Потребкорзина: что нужно из неё исключить, а что добавить?

Потребкорзина: что нужно из неё исключить, а что добавить?
Коронавирус: эпидемию не остановить? Проблемные регионы. Без потрясений: детский хоспис. Работа над поправками в Конституцию. Маткапитал – на игрушки
Глобальные эпидемии: что нам грозит?
Как сегодня относятся к китайцам в России. Сюжет из Челябинской области, Благовещенска и Москвы
Сергей Лесков: Государственные деньги часто токсичны. Особенно для бизнесменов, поэтому они и не рискуют участвовать в нацпроектах
Ирина Киркора: Когда каждый гражданин знает Конституцию и закреплённые в ней свои права, ему будет проще общаться с любым должностным лицом
Дмитрий Журавлёв: В чистом рынке выживает только производство табуреток. Всё, что имеет 2-3 уровня технологических связей, в этой системе не выживает
Что нужно знать о коронавирусе нового типа 2019-nCoV
Эпидемия спама
Маткапитал - на игрушки?
Владимир Малахов: Общая сумма тепла на планете меняется очень мало
Гости
Алексей Ковальков
врач-диетолог, доктор медицинских наук, профессор
Иван Родионов
профессор департамента финансов НИУ ВШЭ

Петр Кузнецов: Мы продолжаем, это прямой эфир, Общественное телевидение России, программа «ОТРажение», Оксана Галькевич...

Оксана Галькевич: ...и Петр Кузнецов.

Петр Кузнецов: ...и Петр Кузнецов. Большая тема у нас впереди. Дело в том, что президент на днях заглянул в потребительскую корзину нашу, россиян, и увидел, что что-то в ней не так. Мало овощей, во-первых, фруктов, мяса и рыбы, отметил Владимир Путин.

Оксана Галькевич: А еще вот что он отметил: «Картофель, жиры, хлебобулочные изделия занимают бо́льшую часть, а вот остального маловато. Поэтому корзина, безусловно, подлежит пересмотру», – так он сказал. Ну и напомнил, что от состава корзины зависит прожиточный минимум и МРОТ, минимальный размер оплаты труда, поэтому пересматривать нужно так, чтобы сохранить макроэкономическую стабильность страны.

Петр Кузнецов: Обязательно поговорим, что же будет, если мы резко вдруг пересмотрим, с макроэкономическим состоянием страны. По закону структура потребительской корзины должна меняться раз в 5 лет. Но у нас по-прежнему действует положение о корзине от 2012 года, то есть нашей корзине уже 8 лет. Давайте посмотрим, что же в нее входит.

Оксана Галькевич: На одного взрослого человека в месяц предусмотрено 10 килограммов хлебобулочных изделий, 24 килограмма (видимо, литров) молока и молочных продуктов, чуть больше 8 килограммов картофеля, 9,5 килограммов овощей, 5 килограммов фруктов, почти 5 мяса, 1,5 килограмма рыбы, а также около 2 килограммов сахара и кондитерских изделий. А еще, Петр, 17 яиц, прости, это очень важно.

Петр Кузнецов: Так, это набор сейчас на месяц был. Замечательно, 17 яиц в месяц.

Оксана Галькевич: Яиц 17 штук в месяц, да, на каждого.

Петр Кузнецов: Наесться просто можно.

А еще в состав входит, это тоже очень важно, об этом почему-то забывается, непродовольственные товары: это, видите, одежда, обувь, головные уборы, белье, школьные принадлежности, лекарства, еще коммунальные и транспортные услуги. Все это в нашей потребительской корзине.

Оксана Галькевич: Ну а теперь давайте заглянем в потребительские корзины других стран. Вот, например, англичане включают в ее состав шампанское, бифштексы, не поверите, билеты на футбольные матчи и в театр. Французы упомянутые добавляют туда посещение парикмахеров, косметологов, а также у них в потребительской корзине есть оплата такси и покупка корма для любимой собачки или котика. В американской потребительской корзине учитывают как расходы на содержание автомобиля, так и услуги на отдых, образование, на медицину, она там дорогая (у нас в принципе тоже) и даже на такие, вы знаете, вещи, как курение, например, совсем не полезное для здоровья.

Петр Кузнецов: Замечательно. Совсем разные потребительские корзины.

Давайте к нашей вернемся. Отметим, что заняться составлением новой, я даже процитирую, «позволяющей сформировать полноценный рацион здорового питания различных групп населения» корзины Минтруду, Минэкономразвития, Роспотребнадзору и Минфину поручал еще осенью прошлого года премьер Дмитрий Медведев. Теперь он уже и не премьер, а вот новой корзины как не было, так и нет.

Оксана Галькевич: Нет, ну если сказал Владимир Владимирович, значит, она в ближайшее время появится, эта корзина.

Петр Кузнецов: Ну теперь конечно, теперь конечно. Вопрос в том, как ее пересматривать.

Оксана Галькевич: Давайте поразмыслим вместе. Уважаемые телезрители, присоединяйтесь к нашему разговору. Как она должна выглядеть? На ваш взгляд, что нужно исключить как можно скорее, а что как можно скорее туда включить? Напомню, есть продовольственная часть, есть непродовольственная часть товаров, вот можно о том и о другом высказываться.

А мы представим наших гостей. В студии у нас сегодня Иван Родионов, профессор Департамента финансов Высшей школы экономики, и Алексей Ковальков, врач-диетолог, доктор медицинских наук, профессор. Иван Иванович, Алексей Владимирович, здравствуйте, добрый день.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Скажите, пожалуйста, вот у нас и доктор, и представитель финансового сектора или блока, если хотите. Вот давайте поймем в самом начале: потребительская корзина – это вообще про что? Про здоровье или про экономику? Иван Иванович?

Иван Родионов: Это, конечно, про экономику, и речь здесь идет о том, что вот бюджет может выделить какие-то ограниченные средства, которые он как бы условно гарантирует, и вот под эти средства строится корзина. Если раньше, например, в начале 1990-х гг., в конце 1980-х гг. действительно работал Институт питания, там были какие-то исследования, то сейчас это ровно задача от обратного: вот то, что есть, можно было бы объяснить, что вот это и хорошо. При этом обратите внимание, процесс этот небыстрый. Вот мы с вами обсуждали здесь эту корзину осенью 2017 года, прошло 2,5 года, и на самом деле как бы любую корзину можно придумать ну месяца за 3...

Петр Кузнецов: Так, и ничего не изменилось, кстати, мы же поняли, что с 2012 года состав не менялся.

Иван Родионов: И неслучайно именно тогда речь шла о том, что надо увеличить долю мяса, фруктов...

Оксана Галькевич: ...рыбы...

Иван Родионов: Да. И более того, уже на весеннюю сессию Думы эта корзина должна была быть вынесена, но никакого обсуждения проекта этой корзины я лично не видел. При этом вот сейчас эту задача президент актуализировал, но он как бы сделал вид, что совершенно изменений в системе жизни в стране, их как бы и не было. О чем я говорю? Часть платного образования, что с ним? Часть платного опять медицинского обслуживания. Транспорт, который подорожал обалденно, связь, которая стала сотовой, все хотят быть на связи...

Оксана Галькевич: Она необходима просто.

Петр Кузнецов: И, наконец, наша любимая «коммуналка».

Иван Родионов: И «коммуналка», которая растет...

Петр Кузнецов: ...два раза в год теперь.

Оксана Галькевич: В прошлом году было 2 раза.

Иван Родионов: ...по цене, в общем-то, выше инфляции, я проверял свои собственные счета, с 10-го по 10-й месяц там получилось около 7%.

Что здесь еще важно? Потребительская корзина на следующий год, так же, как и МРОТ, устанавливаются по результатам второго квартала предыдущего. Но как бы все равно за полгода-то инфляция есть. Плюс к тому, конечно, реальная инфляция по потребительским товарам, которые входят в корзину, то есть по тем простым продуктам, которые мы видели с вами на картинке, она вовсе не 3,8%. Три и восемь десятых процента, низкая инфляция из-за того, что промышленность не работает, там цены не растут, потому что ничего не проходится, а вот в части ежедневной такой, как бы реальной инфляции, она около 6–7%.

Петр Кузнецов: Ага.

Иван Родионов: И поэтому на самом деле, конечно, потребительскую корзину, так же как минимальный размер оплаты труда, надо было бы индексировать более активно.

Но опять обратите внимание, что вот новая реальность, с которой мы столкнулись после, во-первых, обращения президента, во-вторых, в новом правительстве: мы видим, что как бы шансов на то, что людям разрешат отпустить пояса, их нет. Сейчас нас пытаются убедить, что вот так, как есть, – это новая реальность, учитесь жить в этом состоянии. То есть, скорее всего, вот эта вот потребительская корзина и МРОТ будут теми же темпами как бы индексироваться в течение ближайших 5–6 лет.

Оксана Галькевич: Так, это было мнение экономиста.

Алексей Владимирович, хочу вас спросить: что это вообще на самом деле блажь такая, пересматривать потребительскую корзину, я имею в виду, допустим, продуктовую часть, если этого коснемся? Ну все же понятно: вот есть здоровое питание, должно быть столько-то углеводов, столько-то, я не знаю, клетчатки, еще чего-то. Вот раз составил и нормально, нет?

Алексей Ковальков: Вы знаете, в чем дело?

Оксана Галькевич: Я могу быть не права, кстати.

Алексей Ковальков: Чем нравится ваша программа? Что тут ничего не вырезают, прямой эфир, и поэтому говоришь и понимаешь, что люди это слышат. Так вот самое интересное, как сказал мой коллега, я помню, в сентябре 1916 года я сидел вот на том месте...

Петр Кузнецов: В 1916-м вы, наверное, не могли сидеть на том месте.

Алексей Ковальков: В 2016-м, точно.

Петр Кузнецов: Я уж...

Алексей Ковальков: И рассказывал о том...

Петр Кузнецов: Просто, может быть, у вас какая-то такая, знаете, своя диета...

Алексей Ковальков: Да, я горец. Я рассказывал ровно о том, о чем говорил президент, вот можно прямо сопоставить эту передачу, мои слова, один в один.

Петр Кузнецов: Что нужно менять, вы имеете в виду?

Алексей Ковальков: Что нужно менять.

Петр Кузнецов: Добавлять?

Оксана Галькевич: Много картофеля, жиров...

Алексей Ковальков: Но у нас Россия – страна особенная, у нас пока президент пинок не даст, ничего с места не сдвигается. И я вот надеюсь, что – эти пинки, к сожалению, все меньше и меньше имеют эффект – он даст такой пинок, что наконец что-то хотя бы сдвинется. Понимаете, я посмотрел эту корзину питания. Кто ее составлял, я не знаю, но диетологи ее точно не составляли, Росстандарт, может быть. Какое он отношение имеет вообще к диетологии, я не понимаю.

Оксана Галькевич: К правильному питанию вы имеете в виду, да? К нормальному, здоровому питанию.

Алексей Ковальков: Вообще к диетологии, да. Ну давайте возьмем банально, я не буду вдаваться в подробности: 350 килограммов (они в килограммах почему-то измеряют) молока в той стране, где 40% людей не переносят лактозу, то есть молоко. Для кого это было написано? Зачем нам такое количество молока? Это чисто молока. Куда это все пойдет?

Петр Кузнецов: Подождите...

Оксана Галькевич: Может быть, поддержать молочную промышленность, нет, Петь?

Петр Кузнецов: Может быть.

Алексей Ковальков: Так под это же все...

Петр Кузнецов: А в идеале это как, должны быть рекомендации, то, что нужно есть человеку?

Алексей Ковальков: Нет, ну количество молока должно быть значительно меньше, потому что у нас просто нет населения, которое может...

Петр Кузнецов: Так я вам и говорю, состав должен выглядеть так, если мы о продуктовой части говорим, что это было бы рекомендацией, как нужно человеку питаться и сколько нужно есть в месяц? Или это не про рекомендации?

Алексей Ковальков: Понимаете, в чем дело? Вот экономисты воспринимают корзину питания как некий эталон стоимости, расчета стоимости и баланса производства под эту корзину питания...

Петр Кузнецов: Иван Иванович об этом сказал, да.

Алексей Ковальков: ...понимая, что столько-то надо сделать, значит, надо открывать такие-то производства, такие-то. Я понимаю это и воспринимаю с другой точки зрения, как воспринимает это большинство обывателей, большинство людей, – это то, что мне предлагают как эталон питания, ну правильно? Так вот как эталон питания мне предлагают страшные вещи. Количество углеводов в день там получается до полкилограмма, если переводить на сахар, то есть полкило сахара в день мы должны съедать.

Петр Кузнецов: То есть до пенсии можем не дотянуть?

Алексей Ковальков: Картофель, крахмал, углевод страшнейший, распадается на глюкозу и воду при термической обработке. Чистая глюкоза – это моносахарид, усваивается моментально, приводит к развитию сахарного диабета. Хлебобулочные изделия – сколько там килограммов сахара? У нас на день приходится буханка вот такая белого хлеба – кто из вас съедает буханку белого хлеба в день?

Оксана Галькевич: Нет, что вы.

Алексей Ковальков: А можно было эти деньги, это молоко, которое не нужно, перераспределить, как сказал президент, и добавить фруктов, добавить мяса, добавить белка, потому что у нас, вообще в мире идет дефицит по белку, и вот это же он предлагает. Но мы об этом говорим уже 10 лет! И коллеги, и я говорю, и на разных программах – никто не слышит. Вот президент сказал, теперь услышали.

Петр Кузнецов: То есть даже на эти деньги, которые существуют, заложенные в корзине...

Алексей Ковальков: Конечно.

Петр Кузнецов: ...можно рацион сделать намного полезнее?

Алексей Ковальков: Сбалансировать правильно. Но нас никто об этом не спрашивает.

Петр Кузнецов: Киров послушаем...

Оксана Галькевич: Ну, вы знаете, вот вы сказали, что у нас прямой эфир и здесь ничего не вырежешь, но нас еще и слышат на самом деле. Вот мы говорили-говорили, говорили-говорили, вот видите, президент выступил наконец-то с предложением.

Петр Кузнецов: Давайте сейчас Татьяна будет говорить из Кирова. Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Киров, да, ему слово. Здравствуйте, Татьяна.

Зритель: Алло, здравствуйте. Вот у меня такой вопрос: с какой суммы они вычисляют вот эту корзину, пишут, что две пары обуви, пальто? Это сколько должен человек получать, если хотя бы у него двое детей, например, один в институте, другой в школе? Как можно рассчитывать эту корзину, вообще непонятно.

Оксана Галькевич: Это корзина на одного человека, Татьяна, она посчитана так.

Петр Кузнецов: Это на одного, то, что вы у нас увидели в инфографике, если вы про это. Сейчас Иван Иванович ответит на этот вопрос. Вы, Татьяна, только скажите нам, вы же пообедали уже сегодня?

Зритель: Ну да.

Петр Кузнецов: Что у вас было на обед, расскажите, у Татьяны из Кирова?

Зритель: Гречневая каша и сардельки самые недорогие.

Оксана Галькевич: Ага, да.

Петр Кузнецов: Без супа?

Зритель: Без супа, конечно, конечно, без супа.

Петр Кузнецов: Гречневая каша и сардельки.

Оксана Галькевич: Да, Татьяна, спасибо.

Петр Кузнецов: Алексей Владимирович, ваш короткий комментарий по составу.

Оксана Галькевич: По поводу сарделек. Вот вы говорите про белок – пожалуйста.

Алексей Ковальков: Вы знаете, люди стараются... Допустим, возьмем такой пример.

Петр Кузнецов: Мне кажется, это самое простое...

Алексей Ковальков: Какая-нибудь далекая область, деревня, да даже не очень далекая, Рязань, например, деревня. Привозят окорочка, одни привозят хорошие, фермерские, действительно выращенные, со всеми бумагами, действительно человек сделал на совесть, куры где надо...

Оксана Галькевич: «Чистые», как говорят, да?

Алексей Ковальков: И вторые привозят, которые говорят честно, что они напичканы гормонами, стимуляторами роста, всеми антибиотиками. Но эти стоят рубль, а эти стоят... Помните, по 3 рубля, а сегодня по...

Петр Кузнецов: Раки.

Оксана Галькевич: По пять, ага.

Алексей Ковальков: Вот те 3 рубля стоят, а этот рубль стоят – какие будут брать, как вы думаете?

Оксана Галькевич: Те, которые подешевле, естественно, конечно.

Алексей Ковальков: Совершенно верно, и им абсолютно наплевать на качество. Вот этого мы сейчас и добились, вот это сейчас происходит у нас в стране. Люди не смотрят на качество продукта, они смотрят на цену, ну немножко на качество, немножко на рекламу.

Петр Кузнецов: Подождите, а вы считаете, что изменением состава корзины мы как-то изменим ситуацию?

Алексей Ковальков: Мы изменим ситуацию, по крайней мере мы уменьшим количество хлебобулочных изделий, количество углеводов, которые захлестнули нашу страну и вообще весь мир. Человек на протяжении 3 миллионов лет не знал, что такое сахар, сахар появился 200 лет назад, до этого мы не знали. Мы не приспособлены к такому количеству углеводов, которое нам дают, из-за этого у нас масса болезней.

Оксана Галькевич: Так он еще 150 лет был, знаете, таким лакомством редким довольно.

Алексей Ковальков: Конечно.

Оксана Галькевич: А сейчас он везде и во всем, этот сахар.

Алексей Ковальков: Сахар выдавали в аптеках по граммам, это в России, пока у нас не начали производить сахарную свеклу. А тот же хлеб, белый рафинированный хлеб, он никогда не был на Руси, был бурый хлеб, то есть с отрубями, со всеми делами. И питались, и работали по-другому. Сейчас... Поэтому питание совершенно не соответствует. Поэтому то, что написано в этой корзине питания, – это полный бред. Ее надо пересматривать, пересматривать комиссии по диетологии, то есть собрать диетологов, чтобы они пересмотрели.

Петр Кузнецов: А по сути те же экономисты и занимаются.

Иван Иванович...

Иван Родионов: Да?

Петр Кузнецов: Вот Татьяне из Кирова все-таки непонятно. Мы понимаем, что МРОТ и прожиточный основываются на этой корзине, а вот не понимает Татьяна из Кирова, сама-то корзина на основании какой суммы, исходя из чего? Еще раз давайте проговорим этот момент.

Иван Родионов: Нет, ну, во-первых, речь идет о 12 130, это МРОТ на этот год, это ясно, но в расчете на каждого. При этом он разделяется для работающих взрослых, неработающие взрослые вообще как бы... Вы знаете, у нас считается, что 30 миллионов в «серой» сфере, для них вообще не считают. И отдельно для детей и пенсионерам меньше всего. При этом, когда речь идет о ботинках, о пальто, там какие-то абстрактные цифры, одно пальто в 7 лет, ботинки на 3 года. Но мы прекрасно знаем, это, в общем, сейчас модель такая как бы уже мировая, что вещь покупается на сезон, их длительность, их цикл жизни...

Петр Кузнецов: С их качеством, да...

Оксана Галькевич: Качество такое, да.

Иван Родионов: ...он недлительный. Машины точно так же ломаются, вот. Поэтому эта корзина, конечно, устарела. С другой стороны, не надо себя обманывать, никто не думает о рациональном потреблении с точки зрения покупки пальто, или обуви, или бытовой техники. Это просто отмазка, для того чтобы цифра МРОТа, а сейчас они уравнены, была чем-то наполнена.

Оксана Галькевич: Ага.

Иван Родионов: Никто не подразумевает, что вы будете обязательно есть мясо и рыбу, некоторые не едят рыбу, некоторые не едят мясо.

Оксана Галькевич: То есть отталкиваются все-таки от бюджета, а не от правильного питания, да?

Иван Родионов: Конечно! Именно поэтому нет никаких Институтов питания...

Оксана Галькевич: Это цинизм некий.

Иван Родионов: Именно поэтому источник этого набора неизвестен.

Оксана Галькевич: Уважаемые зрители, давайте сейчас выслушаем еще один звонок, это Татьяна из Москвы, и посмотрим интересный сюжет нашего корреспондента, но прежде Татьяна. Татьяна, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Добрый день, Татьяна.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Одни Татьяны, кстати.

Зритель: Я вот сейчас слушаю, я согласна с тем, что была у вас информация, что нужна корзина 26 тысяч, если я не ошибаюсь, но никак не та сумма, которую озвучивают. Невозможно. Я пенсионерка, нужна стоматология, извините, нуждаюсь в этом, возраст, мне 65 лет. Нужно... Я хочу ходить в театр, в конце концов, иногда! Я хочу как-то одеваться.

Петр Кузнецов: Как в Англии, да?

Зритель: Не совсем прямо, как уже черт знает что... А?

Оксана Галькевич: Вы хотите, как в Англии?

Петр Кузнецов: Как в Англии, вы хотите, как в Англии? Мы просто посмотрели на потребительскую корзину, там билеты в театр.

Зритель: Ну не как в Англии, но хоть как-то вот, хоть раз в месяц, в полгода в театр сходить, а почему бы и нет?

Оксана Галькевич: Ну да. Вы совершенно правы, учитывая то, что медицина дорожает...

Зритель: Как можно жить на эти деньги? А мясо я уже вообще редко покупаю, рыбу я просто не покупаю, во сне мне уже снится эта рыба, она страшно дорогая.

Оксана Галькевич: Дорогая, это правда, да. Спасибо, Татьяна.

Алексей Ковальков: Мне вот интересен вопрос еще: а почему, собственно говоря, у нас медицина платной стала?

Оксана Галькевич: Ох...

Алексей Ковальков: Какие в Конституции... Вот почему записано, что бесплатно, а мы всегда платим? Почему появилась вот эта вот обязательная система страхования? Откуда она взялась? У нас была шикарная российская, советская медицина, зачем надо было что-то разрушать, чтобы потом отмывать деньги через параллельную структуру, которая называется Фонд обязательного медицинского страхования, придумывать эти дурацкие страховки?

Оксана Галькевич: Мы бьемся над этим вопросом уже не первый год в прямом эфире.

Петр Кузнецов: И не в одной большой теме.

Оксана Галькевич: Да, Алексей Владимирович.

Алексей Ковальков: Наверное, будем ждать опять, пока президент пинок даст.

Петр Кузнецов: Ну а что делать.

Оксана Галькевич: Давайте посмотрим...

Петр Кузнецов: Вернемся к нашей потребительской корзине. Давайте узнаем, какие продукты могут себе позволить жители разных регионов, это узнала Маргарита Твердова.

СЮЖЕТ

Оксана Галькевич: Ой, да... Вы знаете, вот сейчас мы пока смотрели этот сюжет, Алексей Владимирович сказал, что заготовки, конечно, дело хорошее на самом деле...

Петр Кузнецов: Мариновочки.

Оксана Галькевич: ...но там много и сахара, и соли на это уходит...

Петр Кузнецов: Особенно детский организм...

Оксана Галькевич: Не так это полезно на самом деле.

Алексей Ковальков: Ну да. Вот представляете себе, встречаю я соседа, и он хвастается: вот ты, мол, ничего не заготавливаешь, а я заготавливаю. А я видел, как он привозит 2 мешка сахара, представляете?

Оксана Галькевич: Вареньица сварить, да, наверное?

Алексей Ковальков: Да, вареньица сварить, компоты варить, и несколько мешков соли. И все это они потом употребляют и считают это: ну как же, это же свое, выросло у нас, вот это здоровые продукты.

Оксана Галькевич: Нет, ну хорошо, Алексей Владимирович, вы понимаете, одно дело... Ну люди выживают вот так, понимаете? На свежие овощи, фрукты, это же все, чтобы сохранить урожай, на свежее-то нет денег.

Алексей Ковальков: Есть другой способ консервации продуктов.

Оксана Галькевич: Какой?

Алексей Ковальков: Есть заморозка.

Оксана Галькевич: А, заморозка?

Алексей Ковальков: Ты покупаешь морозильник и складываешь туда, все. Никаких не нужно консервантов, не нужно сахара, не нужно соли, у тебя практически натуральное... То есть идеальный способ сохранения продуктов. Почему об этом никто не думает? Нет денег на морозильник, можно вырыть морозильник в земле, как раньше на Руси делали, совершенно спокойно сохранять.

Петр Кузнецов: За окном сейчас вряд ли что-то похранить можно...

Оксана Галькевич: В Москве ты имеешь в виду?

Петр Кузнецов: Да, в этом году.

Оксана Галькевич: Но снег выпал наконец-то.

Иван Иванович...

Иван Родионов: Да?

Оксана Галькевич: Вот, вы знаете, мы все говорим о взрослых людях, о потребительской корзине взрослого человека, но у нас же есть, как вы сами сказали, разные категории, да? Есть, например, дети. Вот потребительская корзина, я думаю, сильно по своей как бы логике организационной вряд ли отличается, а в то же время у детей ботинки, одежда какая-то, они, бывает, вырастают в зависимости от возраста за несколько месяцев, или изнашивается все быстрее гораздо у ребенка. А взрослые и детские ботинки по цене практически могут и не отличаться, могут и дороже стоить. Вот это все как-то учитывается в этой макроэкономической модели, там что-то было про какую-то стабильность у нас в самом начале? Вот в этой модели учитываются эти расходы?

Петр Кузнецов: Дети – это тоже макро...

Иван Родионов: Нет, ну вообще на самом деле, что было трезво сказано в 2017 году, что это должен быть не минимальный, а базовый набор. Это уже как бы прогресс, потому что сейчас об этом уже не говорится, но тогда это было сказано. Если говорить о детях, то понятно на самом деле, что даже вот та, скажем, достаточно убогая корзина, которую мы видели с вами на экране, она для большинства населения реально не доступна. Почему? Потому что как только возникают неожиданные траты, связанные с одеждой и обувью, соответствующим образом урезается вот эта продовольственная часть. Любой штраф, любое повышение каких-то платежей, того же НДС, любой сбор в школе на ремонт, на что-то автоматически ухудшает корзину в продовольственной части.

При этом нам не нравилась эта корзина, но мы осознаем, что в реальности она намного хуже. При этом, даже если говорить о заготовках, ну даже если говорить о морозильнике, ну 100 килограммов можно сделать в морозильнике, но, извините, если семья 4 человека, на месяц, ну на полтора. То есть на самом деле вот эти вот все соленья объективны.

При этом надо опять иметь в виду, что капуста, соленые огурцы, помидоры и прочее – это ведь не еда как таковая, это фактически сопровождение более отвратительной еды. Ну не то что отвратительной, но менее вкусной. Ты не можешь есть картошку или макароны, ничем их не заедая, потому что это очень быстро приедается, то есть ты на самом деле искусственно как бы, даже вредя здоровью, ты улучшаешь свое чувство радости от того, что ты поел.

Оксана Галькевич: В общем, чтобы добиться чувства сытости, вы это имеете в виду? Александр Владимирович, вы согласны?

Иван Родионов: Нет, именно чтобы не есть баланду, как в лагере, а чтобы делать вид, что ты делаешь вкусно.

Оксана Галькевич: Ага.

Алексей Ковальков: Я хотел бы дополнить. Вот смотрите, помните, лет 10 назад крупный супермаркет, работали все кассы, и во все кассы стояла очередь.

Оксана Галькевич: Ага.

Алексей Ковальков: Сейчас вы зайдите в любой супермаркет, работает 2–3 кассы и в нее стоит по 4 человека. Представляете, насколько... Это зрительно можно увидеть, насколько люди стали меньше покупать не только продуктов, но и вещей, реально. Нам все время говорят, что благосостояние народа растет, но я вот это слушаю, мы все это слушаем, и нам хотелось бы в это верить, но на практике-то получается то, что нам телезрители рассказывают. И все же понимают, что это вот ну как две разные вещи не совпадают абсолютно.

Оксана Галькевич: Нет, Алексей Владимирович, справедливости ради надо все-таки сказать, что никто нас не вводит в заблуждение по финансовой составляющей, наоборот, доходы населения не растут, какой, 5-й год подряд, Иван Иванович?

Иван Родионов: Шестой.

Оксана Галькевич: Шестой уже год подряд.

Алексей Ковальков: Так они падают.

Оксана Галькевич: Так и президент вот 15 января обратился с посланием, сказал, надо как-то обратить на это внимание, бороться с бедностью, повышать доходы. Справедливости ради, что все не совсем как бы нам представляется так.

Давайте выслушаем еще один «рыбный» регион, у нас в сюжете просто была семья из Приморского края, которая 9 килограммов рыбы съедает. У Мурманска спросим.

Петр Кузнецов: Сейчас, да, Мурманск, Ирина. Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Ирина, здравствуйте.

Зритель: Я хочу сказать, вот я пенсионерка, 60 лет мне. Очень сожалею о том, что неправильно воспитывала своих детей, надо было научить их воровать и убивать.

Оксана Галькевич: Нет, ну что вы... Не надо.

Зритель: Потому что все сейчас, это... Потому что сейчас, на данный момент они работают так же, как все люди, звезд с неба не снимают, и я даже не говорю им, какая у меня пенсия, 11 700 рублей, из них 8 тысяч коммунальные платежи. Вот хочу спросить, о какой корзине речь идет?

Оксана Галькевич: О потребительской.

Зритель: Если это...

Оксана Галькевич: Вам не хватает ни на что, да?

Петр Кузнецов: Ниже прожиточного, получается?

Зритель: Да вообще какой прожиточный? У меня сахарный диабет, у меня щитовидная железа, я в 60 лет со всеми этими болячками, сейчас вот еще сделали операцию, колено заменили, вынуждена работать.

Оксана Галькевич: Ирина, ну а как вы выкручиваетесь на эти деньги?

Зритель: Потому что иначе не выжить. И на работе и то обманывают, деньги воруют, потому что работаю в медицине.

Петр Кузнецов: Ага.

Давайте Приморский край еще послушаем сразу же. Виктор, приветствуем вас.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Виктор.

Зритель: Ага, здравствуйте. Я вот с Приморского края. Вот я раньше тоже в море ходил, это, и ловили эту красную рыбу, все, она стоила копейки. А вот сейчас в магазин захожу, рынок, у нас в Приморском крае, где рыбы валом, килограмм 750–850 рублей. Это что такое? Уму непостижимо.

Оксана Галькевич: Да, спасибо большое.

Уважаемые телезрители, обращаюсь к вам снова: присылайте свои соображения. Вот Путин сказал, что надо пересмотреть потребительскую корзину, соответственно вы присылайте, как вы считаете, что нужно из нынешней корзины исключить и что нужно в нее добавить. Все-таки жизнь идет вперед, все меняется. Пишите на SMS-портал 5445, это все совершенно бесплатно.

Алексей Владимирович, скажите, ну вот наша потребительская корзина вот в той продуктовой части, так как это ваша специальность, она ведь в некотором смысле опирается, может быть, на наши вкусовые предпочтения, на какие-то кулинарные традиции, пищевые традиции или нет? Или это все, на ваш взгляд, ни на что вообще не опирается?

Алексей Ковальков: Пищевая картина должна составляться врачами-диетологами и даже составляться исключительно по науке. А уж то, какие ингредиенты, какие вкусовые добавки в виде специй добавит туда человек, – это его личное дело.

Оксана Галькевич: Подождите, по науке, хорошо. Знаете, детей кормить по науке: ты ему брокколи, а он выплевывает, попробуй...

Алексей Ковальков: Есть семьи, где детям не дают сладости с детства, и, вы знаете, они брокколи любят, они хотят его, особенно когда мама их правильно готовит, вместе с ребенком, хрустящие, с чесночком, с перцем, да дети с удовольствием это едят.

Оксана Галькевич: Ага.

Алексей Ковальков: Дело в другом. Вот смотрите, ведь появилась же прекрасная идея, она сейчас осуществлена везде в Европе, в Америке, в Штатах: когда за день до окончания срока годности продукты выставляют на улицу, и люди могут их забрать. И я вам скажу, это не мало, это контейнеры с продуктами. У нас это все идет под бульдозеры, причем вывозить должны те же компании, которые их привозили.

Оксана Галькевич: Да, скандал...

Алексей Ковальков: У нас законом запрещено это раздавать людям, понимаете? Ну почему просто не изменить закон? Люди будут приходить, не покупать, а брать бесплатно те же йогурты, сыры, и магазину не придется вот эти этикетки перетирать, даты и так далее. Это уже решение какой-то проблемы, просто нужна воля, нужны правильные решения, правильные законы, и для этого нужен пинок президента опять.

Оксана Галькевич: Ну вы сейчас говорите о том, как поддержать, собственно говоря, людей...

Алексей Ковальков: Конечно.

Оксана Галькевич: ...накормить их скорее, да? Не правильно накормить, а просто накормить.

Петр Кузнецов: Вот-вот, пинок президента, Алексей Владимирович снова у нас возвращается в самое начало.

Иван Иванович, много здесь у нас вариантов от телезрителей, как нужно улучшать, что вообще за корзину не браться, но тем не менее сейчас за нее возьмутся. Давайте поговорим о том, если мы будем улучшать состав, может быть, как-то услуги и продукты, вот эту пропорцию как-то сдвинут, потому что все-таки в пользу продуктов сейчас, нет такого 50 на 50. Что это будет означать и что вот этот индекс, после того как мы улучшим, подтянет? Вот президент говорит, что нужно осторожно, потому что, если резко пересматривать корзину, это может нарушить макроэкономическую стабильность России. Что это значит? Как нужно пересматривать?

Иван Родионов: Ну, это, скорее всего, значит, что ничего сделано не будет, вот. Честно говоря, и не один раз это обсуждалось и здесь, и опять люди называли...

Петр Кузнецов: Потому что опасно для экономики?

Иван Родионов: Уровень необходимый для жизни дохода должен быть по крайней мере на 10–15 тысяч больше, чем он есть сейчас.

Петр Кузнецов: Ага.

Иван Родионов: Притом это касается всех, тех, кто получает побольше, им все равно эти 15 тысяч нужны, потому что у них затраты побольше, для пенсионеров 10 тысяч точно жизнь бы облегчили. При этом и макроэкономическая ситуация позволяет это сделать. Но мы по-прежнему идем в сторону неких проектов, результаты которых за последние 15 лет мы ни разу не слышали. Ну что от того, что мы построили мост во Владивостоке? Да, он красивый, да, он неплох, но людям-то от этого что? Что от того, что мы провели Олимпиаду или провели Чемпионат по футболу? Да, мы посмотрели его по телевизору, но не стоят эти деньги 2 недель радости, которые мы получили.

И получается на самом деле, что ситуация в том, что мы увеличили, например, пособия для одиноких матерей с 50 до 600 рублей, нам в голову не приходит, что 600 рублей – это 2 раза сходить в магазин. Как месяц можно одинокой матери поддерживать ребенка за эти деньги? Нужны решительные меры в том, что уровень доходов должен существенно увеличиваться.

Оксана Галькевич: Ну смотрите, вот такое решение, мы, кстати, обсуждали тоже его, продуктовые карточки, food stamps...

Иван Родионов: Нет-нет, любые суррогаты...

Оксана Галькевич: ...для определенных категорий населения, нет?

Алексей Ковальков: Нет.

Иван Родионов: Не надо ставить себя в положение страны в состоянии войны или страны нищих.

Оксана Галькевич: Нет-нет-нет.

Петр Кузнецов: Вот.

Иван Родионов: Пока мы идем в эту сторону.

Петр Кузнецов: Мне кажется, что...

Иван Родионов: Мы не должны быть страной нищих, это смешно. Это смешно адресную помощь оказывать. Адресная помощь – это тогда, когда нет других средств.

Алексей Ковальков: Вот смотрите, я хочу дополнить.

Оксана Галькевич: Да.

Алексей Ковальков: Вот представьте себе, о чем он говорит сейчас. Вам прибавили зарплату в 2 раза, вы эти деньги понесли какому-то человеку в магазине, он, этот человек в магазине, начал развивать свое производство, увеличил... Он может снизить себестоимость, чтобы больше продавалось за счет оборота.

Оксана Галькевич: Ага.

Алексей Ковальков: То есть от этого выигрывают все. В свое время, в период депрессии, если я помню, в Америке именно вышли из депрессии тем, что стали давать народу больше денег. У народа появилась денежная масса, это раскрутило производство, это развитие мелких предпринимателей, которых у нас сейчас полностью задушили. И вот на мелком предпринимательстве и на вот этих финансах, если нет денег, нет, у вас их нет, вы их не принесете в магазин, не принесете туда, туда, туда, то тысячи людей не заработают. Для этого надо кинуть денежную массу. А наше правительство считало, что это будет увеличивать инфляцию, основная задача была Центробанка удержать инфляцию, а не благо населения.

Оксана Галькевич: Вот вы будете смеяться, Алексей Владимирович, но вот я спросила людей, присылайте ваши соображения, что добавить в потребительскую корзину, многие пишут, что денег добавить.

Иван Родионов: Денег, денег.

Оксана Галькевич: Просто денег.

Петр Кузнецов: Вернем народ к кассам.

Алексей Ковальков: Ну нищенствует народ, нищенствует.

Петр Кузнецов: Еще речь, слово народу. «Что вы обычно едите?» – это наши корреспонденты уже спрашивали у жителей Рязани, Перми и Читы, на улицах разных городов. Сейчас посмотрим, какие получились ответы.

ОПРОС

Петр Кузнецов: Вот народ, вот картина, вот картина с улиц разных городов.

Вот нам пишет Челябинская область: «Если «Пятерочки» и Магниты» будут выставлять просрочку на улицу, они потеряют половину покупателей». «Не корзину увеличивать, а зарплату и пенсию увеличивать надо», – Ставропольский край. «Прожиточный минимум раза в 2 людям надо поднять, состав корзины они сами себе выберут», – это заключение из Оренбургской области.

Оксана Галькевич: Добавить ЖКХ, добавить лекарства. Рыбу вообще, говорят люди, что они не едят сейчас, не покупают, потому что это ну просто роскошь какая-то стала для них. Санатории детям, родителям добавить, некоторые шутят про 15-летний коньяк и сигареты, друзья, это лишнее. Вот еще спрашивают, Алексей Владимирович, это, наверное, к вам: «Замораживать можно ягоды, фрукты, овощи, а мясо и рыбу? Так ли это полезно?»

Алексей Ковальков: Консервировать. Элементарно тушенка, консервы стоят прямо везде.

Оксана Галькевич: Ага.

Алексей Ковальков: Ради бога.

Оксана Галькевич: А вот вы знаете, вот Иван Иванович сказал о том, что Институт питания стал таким каким-то ненужным институтом, совершенно никто на него внимания не обращает...

Иван Родионов: Нет, я так не говорил, я сказал, что для этого не нужен.

Оксана Галькевич: Да, для этого.

Петр Кузнецов: Скажем так, народ рассматривает питание как то, на чем в первую очередь можно сэкономить, вот, наверное, так.

Оксана Галькевич: Да. Но я просто хотела спросить: Алексей Владимирович, а Институт питания как уважаемое учреждение существует по-прежнему? Продолжает работать?

Алексей Ковальков: Институт питания Российской академии медицинских наук.

Оксана Галькевич: Там важные исследования ведутся, их принимает во внимание наша... ?

Алексей Ковальков: Да, но понимаете, в чем дело? Кроме Института питания существует масса еще частных клиник, в которых работают талантливые врачи, которые ушли из этой области из-за зарплат. Их тоже надо спрашивать.

Оксана Галькевич: Вот, кстати, Александр Владимирович...

Петр Кузнецов: У нас 20 секунд...

Оксана Галькевич: Времени нет, да.

Петр Кузнецов: Да, не успеваем.

Иван Иванович, ваше заключение такое экономическое вот по итогам нашей темы в нескольких предложениях.

Иван Родионов: Ну...

Петр Кузнецов: То есть... Вы просто несколько раз сказали, что вряд ли перейдут к какому-то существенному пересмотру корзины, да? Не возьмутся?

Иван Родионов: Вот пока вектор отрицательный, честно говоря, пока пояса не разрешают распустить и повысить доходы.

Оксана Галькевич: Ох...

Иван Родионов: Пока, судя по новому правительству, мы будем обрезать, то есть еще несколько лет это продлится.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо вам большое.

Оксана Галькевич: Спасибо всем, уважаемым телезрителям и нашим гостям.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
ЕВГЕНИЯ
зубные щётки, порошки стиральные, зубная паста, мыло туалетное и хозяйственное, сигареты, вино, водка, интернет, телефон, починка электроники и другой аппаратуры, смена счётчиков горячей и холодной вды, электросчётчика, ремонт в доме, соки, поход в театр, клуб по интересам, бесплатный проезд после 70 лет, ... Вспомню ещё что - допишу.

Выпуски программы

  • Все видео
  • Полные выпуски