то больших надежд строить, но тем не менее. Может, у нас есть какие-то железобетонные позиции, надежды наши? А может быть, где-то к нам снова придет золото? В плавании, например.

Николай Яременко: Я искренне надеюсь... В плавании вряд ли, для Юлии Ефимовой это последняя Олимпиада, я искренне за Юлию Ефимову буду переживать, буду страшно аплодировать ее золоту, если оно случится. Но, по большому счету, конечно, если бы меня заставили деньги ставить, я бы уклонился от необходимости ставить деньги на Юлию Ефимову, так же как я буду болеть за Дарью Клишину в прыжках в длину, но не веря в ее победу. Но я верю в наше золото в синхронном плавании, и мне всегда обидно за девчонок, когда говорят: «Ну это наши плановые две золотые медали». Вот хуже нет, чем вот эти слова про плановые золотые медали, потому что для спортсмена это всегда подвиг, каждый раз преодоление, обогнать других, это всегда подвиг. И когда мне говорят: «Это наши медали плановые», – это не комильфо.

Константин Чуриков: Николай, но у нас же есть Министерство спорта, понимаете, а как в министерстве без планов? Вот не во всех странах Министерство спорта есть...

Оксана Галькевич: Без отчетов.

Константин Чуриков: ...а у нас есть.

Николай Яременко: Министерство спорта не отвечает за олимпийский результат, у нас есть ОКР, общественная организация, которая, по большому счету, за спорт высших достижений на Олимпиаде отвечает. Там пытался лет десять назад Тягачев объяснять после провала в Ванкувере, что ОКР – это турбюро, организующее поездку спортсменов, но вряд ли кто-то все-таки из его последователей под этим, Жуков или сейчас Поздняков, под этим соглашался бы, и вряд ли кто-то из нас согласится, что ОКР – это только турбюро. И я очень надеюсь, верю в Сергея Шубенкова. Я очень Сергея люблю, я очень надеюсь на золото в 110 метрах с барьерами.

Оксана Галькевич: Ага.

Николай Яременко: Я буду искренне переживать за Юру Постригая в академической гребле, мне этот человек просто сам по себе симпатичен, интересная судьба у спортсмена, спортсмена, который очень грамотно относится к своему делу, к своей судьбе спортивной, к своей работе. И человек, который, я надеюсь, вновь порадует нас олимпийским золотом в академической гребле. Человек, который... Вообще смотришь на него – тростинка, мускулатуры нет и так далее, а человек в академической гребле нам приносит медали, где вроде бы мы привыкли к тому, что во какие должны быть персонажи. Поэтому за кого лично мне есть болеть, всем нам есть болеть, и золото будет.

Оксана Галькевич: Ну гимнастика, вы вот ничего не сказали о наших девчонках. Я, кстати, не знаю, у нас парни уже включены...

Константин Чуриков: Да, вы проясните, пожалуйста, тут вот Татьяна Навка опубликовала, в общем-то, там еще видеофрагмент... Знаете, нас можно было просто выносить из ньюсрума, когда мы сегодня это увидели.

Оксана Галькевич: Ну, слушайте, там, мне кажется, жестковато было прокомментировано...

Константин Чуриков: Конечно, жестковато.

Оксана Галькевич: Ну ладно, так или иначе что с нашими гимнастами?

Константин Чуриков: Нет, а ты видела картинку? Ты картинку видела?

Оксана Галькевич: Я видела, Костя, я все видела. Может, ему просто костюмчик надо было поскромнее, без вот этих вот?

Константин Чуриков: А, ага.

Николай Яременко: Да, я дружу, я дружу с Сашей Мальцевым, нашим синхронистом, мальчиком, который в дуэтах в синхронном плавании выступает.

Оксана Галькевич: Понял, да? Вот так, Николай дружит.

Николай Яременко: Я скажу, что это...

Оксана Галькевич: Так, Николай...

Константин Чуриков: Так, это не цензура, это связь зависла.

Оксана Галькевич: Вот на самом интересном месте.

Константин Чуриков: Сейчас, Николай, попробуем заново. Заново сейчас, пожалуйста, нас соедините с Николаем Яременко...

Оксана Галькевич: Давайте пока почитаем SMS-сообщения.

Константин Чуриков: Что нам пишут? «Когда люди не живут, а выживают, ко всему пропадает интерес», – Ленинградская область. «В СССР мы смотрели Олимпиаду».

Оксана Галькевич: «Главное, Олимпиада состоится, и нашим спортсменам желаем победы, естественно!» – вот так вот, Костя. «Болеть надо всегда за своих».

Константин Чуриков: Так, Ростов пишет: «Мы уже насмотрелись на Чемпионат по хоккею и на последний по футболу. Позорище».

Оксана Галькевич: Ну, спор по поводу, выступать под флагом страны или соглашаться на выступление вот в таком не совсем привычном виде, продолжается в том числе на нашем SMS-портале, хотя, мне кажется, уже можно было за эти несколько лет как-то к этому привыкнуть. Друзья, ждем также ваших звонков, не только сообщений. Вот Белгород нам пишет... Нет, это я не буду читать, что-то там...

Константин Чуриков: Так, давайте я почитаю: «Очень обидно за нашу сборную...» (Нет, матерные сообщения мы не читаем, сразу предупреждаем, время не тратьте.) «Очень обидно за нашу сборную, которая на Олимпиаде обезличена», – кстати, очень много таких сообщений. «Странно, что ни один чиновник от спорта не понес наказание», – город Москва. И вот к нам возвращается Николай Яременко... Или не возвращается? Нет, Николай пока не возвращается.

Хорошо, давайте еще вам расскажем вот что, кстати, об этом сейчас с Николаем тоже поговорим, вот он к нам вернулся. Николай, сейчас ты продолжишь, и еще, пожалуйста, по поводу вот этого возрастного регламента, потому что я обратил внимание, что некоторым спортсменам 12 лет...

Оксана Галькевич: Ну это гимнастика, наверное.

Константин Чуриков: Тут есть такая 12-летняя сирийская... Нет, Оксана, теннисистка, это настольный теннис, 12-летняя сирийская Хенд Заза, а есть еще австралийская наездница 66 лет.

Оксана Галькевич: Так, подожди, сейчас давай про ценз мы попозже чуть-чуть.

Константин Чуриков: Да.

Оксана Галькевич: Николай, давайте вы закончите мысль про гимнастов и гимнасток наших.

Константин Чуриков: Да-да-да.

Оксана Галькевич: Художественных и спортивных. Вы про синхрониста сказали, что вы дружите.

Николай Яременко: Вы знаете, я всегда против искусственного гендерного равенства, потому что пусть мужчины делают то, что у них получается и пусть женщины делают то, что у них получается. Искусственно притягивать за уши, ах, вот видите, нет тяжелой атлетики женской, теперь пусть будет, – ну ради бога, но мне страшно смотреть на женщин-тяжелоатлеток, и пусть не обижаются на меня, пусть не костерят за это.

Но, вы знаете, я посмотрел сегодня тот фрагмент, который вызвал недоумение у прославленной фигуристки... Ну да, наверное, кому-то кажется, что это выглядит забавно, вот эти все блестяшки на костюме многочисленные у молодого человека, который гимнастировал с лентой, назовем это так...

Константин Чуриков: Ага, да-да-да.

Николай Яременко: Наверное, это кому-то кажется немного смешным.

Константин Чуриков: Совсем немного.

Николай Яременко: Но, по большому счету, если это спорт, если это всех устраивает, в конце концов, если есть люди, которые готовы в это вкладываться...

Константин Чуриков: Если мужчина может быть изящен, да, почему нет, ха-ха.

Николай Яременко: ...а кто-то готов зарабатывать, ради бога, ради бога.

Оксана Галькевич: Слушайте, ну костюмчик поскромнее, Николай, просто.

Николай Яременко: Я не вижу в этом ничего страшного.

Оксана Галькевич: Просто костюмчик без вот этих там, да, поскромнее костюмчик и уже совсем...

Константин Чуриков: Ближе к людям, и к тебе потянутся люди.

Николай Яременко: Меня, конечно, костюмчик смутил, он, конечно, был так несколько чересчур.

Константин Чуриков: Эпатажен, да.

Николай Яременко: Хотя, может быть, это я отстал от жизни, я старый.

Константин Чуриков: Давайте сейчас послушаем Максима из Смоленска. Максим, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Что вас смутило, порадовало, восхитило?

Зритель: Мне очень не понравилось, вот Галина вам дозванивалась и сказала, что флаг белый, какие-то предатели.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: Я еще хотел бы сказать, что очень плохо, когда у нас в стране есть люди, далекие от спорта и не понимающие, что говорят. Да мне вот, честно, я в детстве занимался, меня готовили к чемпионству, и я вам скажу одну вещь: неважно, в чем ты выходишь, хоть в трико вышел в простом, главное, чтобы ты поехал туда. Ребята занимались, отдавали силы, в чем-то себя ущемляли, они заслуживают этой Олимпиады.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Да, спасибо большое, спасибо за ваше мнение.

Оксана Галькевич: В общем...

Константин Чуриков: Николай, вернемся к регламенту.

Николай Яременко: Да, я здесь.

Оксана Галькевич: Возрастному, да.

Константин Чуриков: Да-да-да, вот 12 лет этой девочке, сирийская теннисистка, настольный теннис, и австралийской наезднице 66. Мне казалось, что там есть какой-то четкий ценз вообще, да, возрастной.

Николай Яременко: Да вы знаете, там ведь это решается, правила по каждому виду спорта, есть правила у международных спортивных федераций, поэтому... Мы знаем, что в фигурном катании 12-летняя не могла бы выступать, видите, в настольном теннисе можно. Ну потому что, понимаете, все компенсируется одно другим, это эксперты по каждому виду спорта вам скажут. Да, она, может быть, чуть более подвижная и чуть лучше будет успевать за мячом, может быть, за шариком вот этим от пинг-понга, она будет чуть лучше, иметь преимущество по возрасту. Но у нее, с другой стороны, нет еще той мускулатуры, она не будет по нему бить так сильно и так хитроумно, как люди, которые этим занимаются уже по 20–30 лет.

Поэтому, понимаете, одно компенсируется другим, и этим и хорош спорт, он не стоит на месте, он развивается. Когда-то появился 17-летний Борис Беккер, который у всех выигрывал, теннисист, и все говорили: «Ну надо же, все, теперь мы потеряли прошлый теннис, потому что он выигрывает все за счет сильной подачи». У него такая мощная подача, что никто не может ее брать...

Константин Чуриков: Да-да-да.

Николай Яременко: Он за счет этого выигрывает. Но, извините, что, с тех пор Борис Беккер выиграл все турниры? Нет, научились принимать эту подачу, научились по-другому стоять на задней линии, научились по другому проценту между первой и второй подачей распределять, с первой подачи сразу не лишь бы принять, а с первой подачи сразу против... обернуть это как оружие, сразу же атаковать...

Константин Чуриков: Научились бегать хорошо, кстати, по корту, да.

Николай Яременко: Да, и теннис сделал шаг вперед. Поэтому да ради бога, отменяйте все возрастные цензы, лишь бы только допинг не допускайте на соревнования, во всем остальном меня, честно говоря, ничего здесь не смущает.

Константин Чуриков: Николай...

Николай Яременко: Что, это вызывает какое-то отвращение у кого-то, наличие 12-летней спортсменки? Да если она играет и выигрывает, ради бога.

Константин Чуриков: Николай, тут был инициатива, кто-то из наших тоже спортивных чиновников высказался за запрет продажи мельдония в аптеках, вот было такое буквально на днях, вот этот вот препарат как раз...

Николай Яременко: Ну, вы знаете, нечего на зеркало пенять, коли рожа крива, известная история. Не реклама по телевизору заставляет безнравственных функционеров подсаживать на допинг спортсменов. Ни один ответственный спортсмен, ну поверьте, никто ничего не будет делать просто по собственной дурости. Все эти рассказы, что прописал врач, я не подумал, не прочитал про дела, фуросемид и не знал, что как раз он мочегонный и он скрывает, соответственно, следы допинга, поэтому я попался, – ну это разговоры в пользу бедных уже давным-давно. Люди ко мне приходят на передачи, к вам люди приходят на эфир – вы попробуйте спортсмена, извините, из вашего чистейшего, вкуснейшего кулера налить воды: никакой спортсмен никогда не будет пить (действующий спортсмен), у него своя бутылочка, которой он доверяет.

Константин Чуриков: Конечно, да.

Николай Яременко: Поймите: если это действующий спортсмен, то все равно он очень ответственно относится ко всему, что попадает в его организм. Поэтому при чем тут реклама мельдония по телевизору? Да давайте мы вообще лучше этого идиота чиновника запретим показывать по телевизору, чтобы у нас аппетит не портился.

Оксана Галькевич: И цитировать, да, в средствах массовой информации.

Константин Чуриков: Радикальненько.

Оксана Галькевич: Николай, скажите, а как вы считаете, вообще нас какие-то сложности, ну я так аккуратно сформулирую, на этой Олимпиаде ожидают? Потому что мы ведь под пристальным вниманием в силу последних всех этих событий.

Константин Чуриков: Не накаркай.

Оксана Галькевич: Нет-нет-нет, я не умею, Костя.

Николай Яременко: Вы знаете, я помню, когда мы ехали 3,5 года назад в США, была произнесена кем-то из функционеров Олимпийского комитета российского очень важная фраза, она мне очень понравилась. Я, сами понимаете, всегда фигу в кармане держу и никогда на веру не воспринимаю то, что особенно чиновники говорят, но вот она мне понравилась и я, так сказать, по здравому размышлению понял, что она очень грамотная. Он сказал: «Едет самая «чистая» сборная». Почему? Потому что именно наших пристально будут с утра до вечера проверять каждый шаг. Вот, собственно, так и было, и, собственно, 2018 год, мы ту Олимпиаду прошли, как мне помнится, без каких-то сильных... Ну, там был у Крушельницкого скандал, но он несколько неспортивный характер имел, я просто потом Константину в приватной беседе по секрету расскажу, что там было на самом деле в керлинге, ну если ему будет интересно.

Константин Чуриков: Конечно.

Николай Яременко: А все остальное, так сказать, прошло довольно чисто. И поэтому я надеюсь, что уже допинг перестал быть государственной системой в России, как государственная система он точно в спорте высших достижений не является, хочется верить. Поэтому я думаю, очень надеюсь, что новых допинг-скандалов с Россией на этой Олимпиаде не случится.

Константин Чуриков: И мы тоже надеемся. Спасибо большое, спасибо, Николай! Николай Яременко, спортивный обозреватель, главный редактор газеты «Советский спорт».

И мы надеемся, что наши ребята, девчата всем покажут, будут медали, я думаю, что все-таки скепсис пройдет у тех, кто не хотел эту Олимпиаду.

Оксана Галькевич: Мы будем болеть все-таки, будем болеть за своих, да.

Константин Чуриков: Олимпиада – это красиво.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Как опознать на Играх нашу сборную, ведь мы без флага, формы, гимна?