Оптимизация школ. К чему привела реформа образования в стране?

Оптимизация школ. К чему привела реформа образования в стране? | Программы | ОТР

Это наша ТЕМА ДНЯ

2020-09-15T13:56:00+03:00
Оптимизация школ. К чему привела реформа образования в стране?
Снова самоизоляция? В Арктике тает лёд. Здоровая и счастливая жизнь. Многодетная парковка. Соцсети: от 14 и старше. Как призвать к ответу бизнес, который травит подростков. Можно ли научить искусственный разум справедливости?
По приговору искусственного интеллекта
Индустрия анти-детства
Сергей Лесков: Человек без маски в нынешних условиях - это элементарный уголовник, который нарушает общественный договор и ставит себя выше общества
Дети в соцсети: вред или норма?
Домашний режим для пенсионеров
Большой семье - бесплатная парковка. Это правильно?
Кинополководец Сергей Бондарчук: какой вклад в мировое искусство он внёс?
Здоровая и счастливая жизнь – какая она в нашей стране?
Лёд Арктики потерял две трети своей толщины
Фото: Александр Кряжев / РИА Новости
Гости
Амет Володарский
руководитель проекта Росвуз.рф, омбудсмен в сфере образования
Александр Милкус
обозреватель Издательского дома «Комсомольская правда», заведующий лабораторией НИУ ВШЭ
Илья Новокрещенов
начальник Управления развития кадрового потенциала системы образования Департамента образования и науки города Москвы

Иван Князев: В эфире «ОТРажение», мы продолжаем, в студии по-прежнему Тамара Шорникова...

Тамара Шорникова: ...и Иван Князев.

Иван Князев: России грозит дефицит мест в школах, об этом предупреждают в Счетной палате. Количество учащихся растет год от года и будет расти в будущем, а вот число образовательных учреждений сокращается.

Тамара Шорникова: По данным Счетной палаты, результатом оптимизации образования стало сокращение с 2001 года числа детских садов с 51 до 48 тысяч, сельских школ с 46 до 24 тысяч, почти вдвое, а городских с 23 до 18 тысяч.

Иван Князев: Всего в России по итогам 2018 года 41 349 школ, это на 1,5% меньше, чем было годом ранее. При этом число школьников за тот же год выросло почти на 3%, их в стране 16 миллионов 100 тысяч человек. Примерно 13% всех школьников вынуждены заниматься во вторую и третью смены, это данные Росстата и Счетной палаты.

Тамара Шорникова: Так что же еще нам дала оптимизация образования? Обсудим с экспертами. Вы расскажите, в какие школы ходят ваши дети, как их там учат. Учителя, звоните и расскажите, в каких условиях работаете и что обо всем этом думаете.

Иван Князев: Ну а сейчас с нами на связи Илья Новокрещенов, начальник Управления развития кадрового потенциала системы образования Департамента образования и науки города Москвы. Здравствуйте, Илья Владимирович.

Илья Новокрещенов: Добрый день, здравствуйте.

Иван Князев: Как вы вышли в новый учебный год после 5 месяцев карантина? Вот те меры безопасности, которые вынуждены сейчас соблюдать все школы, насколько там укомплектованы классы, сколько в них людей? Как обстановка?

Илья Новокрещенов: Да, обстановка в принципе хорошая, рабочая, все друг по другу соскучились, дети по учителям, учителя по детям, вот. Поэтому все вышли учиться в очном режиме с 1 сентября, поэтому со всеми теми, скажем так, рекомендациями, которые нам дает Роспотребнадзор, школы соответствующим образом перестроили немножко свою работу в организационном отношении, понятно, что разделили потоки на вход детей, разделили время начала занятий, проводят обязательную термометрию, везде установлены у нас, собственно, санитайзеры по школе. То есть все-все меры, необходимые для безопасности, для того чтобы предотвратить всплеск заболеваемости, в московских школах принят 100%. Работаем, слава богу, в очном режиме.

Иван Князев: По поводу количества учеников в классах. Москва – город большой, районы растут. Сколько у вас в среднем?

Илья Новокрещенов: В среднем, цифры средние, скажем так, никак не поменялись за время, скажем так, последних лет. Дело в том, что, действительно, город у нас растет, вместе с ним растет количество школьников из года в год, дошкольников. Но при этом в связи с тем, что город проводит очень серьезную такую градостроительную политику, все равно все дети у нас обеспечены местами в наших образовательных организациях. Поэтому никакого всплеска, уплотнения детей, конечно, не происходит, в среднем цифры не меняются на протяжении последнего времени, остаются стандартными, привычными для всех.

Вы знаете, что у нас сейчас с точки зрения санитарных норм и правил закреплено количество квадратных метров на ребенка в классе, и в зависимости от размеров учебной аудитории, соответственно, там может быть разное количество детей в классе. Но примерно около 25, как было, так и есть, плюс-минус в зависимости от школы, конечно, могут цифры меняться, но примерно так, может быть, чуть больше.

Тамара Шорникова: Вы знаете, коллеги из Калининграда рассказывают о такой ситуации, которая сложилась в их регионе, не все справились с дистантом, с дистанционным обучением, и сократился персонал учебный, вот пишут о том, что «результатом стало массовое увольнение учителей в возрасте 65+, всего в области 14% возрастных педагогов, с системой образования расстались 318 человек». Там речь не только об учителях, но и о руководителях школы. Как в Москве с этим? Мы привыкли, что во многих дисциплинах, во многих регионах именно на таких учителях держится наше образование. Все ли смогли справиться? Кто им помогал?

Илья Новокрещенов: Вы знаете, здесь очень интересная история произошла. Дело в том, что в течение последних где-то 10 лет все-таки город проводил такую очень серьезную работу в плане цифровизации образования, и действительно, удалось сделать то, что все школы и все педагоги были обеспечены всеми необходимыми инструментами, для того чтобы, собственно говоря, осваивать «цифру». И как показала ситуация вот такая неожиданная, наверное, для всего мира, эти меры сработали, потому что школы действительно очень быстро перестроили свою работу уже тогда, когда только начиналась у нас пандемия коронавируса и многие стали уходить на дистанционное обучение, за неделю-две удалось развернуть полноценное обучение.

Дело в том, что в Москве действительно каждый педагог обеспечен персональным либо ноутбуком, либо, значит, планшетом, по его выбору, это все в рамках проекта «Московская электронная школа» происходило в последние годы. И так как в столице действуют электронный журнал и дневник, и самый главный... «Московской электронной школы», который содержит в себе и сценарии уроков, и учебные пособия, цифровые лаборатории, в принципе московские педагоги оказались готовы к тому, чтобы все эти огромные, так сказать, технические возможности цифровые использовать и тогда, в разгар пандемии, и сейчас тоже, когда какие-то вещи интересны, которые состоялись тогда, в марте, апреле, мае, и показали свою результативность, тоже сейчас педагогами используются. Поэтому в московских школах не произошло никакого оттока кадрового состава.

Я вам скажу даже больше, я был директором школы, когда только начиналась «Московская электронная школа», и мы, честно говоря, переживали, что, наверное, проще всего с ней разобраться будет молодежи, молодым педагогам, а педагогам старшего возраста будет сложнее. Удивительно, но результаты активности педагогов в «Московской электронной школе» с самого начала стали показывать, что, честно скажем, поколение педагогов 50+ оказались гораздо более активными пользователями, чем поколение 25–30+. Поэтому нет, наши учителя совершенно спокойно продолжают работать, в том числе те из них, кто находятся в группе риска, 65+, коллеги работают, могут это делать дистанционно, на удаленке, опыт такой накоплен был за время вынужденной самоизоляции.

Тамара Шорникова: Давайте вместе послушаем телефонный звонок, возможно, есть какой-то вопрос у нашего телезрителя. Петр из Москвы, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Вот у меня дочка переехала в Новую Москву, Коммунарка, «Скандинавия», у них 1-х классов в школе 14, а младшую дочку невозможно устроить в детский сад, потому что в садиках мест нет. Или же в Бутово куда-то возить, что неудобно, или на Теплый стан, естественно. К 8 часам старшую в школу надо проводить, а младшую уже некуда девать, и дочке приходится сидеть дома.

Иван Князев: Понятно. Да, спасибо, Петр.

Илья Владимирович, вот по поводу укомплектования, в Москве-то как оптимизация прошла? Количество детских садов сократилось? Вот у нашего телезрителя вопрос есть по этому поводу, некуда везти… Так, видимо, прервалась у нас связь с нашим экспертом.

Предлагаю тогда прямо сейчас посмотреть наш видеоматериал о том, как московские школы подготовились к новому учебному году, что сейчас там происходит. Давайте посмотрим.

ОПРОС

Иван Князев: Ну видите, как хорошо все в Москве, разве что количество автобусов увеличили, но зато все красивые такие. Хотя и здесь детям приходится добираться все-таки достаточно далеко на этих же автобусах.

Илья Владимирович, по поводу детских садов, то, что говорил наш телезритель, как оптимизация их коснулась?

Илья Новокрещенов: ...оперировать цифрами, количеством образовательных организаций. Их число действительно сократилось, потому что в Москве произошло, как мы знаем, укрупнение образовательных организаций, формирование больших образовательных комплексов, которые, соответственно, создавались ради того, чтобы все-таки увеличить, расширить возможности детей, что, собственно, и случилось. Здесь правильнее говорить все-таки о количестве детей, которые ходят в школу, о количестве зданий и о том, насколько дети обеспечены местами прежде всего в образовательных организациях, прежде всего в школах. Поэтому здесь, еще раз повторю, в отношении к Москве здесь очень аккуратно нужно оперировать количеством образовательных организаций.

Я могу сказать, что каждый год у нас вводятся все новые и новые школы, здания школ и здания детских садов, особенно это касается, конечно, Новой Москвы, там сейчас происходит такой строительный бум, как мы знаем, очень много, очень большое идет строительство жилья, очень много людей приезжает жить в Новую Москву. Одновременно с этим, параллельно с этим и застройщики, и город строят объекты социальной инфраструктуры, и школы, и детские сады в том числе, для того чтобы все-таки, действительно, все москвичи были обеспечены местами в детском саду, в дошкольных группах или в школах.

Иван Князев: Спасибо вам. Илья Новокрещенов, начальник Управления развития кадрового потенциала системы образования Департамента образования и науки города Москвы. Вот такая у нас ситуация в столице. Я думаю, сейчас многие наши телезрители из других регионов так нервно и гневно потирают руки. Давайте послушаем.

Тамара Шорникова: Да, давайте послушаем, что думает по поводу образования, системы, условий Любовь из Белгорода. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Я хочу сказать за вашу оптимизацию. У меня дети живут в Москве, ребенок ходит в начальную школу. У них в классе 35–36 человек – о каких знаниях можно говорить в настоящее время, если учитель не способен уделить внимание каждому ребенку? Они только дают знания как студентам, а с остальными уроками разбираются родители дома. Благо если родители еще, извините, с высшим образованием и умные, а если родители работают рабочими или некогда заняться детьми?

Школа сейчас ничего не дает, знаний нет у детей. Старший внук окончил школу здесь, в Белгороде, но школа ему ничего не дала, лучше бы он ходил 2 эти года к репетиторам по профилю, куда он хотел поступать. Без репетиторов сейчас дети в институты не поступают – так зачем тогда нужна эта школа, 10–11-е классы?

Иван Князев: Понятно, спасибо, Любовь. Ну вот эта уже информация, мне кажется, все-таки ближе к реальности.

Тамара Шорникова: И уже 35, а не средние 25 в классе, да?

Иван Князев: Да-да-да, то, что говорят наши телезрители.

Ну вот такая картина в Москве, а давайте посмотрим, что происходит в других регионах. Вот, к примеру, в поселке Пролетарское в Кабардино-Балкарии школа оказалась переполнена, занятия там проходят в несколько смен. Здание рассчитано на 450 человек, а учится там сейчас в 2 раза больше детей. Сюда вынуждены ездить ученики из соседнего села Красносельское, там школу признали аварийной, а детей перевели в Пролетарское. Теперь, чтобы попасть на уроки, ученики в сопровождении родителей каждый день приходят на окраину села, где останавливается школьный автобус. До учебного заведения ехать, внимание, 10 километров, но из-за того, что транспорт по пути объезжает почти все ближайшие деревни, дети не успевают на уроки.

Галина Филинкова: У нас из Граничного уходит автобус в 8 часов утра, а в 8 утра начинаются занятия. Дети приезжают в школу к концу первого урока. Представьте, они первый урок все пропускают. Вот у меня внук пошел в 1 класс, он, считай, не получает знаний.

Лейла Мамедова: Вот дочка лично приходит, вот она уходит в 12 часов, приходит в 8, уже темно. Она уставшая, она ничего не может сделать. Вот буквально вчера вечером она без сил была, говорит «голова болит, мне плохо, хочу вырвать», вот до такой степени ребенок устает. Она даже уроки не смогла сделать.

Тамара Шорникова: Власти пообещали построить новую школу в селе Красносельское и даже показали жителям проект учебного заведения. Но работы начнутся только в следующем году, а завершатся по плану в 2024-м. До этого времени дети будут учиться в переполненной школе.

Иван Князев: SMS с Камчатки: «У нас пришлось некоторым школам начать работать в две смены. Некоторые директора школ нашли выход и перевели часть учащихся на дистанционное обучение. Но новый губернатор запретил это делать».

Тамара Шорникова: Белгородская область: «Учебники приобретали за свой счет, 2 класс. Но в школе сказали, что после окончания учебного года сдать в школу. И как это?» – Старый Оскол. То есть свои, получается, книжки.

Иван Князев: Еще один эксперт у нас на связи, Амет Володарский, омбудсмен в сфере образования. Здравствуйте, Амет Александрович.

Амет Володарский: Добрый день, коллеги.

Тамара Шорникова: Да. Амет Александрович, ну сейчас, судя по видеоматериалу, который мы только что посмотрели, ситуация пандемии коронавируса выявила, подсветила проблемы, которые вот в связи с этой оптимизацией сложились в системе образования. Что с этими проблемами делать, как их решать? Мы укрупняли школы, получается, их сейчас существенно не хватает. Снова строить новые? Как можно выйти из этой ситуации?

Амет Володарский: Вы знаете, выход из этой ситуации есть, и мы, значит, я, в частности, мы больше 15 лет предлагаем не придумывать велосипед и пойти по пути привлечения к решению этих социальных проблем частного капитала. У нас до сих пор к частным школам, к частным вузам, к частным детским садам относятся, мягко говоря, нехорошо. Хотя я хочу сказать, что есть регионы, в том числе благодаря вот нашему ежегодному отчету перед президентом через Уполномоченного по защите прав предпринимателей, благодаря вот этому отчету, в том числе благодаря тому, что Департамент образования действительно понял, какая существует проблема, Департамент образования уравнял финансирование государственных и частных школ в Москве.

То есть мы о чем говорим? Мы говорим о том, что, если есть подушевое финансирование, дайте возможность родителю самому решить, куда отнести деньги. В таком случае частная школа для них будет бесплатна, то есть мы выдаем, допустим, образовательный сертификат, и он с этим образовательным сертификатом идет в ту или иную школу независимо от формы собственности, государственная или частная.

Тамара Шорникова: А на какую сумму такой сертификат может быть? Потому что сейчас вы говорите о том, что не очень хорошо относятся к частным детским садам и школам, но в большинстве случаев это, мне кажется, потому, что не могут себе их позволить учебу, нахождение? Они же стоят, как самолет. Вот этот сертификат на какую сумму будет? Сможет ли он действительно покрыть, или это будет часть какой-то платы за обучение или нахождение?

Амет Володарский: Я хочу уточнить, что у общества как раз положительные тренды в отношении к частному образованию, общество как раз принимает частное образование, общество не делит сегодня на государственное и частное. Какая разница, где ты получаешь знания? Главное – качество этих знаний.

Мы говорим о том, что иной раз исполнительная власть частное образование не допускает к государственным проектам, в некоторых регионах прямо идет борьба с частным образованием. Я сегодня хочу сказать, что у меня большое количество жалоб на нарушения законодательства в регионах по отношению к частному образованию. То есть в то время, когда там та же самая Европа, Китай, Индия решают социальные проблемы в области образования за счет привлечения частных вузов, частных школ, частных детских садов, у нас сегодня зачастую просто идет борьба.

Поэтому мы предлагаем все-таки, первое, необходимо во все структуры, в Министерство просвещения, в Министерство образования, в департаменты региональные, обязательно должен быть замминистра или какой-нибудь чиновник от частного образования, который бы запускал вот эти процессы, о которых я говорю. При этом, отвечая на этот вопрос, сегодня финансирование, которое дает Москва на подушевое финансирование, фактически перекрывает расходы в частных школах. Мы вот этот положительный кейс пытаемся донести до других регионов, мы говорим: коллеги, губернаторы, давайте те деньги, которые у вас запланированы на одного ребенка, дадим возможность родителям этого ребенка отнести эти деньги в частную школу. Но иногда нас просто не слышат. Мы говорим, да, есть регионы, которые финансируют частные...

Тамара Шорникова: Амет Александрович, можно вас прервать? Какое количество частных школ у нас есть в регионах? Детских садов, частных школ? Вот в селе в Кабардино-Балкарии, даже если дать родителю деньги, куда он их понесет? Там же дай бог, если одна какая-то старая советской постройки школа осталась.

Амет Володарский: В Кабардино-Балкарии есть частные школы и частные детские сады, и я вам хочу сказать, что они великолепно работают. Другой вопрос, вы правильно подняли тему, сегодня частная школа или частный вуз, да любой вуз государственный, частный или школа, обязаны иметь лицензию, а для того чтобы получить лицензию, они обязаны иметь организационно-правовую форму в статусе некоммерческой организации. Так вот мы предлагаем дать возможность хотя бы школам учреждаться в форме ООО, общества с ограниченной ответственностью. Оттого, что вы назовете это ООО или НКО, эффективность образования не изменится.

Мы говорим о том, что есть федеральный закон о защите среднего и малого предпринимательства, и там есть такой пункт, который называется «Социальный предприниматель», и сегодня образование уже отнесли к понятию социального предпринимательства вот в этой части, в той части, когда речь идет о получении денежных средств. Таким образом мы говорим, что если будут открываться ООО, школы, которые будут получать те самые средства от родителей через вот этот сертификат, сами родители из своих личных средств ничего платить не будут, а только из того сертификата, который...

Иван Князев: Вот это я как раз-таки все ждал, ждал, когда вы это скажете, будут ли родители платить за это все-таки, что-то доплачивать или нет.

Амет Володарский: Нет, нет. Мы вот как раз недавно проводили совещание, и 2 октября у нас будет совещание омбудсменов в сфере образования регионов России, и большинство регионов подтверждают, что если частным школам дать то финансирование, которое сегодня идет в государственные школы, то родители не будут доплачивать за обучение. Таким образом, мы с вами серьезно решим проблему...

Иван Князев: ...нехватки.

Амет Володарский: ...нехватки мест в школах и детских садах.

Иван Князев: Амет Александрович, давайте телезрителей послушаем. У нас Ирина на связи из Санкт-Петербурга, давно ждет человек. Здравствуйте, Ирина.

Зритель: Здравствуйте-здравствуйте. Я педагогом работаю в школе.

Иван Князев: Да.

Зритель: И вот выслушала мнение родительницы о том, что учителя ничего не делают, зачем учиться, зачем одно, второе. Дело в том, что у нас получается, что все, понимаете, сваливается на учителей. Родители немножко с себя многие снимают ответственность, и дистанционное обучение в принципе показало трудности, с которыми все столкнулись.

А то, что у учителей помимо детей еще целая куча бумажной волокиты, понимаете, электронные журналы, дневники, диаграммы, ВПР и все, а зарплата оставляет желать лучшего... Если на сайтах посмотреть отзывы, что пишут учителя, сколько на нас сверху сваливается и что мы делаем, понимаете? Иногда, бывает, хочется сказать, когда же заниматься детьми, понимаете? Поэтому учителям вообще нужно сказать большое спасибо, что они делают.

Конечно, нужно, чтобы сверху как-то понимали, потому что у нас получается, кто наверху, такое чувство, что с детьми-то не работали, не видят всех тонкостей, понимаете? А мы, люди, которые пришли и по 25–30 лет работаем в школе, мы все выполняем, понимаете, безропотно и просто молчим, вот что.

Иван Князев: Понятно. А сколько у вас учеников в классе в среднем?

Зритель: Вы понимаете, я работаю педагогом дополнительного образования, я учитель-логопед, у меня коррекционная работа. У нас тоже, допустим, нормы одни, детей мы набираем, должны быть свыше, а руководство просит больше детей набирать, понимаете? То есть есть какие-то свои тонкости, документы, еще какие-то нормативы, понимаете?

Иван Князев: Ага.

Зритель: Каждое учреждение свое, свыше что спускают, тут везде хватает. Я просто... сталкивалась в школе, вижу...

Иван Князев: Да, Ирина, мы поняли.

Зритель: Учителей не хватает, понимаете, молодежь особо-то не идет работать, сейчас неукомплектование, в группы продленного дня выходят на классы, понимаете?

Иван Князев: Да, понятно, спасибо, спасибо вам, Ирина.

Амет Володарский: Кадровая проблема на самом деле сегодня одна из самых главных проблем в высшей и в средней школе. И то, что сейчас педагог сказала, это действительно так, это вершина айсберга.

Иван Князев: А мне просто интересно, я прошу прощения, Амет Александрович, какие у нас вообще нормативы существуют по нагрузке и учителей, и вообще по нагрузке классов? Наверное, это же тоже плохо для ребенка, когда у него 50 человек-одноклассников сидят.

Амет Володарский: Да, есть...

Иван Князев: И как они обходятся, эти нормативы.

Амет Володарский: Я хочу сказать, что есть определенные требования, значит, к школам, к детским садам, и в зависимости от того, начальная это школа, средняя школа или старшая школа или это дошкольное учреждение, требования разные. Я хочу сказать, что сегодня если Роспотребнадзор зайдет в любую, практически в любую школу, он обязательно оттуда выйдет с предписаниями, потому что, конечно, нарушения есть, нарушения СНиПов, нарушения стандартов есть. Поэтому мы и говорим, что в период все-таки сложный, хотя бы на период, во-первых, период коронавируса и в будущем период перехода на цифровую экономику, когда нам нужно будет больше школ, больше детских садов, я бы все-таки предложил уменьшить, значит, требования, ослабить в рамках вот этой регуляторной гильотины...

Иван Князев: Тогда же учителя совсем загнутся просто, если их еще больше ослабить, тогда директор школы как насядет на них...

Амет Володарский: Так нет, в том-то и дело, что я говорю, что те регуляторные проблемы, которые сегодня есть, в первую очередь касаются постоянных отчетов учителей. Учителя вместо того, чтобы готовиться к занятиям, они вынуждены писать отчеты.

Иван Князев: Ну понятно, да.

Амет Володарский: Они вынуждены готовить, мыть, вычищать школу, сейчас новые требования Роспотребнадзора, вот эти постоянные в рамках коронавируса действия сегодня ведутся. То есть помимо того, что...

Тамара Шорникова: Понятно, да, спасибо.

Иван Князев: Их надо убирать.

Тамара Шорникова: Амет Володарский, омбудсмен в сфере образования.

Давайте подключим еще одного эксперта – Александр Милкус, обозреватель Издательского дома «Комсомольская правда», завлабораторией Высшей школы экономики. Александр Борисович?

Александр Милкус: Да, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, здравствуйте. Хочется ваше мнение услышать. Вот было, прозвучало предложение об образовательных сертификатах, выдавать их на руки родителям, чтобы выбирали, подключать частные школы к образованию, раз не можем быстро простроить другие школы...

Александр Милкус: Понятно.

Тамара Шорникова: Есть ли какие-то альтернативные решения? Насколько разумным вы видите это?

Александр Милкус: Я понял, я понял.

Тамара Шорникова: Что делать, чтобы хватало школ, учителей?

Александр Милкус: Смотрите, значит, о том, что у нас будет волна детей, которые будут приходить в школы, их будет все больше и больше, было известно еще при министре Андрее Александровиче Фурсенко, в принципе расчеты были. Сейчас есть проект «Современная школа», он входит в национальный проект «Образование». В рамках этого проекта в регионах в этом году было сдано 93 школы, в следующем году будет сдано еще 180 школ. Конечно, это немного, потому что, если мы берем количество школ вообще, у нас 93 тысячи школ, но хотя бы вот это количество, да. На фоне этого, конечно, можно привлекать и частные школы, но частных школ у нас 600 штук всего.

Тамара Шорникова: Вот.

Иван Князев: В стране, да?

Тамара Шорникова: Число хотелось услышать, да.

Александр Милкус: Они, в общем-то, наверное, погоды не сделают, хотя, наверное, это и хорошо. То есть в принципе нужны все средства, для того чтобы обеспечить детей обучением. Третье, что у нас сейчас развивается, – это семейное обучение. Уже от 3 до 5% детей, особенно в средней и старшей школе, переходят на семейное обучение, родители сами открывают школы, и это тоже разрешено законодательством. Это вот три направления, по которым можно и нужно решать эту проблему.

Дальше, мне кажется, еще есть проблема управленческая. Вот Москва, в общем-то, в течение последних 10 лет собирала ресурсы, и вот это объединение школ позволило максимально оптимизировать, максимально рационально использовать школьное пространство. То есть в одной школе старшая школа, в другой средняя, в третьей младшая школа, занимать детей и так далее, и так далее.

Ну вот я недавно вернулся из одного дальневосточного региона и разговаривал там с директором одной очень там знаменитой школы. И вот она мне рассказывает, что у них... Туда очень сложно попасть, они с помощью шефов надстроили 3-й этаж, в мансарде у них учатся дети старшей школы, потому что больше их негде разместить. Я ее спрашиваю: «Скажите, пожалуйста, а у вас рядом есть школа?» – «Да, вот за углом есть школа». Я говорю: «И что?» Она говорит: «Ну это отстойная школа». Я говорю: «А может быть, как-то вы объедините? Вот вы сможете поднять уровень детей, которые в этой школе занимаются, возьмете другое здание». И дальше знаете, что удивило? Вот директор школы, она так скривила губы и говорит: «Я буду вот с этими объединяться?» А это что, не ваши дети? Это такие же дети, так же учатся, так же живут в этом городе, и это тоже проблема управленческая.

То есть у нас есть еще ресурсы, но у нас во многих школах во многих регионах, в отличие от Москвы, как хороший пример такой, есть столпы такие, вокруг которых все пляшут, знаменитые гимназии, школы, и есть, в общем-то, такие, «отстой», и вот они, там и дети такие, и учителя такие. Ну это же неправильно, у нас же все дети равны, и вот это еще один ресурс, для того чтобы можно было обеспечивать всех детей возможностью учиться нормально, в нормальных классах, не переполненных, поднять уровень учителей. Вот этот весь комплекс надо решать одновременно, и мне кажется, что сейчас Министерство просвещения достаточно активно этим занимается. Наверное, нужно время, для того чтобы с этим разобраться.

Тамара Шорникова: Александр Борисович, давайте вместе послушаем телезрительницу Елену из Анапы. Здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Хотелось бы озвучить вопрос. У меня внучка пошла в 1 класс в этом году, школа №7. Классы переполнены, у нее 1 «Г», в классе 43 человека. Класс очень маленький, очень душно. Очень хотелось, чтобы построили новые замечательные школы для детей.

Тамара Шорникова: Да, понятно.

Зритель: И так, я думаю, что этот вопрос в каждой школе города Анапы.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Иван Князев: То есть вариантов в соседнюю школу перевести никаких, это бессмысленно.

Тамара Шорникова: Не только Анапа, я знаю, что и в Крыму тоже аналогичные проблемы. При этом в том же Симферополе, например, огромные кварталы выстраиваются новые сейчас. Вот, может, как-то пожестче с застройщиками работать?

Александр Милкус: В Краснодарском крае одна из самых серьезных проблем, там очень большое количество детей в классах переполненных. Каждый директор школы ждет, как Амет Александрович правильно сказал, прихода прокуратуры, прихода Роспотребнадзора и вынесения очередного предупреждения или штрафа. Это такая вот реальная проблема.

Но вот смотрите, что у нас... Давайте выйдем на оптимизм, что у нас сейчас было разрешено буквально в этом году? Новые школы теперь разрешили строить высотой 5 этажей, а раньше было 4. Разрешили теперь не ориентировать по сторонам света, это очень серьезно мешало... Вот если в большом районе, где нет площадей, «посадить» новую школу было очень сложно, потому что очень были серьезные ограничения строительных норм. Теперь вот это сняли, потому что есть у нас современные способы осветить кабинеты по-другому. Разрешили размещать на 3 этаже и выше кабинеты и для 4-х классов и разрешили как бы вписывать в возможное пространство вот эти новые школы.

Может быть, через несколько лет, через год-два, потому что это вот буквально решение этого года, удастся все-таки именно в районах, где много людей живет, открыть новые школы, они будут, наверное, по индивидуальному проекту, потому что нужно в каждом случае вписывать их в застройку.

Иван Князев: Понятно. Спасибо большое, Александр Борисович. Александр Милкус, обозреватель Издательского дома «Комсомольская правда», был с нами на связи, заведующий лабораторией Высшей школы экономики.

Тамара Шорникова: Да. У нас много SMS приходит из регионов. «Кто не хочет учиться в переполненной школе, пусть приезжает в село, здесь учеников мало», – мол, тоже есть такой вариант. «Начало занятий в школе развели, наш 3 класс приходит на 1,5 часа позже, а мне к 8 на работу, ребенок во дворе школы 1,5 часа болтается», – Татарстан. Много проблем, конечно. Как с ними справляются за рубежом, давайте тоже узнаем.

Иван Князев: Да, там тоже сталкивались с таким понятием, как оптимизация в образовании. Вот сейчас с нами на связи Владимир Дашевский, журналист, наш коллега. Здравствуйте.

Владимир Дашевский: Bonjour, Москва!

Тамара Шорникова: Да, Париж на связи.

Владимир Дашевский: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Здравствуйте.

Иван Князев: Как Франция, как Париж пережил оптимизацию?

Владимир Дашевский: Оптимизацию погоды, может быть, начать? Плюс 34 градуса уже в течение 2 дней.

Иван Князев: Нет, с этим у вас все хорошо, с оптимизацией школ хотелось бы разобраться.

Владимир Дашевский: Все великолепно, только весь Париж ходит в масках, без масок ходить нельзя.

Все, что касается школ, да, в школе тоже есть модернизация и оптимизация борьбы с COVID. До 11 лет дети могут не носить маски, ну там есть определенные условия, то есть при входе, конечно, это обязательно использование геля, обязательная проверка детей, обязательная непосредственная уборка помещений. Но это все, что касается внутреннего распорядка. Внешнего распорядка для детей 11 лет, они как бы маски не используют, их можно не использовать. Их можно собирать в группы, можно выводить на улицу, но их стараются как бы отделить от средних и старших классов. Начиная с 11 лет использование масок обязательное.

Тамара Шорникова: Владимир, если не говорить о каких-то... Простите, что перебиваю, времени мало.

Владимир Дашевский: Ничего страшного.

Тамара Шорникова: Если не говорить о каких-то гигиенических уже особенностях, что касается отдельных классов? У вас ученики учатся в отдельных... ?

Владимир Дашевский: Ну слушайте, что касается отдельных классов, если ребенок заболел в классе, то есть если у него установили, что у него есть COVID, то есть даже если он не заболел, а находится в таком «скрытом» режиме, то класс закрывают. Если 3 человека на одном, будем так говорить, потоке, закрывают как бы несколько классов. Если на разных потоках средняя или старшая школа, старшие выпускники, то закрывают школу, вот.

Владимир Дашевский: Классов, педагогов у вас хватает, Владимир?

Иван Князев: Их тоже сокращали и объединяли в свое время?

Владимир Дашевский: Вы знаете, со школами пока все нормально, они даже просто сделали немножко другую историю. В связи с тем, что COVID, ну как бы дети многие занимались дома, а дома ребенок занимается по-разному, некоторые лучше готовятся, потому что родители помогают, некоторые хуже, то они ввели дополнительные классы. То есть они ушли от истории, что 38 или 40 детей в классе, они сделали классы максимально 25 человек.

Ну и понятно, что вся эта гигиеническая система, столы на метре, в некоторых школах некоторые преподаватели вводят такие жесткие условия, если ребенок взял ручку, ручка выбрасывается, ребенка могут оставить, он может оставить ребенка еще на час занятий, ну чтобы дети понимали всю сложность ситуации, в которой как бы мы живем.

Тамара Шорникова: Да, интересен опыт. Спасибо.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Владимир Дашевский, наш коллега из Франции, рассказал, как за рубежом непростые времена переживают, учебный процесс как там выстраивают.

Иван Князев: Ну, если отталкиваться от его выступления, я так понимаю, все-таки в Париже несмотря на то, что там тоже много людей живет, школ и места в школах хватает все-таки.

Тамара Шорникова: Как сделать так, чтобы у нас хватало тоже школ и места, педагогов? Наши коллеги вечером продолжат эту тему.

Мы скоро вернемся.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Татьяна
Об образовании можно говорить бесконечно. Но пока не пересмотрят КИМы, содержание программ, объемы даваемого материала и не приведут это в соответствие с физическими возможностями детей результата и качества знаний не будет. Школьная программа перегружена. В неё впихнули невпихаемое. Создатели программ решили, что из школы должны выходить академики. Здоровье ребят летит к чертям. Забыты худ., спорт., муз., школы. В уме - рефераты, проекты, презентации и как итог - обучение у репетитора за большие деньги. Учить надо меньше, да лучше! А то дошли до того, что дети не знают как зовут Пушкина, кто такой Ленин, на какие страны распалась Чехослования, куда впадает Волга...?