Поймали на слове

Гости
Елена Кара-Мурза
кандидат филологических наук, доцент кафедры стилистики русского языка факультета журналистики МГУ

Мария Карпова: Мне кажется, я последнее время живу от рубрики к рубрике, где мы исправляем ошибки. Вот буквально же на прошлой неделе это было, вот недавно.

Петр Кузнецов: Поэтому ты как-то даже пятницу пропустила одну?

Мария Карпова: Даже две я, по-моему, пятницы как-то пропустила.

Петр Кузнецов: Да, да, да, да.

Мария Карпова: Не нравится мне эта рубрика, не хочу я на это смотреть. И видела уже, когда наши темы анонсировали, видела, что я там опять что-то наговорила.

Петр Кузнецов: Постоянно мелькаешь, постоянно. В разных нарядах, это значит, что ошибок было многовато.

Мария Карпова: Я просто звезда рубрики.

Петр Кузнецов: Да.

Мария Карпова: Ну, что поделать?

Петр Кузнецов: Это рубрика, которая называется «Работа над ошибками». Мы ее называем, «Поймали на слове». Потому что нас здесь ловят и продолжают ловить. И это здорово, потому что мы учимся говорить правильно в прямом эфире, все вместе.

Сегодня у нас в студии в гостях наш эксперт, который будет разбирать, критиковать, разносить нас. Это уже от вас зависит...

Елена Кара-Мурза: ...дружески критиковать.

Петр Кузнецов: Елена Кара-Мурза, кандидат филологических наук, доцент кафедры стилистики русского языка факультета журналистики МГУ. Здравствуйте, Елена Станиславовна!

Елена Кара-Мурза: Доброе утро!

Петр Кузнецов: Давайте сразу же посмотрим на это.

Мария Карпова: Приступим.

СЮЖЕТ

Мария Карпова: Александр, кажется, уже начал праздновать Новый год. Есть такое ощущение. Хорошее настроение...

Петр Кузнецов: Может его уже, рядом стоит снеговик, и его щекотит так, Александра. – «щекотит».

Корреспондент: Сейчас, конечно, народу нету. В выходные было не протолкнуться. – «народу нету».

– Итак, первое упражнение. Берем лопату максимально ши́роко – «ши́роко».

– У нас территория, значит, в собственности, придомова́я территория – «придомовая».

Мария Карпова: Это была не я! Это не моя ошибка!

Петр Кузнецов: Ой-ей-ей! Тебя нет в подборке получается!

Мария Карпова: Ха-ха!

Петр Кузнецов: Ты была на картинке просто потому, что это был кусок с экспертом.

Мария Карпова: Я просто очень стараюсь. Да.

Петр Кузнецов: Ну вот, начнем с меня. А я-то продолжаю ляпать.

Мария Карпова: Пойдем по списочку!

Петр Кузнецов: Щекотят, значит, щекотят. Да, это я! Да, это я, причем, когда мы на летучке, по-моему, обсуждали: «А как ты там сказал?» – Я: «Щекотят». – «Еще раз» – «Щекотят».

Мария Карпова: Как ты сказал?

Елена Кара-Мурза: Щекочут.

Петр Кузнецов: У меня даже не было вариантов, представляете? Стыдно признаться.

Мария Карпова: Давайте разберемся с этим словом, как правильно, как неправильно.

Петр Кузнецов: Что там с чередованием Ч-Т, получается?

Елена Кара-Мурза: А там смотрите, на самом деле это довольно сложная ситуация, потому что глагол «щекотать» по идее должен спрягаться: «щекочут», а не «щекотить – щекотят». То есть вот у нас здесь как бы накладываются две возможные формы этого глагола – два инфинитива. И каждый из них по-своему спрягается.

Мария Карпова: Так, значит, как правильно?

Елена Кара-Мурза: Щекочут.

Петр Кузнецов: Щекочут.

Елена Кара-Мурза: Щекочут.

Петр Кузнецов: Ну, то есть чередование происходит.

Елена Кара-Мурза: Да, происходит чередование, да.

Петр Кузнецов: Потому что я, видимо, чисто интуитивно назвал «Т», ну туда в ту сторону, потому что «щекотить». Потому что «Т» продолжает...

Елена Кара-Мурза: Да, потому что вы от другого инфинитива фактически эту форму образовали. Но «щекотить», в свою очередь, считается ненормативным.

Петр Кузнецов: Несмотря на то, что я с вами рядом сижу, скажите, пожалуйста, это простительно или непростительно? Как бы вы оценили?

Елена Кара-Мурза: Я думаю, что здесь нужно говорить о том, что в профессиональной речи это очень нежелательно. А когда вы, я смотрю, вот у вас там, скажем, ваши собеседники используют не очень грамотно русский язык, это немножко другая ситуация.

Петр Кузнецов: Сейчас мы к ним еще вернемся, да.

Мария Карпова: Хочу еще призвать наших телезрителей писать, какие слова вас раздражают, когда кто-то что-то неграмотно неправильно говорит.

Петр Кузнецов: Или хотят выяснить: объясните, почему вот нужно говорить именно так? Почему ведущие постоянно говорят так? Вот тоже с такими версиями тоже давайте в прямой эфир к нам.

Мария Карпова: Или выяснить, да.

Елена Кара-Мурза: Давайте.

Петр Кузнецов: «Народу нету» – это наш корреспондент сказал в одном из включений; он говорил о том, что сейчас вот открылся какой-то каток, но пока народу там нету. Потому что она с утра там.

Елена Кара-Мурза: Ну вот есть разговорный русский язык, в котором да. Есть язык такой строго нормативный, как говорят иногда книжно-письменный. И поэтому мне кажется, что вот такие устные включения, когда идет разговор о каких-то бытовых ситуациях, это в принципе возможно. Именно потому, что русская разговорная речь она является вариантом нормы. Это как бы низший уровень нормы.

Мария Карпова: Но опять же, если это корреспондент или ведущий, то...

Елена Кара-Мурза: Желательно, конечно. Так что вот мы с вами должны вот это иметь в виду. Одно дело профессиональная речь в кадре и другое дело речь носителя русского языка непрофессионалов эфира, ну в принципе медиа.

Петр Кузнецов: Вы знаете, Елена Станиславовна, такое ощущение даже, что вот эта недопустимость в слове «народу» потянула за собой автоматически и «нету»; «народу нету».

Елена Кара-Мурза: А у нас же ведь...

Петр Кузнецов: Если бы она сказала: «народа», мне кажется, тут язык не повернется сказать: «народа нету»; «народа нет», но «народу нету».

Елена Кара-Мурза: Да, конечно. Да, и потом у нас же есть вот такая пословица: «Много народу, мало кислороду», поэтому это тоже где-то звучит вот...

Мария Карпова: На слуху, да.

Елена Кара-Мурза: Конечно.

Мария Карпова: Ши́роко.

Петр Кузнецов: Тут даже я, как делал эту зарядку и когда я услышал, что «ши́роко берем лопату», я даже не сразу понял, как ее нужно взять. У меня было несколько вариантов.

Елена Кара-Мурза: Ну, широко́, широко́, конечно. В данном случае мы однозначно говорим – это просторечный вариант. То есть когда лингвисты говорят просторечие, они имеют в виду, что это ненормармативно, это противоречит нормам русского языка. Вот разговорный, это еще допустимо, а просторечный уже нет.

Петр Кузнецов: Еще и какие-то местные особенности. Я не помню откуда был наш тренер. Может быть, это как-то тоже как-то ... география.

Мария Карпова: Я тоже не помню, может быть, да, что-то...

Елена Кара-Мурза: Может, поскольку в русском языке есть диалекты. Хотя это уходящая натура, но тем не менее это существует. Хотя я просто не уверена, что вот этот вариант ударения является диалектным.

Мария Карпова: Вот как раз из Калужской области нам написали, спрашивают: «Как правильно: по прилету или по прилете?»

Петр Кузнецов: Ой, кстати, хороший, хороший вопрос!

Елена Кара-Мурза: По прилете.

Мария Карпова: По прилете?

Елена Кара-Мурза: Дательный, дательный падеж.

Мария Карпова: Да?

Елена Кара-Мурза: Угу.

Мария Карпова: Кстати, хороший вопрос.

Елена Кара-Мурза: При въезде, по прилете, да.

Петр Кузнецов: Многим кажется, что оно прям вот совсем неудобно, ну как это: по прилете? Как-то совсем...

Елена Кара-Мурза: Ну, вот так. Надо учиться.

Петр Кузнецов: Надо учиться, просто запоминать.

Елена Кара-Мурза: Да, да.

Петр Кузнецов: Вот. По прилете. По прилете. Ну, и мне кажется, что самая допустимая в нашем ряду была ошибка «придомова́я территория».

Елена Кара-Мурза: Лучше не повторять еще раз неправильные...

Петр Кузнецов: Придомо́вая?

Елена Кара-Мурза: Домо́вая.

Петр Кузнецов: Нет, придомова́я – это я повторил ошибку, да.

Елена Кара-Мурза: Да. Угу. Домо́вая – придомо́вая, домо́вая книга, домо́вые там какие-нибудь, как они называются-то – ответственные. Во всяком случае, домо́вый и придомо́вый. То есть у нас здесь однозначная идет рекомендация на слог.

Мария Карпова: Еще спрашивают про «кре́мы» – «крема́».

Елена Кара-Мурза: Кре́мы, конечно.

Мария Карпова: Кре́мы?

Елена Кара-Мурза: Да. И опять-таки вот смотрите, там, где мы сделали ошибку относительно домо́вый, дело в том, что опять влияет наличие слова «домово́й», да. Вот это вот самое существо, вот это самое существо, а там-то ударение и делается-то на последний слог.

И вот в этом случае у нас немножко другая проблема, которая связана с тем, что в принципе это форма множественного числа от существительного «крем» – существительное вещественное, так называемое. Там они с некоторым затруднением образуют форму множественного числа. В том числе тогда, когда возникают товарные варианты, когда возникают сорта. И поэтому «кре́мы», конечно. А «крема́», насколько я знаю, это форма, которая развивается именно в профессиональной речи. Есть еще...

Петр Кузнецов: А в профессиональной – это у кого? Торговцы кремами?

Мария Карпова: Косметологи, я не знаю.

Елена Кара-Мурза: Смотрите, получается, что в некоторых случаях отклонения от литературной нормы возникает в профессиональной среде. Вот отдельная тема – это профессиональная среда журналистов, где все должны говорить на литературном, правильном языке и ориентироваться на литературную норму. И другое дело, тоже профессиональная среда, но в каких-то разных областях. Бухгалтеры и экономисты иногда говорят...

Петр Кузнецов: Бухгалтера́? Про себя.

Елена Кара-Мурза: Нет. Ква́ртал. И причем, настаивают. Вот мне случалось преподавать в такой аудитории и мне говорят: «Вот кварта́л – это в городе, это вот значение, которое его обозначает, значит, какой-то определенный городской участок. А вот у нас – ква́ртал. И тогда получается, что профессионалы в какой-то сфере немножечко дистанцируются; у них свой язык.

Петр Кузнецов: Они специально, как будто бы это делают, чтобы показать; чтобы, знаете, в толпе своих определять: возбу́ждено! Возбу́ждено! Согласен!

Мария Карпова: Ма́ркетинг – марке́тинг.

Елена Кара-Мурза: В этом есть какая-то... То есть это очень старая на самом деле ситуация. И не случайно вы пример этот привели, прокурорское, да, или вот там такое полицейское, милицейское. Еще с конца XIX века известно.

Мария Карпова: Вот это очень частая тема, и даже нас часто поправляют, пишут: район Кунцево, а говорят в Кунцеве. Правильно или нет?

Петр Кузнецов: Кемерово – Кемерове, Внуково – Внукове.

Мария Карпова: Да, нас постоянно, когда мы говорим: «в Кемерове», нас сразу кто-нибудь напишет: «В каком Кемерове? В Кемерово!»

Елена Кара-Мурза: Нет, нет, нет. Смотрите, значит, опять-таки определенная тенденция возникла, считается, что приблизительно в 1940-е годы во время Великой Отечественной войны, когда было принято решение, что слова такого типа, они не должны вот, скажем, вызывать проблемы и ошибки: Калинин – Калинино, Пушкин – Пушкино, и использовать вот эти топонимы на О (они так называются) в неизменной форме. Именно в военных фактически документах, ну там в картографии, в донесениях и т.д.

Мария Карпова: Ну, а сейчас?

Елена Кара-Мурза: Нет, эта ситуация действительно такая, тоже динамичная, но филологи стоят на той точке зрения, что эти слова должны, безусловно склоняться.

Мария Карпова: То есть в Кунцеве?...

Елена Кара-Мурза: В Кунцеве, да.

Мария Карпова: В Кемерове, в Москве.

Петр Кузнецов: И так далее, и так далее.

Елена Кара-Мурза: Москва – там другая немножечко ситуация, да. Но значит, если у нас появляются вот эти вот классификаторы, слова типа «район», «город», тогда можно уже.

Петр Кузнецов: Ага. Тогда можно, вот эта вот прослойка, опорное слово...

Мария Карпова: Отдельная тема для разговора, да.

Петр Кузнецов: Спасибо большое за то, что во многом помогли. Елена Кара-Мурза, кандидат филологических наук, доцент кафедры стилистики русского языка факультета журналистики МГУ.

Это программа ОТРажение.

Мария Карпова: Петр Кузнецов, Маша Карпова. Пятница. Мы с вами увидимся только в понедельник. Не грустите, не скучайте!

Петр Кузнецов: Вы оставайтесь на ОТР! До встречи!

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (0)