«Поедем и найдём район, полностью заполненный мигрантами». Так ли их много в наших городах?

«Поедем и найдём район, полностью заполненный мигрантами». Так ли их много в наших городах?
Кого и как учить? Китайцам въезд запрещён. Хакеры атакуют банки. Опасен ли 5G? Передел рыбного рынка. Индексация для работающих пенсионеров
Сергей Лесков: У нас очень неравномерное распределение ресурсов по стране. Где-то не хватает рабочих, а где-то работы. Это беда!
Сергей Обухов: С тех пор, как отменили индексацию работающим пенсионерам, их количество резко сократилось. Стало меньше налогов и отчислений в ПФ
Герман Зверев: В стоимости рыбы - 35% отпускная цена рыбака. Остальное - это перевозка и ритейл
Татьяна Овчаренко: У сбытовых компаний манера обсчитывать и начислять долги просто фантастическая!
Как оплачивают счета в глубинке, где нет почты и денег на интернет?
Валентина Иванова: Норматив школьного питания вырос вдвое – до 75,6 рублей. Но есть проблема ежедневного контроля качества и разнообразия рациона
Почему наши мегаполисы превращаются в гетто?
5G убьёт абонента? Действительно ли высокочастотные сети провоцируют онкологию?
Пассажир, выключи музыку! Надо ли запретить использовать в транспорте гаджеты без наушников?
Гости
Виктор Костромин
председатель центрального совета Общероссийской общественной организации «Центр противодействия коррупции в органах государственной власти»
Семен Гальперин
президент «Лиги защиты врачей», кандидат медицинских наук
Юрий Московский
председатель комиссии Совета по делам национальностей при Правительстве Москвы
Николай Курдюмов
президент Союза экспертов и консультантов в сфере трудовой миграции

Виктор Костромин: У нас достаточно схожие, но разные будут позиции.

Юрий Московский: Ну я не думаю, что прямо уж…

Александр Денисов: Хорошо.

Анастасия Сорокина: Переходим к нашей главной теме.

Александр Денисов: Главная тема, да.

Анастасия Сорокина: Назвали мы ее «Понаедут тут!» Мигрантов призывают утолить кадровый голод. Записываясь на прием к врачу, россияне будут все чаще видеть фамилии, которые с трудом можно выговорить. Нехватку медицинских работников прежде всего в регионах планируют сократить при помощи специалистов из бывших советских республик, мол, они прошли ту же высшую школу, владеют русским языком. Можно сказать, куда не поедет «земский доктор», туда с удовольствием отправится иноземный.

Александр Денисов: Да. Вот Госдума готовит законопроект, разрешающий иностранцам прописывать у себя не только родственников, но вообще всех своих знакомых, правда, с одной оговоркой: они действительно там должны жить, а не просто прописаться. Хотя как это отследишь, кто будет отслеживать?

Анастасия Сорокина: Вот об этом мы и поговорим.

Мы начали эту тему обсуждать сегодня в студии в дневном эфире.

Александр Денисов: Да, в студии у нас был Никита Исаев, директор Института актуальной экономики. Он высказал опасения, что ни к чему хорошему такие законопроекты не приведут, так как экономика наша уже развращена сплошными выгодами от нелегальной миграции.

Никита Исаев: Я видел, что происходит в нефтегазовых наших регионах, когда, допустим, за тысячу рублей в сутки набирают, есть и такие цифры. И вот сидят они на нефтегазовой трубе и обслуживают ее, а россияне не способны это делать ни вахтовым методом, ни каким-либо другим. Поэтому здесь очень большое клубок проблем, то есть российская экономика настолько уже адаптировалась к этим мигрантам, настолько расслабила русское население, русскоязычное население, нашу титульную нацию и так далее, что, в общем, необходимо переходить, конечно, к достаточно жестким мерам.

Александр Денисов: Сейчас вот многие наши зрители услышали, наверняка возникнет желание кинуться к нефтегазовой трубе, тоже там посидеть, что же мигранты-то сидят? Ну вот очевидно, что такие законопроекты либеральные по отношению к миграции – это бальзам на дуду нашему бизнесу. А вот как относятся зрители к предложению свободно прописывать мигрантов, послушаем. К нам днем позвонила Валентина из Калужской области, из Обнинска, вот ее мнение.

Зритель: Когда я вернулась на родину, я в течение двух годов не могла получить гражданство. Здесь приезжают – пожалуйста, все условия. Они приезжают в лаптях, в резиновых этих галошах, и через два года у них уже иномарка. Сейчас нашим, если женщина родила и захочет где-то пойти подработать, везде они: в ЖЭКах они, они в аптеках, в магазинах, на рынках.

Александр Денисов: Звоните и вы к нам в студию, высказывайте свое мнение, как вы считаете, нужно ли либерализировать дальше законодательство миграционное, нужны ли нам мигранты, в каком количестве, нужно ли ограничивать?

В студии у нас сегодня уважаемые зарплаты – это Юрий Викторович Московский, директор проектов Фонда развития международных связей «Добрососедство», Юрий Викторович, добрый вечер.

Юрий Московский: Здравствуйте.

Александр Денисов: А также Виктор Анатольевич Костромин, председатель общественной организации «Центр противодействия коррупции в органах государственной власти».

Анастасия Сорокина: Прежде чем мы приступим к нашей дискуссии, у нас есть опрос. Отвечайте, пожалуйста, мигранты – это зло для экономики России? «Да» или «нет» короткий ответ на номер 5445.

Хочется задать вам тот же вопрос. Как вы считаете?

Виктор Костромин: У вас на самом деле такой сложный, неоднозначный вопрос. Я бы начал совершенно с другого. Вы посмотрите, обратите внимание…

Александр Денисов: А вы ответьте просто.

Виктор Костромин: Обратите внимание просто на что? Нам все время говорят, что у нас падает рождаемость, у нас совсем плохо, у нас некому работать. И получается у нас палочка-выручалочка такая, давайте вот возьмем, есть же мигранты, вот пусть они работают; не хватает? – давайте еще пригласим. Я бы поставил вопрос об экономике в данном случае, и дальше уже переходя, нужны ли мигранты? – да они везде нужны по сути. Вопрос, сколько их нужно, по каким профессиям их нужно. И могу отметить другую вещь, что на сегодняшний день каждый регион квотирует или выбирает, конкретно сколько ему нужно. Но там есть другая опасность, которую вы даже в предыдущей передаче, я на самом деле ее слышал, не буду скрывать, посмотрел вообще мнения людей.

Понимаете, в чем дело? Проблема в том, что так как все от живота, то бишь от экономики, от уровня заработной платы, соответственно наш мигрант, который приезжает, в данном случае трудовой мигрант, он принципиально готов работать за небольшие деньги. Вопрос другой – расходы этого мигранта, о них никто не говорит. Конкуренцию коренной житель, гражданин России всегда проиграет. Надо учитывать, что мигранты располагаются именно в конгломерациях городских: московская, питерская, новосибирская, екатеринбургская – там, где все-таки есть существенные финансовые потоки и где есть рабочие места.

Александр Денисов: Так зло или не зло?

Виктор Костромин: В этой ситуации сегодня я думаю, что если в дальнейшем будет продолжаться такая либерализация, в данном случае это ни к чему хорошему не приведет.

Александр Денисов: Юрий Викторович, зло?

Юрий Московский: Значит, это не зло, объясняю почему. У нас сейчас очень жесткое миграционное законодательство, очень жесткое. За последние 10 лет был наведен определенный порядок в миграционной сфере, причем зачастую наведен до такой степени, что надо бы как-нибудь немножко его упростить, либерализовать. Ну вот это в принципе нормальное явление, когда, по своему опыту и армейскому, и школьного преподавателя, когда класс в запущенном состоянии, его нужно сначала зажать, а потом начинать плавненько-плавненько отпускать, тогда ты наведешь какой-то относительный порядок. Так, собственно, у нас и произошло.

Потому что ну смотрите, что у нас сейчас происходит? Если мигранты не из стран Евразийского экономического союза, они обязаны работать по патентам. Чтобы получить патент, нужно получить обязательную регистрацию, плюс к этому обязательную страховку, плюс к этому обязательно сдать экзамен на русский язык, пройти дактилоскопию и прочее, прочее, прочее. То есть это в принципе нормальные, правильные, на мой взгляд, требования, именно за это я всегда ратовал.

Вот из стран Евразийского экономического союза, они работают на тех же правах, что и российские граждане, но с одним маленьким «но»: работодатель должен все равно тем не менее уведомлять о том, что у него работает иностранец. А если он работает в отраслях, которые связаны с работой с людьми, он обязан принести справку о том, что он медицински безопасен. То есть у нас довольно жесткое миграционное законодательство, общее количество иностранных граждан, среднесрочно работающих у нас в Российской Федерации, где-то до 3 миллионов.

Александр Денисов: Виктор Анатольевич, согласны, что нужно…

Юрий Московский: Из них где-то 800–900 тысяч человек, разные цифры называют, потому что колеблющиеся цифры, от 700 тысяч работают в Москве, то есть где-то 8–10% рабочей силы в столице – это иностранные граждане. В целом простите, ну можете сами посчитать, 70 миллионов рабочих мест, 3 миллиона иностранцев среднесрочных.

Александр Денисов: Виктор Анатольевич, нужно ли нам ворота еще пошире открыть? Согласны?

Виктор Костромин: Вы знаете, тут я отвечу вопросом на вопрос. В последние полгода и вот сейчас мы говорим о том, что у нас идет цифровая экономика, о том, что будут сокращения рабочих мест, соответственно, о том, что высокотехнологичные производства, РАНХиГС сделала прогноз, что за 10 лет мы придем, что профессии будут такие, как, извините, дворники, обрабатывающая промышленность, то есть будет сужаться поле для неквалифицированной рабочей силы. Второй вопрос. Это все понятно, это правильно, законодательство, жесткость. У нас всегда жесткость наших законов все-таки немножко так, посмотреть… Я просто маленький пример скажу по поводу регистрации.

Александр Денисов: И прилично, не просто.

Виктор Костромин: Ну так, отклонюсь. Человек зарегистрировался и должен там жить, это на самом деле большая проблема и для тех, кто принимает…

Юрий Московский: Проблема.

Виктор Костромин: …и для тех, кто, так сказать, принимает рабочую силу и для самих мигрантов, ну потому что это невозможно выполнить во всем объеме на самом деле. Дальше вопрос ведь не в этом. Я бы хотел акцентировать немножко по-другому, это намного шире проблема, она даже носит геополитический характер, как ни странно, понимаете, потому что это… Вот наш товарищ сказал, не оппонент, а участник нашей программы, Евразийский союз, понимаете, это подбрюшье, Средняя Азия – ну как мы не можем помочь? А у некоторых…

Юрий Московский: Белоруссия союзное государство …

Виктор Костромин: Это как раз меньше всего там, извините, миграционным трудовых из этих республик, а вот именно из республик Средней Азии, это достаточно, там некоторые бюджеты на этом строятся. Если просто вы разложите зарплату мигранта в данном случае, его расходы здесь, и вы поймите, что в принципе… Во-первых, часть уходит. Вот Сергей Семенович Собянин тут позавчера, по-моему, сказал, что 16 миллиардов или сколько, я могу ошибаться, прибыль получили от мигрантов.

Юрий Московский: Это по патентам только, это только за патенты.

Виктор Костромин: По патентам, да?

Юрий Московский: Не считая всего остального.

Виктор Костромин: Да, по патентам. Ну давайте так…

Александр Денисов: А сколько в виде выплат ушло по платежным сервисам в республики?

Виктор Костромин: Я думаю, что это достаточно большая сумма.

Юрий Московский: Бо́льшую часть люди тратят здесь: они едят, пьют, обуваются. И если, кстати сказать, условно говоря, 700 тысяч человек из Москвы убрать, представьте, сколько у нас всяких торговых точек просто закроется. Где работают российские граждане? Сколько людей лишится работы?

Виктор Костромин: Вы знаете, вот с этим я абсолютно не согласен. Послушайте, еще 6 лет назад в любом супермаркете в магазине не было такого количества трудовых мигрантов, я не говорю, что они должны работать. Вопрос опять же от экономики, вопрос зарплатного механизма, понимаете? Ну не идет человек... Если у человека из подбрюшья, грубо говоря, Москвы, Центральный федеральный округ, Владимирская область, которая приезжает работать, надо жить, то есть сумма, сколько за квартиру… Когда мне говорят, что они в хостелах живут, – ну не смешите, пожалуйста, меня, в хостелах.

Дальше есть другая проблема очень… Она чем опасна? Понимаете, сегодня совершенно другой вид миграции пошел. Я рад, меня тяжело обвинить в каких-то вещах, потому что я все-таки советский человек…

Александр Денисов: В ксенофобии вас не обвинишь.

Виктор Костромин: Абсолютно, потому что я спокойно… Но я вижу другое. Понимаете, во времена кризиса, когда для коренного населения нужно перейти на более низкооплачиваемую работу, эти возможности закрыты, это первое. Второе: сейчас миграция идет другого характера. Я обратил внимание, что если раньше, 6–8 лет назад, когда были так называемые либеральные правила въезда, до ужесточения, с ваших слов…

Юрий Московский: Да-да.

Виктор Костромин: Мы видели какие-то столкновения, то эти люди в основном были задействованы в строительном комплексе Москвы, который был большой, было огромное строительство, в принципе оно продолжается сегодня. А сегодня, конечно, это устаканилось, и мы знаем, насколько я понимаю, что все эти люди, которые в строительном комплексе, они там и живут. Но очень сильно помолодела миграция, очень сильно. А теперь представьте себе: они работают, они берут патенты, они занимают сейчас все эти места, они создают семьи – нормально это? Ну нормально, конечно, нам будут работать.

Дальше вопрос другой, для меня чрезвычайно важный: совершенно другая внутренняя ментальность, другое образование. Что бы мне ни говорили, что оно у нас советское, оно у нас такое, – нет, извините, 30 лет. Да, дружественные нам страны. Далее эти молодые ребята приезжают, они живут закрытыми группами в данном случае абсолютно. Не нужно упускать вопросы религии в этом плане: кто, придерживаются ли они, допустим, нашего традиционного ислама в этом плане.

Александр Денисов: Объясните, чем опасны эти закрытые группы и научились ли с ними бороться на Западе, в той же Франции, где…?

Виктор Костромин: Абсолютно нет. Иногда… Я вот ехал к вам на передачу и думал: мы идем ускоренными темпами к Парижу, просто к Парижу, понимаете? Анклавы, у нас создаются анклавы, и группы в этом плане закрытые, и я говорю, в этом я вижу так же опасность на сегодняшний день.

Дальше, еще раз говорю, последнее, что бы я хотел коротко еще сказать. Если у нас будут технологичные вещи, то, что сегодня перерабатывающая промышленность, заводы небольшие, которые используют, в теневом секторе они используются очень в большом смысле, в широком их используют, – потом их куда всех? Вот у нас сократится, у нас будут технологические вещи – мы их что, будем выгонять? Нет, конечно, они же оседают.

Александр Денисов: А пусть Юрий Викторович ответит. Юрий Викторович, вот идем к Парижу, куда будем девать?

Юрий Московский: Во-первых, подождите, пункт первый про экономику. Современная экономика, именно современная, заключается в том, что человек – это повод вбросить деньги в экономику, и она вокруг человека крутится. Почему у нас, собственно говоря, многие экономисты, которые предсказывали кризис на Западе именно экономический в связи с тем, что туда приедут иностранные граждане, оказались в полном пролете, потому что там пошел почему-то экономический рост? Потому что людям платили деньги в виде пособий, и так же людям, которые работали с этими людьми, и они их тратили. Ну это макроэкономика…

Александр Денисов: А вы уверены, что они здесь их тратят?

Анастасия Сорокина: Здесь их тратят, а не отправляют?

Юрий Московский: Теперь я рассказываю дальше. Значит, у нас частично бо́льшую часть денег, которую они здесь получают, начиная с прибавочной, они же прибавочный продукт вообще-то вырабатывают, если говорить марксистской терминологией. Плюс к этому они тратят значительную часть денег именно здесь на продукты питания, на одежду, на развлечения, ну людям же надо куда-то иногда сходить, не все же полностью живут в анклавах, это один момент.

Второй момент. Ну вот берем, например, США, такая страна, в которой очень большая миграция, там реально на порядок больше нашей.

Александр Денисов: Которая сейчас стену собирается строить с Мексикой.

Юрий Московский: Реально… Ну много чего, стена – это хороший и прибыльный бизнес-проект, построить стену они построят, а дальше-то все равно потоки пойдут с других сторон, к родственникам, друзьям и так далее. Да, там есть закрытые анклавы, закрытые сообщества или полузакрытые анклавы, полузакрытые сообщества, ну вот берем… Мы ими восхищаемся отчасти, берем наш Брайтон-Бич, например, ой как здорово, там все говорят по-русски. Я представляю, какая это проблема была бы с нашей точки зрения, для нашей полиции, если бы у нас нечто подобное стало возникать с диаспорами.

Александр Денисов: А разве у нас не возникает это в Москве?

Юрий Московский: У нас такого не возникает.

Александр Денисов: Люблино, там квартиры дешевеют.

Юрий Московский: Я многократно говорю: ребята, найдите мне район, который как гетто, не дом… Вот найдите хотя бы район или квартал, где иностранные граждане среднеазиатские, у нас вопросы среднеазиатской в основном иммиграции, потому что у нас значительная…

Виктор Костромин: У нас в основном оттуда, да.

Юрий Московский: Ну не в основном, у нас половина миграции – это Украина, Белоруссия, так же русская миграция продолжается в той же Средней Азии, они все равно идут по списку, по ранжиру мигрантов. Найдите! Никто найти не может.

Александр Денисов: Да легко я вам найду.

Юрий Московский: Поедем, после этого, если найдете, я вам ящик… Ну ящик не поставлю… Хотя нет, ящик поставлю. Вот публично заявляю: если вы мне найдете район, где больше половины жителей жители Средней Азии, именно про район говорю, я публично ставлю вам ящик коньяка. Не найдете – поставите бутылку водки или хотя бы лимонада, чтобы не рекламировать.

Александр Денисов: Юрий Викторович, рассказываю, далеко ехать не нужно: выезжаем на Ярославское шоссе, первый же поворот направо…

Юрий Московский: Я говорю про район в Москве.

Александр Денисов: …где частный сектор, в любой двор заходите, забито до отказа вот этими, как муравейники.

Юрий Московский: Еще раз: вот поедем и будем смотреть по району Москвы, это раз.

Александр Денисов: Это пригороды.

Анастасия Сорокина: Давайте, прежде чем мы поедем, дадим слово зрителям, у нас очень много…

Юрий Московский: Потому что это визуальное наблюдение, это, скажем так, субъективные мнения таковы, вот поедем и будем смотреть.

Анастасия Сорокина: Юрий Викторович, дайте, пожалуйста…

Юрий Московский: Второй момент, теперь что касается опять экономических и прочих вещей, польза и вред. Миграция должна, во-первых, запомним короткую фразу: работа должна в первую очередь принадлежать гражданам Российской Федерации, это мы еще, когда был Общественный совет при УФМС по Москве, эту формулу мы выдвинули, и активно она продвигается. Иностранные граждане являются резервом и дополнением, то есть там, где наших не хватает, туда можно этих людей так или иначе вбрасывать, причем отслеживая ситуацию, чтобы не было так, как это происходило по ряду торговых сетей, что там создались определенные кланы, условно говоря, брали на работу, старались брать на работу своих. Это опасно и с экономической, и с политической, с любой другой точки зрения. То есть не должно быть зон, где российский гражданин не может получить работу.

Если ГБУ «Жилищник», извините, предпочитает брать иностранца… Оно предпочитает, кстати, брать россиянина, сейчас, кстати, предпочитают брать, вопреки опять легендам, россиян, потому что штраф за одного нелегально работающего иностранца 1 миллион рублей по Москве, по области, по Санкт-Петербургу и в ряде еще других регионов, вот попробуйте, сами займитесь нелегальной иммиграцией в этом плане. То есть о нелегальной иммиграции сейчас больше разговоров, чем она на самом деле существует, в том числе нелегальная миграция трудовая, потому что сейчас действительно наведен порядок. Конечно, есть случаи, когда это нарушается, но опять мы смотрим на ситуацию с точки зрения 10-летней давности.

Александр Денисов: Юрий Викторович, с вами зрители хотят поспорить, сейчас расскажут вам про районы.

Анастасия Сорокина: Поспорить. Юрий из Пермского края дозвонился до нас. Юрий, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте, это Юрий вам дозвонился из Пермского края. Вы знаете, я вот работал с мигрантами, на них очень хорошо наживаются работодатели, потому что им не надо платить больничные, они им не оплачивают больничные, отпускные тоже им не оплачивают. И они работают каждый день, и за такую сумму, что мы бы не стали работать. Но они эти деньги потом отсылают к себе домой туда и там очень хорошо на эти деньги живут. Знаете, как они говорят? – «у нас все есть, кроме работы, мы вам не нужны, у нас только работы нет, поэтому мы к вам и приехали, а так мы там хорошо живем», понимаете?

И вот я хожу на работу мимо рынка, там иммигрант жарит шашлыки, его никто не проверяет, ни санэпидстанция никакая, а я работаю грузчиком, нас санэпидстанция постоянно проверяет, а они прямо на улице жарят этими грязными руками своими и потом продают в столовую. И вот у нас столовая есть в…, там работают одни мигранты без санитарных книжек, там люди даже травятся. То есть надо их отсюда убирать или действительно ужесточать, чтобы они медицинские книжки хотя бы получали, а не людей травили.

Александр Денисов: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Спасибо вам, Юрий, за звонок.

Юрий Московский: Вопросы к службе безопасности Пермского края, к их органам, пусть они там наводят порядок в Пермском крае, потому что они имеют полное право для наведения порядка в Пермском крае, в том числе с точки зрения санэпидемстанции, потому что что такое эпидемия, все мы прекрасно знаем. Правильно товарищ позвонил и сказал.

Анастасия Сорокина: Еще один звонок давайте успеем принять, из Татарстана Рузалия до нас дозвонилась. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Я слушаю вашу… Я хочу поспорить с этими людьми, которые с вами сидят, насчет мигрантов. Мы всю жизнь прожили на Урале, и там в коммунистические времена и зарплаты были хорошие в «Газпроме», и платили. Когда настали вот эти 1990-е гг. и вот на сегодняшний день очень много мигрантов работает. Но еще самое главное, очень много с Украины, очень много, хотя они живут у нас в Российской Федерации, чеченцы, а у нас работы для наших уральских мужиков нет.

Александр Денисов: Но чеченцы – это не мигранты, это граждане России.

Юрий Московский: Это внутренние мигранты.

Зритель: Они не могут устроиться на работу, мужики сидят 40–45 лет, где они на пенсию себе заработают? Зато чеченцы, с Башкортостана, с Татарстана работают. Я ни одного человека не видела с Урала, чтобы приезжали на подработку в Приволжский федеральный округ, зато ведь Уральский федеральный округ забит вот этими… Надо в России порядок наводить, по месту жительства…

Александр Денисов: Спасибо вам большое.

Анастасия Сорокина: Спасибо.

Александр Денисов: Но это все не мигранты, это все граждане России.

Юрий Московский: Ну это внутренняя миграция, есть такое понятие.

Виктор Костромин: Да.

Юрий Московский: Кстати, с внутренней миграцией зачастую проблем гораздо больше, чем с иностранной миграцией, чему мы сейчас и видим свидетельство.

Анастасия Сорокина: Вот вы заговорили о тех самых контроле, о штрафах, но тем не менее про этот самый контроль очень много всплывает таких ярких примеров, когда, например, громкое дело, были задержаны полицейские, которые зарегистрировали нелегально 64 тысячи мигрантов, где-то их заработок составил 44 миллиона рублей.

Юрий Московский: Так задержали же, покарали.

Анастасия Сорокина: Ну одних задержали…

Юрий Московский: А другим неповадно будет. Если не сажать, ничего расти не будет.

Александр Денисов: Юрий Викторович, вы мне очень нравитесь: любой аргумент вы переворачиваете в нашу сторону.

Юрий Московский: Все нормально, если это сельское хозяйство, так же и уголовное право основывается.

Виктор Костромин: Вот смотрите, немножко рассмотрим ситуацию. У нас действительно непростые времена сегодня, надо сказать, экономически очень непростые. Еще раз повторюсь, внутренний протекционизм, назовем это так, как вы сказали, для граждан России обязан присутствовать, какие бы кризисы там ни были. Не может человек, коренной житель, если у него что-то случилось, уволили, найти подработку, ну не может он сегодня, и в Москве он не сможет уже в ближайшее время, и в других городах, понимаете, вот в чем опасность, я говорю.

Дальше я хотел бы перейти к сплоченности и внутриэтнических таких вещах, закрытых… Я не говорю про группы, сидят они там группами, нет.

Александр Денисов: И группами сидят.

Анастасия Сорокина: Семьями.

Виктор Костромин: Послушайте, если вы мне скажете, что трудовой мигрант приехал к нам, постучался, заплатил и пошел на биржу, или ГБУ «Жилищник», где вакансии дворника не найти…

Александр Денисов: И спору нет, и слава богу, и прекрасно, конечно.

Виктор Костромин: Вопрос другого характера. Вот смотрите, был очень нехороший, серьезный звонок и случай года 3 назад на кладбище, когда одна группа противостояла другой.

Юрий Московский: Одна группа попыталась рэкетировать другую.

Виктор Костромин: Я не говорю сейчас про причины, они совершенно другого характера. Я говорю о другом, об объединении этих людей, понимаете? Это не то что там работали эти люди, там 15 и 20 человек, их прибыло на место около 200, это была достаточно большая группа людей. Я про это говорю, про эти риски, которые… Да, сегодня, я знаю, Правительство Москвы смотрит за этой ситуацией. Вопрос другого характера, общеэкономическая политика к этому подвигает. И когда мы говорим… Почему я говорю, что трудовой мигрант всегда выдержит конкуренцию с коренным жителем? Ну не может коренной жизнь, допустим, прийти, где он должен? Он не может впятером, вшестером жить в квартире, это же минимизация расходов. Когда говорят, они потребляете, они входят…

Юрий Московский: Извините, перебью: у коренного жителя есть квартира, у того нет, поэтому даже вот этот… У коренного жителя есть громадные социальные связи.

Виктор Костромин: Есть…

Юрий Московский: Это тоже громадное конкурентное преимущество.

Виктор Костромин: Это далеко не так! Ну послушайте, вы разделяйте социальные слои, ну не нужно, пожалуйста, вот так, понимаете? Дети растут, не у всех есть возможность даже ипотеку взять, даже коренному москвичу, вопрос не в этом. Вопрос в характере заработной платы, вопрос того коэффициента, КПД, который дается, вопрос той силы, квалифицирована она или нет, и нужна ли она, востребована сегодня, она замещается. Шесть лет назад не было такого количества в данном случае…

Юрий Московский: Шесть лет назад было большее количество.

Виктор Костромин: Стоп.

Юрий Московский: Просто в других отраслях и нелегально, работали на рынках массово, которые ныне ликвидированы в таких количествах.

Виктор Костромин: Да, сегодня нет этого. Но теперь они все перешли в другую плоскость, да?

Юрий Московский: Кто-то перешли в супермаркет легально, легально получают зарплату, проходят медконтроль и так далее. То есть то, что было в отрасли рынок, сейчас, извините, в отрасли торговой сети.

Виктор Костромин: Я не говорю, что государство ничего не делает, я говорю, что это опасная тенденция, вот о чем я говорю. Это опасная тенденция во времена действительно достаточно сложного экономического характера, это очень опасная тенденция заменять полностью практически все рабочие места… Сегодня, давайте, у нас будут все врачи, мы оттуда их перевезем…

Юрий Московский: Никто не говорит, что все врачи. Там колоссальная нехватка врачей.

Виктор Костромин: Разрешите вопрос: у нас сколько ВУЗов медицинских? – 120. Каждый год выпускается сколько? – очень много. Где та мотивация, чтобы сельский врач приехал работать туда или фельдшер?

Юрий Московский: У нас вообще низкая зарплата, потому что есть макроэкономическая политика, которая говорит о том, что чем меньше зарплата у людей, тем лучше для экономики, что является вообще полным бредом.

Виктор Костромин: Так вот я к чему и подвожу: а может, нам менять макроэкономическую политику…

Юрий Московский: Так я с вами согласен.

Виктор Костромин: …и заняться сбережением собственного народа?

Юрий Московский: Об этом говорят, извините, с 1992 года, с политики Егора Тимуровича Гайдара, которая в той или иной форме продолжается до сих пор.

Виктор Костромин: Вот в этом плане нужно смотреть уже сейчас, потому что мы идем к определенному результату.

Юрий Московский: Потому что если нет у людей достойной зарплаты, нормальной, то, извините, экономика расти в принципе не может, это один момент. Но тут опять другой момент: если у людей высокая зарплата, к нам в большей степени будут ехать иностранные граждане. И один товарищ радостно кричал «ура-ура!» в 2014 году, у нас зарплаты стали ниже, чем в Китае, это замминистра, не буду называть фамилию, а другой товарищ из другого блока, уже не либерального, условно говоря, кричал радостно «ура-ура!», у нас зарплаты упали, теперь к нам не поедут мигранты. Извините, что тот сказал глупость, что этот сказал глупость.

Зарплата должна быть высокой у российских граждан в целом в отраслях промышленности. ВУЗы должны выпускать, извините, столько, сколько надо, и люди после окончания ВУЗов должны идти в те отрасли, в которые они идут, потому что там заработная плата нормальная, а не пытаться перебежать в другую отрасль, в бизнес или уехать за границу со своим дипломом. По-моему, я говорю азбучные истины, которые понятны всем.

А когда пытаются стрелки перевести на иностранных граждан, что они «сожрали», извините, нашу зарплату и все деньги перевели за рубеж, хотя мы сравним, извините, суммы переводов бизнеса за рубеж и суммы переводов иностранных граждан, это разница даже не на порядок, а на несколько порядков, ну это смешно просто.

Александр Денисов: Еще у нас один эксперт на связи.

Анастасия Сорокина: Николай Викторович Курдюмов, председатель международного альянса «Трудовая миграция». Николай Викторович, здравствуйте.

Юрий Московский: Привет, Николай Викторович.

Николай Курдюмов: Добрый вечер.

Александр Денисов: Здравствуйте.

Николай Викторович, тут у нас разгорелась такая дискуссия. С одной стороны, беспокоимся, что все рабочие места неквалифицированные заняты и человеку в случае потери работы податься-то и некуда будет. С другой стороны, есть предложение и дальше законодательство либеральным сделать в отношении миграции, чтобы и прописывать могли и всех своих знакомых, не только родственников в квартире.

Юрий Московский: Об этом речи не идет, извините, речь идет о регистрации в рамках санитарных норм, без «резиновых» квартир, вот не надо утрировать.

Николай Курдюмов: Юрий Викторович очень энергичен, с ним сложно спорить. Но я все же хотел бы тоже два слова сказать.

Вот прежде всего миграция на постсоветском пространстве в Россию – это объективный процесс, и даже если ограничивать искусственными формами, как то визы вводить и прочее, было очень много всяких разных предложений, это не очень изменит ситуацию. Только в Узбекистане каждый год на рынок труда выходит около 600 тысяч узбекских граждан. Найти им работу там при всем желании невозможно. Поэтому на ближайшие годы поток из ближнего зарубежья в Россию обеспечен.

Миграция – зло или не зло? Управляемая миграция – это добро для российской экономики.

Александр Денисов: А у нас управляемая или нет, сразу вопрос, Николай Викторович?

Николай Курдюмов: Смотрите, нет, у нас неуправляемая, у нас неуправляемая, потому что она сложилась каким образом? Она сложилась как процедура содействия в трудоустройстве в России трудовым мигрантам. То есть что это означает? Это означает, что для мигранта ищут здесь на месте возможность для работы. Он сюда приезжает, и как правило создается такая инфраструктура частенько из соотечественников, которые ищут, куда бы его трудоустроить. Причем естественно, что всегда находится место поработать, просто вопрос в цене вопроса, в уровне зарплаты, в легальности или нелегальности, потому что многие работодатели хотели бы уйти от налогов, взять на работу, значительная часть, скажем, работодателей неурегулированных мигрантов… Так же, как и мигрант сегодня в Москве, для того чтобы легально работать, оплатить патент, он должен отдать 2 среднемесячных зарплаты.

Александр Денисов: Николай Викторович, чем опасна вот эта неуправляемая миграция? К чему мы придем? К Парижу?

Николай Курдюмов: Она опасна тем, что мы действительно, во-первых, так сказать, плодим неурегулированность трудовых мигрантов, которые не урегулированы как по статусу часто, так и по праву на работу.

Но есть альтернатива вот этому процессу, она зафиксирована к стратегии миграционной политики, которая недавно была утверждена, – это организованный набор. Что это такое? Это когда работодатель определяет, какое количество в какой срок и какого качества мигранты ему нужны, и идет подбор в соответствии с его требованиями. Вот если нам удастся, это очень сложно, потому что это означает не просто принимать весь поток мигрантов оттуда, а это означает сепарировать этот поток и на месте, там, за рубежом, так сказать, в Узбекистане, в Таджикистане готовить этих мигрантов, проверять русский язык, проверять здоровье и так далее.

Вот, к сожалению, межправительственные соглашения с Узбекистаном у нас уже подписаны 2 года назад, пока не очень получается, откровенно говоря, это выстроить, с Таджикистаном подписали соответствующее соглашение. Вот если бы удалось это сделать, удалось бы построить механизмы привлечения востребованных работников, я не говорю о космонавтах, я говорю о тех работниках даже средней квалификации, которые нужны работодателям. И такие работодатели, заказывая мигрантов, то есть так вот подбирая их через инфраструктуру определенную, всегда в поле зрения как налоговых органов, так и всех остальных. Это очень серьезно.

Александр Денисов: Николай Викторович, спасибо вам большое.

Анастасия Сорокина: Спасибо. На связи был Николай Викторович Курдюмов, председатель международного альянса «Трудовая миграция».

Александр Денисов: Да. Вот Николай Викторович упомянул Таджикистан, а уже слово прозвучало «геополитика» у нас тут в студии. Вот Россия в Таджикистан ракетные комплексы ввезла С-300, давайте сейчас посмотрим на кадрах, как это было, там на нашу российскую базу мы поставили это вооружение. Вопрос. Очевидно, это наш партнер геополитический, стратегический, нужный нам для обеспечения безопасности нашей страны.

Вот можем ли мы в таких условиях, когда это наш партнер, мы должны идти навстречу, быть лояльными, можем ли мы ужесточать в такой ситуации миграционное законодательство и ставить, начать вводить визы, жестко вести себя с выходцами из Таджикистана, депортировать? В таких обстоятельствах мы можем себе позволить роскошь жестокого, жесткого поведения?

Виктор Костромин: Вы знаете, я бы ответил так. Дело в том, что трудовая миграция ведь не от хорошей жизни, правильно? Значит, в Таджикистане, наверное, собственное правительство должно озаботиться собственной экономикой. Ну, я не могу советовать, они сами знают. Что касается ограничения в данном случае для них, вот разумная мысль абсолютно, что должны въезжать те, кто необходим.

Александр Денисов: Да за этим же никто не следит, ну скажем прямо.

Анастасия Сорокина: Квалификацию тоже никто не проверяет.

Виктор Костромин: Очень сложно, не следит, да. Ограничивать в этом плане… Я считаю, что нужно ограничивать.

Александр Денисов: А можем ли мы позволить, если это наши партнеры, наши друзья? И вдруг мы резко скажем: «Ребята, все, привет, ну базы наши будут, а вы к нам сюда не езжайте больше».

Виктор Костромин: Вы имеете в виду, что базы наши уберут, если мы не будем мигрантов, давайте так.

Александр Денисов: Да-да.

Виктор Костромин: Ну, здесь уже выбор политического руководства, мне сложно президенту советовать в данном случае. Я честно говорю, как бы я поступил… Тут ведь вопрос другого характера, насколько у нас это острая ситуация и насколько мы можем. Мы можем бесконечно долго ставить базы, понимаете…

Александр Денисов: Судя по вашим высказываниям, острая.

Виктор Костромин: Я сказал, что тенденция идет по возрастающей, это разные вещи. Второе: мы же не знаем, может быть, Таджикистан войдет настолько близко к Евросоюзу и станет в союзном государстве, кто знает, может быть, это будет совсем расширенное союзное государство в данном случае. Поэтому я и говорю, что это больная тема. Никакими запретами никто нигде ничего не решит, понимаете? Проблема не в этом, проблема переквалификации в данном случае. Если мы хотим…

Какую цель мы вообще имеем в развитии собственной страны, допустим? Если мы хотим заместить полностью, а к этому идет в принципе, по сути трудовыми мигрантами весь блок нижестоящий, так называемую неквалифицированную силу, тогда, извините, у наших граждан, мы что, все тоже высококвалифицированные? Они где будут работать? Это сложный выбор на самом деле.

Анастасия Сорокина: Ну вот история…

Юрий Московский: Пункт первый: никто не говорит о том, что у нас заместят всю неквалифицированную рабочую силу иностранными гражданами. Это даже численно я вам говорил, 3 миллиона всех иностранных граждан…

Александр Денисов: Ну вот уже про врачей говорят.

Анастасия Сорокина: Про врачей сейчас говорят, русских не хватает.

Юрий Московский: Про врачей говорят о том, что врачи будут, могут работать из ряда стран и иностранцы тоже с признанием опять дипломов. То есть речь идет не о миллионах и даже не о сотнях тысяч, буквально о нескольких тысячах человек или десятках тысяч.

Анастасия Сорокина: Говорят об упрощении получения гражданства.

Юрий Московский: Об упрощенном получении гражданства.

Александр Денисов: А вы бы к такому врачу пошли?

Юрий Московский: Опять зависит от квалификации.

Александр Денисов: А откуда вы знаете, какая квалификация?

Анастасия Сорокина: Какая у него квалификации?

Юрий Московский: А откуда я знаю, какая квалификация у нашего российского гражданина?

Виктор Костромин: Вы знаете, что я согласен в чем? Пусть тогда этот врач пойдет обучение, как в любой западноевропейской стране: хотите работать…

Юрий Московский: Должна быть пересдача…

Виктор Костромин: Извините, не пересдача, а пройти обучение минимум год-полтора, понимаете, да?

Юрий Московский: Есть межправсоглашение и прочее, и прочее, то есть есть люди специально обученные, которые за этим обязаны следить, это пункт первый. Пункт второй: российские врачи некоторые тоже достаточно низкой почему-то квалификации, жители жалуются, я, слава тебе господи, к врачам нечасто хожу, но те врачи, которые были у меня в семье, наши российские, кстати, некоторые из них были иностранные граждане, принявшие гражданство, они работали очень даже хорошо. Поэтому опять надо смотреть про масштаб. Речь идет, еще раз говорю, не о замещении российских врачей иностранными из Средней Азии, там, извините…

Александр Денисов: Нехватку кадров ликвидировать, да.

Юрий Московский: Просто о том, что несколько тысяч человек в ускоренном порядке примут российское гражданство, даже не десятки тысяч, то есть это вот этот момент.

Александр Денисов: Викторович Анатольевич, я так понял, вы не готовы идти к такому специалисту?

Виктор Костромин: Сейчас, договорит…

Юрий Московский: Второй момент, извините, – это когда говорят о том, что идет замещение населения в связи с приездом сюда. Значит, я просто вспоминаю некоторые данные, перепись населения аж 1938 года, 7% населения Москвы были евреи по паспорту. И кстати сказать, накануне буквально, я черносотенное движение российское очень тщательно изучал, в начале прошлого века было такое, что писали, что вот еврейская иммиграция, буквально слово в слово. Причем, правда, это была внутренняя миграция, это были граждане страны и так далее, и так далее, 2 миллиона человек, кстати, выдавили из страны в США, где они принесли большую пользу развитию. Понимаете, вот эти страхи…

Виктор Костромин: Послушайте, мы уходим все время в обсуждение вообще других вещей.

Юрий Московский: Извините, вот эти страхи, просто страхи, алармистские настроения, что сейчас придут, значит, потоки, потоки со Средней Азии, все сметут, займут наши места, – скажем так, они просто не обоснованы. Ну нет таких потоков!

Александр Денисов: Юрий Викторович, давайте дадим возможность ответить Виктору Анатольевичу.

Виктор Костромин: Все равно… Послушайте, мы никуда не денемся, это экономический регулятор, экономический. Мы можем говорить о братстве народов, что есть, мы можем говорить о толерантности, что есть к любым, понимаете? Но экономический регулятор сегодня сломан, он идет не в ту сторону. Поэтому я и говорю, что тенденция на замещение уже видна, она видна не мною…

Юрий Московский: Да тенденций всегда сотни.

Виктор Костромин: Послушайте, она видна внизу, людям. Дальше мне понравилось, я перед этим слушал вашу передачу, сидел товарищ, который, видимо, в силу функции, функционал, ему нужно защищать… Поверьте, я не против, я против экономических регуляторов вот этих вещей, как они используются. Он сидит и говорит, что у нас домработницы, вот его знакомые не знаю, как вот хорошую домработницу найти, 60–80 тысяч. Разный уровень, разные слои. Мы какой слой обсуждаем? Мы все время мажем одним слом.

Юрий Московский: Согласен полностью, 50 видов миграции.

Виктор Костромин: А я сейчас говорю о той огромной части нашего населения, граждан России, которым тяжело найти работу. Говорят: «Создайте рабочие места!» – их не создают. Что делает бизнес, и правильно говорил товарищ, что бизнес будет минимизировать до конца свои расходы. Когда мне говорят, что вы платите мигранту здесь 50 тысяч рублей дворнику, извините, дворником он работает, 50 тысяч рублей, за него должны заплатить 75, – позвольте мне не поверить. Понимаете, когда товарищ Исаев, тоже он говорил, что во Владивостоке 70 тысяч, позвольте мне тоже не поверить. Это тогда надо посмотреть, сколько у нас там… Сколько у нас минималка? Минималка в Москве 15 600, по-моему, вот ее закрывают по 20, возможно, что-то доплачивают. Но то, что полную сумму не оплачивают, это точно.

Ну нельзя… Мы же в реальной жизни живем, мы ходим и видим реально происходящие вещи. На макроэкономическом уровне, знаете, сытый голодного неймет, там большие цифры, я понимаю. Но когда приезжаешь и видишь, что этого нет… Поэтому почему я и говорю, что мы просто не справляемся. Нужно тогда сделать равные условия. Ведь смысл какой? В Америке как, стоп-стоп-стоп? Платишь, обязан платить, 8 долларов в час у них там, а у нас минималка оплата, для бизнеса это хорошо, он будет максимально минимизировать свои затраты. Нужно сделать равные условия тогда в заработном плане.

Анастасия Сорокина: Давайте дадим слово нашему зрителю…

Юрий Московский: Извините, есть еще тоже важный момент: вообще и гражданин заинтересован в том, чтобы получать как можно больше денег, это обоюдный процесс, и работать «всерую» или «вчерную», что касается, кстати, и российских граждан тоже.

Виктор Костромин: Конечно, никто не отменял…

Александр Денисов: Про врачей еще договорим.

Анастасия Сорокина: Юрий Викторович, давайте дадим слово Семену Николаевичу Гальперину, президенту межрегиональной общественной организации «Лига защиты врачей». Семен Николаевич, здравствуйте.

Семен Гальперин: Здравствуйте.

Анастасия Сорокина: Вот эта история про замещение в медицинской сфере специалистов людьми, которые будут приезжать, мигрантами – как вы к ней относитесь? Действительно сейчас такая тенденция? Почему такая нехватка вдруг организовалась?

Александр Денисов: Про ликвидацию дефицита врачей именно за счет мигрантов.

Семен Гальперин: Давайте рассмотрим две стороны, есть причина и есть следствие. Причина вот этой идеи привлечения массового мигрантов именно в медицинские специалисты в том, что мы уже получили итоги реформы и так называемой оптимизации здравоохранения. Когда реформа начиналась, еще в 2010 году, особенно в 2012-м, медицинское сообщество предупреждало, что эта реформа закончится тем же, чем закончилась реформа промышленности, приватизация промышленности в 1990-е гг., мы тогда потеряли инженеров как класс, и мы говорили, что мы потеряем точно так же врачей. Вот сегодня мы их практически потеряли, у нас катастрофический дефицит врачей, медицинских работников в стране, это итоги оптимизации здравоохранения.

Какая задача ставится Минздравом перед теми людьми, которые хотят привлечь врачей из-за рубежа? Они хотят привлечь тех людей, которые будут согласны работать на тех условиях, на которых сегодня уже не хотят и даже не могут работать российские врачи. Они не могут на нынешнюю зарплату сегодняшнюю содержать свои семьи, они не могут повышать качество своего образования, они не могут качественно оказывать медицинскую помощь.

Кто приедет в результате к нам в страну на врачебные должности? К нам, конечно, не приедут те специалисты, которые имеют возможность сегодня поехать в развитые цивилизованные страны. Из той же Средней Азии врач, если он образован и имеет достаточную квалификацию, может поехать в Европу и там тоже акклиматизироваться, и туда тоже привлекают врачей из-за границы. Сегодня практически в любой стране мира есть программы привлечения иностранных врачей, но там привлекаются квалифицированные кадры. У нас в стране задача другая, привлечь не квалифицированных врачей, а тех, которые будут согласны работать на тех условиях, на которых уже не хотят работать наши врачи.

Мы знаем про массовые увольнения, мы знаем про забастовки, мы знаем про то, что врачи в конце концов у нас сегодня попадают в тюрьмы, чтобы оправдать вот эти итоги реформы. И это приведет, привлечение в страну именно тех врачей, которые ниже того уровня, который сегодня у нас, что качество здравоохранения будет вновь падать, доступность его ухудшится, и мы в конце концов окончательно устроим гуманитарную катастрофу в плане полного, окончательного разрушения остатков здравоохранения в нашей стране.

Александр Денисов: Семен Николаевич, вопросов уже больше нет, так исчерпывающе вы рассказали нам все.

Анастасия Сорокина: Спасибо, да. На связи был Семен Николаевич Гальперин, президент межрегиональной общественной организации «Лига защиты врачей».

Александр Денисов: Виктор Анатольевич, а теперь вот еще раз вам вопрос задам: кабинет такого врача откроете, специалиста, про которого рассказывал нам сейчас Семен Николаевич Гальперин?

Виктор Костромин: Не понял.

Александр Денисов: Вот такого специалиста из-за рубежа, из Средней Азии.

Виктор Костромин: А, лично я?

Александр Денисов: Да, пойдете, через порог переступите к вот такому специалисту?

Виктор Костромин: Ну, мне сложно сказать, потому что я 3 года назад только взял, этот страховой полисы выписал, хотя я застрахован. Но я могу сказать про оптимизацию. Вот я живу в одном районе, Строгино, а к врачу мне надо ехать в Митино, у меня тут случайно нога заболела. Врач один. Бабушка поехала, потерялась, понимаете? А поликлиника огромная, да, там уже есть такие врачи. Дело же не в том, дело не в раскосе глаз или еще в чем-то таком, я же не знаю, кто передо мной, может, он, извините, бурят, в Бурятии вырос.

Александр Денисов: В квалификации дело, мы правильно говорим?

Виктор Костромин: Дело в самой квалификации, что они мне выписывают. И насколько я вижу, вы знаете, квалификация действительно падает, но не только у них, конечно, она и у нас падает, вопрос в этом состоит. Вопрос ведь, еще раз говорю, не в национальностях, а вопрос в приоритетах государства.

Анастасия Сорокина: Мы задавали вопрос жителям разных городов, какое у них отношение к мигрантам. Корреспонденты опрашивали жителей Петербурга, Владивостока и Москвы. Давайте посмотрим ответы.

ОПРОС

Анастасия Сорокина: Вот заметно, как в Москве настроены жители, в основном, видимо, самый большой поток. Но вот с этими новыми планами, в общем-то, это может распространиться на всю страну.

Виктор Костромин: Ну тут, во-первых, я думаю, что все-таки это просто привлечение. На самом деле тут как раз по поводу вот этой регистрации, всего этого, это просто привлечение инвестиций в недвижимость, в покупку недвижимости на территории России, потому что на самом деле продажи падают, покупательская способность падает, и это просто одно из привлечений. И это собственность, почему человек не может зарегистрировать? Вопрос другой, сколько он конкретно человек, есть вот сколько метров, он столько и имеет право зарегистрировать, правильно?

Юрий Московский: Да, правильно.

Александр Денисов: Давайте подведем итог…

Юрий Московский: Можно я?

Александр Денисов: Вот вопрос, уже пора проводить итог, полторы минуты, извините, осталось. Вот, допустим, нам многие советуют, Всемирный банк трудовую миграцию принимать побольше, для роста экономики ресурс, так же вот у нас новая концепция государственной миграционной политики до 2025 года, по 300 тысяч человек ежегодно. Может быть, мы прибегаем к лекарству с недоказанной эффективностью, если коротко? Мы же не знаем эффекта, вылечит нас или нет.

Юрий Московский: Коротко. Значит, во-первых, все в меру. Во-вторых, пользуясь случаем, скажу, что необходима миграционная амнистия для граждан Украины, потому что для Серьезной Азии провели, а вот почему-то для граждан Украины не проводили ни одной миграционной амнистии. Это к вопросу о том, что нам нужны славяне и так далее, важный вопрос.

Второй момент относительно регистрации. Очень жесткий сейчас регистрационный закон в принципе, потому что органы правоохранительные толкуют буквально по-разному: человек как привязан к этому месту, он там должен чуть ли не круглосуточно находиться, о чем вы, кстати, говорили, это тоже необходимы разъяснения МВД.

Александр Денисов: Виктор Анатольевич, может быть, лекарство с недоказанной эффективностью, повторю еще свой вопрос?

Виктор Костромин: Абсолютно. Нет одного лекарства для всех, и я абсолютно против. Нужно применять его, учитывая ту нашу обстановку, в которой мы живем. И более того, скажу по поводу Всемирного банка: обратите внимание, Северная Европа не впустила в себя такое количество мигрантов, и вообще она в них особо не нуждается и не нуждалась.

Александр Денисов: Италия присоединяется и прочие.

Анастасия Сорокина: Наши зрители…

Виктор Костромин: Поэтому вот тут такая вещь. Надо смотреть исходя из наших внутренних потребностей.

Александр Денисов: Подведем итоги.

Анастасия Сорокина: Наши зрители считают, что мигранты – это зло для экономики страны, «да» сказали 94%, «нет» 6%.

Спасибо за интересную дискуссию. У нас сегодня были в студии Юрий Викторович Московский, директор проектов Фонда развития международных связей «Добрососедство», и Виктор Анатольевич Костромин, председатель общественной организации «Центр противодействия коррупции в органах государственной власти». Спасибо, что были с нами.

Виктор Костромин: Спасибо.

Анастасия Сорокина: Впереди «Итоги дня» с Тимуром Уразбахтиным.

Александр Денисов: Спасибо за интересную дискуссию, спасибо.

Юрий Московский: Да у нас не было дискуссии, мы в принципе согласны друг с дружкой.

Виктор Костромин: Мы пообщались на эту тему.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (7)
Владимир
Миграционная политика России не совершена и требует пересмотрения. В настоящее время работает на чиновников разного уровня, кто непосредственно отвечает за реализацию этого законодательства, криминал, правоохранительные органы. Государственные интересы и безопасность граждан России на последнем месте.
Евгений Ищенко
То, что в России нехватка рабочей силы- сказка,миф, удобный для чиновников и работодателей. Толибы, так мы называли на стройке гастробайтеров из Таджикистана, бесправны, запуганы милицией, готовы выполнять за копейки любую работу. , потому то их и берут на работу вместо наших работяг из провинции. Даже на технике экономят с их помощью, Десяток талибов заменят подЪёмный кран при строительстве коттеджа
ирена полторак Евгений Ищенко
Не такие уж они бесправные и трусливые овцы, какими предстают, в них много притворства и лукавства, на любую работу умеют ловко просочиться, в то время как русского практически никуда не берут, что же теперь делать в таком случае, разве такая несправедливость по затиранию своих и дальше будет продолжаться???
сергей николаевич копылов
у нас все сельское население нечерноземия сидит без работы кликните их вот вам и замена эмигрантов а в деревнях люди работящие
храмкова сергей николаевич копылов
И то правда.
Ирина
Москва и московская область перенасыщена мигрантами из азиатских стран. В Подмосковье они уже селятся семьями, приобретая садовые участки. Да, они работают (строят дома дачникам, готовы на любой вид деятельности),но цены выросли очень значительно, а налоги не платят. Да и ведут себя не как "гости". Там, где они, грязно. Я против каких-либо мигрантов. Наших местных умельцев они вытесняют, хотя их работа- халтура. Болезни, грязь и свое понимание культуры поведения. И кругом одни мечети. Скоро мы будем у них дворниками работать.
Анна Литвинова Ирина
Абсолютно с Вами согласна: грязь, болезни, вытеснение коренного населения на обочину, отсутствие квалификации, халтура и непрофессионализм, скатывание нашей культуры благодаря им в дикое средневековье - вот что такое среднеазиатские мигранты!

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски