Павел Подлесный: Американцы могли ответить гораздо более серьезно. Например, закрыть одно из наших консульств

Павел Подлесный: Американцы могли ответить гораздо более серьезно. Например, закрыть одно из наших консульств | Программы | ОТР

О приостановке выдачи виз в США

2017-08-22T20:19:00+03:00
Павел Подлесный: Американцы могли ответить гораздо более серьезно. Например, закрыть одно из наших консульств
На что заморозить цены? Жизнь взаймы. Правительству Мишустина – 1 год. Проблемы дистанционки. Ходим в обносках?
В чём мы ходим сегодня и какой будет «постковидная» мода?
Жилью не дадут дорожать
Молоко чипируют
Заморозить цены на макароны? Что думают экономисты
Почти половине россиян систематически не хватает денег, чтобы дожить до зарплаты
Год работы правительства Мишустина. Итоги
«Двойка» за дистанционку
Ставки растут, господа автомобилисты...
Макаронная инфляция
Гости
Павел Подлесный
руководитель Центра российско-американских отношений Института США и Канады РАН

Ольга Арсланова: Ну что же, от Владимира (Петр, уж извини) к международным отношениям перейдем. Дело в том, что получить американскому визу россиянам станет намного сложнее (наверное, вы уже об этом знаете): США приостановят процедуру выдачи неиммиграционных виз в Российской Федерации. Это произойдет уже с завтрашнего дня, с 23 августа. В Москве эта процедура возобновится 1 сентября.

Петр Кузнецов: То есть сегодня последний в этом месяце день, когда россияне могут получить американскую визу. С самого утра в посольство США на Новинском бульваре в Москве приходят те, кому должны были выдать визу в ближайшие дни и у кого было назначено собеседование. Некоторые приехали из других городов, но в посольство уже никого не пускают: вход только для тех, кто записан на сегодня. Остальным собеседование должны будут перенести, но на какой срок, пока неизвестно.

СЮЖЕТ

Ольга Арсланова: Приостановление выдачи виз связано с решением российской стороны сократить численность сотрудников дипмиссии США в России. С начала осени собеседования на получение визы будут проводиться только в американском посольстве в Москве, а срок рассмотрения документов действительно вырастет.

Давайте посмотрим на нашу графику, на наши данные поподробнее. Итак, выдача виз в США до 23 августа, то есть совсем еще недолго, осуществляется в генконсульствах в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и Владивостоке. С завтрашнего дня – еще раз повторяем – все визы приостанавливают выдавать до 1 сентября, далее выдача виз будет осуществляться только в Москве. Тем, кто был предварительно записан на собеседование в этих городах, предложат перезаписаться в Москву на более позднюю дату. Уплаченный консульский сбор, о котором сейчас говорили герои нашего сюжета, будет действовать в течение года, и его не вернут (10 тысяч рублей), если человек откажется визу получать. Срок ожидания визы для граждан России вырастет: раньше этого ответа нужно было ждать в среднем 85 дней, а сейчас эксперты Российского союза туриндустрии предположили (это всего лишь предположение), что срок оформления растянется до полугода, возможно дольше. В ускоренном порядке визу будут выдавать лишь студентам, а также тем, кто едет в Штаты на лечение или по семейной необходимости.

Петр Кузнецов: Ну что же, насколько это серьезная проблема…

Ольга Арсланова: …лично для вас.

Петр Кузнецов: …для обычных людей, и вообще как теперь будут развиваться российско-американские отношения? Все эти вопросы зададим Павлу Подлесному, руководителю Центра российско-американских отношений Института США и Канады РАН. Павел Терентьевич, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Павел Подлесный: Здравствуйте. Здравствуйте, дорогие телезрители.

Ольга Арсланова: Скажите, пожалуйста, у нас в отношениях с Соединенными Штатами уже была какая-то похожая точка, когда в итоге могли пострадать обычные граждане?

Павел Подлесный: Я хотел вам напомнить – и слушателям напомнить, телезрителям напомнить – что санкционная война, ограничительная война между Россией и Америкой началась с 2012 года. Она началась с того, что Соединенные Штаты Америки отменили известную уже поправку Джексона-Вэника, предоставлявшую России режим наибольшего благоприятствования в торговле впервые с 1974 года…

Ольга Арсланова: Да – это поправка, которая действовала многие десятилетия.

Павел Подлесный: С 1974 года. Это надо напомнить, чтобы наши телезрители, эксперты и государственные деятели не витали в облаках по поводу некоторых вещей, на которые пошла пошли и еще могут пойти Соединенные Штаты Америки. Но отменив поправку Джексона-Вэника, конгресс принял закон – акт Магнитского – который предусматривал введение санкцией персональных. Это было впервые – именно персональные, против тех лиц (судей, адвокатов), которые якобы не проявили должного уважения к американскому адвокату Магнитскому, который умер в нашем СИЗО и так далее. С этого началась наша ограничительная санкционная война.

Значит, чем ответила Россия? Государственная Дума пришла в очень большое волнение и в ответ на это приняла закон Димы Яковлева, в соответствии с которым запрещалось усыновление российских детей американскими гражданами, как говорится, onceandforall. Это вот начало.

Потом все было тихо и спокойно до 2014 года, до известных событий, связанных с возвращением Крыма, когда администрация Обамы приняла решение ввести серьезные санкции против России в связи с Крымом, а потом и в связи с событиями на Украине. Но вот таких ограничительных мер, касающихся посольских работников и так далее, не было – это было только в начале правления администрации Буша-младшего, когда были высланы 50 российских дипломатов из Вашингтона, потом какие-то еще были меры. Но события сентября 2001 года поломали вот это желание администрации Буша-младшего дальше продолжать жесткую линию в отношении России, и у нас с середины… У нас с осени 2001 года с Бушем начались контакты и попытки наладить отношения.

Петр Кузнецов: Павел Терентьевич, вот нам говорят, что вот так вот США решили усложнить жизнь с этими визами простым гражданам. Действительно ли это серьезная проблема? Нам уже начинают писать, что не видят никакой трагедии. Много ли простых граждан – мы сейчас не берем ни дипломатов, ни журналистов, ни даже студентов, которые едут по обмену…

Ольга Арсланова: …туристов.

Петр Кузнецов: Действительно ли так много граждан летает в США?

Павел Подлесный: Я согласен с тем, что это, конечно, не трагедия. Но что здесь надо иметь в виду? Во-первых, американцы могли отреагировать более серьезно, чем они отреагировали. Они пока ввели ограничения на визы и все перевели в Москву.

Петр Кузнецов: Я извиняюсь, но они эти действия привязали к ограничениям по своему дипломатическому корпусу, потому что очень многих выслали.

Павел Подлесный: Я вам об этом и говорю. А что выслали? Извините меня, что касается вот этого превышения, что у них, значит, здесь было больше дипломатов, чем у нас там – это не было проблемой в отношениях по одной простой причине, что нет строгих правил таких, чтобы у вас было столько и у нас столько дипломатов. Это зависит от ситуации с каждым государством. Мы на это не обращали внимания долго. Я не знаю, почему, это вопрос не ко мне. А вот когда мы почти через 7 месяцев отреагировали наконец на санкции, принятые администрацией Обамы в декабре 2016 года… Что мы сделали, все знают: мы уравняли, сократили число посольских работников американцев и отказали им в использовании известных складов. Это решение, на мой взгляд, было слишком запоздалое. Почему оно было слишком запоздалое? Вот если бы… В политике и в дипломатии всегда надо стараться делать все вовремя – не раньше и не позже. Вот если бы тогда, в декабре мы на шаги Обамы немедленно отреагировали вот этими действиями, которые мы приняли через 7 месяцев, возможно, не было бы и нынешних катавасий. Так вопрос был бы как бы закрыт, все.

Но руководство государства объявило, что оно надеялось, рассчитывало на улучшение отношений с Соединенными Штатами Америки, решило проявить осторожность, взвешенность и так далее. Наверное, это правильно, хотя я как эксперт, как частный человек с этим не согласен по той простой причине, что не было ни у кого, подчеркиваю, кто занимается профессионально Америкой либо на государственном, либо на экспертном уровне, никаких оснований чего-то ждать позитивного, тем более в каких-то больших масштабах, от администрации. Мы с вами встречались примерно после выборов, и вы меня терзали тогда и говорили, что я слишком скептически отношусь к возможности улучшения отношений при Трампе…

Ольга Арсланова: …но вы оказались правы.

Павел Подлесный: …но теперь вы можете судить о качестве моей экспертизы.

Петр Кузнецов: Как вы считаете, те граждане…

Павел Подлесный: Теперь насчет трудностей…

Петр Кузнецов: А потом к гражданам вернемся, ладно?

Павел Подлесный: Вы знаете, 100 тысяч туристов в прошлом году наших побывали в Соединенных Штатах Америки.

Петр Кузнецов: Сколько? 100 тысяч?

Павел Подлесный: Да. Я не могу сказать, что это много по сравнению с Турцией, Болгарией, Испанией и так далее. Поэтому, значит, трудности будут, конечно, для тех, кто живет в других городах. Хотя из того, что вы привели, получение американской неиммиграционной визы всегда было непростым делом: всегда были затяжки, приходилось долго ждать. Сейчас придется ждать больше. Я думаю, что для определенной части наших обычных людей, которые захотят поехать в качестве туристов и так далее, этот вопрос практически может быть закрытым.

Петр Кузнецов: Вот как раз про них вопрос: как вы считаете, те люди, которые лишились визы, которые уже оформляют и в какие-то нужные сроки не могут полететь в США, сейчас обвиняют во всем американцев или понимают, что американцы вынуждены были пойти на такие меры в связи с сокращением дипломатического корпуса, нехваткой сотрудников?

Павел Подлесный: Мы с вами не можем проникнуть в головы 100 тысяч людей, которые ездили или которые могут поехать, но, как говорят американцы, itdepends. Это зависит от человека: один считает, что да, так сложились обстоятельства, придется это принять как реальность; второй будет ворчать и обвинять, я не знаю, российскую или американскую сторону в зависимости от предпочтений. Вы знаете, что министр иностранных дел России, характеризуя эти акции, сказал о том, что это стремление в духе Обамы как-то возбудить некоторую часть нашего населения, породить у них недовольство против руководства страны и так далее.

Петр Кузнецов: Я про это и спрашивал.

Павел Подлесный: Вы знаете, я к этому отношусь с известной улыбкой, потому что 50 тысяч, 30 тысяч даже если и не будут довольны этим, это не повлияет ни на внутреннюю политику России, ни на то, что у нас тут происходит. То есть каждый будет переживать по-своему.

Ольга Арсланова: Вы занимаетесь этой проблематикой, наверняка вы привыкли спокойно и часто летать в Соединенные Штаты Америки. У вас какие эмоции вызывает, что сейчас придется ждать полгода, год, и еще неизвестно, что получится.

Павел Подлесный: Так так было всегда, только раньше вы могли ждать 3 месяца, полгода, а сейчас будете ждать год с таким же элементом неизвестности.

Ольга Арсланова: И, скорее всего, могут еще и отказать.

Павел Подлесный: Конечно, могут отказать – это типично американская практика, типично американский подход: что хочу, то ворочу. Ничего здесь принципиально нового в американском подходе нет.

Другое дело, что они могли пойти дальше сейчас же: они могли не только эти ограничения ввести, но они могли что еще сделать в ответ на наши контракции? Во-первых, они могли закрыть одно из консульств в Америке, так?

Ольга Арсланова: То есть симметричный ответ.

Павел Подлесный: Это был бы их ответ более масштабный, более жесткий. Но они на это не пошли. Я так понимаю, что Трампу надо было и Государственному департаменту отметиться, проявить, значит, жесткость, дать какую-то реакцию, но не по максимуму. Могут ли они сделать вот эти две вещи – закрыть какое-то наше консульство в Америке и ограничить наших дипломатов в передвижении – я на этот вопрос ответить не могу: могут сделать, а могут не сделать. Это будет зависеть от общего хода наших отношений.

Петр Кузнецов: Вот и мнение наших телезрителей, как говорят в Интернете, "подъехало". "Вот и хорошо, будут отдыхать, работать, лечиться и так далее в России, вкладываться в развитие России", – Владимирская область. "У меня кредитный долг, я невыездная, мне без разницы", – Республика Татарстан. "До Москвы не доехать, не говоря уж об Америке", – Санкт-Петербург.

Ольга Арсланова: И, конечно, о каком патриотизме можно говорить? – "нечего там делать, зачем уезжать за океан"?

Павел Подлесный: Вы знаете, к этим реакциям отдельных людей надо отнестись совершенно нормально. У каждого свое мнение. Кто-то не может поехать, кто-то не хочет поехать, кто-то не любит Америку, кто-то хочет куда-то поехать. Так человек считает и ради бога, пусть считает. Но если человек действительно захочет и если он имеет финансовые возможности, он будет пробиваться в той ситуации, которая сложилась сейчас. А если ничего такого экстраординарного, никакого нового обострения в наших отношениях не произойдет, то нельзя исключать, что, может быть, через какое-то время вот это все потихоньку начнет отменяться со стороны Соединенных Штатов Америки. Это тут случай, если не произойдет новых осложнений в наших отношениях.

Ольга Арсланова: Вот по вашим прогнозам, насколько велики наши шансы, как говорят экономисты, зафиксироваться именно здесь? Потому что мы понимаем, что уже, наверное, несколько начала спадать вот эта антироссийская риторика в Соединенных Штатах Америки, связанная с хакерами: доказательств вроде бы нам не предоставили, нельзя же постоянно топтаться на этом. То есть есть ли шанс, что на этом все закончится в обозримом будущем?

Павел Подлесный: Господь с вами, с хакерами там…

Ольга Арсланова: Еще что-то будет?

Ольга Арсланова: Но после хакеров, простите, уже был принят один из самых суровых законов американским конгрессом почти единогласно о введении новых санкции – вернее, о предоставлении права президенту Соединенных Штатов Америки вводить санкции во многих сферах, включая энергетическую, и против нас, и против своих союзников и партнеров в Европе. Причем этот закон будет действовать как минимум 5 лет и президент при всех его немалых полномочиях не может ничего отменить без согласия конгресса. Но, правда, он может и не предпринимать каких-то санкций, закон это ему позволяет. Поэтому когда все там в Вашингтоне отдохнут, возвратятся в сентябре в Белый дом, в Конгресс, в министерство, тогда начнется реализация этого закона. И тогда мы посмотрим, что из этого закона Трамп будет против нас принимать, вводить эти санкции или не будет, против европейцев будет вводить или не будет. А это не гарантирует спокойствия в наших отношениях, скорее наоборот.

Петр Кузнецов: Если мы говорим именно об американском обществе, там какие настроения?

Ольга Арсланова: У простых людей.

Петр Кузнецов: Как они относятся к русским? Насколько напряженным остается американское настроение?

Павел Подлесный: Американское общественное мнение: примерно половина (или 47%) считает, что с Россией надо иметь нормальные отношения. Но я хотел бы сказать, что американскому общественному мнению – может быть, вы к этому отнесетесь настороженно – сейчас не до России, не до отношений с ней. У американского правящего класса, элиты сейчас очень много своих внутренних проблем, которыми они вынуждены будут заниматься. Наконец, последнее. Да, общественное мнение Америки временами может существенно и даже серьезно влиять на внешнюю политику, но это очень редко и только в критической ситуации типа, скажем, войны во Вьетнаме, когда это многие годы назад требовали прекратить. В каких-то других ситуациях…

Петр Кузнецов: А запуски КНДР?

Павел Подлесный: Запуски КНДР, я думаю, их больше держит в напряжении, чем то, что происходит в нашем богом хранимом государстве.

Ольга Арсланова: У нас звонок из Удмуртии – Наталья на связи. Добрый вечер, Наталья.

Петр Кузнецов: Наталья, вы были в Америке когда-нибудь?

Зритель: Я в Америке не была, я была только в странах Варшавского договора.

Ольга Арсланова: Так.

Зритель: Я считаю, что, конечно, плохо это, что отменили. Но, опять же, с другой стороны это хорошо. Нам санкции объявили, и что? – у нас заводы начали с колен подниматься, сельское хозяйство вздохнуло поглубже, свои помидоры, томаты и огурцы. Конечно, обидно за тех, кто там живет (у меня, например, родственники там живут); я переживаю, что в этом году не сможем поехать. Наверное, в следующем, потому что это долго не продлится: они поймут, что они без русских не проживут.

Ольга Арсланова: Понятно. Вопрос прагматических интересов: насколько это бьет по Соединенным Штатам и по нам.

Павел Подлесный: Давайте сделаем так. Санкции, которые американцы приняли против нашей страны начиная с 2014 года и по сегодняшний день… Не надо заниматься шапкозакидательством: они нанесли немалый урон экономике России. Другое дело, что не только России – особенно пострадали европейские страны, которые под их нажимом ввели санкции против России. Но я согласен со слушательницей, что всякое давление на Россию имеет и свои плюсы в том смысле, что те проблемы, которые годами, десятилетиями не решались, приходится решать. Так обеспечивается продовольственная безопасность, так производятся какие-то технологии и так далее. Но я всегда считал и считаю: это не порядок, когда мы должны вставать с колен под давлением санкций. Мы – самостоятельное, развитое государство, мы должны были давно сделать какие-то вещи, чтобы нам не зависеть, как мы зависели, скажем, от той же Украины, а теперь мы 2 или 3 года вынуждены восстановить, понести огромные затраты. То же самое и от некоторых европейских стран. Наконец, тезис, что Россия встала или встает с колен, в моем понимании требует уточнения. Вот когда Россия модернизирует экономику и построит современную экономику, когда она станет высокоразвитой технологической державой, вот тогда можно смело сказать, что она не только встала с колен, но и встала на ноги. Пока этого нет. Так что хорошо, что мы уже встали с колен, но не надо здесь заниматься преувеличением этих вещей. А то, что в условиях давления, санкций приходилось и Советскому Союзу, и России какие-то вещи делать – трубы производить и так далее – это хорошо. Но я еще раз говорю: мы себя считаем самодостаточной страной – прекрасно, так вот и надо делать во всех и вовремя, чтобы так и было на деле, чтобы мы не зависели от турецких помидоров, чтобы мы не обсуждали на самом высоком уровне (будем осенью обсуждать), чтобы они опять пошли к нам сюда потоком.

Петр Кузнецов: Скажите, долгожданная встреча лидеров состоялась. Она как-то повлияла на двусторонние отношения? Изменила?

Павел Подлесный: Никак она не повлияла на двусторонние отношения, потому что события, последовавшие за этим, как-то…

Петр Кузнецов: Потому что одной встречей мало что решить здесь?

Петр Кузнецов: Господи боже мой! Для того чтобы решить проблемы в наших отношениях, нужно много встреч на разных уровнях: на уровне министров, министерств, глав государств, правительств и так далее. У нас в принципе есть с Америкой повестка дня, над которой можно было бы работать – ядерный терроризм, ограничение гонки вооружений, мир и доверие, поиск какого-то более прочного урегулирования, в Афганистане действовать по мере сил так, чтобы поток оттуда не хлынул в Центральную Азию; проблема Северной Кореи; киберпроблемы. Это все проблемы, которые стоят на повестке дня, их надо обсуждать и по мере сил искать решение.

А что у нас? Что у нас после саммита хорошего? Познакомились – прекрасно, познакомились два лидера, хорошо, что не прониклись друг к другу антипатией, хорошо, что у них осталась память об этом. Но Трамп же сразу после возвращения сделал шаг назад в кибервопросах. И что мы позитивного после встречи имеем в наших отношениях? Первое: у нас наладилось хотя бы ограниченное взаимодействие в Сирии. Дальше мы приступили к двустороннему диалогу по Украине. Вы же знаете, были идеи присоединить Америку к "нормандской четверке", сделать еще… Это все не подходит для Америки. И то, что первая встреча минская состоялась представителей президентов, и что она произошла без участия наших украинских соседей – это плюс в том смысле, что мы будем эту проблему обсуждать, ее придется обсуждать. Другое дело, что найти какие-то решения, компромиссы будут, мягко говоря, чрезвычайно трудно, а может быть, и невозможно.

Теперь мы должны подумать: а что нам делать с остающимися договорами в области armscontrol? С договором по ракетам малой и средней дальности? – что нам, порушить его?
 Дальше: в 2020 году истечет договор СРВ-3 по ограничению и сокращению стратегического вооружения. Что нам с ним делать? – продлевать его или вести дело к новым ограничениям, так?

Петр Кузнецов: Давайте, Павел Терентьевич, в 2020 году здесь встретимся и обсудим.

Павел Подлесный: У вас такие шансы есть, а вот что касается меня, я бы такое обязательство не взял.

Петр Кузнецов: Не волнуйтесь. Павел Подлесный, руководитель Центра российско-американских отношений Института США и Канады РАН. Спасибо вам.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Павел Подлесный: Пожалуйста.

 

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
О приостановке выдачи виз в США