Иван Князев: В эфире «ОТРажение», мы продолжаем. Марина Калинина с вами… Марина Калинина: …и Иван Князев. Вот о чем поговорим в ближайшее время. Иван Князев: В Минздраве предупредили о риске смерти в течение полугода после COVID-19. Михаил Мурашко это заявил и рекомендовал переболевшим пройти расширенную диспансеризацию. Можно ли это сделать бесплатно и где, вот что хотим узнать. Марина Калинина: Да. Еще из новостей о COVID: в Евросоюзе заявили о полной вакцинации 70% взрослого населения, а в России не исключают новую вспышку коронавируса уже этой осенью. Все это обсудим с нашими экспертами прямо сейчас. Иван Князев: Ну вот какие есть данные по тому, сколько привили в Европе. На Мальте тут заявляют о том, что более 90% взрослого населения было привито. В Ирландии, Португалии вакцинировали более 80% совершеннолетних. Ну и также наши отечественные врачи заявляют, что все-таки осенью в России может начаться новый всплеск заболеваемости COVID-19, и даже дают советы о том, как правильно разделить прививку от гриппа, потому что у нас еще и грипп сезонный будет, и сделать прививку от COVID-19 тем людям, которые это еще не сделали. Марина Калинина: То есть получается, что две прививки, что ли, надо сделать будет? Ну посмотрим, все узнаем. Иван Князев: Ну, узнаем сейчас у специалистов. Николай Крючков у нас на связи, генеральный директор контрактно-исследовательской компании, иммунолог, кандидат медицинских наук. Николай Александрович, здравствуйте. Марина Калинина: Здравствуйте, Николай Александрович. Скажите, вот такое заявление Минздрава, о котором мы сейчас рассказывали, что действительно очень много смертей после того, как человек уже переболел COVID. В чем причина? Николай Крючков: Да, добрый день. Причина в очень простой вещи – развивается постковидный синдром у части людей, которые переболели среднетяжело или тяжело, соответственно, в результате часть людей могут выбирать. Да, это небольшое количество, конечно, в процентном отношении, но, в общем, из-за того, что десятки миллионов людей переболевают, конечно, число становится заметное. Речь идет, повторяю, именно о тех, кто переболел среднетяжело и тяжело или крайне тяжело, отсюда, конечно, повышенная частота подобных ситуаций у тех, кто… Иван Князев: Николай Александрович, просим прощения, очень плохая связь, очень плохой звук. Мы сейчас перенаберем вас по телефону, поэтому не уходите далеко. Но, кстати, вот что заявили в Минздраве, почему вот этот риск осложнений после COVID-19 возрастает именно на протяжении полугода, это, кстати, для тех пациентов, которые перенесли COVID. Вот что заявил Михаил Мурашко: «Все это время возможно появление разного рода осложнений, связанных с образованием тромбов, поражением нервной и сердечно-сосудистой системы». Уже сейчас в Минздраве готовят списки претендентов на диспансеризацию, такую широкую достаточно диспансеризацию, не просто пришел, проверил состояние здоровья, но и, возможно, какие-то процедуры потребуются. Марина Калинина: Вернулся к нам Николай Александрович, по телефону с ним связь. Николай Александрович, еще раз здравствуйте. Давайте, потому что плохо было слышно, начнем с начала, как говорится. Николай Крючков: Да. Ну, собственно, суть заявления в том, что министр обратил внимание на ситуацию с постковидным синдромом. Дело в том, что в связи с очень высокой заболеваемостью даже относительно небольшой процент людей, которые умирают вследствие отдельных осложнений коронавирусной инфекции, в общем, составляют заметную долю. Ну и также не забываем, что, в общем-то, значительное количество людей, а именно примерно 60% людей, перенесших коронавирусную инфекцию, COVID-19, в среднетяжелой, тяжелой и крайне тяжелой формах, у них сохраняется как минимум один симптом постковидного синдрома в течение как минимум 6 месяцев с момента развития COVID-19. 60% людей, то есть это довольно большой процент, больше половины. Поэтому, конечно, эта проблема… Марина Калинина: Какой, какой симптом сохраняется? Николай Крючков: Как минимум один симптом из постковидных. Иван Князев: Какой? Марина Калинина: Какой, какой именно? Иван Князев: Одышка? Что еще? Марина Калинина: Какие могут быть? Николай Крючков: Еще раз уточняю: как минимум один симптом из характерных постковидных. Этих симптомов много, я могу их перечислить… Иван Князев: Ну хотя бы основные, чтобы мы понимали. Марина Калинина: Хотя бы несколько, да. Николай Крючков: Да. Ну смотрите, симптомы, связанные с поражением центральной нервной системы и периферической нервной системы, в первую очередь это головные боли, нарушения концентрации внимания, нарушения кратковременной памяти, туман в голове, что называется. Это депрессия, повышенная тревожность и очень часто нарушения сна. Это то, что касается психоэмоциональной сферы, поражения центральной нервной системы. Кроме того, это могут быть одышка, чувство нехватки воздуха, сердцебиение усиленное, также выпадение волос сохраняющееся, нарушения обоняния сохраняющиеся – ну вот это основные. Ну, конечно, общая слабость, наиболее частый симптом, на что жалуются в постковиде, – это сильно выраженная общая слабость и отсутствие сил, это наиболее частый симптом. Иван Князев: А что за история с тромбами, с их образованием? Николай Крючков: Дело в том, что, как мы знаем, одной из проблем COVID-19 является усиление тромбообразования, и понятное дело, что у части пациентов, даже выздоровевших от COVID-19, остаются проблемы со свертываемостью крови. Главным образом речь идет о микротромбозах, то есть о тромбозах в так называемом микроциркуляторном русле, то есть на уровне прекапилляров, капилляров, маленьких артериол, соответственно, не в крупных сосудах. И конечно, вот такие, значит, обширные, но небольшие тромбозы, или нарушения свертываемости крови, они приводят к тому, что возникает гипоксия, ишемия в разных тканях и органах, например в головном мозге, из-за чего может развиваться, например, энцефалопатия, может быть в почках, может быть в сердечной мышце. Поэтому, соответственно, для того чтобы, значит, проверить, так это или не так, существует специальный метод исследования, называется коагулография, и есть там несколько параметров, например РФМК, D-димеры, которые позволяют очень быстро установить, есть ли там проблемы с этим. Если они есть, то показана продолжительная антикоагулянтная терапия. При этом, еще раз повторяю, самолечением заниматься не надо, эта терапия показана только в случае наличия реальных проблем после COVID. Установить наличие или отсутствие такого заболевания, такого состояния, синдрома может только врач, поэтому если у вас есть сомнения, если вот те симптомы, которые я перечислил, у вас есть, возможно, они связаны с тем, что у вас сохраняется повышенная свертываемость крови после COVID. Соответственно, для того чтобы установить, так это или не так, обратитесь к врачу. Марина Калинина: Ага. Иван Князев: Давайте послушаем наших телезрителей, много звонков, много вопросов. У нас сейчас на связи Архангельская область, Владимир дозвонился. Владимир, здравствуйте. Зритель: Здравствуйте, здравствуйте. Можно ли задать вопрос специалисту? Марина Калинина: Конечно. Иван Князев: Конечно, нужно. Зритель: Он меня слышит? Марина Калинина: Да. Иван Князев: Да. Зритель: Скажите, пожалуйста, мне 70 лет, я с Архангельской области, уже 12 лет онкобольной, простата была удалена и так далее. Я своих докторов, которые меня ведут все эти годы, неоднократно спрашивал, они говорят: «Решай сам». Ну это же не вопрос, «решай сам». По месту жительства, я с космодрома «Плесецк», по месту жительства у своих терапевтов, там жена ходила прививку делала, спрашивала специалистов, они говорят, что нельзя, нельзя, терапевт говорит, что нельзя, участковый терапевт. И вот как быть? Иван Князев: Да, спасибо вам за ваш вопрос. Николай Александрович, разброс мнений до сих пор у медиков по этому поводу. Николай Крючков: Тут надо сказать, что формально онкологические заболевания, тем более в анамнезе, не являются противопоказанием к вакцинации. Здесь принципиально что? Принципиально то, получаете ли вы химиотерапию, радиотерапию, то есть ту терапию, которая направлена в том числе на подавление функций иммунной системы, получаете ли вы гормоны какие-то, гормональные препараты, соответственно, от этого зависит. И второй момент, есть ли у вас уже стойкий, выраженный иммунодефицит, который препятствует образованию иммунитета. Если на оба вопроса ответ «нет», если вы сейчас не находитесь на терапии, то само по себе наличие онкологического заболевания не является противопоказанием в соответствии с утвержденными инструкциями по применению. Но, конечно, в любом случае лучше посоветуйтесь со своим онкологом, но еще раз повторяю, что формальных противопоказаний для вакцинации нет. Иван Князев: Спасибо вам. Марина Калинина: Спасибо за такой развернутый ответ. Иван Князев: Николай Крючков, генеральный директор контрактно-исследовательской компании, иммунолог, был с нами на связи. Марина Калинина: Прямо сейчас на связи у нас Алексей Живов, это главный врач Ильинской больницы, кандидат медицинских наук, доцент. Алексей Викторович, здравствуйте. Иван Князев: Ну вот что пишут нам наши телезрители из Ставропольского края: «Как правило, сегодняшняя диспансеризация – это профанация», – то есть просто приходят люди, у них берут какие-то анализы, ничего толком не назначают, никакого… нет. Марина Калинина: Ну вот из Татарстана спрашивают тоже, какие лекарства рекомендуют пропить после того, как переболел COVID, чтобы как-то смягчить или вообще избежать вот этих постковидных симптомов, которые остаются. И из Краснодарского края такое предложение пришло, значит, статистику надо пересмотреть и учитывать полное выздоровление только спустя 6 месяцев после того, как человек переболел коронавирусом. Иван Князев: Алексей Живов у нас на связи. Алексей Викторович, слышите нас? Алексей Живов: Да-да, здравствуйте. Иван Князев: Алексей Викторович, по поводу вот этой углубленной диспансеризации. Сколько у нас, я так понимаю, по статистике у нас около 5 миллионов подтвержденных случаев COVID, и хотелось бы понять, сколько людей в зоне риска вот так вот в течение полугода, чтобы у них появились какие-то серьезные осложнения. Алексей Живов: Ну смотрите, по данным официальной статистики, у нас, по-моему, уже больше 6 миллионов тех, у кого была выявлена новая коронавирусная инфекция в результате анализа ПЦР. Поскольку у нас все-таки обследуют в основном лиц, у кого есть симптомы, значит, мы совершенно спокойно можем добавить еще минимум от 5 до 20% к этой цифре тех, кто болел бессимптомно вообще и не обращался за выполнением анализов. Поэтому цифры большие на самом деле, это большие цифры. Тяжелое течение заболевания наблюдается примерно у 15–20% заболевших, вот, поэтому… Ну, скажем так, посчитав, примерно мы можем знать, что если за истекшие неполных 2 года, за 1 год и 8 месяцев, у нас более 6 миллионов заболевших, то, соответственно, сделав простой расчет, мы можем понять, что где-то в год мы получаем как минимум около 1 миллиона тяжелобольных… Иван Князев: …которым потом потребуется реабилитация, диспансеризация. 6,8 миллионов случаев заболевания COVID у нас, уточним. Алексей Живов: Самое главное, что последующая госпитализация, потому что основные затраты на лечение – это госпитализация. А что касается их реабилитации… Ну, с моей точки зрения, это более простой вопрос, понимаете. Какая диспансеризация, какая реабилитация? Этих пациентов надо наблюдать в амбулаторных условиях, и самое главное, чтобы они на выходе из стационара и потом в первые недели после выписки были проконсультированы по поводу того, что им делать. Никакого специфического лечения, как правило, они не требуют, они требуют реабилитации дыхательной функции, и для этого им надо просто выполнять физические упражнения, поменьше курить и больше двигаться – вот это основное, чем является реабилитация после ковидной инфекции. Да, бывают разные осложнения, но это уже другой совершенно вопрос, это вопрос лечения этих осложнений в основном в амбулатории. Иван Князев: А как восстанавливать нервную, сердечно-сосудистую систему? Алексей Живов: Никто этого не знает, слушайте. Все разговоры на эту тему – это все досужие рассуждения. Что восстанавливать-то, какие нарушения? Во-первых, никто точно не знает, какие точно бывают нарушения нервной и сердечно-сосудистой системы. Иван Князев: Ну вот нам сейчас эксперт говорил, что у людей на протяжении нескольких месяцев помутненное сознание… Марина Калинина: …кратковременная потеря памяти… Иван Князев: …постоянная усталость, даже потеря памяти. Алексей Живов: Да, это… Я вам скажу так – это, как бы будучи вежливым к этому эксперту, со всем уважением к нему, это как минимум неточная и малоподтвержденная информация. Иван Князев: Ну подождите, эксперт ладно, об этом говорили в Минздраве, об этом говорил глава Минздрава. Алексей Живов: Для того чтобы говорить об этом серьезно и планировать реабилитацию, соответствующие силы и средства для ее осуществления, нужно знать цифры. Дайте мне исследование корректно проведенное в Российской Федерации, в котором отражено, что, допустим, 20% переболевших имеют какую-то тяжелую нервную астенизацию. Я не видел ни одного корректно проведенного эпидемиологического исследования на эту тему. Досужие разговоры чьи-то и предположения не могут приниматься на веру – нужно провести исследование вначале этой проблемы. Где оно, вы знаете? Я не знаю. Иван Князев: Но просто не получится ли так, что пока мы будем проводить эти исследования, наблюдать, сколько времени на это уйдет, а люди получат вот такие вот «сюрпризы». Алексей Живов: Вы знаете, достаточно обследовать несколько тысяч, например 10 тысяч переболевших, и все. Для того чтобы это исследование выполнить, нужен месяц времени, не больше. Марина Калинина: Алексей Викторович, такой вопрос. Понятно, что ничего не понятно, какие там последствия могут быть после средней перенесенной тяжести или тяжело перенесенного COVID, но в принципе вы можете такой какой-то практический совет дать, на что нужно обратить внимание, какие такие вот звоночки, когда нужно идти к врачу, действительно после COVID проверяться, не знаю, сдавать анализы и так далее? Алексей Живов: Ну, поскольку основным органом-мишенью для коронавируса являются легкие, то надо основное внимание уделять дыхательной недостаточности. Если у вас есть одышка, если вы плохо переносите нагрузку, то имеет смысл сходить к врачу-терапевту и проверить свою дыхательную функцию в первую очередь. И если вам сделают, допустим, компьютерную томографию и окажется, что у вас имеются очаги так называемой консолидации в легких, то есть там имеются очаги, где легочная ткань из воспалительной превратилась в фиброзную, больше не работает, тогда нужны специальные мероприятия. Вот и все, это основное. Иван Князев: Послушаем вопросы от наших телезрителей. Светлана, Орел на связи. Зритель: Здравствуйте. Вот у меня заболевание Виллебранда, нарушение 8-го фактора свертываемости крови. Никто из терапевтов конкретно не может сказать, показана ли мне прививка против COVID или нет. Может наш гость ответить мне на этот вопрос? Иван Князев: Алексей Викторович? Марина Калинина: Алексей Викторович? Алексей Живов: Я знаю только, что синдром Виллебранда не является противопоказанием к вакцинации от коронавируса. Просто если вы заболеете коронавирусом, то последствия могут быть гораздо более тяжелые, чем от прививки, поэтому лучше сделать прививку и не болеть, вот и все. Марина Калинина: Ну, сейчас все говорят об этой углубленной диспансеризации, которую нужно пройти людям, которые переболели COVID в той или иной форме. Что вообще такое «углубленная диспансеризация»? Что понимается под этим понятием? Алексей Живов: Я не знаю, что понимается под этим понятием. Я считаю, что никакой углубленной диспансеризации… Это огромные затраты огромных денег, абсолютно нереальные. То есть можно произнести слово «углубленная диспансеризация» для всех 6 миллионов с лишним, а их будет все больше и больше, переболевших, но в реальной жизни это осуществить, на это нужны огромные затраты, с моей точки зрения, абсолютно неоправданные. Никакой диспансеризации переболевшим проходить не надо – нужно следить за своим состоянием здоровья, лично за собой, и если у вас есть какие-то симптомы, отклонения и проблемы, обратиться к врачу, вот и вся диспансеризация. Иван Князев: Хорошо, с этим разобрались. Алексей Викторович, осенью новая вспышка будет? Алексей Живов: Обязательно. Неизбежно абсолютно. Иван Князев: Насколько сильная? Алексей Живов: Будет четвертая волна коронавируса, будет это где-то в пределах октября – ноября, то есть в ноябре, скорее всего, мы отметим очень большой прирост заболеваемости. С чем это связано? Ну, есть три основных фактора. Первый: кампания по вакцинации проведена недостаточно активно, у нас вакцинировано полностью не более 20% с небольшим в Российской Федерации, а надо 80%, как сейчас уже считают. Второй: люди полностью, полностью расслабились и не соблюдают масочный режим, они в быту абсолютно, так сказать, не соблюдают средства индивидуальной профилактики заражения коронавирусной инфекцией. Третий фактор – это отпуска, где опять же никто ничего не соблюдает, заражает друг друга, люди приедут, сейчас в массовом количестве будет очень много инфицированных. Ну и четвертый фактор: вирус мутирует, сейчас дельта-штамм, сейчас на подходе йота-штамм, и вирус будет мутировать и будет заражать, к сожалению, в том числе и вакцинированных, потому что известно, что вакцины теряют свою эффективность перед новыми штаммами примерно на 15–20%. Но при этом, при этом все равно надо обязательно вакцинироваться, и первейшей задачей сейчас является быстро вакцинировать наше население, а второй задачей – ревакцинировать тех, кто переболел более полугода назад. Вот тогда мы имеем шанс эти волны остановить. Иван Князев: Переболел или вакцинировался более полугода назад? Алексей Живов: Простите, вакцинировался. Но переболевших тоже рекомендуют вакцинировать, хотя это более дискутабельный вопрос. Я оговорился, да, тех, кто вакцинировался больше полугода назад, их надо ревакцинировать. Иван Князев: Алексей Викторович, давайте еще один звонок. Марина Калинина: Александр из Татарстана на связи. Александр, здравствуйте. Зритель: Здравствуйте, алло. Иван Князев: Слушаем вас. Марина Калинина: Да, говорите, пожалуйста. Зритель: Я хотел бы узнать. Я сделал вакцину буквально 31-го числа, вот, августа и хочу узнать, сколько мне можно не употреблять алкоголь, ха-ха. Ну, это шутка, конечно, но вообще для людей, как он влияет, какие последствия. Иван Князев: То есть вы вакцинировались вчера, а сегодня уже спрашиваете, можно ли вам употреблять алкоголь? Серьезный вопрос. Зритель: Ну это… Вопрос простой: увидел программу – позвонил. Марина Калинина: Правильно сделали, Александр. Иван Князев: Хорошо, спасибо вам. Марина Калинина: Алексей Викторович? Алексей Живов: Я хочу только сказать одно: уважаемые господа и товарищи, все, кто меня слышат, вакцинируйтесь, как это сделал Александр, вот это самое главное, он молодец. Значит, насчет алкоголя – можно отметить факт своей вакцинации, выпить за это рюмочку. Каких-то последствий, если они у вас не наступили сейчас, уже в ближайшие сутки, у вас не будет, у вас все будет хорошо. Только будьте осторожны, потому что иммунитет начнет развиваться только через 3 недели после первой дозы, а полноценно разовьется через 2–3 недели после второй, поэтому носите, пожалуйста, маску. А алкоголь – это на ваше усмотрение. Марина Калинина: Алексей Викторович, как правило, и осенью, и весной еще начинается эпидемия гриппа, и тоже люди должны делать вроде как прививку. То есть получается, что и от COVID прививаться, и от гриппа прививаться нужно будет, да, или как? Алексей Живов: Конечно. А какое имеет отношение? Грипп – это грипп, COVID – это COVID, две разные инфекции. К сожалению, мы получили COVID, будем прививаться от него, а грипп остается гриппом, он также будет нас заражать, поэтому надо сезонную прививку обязательно сделать. Иван Князев: Нагрузка на организм просто такая. Марина Калинина: Да. Алексей Живов: Да никакой нагрузки на организм, это все мифология. Все хорошо, организм прекрасно это переносит. Марина Калинина: Понятно. Какие-то рекомендации можете дать, чтобы как-то смягчить всякие эти постковидные последствия? Может быть, витамины какие-то пить, еще что-то? Алексей Живов: Значит, еще раз, смотрите: нужно стараться не заразиться, то есть не переболеть в тяжелой форме, а это значит, не получить огромную вирусную нагрузку при заражении. Что для этого нужно? Ответ: носите маски, товарищи дорогие, носите, пожалуйста, маски в местах массового скопления людей. Вас, конечно, это на 100% не избавит от возможности заражения, но значительно уменьшит вирусную нагрузку и вы перенесете болезнь легче. Второй фактор, который значительно уменьшает риск заболеть тяжело, – это вакцинация. Вакцинируйтесь, пожалуйста! Не надо надеяться на витамины на какие-то, на иммуномодуляторы и на морковку с хреном, которую вы будете перетирать вместе с апельсиновым соком, – это все чепуха. Первое – маска, второе – вакцинация. И старайтесь поменьше участвовать в мероприятиях массового скопления людей, где все они без масок. Вот этим вы себя убережете от тяжелого течения, от тяжелых последствий и от всего остального. Марина Калинина: Ну смотрите, Алексей Викторович, вы сами сказали, что вирус мутирует, что нас ждут новые штаммы в том числе в октябре, когда, по вашим предположениям, будет еще одна волна коронавируса. А прививка может и не подействовать на этот новый штамм. Смогут ли заболеть те, кто уже переболел, допустим, полгода назад, год назад, снова заболеть этим коронавирусом в новом варианте? Алексей Живов: Смотрите, ситуация в Израиле показывает ровно то, о чем вы говорите. Сейчас больше половины вновь заболевших в Израиле вакцинированы, в этой стране полностью вакцинировано 60%, а одну дозу получили 80% населения. Так вот болеют как раз вакцинированные, те, кто вакцинировался примерно в январе – феврале, то есть полгода и более назад, и это люди в основном пожилые, потому что они начали вакцинацию с пожилых людей. И да, действительно, со временем эффективность прививки падает, например, для вакцины Pfizer она на 20% становится ниже по отношению к новому штамму, особенно с течением времени, чем это было к предыдущим штаммам коронавируса. То есть эффективность вакцины может снижаться, к этому надо быть готовым. Насколько это произойдет, мы пока не знаем. Возможно, будут создаваться новые вакцины… Ну вот будем смотреть, это ситуация, которая непрерывно развивается и требует, так сказать, наблюдения, вот и все. Иван Князев: Спасибо вам большое! Алексей Живов, главный врач Ильинской больницы, кандидат медицинских наук, был с нами на связи. Буквально через несколько мгновений будем говорить о том, что мигрантам в нашей стране проще станет трудоустраиваться.