Наталия Линькова: При вашем общении с няней лучший детектор лжи – это поведение ребенка

Гости
Наталия Линькова
основатель сервиса занятости «Бабушка на час»

Петр Кузнецов: Ну а пока – тема дня. В России могут появиться государственные няни. Это предложил Минтруд. Так чиновники предлагают подойти к решению проблемы с нехваткой мест…

Ольга Арсланова: …в детских садах и в яслях.

Петр Кузнецов: …в детских садах. К концу 2024 года в России появится 150 тысяч профессиональных нянь и около 9 тысяч семейных детских садов. Причем таким образом правительству удастся убить сразу двух зайцев: очередность в детские сады среди двухлеток будет ликвидирована, ну а женщины, которые вынуждены сидеть дома с ребенком до трех лет, наконец выйдут на работу. Итак, «Работающие мамы» – наша тема дня, и мы ее начинаем прямо сейчас.

Ольга Арсланова: «С кем вы оставляете ребенка?» – главный вопрос, который мы будем вам задавать до конца этого часа.

Давайте посмотрим на некоторые цифры. Около 400 тысяч детей по всей России не могут попасть в ясли из-за нехватки мест. К 2021 году планируется полностью ликвидировать дефицит мест в яслях. Планируется создать не менее 255 тысяч мест в яслях для детей до трех лет. Еще 5 тысяч мест появится в рамках государственно-частного партнерства и поддержки частных образовательных учреждений. Это данные Минтруда.

Петр Кузнецов: Перед началом учебного года спрос на автонянь…

Ольга Арсланова: Кто это такие?

Петр Кузнецов: …ну, соответственно, у которых есть автомобиль, которые смогут забирать ребенка из школы на нем в том числе, увеличился на 21%, а стоимость услуги выросла на 8% – это, естественно, по сравнению с прошлым годом. В среднем стоимость сопровождения ребенка из школы составляет 198 рублей в час. Важно отметить здесь, что сервисы не несут ответственности за профессионализм работников, предлагающих вот такие услуги.

Ольга Арсланова: Больше всего услугами по сопровождению детей интересовались жители Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Ростова-на-Дону и Уфы. Также в ТОП-10 вошли Казань, Новосибирск, Омск, Краснодар и Тюмень. Итак, работающие няни и дети, которых нужно с кем-то оставить, – тема наша до конца этого часа.

Петр Кузнецов: Работающие мамы.

Ольга Арсланова: Звоните и рассказывайте, как вы решаете эту проблему. Мы ждем вашего мнения в прямом эфире.

Петр Кузнецов: Приветствуем гостя в студии – это Наталия Линькова, основатель сервиса занятости под названием «Бабушка на час».

Ольга Арсланова: «Бабушка на час». А почему бабушка? Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Почему бабушка?

Наталия Линькова: Здравствуйте. Когда мы открыли наш сервис в России, то мы предполагали, что работать будут в основном, помогая молодым семьям, люди предпенсионного и пенсионного возраста. Ну, бабушка, потому что для нас это забота, это теплота, это внимание, это надежность бабушкина. Никто так не любит детей, как родная бабушка, как нам кажется.

Ольга Арсланова: Бабушкам больше доверяют молодые семьи, вы считаете?

Наталия Линькова: Не знаю. Здесь я не могу сказать однозначно, что да. Молодые семьи доверяют в первую очередь себе, и это правильно. Но сейчас наши бабушки и дедушки в нашем сервисе сильно омолодились. Если мы начинали…

Петр Кузнецов: Дедушки тоже есть?

Наталия Линькова: Да-да-да, прекрасные совершенно мужчины есть.

Петр Кузнецов: Это какой-то европейский опыт?

Наталия Линькова: Ну, первый сервис мы открыли в Барселоне, а в 2016 году открыли его в России.

Ольга Арсланова: Вот очень интересно вы сказали – в Барселоне. А есть какая-то…

Петр Кузнецов: Спрос.

Ольга Арсланова: …спрос и принципиальные отличия в том, как там организуют свою жизнь семьи с детьми, и у нас в стране?

Наталия Линькова: Есть, конечно. В Испании у нас достаточно хорошо пользовались спросом услуги бебиситтеров. В Москве это меньше, родителям больше нравится, когда постоянный человек закреплен за семьей, то есть постоянная няня, когда они не меняются.

Ольга Арсланова: То есть испанцы готовы оставить ребенка с не очень известным, постоянно меняющимся человеком?

Наталия Линькова: Ну, на несколько часов.

Ольга Арсланова: Они спокойнее к этому относятся?

Наталия Линькова: Спокойнее, да. Ну и опять же масштабы города разные – то есть Барселона, маленький город по сравнению с Москвой, и мегаполис Москва.

Петр Кузнецов: А какие требования основные у вас к бабушкам-няням? Ну, наличие собственных внуков – это обязательно?

Наталия Линькова: Нет, это необязательно. Обязательно наличие адекватности и психического здоровья, то есть это главные требования. Физическое здоровье – такое же важное требование. То есть мы проверяем актуальность анализов, которые просим пересдавать в течение года, когда к нам приходят. Мы проводим глубинную психологическую диагностику. И проводим все проверки по линии МВД, правовой и финансовый скоринг, через Единое бюро кредитных историй также проверяем людей. Ну, это только для граждан России мы можем делать.

Петр Кузнецов: У нас есть итоги опроса на улицах. Спрашивали у людей: «С кем вы оставляете ребенка?» Давайте посмотрим на результаты.

ОПРОС

Ольга Арсланова: Цены – давайте, кстати, о них поговорим. Сколько стоит услуги ваших бабушек на час?

Наталия Линькова: Если мы говорим про москвичей, потому что няни тоже себя ценят по-разному, в зависимости от образования и, как ни странно, от прописки тоже, то это где-то в среднем от 250 до 300 рублей в час. Если мы говорим про фултайм, про няню на полный день, то это от 50 и выше…

Ольга Арсланова: Тысяч в месяц?

Наталия Линькова: Да.

Ольга Арсланова: И что в эти 50 тысяч включено? Что делают?

Петр Кузнецов: В опросе сказали «хлопнула по попе».

Ольга Арсланова: Нет, ну она начинает свой рабочий день во сколько? Во сколько заканчивает? Что делает в течение рабочего дня?

Наталия Линькова: Расписание и функционал обозначает работодатель, то есть все-таки родители обозначают. Как правило, где-то в 9–10 утра начинается рабочий день. Это как правило. Он может длиться 8, может 10, может 12 часов. У нас есть семьи, где няни работают по 14 часов, такое тоже случается. Это зависит от графика работы родителей в том числе.

Что входит в обязанности, в функционал? Ну, это уход. Опять же от возраста ребенка зависит. Если грудничковая няня с грудничком, то это чаще прогулки какие-то, гигиенические процедуры, развитие согласно возрасту. Если дети уже ближе к трем годам, то там можно уже водить на развивающие занятия.

Ольга Арсланова: А уроки делают?

Наталия Линькова: В три года? Нет.

Ольга Арсланова: Со школьниками.

Наталия Линькова: Да, да, конечно. Если няня идет к младшим школьникам, то она, как правило, забирает его из школы, приводит домой, кормит, занимается, ведет на занятия, ну и дожидается родителей, развивая ребенка.

Петр Кузнецов: А с какого возраста, как правило? Вот самый популярный возраст, с которого уже отдают няням?

Ольга Арсланова: И к кому обращаются?

Петр Кузнецов: После года? После двух?

Наталия Линькова: У нас самый ранний запрос был, когда мама была еще беременная, то есть няня ее ждала прямо уже из роддома. Это был самый ранний запрос. А так обычно к двум месяцам их уже нанимают. Ну, опять же это через нас. Все родители разные. Самому старшему ребенку, который у нас есть, 13 лет. Ну, там есть еще и младшие дети, поэтому говорить о том, что…

Петр Кузнецов: Скажите, пожалуйста, а почему современные бабушки и дедушки намного меньше времени проводят со своими внуками? С чем это связано?

Ольга Арсланова: Чем раньше. Раньше же сидели.

Петр Кузнецов: Да. Ну, видите, даже услуга теперь отдельная – бабушка на час.

Наталия Линькова: Ну, во-первых, не все бабушки и дедушки живут рядом, в одном городе со своими детьми. Кто-то живет в разных городах, кто-то в разных странах живет. Это, к сожалению, так. Работают люди. У нас пенсионный возраст увеличился…

Петр Кузнецов: Еще нет.

Ольга Арсланова: Еще меньше будет бабушек и дедушек.

Наталия Линькова: Поэтому молодые мамы вынуждены прибегать к услугам нянь. Если бы были родные бабушки, которые могли бы уделять время своим внукам, я сомневаюсь, что мамы нанимали бы нянь.

Ольга Арсланова: И хотели бы это делать.

Петр Кузнецов: Давайте узнаем, сколько времени уделяет своим внукам Виктор из Бурятии, он дедушка. Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте, Виктор.

Зритель: Вот я хочу спросить…

Ольга Арсланова: Оп! Не получилось. Давайте еще раз позвоните.

Итак, несколько сообщений. «Бабушки – это очень хорошо, намного лучше, чем няня, потому что няня никогда не найдет такого психологического, психического и эмоционального контакта с ребенком, как бабушка». Давайте тогда сравним, какие есть плюсы и минусы у бабушек родных и у нянь.

Наталия Линькова: Ну, мы прекрасно понимаем, что и бабушки бывают разные, и няни бывают разные.

Ольга Арсланова: Какие-то общие проблемы, наверное, все равно есть, да?

Наталия Линькова: Совершенно, да, наверняка. И я надеюсь, что никогда не будет конкуренции, ну, я хочу в это верить, что бабушки всегда будут ближе и роднее. Но случается всякое. Бабушка – она внутри процесса, она вся растворяется во внуках. И это хорошо, с одной стороны. Няня – она всегда на работе. И то, что я сказала вначале: разные бывают бабушки, разные бывают няни. И если бабушку родную нельзя заменить, то няню можно заменить всегда, если что-то не устраивает.

Плюсы? Ну, без любви к детям идти в эту профессию нельзя в принципе. То есть это должна быть такая базовая опция няни, любой абсолютно. И если человек идет от безысходности, потому что больше никуда на работу не берут, то это один из самых больших факторов риска, когда стоит отсеивать.

Петр Кузнецов: И у вас удается это сделать через анкетирование, то есть вычислить количество любви в бабушке, в няне? Как понять, что это человек с большим сердцем?

Наталия Линькова: Очень условное анкетирование. Психологи по три-четыре часа проводят диагностику.

Петр Кузнецов: Тесты.

Наталия Линькова: Диагностика, общаются, клинические психологи и психиатры в том числе. Более того, когда человек приходит, до того как он приступает к собеседованию, ему предлагают подписать согласие на работу под видеокамерами и на проверку на полиграфе, в случае если что-то случится в семье.

Ольга Арсланова: Как все серьезно!

Наталия Линькова: И если человек не соглашается, он соблюдает свои личные границы, мы тоже соблюдаем личные границы, мы их уважаем, просто это не для профессии няни. Поэтому дальше мы его просто не пропускаем. Он найдет работу, но не через сервис сам.

Петр Кузнецов: Виктор вернулся, Виктор из Бурятии, да? Мы правильно понимаем? Добрый вечер.

Ольга Арсланова: Нет, у нас Светлана на связи из Москвы. Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте. Да, Светлана на связи. Виктор не вернулся. Здравствуйте, Светлана.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Слушаем вас.

Зритель: Вот вы знаете, два года тому назад я прочитала об этом замечательном, я считаю, сервисе услуг в нашей газете. И была такая ситуация, что воспользовалась с великим удовольствием, воспользовалась этим сервисом. Вы знаете, вот само название «Бабушка на час» – все-таки это немножко более теплее, более роднее. Я очень доверяю специалистам, потому что, действительно, все анкеты нянь… Ну, не хочется говорить «няня», а все-таки «бабушка». Все анкеты прозрачные, человека можно увидеть, действительно. Работают москвичи, то есть это уже плюс. То есть мы сохраняем нашу родную речь московскую.

Ольга Арсланова: Светлана, скажите, пожалуйста, а вот ваши знакомые семьи с детьми как в основном справляются с семьей и работой, как они это совмещают, с кем оставляют детей?

Зритель: Ужасно сложно, вы знаете. То есть сейчас молодежь… В общем-то, мы считаемся молодыми мамами. Такое положение в стране, и нам приходится просто очень долго засиживаться на рабочих местах. Вы же понимаете, о чем я говорю. Потому что очень все сложно. Но всем своим знакомым я рекомендую вот именно этот сервис «Бабушка на час». Вы знаете, очень многие пользовались. Я даже более могу сказать: мой ребенок учится в школе, где у нас есть замечательный психолог, которая точно так же всем сердцем рекомендует этот сервис.

Ольга Арсланова: Спасибо, Светлана.

Петр Кузнецов: Спасибо, да, спасибо.

Ольга Арсланова: «А есть ли няни-мужчины, и насколько они востребованные?» – спрашивает зритель из Ростовской области.

Наталия Линькова: Около 30% у нас мужчин. Они востребованные. В этом году они более востребованные, чем в прошлом году. Или узнали, или доверия больше стали вызывать. Мужчин, мы думали, будут брать для мальчиков, для таких взрослых мальчиков.

Петр Кузнецов: А есть статистика? Это двое детей? То есть какие семьи в основном пользуются услугами именно дедушки?

Наталия Линькова: Вы знаете, у нас одна семья, мы ее очень любим, они взяли нашего дедушку к ребенку двухмесячному. Ну, дедушка по образованию акушер. Полгода они уже вместе работают, все замечательно. И для мальчиков берут, и для девочек берут. Да, больше, конечно, в те семьи, где мужчины нет в принципе, где нет папы, где нет дедушек рядом, нужно какое-то мужское влияние, чтобы парней научить пользоваться молотком и гвоздями, чтобы можно было вместе сходить на хоккей, на каток.

Петр Кузнецов: Вопрос биологического привыкания. Вот опять возвращаюсь к опросу, там же сказали: «Нет, на няню не оставляем, потому что хлопнет, ударит или что-то». Недоверие.

Ольга Арсланова: Ну, люди испытывают тревоги.

Петр Кузнецов: С другой стороны, вопрос биологического привыкания к няне. Ребенок уже настолько привыкает, что мама приходит с работы, а он говорит: «Мама, ну с тобой так скучно. Вот с тетей Асей мы и тем, и тем занимались. Скорее бы она пришла». Были ли у вас такие случаи? Во-первых, нужно ли с этим бороться? И были ли у вас такие случаи, знаете, когда семьи звонят и говорят: «Не может без вашей бабушки, без вашего дедушки. Давайте фултайм»?

Наталия Линькова: Ну, я сказала, что мы очень сильно изменились за два года, что мы работаем в Москве, и в основном как раз на фултайм уже все няни идут. Редко кто приглашает на несколько часов в день, это больше для школьников. А так, да, это менталитет. И это необходимость в том числе. Вопрос привыкания есть. Я не знаю, стоит ли с ним бороться. Наверное, стоит порадоваться, что все хорошо, что ребенок привыкает к человеку. Значит, ребенку комфортно. А для мамы это очень важно.

По поводу того, что няня может шлепнуть ребенка по попе. Ну, все может быть. Родная бабушка тоже может это сделать. Для меня ужас что в одном, что в другом случае – как для мамы. Мы стараемся отбирать таких людей, которые это делать не будут. Но опять же человеческий фактор, здесь нельзя давать гарантий. Поэтому мы родителям всегда говорим: «Пожалуйста, ставьте камеры. Пожалуйста, смотрите. Пожалуйста, смотрите на поведение ребенка». Как ведет себя ребенок – это лучший детектор лжи. Если с поведением у ребенка все хорошо – значит, все нормально.

Ольга Арсланова: Понятно.

У нас есть несколько историй мам, работающих и неработающих, с детьми, из Сочи и Москвы. Давайте посмотрим, с кем они оставляют детей.

СЮЖЕТ

Петр Кузнецов: Несколько сообщений с нашего портала. «Некоторые бабушки не хотят нянчить внуков», – Ставропольский край. Камчатка пишет: «Нашим внукам повезло – у них есть мы, бабушка и дедушка. В любой момент мы помогаем дочери. Внуки не хотят уходить от нас». «Бабушек поделили на ноль, – Ленинградская область. – Они теперь кругом неправы, кругом виноваты. Другое дело – чужая тетя за деньги». «Я как бабушка сама могу предложить эту услугу и бесплатно», – это Кемеровская область. Если что – обращайтесь. «Надо больше платить папам, чтобы мамы сидели дома», – это Краснодарский край.

Наталия, скажите, я понимаю, что в данном случае вы заинтересованное лицо. Но как у гражданина, как у женщины я хочу спросить у вас: вы вообще считаете работающую маму проблемой?

Ольга Арсланова: Мама должна работать или дома с детьми сидеть?

Наталия Линькова: Это зависит от мамы. Я вышла на работу через неделю после родов, и мне это было комфортно.

Петр Кузнецов: Оставляли с няней или с кем-то из родственников?

Наталия Линькова: Я брала с собой ребенка. Я брала с собой, преподавала в университете и брала ребенка вместе с собой.

Ольга Арсланова: Послушаем наших зрителей. У нас на связи Ольга из Удмуртии. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Вы знаете, что мы знаем? Мы знаем, что у вас пять внуков.

Зритель: Да, у меня пять внуков, трое своих детей. Детей я воспитывала сама, с моими детьми не сидела ни одна бабушка. Ну, это было очень давно, в советское время. А сейчас у меня у самой пять внуков. И я им даю то, что не хватало моим детям. То с одним, то со вторым, то на занятия, то на репетиции, то на танцы, то на борьбу. В общем, как белка в колесе. И куда бы я ни ходила, у нас в маленьком Воткинске, знаете, везде с детьми, с внуками бабушки. Сложно устроиться на работу молодежи, мест мало. А если они устроятся, и еще будут сидеть на больничных, и куда-то там водить и отправиться, конечно же, их держать на работе не будут. Ну, у нас бабушки работают с внуками, занимаются, воспитывают и учат их. Так что я не знаю, почему увеличивают возраст пенсионный. Тогда кто будет сидеть с нашими внуками, передавать историю и учить их патриотизму, нравственности?

Петр Кузнецов: И сколько времени вы проводите с ними каждый день?

Зритель: Очень много, с утра до вечера.

Петр Кузнецов: А вот есть мнение, что время от времени надо как-то удаляться от ребенка, чтобы он был более самостоятельным, не бегать за ним постоянно.

Зритель: А вот те, которые уже подрастают, большенькие… Например, старшего внука водила, и он поступил в Москву учиться, и учиться в Москве уже.

Ольга Арсланова: Благодаря во многом бабушке!

Зритель: Конечно! Он меня благодарит, что я в шахматы научила его играть, считать рано и читать научила рано. А сейчас этих учу. Старший сейчас, который у меня здесь, учится в шестом классе, он тоже более самостоятельный уже.

Ольга Арсланова: Ольга, скажите, пожалуйста… Ну, то, что вы описываете – какая-то фантастическая совершенно вы бабушка! И шахматы у вас, и занятия, и практически целый день проводите с внуками. Тяжело? Устаете очень, наверное?

Зритель: Устаю, устаю. Но я на пенсии давно, уже 20 лет, по инвалидности ушла, так что… Очень скучала по работе и ждала внуков, чтобы отдавать им свою любовь.

Ольга Арсланова: Хорошо, Ольга. Тогда последний вопрос: что было сложнее – работать или работать бабушкой?

Петр Кузнецов: Нет, предпоследний.

Зритель: Я бы сказала – одинаково. Я очень любила свою работу и люблю своих внуков.

Ольга Арсланова: Здорово!

Петр Кузнецов: Скажите… Вот сейчас последний вопрос. Мы как раз говорили о современных бабушках. Как вам кажется, почему современные бабушки все-таки меньше времени, намного меньше времени проводят со своими внуками? Это их нежелание (не знаю, по каким причинам?) Или, как нам на SMS писали, что просто бабушек сейчас ни во что не ставят, проще говоря, то есть они везде неправы, поэтому с ними не считаются даже их дети, получается, не доверяют им?

Зритель: Ну я не знаю. Я бы такую бабушку и бабушкой не назвала. Как можно не любить внуков своих. Ну как можно не любить внуков и не помогать детям? Не знаю.

Петр Кузнецов: Понятно. Это Ольга из Удмуртии. Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо большое за ваш звонок. Спасибо, что позвонили и рассказали вашу историю.

Давайте послушаем еще Светлану из Курской области. Здравствуйте, Светлана.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Слушаем вас.

Зритель: У меня трое детей. Ну, бабушек у нас нет, и мне приходится детей оставлять одних. Когда они были поменьше, мне приходилось искать работу со свободным графиком или такую работу, что можно было бы детей брать с собой – ну, например, работа риелтором. И мне приходилось их с собой таскать по всему городу просто, потому что боялась оставить дома одних детей, которым было три-четыре года. Слава богу, они всю дорогу городскую и транспорт хорошо переносили. Приходилось дома работать на компьютере. Сейчас дет уже ходят в школу, им по десять лет. Старшая уже замужем, у них своя семья. Детям по десять лет. Я сейчас работаю в медицине, у меня ночные смены. И у меня дети остаются дома одни, потому что другого выхода нет.

Петр Кузнецов: Работа – это необходимость, да?

Зритель: Ну конечно, необходимость. У нас в стране даже с работой очень тяжело.

Ольга Арсланова: А скажите, с какого возраста вы начали детей одних оставлять?

Зритель: Ну, примерно с пяти-шести лет, да, приходилось.

Ольга Арсланова: Спасибо, спасибо, Светлана. Некоторым мамам приходится вот так выкручиваться.

А давайте посмотрим сюжет нашего корреспондента о том, как одна мама из Нижнего Новгорода смогла и работать, и совмещать это с уходом за детьми, какой она нашла выход. Давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Ольга Арсланова: Ну что же, продолжаем читать SMS наших зрителей.

Петр Кузнецов: Челябинская область пишет: «У меня второй ребенок с четырех месяцев сидел с бабушкой, первый до двух лет был со мной». И следующее сообщение отсюда же, из Челябинской области: «Скажу из опыта, ребенок должен находиться с мамой. Не хочу обидеть бабушек, но ребенку нужна мама». Вот та модель, веками сложившаяся, когда мама – основной родитель, а папа – помощник.

Ольга Арсланова: Основной родитель.

Петр Кузнецов: Да. Это правильная модель? Вы что-то про пап мало говорили.

Ольга Арсланова: Что-то меняется, наверное?

Наталия Линькова: Ну, я считаю, что правильно. Родители – это самое главное, что есть у ребенка. Если у родителей есть возможность находиться со своим ребенком – это здорово.

Ольга Арсланова: И папа должен участвовать.

Наталия Линькова: Конечно.

Петр Кузнецов: Нет, я о распределении ролей. Или все-таки сородительство, когда 50 на 50?

Наталия Линькова: Сородительство – вы про маму и папу говорите?

Петр Кузнецов: Да-да-да.

Ольга Арсланова: Или папа все время на работе, вечером пришел, засыпающего ребенка поцеловал?

Петр Кузнецов: Мы сейчас нянь пока вывели за скобки.

Наталия Линькова: Важны оба родителя для ребенка, они важны. Но здесь все-таки могут ли родители себе это позволить? Если могут, то это здорово для психики ребенка, все будет хорошо у него. А так выстраиваются приоритеты, так или иначе. Ну, если люди будут мелькать постоянно разные, то расстройство в привязанности неизбежно будет. Когда постоянные люди, постоянная мама рядом, постоянный папа рядом, ну или кто-то хотя бы один из родителей (все бывает в семье), то психика ребенка будет стабильнее.

Ольга Арсланова: Скажите, а как вам идеи о специальных пространствах на работе, куда можно взять ребенка, вот коворкинги для мам?

Петр Кузнецов: Вы же говорили, что вы с ребенком на работу вышли?

Наталия Линькова: Да.

Петр Кузнецов: Раньше такого не было.

Ольга Арсланова: Это вообще реалистичные сценарии – развивать, например, такие комнаты? Мне кажется, у нас в редакции бы не помешала такая комната.

Наталия Линькова: Они у нас есть. В Москве практически во всех округах, в ресурсных центрах сервис «Мама работает» вместе с нашим сервисом «Бабушка на час». Там есть пространства для нянь и бабушек, наши няни занимаются в детских игровых комнатах с детьми. Это по всей Москве есть. И мамы в декрете имеют возможность выходить. Сейчас мы проводим обучающие курсы для мам, даем им новые профессии, пока они находятся в декрете, а также организовываем рабочие места.

Петр Кузнецов: Или ребенку все-таки важно проводить время, большую часть времени в своей комнате, в своем родном гнезде?

Ольга Арсланова: Когда его постоянно куда-то везут – это не сказывается на его психике?

Петр Кузнецов: Он постоянно будет видеть незнакомый офис, ну, который, конечно, потом станет знакомым.

Наталия Линькова: Сказывается. Так же, как и ясли сказываются. То же самое, ничего не меняется.

Ольга Арсланова: Ну, это полезно или вредно? С другой стороны…

Петр Кузнецов: Или он социализируется в другом месте с чужими людьми?

Наталия Линькова: Смотрите, есть социализация, да, и это хорошо для развития ребенка. Но при этом ребенок должен чувствовать, что есть у него тыл, куда он может вернуться, есть мама, папа, бабушки, сестры, братья. И вот это его тыл, это его сила. Но все равно его нужно приучать выходить в эту жизнь, ему нужно давать новые эмоции, показывать, что кроме тебя и твоего братика и сестренки, твоей кошки, есть еще люди, учить взаимодействовать. Это обязанность и нянь, и бабушек, и родителей – учить ребенка и самообслуживанию, и самостоятельности, и социализации.

Ольга Арсланова: У нас на связи Москва.

Петр Кузнецов: Станислав из Москвы.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Здравствуйте, Станислав.

Зритель: Да, здравствуйте.

Петр Кузнецов: Слушаем вас внимательно.

Зритель: Я бы хотел поделиться своим мнением, конечно. Как говорится, наши телезрители могут разделить мою точку зрения, могут поддержать. Я считаю, что для постореннего вмешательства в воспитание собственных детей недопустим никто, кроме своих родных, непосредственных близких. По опыту могу сказать, что если женщина хочет рваться на работу с грудными детьми, на общественных рынках всегда есть, как говорится, объем работ, которые предоставляют полудневные рабочие смены. Это может быть тот же самый детский сад, нянечки, которые не должны быть с высшим образованием.

У меня жена, также будучи после декретного отпуска, выходя на работу, непосредственно устроилась в детский сад. Когда был декрет уже второго ребенка, ей предложили сокращение, так как она уже после декрета не могла выйти. Было объединение по Министерству образования, когда детские сады скреплялись со школами. Ну, надо было сокращать штат, чтобы увеличить зарплату. Она рассчиталась и нашла компромисс – нашла социальную службу, устроилась социальным работником. Полдня тратит на работе, отведя детей в школу и в детский сад, а после этого приходит с работы, забирает детей и сама, как нянечка, на улице, пока я вечером не вернусь с работы. Мы вместе воспитываем детей. Наша бабушка помогает в случаях, когда какие-то происходят стыки. Никаких чужих и посторонних воспитателей.

Мы пробовали изначально с первым ребенком, и через неделю присутствия чужого человека… Какой бы он ни был замечательный педагог с медицинским образованием и всеми остальными рекомендациями, все равно человек, который непосредственно видит… он должен видеть первым делом его как ребенка, а он видит его как заработок. Он относится не с такой любовью и добротой души, как это непосредственно могут сделать только близкие люди.

Петр Кузнецов: А вы это как-то импульсно почувствовали? Или что-то произошло?

Зритель: Да, ребенок был раздражительный после того, как непосредственно вечером… Он, как говорится, психовал, сон был нарушен, депрессии какие-то непредвиденные, капризы, потому что какую-то игрушку не дали. Хотя ранее ребенок был спокоен, как говорится, равнодушен ко всему этому.

Ольга Арсланова: Понятно, спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Для ребенка большой стресс – привыкание к няне, вообще сам факт, что он остается с чужим человеком?

Наталия Линькова: Первые несколько дней нужно привыкание проводить в присутствии кого-то из родных, лучше в присутствии мамы или папы. Безусловно, это будет стресс. Но дозированный приход нового человека допустим. И когда ребенок уже привык, тогда мама может позволить себе выходить на работу и заниматься своими делами. Всегда у родителей в приоритете будет собственный ребенок. Но мамы молодые – они получали образование, они начинали делать карьеру. И выпасть из карьеры на три года – тоже не для всех это допустимо.

Петр Кузнецов: Я как раз хотел спросить у вас как у мамы. Ведь когда мама стремится выйти на работу, выйти на работу – это ведь не только потребность в финансовых каких-то делах, а это же возможность выйти из этой изоляции.

Наталия Линькова: Конечно. Это самореализация, в том числе и для мамы. Довольная мама – это благо для ребенка. Если у мамы все хорошо, если мама спокойна, если мама самореализована, то все хорошо будет и у ребенка.

Петр Кузнецов: С нами на прямой связи Евгений. Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Евгения, Амурская область. Здравствуйте.

Петр Кузнецов: А, Евгения, да. Здравствуйте.

Зритель: Да, здравствуйте. Мы живем в Амурской области, в селе, это деревня на границе. И я хотела бы рассказать о том, как мы справляемся без нянечек. Естественно, у нас здесь нянь нет. Дети ходят… У меня две девочки, они ходят вместе со мной на работу. Если мы куда-то едем, отдыхаем, поездки на природу – дети всегда с нами. Настолько они привыкли к нам! И я считаю, что бабушки, в частности если брать нянь и бабушек, то лучше, конечно, бабушка. Она обучит всему, она даст то, что няня в любом случае не сможет дать. У нас здесь умеют все, даже копать картошку, вот все могут, потому что учат бабушки. Плюс собственный пример.

И также хотела сказать о том, что няня, я считаю, лучше… Ну да, где-то в городах можно няню, где бабушки заняты. Наши бабушки тоже заняты – у них и работа, и где-то они пчелами занимаются. То есть у нас даже бабушки в воспитании детей не принимают участие, везде мы. Вот мы для них настолько пример и авторитет! Я считаю, что это самое лучшее, нежели брат няню.

Ольга Арсланова: Спасибо. Если есть такая возможность, то почему бы и нет? Конечно. Я думаю, что в большом городе, конечно, довольно сложно. У вас становится больше с годами, как вам кажется, спрос на ваши услуги растет сейчас?

Наталия Линькова: Да-да-да. У нас за последний год очень сильно вырос спрос. И опять же, современные няни городские – это люди, которые знают и возрастную психологию, и детскую психологию, и методики раннего развития. Они постоянно прокачивают свои знания и навыки, постоянно обучаются. Ну, опять же это основной контингент.

Петр Кузнецов: В 2018 году в России должен вступить в силу профстандарт для нянь. Как вы относитесь к работе ваших нянь по стандарту? Или это все-таки больше творческая профессия? Сколько вы им позволяете? То есть у каждого ли свои какие-то индивидуальные программы, наработки? Проверяете ли вы каждую идею, схему?

Ольга Арсланова: Вообще стандарт няни – насколько он необходим?

Петр Кузнецов: Вот она придумала новую игру…

Наталия Линькова: К профстандарту я отношусь хорошо. Профстандарт касается больше нянь, которые совсем нянечки, для малышей, для детских садов и яслей. То, о чем говорю я – это не столько нянечка, а это и няня, и гувернантка, и воспитатель, и личный психолог, и педагог впоследствии. То есть растет ребенок – растет няня. В профстандарте этого пока нет. Я надеюсь, что постоянный апгрейд знаний будет, в профстандарте в том числе.

Петр Кузнецов: По поводу программ, которые они могут предложить ребенку. С каждой ли программой они идут к вам и спрашивают разрешения?

Наталия Линькова: Они разрешения не у нас должны спрашивать, а у родителей. Программы…

Петр Кузнецов: Гаджеты, например, да?

Наталия Линькова: Это тоже решают родители. Это не няня решает. Няня – это просто руки мамы, руки папы. Что говорят родители – то и транслирует ребенку няня. Она со своими правилами не может прийти в семью.

Петр Кузнецов: То есть она даже не решает, можно ли включать телевизор или нет? Это все обговаривается?

Наталия Линькова: В одной семье принято включать телевизор, в другой семье – нет. Няня должна в точности выполнять, не со своим уставом в чужую семью. Это большая разница между своей бабушкой и няней.

Петр Кузнецов: Соответственно, где гулять, например, да?

Наталия Линькова: Обязательно, да. О чем говорить – тоже.

Петр Кузнецов: Новосибирская область, Светлана у нас на связи. Здравствуйте, Светлана.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Да, добрый вечер.

Зритель: Добрый вечер. Я хотела бы… Очень согласна с предыдущим молодым человеком. Родители должны воспитывать своих детей сами, без всяких нянь.

Ольга Арсланова: А если родители работают? Простой контраргумент.

Петр Кузнецов: Приходится.

Ольга Арсланова: Работают, нужно зарабатывать деньги.

Зритель: Я тоже работаю.

Ольга Арсланова: А как справляетесь? С кем оставляете ребенка?

Зритель: Я нашла такую работу, чтобы быть одновременно и с детьми, и поработать, заработать деньги.

Петр Кузнецов: Расскажите, что за работа.

Зритель: Обычная работа – работа техничкой.

Ольга Арсланова: Понятно. Все?

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Вообще, действительно, многие мамы после рождения детей меняют место работы, готовы даже на меньшие деньги, готовы где-то изменить свои карьерные амбиции ради того, чтобы быть с ребенком. Как вам кажется, это российский тренд или во всем мире так? Потому что я знаю, что многие семьи, которые живут в Европе, говорят: «Ни в коем случае мы не можем бросить работу», – даже если, предположим, полностью зарплата одного родителя уходит на няню. Мы тут какие-то особенные, более патриархальные в этом плане?

Наталия Линькова: Да, да, это особенность нашей страны – жертвенность наших людей. И чувство вины – это самое сжирающее внутри чувство, которое может быть у мамы в принципе. И опять же навязанное обществом то, что «ты плохая мать». Это же, к сожалению, социальная реклама в том числе с каждого плаката. Мама едет с работы уставшая, мама-врач, она работала шесть часов, у нее ребенок с няней, а реклама на нее в пробке смотрит: «Твой ребенок будет похож на няню». И со всех сторон на маму это давит.

Ольга Арсланова: А как вам кажется, для ребенка что лучше – мама с чувством вины, которая едет с работы, или мама без чувства вины, которая совершенно спокойно работает, или мама, которая всем пожертвовала и сидит с ним дома?

Наталия Линькова: Для ребенка – счастливая мама и счастливый папа. А где родители найдут сво счастье – это от каждого конкретного родителя зависит. Если родители будут счастливы, то это счастье будет транслироваться и на ребенка.

Ольга Арсланова: Спасибо вам большое за комментарии и за то, что пришли к нам в гости.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Это Наталия Линькова, основатель сервиса занятости «Бабушка на час», была у нас в гостях. Мы говорим сегодня о работающих мамах и о том, с кем оставить ребенка. Это наша большая тема, и мы к ней вернемся в 6 вечера в программе «Отражение».

Петр Кузнецов: С 8 до 9.


Подписаться на ОТР в Яндекс Дзене

Комментарии

  • Все выпуски
  • Полные выпуски
  • Яркие фрагменты
  • Интервью
  • Сюжеты