Отыгрались на сотрудниках. Треть российских компаний урезали зарплаты, четверть - сократили штат

Отыгрались на сотрудниках. Треть российских компаний урезали зарплаты, четверть - сократили штат | Программы | ОТР

А что сейчас происходит на рынке труда?

2020-09-30T13:45:00+03:00
Отыгрались на сотрудниках. Треть российских компаний урезали зарплаты, четверть - сократили штат
Цена на хлеб. Всё дорожает. Где лекарства? Теме недели с Сергеем Лесковым. Школа уже не та. Капремонт. Трезвый Новый Год. Наши мужчины. Как найти работу
Россия ограничивает экспорт зерновых. Кто от этого выиграет: потребитель или производитель?
Почему выросли цены на продукты?
Сергей Лесков: Судьба Марадоны ставит вопрос: талантливых людей много, но почему некоторые остаются на этом уровне, а другие считаются гениями…
Российские лекарства: почему их почти нет?
Вот это мужчина! Какими себя видят россияне – обсудим итоги соцопроса
Нашли работу на бирже? Центры занятости хотят перепрофилировать в кадровые агентства
Реальные цифры: что с ценами?
Первого и второго – без спиртного? Надо ли запретить продажу алкоголя в начале января
Новостройки хотят освободить от взносов на капремонт. Это правильно?
Гости
Юрий Савелов
член президиума объединения предпринимателей «Опора России»
Валентина Митрофанова
директор Института профессионального кадровика, эксперт по трудовому законодательству

Тамара Шорникова: Друзья, сколько вы зарабатываете? – вот с такого интимного вопроса хотим начать. Ваша зарплата как-то изменилась за время карантина? Хотим сравнить ваши цифры с данными исследования банка «Открытие». Согласно опросу, 35% российских компаний снизили сотрудникам зарплату в период пандемии, четверть сократили штат.

Иван Князев: Почему одни предприятия брали кредиты, помощь от государства, делились прибылью с сотрудниками, бывало такое действительно, в ущерб себе, в ущерб прибыли компании, но будем платить зарплату, а другие все-таки пошли по так называемому пути наименьшего сопротивления, не искали какие-то возможные варианты, чтобы сохранить штат, а просто сокращали зарплату, увольняли и так далее?

Тамара Шорникова: Валентина Митрофанова, кандидат экономических наук, юрист, директор «Института профессионального кадровика». Валентина Васильевна, слышите нас?

Валентина Митрофанова: Да, прекрасно. Добрый день, коллеги.

Иван Князев: Ну и также наших телезрителей попросим: позвоните и расскажите, были ли у вас такие истории, когда вам срезали зарплату, уволили, может быть, а при этом ваш директор вашего предприятия поехал куда-нибудь отдыхать или купил себе очередную машину. Звоните и расскажите нам такие истории.

Тамара Шорникова: Итак, почему так массово начали сокращать штат, начали срезать зарплату несмотря на государственные формы поддержки? Ведь действительно, давайте признаем, так много еще государство не выплачивало ни обычным семьям, ни, соответственно, сотрудникам, директорам компаний.

Валентина Митрофанова: Ну, здесь важно понимать, что очень массовые сокращения все-таки проводятся в достаточно больших компаниях, а меры государственной поддержки, которые разработаны были на период пандемии, ориентированы в первую очередь на мелкий и средний бизнес. Конечно, крупные компании тоже могли взять кредиты, но тем не менее, действительно, они пошли по пути оптимизации каких-то процессов и сокращения людей, это правда.

Иван Князев: Но это же оптимизация за счет человеческих судеб получается, понимаете? У людей семьи, их надо кормить... Я не знаю, как они в глаза-то смотрели своим подчиненным?

Валентина Митрофанова: Мне кажется, это вопрос все-таки, наверное, каждого конкретного работодателя, потому что на фоне и проводимых сокращений, и на фоне урезания заработных плат мы видим же и другие истории, это компании, которые действительно сохраняют персонал, пытаются его переводить на другие позиции, берут субсидии, берут кредиты. То есть это каждый работодатель, каждый бизнес решает вопрос морали для себя самостоятельно.

Тамара Шорникова: Но это еще и действительно важный кадровый вопрос. А что, у нас сегодня так легко потом будет найти хороших специалистов на место уволенных? Ведь все меняется, соответственно, надеемся, что пандемия тоже когда-нибудь уйдет и нужно будет снова восстанавливаться, возвращаться к прежним объемам.

Валентина Митрофанова: При этом бизнес, мы же понимаем, что он сам себе не враг, увольнять каких-то уникальных специалистов, высококвалифицированных, в которых работодатель вкладывался, он не будет и в ситуации тяжелой, в пандемию. Большей частью все сокращения, все изменения в оплате коснулись массовых достаточно профессий, которые могут быть заменены с рынка труда. При этом многие работодатели говорят о том, что в связи с ухудшением на рынке труда именно по этим профессиям он через какое-то время, если возникнет такая потребность, людей просто найдет уже дешевле.

Тамара Шорникова: Что это за профессии? Какие сферы сильнее всего покосил COVID?

Валентина Митрофанова: Ну, если мы говорим про мелкий и средний бизнес, то это сферы понятные, это те сферы, которые максимально пострадали от нашей ситуации. Это ресторанный бизнес, это гостиничный бизнес, это торговля абсолютно, потому что во всех практически городах произошла вот эта вот ротация, закрываются торговые точки, закрываются магазины. При этом какие-то открываются новые, ресторанов очень много закрылось. То есть если мы говорим про крупные организации, системообразующие, которые являются добывающими, конечно, на них это кардинально так не сказалось, они продолжали работать в пандемию, как правило, никаких массовых изменений у них и не происходит.

Иван Князев: Валентина Васильевна, но вы же общаетесь с работодателями, у вас же наверняка есть такие знакомые, которые нашли для себя какие-то пути, какие-то новые ходы, подумали о том, чтобы перепрофилировать свое производство. Вот что это за примеры? Как они это сделали? Это какие-то единичные такие случаи, или все-таки у нас есть грамотные руководители, которые могут сориентироваться в сложной ситуации?

Валентина Митрофанова: Я могу сказать, что единичные случаи скорее тех бизнесов и тех работодателей, которые вообще никак ничего не сделали в связи с возникшей ситуацией, хотя такие компании тоже есть. У меня есть примеры компаний в области интернет-торговли, которые прекрасно себя чувствуют, они развивают свой бизнес, нанимают людей, то есть для них в данном случае никакого ухудшения ситуации не произошло. Есть те компании, которые пострадали, опять же достаточно много примеров, когда компания пытается какую-то другую сферу услуг развивать, пытается работников своих переобучать в том числе по каким-то льготным программам. Такие кейсы тоже есть, но, к сожалению, не могу сказать, что вот таких успешных кейсов, когда работодатель заботится о дальнейшем трудоустройстве работников... Они есть, но, наверное, по пальцам двух рук их можно пересчитать, их очень мало, к сожалению.

Иван Князев: А те, кто прибылью поделились? Ну были же такие истории, даже нам звонили такие предприниматели, которые говорят: «Да, я сейчас в прибыли пострадал, но я все равно буду платить зарплату своим сотрудникам». Таких много?

Валентина Митрофанова: Конечно, такие компании абсолютно точно есть, это компании, у которых очень высокий период выращивания работника, они в людей, которых они набирают, очень много вкладывают, и, естественно, сейчас взять и уволить такого человека для представителя такого бизнеса значит, что дальше его нужно будет найти, его нужно будет обучить, и это большие достаточно ресурсы, инвестиции. И конечно, вот там, где есть очень высокая завязка на персоналии, на высококвалифицированных специалистов, удерживали людей любыми способами, то есть любыми реально способами, помогали и с кредитами, и брали кредиты, чтобы помочь работникам с кредитами, у меня и такие примеры тоже есть. И были примеры, например, когда работодатель сейчас не может выплачивать стимулирующие выплаты, бонусы, но он дает гарантию работникам о том, что готов им компенсировать в следующем году недовыплаченные деньги, которые в этом году он выплатить физически не может.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем вместе звонок от телезрителя, Татьяна из Ульяновской области дозвонилась. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да. Как у вас с работой, с зарплатой, Татьяна?

Зритель: Да, вот я насчет первой волны хотела с вами поделиться. Когда был коронавирус, начался, то есть как бы вот все говорят, что должны выплачивать, должны выплачивать, но вот в этот период на своем месте я осталась без заработной платы. И так как побоялись немножко начальства, потому что у нас такое начальство, говорят: «Не нравится – уходите».

Ну как бы побоялась я этого, хотя и звонила звонками, говорила, объясняла, что мне трудно с двумя детьми, у меня нет зарплаты, по деньгам: «У нас выплаты, у нас проплаты, у нас тоже кредиты, вы тоже нас поймите». И то есть вот остались без денег. А потом как ни в чем не бывало, так же вот прошло это все, выходим на работу, и как бы необъяснимо это все, а пойти жаловаться, так как найти трудно работу, не пошла никуда. Вот как быть в такой ситуации?

Тамара Шорникова: Да, понятно, спасибо. Есть сейчас какие-то альтернативы, кроме обращения в трудинспекцию?

Валентина Митрофанова: Я боюсь, что, к сожалению, обращение в трудинспекцию в этой ситуации, конечно, может защитить интересы конкретного человека в этой ситуации, но вряд ли обеспечит его работой на будущее у этого же работодателя. Мы должны понимать, что после этого работать в компании при вот таком активном конфликте будет достаточно сложно. И второе – это в любом случае не исключит вопрос возможности возврата или повтора такой ситуации.

У нас одна из основных проблем заключается в том, что, к сожалению, работодатели очень плохо знают возможности законодательные, потому что в период кризиса можно было меньшей кровью обойтись, не сокращать людей, не отправлять в отпуска без сохранения, а вводить режим неполного рабочего времени, чтобы и людей сохранить с заработком, и, собственно, сам персонал спасти. И при этом, к сожалению, у нас, конечно, не учат таких вот руководителей именно тому, как создавать бизнес, чтобы он от таких историй не страдал. То есть про подушку безопасности, про которую много говорили, ее же не существует в подавляющем большинстве российского бизнеса, ее просто нет, поэтому любой кризис сразу приводит к полному отсутствию денег.

Иван Князев: Зарплаты поурезали, людей поувольняли – как вы думаете, назад-то потом возьмут или? Просто наши телезрители очень сильно беспокоятся: сейчас зарплату срезали, назад, наверное, не вернут тот же объем? Или все-таки некоторые работодатели планируют это сделать?

Валентина Митрофанова: Это зависит тоже от бизнеса и от конкретного работодателя. Многие работодатели усмотрели в этой ситуации действительно возможность оптимизировать фонд оплаты труда и в принципе срезать выплаты, которые не будут возвращены или будут возвращаться, но очень поэтапно, прогнозно на уровень доходов 2019 года, многие компании говорят о том, что они сотрудников выведут только к концу 2021-го, в лучшем случае в 2022 году. Есть при этом компании, которые поддерживают уровень заработных плат, есть компании, которые, сократив одних работников, при этом повышают стимулирующие выплаты другим работникам, на которых падает больший объем. Поэтому, к сожалению, как-то нет такой единой истории у нас по стране, она очень-очень разная, от отрасли, от компании зависит очень многое.

Тамара Шорникова: Валентина Васильевна, ну и ваш прогноз. Сейчас многие говорят о том, что, конечно, очень медленно происходит восстановление, потребительский спрос просел. Что дальше будет? Какие-то компании, которые просто, что называется, ехали по инерции, они поймут, что пора закрываться? Нам ждать дальнейшего срезания зарплат и сокращений еще более масштабных?

Валентина Митрофанова: Ну, основная волна таких вот увольнений, сокращений произошла у нас действительно, когда все только возникло и появился вот этот страх, что неожиданная ситуация. Летом чуть-чуть ситуация притормозилась и массовых каких-то увольнений таких, урезаний, ущемлений особых не было. Сейчас у нас, как вы видите, во всех городах началась опять разная ситуация, связанная с возрождением коронавируса, но даже и как министр труда у нас говорил, как исследователи все говорят, я тут полностью согласна, что, скорее всего, вторая волна сокращений будет у нас к концу этого года.

Тамара Шорникова: Ага. Спасибо.

Иван Князев: Спасибо. Валентина Митрофанова, директор «Института профессионального кадровика», была с нами на связи.

SMS из Башкортостана: «В период пандемии в выигрыше у нас остались только начальники и управленцы». А вот в Пензе, как считает телезритель, «что ни предприятие, то «серая» зарплата, и никто налоги не хочет платить».

Тамара Шорникова: Курская область: «Работала в ресторане по договору, закрыли. Встала на биржу, платили 4 тысячи 3 месяца назад. Не берут на прежнее предприятие». Воронеж жалуется: «На бирже труда большая задержка с выплатой пособия, а пособие и так маленькое, смешное, так еще не выплачивают в срок, жить не на что», – пишет телезритель. Ну и Марий Эл: «Служба охраны, зарплата 9 тысяч рублей не изменилась».

Иван Князев: Ничего не поменялось.

Какая ситуация сейчас в Санкт-Петербурге, узнаем у Нины, дозвонилась до нас наша телезрительница. Здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте.

Работала в Санкт-Петербурге сеть кинотеатров «Мираж», работали по «серой» зарплате. Закрыли кинотеатры, 5 месяцев ждали, нас заверили, что всех желающих позовут на работу. Пригласили далеко не всех, то есть мы остались не у дел. Продолжают эти кинотеатры работать так же без оформления. Почему у нас наши государственные органы, налоговые и другие проверки, не принимают к таким кинотеатрам, такие сети большие, никаких мер? Люди страдают, на биржу не смогли встать, никаких справок нам не дали о зарплате и о том, что мы работали...

Иван Князев: Нина, а вы тоже никак не оформлены были?

Зритель: А потому что нас не оформляли, только по договору, и то в единственном экземпляре, который хранился у сотрудников, на руки нам ничего не давали.

Иван Князев: Ну и, соответственно, вариант устроиться, на биржу труда встать у вас тоже не прошел?

Зритель: Практически не получилось никак, потому что требуют справки, определенный пакет справок, у нас ничего не руках не было. Нас заверили, что нас, всех желающих, возьмут, но взяли далеко не всех.

Иван Князев: Ну что же вы так доверились-то так наивно? Здесь вот хоть и банально это прозвучит, но тот самый случай, когда вполне уже можно писать в прокуратуру.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Зритель: Ну вот понимаете, ждали, думали, что возьмут, потому что работа нравилась, были заинтересованы, хотя я, конечно, устроилась на это время на подработку, чтобы хоть как-то существовать, но увы, вот осталась без этой работы.

Тамара Шорникова: Спасибо. Единственное, знаете, что под конец, – сколько работали там? Есть звонок, нет?

Зритель: Да-да.

Тамара Шорникова: Сколько вы работали?

Зритель: Два года работала.

Тамара Шорникова: А вас не смущало, что это же «серая» схема, соответственно, никаких отчислений, это все небезопасно, ты не защищен вот от таких ситуаций?

Зритель: Ну понимаете, работа нравилась, и в тот момент как-то об этом не подумали, к сожалению.

Иван Князев: Ну нельзя же так, нельзя же так, Нина...

Тамара Шорникова: Понятно. Спасибо.

Иван Князев: Спасибо вам.

Еще один эксперт у нас на связи – Юрий Савелов, член президиума объединения предпринимателей «Опора России». Здравствуйте, Юрий Михайлович.

Юрий Савелов: Добрый день, ребят, добрый день.

Грустно, послушал эфир сейчас, очень грустно. Безработица, конечно, зашкаливает, почти 5 миллионов людей, которые остались без работы. Правительство об этом знает, я хочу сказать, но какие-то делает попытки, даже не знаю, как оно выйдет из этого положения. То, что человек сейчас звонил, сказал, что на бирже труда не заплатили, я думаю, что это нонсенс, здесь как раз надо было жаловаться в прокуратуру.

Иван Князев: Нет, там человек просто не оформлен был, тут он не попадал под ту категорию, когда тебя уволили за время пандемии.

Юрий Михайлович, а мне знаете, что интересно было? Много же анонсировали помощи от государства бизнесу. Там какие-то затыки были, что ею не воспользоваться?

Юрий Савелов: Да, многие не получили.

Иван Князев: Не получили?

Юрий Савелов: Вот сейчас опрошенные были, предпринимателей опрашивали, 75%, которые подали заявки, они не получили поддержки, получило всего 25%.

Тамара Шорникова: А в чем сложности были? Почему не получили?

Юрий Савелов: По тем или иным причинам. Там же были определенные ограничения, государство на этом этапе приняло такие ограничения. Кстати, хочу вам сказать, я получил, мне, может быть, и не так надо было сильно, но если государство предлагает и не отказывает, я получил почти 8 миллионов на заработную плату и сохранил всех людей, 1 апреля мне должны простить их. Если будет вторая волна пандемии, я, конечно, сохраню людей, я уже об этом говорил в эфире, любыми путями, любыми средствами, обязательно сохраню, чего бы мне это ни стоило. Наверное, мне их простят к 1 апреля, 8 миллионов.

Иван Князев: Ну потому что действительно истории разные были. У меня знакомые предприниматели, к примеру, из Тольятти, они не только получили вот эти кредиты, которые в принципе не нужно будет отдавать, на зарплату, так они еще получили там несколько десятков тысяч рублей элементарно на средства защиты, на санитайзеры, на маски, чтобы обеспечить...

Юрий Савелов: Прекрасно. Хотите еще пример? Это опять же мой пример, Тула, фабрика, на счет прислали, 50 человек сотрудников, мы работали в пандемию, даже людей еще брали, и область нас оценила в 300 тысяч, нам на счет упало 300 тысяч, сейчас вот людям даже раздам премию, понимаете? Такого в 2009-м, в 2014-х гг. от государства вообще не было, а сейчас хоть что-то. Ну как понять «хоть что-то»? – вот 300 тысяч упало прямо на счет в Тульской области на фабрику, которая работала в пандемию, имеется в виду людей сохранила, даже взяли, по-моему, человек 5, поэтому они вот за это нас поддержали, просто прислали денег на счет.

Иван Князев: Так почему кому-то дали, а кому-то нет?

Юрий Савелов: Вы знаете, я не знаю, тут, наверное, каждый случай надо рассматривать в отдельности. Не знаю. И то они позвонили нам, мы даже не выходили, не просили ничего, они позвонили с администрации, как интересно, понимаете, объяснили, сказали, какие бумаги заполнить, мы их заполнили, они нам прислали денег. Ну что ж, спасибо большое области, спасибо большое государство.

Вы знаете, о чем хочу сейчас, даже, может быть, дать совет телезрителям, тем, кто потерял работу. Ведь сейчас всего у людей три направления, понимаете, как выжить в этой ситуации, вернее как приобрести работу. Первое направление: человек, конечно, который получал 50 тысяч, допустим, и хочет их сейчас получить, прекрасно понимает, что, наверное, на такие деньги он не сможет найти работу. Значит, ему надо идти дешевле, идти на 40, а там себя проявлять на работе, становиться ценным сотрудником и уже через 3–4 месяца требовать больше.

Вот люди, мы сейчас тоже... Мы даже на работу сейчас берем, мы рассматриваем резюме, очень много резюме, у нас там пару вакансий летит, вбрасывают. С человеком разговариваю, говорю: «Почему? Вы же стоите, у вас высшее образование, огромный опыт, 150 тысяч, вы пишете 90». Он говорит: «Три месяца не могу найти работу, приду (ну вот подтверждает мои слова), покажу себя, а потом буду требовать, чтобы вы мне доплатили». Пытайтесь все-таки начать с более меньшего, это первое направление.

Второе – конечно, посмотрите сменить профессию. Не стесняйтесь, что умеете одно или полжизни делали одно, а вам предлагают что-то другое и вы это боитесь, – да не бойтесь, попробуйте, от вас не убудет. Смелее будьте, идите и пробуйте неделю, две, три, месяц, может, понравится и получится еще лучше, чем у других. Вот я, допустим, нам... Сейчас проблема со складами, вроде грузчик, а все автоматизировано, но имеется должность грузчика, а все автоматизировано, физически мало приходится работать, зарплаты поднимают. Вот сейчас грузчиков не хватает, потому что границы закрыты, зарплаты поднимают. Ну рассмотрите это предложение, сейчас грузчики по 40–50 тысяч получают и особо-то не носят, потому что все автоматизировано. Завскладом с высшим образованием, почему бы нет, попробуйте на момент пандемии, проявите какую-то фантазию, даю совет.

Ну и третье, конечно же, как можно в этой ситуации, – посмотрите, какой у вас жизненный опыт, попробуйте начать свое дело. Государство тоже здесь поддерживает. Подумайте, что вы можете сделать, рассаду выращивать продавать, еще что-то.

Тамара Шорникова: Юрий Михайлович, а в каких...

Иван Князев: Искать, искать какие-то варианты.

Тамара Шорникова: Да. Юрий Михайлович, а в каких сферах вот сейчас можно действительно думать о своем деле? Потому что многие же говорят о том, что денег сейчас нет, люди стали меньше ходить в рестораны, в магазины, меньше покупать. А в какой сфере-то дело свое открывать?

Юрий Савелов: Ну, если бы... Понимаете, если бы была известна сфера, конкретно, допустим, я мог сказать, что вот идите туда, там вы заработаете деньги... Нет, я могу сейчас провести анализ, но все равно он будет ошибочный. Здесь нужно понимание, где вы умеете, что вы больше знаете. Допустим, если я начну продавать кофе, наверное, я не до конца в этом понимаю, как его, что, фасовать, какие-то аппараты, нужно разбираться. А если, допустим, я до этого занимался, ну я не знаю, оказывал услугу, то я могу открыть интернет-магазин, не работать на кого-то, а сам его открыть и продавать какие-то, значит, вещи через интернет-магазин, пусть он будет маленький, пусть он будет семейный интернет-магазин, потому что несложно сделать, но можно попробовать. А вдруг у вас получится?

Тамара Шорникова: Просто хочется понять, насколько сейчас вообще удачный момент для открытия какого-либо бизнеса.

Юрий Савелов: А почему бы и нет? А вот как раз и есть, он в чем заключается... Ну сидите дома тогда, сложите ручки, сидите дома, смотрите прекрасный канал ОТР, а дальше-то что? Нет, мы считаем, что нам кто-то должен помочь, вот я... Понимаете, мне дают эфир, я хочу людям объяснить, что государство, конечно же, поможет, на бирже труда дадут вам по 10 тысяч рублей, а если вам лет 40–45...

Иван Князев: Ну да, если сам шевелиться не будешь, то, конечно, под лежачий камень вода не течет.

Юрий Савелов: Конечно.

Иван Князев: Давайте дадим все-таки слово телезрителям, у нас Елена, Марий Эл на связи, потому что спрашивают телезрители, как дозвониться, все время линия занята, вот слушаем.

Зритель: Алло?

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас.

Иван Князев: Здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Я хочу поделиться с вами своей ситуацией с заработной платой. Я работаю медицинской сестрой в государственном учреждении, республиканская клиническая больница, нейрохирургическое отделение. Вот когда я приходила 2 года тому назад на работу, у меня зарплата была в 2 раза больше. По телевизору рассказывают о поддержках медработникам в этот период нелегкий для нашей, конечно, страны, президент говорит, что вот должна быть зарплата средней по региону, а по факту у нас получается в 2 раза меньше мы сейчас получаем, и это... Вот до коронавируса мы получали больше, сейчас в 2 раза меньше, представляете?

Иван Князев: Елена...

Зритель: Никаких нам ни доплат, ничего, ни страховок, у нас медсестры точно так же болеют в отделении.

Иван Князев: Подождите, Елена, давайте разбираться.

Зритель: Давайте.

Иван Князев: Во-первых, сколько вы сейчас получаете? В 2 раза меньше, чем, вы говорите, 2 года назад у вас было?

Зритель: Да.

Иван Князев: У вас объем работы остался прежний? Сколько вам платят сейчас?

Зритель: Абсолютно, больных не меньше, объем работы тот же.

Тамара Шорникова: А почему зарплату-то срезали? Как объясняют?

Юрий Савелов: Задней цифрой.

Зритель: А ничем не объясняют.

Иван Князев: Нет, ну как? Не бывает же так, чтобы вот у вас день зарплаты, вам пришло не 25 тысяч, а 15.

Зритель: А вот представляете, вы угадали, мне не 28 пришло, а 16.

Иван Князев: Ну а вы подошли к главврачу, спросили, почему, что случилось, как?

Зритель: «У нас много ушло в отпуск», – но это же ну как-то несерьезно.

Иван Князев: В смысле в отпуск они ушли, в вынужденный отпуск или... ?

Зритель: Нет: «Просто вот идут в отпуска в очередные, поэтому летом меньше платим». Я говорю: «А почему в том году мы так не получали летом мало?»

Иван Князев: М-м-м... Понятно. Тут надо разбираться, во-первых, с бухгалтерией...

Тамара Шорникова: В любом случае, да, конечно, нужно разбираться с фактологией.

Иван Князев: ...нужно разбираться с отделом кадров. Ну я не знаю, тут много что нужно выяснять, сложно ответить сейчас однозначно.

Тамара Шорникова: Да. Юрий Михайлович, спрашивали уже у предыдущего эксперта прогноз, ваш прогноз какой в дальнейшем? Начнем восстанавливаться, начнут набирать сотрудников компании?

Юрий Савелов: Вы знаете, если бы не было второй волны пандемии, конечно, мы уже начали восстанавливаться, больше 50% малого и среднего бизнеса восстановилось, а к Новому году, я думаю, где-то 80% уже восстановилось бы. Ну, остались туристические компании небольшие... Потому что, вы знаете, отложенный спрос начал очень быстро действовать, вот как ни странно, вот так произошло, очень быстро стал действовать.

А то, что будет дальше... Вы знаете, ведь проблема эта следующего десятилетия, я имею в виду рабочие места, и правительство об этом знает. Я имею в виду автоматизация, робототехника, это все будет сокращать людей. Вот кто-то говорит, что давайте стройки большие. Если раньше, допустим, в каком-нибудь агрохолдинге работало 20–30 лет назад тысяча человек, то сейчас настолько все автоматизировано, что надо сто человек. А куда? Прошло-то всего 20 лет, а куда деть 900 человек?

Это проблема вообще мирового масштаба, и чем быстрее наше государство ее решит с нашими гражданами, понимаете, теми, которые действительно останутся без работы, останутся без рабочих мест, тем легче нам будет все это пережить. Вот сейчас этот пример, я постоянно об этом говорю, правительство должно четко понимать, создавая рабочие места, но все равно на всех не хватит. Понимаете, в чем сложность, лучших выберут, а остальным что делать? А у нас еще рождаемость повышается, потому что мы по 600 тысяч за второго ребенка получаем. Эту проблему надо решать. Я думаю, что правительство ее решит, я не хочу быть пессимистом, я оптимист и верю в наше государство. Будем решать по ходу.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Иван Князев: Юрий Савелов, член президиума объединения предпринимателей «Опора России», был с нами на связи.

Дадим в завершение еще один звоночек?

Тамара Шорникова: Конечно, я всегда за.

Иван Князев: Светлана из Москвы на связи. Здравствуйте.

Зритель: Алло, добрый день. Москва вам беспокоит.

Я владелица бизнеса, у меня в центре Москвы домашняя кулинария. И что я хочу сказать? Людей на работу найти очень трудно. Все сейчас говорят о безработице, а люди не хотят работать. Вот я даже вам открою: у меня повар получает за выход 2300–2500, и попробуйте найдите. Или продавца-кассира, 2 тысячи, не хотят идти работать.

Иван Князев: Так, может, вы зарплаты бы повысили, в объявлении указали бы повыше, пришли бы к вам?

Тамара Шорникова: Очередь бы выстроилась.

Зритель: А зачем? Надо реально рассчитывать, какая зарплата есть. А вы считаете, 2,5 тысячи мало, когда человек получает 60 тысяч?

Иван Князев: Смотря за сколько, за час, может быть, много, за неделю мало, наверное.

Зритель: Нет, почему?

Иван Князев: Что «почему»?

Зритель: Он работает 8 часов, бесплатное питание, оформлен...

Иван Князев: Это в день?

Зритель: Да.

Иван Князев: А, ну в день. Вполне себе, да. Светлана, я так понимаю, вы никого не увольняли?

Зритель: Нет, нет.

Иван Князев: Ну и правильно делали.

Зритель: Получили дотацию от государства. Но мы должны, вот у нас нужны сотрудники, и я уже вот сколько, месяц не могу. Например, повар требует 4 тысячи в час, продавцы 3 тысячи. Или, пожалуйста, Узбекистан, Киргизия.

Тамара Шорникова: Ну понятно. Смотрите, друзья, вы расценки услышали, тарифы...

Иван Князев: Услышали. Кому нужна работа...

Тамара Шорникова: Если кого-то заинтересовало, пишите нам, мы свяжем.

Иван Князев: Кулинария в центре Москвы, имейте в виду.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
А что сейчас происходит на рынке труда?