Перепись кошачье-собачьего населения

Гости

Петр Кузнецов: Домашних животных поставят на учет. Президент Владимир Путин поручил разработать поправки в законодательство до декабря этого года.

Оксана Галькевич: Также будет вестись мониторинг беспризорных животных, совершенствоваться система передачи их в приюты и развиваться волонтерство.

Петр Кузнецов: О, сколько всего полезного, смотрите! Да, все это должно сформировать в обществе ответственное отношение к животным – вот главная цель. Напомню, что норма об этом ответственном обращении появилась в обновленной Конституции, поправки в которую были одобрены почти год назад.

Оксана Галькевич: Год назад уже, так вот время летит.

Несколько цифр буквально, друзья, вам для сведения. Число домашних животных у нас в российских семьях за три года достигло 63,5 миллионов, при этом кошек в российских семьях свыше 40 миллионов, а собак больше 22 миллионов. То есть мы кошатники, да, в большей степени?

Петр Кузнецов: С кошкой просто проще. И денег на нее меньше надо.

Оксана Галькевич: И выгуливать не нужно. Да, меньше?

Петр Кузнецов: Да, мне кажется, меньше.

Оксана Галькевич: Один лоток поменять, слушай.

Домашние питомцы есть в 59% российских семей. У меня есть, у тебя?

Петр Кузнецов: Собака. Можно сказать, что есть. И есть, и нет. В общем, да. Была, с ней все хорошо, но она сейчас в другом месте живет.

Оксана Галькевич: Есть ли домашние питомцы у вас? Кошки или собаки? Дорого или недорого? Согласны ли ставить на учет? Друзья, ждем ваших звонков и сообщений, а пока подключаем к нашей беседе Евгения Цигельницкого, кинолога. Евгений Генрихович, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Корм знаешь какой дорогой у собак? Чем меньше собака, тем дороже корм.

Оксана Галькевич: Знаешь, кот тоже нормально поесть может.

Петр Кузнецов: Даже я так не ем.

Оксана Галькевич: Евгений Генрихович, как вам эта инициатива, как-то ставить их на учет, провести такую перепись кошачье-собачьего населения, а еще ж хомяки там, гадюки, кто что любит.

Евгений Цигельницкий: Здравствуйте. Я, в общем-то, родился еще при СССР, у меня собаки с 4 класса, я очень хорошо помню то время, когда они все получали паспорта, я ходил, регистрировал собак, делал им прививки. И у меня даже до сих пор хранятся их паспорта, там, по-моему, 30 копеек в год стоила регистрация. Ежегодно собаки ставились на учет.

Кроме того, безусловно, учет домашних животных существует и во многих других странах, в которых я был, это одно из обыденных, я бы сказал, явлений в цивилизованном мире.

Оксана Галькевич: Евгений Генрихович, простите, но вы о чем сейчас говорите, когда говорите «в советское время была такая система регистрации животных»? Это именно о породистых кошках-собаках речь? Потому что у меня в детстве тоже был котенок, но мы его никуда не регистрировали, паспорта у него не было.

Петр Кузнецов: Нет, насколько я понимаю, ветврачи вели какие-то журналы?

Евгений Цигельницкий: Первая моя собака была собака с улицы, которую я в шапке принес, нашел по дороге из школы. Она тоже регистрировалась. Потом у меня все остальные собаки уже были породистые.

Оксана Галькевич: Ага, вот так. То есть это для всех, вне зависимости, так скажем, от происхождения?

Евгений Цигельницкий: Независимо от породы. Вообще, такой вещи, как кинологический фашизм (противопоставление породистых беспородным) не существовало в Советском Союзе. Я со своей первой собакой пришел на площадку, она была совершенно беспородная, с ней там занимались.

В общем-то, я бы сказал, что сейчас атаку на породное собаководство почему-то ведут люди, которые любят говорить, что они защитники животных. Обычно никогда ничего такого не было, то есть все были равны. Собака есть собака, неважно, какая.

Оксана Галькевич: А для чего тогда вот этот учет в принципе необходим? Какие глобальные вопросы, проблемы он решает?

Петр Кузнецов: Там же и домашние, и бездомные, там два направления.

Евгений Цигельницкий: Во-первых, что касается домашних. У нас сейчас не определено понятие собственника, оно довольно расплывчатое. Возможно, учет сможет поставить в этом точку, если тот, на кого зарегистрировано животное, будет собственником, значит, соответственно, он за него и отвечает.

Что касается влияния на количество безнадзорных животных, я думаю, что это слабо повлияет или почти никак не повлияет, потому что, по данным биологических исследований, мониторинга за 15 лет, который некогда проводился, доля выживающих животных из всех выброшенных на улицу – не более 5%.

Петр Кузнецов: А эти бездомные собаки, их же очень много, они голодные, больные. Дело не только в опасности. Кому это выгодно? Потому что эта система, включающая отлов, стерилизацию, возврат, между стерилизацией и возвращением может быть вакцинация, так или иначе. Но это же хороший бизнес?

Евгений Цигельницкий: Такой системы нет ни в одной стране, где живет так называемый «золотой миллиард». Я никак не могу это комментировать.

Оксана Галькевич: Это не приведет впоследствии, если говорить об учете домашних животных, к введению каких-нибудь налогов? Тоже, кстати, есть в некоторых зажиточных странах.

Петр Кузнецов: Владельцам придется за что-то платить в случае вступления в силу этого законопроекта?

Евгений Цигельницкий: В любом случае, конечно, придется платить. И я еще раз повторяю, что мы платили, и в других странах платят. Но это должно быть как-то рассчитано. Вы понимаете, что я кинолог, я не законодатель, я не могу сказать, сколько мы будем платить. Я могу сказать, что практика существует.

Петр Кузнецов: За что хотя бы? Как это будет выглядеть, что это за будет сбор?

Евгений Цигельницкий: Хотя бы на содержание самой системы нужны деньги, они же не берутся из воздуха, да? Я еще раз повторюсь, что сама система учета не вызывает у меня ни малейших вопросов, она необходима. И она необходима по очень многим причинам. И она была раньше, и она есть в других государствах. Другой вопрос – это всегда вопрос реализации. Как она будет реализована у нас, я вам сказать не могу. Идея хорошая, почему нет?

Оксана Галькевич: Видимо, она в СССР тоже не всегда прямо была реализована, потому что нам очень много зрителей сейчас пишут, что они никого ни на какую регистрацию, ни на какой учет не ставили.

Петр Кузнецов: Давайте Валентину еще послушаем, прокомментируете.

Оксана Галькевич: Валентин? Валентина?

Петр Кузнецов: Да, Валентина.

Оксана Галькевич: Валентина, здравствуйте.

Зритель: Алло. Валентин.

Оксана Галькевич: Простите, Валентин.

Петр Кузнецов: Да, простите, Валентин. Ты была права.

Зритель: У меня такой вопрос. Немецкая овчарка в городе, она зарегистрирована, есть паспорт. Но я купил дачу, и в данный момент живу в сельской местности, там у меня еще две собаки и четыре кошки. Без них нельзя, потому что там рядом находится лес, чтоб охранять от этих животных, кошки охраняют от крыс, от мышей. Как быть с теми животными, которые в сельской местности? Нам в сельской местности без них нельзя. Объясните, пожалуйста, как нам быть.

Оксана Галькевич: Сейчас мы попросим, спасибо. Евгений Генрихович, сможете объяснить, как без животных в сельской местности?

Евгений Цигельницкий: Вы понимаете, я кинолог. Я кинолог. Это не моя идея – зарегистрировать кошек в сельской местности.

Петр Кузнецов: Какие-то ваши предположения?

Евгений Цигельницкий: У меня нет даже предположений, как регистрировать кошек в сельской области. Видимо, расчет идет на то, что законопослушные граждане придут и их зарегистрируют.

Оксана Галькевич: Объясните, вы говорите, что деньги нужны. Допустим, если регистрация будет стоить какие-то копейки или, теоретически, друзья, зрители, только чисто теоретически, могут ввести какой-то налог, вы говорите «деньги нужны на содержание системы». Какой системы? Системы чего?

Евгений Цигельницкий: Сама система учета, она же не берется из воздуха. Это люди, сотрудники, рабочие места, техника, хранилища данных, обработка, возможно, поиск по этой системе.

Оксана Галькевич: Еще бы понять, зачем тогда нужна эта система учета?

Евгений Цигельницкий: Вы поймите, это, по сути, строится целая система, да? Как ГЛОНАСС, грубо говоря, конечно.

Оксана Галькевич: Спасибо, спасибо большое!

Петр Кузнецов: Спасибо. Евгений Цигельницкий, кинолог. Совершенно справедливые, как мне кажется, опасения из Новгородской области. И будет больше бездомных животных, телезрители пишут об обратном эффекте.

Оксана Галькевич: Друзья, сразу после новостей вернемся, поговорим о детском отдыхе, в этом году ему уделяется самое пристальное внимание.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)