Пешеход, дорогу! Как быть с владельцами гироскутеров, электросамокатов и моноколёс?

Пешеход, дорогу! Как быть с владельцами гироскутеров, электросамокатов и моноколёс?
Какие пенсии в России? Достойная зарплата. Пентагон нацелился на Калининград. Лишние уроки. Тату детям не игрушка!
В ожидании индексации: какие пенсии сегодня получают в регионах и на что их хватает?
Пенсионный фонд России: сколько он тратит на свои нужды? Наш сюжет
Сергей Лесков: Мы гордимся гигантским профицитом бюджета, хотя видные экономисты считают, что это абсурд
Вадим Муранов: Проблема, скорее, не в том, что в школе много лишних предметов, а в том, что много лишнего в самих предметах
Владимир Морыженков: Россия крайне благоприятна для принятия инвестиций, но она так заколдована, что ни рубль, ни доллар не могут сюда проникнуть
Под крылом самолёта...
Слишком много машин! Недовольны и автомобилисты, и те, у кого нет личного авто
Пентагон нацелился на Калининград
Космический интернет - залог создания цифровой экономики на земле!
Гости
Владимир Соколов
председатель Межрегионального общественного движения за права пешеходов «Союз пешеходов»
Ярослав Нилов
депутат Государственной Думы РФ
Александр Осипов
руководитель общественного движения «Малый электротранспорт России»

Петр Кузнецов: Не пропустите вторую тему вечернего «Отражения». Мы продолжаем. Еще не водитель, но уже не пешеход – это теперь можно сказать про владельцев так называемой электротехники. Это электросамокаты, это гироскутеры, это электровелосипеды, это, прости Господи, сегвеи и прочее. Эти штуки могут разгоняться при этом до 60 километров в час, как бы их ни назвали. И они уже заполонили улицы, а скорее – все-таки тротуары крупных городов.

Тамара Шорникова: Это, в общем-то, те штуки, которые проезжают мимо вас, когда вы идете пешком по тротуару. Для обычных велосипедов у нас есть определенные правила. А что касается уже электровелосипедов, то тут все гораздо сложнее. Власти до сих пор не могут разобраться, что делать и как узаконить новые транспортные средства.

Петр Кузнецов: Этой осенью к проблеме обещают вернуться в московском парламенте, потому что в столице электросредств больше всего, и проблема, соответственно, стоит или, как Тамара сказала, пролетает намного скорее и острее. Так с кем в итоге придется делить дорогу электрокатам? Будем разбираться.

Тамара Шорникова: По данным МВД, за прошлый год в стране произошло 39 аварий с участием портативного электротранспорта. А в этом только за период с января по июнь случилось 40 таких ДТП. В результате пострадали 39 человек, двое погибли.

Петр Кузнецов: В МВД владельцев электросамокатов, гироскутеров, сегвеев относят к пешеходам, а значит, единственное наказание за несоблюдение правил для таких ездоков портативных – штраф от 500 до 1 500 рублей. Его назначают в случае ДТП с участием электротранспорта.

Тамара Шорникова: Звоните, пишите, рассказывайте, что вы думаете по поводу владельцев таких транспортных средств, как к ним относитесь, где они должны пользоваться своими транспортными средствами. Если вы владелец, то тоже позвоните и расскажите.

У нас в студии – Александр Осипов, руководитель общественного движения «Малый электротранспорт России». Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте, Александр.

Александр Осипов: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Вы на эфир на чем приехали?

Александр Осипов: Вы знаете, интересная ситуация. Я на эфир опаздывал очень сильно из-за того, что я попал в пробку огромную, я ехал два часа по пробке. Я подумал, что если бы я был на электросамокате, то приехал бы вовремя, если не раньше. У меня были с собой сумки, мне пришлось выбрать автомобиль. Но я наблюдал мимо проносящихся счастливчиков на электросамокатах, которые никуда не опаздывали. В этот раз я приехал на такси.

Петр Кузнецов: Сапожник без сапог.

Александр Осипов: Ну…

Петр Кузнецов: Ключевое слово здесь «проносящихся». Потому что одно дело – проноситься мимо стоящих в пробке автомобилей. Хотя здесь тоже есть свои нюансы. Как оформляется все это дело, если вдруг случится? А мы слышали, что и смертельные случаи уже с ними есть. А другое дело – когда они проносятся по пешеходной зоне. При этом мы узнали, что их относят как раз к пешеходам. И здесь совсем непонятно. Потому что явно речь идет об отдельно взятой категории, которая ни там, ни там. А вот куда ее пристроить? Это главный вопрос.

Александр Осипов: Ну, вы совершенно правильно говорите о том, что это не автомобиль и не пешеход. Наше общественное движение являлось инициатором обсуждения в парламенте. Скажем так, по нашему запросу был первый круглый стол в Госдуме с экспертами. И действительно, ни один из экспертов, которые присутствовали там, не смог определить, к чему, собственно говоря, отнести электротранспорт малый, потому что это, собственно говоря, невозможно.

И наша инициатива была – в первую очередь выделение в отдельную категорию, пока еще не существующую, потому что причислять это к автомобилям или к мотоциклам неправильно. Представьте себе самокатчика, который едет по МКАД в крайней левой полосе. Это тоже нехорошо. С другой стороны, оставлять их с такими скоростями на тротуарах тоже не совсем правильно. Поэтому, наверное, было бы логично выделить их в какую-то отдельную категорию, пока еще не существующую в ПДД.

На том же заседании у людей возник вопрос: «А если через два года появится какой-то квадрокоптер, который гроздьями людей переносит из одной точки в другую, то мы опять будем собираться и обсуждать, в какую же категорию его отнести?» Поэтому, да, мы выступаем за выделение этого в отдельную, еще пока не существующую категорию, но которая очень перспективная и которая очень сильно развивается.

Тамара Шорникова: А эта категория где должна ездить?

Александр Осипов: Сейчас это пешеход. И я бы не сказал, что это неправильно совсем.

Тамара Шорникова: Ну, если мы говорим о пешеходе, который передвигается со скоростью больше 50 километров в час, то это очень быстрый пешеход.

Александр Осипов: Да, вы совершенно правильно говорите. Но мы на базе общественного движения как раз выступаем за ограничение скорости максимальной на тротуарах. Мы пока ограничиваемся 20 или 30 километрами в час на пешеходных тротуарах и зонах. Объясню, почему такая цифра.

Ну, все мы знаем, что люди, занимающиеся спортом, часто выбегают на пробежку. И встреча со спортсменом, несущимся по улице в Москве со скоростью 20 километров в час, что не редкость, – стокилограммовый спортсмен собьет пешехода.

Петр Кузнецов: Ой, ну да ладно! Уместно ли такое сравнение?

Александр Осипов: А мне кажется, что да. Потому что неизвестно, что хуже – встретиться с самокатом или… Потому что у самоката… Сейчас уже настолько, скажем так, развилась эта индустрия, что они стали комплектоваться гидравлическими, электрическими тормозами, с рекуперацией, как на последних автомобилях Tesla, скажем так.

Петр Кузнецов: Послушаем Владимир – город в 180 километрах от Москвы, поэтому я догадываюсь, что туда вполне себе могли докатиться уже новые веяния в виде новых технологий. Здравствуйте, Ольга.

Зритель: Здравствуйте. Вы знаете, я хочу поблагодарить редакцию за то, что подняли эту тему. Потому что несколько раз я обращалась в полицию, но полиция говорит: «Это не в нашем ведомстве». Дело в том, что до нас, да, докатилось, но у нас еще такая проблема, что вообще по центру города, по историческому ядру я уже боюсь ходить. У нас еще велосипедисты гоняют страшным образом, хотя велосипедов вообще на тротуаре не должно быть. Причем это гоняют подростки. Уже были случаи сбития, наезда. И совершенно не знаешь, к кому обращаться. Особенно когда идешь с ребенком. Ребенок прыгает влево, вправо.

И здесь, вы знаете, просто опасно. Многие люди уже боятся ходить. Причем у нас есть велосипедные дорожки, но там никто не ездит. А вот подросткам нравится между людьми лавировать. Понимаете? Я даже наблюдала. Они получают адреналин, удовольствие вот таким образом. По несколько человек между людьми – это что?

И конечно, электротранспорт еще к этому прибавился. Вот мне чуть не наехали на ногу. А у меня больная нога, возраст. Да и вообще при любом возрасте. Понимаете? Я теперь боюсь, я уже по центру боюсь ходить. И я считаю, что это ненормально. Это ущемление прав пешеходов. И никто за это не отвечает.

Петр Кузнецов: Спасибо, Ольга, спасибо.

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Петр Кузнецов: Раньше же были скутеры, на которых тоже гоняли малолетки без прав, без шлемов. Ну, как-то с ними смогли справиться. Помните, долгое время тоже не могли определить. И по тротуарам они тоже ездили, и на дороги выезжали. Тоже была отдельная категория. И что сделали? Как ее усмирили?

Александр Осипов: Вы изначально говорили, называли статистику происшествий на электросамокатах, на электротранспорте – что-то в районе 40.

Петр Кузнецов: Цифры растут.

Тамара Шорникова: Но это опять же официальная статистика.

Александр Осипов: Ну да. Просто когда мы на заседании в Мосгордуме были, там были и представители МВД, и они сказали, что это достаточно точная статистика. И если говорить… Ну хорошо, не 40, а 100 пусть будет, да? Увеличим в 2–3 раз. Случаи с велосипедами, вот такие, как вы назвали, они ежедневно случаются. Хотя их уже достаточно сопоставимое количество с самокатчиками.

Поэтому МВД на круглом столе тогда заявило, что нет смысла сейчас ничего трогать, потому что случаев настолько мало, что позицию сформировать невозможно. Да, есть случаи. Есть один несчастный случай с женщиной, в которую въехал, как говорят, человек на электросамокате, и она получила перелом позвоночника. Но это единичный случай. И опять-таки…

Петр Кузнецов: Но не факт, что случай с Ольгой во Владимире… Если бы сантиметр вправо, такое тоже могло бы произойти на самом деле. Вот эта история, о которой она рассказала.

Вы о велосипедистах вспомнили. Но для велосипедистов же сейчас существуют уже правила какие-никакие. Возьмем даже тот же знак велосипеда, велосипедной дорожки. Соответственно, можно ли под правила хотя бы для велосипедистов подогнать электровелосипедистов? А дальше уже и все эти категории.

А давайте с этим вопросом уже обратимся к Ярославу Нилову, депутату Государственной Думы, он с нами сейчас на связи. Здравствуйте, Ярослав.

Ярослав Нилов: Добрый вечер.

Петр Кузнецов: Автор многих дорожно-транспортных инициатив. Мы знаем, что вы уже выступили с инициативной, у вас есть мысли по поводу того, что же сделать с этой вновь образовавшейся категорией. Расскажите нам, пожалуйста, что вы уже внесли на представление.

Ярослав Нилов: Ну, во-первых, обращаю внимание, что после встречи с руководством организации «Синие Ведерки», в частности с Петром Шкуматовым, был направлен запрос от имени фракции ЛДПР в Минтранс и в ГАИ России, с тем чтобы обратили внимание на существующую проблему, обратили внимание на имеющиеся случаи, когда уже доходит до того, что в третий ряд выезжают разносчики пиццы и создают серьезные аварийные ситуации. При этом мы понимаем, какие могут быть последствия – не дай бог, человек получит травму серьезную или вообще закончится все летальным исходом.

Петр Кузнецов: Именно на электроскутерах, на электросамокатах?

Ярослав Нилов: Скутеры и другие гаджеты. Поэтому мы понимаем, что это явление, это мода, это современно, такие гаджеты шагают по стране, но везде должен быть здравый смысл. Вот о чем мы говорим. Поэтому мы предложили в Правилах дорожного движения этот вопрос урегулировать. И с позицией ЛДПР, с позицией других общественных организаций МВД и Минтранс согласились. Они сейчас проводят исследование, изучают. И в ближайшее время будут подготовлены соответствующие поправки в Правила дорожного движения.

Полагаю, что как минимум необходимо приравнять данные транспортные средства к другим транспортным средствам, которые указаны в Правилах дорожного движения. Там гужевые повозки указаны. На лошадях уже по Москве никто не ездит, как это было раньше, когда Правила дорожного движения еще в советское время писались. Сегодня совершенно другие средства передвижения.

Поэтому давайте все актуализируем. Давайте сделаем так, чтобы это было удобно и тем, кто это использует, и пешеходам, и водителям. Действительно, будем бороться за безопасность. Вот мы в ЛДПР за безопасность. То есть не должны страдать ни водители, ни пешеходы, ни те, кто пользуются такими современными средствами передвижения.

Петр Кузнецов: Но прежде всего ваша инициатива все-таки направлена на то, чтобы их убрать с пешеходной зоны?

Ярослав Нилов: Во-первых, мы ряд инициатив предложили. Опять же это все регулируется нормативно-правовым актом. Нельзя выезжать дальше первой полосы, это очевидно. Они имеют возможность пользоваться, на мой взгляд, велодорожками, может быть, даже пользоваться полосой для общественного транспорта. На тротуарах также их использование должно быть отрегулировано.

У нас отрегулировано в Правилах дорожного движения даже использование инвалидами инвалидных колясок. То есть инвалидная коляска с электроприводом всегда считалась транспортным средством. Слава богу, услышали нашу позицию и внесли изменения в Правила дорожного движения.

Поэтому не надо создавать угрозу ни пешеходам, ни другим транспортным средствам, ни тем, кто использует эти новые современные средства передвижения. Поэтому нужно отрегулировать. Для этого нужно изучить опыт других стран. Для этого нужно понять, какая инфраструктура сегодня позволяет использовать эти транспортные средства, прежде всего в мегаполисах.

Для маленьких населенных пунктов, может быть, это и не будет никакой проблемой. Мы видим, что в Москве на МКАД выезжают в крайний левый ряд и катятся в пробках или даже не в пробках с большой скоростью, иногда опережая впереди идущее транспортное средство. Вот на эти вещи надо обращать внимание и не допускать создания аварийных ситуаций.

Тем более обращаю внимание, что дорожно-транспортное происшествие может закончиться уголовным преследованием и лишением права управления транспортным средством водителя, который оказался виноватым, под колеса которого упал такой разносчик пиццы, который решил, что он за рулем легкового автомобиля, а не на электросамокате.

Тамара Шорникова: Ярослав, тут многие нам пишут, что разбирательство может занять определенное время. В течение этого времени, действительно, могут случиться какие-то происшествия. Сейчас, как вы считаете, что нужно сделать? Нужно запретить, например, использование этих транспортных средств, пока не ясно, к чему их приравнять?

Петр Кузнецов: Да, очень просто. Велодорожек нет, например, как в Амстердаме, по всему городу, которые дублируют основную дорогу. Значит, не надо пока допускать такую категорию, раз для нее нет дороги.

Ярослав Нилов: Да это все есть. Уже запрещать бесполезно. И некому будет ловить, останавливать и забирать. И не нужно этого делать. Везде должна быть разумность. Надо было на опережение работать, а мы, как всегда в России, боремся с последствиями. Когда явление начало уже иметь массовый характер, мы начинаем судорожно думать, изучать статистику. Изначально бы сказали: «Пожалуйста, владельцы новых электросамокатов, для вас есть полоса для частного транспорта, пользуйтесь ею. Для вас есть дороги общего пользования, и вам запрещено выезжать на магистрали. Пожалуйста, имеете право двигаться по тротуару не больше какого-то скоростного режима».

Петр Кузнецов: Да, понятно. Ярослав, и очень коротко: должны ли они сдавать также на права, раз они будут полноценными участниками движения, по-вашему?

Ярослав Нилов: Я считаю, что это уже перебор на данный момент. Нет, права не нужны. У нас и пешеход является полноценным участником дорожного движения…

Петр Кузнецов: И он обязан знать Правила дорожного движения, это правда. Спасибо большое. Ярослав Нилов, депутат Государственной Думы.

Тамара Шорникова: И еще пару SMS, потому что активно у нас споры разгораются тоже в нашем SMS-чате. Некоторые пишут, что есть парки, есть рекреационные зоны, где можно использовать пока эти транспортные средства. Другие пишут, что есть собственно электропривод – соответственно, это транспортное средство, тут даже размышлять не о чем.

«Где нужно ездить на электротранспорте?» – такой вопрос мы задали нашим телезрителям. И вот какие ответы получили.

ОПРОС

Тамара Шорникова: «Или запретить, или сделать велодорожки», – Челябинская область. Краснодарский край, Сочи: «Велодорожка очерчена на том же тротуаре. Пешеход не защищен. Идешь по тротуару, как по проезжей части».

Пока законодатели вместе с сотрудниками МВД думают о том, как урегулировать эти отношения, производители говорят: «Давайте мы будем ставить, например, ограничители скорости на тех же электроскутерах и так далее». Это может сработать сейчас в качестве одной из мер?

Александр Осипов: Сейчас конкретно это не может сработать. И в дальнейшем с этим будет еще сложнее бороться. Я объясню – почему.

Даже в ПДД у нас есть определение, что скутером, электроскутером, электромопедом, по-моему, является все, что имеет мотор-колесо мощностью больше 250 ватт до 4 киловатт. Сейчас на электросамокатах, помимо мотор-колеса, ставятся еще и контролеры, которые обладают определенным микропроцессором, который программируется. Имея прошивку, имея мотор-колесо неважно какой мощности, ну, скажем так, от 500 ватт до киловатта, его можно ограничивать и разгонять от 20 километров в час до 100, грубо говоря.

Петр Кузнецов: То есть это уже категория «М», вполне свободно можно присуждать при желании.

Александр Осипов: Вообще да, если смотреть конкретно на показатели мощности мотора. Но, на наш взгляд, это не совсем правильно, потому что мотор мотору – рознь. То есть там очень много факторов… Я не буду вдаваться в технические подробности. Обладая небольшими умениями в электронике, можно разгонять одинаковый мотор на самокате том же самом до абсолютно разных скоростных показателей.

Петр Кузнецов: У нас еще один пострадавший – это Фарид из Татарстана. Здравствуйте, Фарид. Рассказывайте свою историю. Фарид, здравствуйте, слушаем.

Зритель: Я шел со стоянки под горку. По дорожке катались на самокате, на простом самокате. Один из них подпрыгнул, упал и этим самокатом врезался мне в ногу. Что мне с ним делать? Ушел. А потом я пошел домой, нога опухла. Опухоль спала через неделю, но боль-то все равно осталась. Это простой самокат. А если говорить про эти большие самокаты, которые с большими скоростями летят? И велосипедисты летят по тротуарам. Как быть? Все, спасибо. До свидания.

Петр Кузнецов: Спасибо большое, спасибо. Это Фарид.

Тамара Шорникова: Еще один случай, Москва и Московская область: «Случаи травмирования пешеходов не редкость. Попробуй догони нарушителя. Сбил с ног внучку такой лихач, травмировал ей ногу и руку. Кому жаловаться? Непонятно. Москва».

И сейчас подключаем по Skype еще одного эксперта к нашему разговору – Владимир Сергеевич Соколов, председатель межрегионального общественного движения «Союз пешеходов». Здравствуйте.

Владимир Соколов: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Мы начали со статистики: 40 дорожно-транспортных происшествий, 39 пострадавших. А какая статистика у вас? Потому что многие эксперты говорят о том, что таких случаев, конечно, гораздо больше. Просто как здесь? Травмировал, уехал, превратился в точку на горизонте. И куда обращаться – непонятно. Соответственно, случай не зарегистрирован.

Владимир Соколов: Проблема возникла еще в 2016 году. Мы обратились по этому поводу в ГИБДД с просьбой внести изменения в Правила дорожного движения, но нам сказали: «Пока нет такой необходимости, мы будем следить за развитием событий». События развиваются, как и предполагалось, весьма неблагоприятно.

Петр Кузнецов: Ну да. «Сейчас статистику опасную наберем, а потом будем уже принимать меры».

Владимир Соколов: Уже в начале года… Ну, это неофициальная статистика. Формально говоря, водители электроскутеров, гироскутеров, моноколес, сегвеев, а также электросамокатов приравниваются к пешеходам, по тому же самому разъяснению ГИБДД в этом письме. Так вот, неофициальная статистика, которую ведет ГИБДД: на начало года было четыре погибших и несколько десятков получивших тяжкий вред здоровью.

У нас в Москве есть две женщины, которые получили тяжкий вред здоровью, которые обратились к нам. И получилось так, что одна из них имела перелом позвоночника. Когда через шесть месяцев она пришла в отделение ГИБДД, ей сказали: «Извините, мы уже дело закрыли». Ну, пешеход наехал на пешехода.

Международный опыт говорит о том, что во всех странах защищают пешеходов. У нас пока разрешают бесконтрольно продавать эти электромеханические транспортные средства, которые являются, в общем-то, носителями повышенной опасности. Они точно такие же, как и водители на своих автомобилях. Раз эти электромеханические транспортные средства приравниваются к пешеходам, они могут ездить по тротуарам…

Петр Кузнецов: Владимир Сергеевич, простите, пожалуйста, очень мало времени у нас остается. Какие меры? Как их безболезненно вывести с тротуаров, чтобы мало кто пострадал?

Владимир Соколов: Безболезненно не получится. Единственный вариант – это перевести на велодорожки электросамокаты не очень мощные, не те, которые 40 километров в час развивают скорость, а до 20 километров в час.

Петр Кузнецов: Велодорожки дорого и долго строить.

Тамара Шорникова: И мало где есть, кроме Москвы.

Петр Кузнецов: Это стратегия-2070.

Владимир Соколов: Вы совершенно правы. А вот что касается гироскутеров, моноколес и сегвеев, то они запрещены во всех развитых странах мира для использования на тротуарах и на дорогах общего пользования. На дорогах они несут опасность сами себе, а на тротуарах – пешеходам.

Петр Кузнецов: Запретить продажи?

Владимир Соколов: Пока единственный вариант – это рекреационные зоны, специальные трассы. Их пока нет. А раз нет, то, пожалуйста, в лесной местности, на сельских дорогах можно тренироваться или в парках культуры, где созданы специальные площадки и есть возможность…

Петр Кузнецов: Или хотя бы те самые велодорожки, по крайней мере в парках они появляются. Спасибо большое. Владимир Соколов, председатель межрегионального общественного движения «Союз пешеходов».

Тамара Шорникова: И у нас есть еще один звонок, к нам дозвонился телезритель из Москвы. Константин, здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Петр Кузнецов: Добрый вечер.

Зритель: Постоянно смотрю вашу программу, очень хорошая. Очень коротко, буквально две истории за одну неделю.

Пару дней назад жена шла по Садовому кольцу с коляской, с детьми. Зазвонил телефон, она остановилась его вынимать из сумки. Коляску – на тормоз. И в это время в нее въезжает скутерист… ну, не скутерист, а электросамокат, 40 километров в час он ехал. Ну, слава богу, что въехал не в коляску. Мы отделались просто тем, что довольно дорогой ремонт телефона.

И на этой же неделе я еду в машине по Третьему кольцу – широкая магистраль, 80 километров в час ограничение, тоннель. И в этом тоннеле радостно едет какой-то придурок (просто другого слова нет) на самокате. Не дай бог, он упадет или кто-нибудь его собьет – ведь водитель сядет, потому что его посадят как за пешехода. Так что, в общем, проблема не надуманная, скажем прямо.

Петр Кузнецов: Константин, ваше мнение – куда относить эту отдельную категорию? Где им разрешать ездить? Или вообще просто запрещать? Но запрещать сложно.

Зритель: У меня есть нецензурный вариант, конечно, куда их девать. А так непонятно, как это все можно администрировать, потому что это же не машина, у них нет прав, с ними ничего не могут сделать гаишники – ни отобрать права, ни оштрафовать, ничего.

Петр Кузнецов: И их уже так много, что каждого теперь не отловишь. Спасибо большое, Константин.

Очень коротко. А сейчас все-таки это явление скорее столичное и дальше большого города не выйдет или рискует быть общенациональным? Очень коротко!

Александр Осипов: Нам удалось покататься с общественным движением «Убитые дороги», которые катаются по всей России. Они нас пригласили, нам так повезло. Конечно, больше всего в Москве, потому что в остальных городах…

Петр Кузнецов: …плохие дороги. Вот где нас спасут плохие дороги! Наконец-то мы нашли им применение.

Спасибо большое. Александр Осипов, руководитель общественного движения «Малый электротранспорт России». Спасибо.

Тамара Шорникова: Спасибо.

Александр Осипов: Спасибо.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Рамиль
Болтуны и лжецы! Электросамокты больше 25км/ч ехать не могут, цивилизованные люди ограничение выставили. Скоростные модели по ПДД РФ попадают в категорию мопеды со всеми вытекающими. Неучи. Сами-то небось электросамокат только в интернете видели.

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски