Под крылом самолёта...

Под крылом самолёта...
Сергей Храпач: Главная проблема отрасли пассажирских перевозок – недофинасирование. Отсюда экономия на безопасности и обновлении парка
Ольга Аникеева: Часто очередь выполняет функцию оградить людей от какой-то льготы, сократить возможность получить что-либо
Алексей Калачёв: Даже если действительно есть падение спроса на бензин, рассчитывать на снижение его цены не приходится
Как делают металлическую мебель? Марина Калинина побывала на производстве в Калужской области
Нужна ли национальная идея России. Польша, Иран, Сингапур – как примеры удачного влияния идеологии
Чего ждать тем, кто хочет уехать работать вахтовым методом?
Россияне подсели на антидепрессанты. В борьбе со стрессом люди принимают не только таблетки
Каким будет рынок труда в 2020 году? Эксперты рассказали, ждать ли массовых сокращений
Новое ДТП с пассажирами автобуса. Можно ли навести порядок с перевозками?
Новый рейтинг благосостояния россиян – жить стали лучше, позволить себе можем больше
Гости
Владимир Попов
заместитель главного редактора журнала «Авиапанорама», заслуженный военный летчик РФ
Ольга Болданова
житель деревни Дубровка (Московская обл.)

Александр Денисов: «Живу у трапа самолета». Обитателям подмосковных деревень Дубровки и Перепечино повезло, никогда они не опоздают на свой рейс: под их окнами построили взлетно-посадочную полосу аэропорта «Шереметьево», так что достаточно пройти пару метров, и ты на борту.

Анастасия Сорокина: Но жители как-то не оценили этого удобства, а также прокуратура и Роспотребнадзор, который предписал переселить эти деревни, расположенные в так называемой технической зоне. Их в принципе там не должно быть по всем правилам безопасности.

Александр Денисов: Да. Все это напоминает знаменитый роман Артура Хейли «Аэропорт» – наверное, кто-то из начальства аэропорта «Шереметьево» зачитывался, и вот сюжет повторился.

Обсудим эту тему. Давайте сейчас посмотрим, что происходит вдоль этой взлетно-посадочной полосы. Ее длина более 3 километров, она может принимать все типы самолетов, вот вы видите сейчас на своих экранах. Строили полосу почти 10 лет, торопились к Чемпионату мира по футболу, не успели, открыли вот только сейчас. Возможно, спешкой и объясняется вот эта ситуация, почему не переселили людей из 120 жилых домов, которые расположены рядом. Похоже, все откладывали на потом, хотя на эти цели из федерального бюджета было выделено 1,5 миллиарда рублей.

Александр Нерадько: Наше законодательство предусматривает возможность расселения. Весь выкуп осуществляется в соответствии с действующим законодательством. Часть участков выкупили до ввода в эксплуатацию, а часть будет выкуплена в течение 2 лет.

Сергей Иванов: «Шереметьево» было в смутные времена, так скажу, застроено коттеджами, дачами, часто без соблюдения этих норм. Совсем недавно трагический и одновременно счастливый случай с самолетом «Уральских авиалиний» в «Жуковском» показал, что, слава богу, там эти критерии безопасности были выдержаны. И вот представьте себе, если бы было не кукурузное поле на этом месте, а дачи и коттеджи.

Анастасия Сорокина: Первые 12 человек получат деньги за свои земельные участки рядом с полосой в октябре, а 5 владельцев недвижимости пока отказываются переезжать. Вот как раз с жителями деревни, точнее с жительницей Ольгой Болдановой, жительницей деревни Дубровки Московской области, мы сейчас установим связь. Ольга, здравствуйте.

Александр Денисов: Ольга, добрый день.

Ольга Болданова: Здравствуйте.

Александр Денисов: Да, здравствуйте. Скажите, у вас сколько метров до взлетно-посадочной полосы от вашего дома?

Ольга Болданова: Крайний дом порядка метров 10–15.

Александр Денисов: Да вы что?

Анастасия Сорокина: Ничего себе!

Александр Денисов: И как сейчас у вас там жизнь происходит? То есть что, прямо самолеты садятся, из окна видно, да?

Ольга Болданова: Да. Мы вчера как раз снимали процесс взлета и посадки двух самолетов. Помимо того, что в домах состоит невыносимый шум, вибрация, звенят стекла, еще и нас накрывает жутким запахом авиационного керосина до головных болей и тошноты.

Александр Денисов: Ага. А вот когда строили полосу 10 лет, ведь за это время можно было уж много раз решить вопрос с переселением, и по всем нормам это нужно сделать, потому что вы находитесь в санитарной зоне, там запрещено жить. Почему это не решилось до сих пор?

Ольга Болданова: Вы правы, но этот вопрос целесообразно адресовать, наверное, Росавиации, которая является признанным нарушителем проектной документации, так же как и ФГУП «Администрация гражданских аэропортов (аэродромов)», которые должны были своевременно это выполнить, но выполнили лишь частично, поскольку взлетно-посадочная полоса – это особо опасный объект, построен не примыкая к землям жилых двух деревень Дубровки и Перепечино, а построено именно на землях. То есть часть наших соседей выкуплена, вместо их домов снесенных построена полоса, а мы вплотную к ней примыкаем.

По проекту, полностью деревни Дубровки и Перепечино должны были быть снесены в 2015 году на этапе подготовки территории под строительство взлетной полосы, что не было выполнено. В связи с этим были поданы исковые заявления Центральным управлением Ростехнадзора к ФГУП «АГАА» и Росавиации, далее транспортной прокуратурой, и по решению суда, есть исполнительное производство, которое должно принудить исполнить нарушенные условия проектной документации Росавиацию.

В июле этого года, 19-го, прошла оценка оставшихся наших домовладений, но тем не менее, вместо того чтобы решить вопрос с выводом населения из особо опасной территории, Росавиация и ФГУП «АГАА» (правильнее сказать, наверное, Росавиация) дала разрешение на эксплуатацию полосы. Жители считают, что создание таких невыносимых условий, не совместимых с нормальным уровнем проживания, является прямым давлением на нас, для того чтобы мы были согласны, принудить нас согласиться с любыми условиями, которые они нам предложат.

Александр Денисов: А какие там условия?

Анастасия Сорокина: А что сейчас предлагают? Были озвучены какие-то даты, что расселить должны до апреля 2021 года, – как это вообще возможно?

Ольга Болданова: Вы знаете, этот вопрос опять же противоречит законодательству, вернее сказанное, или это неправильная трактовка. На самом деле 19 апреля 2019 года Роспотребнадзор своим решением установил санитарно-защитную зону аэропорта «Шереметьево». В этой санитарной зоне располагаются две частично жилых деревни Дубровки и Перепечино, а жилье там не допускается. Поэтому вместо того чтобы исполнить и решение суда, и законодательство, Росавиация…

Александр Денисов: Ольга, вопрос: скажите, а сумму вам кто-то называл уже, сколько они предлагают вам за ваш дом, за участок, чтобы вы переехали? Или, может быть, вас цена не устраивает, и в этом все дело, что там люди не уезжают?

Ольга Болданова: Дело не в этом. Мы прошли оценку первую для выкупа соответственно 2015 года предположительно в 2013 году, были оценены полностью оставшиеся после сноса домовладения. Сейчас прошла, как я вам сказала, повторная оценка, она должна была быть окончена еще в начале августа, нам должны были объявить суммы в августе, но этого не было сделано, и какие цены, какие суммы, мы еще не знаем.

Александр Денисов: То есть вы даже и поторговаться не успели с ними, да?

Ольга Болданова: Процедура такова: нам должны выплатить компенсацию за земельные участки и за объекты недвижимости. Это жилые деревни, это не самострой, это не какие-либо странные постройки – это две деревни, где стоят очень хорошие дома. Нам должны предоставить соглашение с суммами, соответственно, которые мы будем проверять. И единственное, что нам озвучено, – что мы должны освободить свои дома за 5 дней.

Александр Денисов: Спасибо большое, Ольга, за интересный рассказ.

Анастасия Сорокина: На связи была Ольга Болданова, житель деревни Дубровки Московской области, которая как раз находится в непосредственной близости от новой полосы, открывшейся в «Шереметьево».

А мы поговорим с Владимиром Александровичем Поповым, заместителем главного редактора журнала «Авиапанорама», заслуженным военным летчиком Российской Федерации. Владимир Александрович, здравствуйте.

Владимир Попов: Приветствую вас!

Анастасия Сорокина: Скажите, пожалуйста, как могла сложиться вот эта ситуация, что полоса уже работает, самолеты летают, а прямо рядом с ней, буквально в 10 метрах, живут люди, то есть продолжают в своем привычном ритме держать там каких-то домашних животных? Как вот это все, вот такой произвол буквально мог произойти?

Александр Денисов: Там козы ходят, кстати, вдоль полосы, я видел.

Владимир Попов: Да нет, наверное, скорее всего, нужно сказать знаете о чем сначала? Что в принципе, когда строился и развивался аэропорт «Шереметьево», безусловно, были не соблюдены основные документы и правила строительства в первую очередь. Почему? Потому что есть такой документ, как СНиПы, это строительные нормы и правила, – по ним вообще расположение жилых построек, деревень или поселков не должно было развиваться еще изначально.

Александр Денисов: Владимир Александрович, а чем вы объясняете, почему так сложилось? Естественно, все понятно, что это запрещено, – почему так вышло тогда, раз запрещено по СНиПам?

Владимир Попов: Скорее всего, есть местная администрация, начальники, которым было выгодно это делать, поскольку к ним обращались не только по документам, но еще и «с рублем», как мы говорим, – поняли, о чем я говорю, да?

Анастасия Сорокина: Да, понятно.

Александр Денисов: Спасибо большое, Владимир Александрович.

Анастасия Сорокина: Владимир Александрович, мы дадим слово еще нашей зрительнице, Елена из Московской области до нас дозвонилась. Здравствуйте, Елена.

Зритель: Здравствуйте. Меня слышно?

Анастасия Сорокина: Да, Елена.

Александр Денисов: Да, Елена, добрый день. Вы живете тоже в одной из деревень или нет?

Зритель: Мы кукурузные поля, да. Мы живем напротив деревни Перепечино, мы называемся СНТ «Искра», и нас совсем не упоминают ни при каких раскладах, что интересно. У нас 250 домов, людей, которые тут живут постоянно, тоже полноценные жилища, зарегистрированные официально, но нас даже никуда не приглашают. Мы пишем письма, нас игнорируют; мы звоним, нам говорят «подождите, потом когда-нибудь до вас время дойдет». В общем, мы точно так же живем, ждем, когда к нам чего-нибудь приземлится. Очень интересно.

Александр Денисов: Ну раз до Перепечино дело-то не дошло, то до вас-то, я боюсь, вообще никогда не дойдет.

Зритель: Наверное, они хотят, чтобы мы просто либо сами встали и ушли, либо, если нас не упоминать, то мы как бы исчезнем, перестанем существовать, такая философская версия. Но в любом случае мы есть, нам поспиливали яблони, чтобы, видимо, шасси самолетов не зацеплялись за них при посадке, но расселять нас никто не собирается, даже в курсе держать не собираются. Мы вообще ничего не знаем, вот так и живем.

Александр Денисов: Елена, вопрос короткий. Вот мы сейчас упоминали роман Артура Хейли «Аэропорт», там тоже был спор с жителями, и все никак не могли определить, что же раньше, аэропорт появился или поселение. Вот у вас как было дело? Кто оказался первым у вас там?

Зритель: Ну наше СНТ, наш колхоз образовался еще где-то, по-моему, в 1950-х гг., то есть очень давно, и мы достаточно мирно существовали со старой полосой аэропорта. Новую полосу начали строить относительно недавно, как вы знаете, поэтому нас особо тоже не спрашивали, когда начали строить.

Александр Денисов: Спасибо большое, Елена.

Анастасия Сорокина: Спасибо, Елена, вам за звонок. Будем, конечно, следить за ситуацией, которая сейчас происходит вокруг аэропорта «Шереметьево».

Но сейчас мы вынуждены прерваться, потому что будут новости, а после них мы вернемся с нашей главной темой: на этой неделе мы в рубрике «Реальные цифры» подсчитывали пенсии, вот о них и поговорим сразу после блока новостей.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски