От США слышали звон. О повторном телефонном звонке Байдена Путину

Гости
Рафаэль Ордуханян
политолог, журналист, доктор политических наук
Александр Баунов
главный редактор CARNEGIE.RU

Александр Денисов: «От США слышали звон»: Байден повторно позвонил Владимиру Путину, позвал на апрельский саммит по климату, видимо, руководствуясь логикой, когда по всем остальным пунктам затык, так хоть о погоде.

Марина Калинина: Ну а Кремль, придерживаясь дипломатического протокола, прокомментировал суть разговора в телеграфном стиле, очень скупо. Цитата: «Затронули актуальные вопросы, обсудили нормализацию отношений, ведомствам дано указание проработать затронутые вопросы».

Александр Денисов: Хотя наверняка, да, были и неудобные темы, например насчет учений НАТО у западных границ России, запланированы они на май, их уже называют генеральной репетицией сражения с нами. Задействованы 40 тысяч военных альянсов. Да и что там насчет «киллер» и отсутствия у русских души, или сам звонок был своеобразным извинением за интервью телеканалу ABC? Обо всем этом мы поговорим с нашим первым экспертом. На связи со студией Александр Баунов, главный редактор сайта Carnegie.ru. Александр, добрый вечер.

Александр Баунов: Здравствуйте.

Марина Калинина: Здравствуйте.

Александр Денисов: Вы знаете, вот Марина сказала, что в скупом телеграфном стиле все это было. Вы знаете, а может быть, стоило наоборот поступить? Вот сейчас дипломатия, наверное, такая забытая уже наука, стоит махнуть на нее рукой, опубликовать всю стенограмму вот в полном объеме, как беседа и шла. Может быть, это является нашей слабостью? Вот мы все что-то церемонимся, играем в дипломатию, хотя уже остальные на это махнули рукой и после этих разговоров что угодно говорят. Вот Байден говорит, «я Путина поставил на место, я там все, я там пятое-десятое», чтобы этого не было, опубликовать и все вот как все было?

Марина Калинина: Может быть, не было бы тогда этого интервью Байдена.

Александр Баунов: Ну, пресс-релиз более подробный на сайте, собственно, Белого дома, чем на российском ресурсе. Там перечислены те темы, по которым Байден делал Путину выговор: вмешательство в выборы, кибератаки, создание угрозы американским союзникам, всякая «деструктивная» деятельность. То есть Байдену было важно подчеркнуть, что это не просто предложение встретиться, а предложение встретиться, определенным образом оформленное, или, как сейчас говорят, зафреймленное. Вот немножко по-разному подан этот разговор на кремлевском сайте и на американском сайте.

Александр Денисов: Да на кремлевском он никак не подан. Александр, вам не кажется, что мы опять проигрываем идеологически? Вот они там что-то опубликовали, но мы не читаем, что там на странице Белого дома, нам бы интересно у себя прочитать и понять.

Александр Баунов: Ну послушайте, во-первых, все-таки и Байден, и Путин – это политики старой школы, особенно Байден, который еще с Громыко у нас встречался.

Александр Денисов: Александр, называть «киллером» – это старая школа, я понял теперь. Я вот понять не мог, что это такое.

Александр Баунов: Нет, я имею в виду, что само предложение встречи, несомненно, свидетельствует о том, что это политика старой школы, потому что новая манера, новый мир требует, так сказать, не разговаривать с врагами свободного человечества. Вот мы с ними не разговариваем, мы их осуждаем и все, мы их бойкотируем. Для многих, посмотрите комментарии, это разочарование или повод для беспокойства. Это разочарование и повод для беспокойства для скажем, крайне либеральных комментаторов в Америке и, конечно, для союзников, особенно в «серой» зоне между Западом и Россией, для Украины, для, может быть, Грузии, Прибалтика встревожена, потому что предложение поступило слишком быстро. Байден вступил в должность всего-навсего 2 месяца, он очень жестко разговаривает с Путиным. Вообще перепалка дипломатическая между Россией и Америкой необыкновенно велась в жестких тонах все эти 2 месяца, и вдруг поступило это предложение. Честно говоря, он, в общем, по темпам несильно отличается от Трампа, и это многих насторожило.

Александр Денисов: Александр, а стоит ли провести параллель? Вот мы и про стенограмму с вами, затронули эту тему, стоит ли опубликовать. Ровно 30 лет назад был знаменитый разговор Ельцина с Бушем, вот будем отмечать в декабре, 8 декабря, 30-летие распада СССР.

Александр Баунов: Да.

Александр Денисов: И там Ельцин, если посмотреть стенограмму, она опубликована, там гигантские абзацы у Ельцина и маленькие фразы, вот напоминает примерно речевые обороты Байдена, «окей, Борис» и так далее, то есть просто минимум текста. И в конце этой беседы есть такой любопытный пассаж, сейчас он кажется какой-то дичью несусветной. Буш спрашивает Ельцина, я вот выписал, какую реакцию центра вы ожидаете. Это, понимаете, позвонил Борис Ельцин отчитаться, что мы развалили СССР, и оказывается в разговоре, что совершенно непререкаемый центр – это Америка.

Сейчас звонят нам. Можем ли мы сделать вывод, уже второй раз звонят нам, без приглашения, сами по себе инициативу проявляют, что уже центр, они не центр, а может быть, даже и мы, учитывая и военное превосходство, которое оценивают, ну вот на 10 лет примерно мы их опережаем по технологиям, и, возможно, что мы забыли про свой прозападный вектор, что центр уже здесь и центр про них забывает и не ждет никаких инструкций?

Александр Баунов: Ну послушайте, в тот момент, когда даже упомянутый вами разговор с Ельциным Клинтона происходил, даже тогда...

Александр Денисов: С Бушем, с Бушем, Александр, с Бушем.

Александр Баунов: С Бушем, да, даже тогда так вопрос не стоял, что Америка центр. Там стоял вопрос о том, удастся ли сохранить российский капитализм, а это же все было после того, как Ельцин и грозил атомной бомбой, и высказывал все, так сказать, возражения по поводу Боснийской войны, вообще войн в бывшей Югославии. Ну практически это было накануне переброски бригады из Боснии в Косово, так что совершенно другие настроения тогда царили даже внутри ельцинской администрации...

Александр Денисов: Ну, это было до, вы сказали после, Александр, я поправлю: и переброска, и прочее – это уже было при Клинтоне, а разговор-то был при Буше, когда мы отчитывались о развале, а при Клинтоне уже все остальное.

Александр Баунов: Ну, может быть да. По поводу публикации, я не знаю, мы ушли немножко от темы звонка, но я совершенно не против публикаций по крайней мере более свежих, потому что я сам пользуюсь для своей книги документами на сайте Государственного департамента, там гораздо больше открыты тексты, чем у нас, у нас нужно идти в архив и так далее. Так что я в этом смысле, конечно, за открытость, мне самому как исследователю дипломатической истории иногда бывает это интересно. Что касается...

Марина Калинина: Александр, а давайте к звонку вернемся. Вот то, что Байден позвонил сам, – это о чем говорит? И что это в дальнейшем означает для нас?

Александр Баунов: Ну смотрите, Америка считает себя необходимой нацией, indispensable nation, это нация, которая не может отсутствовать нигде. Помните, был такой друг России, глава компании Total, погибший, к сожалению, Маржери, он говорил, что добывать нефть нужно там, где она есть, а не там, где тебе нравится правительство. Собственно, вот Америка в каком-то смысле смотрит на мир так: она должна присутствовать везде, а не только там, где ей нравится. Это вот объяснение, почему Байден позвонил, совсем не потому, что он хотел понравиться Путину, а потому, что он как носитель вот этой традиционной американской политики считает, что Америка не должна отсутствовать даже там, где, в общем, ей неприятно, тяжело, не хочется и так далее.

С другой стороны, и Байден тоже прекрасно понимает опять же как человек, который с Громыко фотографировался и уже тогда был сенатором, то есть это была Вьетнамская война, только что отгремела, – он понимает, что если Америка необходимая нация, то Россия – это неизбежный собеседник. Россия относится к числу тех стран, с которой невозможно не разговаривать, хочешь ты этого или нет. Трамп при всей, так сказать, симпатичности нам следовал принципу «хочу/не хочу»; Байден все-таки как командный игрок, вот этот наследник традиций, представитель истеблишмента, он скорее действует в логике «надо/не надо» и вот через не хочу, это вот у него такое «надо», и он это пытается демонстрировать.

Конечно, сначала он отругал российских лидеров, показал, что он церемониться не будет, а потом... Но когда он ругал, что он будет предлагать встречу, это совершенно очевидно, и тогда, когда у него спрашивали, что означают эти слова, как они могут встретиться... У меня был текст по этому поводу буквально 3 недели назад, где было написано, что, конечно, это просто новое оформление неизбежного разговора.

Александр Денисов: Александр, простите, я опять вернусь к разговору 30-летней давности, опять цитата, еще раз повторю ее: «Какую реакцию от центра вы ожидаете?» – это сказал Борису Ельцину Джордж Буш. Вот сейчас мы можем сказать, что Америка – это уже не центр, раз, во-вторых, что Байден – это тоже не центр, два? Мы не знаем, кто у них принимает решения стратегически, у кого ядерный чемодан на руках, кто будет жать на кнопку.

Во-вторых, мы не знаем, досидит ли он до конца срока... То есть тут хаос еще больший, то есть этот хаос не свойственен центру абсолютно. Даже в западной прессе ведутся уже активные дискуссии, Камала достойный сменщик его по первому сроку или нет, или кто-то там еще вылезет, даже уже приписывают роль сменщика Мишель Обаме, уж совсем какие-то несусветные вариации, но тем не менее неопределенность полнейшая, и касается она прежде всего самого Байдена, его ментального состояния, способностей и прочего.

Александр Баунов: Ну, есть такое мнение, но, честно говоря, я бы не преувеличивал сейчас значение Камалы Харрис. Байден и его группа, его команда держит в руках внешнюю политику, у Камалы Харрис мы пока не видим конкретных поручений. И я бы сейчас не стал обсуждать ее во внешнеполитическом контексте; очевидно, что вот за те 2 месяца, что прошли с момента вступления администрации новой, она во внешней политике не участвовала. Вообще вице-президент в Америке занят ровно тем, что ему поручает президент. Если Буш-младший делегировал огромную часть внешней политики в том числе вице-президенту Дику Чейни, то Чейни занимался внешней политикой. Пока мы такого делегирования со стороны Трампа, а теперь со стороны Байдена не видим.

Александр Денисов: Александр, но мы видим, что Байден, еще раз я повторю слово «центр», что это центр принятия решений, или мы видим, что это все-таки вывеска временная, ширма и так далее, можем как угодно слова подбирать?

Александр Баунов: Ну, я бы не сказал, что это вывеска. Конечно, это человек в возрасте, но, слушайте, мало ли людей в возрасте. Вон, Рузвельт у нас вообще войну заканчивал на кресле-каталке. То, что человек спотыкается, не говорит о том, что он не может управлять. Честно говоря, от президента как раз и не требуется взбегать по трапу, от президента думать головой требуется.

Вот то, что он делает по крайней мере, несмотря на вот эту жесткую очень риторику... Мы же понимаем, что у него слушатели не только в Москве. Вы вот так иногда на это смотрите, как будто бы его основная аудитория – это аудитория ОТР или вообще российского телевидения. Нет, у него другая аудитория, прежде всего американская, украинская, немецкая, прибалтийская, и ему нужно так говорить, чтобы эта аудитория, которая является для него союзной, а мы не забываем, что а что ему, собственно, от России получить? Ну как бы загасить какие-то очаги напряженности, в союзниках Россию не видят больше в Америке, в числе союзников. Поэтому нужно, во-первых, угодить союзникам, то есть нажать на нужные кнопки.

Во-вторых, понимая, что на месте России не океан, не ледник, а большая страна с большим населением, с серьезной промышленностью, с очень серьезной армией, что с этой страной придется разговаривать независимо от того, что он думает об ее лидере, независимо от того, как ведет себя, по их мнению, его лидер. И он нажимает сначала на нужные кнопки, чтобы успокоить свой собственный истеблишмент, своего собственного избирателя, своих союзников, но потом все равно, конечно, выходит на разговор с Путиным, и это как раз показывает, в общем, некоторую рациональность.

Александр Денисов: Александр, вы сказали, что его задача принимать решения, а не взбегать по трапу, – ну так и не взбегал бы по трапу, не несся был, а принимал бы себе спокойно решение и не падал бы.

Александр Баунов: Это правда. Я думаю, что бегать по трапу в его возрасте не нужно, но я думаю, что он, как и многие в нашем мире, падают жертвой ну такой визуализации, скажем так. Ни Рузвельту, ни Черчиллю, ни Сталину, не знаю, ни Де Голлю особенно не приходило в голову бегать по трапу, потому что это была эпоха газет и радио, а не телевидения и кино. А вот в кино у нас седовласый, но бодрый и энергичный президент вечно куда-то взбегает...

Александр Денисов: Так это и доказательство видимости. Александр, понимаете, создать видимость, а не принимать эффективные решения, это же вы как раз...

Александр Баунов: Я не вижу, почему или, или, я думаю, что можно и пытаться создать видимость, и принимать достаточно эффективные решения. У нас тоже Владимир Путин рыбу ловит, тоже создает видимость в некотором смысле, на коне скачет. То есть это вопрос картинки, это вопрос понравиться тем или другим группам населения. А если ты все время ходишь в оперу и не ходишь в кино, ты понравишься только любителям оперы.

Александр Денисов: А вот, кстати, Владимир Путин-то в оперу и ходит, Александр, вы, наверное, специально на это намекнули, каждое Рождество, каждый Новый год отмечает, «Кармен-сюита» смотрит и прочее и оперные тоже арии.

Александр Баунов: Да.

Александр Денисов: Спасибо. Александр Баунов у нас был на связи, главный редактор ресурса Carnegie.ru.

Марина Калинина: У нас есть звонок из Ярославля, Валерий на связи. Валерий, здравствуйте.

Зритель: В создавшейся ситуации между Россией и Соединенными Штатами виновата прежде всего сама Россия. Россия виновата в том, что у нас есть такое, мы должны себя вести достойно. Мы ведем себя как пацаны, понимаете, которых бьют, лупят и так далее, а мы говорим: «А мы должны себя вести достойно». Нужно сказать: господин Байден, сиди на своем острове и помалкивай, а если ты будешь что-то говорить, мы тебе найдем место, у нас есть места неосвоенные в Сибири хорошие, потом есть рудники у нас неплохие. А мы: господин Байден, давайте наклонимся, а вы нам еще вставьте, пожалуйста, пистон. Пора заняться Байденом и сказать: вы убийцы, вы на сегодняшний день являетесь...

Александр Денисов: Валерий, ну в каком-то смысле так мы и заявили... Ну да, с другой стороны, вы знаете, мир оценивает вежливость и тонкость как силу. Вот, например, Эрдоган, он...

Марина Калинина: И дипломатию.

Александр Денисов: Да, он поведение Владимира Путина оценил как очень тонкое, хлесткое, в общем, достаточно эффектное.

Марина Калинина: Еще один эксперт на эту тему у нас на связи, Рафаэль Ордуханян, политолог, журналист, доктор политических наук. Рафаэль Никитович, добрый вечер.

Рафаэль Ордуханян: Добрый вечер, Марина, Александр.

Александр Денисов: Рафаэль Никитович, а вот с другой стороны посмотрим. Вот смотрите, вчера на сайте kremlin.ru было опубликовано бессчетное количество, ну точнее два-три, разговоров, два-три разговора с другими иностранными лидерами. Нам абсолютно все равно, кто там был, о чем там с ним поговорили, мы не обращаем внимания, но вот Байден позвонил, мы обязательно вот к этому такое внимание, уж касается и нас тоже, мы тоже в этом отчасти виноваты.

Вот это о чем свидетельствует? Что все-таки у нас по-прежнему некий прозападный вектор, уж не такой, но все-таки поменьше, он существует? Мы все-таки что-то ждем, мы хотим их в чем-то убедить, доказать нашу правоту, что они неправы. Не является ли это ошибкой? Все-таки нужно жить самим по себе, понимая, что пусть они там что угодно делают, у нас своя задача, свой вектор и нечего на этот Запад все смотреть и ждать от него то встреч, то понимания.

Рафаэль Ордуханян: Я думаю, что вы правы, Александр. Меня, признаться, удивила позиция, риторика нашего Министерства иностранных дел и такое быстрое согласие на встречу. Более того, если я не ошибаюсь, госпожа Захарова уже озвучила, что мы свою часть подготовки этой встречи прошли в ближайшее время. То есть мне совершенно непонятна эта риторика. Я не могу еще, значит, что...

Марина Калинина: То есть за один день прошли уже часть свою подготовки? Так быстро?

Рафаэль Ордуханян: Уже да, уже прошли совершенно все, уже все приготовили, как будто бы не было совершенно вопиющих слов Байдена в адрес... А я хочу еще раз подчеркнуть: речь здесь идет не только о личностном. Владимир Владимирович Путин может простить, это его личное дело, и мы знаем, что как офицер он человек выдержанный, и это делает ему, безусловно, честь. Но, простите меня, Байден позволил себе оскорбительные слова в адрес президента Российской Федерации...

Александр Денисов: И даже всей России.

Рафаэль Ордуханян: Это что?

Александр Денисов: Рафаэль Никитович, там сказано о бездушии русских, о бездушии русских там были слова еще.

Рафаэль Ордуханян: Да, и дальше они продолжают, вот именно, вот именно. Если мы послушаем дальше, то мы услышим, что там совершенно конкретные оскорбления всех нас. Это значит что, мы теперь можем такую риторику употреблять в отношении всех чиновников, если это допустимо в адрес президента? Это значит, что мы теперь, так сказать, будем все время, что ли, ожидать и потом встречаться и обсуждать, так сказать, как же нам выйти из этой ситуации? Это что, вопросы экологии сейчас, с точки зрения администрации Байдена, самые важные? Мне кажется, что мы не послали тот месседж, который должны были послать.

Марина Калинина: А что надо было сделать, вот скажите, с вашей точки зрения?

Рафаэль Ордуханян: В данной ситуации мы должны... Во-первых, то, что отозвали посла, безусловно, это хороший... Мы должны были сделать дипломатические шаги. Я еще раз хочу повторить, и на вашем ресурсе я несколько месяцев назад говорил, на других еще несколько лет назад говорил: нам пора ввести концепцию ограниченного дипломатического представительства. Политические контакты с Соединенными Штатами Америки, с Англией и с некоторыми другими странами являются токсичными. Это совершенно беспочвенные, совершенно ненужные нам отношения. Почему мы должны встречаться, я не знаю, с каким-то совершенно стремлением мазохистов, чтобы выслушивать все эти мерзости о том, что на нас опять санкции накладывают, о том, что опять нас не пускают, о том, что опять наши посольства и консульства закрываются, обзывания высших чиновников, высших руководителей? Зачем это нужно? Зачем мы туда... ?

Александр Денисов: Рафаэль Никитович, да, и справедливости ради стоит отметить, ради вашей справедливости, что сегодня Песков заявил, что нет, тема про «киллера» и прочее в разговоре даже никаким боком не проходила, то есть ни гу-гу, как будто и не было, плюнули и забыли, и растерли.

Рафаэль Ордуханян: Ну конечно, конечно. Это, знаете, это очень страусиная позиция такая, не было и все.

Александр Денисов: Да. И еще меня удивило, что не было никаких вопросов про учения НАТО, которые стартуют в мае – июне у наших границ у западных, переброска войск, американский контингент 20 тысяч военнослужащих, остальные страны НАТО еще 20, всего 40. И у них, они четко заявляют, что они отрабатывают вероятный сценарий столкновения с Россией, то есть генерального сражения. Нас это не интересует, мы понимаем, что это все чепуха, сейчас солдатами не воюют, воюют техникой, или почему мы не задаем вопросы на эту тему?

Рафаэль Ордуханян: Вы знаете, это очень странно. Я уже тоже неоднократно... У меня очень большие сомнения относительно компетентности наших экспертных кругов, которые работают и в Министерстве иностранных дел, и в Администрации президента, и в правительстве. Потому что, вы знаете, такое впечатление складывается, что эти люди живут немножко в другом мире, абсолютно в другом мире: они ходят в другие магазины, они ездят на других машинах, что ли... Вот я не могу понять, в чем дело. Есть очевидные вещи, есть определенные законы политтехнологии, понимаете, которые ну нельзя нарушать.

Вот почему я сейчас сказал... Это то, что я говорю своим студентам по политологии, будущим политологам. Почему я эту концепцию ограниченного дипломатического представительства, сейчас постоянно кричу об этом при каждой возможности? Не для того же, чтобы окончательно, допустим, разорвать отношения с Америкой, ну конечно же нет. Ну неужели непонятно, что подобные действия должны по идее немножко отрезвить этих людей? Потому что это же уже просто ментальные какие-то сдвиги. И ведь обратите внимание, я вот не хочу заочно вступать в полемику с вашим предыдущим экспертом, но это совершенно нормально человек говорит о том, что у Америки есть другой, так сказать, это она должна быть представлена везде...

Александр Денисов: Да, они на нас как на сырьевой придаток, они хотят просто нас сожрать, и это нормально, да-да.

Рафаэль Ордуханян: Да. Вы знаете, кто должен... Вот жандарм, полицейский, он ходит туда, куда он и не хочет ходить, но он должен там наводить порядок. Вот я эту логику могу понять. Но когда это говорится о стране, которая... Кто ее уполномочивал быть там, где ее никакого, так сказать, дела нет там? Кто ее уполномочивал решать вопросы в Гонконге? Кто ее уполномочивал решать вопросы на Тайване, на Ближнем Востоке, на Украине, в Ираке, в Белоруссии?

Александр Денисов: Рафаэль Никитович, абсолютно согласны. Насчет НАТО еще хотел у вас уточнить: а может быть, мы трезво оцениваем ситуацию? Вот тут я специально записал, бывший главком сухопутных войск США Бен Ходжес рассказал, как проходили учения НАТО в Европе, – курам на смех. Во-первых, он говорит, у него волосы встали дыбом, когда они столкнулись со сложностями. Какими? Во-первых, прохождение через границу, он говорит, они долго заполняли какие-то документы, куча документов, чтобы пересечь, из одной страны в другую со своей техникой. Потом, во-первых, они в какие-то туннели стали въезжать, они узкие для танков оказались, то есть они не могли быстро переброситься. Во-вторых, из Германии в Прибалтику войска НАТО перебрасывают через «Сувалкский коридор». Коридор, мы объясним зрителям, находится между Калининградом и Белоруссией, то есть мы присутствуем и там, и там, нам это раздолбать вообще ничего не стоит. Может быть, поэтому Минобороны и молчит, потому что знает, что все это несерьезно, это просто блеф?

Рафаэль Ордуханян: Нельзя молчать, Александр, нельзя молчать, это первое. Второе: есть вариант, все-таки это элемент блефа определенного, я допускаю такую возможность. Вот все эти такие, знаете, такая эта вся клоунада... Знаете, когда клоун выходит на арену и начинает якобы падать там либо с жерди, либо с каких-нибудь ходуль, а на самом деле он прекрасно контролирует ситуацию. Мы не должны следовать этой позиции, понимаете, и следовать вот этому направлению. У нас есть своя, наша конкретная повестка дня. Вокруг наших границ, по периметру происходят совершенно непонятные военные приготовления. Более того, мы проигрываем информационную войну, мы даже не можем защититься информационно, мы же еще и оправдываемся во всем этом.

Они придвинули войска, инфраструктура НАТО находится уже в 100–200 километрах от столицы, а мы начинаем двигать наши войска по нашей же территории, Воронеж, Ростовская область, и нас из-за океана, за 10 тысяч километров какие-то непонятные люди обвиняют и требуют от нас объяснения. Что это за объяснения Владимира Владимировича Путина Меркель по поводу того, как движутся наши войска? Кто она такая? Почему мы отчитываемся даже не такой уж и враждебной стране? Ну о чем мы с вами говорим? Эти люди вообще знают, что такое имиджевые характеристики страны? Ну ей-богу, я недавно преподавал в Госдуме это, судя по всему, надо вернуться и в Администрации президента, и в Министерстве иностранных дел немножко освежить их мозги, потому что так нельзя себя вести. Если мы считаемся сверхдержавой, так хотя бы ведите себя так для начала.

Александр Денисов: Спасибо большое!

Марина Калинина: Смотрите, еще один вопрос. Вот американская разведка выпустила ежегодный доклад с оценкой внешнеполитических рисков, ну, естественно, для США, и вот что там написано: «Пекин, Москва, Тегеран и Пхеньян продемонстрировали способность и желание продвигать свои интересы за счет США и их союзников, невзирая на пандемию». Это вообще о чем речь? То есть нас обвиняют, тут доклад такой, естественно, выдержки, мелким шрифтом на несколько страниц, обвиняют во всем, в чем только можно.

Рафаэль Ордуханян: Вы знаете, грош цена этой стране, которая называет себя сверхдержавой, если такая страна, как Северная Корея, каким-то образом использует какие-то вещи в ущерб этой стране и она ничего не может сделать. Попробовал бы кто-нибудь в свое время в ущерб Советскому Союзу использовать что-то, где-то или как-то, или до недавнего времени попробовал бы кто-нибудь использовать это против Америки.

Я вот прекрасно понимаю еще события в Гранаде, такое островное государство, вот там был намек, испанская фирма построила аэропорт, и там косвенное участие Кубы, – так там моментально был рейгановский десант, за два дня очистили весь остров и от кубинцев, и от европейцев, и от всех. Грош цена такой стране, которая сейчас скулит и говорит, что ей Северная Корея, видите ли. Да ни одна ракета не то что до материковой Америки, она и до Гонолулу, даже до Гавайев долететь не может, а мы эти песни слышим о том, что Иран запустит ракеты по Европе, Северная Корея, и поэтому они устанавливают, значит, першинги и системы ПРО в Румынии и в Польше. Это все бредни на уровне такого же дилетантского подхода, который, к глубокому сожалению, я наблюдаю сейчас в некоторых аспектах и нашей внешней политики. Меня это очень тревожит.

Александр Денисов: Рафаэль Никитович, спасибо большое.

Марина Калинина: Спасибо.

Александр Денисов: Возьмем это как лозунг, вооружимся: если чувствуешь себя сверхдержавой, то и веди себя как сверхдержава. Спасибо большое. Рафаэль Ордуханян, политолог, журналист, доктор политических наук, был у нас на связи.

Марина Калинина: Мы прервемся на пару минут, потом вернемся в студию.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Чего ждать в отношениях между нашими странами?