Платная медицина полезнее для здоровья?

Платная медицина полезнее для здоровья? | Программы | ОТР

Многие ли могут позволить себе лечиться за деньги? И всегда ли платно - значит качественно?

2021-02-01T22:06:00+03:00
Платная медицина полезнее для здоровья?
90 лет Михаилу Горбачеву. Миллиарды для села. Пенсии работающим. Налог на роскошь. Жить стали хуже
Ковид вывернул наши карманы
Горбачеву - 90. В XX веке не было политика, к которому относились бы так полярно
Села вытянут миллиардами
Льготы: все в одно окно
На селе денег нет
Источник доходов один – кладбище… СЮЖЕТ
ТЕМА ДНЯ: Пандемия лишила доходов
Автомобиль становится роскошью
Пенсии для работающих: какой будет индексация?
Гости
Николай Прохоренко
первый проректор Высшей школы организации и управления здравоохранением, кандидат экономических наук
Алексей Куринный
член Комитета Государственной Думы по охране здоровья, кандидат медицинских наук

Оксана Галькевич: Государственная медицина проигрывает коммерческой – это данные, между прочим, нашего Росстата. По исследованиям этого ведомства, четверть населения страны недовольны качеством оказания услуг в своих местных поликлиниках, причем рассерженных горожан гораздо больше, чем жителей сельской местности (вот, казалось бы, да, неожиданно, мне кажется, совершенно).

Константин Чуриков: Я только дополню, что иногда государственная клиника и коммерческая – это примерно одно и то же, потому что там есть специальное окошечко, там, в общем, по прайсу можно, согласно прейскуранту добрую медуслугу получить.

Оксана Галькевич: Коммерческие услуги, да.

Константин Чуриков: В 3 раза чаще россияне делились своим недовольством работой именно бесплатных клиник, имеется в виду государственных. И похоже, большинство жалоб приходится на город-герой Севастополь, на Калининградскую область и на Камчатский край. Ну и то ли меньше жалоб, то ли сильнее медицина, согласно этим данным, в Мордовии, в Чечне и Тыве.

Оксана Галькевич: Ну ты запомни, Костя, если что, там зубы полечить, спину поправить...

С платными клиниками тут не то чтобы все идеально, но работой врачей, результатами лечения, ну и вообще, так скажем, общей обстановкой люди чаще всего все-таки довольны. Хотя вот на Камчатке, в Хакасии и Бурятии есть еще над чем работать, как показывает исследование Росстата. Но куда как больше забот должно быть, судя опять же по этим данным, у нашего Минздрава о государственном секторе, потому что как минимум с такой нагрузкой от специалистов сложно ждать какого-то грандиозного качества и внимания.

Константин Чуриков: Ну, Всероссийский союз пациентов подсчитал, что сейчас на самом деле нагрузка участкового врача доходит до 5 тысяч человек, то есть он один на 5 тысяч человек, а должно быть по логике, вообще по нормативам не больше 2 тысяч. В амбулаторном звене хронически не хватает персонала, и вот нехватка эта оценивается в 40%.

Оксана Галькевич: Расскажите, уважаемые зрители, что у вас с врачами там, где вы живете? Все ли специалисты в вашей поликлинике есть? Легко ли записаться, попасть на прием? Довольны ли вы профессиональной подготовкой, уровнем ваших врачей? Расскажите нам, пожалуйста, об этом в прямом эфире, позвонив по бесплатному номеру или написав SMS-сообщение, тоже у вас на экранах короткий номер, тоже бес-плат-ный.

Константин Чуриков: Ну а мы сейчас приглашаем в эфир Алексея Куринного, это член Комитета Государственной Думы по охране здоровья, кандидат медицинских наук. Алексей Владимирович, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Алексей Куринный: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Алексей Владимирович, ну вот то, что россияне особенно недовольны, вот если верить результатам этого исследования, именно, скажем так, государственными медучреждениями, говорит ли это о том, что они часто посещают платные медучреждения, коммерческие? Вообще как бы вы интерпретировали вот эти данные?

Алексей Куринный: Вполне ожидаемый расклад. Дело в том, что государственная медицина в России недофинансирована приблизительно вдвое. Естественно, в этих условиях невозможно адекватные заработные платы платить, невозможно закупать соответствующее оборудование, ну и, собственно, то, о чем говорят люди, они абсолютно правы. Объем платных медицинских услуг растет несмотря на кризис, несмотря на снижение доходов наших граждан на протяжении последних 6 лет, устойчиво растет, и сейчас это 50% от затрат государства, еще раз повторю, крайне недостаточно. Естественно, на этом фоне обеспечить население Российской Федерации адекватной медицинской помощью просто невозможно. Я напомню, 3,8% от ВВП мы будем тратить в 2021 году на здравоохранение целиком из всех источников государственных. Минимально необходимо, по данным ВОЗ, 6–7%.

Константин Чуриков: Ага.

Оксана Галькевич: Алексей Владимирович, скажите, а почему такая недооценка? Ведь это на самом деле серьезный вызов, правда, здоровье населения. Вот мы видим, как у нас армия в последние годы преобразилась, да, потому что государство понимает, какие вызовы у нас есть, скажем так, на внешней стороне, на внешних фронтах. Мы видим, как у нас преобразились, допустим, полиция, Росгвардия вот сейчас; мы видим, сколько, в каком обмундировании, какой у них соцпакет, пенсии и так далее. И при этом медицина, вызовы тоже очень серьезные, правда? Здоровье населения, ковидный год показал, как это страшно может быть, сколько людей мы потеряли в прошлом году, да, и такая недофинансированность. Почему?

Алексей Куринный: Меня точно так же, как и вас, удивляет. Регулярно лично я, ну и там во всяком случае члены моей фракции ставят этот вопрос, причем достаточно жестко, потому что действительно, несмотря на общения, я напомню, 4 года назад даже в послании президента было сказано о необходимых 5% хотя бы от ВВП, практически ничего не двигается, и к 2023 году, это, скажем так, горизонт планирования нашего бюджета, 3,6% от ВВП как было, так и остается, даже там небольшое еще снижение идет на 0,1%. Невозможно, просто невозможно в этих условиях обеспечить нормальную медицинскую помощь, ни лекарствами обеспечить, ни оборудованием соответствующим, ни зарплатами медицинских работников, ни подготовку для них соответствующую пройти.

Всем ясно, все кивают головой, но на протяжении длительного времени почему-то приоритеты действительно склоняются в сторону Росгвардии, полиции, армии меньше в последнее время, но... Видимо, государству сейчас важнее эти направления, хотя это совершенно верно, это такие же государственные служащие, я говорю про медиков, как и полицейские, как и росгвардейцы, и их функция ничуть не менее значима для государства.

Оксана Галькевич: И плюс это еще очень дорогие специалисты, на подготовку которых государство тратит не 3–4 года, даже не 5–6 лет, а гораздо больше, правда, врача вырастить, воспитать.

Алексей Куринный: Я вам скажу больше: 1 рубль, вложенный в здравоохранение, про которое нам пытаются рассказать, что это черная яма, сколько ни вкладывай, все равно ничего не изменится… Так вот рубль, вложенный в здравоохранение, – это 2 рубля в остальных секторах.

Константин Чуриков: Ну да, с точки зрения развития того же человеческого капитала.

Алексей Куринный: Да-да-да.

Константин Чуриков: Алексей Владимирович, давайте мы сейчас запустим опрос, спросим наших зрителей, ну вот, пожалуйста, как есть, так и проголосуйте: вы довольны качеством медуслуг по полису ОМС, то есть по вот этому полису, за который по идее вы ничего не должны платить уже в поликлинике? «Да» или «нет» на номер 5445.

Алексей Владимирович, что за сюжет с Севастополем? То есть, наверное, очень тревожная вообще, в принципе для местной власти информация о том, что больше половины населения, получается, избирателей, не знаю, жителей недовольны государственными клиниками. Вот как такое может быть? Я понимаю, что там всего ничего, то есть там 6 лет как с нами Севастополь, город-герой, но за 6 лет можно было что-то сделать в условиях одного города?

Алексей Куринный: Ну, первое – это, конечно, достаточно низкий уровень изначальный. Несмотря на все усилия, несмотря на колоссальные вложения пока уровень здравоохранения в Крыму в целом и в Севастополе в частности ниже, чем в России, скажем так. Уровень притязаний граждан, которые видят, выезжают, видимо, в другие регионы, он больше, с одной стороны.

Второй момент – это как бы тоже критическое отношение, достаточно критическое отношение у жителей данного региона, потому что те 6–7% в Мордовии, Тыве, ну, вы, я думаю, прекрасно представляете, что это далеко не показатель реальной картины, это вот такая «причесанная» картина для руководителей региональных, чтобы как бы отчитаться. Ну и, естественно, там, видимо, какие-то дополнительные меры приводятся к тому, чтобы не учитывать жалобы либо воздействовать на заявителей, чтобы меньше жаловались как таковые. Поэтому я расцениваю вот те показатели, которые вы предоставили в данном случае в качестве доказательств, как необъективные, неравные с точки зрения, еще раз повторяю, сопоставимости.

Ну а у жителей крупных городов, которые тоже отличаются критическим мышлением, я говорю про Петербург, Москву, во-первых, значительно бо́льшие вложения из региональных бюджетов, кто бы что ни говорил в сравнении с регионами. Ну и второе, выше доходы, есть возможность у них воспользоваться чаще платными услугами опять же в отличие от остальных регионов, тем более сельской местности.

Оксана Галькевич: Алексей Владимирович, а вы считаете, вот как это, в принципе справедливая такая история, что у нас медицина отличается от региона к региону? Вот богатая Москва, здесь как бы не страшно, вот знаете, просто по своему опыту, не страшно COVID заболеть, а вот какой-нибудь другой регион, даже, так скажем, из числа тех, которые сами зарабатывают, не дотационные, вот там уже страшно оказаться в каком-то беспомощном состоянии. Вы считаете, это справедливо, что у нас в рамках страны вот настолько разнится ситуация?

Алексей Куринный: На самом деле это, конечно, абсолютно неправильно и вот такое разделение по субъектам Российской Федерации в одной единой стране – это огромная угроза, в том числе угроза на будущей территориальной целостности, я об этом говорил, как расслоение по доходам, так и расслоение по возможностям региона. Я вам могу хуже случай назвать, когда губернаторы некоторых вот таких бедных, скажем так, областей выделяют деньги, для того чтобы купить квартиру и прописать, например, больного ребенка в Москве или Петербурге, снять с себя бремя расходов на приобретение лекарств дорогостоящих, которые стоят десятки миллионов рублей. Это тоже вот, к сожалению, явный, четкий показатель, скажем так, неравномерности регионов.

Константин Чуриков: Ну да...

Алексей Куринный: Я уж не говорю про разницу в зарплатах медиков, когда врач в Москве получает в 5 раз больше, например, чем врач в Тыве, выполняя ту же самую работу. Это тоже ненормально, и это тоже необходимо выравнивать, и для этого нужна политическая воля.

Оксана Галькевич: Так, может, тогда нужно менять принцип финансирования здравоохранения? Мы же с вами говорим о том, что регион в зависимости от возможностей, – может быть, тогда к федеральному принципу переходить, нет?

Алексей Куринный: Ну, мы к нему практически постепенно и переходим. Я напомню, что был принят в этом году уже ряд изменений, которые федеральные клиники пока переводят на такой единый подход, соответственно. Я надеюсь, что все-таки мы постепенно все территориальные фонды обязательного медицинского страхования отдадим под контроль государства, мы все-таки понемножку начнем выравнивать коэффициенты разницы вот этой, которая сформировалась объективно, субъективно на протяжении многих лет. И специалист-медик не захочет в следующий раз уезжать, как это произошло сейчас, когда близлежащие области из Москвы практически высосали, точнее из которых поехали медицинские работники в Москву зарабатывать деньги и продолжают ехать, фактически оголяя там фронт.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Но все равно губернаторы стараются, некоторые из них даже когда сами не дай бог подхватят коронавирус, они едут лечиться в Москву, чтобы не нагружать систему здравоохранения своего региона.

Алексей Куринный: Мы помним, мы это помним.

Оксана Галькевич: Так...

Константин Чуриков: Давайте сейчас послушаем звонок, о чем-то нам хочет рассказать Вячеслав из Красноярского края. Вячеслав, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Ну, в общем, хотел бы сказать, что одни и те же специалисты принимают как и в государственной, так и в частной, хотя отношение совсем и качество оказанной услуги будет разное. То есть приходишь, например, в стоматологию, приходишь к специалисту в это, в поликлинику, и к нему просто реально записаться ты не можешь. А зуб болит, что делать? Идешь записываешься вечером в платную куда-то-то там, и этот же самый специалист тебя там принимает и оказывает тебе ту же самую услугу.

Константин Чуриков: А с чем это связано, интересно? Вячеслав, как вы думаете, это связано с какими-то внутренними нормативами, не знаю, коммерческих медицинских организаций и государственных, которые отличаются, или с чем? Или, когда человеку платишь больше, он улыбается тебе шире, или как?

Зритель: Ну да, когда ему платишь... Опять же то же самое, когда приходишь, тебе зуб сделали и говорят: «Что-то плохо, что-то там отлетело, ну извините, чем есть, тем и работаем. Там вроде как у нас, вот идите в платную». Хотя был пример, в Новосибирской области делал в бюджетной клинике, пришел, поговорил: мне пломбу, может быть, там что-то платить за пломбу? Но женщина в возрасте сказала, говорит: «Перестаньте, пломба хорошая и, врать не буду, уже 5 лет стоит и замечательно, беды не знаю».

Константин Чуриков: Ну отлично. Спасибо.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Зачитаю я несколько сообщений, Алексей Владимирович, с нашего портала. Их, конечно, очень много, но вот только несколько смогу. «Я недоволен тем, как кормят больных, от такой пищи здоровым не будешь», – пишет нам зритель из Башкирии. Нижегородская область: «Оклад врача высшей категории 13 600». Ростовская область: «На платную денег нет, а бесплатной медицине мы не нужны». Еще раз Ростовская область, опять: «Болею сахарным диабетом 6 лет, тест-полоски все это время не выдают». Нижегородская (да что ж у меня такой подбор-то): «В штате нашей поликлиники нет и половины, а возможно и больше, узких специалистов».

Константин Чуриков: Так, давайте еще один звонок, потому что все хотят высказаться.

Оксана Галькевич: Давайте.

Константин Чуриков: Екатерина, Липецк. Екатерина, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Да, здравствуйте, Екатерина.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: У вас как с медициной в Липецке?

Зритель: У нас с медициной тоже как, наверное, и у предыдущих, которые звонили, ничего хорошего. Питание отвратительное действительно, что на таком питании выздороветь очень тяжело. Сам персонал, мне кажется, нужно подбирать лучше. Там некоторые персоналы, который лежишь, с тобой разговаривают как не с человеком, а как будто ты какой-то отбросок.

Оксана Галькевич: Вот, кстати...

Зритель: Как будто, я не знаю, не человек.

Оксана Галькевич: Да, Екатерина, спасибо.

Константин Чуриков: Спасибо.

Оксана Галькевич: Я, вы знаете, в нескольких сообщениях это видела, Алексей Владимирович. Пишут, что эмоционально врачи равнодушны, как будто они к тебе равнодушны либо даже ну как-то вот недовольны тем, что ты тут находишься на лечении. Это что вообще за симптом такой?

Алексей Куринный: Ну, тут два момента. Первый – это, конечно, недооцененность труда, о которой мы говорили, и это не всегда позволяет оставлять лучших специалистов. Вот терапевта, кого угодно найти, заткнуть дыру, потому что просто людей нет, я уж не говорю на должности младшего медперсонала, там крайне низкие зарплаты, естественно, никакого практически подбора. Естественно, люди по культурному уровню иногда просто не соответствуют тому званию, которое должны занимать. Ну а второе – это...

Оксана Галькевич: Но подождите, если с такой нагрузкой прибавить им, даже в 3 раза увеличить зарплату, ну что, они ласковее, что ли, станут?

Алексей Куринный: Я ко второму как раз хотел перейти, это первое. А второе – это, конечно, эмоциональное выгорание и вот эта жуткая нагрузка. Потому что кто бы ни говорил про среднюю зарплату, средняя зарплата у нас – это не на одну ставку, вы понимаете, это на полторы, а порой и на две ставки, когда человек живет на работе, когда он там спит, ест и в определенной степени превращается в робота. Я тоже в свое время дежурил по 15, 16, 17 дежурств суточных, я вам скажу, что ты просто не понимаешь порой, где ты находишься.

Оксана Галькевич: А тебе надо ставить диагнозы, да, оперировать сложными какими-то вещами, да. Спасибо.

Константин Чуриков: Да, спасибо вам большое. Алексей Куринный, член Комитета Государственной Думы по охране здоровья, кандидат медицинских наук.

Я смотрю, очень активно голосуют наши зрители, голосуют сейчас, в общем-то, не в пользу государственной медицины по полису ОМС, скажем честно. Сейчас давайте посмотрим небольшой видеоопрос, какой медицине больше доверяют у нас граждане, платной или бесплатной и почему. Вот узнаем, что думают в Южно-Сахалинске, в Чебоксарах и Красноярске.

ОПРОС

Константин Чуриков: Я хочу всех утешить, вернее дополнить это исследование, еще просто вот статистикой, что, например, на Камчатке граждане недовольны в равной степени как платной, так и бесплатной медициной, то есть вообще никакой нет, так что...

Оксана Галькевич: Может, это просто сезонное что-то такое, настроение?

Константин Чуриков: Кому-то не повезло больше.

Оксана Галькевич: Слушай, вот Краснодарский край еще прислал тоже грустный такой анекдот: «Здравствуйте, бесплатный доктор!» – «Здравствуйте, безнадежный больной!»

Константин Чуриков: Сейчас в эфир выйдет Николай Прохоренко, кандидат экономических наук, первый проректор Высшей школы организации и управления здравоохранением. Николай Федорович, здравствуйте.

Николай Прохоренко: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Николай Федорович, у нас же большие деньги выделяются на нацпроект «Здравоохранение». То, что мы сегодня обсуждаем, а именно все-таки в большей степени, наверное, работу поликлиник, об этом уже говорится ну не первый год, президент неоднократно обращал на это внимание профильных министров, еще тогда была Скворцова, соответственно ее внимание, сейчас уже Мурашко. Мне хочется знаете, о чем спросить? – как у нас выполняется этот нацпроект? Помните, недавно выступал в Совете Федерации министр образования, просвещения, и Валентина Ивановна сказала ему, что надо говорить не о том, сколько школ построено. Вот здесь вот чем измерять выполняемость, выполнение этого нацпроекта?

Николай Прохоренко: У нас в качестве основных показателей социально-экономического развития страны в документах, которые подписаны президентом России, совершенно четко обозначена ожидаемая продолжительность жизни и ожидаемая продолжительность здоровой жизни, поэтому конечные оценки должны исходить именно из этого. Если мы говорить будем про национальные проекты и про мониторинг тех показателей, по которым измеряют в настоящее время, то это в большей степени показатели процесса, нежели окончательного результата.

Константин Чуриков: Вот смотрите, пришла SMS из города Петушки Владимирской области: «У нас в Петушках каждый год ремонт в поликлинике делают, а медицинской аппаратуры нет. Лучше бы медаппараты закупили для лечения». Вот как сделать так, чтобы, как сказать, не по формальным признакам? У нас же всегда могут на что-то закрыть глаза, что-то, наоборот, выделить, сказать, что освоено столько-то средств, да, вот и все.

Николай Прохоренко: Ну вот Алексей Владимирович, собственно говоря, обо всем очень подробно и правильно говорил, вот передо мной, и добавить, собственно говоря, можно только лишь штрихи. У нас на самом деле катастрофическое недофинансирование здравоохранения, и поэтому финансировать здравоохранение нужно таким образом, чтобы не было выбора, вот на аппарат УЗИ или на покраску стен, на покраску стен или на небольшое повышение медсестрам и врачам. Такого выбора быть не должно.

И в этой связи есть два основных тезиса. Первый: мы на самом деле неправильно считаем вклад здравоохранения в экономику страны. Так, в частности, например, здравоохранение в США обладает долей в добавочном продукте США около 6,5%. К сравнению, весь финансовый сектор США – это страховые компании, банки, инвестиционные фонды – дают 8% доли добавочного продукта. То есть здравоохранение приносит огромнейший дополнительный вот этот продукт, это первое, мы неправильно считаем.

И второе: так как действительно конкурентоспособность страны оценивается по величине человеческого капитала, а человеческий капитал – это количество населения, это здоровье населения и его образование, то именно вот на эти показатели мы должны обращать внимание. Вы спросите, откуда взять деньги по сути дела на все это.

Константин Чуриков: Да.

Николай Прохоренко: Об этом говорят ученые-экономисты, говорят об этом уже не один десяток лет. Вот, в частности, академик Нигматулин Роберт Искандрович говорит уже, на моей памяти, по-моему, года с 2008-го о том, что у нас колоссальнейшие диспропорции в экономике. И о чем бы вы ни говорили в данном случае в своих передачах, затрагивая социально-экономические темы, вы постоянно на эти диспропорции тоже натыкаетесь. Это в первую очередь огромное материальное расслоение. У нас, по данным «ВТБ», которое проводило исследование, 1% населения владеет 71% богатства, по другим данным 3% населения владеют более чем 90% богатства, это первое. Второе...

Константин Чуриков: Николай Федорович, можно реплику? Вы прямо анонсируете нашу следующую тему, я просто чтобы зрители далеко не уходили, еще будем говорить через несколько минут.

Николай Прохоренко: Правда?

Константин Чуриков: Да-да.

Николай Прохоренко: А, хорошо.

Оксана Галькевич: Николай Федорович, смотрите, все-таки, ну понятно, недофинансирование действительно такая тема, о которой мы постоянно говорим, постоянно все это проговариваем в том числе и с вами. Но все же, может быть, какое-то не всегда грамотное управление присутствует, как вы считаете? Может быть, по этой части тоже посмотреть, что не так у нас? Финансовое управление тоже, понимаете, там могут быть не так расставлены приоритеты, не по средствам живем.

Николай Прохоренко: Вот правильно вы говорите о том, что финансовое управление у нас неграмотное, но только на уровне распределения средств между отраслями. Безусловно, никто не говорит, что в системе здравоохранения все прекрасно, в системе здравоохранения огромнейший кризис управления, собственно, равно как и в других сферах, вот.

Но мы должны прекрасно понимать, где основная причина, а где остальные хвостики висят. То есть если у нас в комнате полно комаров, надо понимать, откуда они летят, а не пытаться придумать какие-то свойства их убить, бегать за ними со скалкой или еще с чем-то, нужно закрыть форточки или поставить сетки на окна. Точно так же в здравоохранении, нужно понимать, откуда все эти проблемы берутся. И проблемы берутся в первую очередь из-за диспропорций, про которые мы начали говорить, а во-вторых, да, во-первых, из-за воровства, из-за неграмотного управления, из-за всего того, о чем часто говорят, но эти меры уже являются не столь эффективными.

Константин Чуриков: Да, надо понимать, кто сосет кровь из нашей медицины, высасывает все оттуда, да, вот как комар, приведенный в пример.

Нам звонит Людмила из Петербурга. Людмила, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Вы знаете, когда говорят о нашей платной и бесплатной медицине, дело не в том, какая она, платная или бесплатная, и не в том, сколько получает врач. Вот я оперировалась в Институте ортопедии и травматологии Р. Р. Вредена в Санкт-Петербурге, и, вы знаете, отношение к больным и врачей, и младшего медперсонала, и само лечение настолько квалифицированные, настолько вот добрые и внимательные врачи и весь персонал, что просто хочется им низкий поклон сказать. Но при этом когда приходишь, обращаешься в ту же даже платную или бесплатную в Санкт-Петербурге, то отношение к больным ну такое, знаете... Даже при том, что ты платишь, ты не всегда получаешь квалифицированную и качественную помощь.

Константин Чуриков: Ага, то есть еще не факт, да, получается?

Зритель: Это говорит о том, что зарплата влияет? Я не думаю, что в Институте имени Р. Р. Вредена получают огромные зарплаты, но отношение и лечение больных...

Константин Чуриков: Вот это очень интересно, прямо в точку. Николай Федорович, правда, мы все время на деньгах зациклены, а как добиться вот, чтобы было это человеческое, знаете, по клятве Гиппократа, да, с профессиональным вниманием, с любовью к ближнему?

Оксана Галькевич: С эмпатией какой-то просто, да.

Константин Чуриков: Да.

Николай Прохоренко: Деньги на самом деле решают не все, а в тех сферах, где речь идет об общении людей, образование, культура, безусловно медицина, мы потеряли некоторые ориентиры. Но мы должны понимать, что да, нужно и врач без эмпатии, врач без сочувствия настоящим врачом считаться не может, это совершенно точно. Но если этот человек по профессии врач дико перегружен на работе, если он думает только о том, как выжить...

И вот недавно распространен был по соцсетям ролик женщины-врача, которая получила первую зарплату 15 тысяч рублей, и она спрашивает: «Как можно выжить на эти деньги? Ответьте мне, пожалуйста!» То есть, понимаете, в данном случае почему врачи во всем мире относятся к среднему классу? Почему им платят столько, чтобы они не думали о том, как выжить, а думали о том, как повысить свое врачебном мастерство, каким образом лучше помочь больным и не были обременены постоянным вот этим дамокловым мечом нищеты, самой натуральной нищеты?

И поэтому до тех пор, пока мы не сделаем врача самодостаточным в материальном плане, все наши хотелки в отношении его высоких моральных, этических, научных и всех остальных качеств останутся хотелками, как бы это грубо и цинично ни звучало. Давайте не забывать, что врачи тоже люди, они болеют, у них точно так же есть семьи и им нужно каким-то образом их содержать.

Константин Чуриков: Николай Федорович, спасибо вам большое и за комментарий, и за то, что вот снова сказали, проанонсировали нашу тему про нищету, у нас как раз через несколько минут об этом уже пойдет речь. Николай Прохоренко, кандидат экономических наук, первый проректор Высшей школы организации и управления здравоохранением. Итоги опроса на экране, они грустные.

Оксана Галькевич: Про нищету на самом деле, про уровень бедности и про то, как упали наши доходы, друзья. Платную медицину с таким рублем, в общем, с такими зарплатами далеко не все у нас могут позволить себе.

Итоги такие. Мы спрашивали: «Довольны ли вы качеством медицинских услуг, которые получаете по полису ОМС?» – 6% довольны, есть такие счастливчики, остальные, легко посчитать, нет.

Константин Чуриков: Остальные пока ищут своего лучшего врача.

Продолжим через пару минут.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)