Прививка от безработицы

Гости
Дмитрий Теплов
директор Краснокамского ремонтно-механического завода
Всеволод Бенцианов
кандидат медицинских наук, главный врач клиники «Пульс»
Андрей Масалович
президент консорциума «Инфорус», специалист по кибербезопасности
Алексей Петропольский
предприниматель, эксперт в сфере защиты интересов бизнеса

Ольга Арсланова: Это программа «ОТРажение», мы продолжаем.

Петр Кузнецов: Да, здравствуйте еще раз. Спасибо всем тем, кто нас продолжает смотреть, или тем, кто подключился прямо сейчас, успели, у нас прямо сейчас большая тема. Ольга Арсланова, Петр Кузнецов, давайте начнем.

Ольга Арсланова: Не хочешь прививаться – меняй работу: это новый относительно для нас принцип, который диктует нам новая же реальность. Такую позицию высказал пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. По его словам, вакцинация от коронавируса остается добровольной, но представителям сферы услуг, которые не хотят следовать правилам, придется просто искать вакансии в другой сфере.

Петр Кузнецов: За неделю заболеваемость коронавирусом в России выросла вдвое, об этом сообщила уже глава Роспотребнадзора Анна Попова. Скорее всего, обязательную вакцинацию для отдельных групп населения постепенно будут вводить все больше регионов. Пример подала опять же Москва, как обычно это бывает, здесь число заражений самое высокое, так что столица в данном случае стала еще и локомотивом антиковидных ограничений. Причем не только в трудовой сфере, но и в сфере развлечений: именно с сегодняшнего дня без метки о вакцинации нельзя посещать рестораны и кафе внутри, а совсем скоро нельзя будет и на верандах находиться без метки.

Ольга Арсланова: Итак, что по сути происходит? По сути, на фоне третьей вспышки вводится обязательная вакцинация для целого ряда категорий граждан (здесь не стоит смягчать ситуацию, именно так и есть, она действительно обязательная) и также для посещения публичных мест. Давайте выясним, адаптируемся ли мы к этим ограничениям, адаптируется ли бизнес, и, самое главное, какой эффект это должно принести, на что рассчитывают власти, будет ли в этом действительно какой-то смысл, сработает ли, может быть, нужны какие-то другие меры. Обо всем этом поговорим до конца часа вместе с вами, звоните и пишите, и с нашими гостями.

Петр Кузнецов: У нас сегодня в студии Всеволод Бенцианов, кандидат медицинских наук, основатель медицинской компании Benz Medical, – здравствуйте.

Всеволод Бенцианов: Добрый день, здравствуйте.

Ольга Арсланова: Добрый день.

Петр Кузнецов: И Андрей Масалович, президент Консорциума «Инфорус», специалист по кибербезопасности, – здравствуйте, Андрей Игоревич.

Андрей Масалович: Здравствуйте.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Вот с разных сторон мы вместе с вами будем смотреть на нашу новую реальность, к которой, видимо, мы все должны постепенно привыкать, уже ничего не удивляет, постоянно ситуация меняется, вводятся ограничения. Всеволод Александрович, вам вопрос в первую очередь по тому, готовы ли наши мощности к ожидаемому эффекту, который хотят власти достичь. То есть, предположим, все это срабатывает, люди идут вакцинироваться. У них будет такая возможность?

Всеволод Бенцианов: Хватит ли вакцины?

Петр Кузнецов: Собственно, да. Так, собственно, это же и произошло, даже на примере Москвы мы видим, что народ пошел, но мы видим очереди, и нам говорят, что подождите, сейчас все будет, но вот сейчас у нас вакцины нет в нескольких пунктах, это не только поликлиники, говорят, что некие перебои существуют.

Всеволод Бенцианов: Ну, случаются, да. Производственные мощности, я не сомневаюсь, позволяют выпускают достаточное количество вакцины. Надо помнить, что вакцина двух видов у нас есть на сегодняшний день, вообще формально трех, но в активном обороте две, это «Спутник V» и «КовиВак». «КовиВак» в таком, получается, на мой взгляд, немножко искусственном дефиците...

Петр Кузнецов: В меньших объемах.

Всеволод Бенцианов: Да, в меньшем объеме, он менее изучен... В общем, он догонит, я думаю, «Спутник», но пока так. Мощности по выпуску, по моим данным, достаточные вполне. Наверное, логистика где-то страдает, особенно, как мы в прошлый раз говорили, в регионах есть проблемы. В Москве, я бы сказал, это обусловлено не нехваткой собственно вакцины, а тем, скажем так, ажиотажем, который возник в результате вот этих мер. Мер, на мой взгляд, правильных, потому что, к сожалению, ну по сути правильных по крайней мере: к сожалению, нет у нас другого пути, кроме как вакцинация, для того чтобы обуздать, в какие-то рамки поставить эту эпидемию.

Ольга Арсланова: Всеволод Александрович, а нет ли у вас ощущения, что да, Россия действительно одна из первых сделала хорошую вакцину «Спутник V», у нас нет вопросов по эффективности, есть примеры, Сан-Марино, которые полностью прививали население «Спутником», и мы видим колоссальное снижение числа заболеваний там, то есть к «Спутнику» вопросов нет. Но появились новые вакцины, и многие люди ждали до последнего и не шли вакцинироваться, потому что ожидали «ЭпиВак», «КовиВак», и это в том числе создало такое безвременье, люди не прививались, ожидая еще более хороших вакцин.

Всеволод Бенцианов: Эх... Ну...

Ольга Арсланова: И дождались по большому счету, и вот, пожалуйста, результаты.

Всеволод Бенцианов: Не факт, что они дождались более хороших вакцин, – других, других дождались.

Ольга Арсланова: «Дождались», мы дождались того, что уже теперь поздно.

Всеволод Бенцианов: Ну, я не могу сказать, что поздно, в этой ситуации слово «поздно» неправильное, нужно все равно... Конечно, хорошо было бы, если бы у нас сейчас уже была бы прослойка где-то 70–80% и эпидемиологическая ситуация в стране была бы другая.

Ольга Арсланова: Вопрос чрезмерности выбора, вот этого выбора оказалось слишком много для людей.

Всеволод Бенцианов: Ну, по аналогии с западными странами, мы тоже знаем, что прививаются не одной вакциной, например, в Соединенных Штатах прививаются и Pfizer, и Moderna. Это искусственная вещь, это психология человеческая: есть хорошая вроде как, но, наверное, еще есть и лучше, пока ее нет для всех, вроде как дефицит, дефицит – значит, хорошая. Это не совсем так, можно абсолютно спокойно прививаться «Спутником» с нормальным эффектом, данные по вакцинации, по результатам ее не разнятся с данными исследования опубликованного, вакцина работает. Естественно, есть какие-то в пределах допустимых значений случаи, когда люди заболевают и вакцинированные, но тем не менее, как правило, это заболевание реально протекает легче, вот.

Поэтому я бы про дефицит какой-то не говорил, может быть, он относительный, но абсолютного дефицита нет. Вопросы логистики, скорее всего, прежде всего важны и вопросы более равномерного распределения вакцинирующихся. Но сейчас очень много пунктов, очень, поэтому я думаю, что это все...

Петр Кузнецов: ...вопрос времени, причем ближайшего.

Всеволод Бенцианов: Да.

Петр Кузнецов: Да.

Ольга Арсланова: Андрей Игоревич...

Петр Кузнецов: Андрей Игоревич...

Ольга Арсланова: О дефиците цифровом поговорим.

Петр Кузнецов: Нет, знаете, на самом деле получается так, что народ пошел, почувствовав такую вот цифровую угрозу, почувствовав появление электронных меток, и это его... Другого выхода нет, он узнал, что только штрихкод сейчас будет решать, и это пропуск пока еще в ресторан, а, возможно, дальше и задумываться, как пишут, и музеи, и другие культурные учреждения, и общественный транспорт, и так далее. Цифровая угроза, о которой мы очень много в этой студии с вами говорили, она на людей влияет.

Андрей Масалович: Согласен.

Петр Кузнецов: И в данном случае, наверное, только она и повлияет.

Андрей Масалович: Ну, по своей работе я бы тут много... Это утверждение, я с ним согласен, если это вопрос, то вопросов здесь много. Значит, первое: действительно, уже пошли в интернете шуточки, как именно наносить QR-код, может быть, набивать татуировку, может быть, в виде номерочка на ноге, чтобы предъявлять...

Ольга Арсланова: Только придется раз в год менять, потому что он же действует...

Андрей Масалович: Ну или раз в полгода...

Петр Кузнецов: Да, или как у Hitman вот здесь вот был штрихкод на затылке.

Андрей Масалович: Да-да-да, вот. То есть народ на эту тему уже шутит, причем шутки такие грустные. Но, во-первых, если мы боимся цифрового концлагеря, мы поздно боимся, мы уже в нем. Любой сервис, вообще любой сервис и бизнеса, и государственный, который ведет какие-то массовые услуги, должен вводить однозначный идентификатор, чтобы узнавать, кому что он уже делал, с кем и как выглядит история взаимоотношений. То есть каждый человек сейчас облеплен этими идентификаторами, их уже, сервисов, которыми мы пользуемся постоянно, более сотни, они начали интегрироваться, они начали обмениваться друг с другом. То есть наш цифровой профиль – это существо, которое уже сформировалось и живет отдельно от нас. Появление дополнительной некоторой меточки не убавит и не прибавит, то есть если кто-то боится, что его посчитали, боится он поздно, это раз.

Второе. Собственно, мой основной профиль работы, я вижу, что сейчас творится: сейчас мошенники не то что активизировались, а взлетели на поддельных вот этих метках. Почему? Потому что те, кто их проверяют, тоже развиваются медленно, не спеша, то есть изначально нужно было просто издали показать вот так вот, что у меня QR-код есть.

Ольга Арсланова: Любой причем, да.

Андрей Масалович: Любой, причем никому в голову не приходит его проверить, вот, но, видите, ношу. Соответственно, первой возникла вот такая «поляна» простых QR-кодов, стоило это совсем недорого, 500 рублей, 1 000 рублей, выглядело как настоящее. Сейчас появился второй слой, 4–5 тысяч, уже выглядят совсем как настоящие, на них даже если навести считыватель и прочитать, там будет осмысленный текст, но там снизу те, кто этим занимаются, приписывают, что проверки через базу не пройдет. И сейчас началась третья волна, вот уже реально взрослая и серьезная, появились настоящие коды, то есть кто-то...

Петр Кузнецов: С внесением в реестр.

Андрей Масалович: С внесением в реестр, то есть где-то вакцина прошла через базу.

Ольга Арсланова: Мы сейчас посмотрим сюжет как раз нашего корреспондента.

Петр Кузнецов: Давайте, да, об этом подробнее, мы даже посмотрим.

Ольга Арсланова: Но, пока не начали смотреть, Андрей Игоревич, сразу хочу уточнить, вот сразу важный момент. Это общемировая практика, появление вот таких фальшивых QR-кодов, нежелание вакцинироваться и попытка вот так саботировать решение властей, или здесь действительно симптом недоверия именно нашего российского общества? Люди готовы заплатить даже мошенниками, отдать деньги, вместо того чтобы бесплатно вакцинироваться. То есть это разрыв в диалоге, в коммуникации между конкретно нашими властями и нашим народом, или это нормальная практика саботажа?

Андрей Масалович: Ну, так получается несмотря на все самоизоляции, мне сейчас приходится довольно много ездить и летать и по стране, и по миру, раз в 2 недели как на работу я хожу на этот ПЦР, чтобы все время был свеженький. Могу сказать: есть страны, где, например, когда проверяют желтую лихорадку, достаточно просто показать чью-нибудь карточку, они просто белолицых не различают, ну то есть можно на всю группу иметь одну карточку и показывать, им все равно. Есть страны и очень много мест, где просто сам факт успокаивает, как, помните, про Остапа Бендера, «вид бумажек успокоил управляющего», то есть народ успокаивается просто из-за того, что я вынул что-то из кармана.

Сейчас, коль скоро все так потихоньку цивилизовались, то начинается уже такая взрослая борьба, фактически мы потихоньку подходим к статье «Подделка документов». Понятно, что никто ни в мире, ни у нас не рождается правонарушителем, человек рождается обезьянкой, правонарушителем становится, только когда его переклинит, то есть никто специально закон нарушать не хочет, он этого даже не понимает, что это вообще-то уголовная статья, правда, за применение чужой... То есть за изготовление фальшивого документа ответственность серьезная, за применение не очень, вот.

Но что касается какой-то русской философии, я сейчас с огромным изумлением сталкиваюсь с тем, чего в других странах не вижу, другие страны нам реально завидуют, что у нас можно пойти и бесплатно получить вакцину, для них это подарок судьбы, а народ не идет. И у меня у самого молодые сотрудники, они наотрез не хотят вакцинироваться. Я говорю: «Почему?» – «Здесь подвох, государство не может бесплатно предлагать что-то хорошее», – наши. Вот это вопрос некоего уровня доверия.

Ольга Арсланова: Все-таки есть...

Петр Кузнецов: Без изучения матчасти просто вот такая реакция на все...

Ольга Арсланова: Это российские...

Петр Кузнецов: Вне зависимости от событий.

Андрей Масалович: Ну, знаете, если чуть-чуть сделать один маленький логический шажок, я говорю: «Ты между чем выбираешь?» На самом деле человек выбирает между вакцинироваться и переболеть в легкой форме или не заболеть или переболеть, ну и залететь. Почему-то все думают, что его пронесет, – его не пронесет, это как простуда, это ОРВИ, ОРВИ переболеют все.

Ольга Арсланова: Вопрос...

Андрей Масалович: Вопрос, с какой степенью серьезности и когда. Вот этого не понимают.

Ольга Арсланова: Ну, с самого начала же ходила шутка, что нужно было как раз не массовую объявлять вакцинацию для русского человека...

Андрей Масалович: ...да-да-да, а делать дорогую и для элиты.

Ольга Арсланова: Исключительно для элиты, и тогда бы очереди выстроились.

Андрей Масалович: Да-да.

Петр Кузнецов: Андрей Игоревич, вы про работодателей, мы сейчас как раз о том, как не нарушить в это непростое время закон работодателю, потому что требований много, не совсем понятно, как себя вести, заставлять не заставлять и как не попасть самому на штраф, потому что штраф возможен за то, что не вакцинировано определенное число сотрудников. С этим мы с Алексеем Петропольским поговорим, он предприниматель, эксперт в сфере защиты интересов бизнеса как раз. Здравствуйте, Алексей.

Ольга Арсланова: Добрый день.

Алексей Петропольский: Добрый день.

Петр Кузнецов: Много было непонимания, когда оперштаб, насколько я помню, рекомендовал бизнесу поступать таким образом. Есть ли понимание у бизнеса сейчас, спустя какое-то время, как организовать на местах вакцинацию и что делать с отказавшимися, но при этом, возможно, ценными сотрудниками?

Алексей Петропольский: Ну, по-настоящему определенности никакой нет. Если говорим про Москву, то здесь в принципе понятно, в поликлинику отправить, записать по возможности или отправить в торговый центр, где тоже можно сделать прививку, проблем нет. В регионах несколько сложнее, там сейчас переполнены места, где ведется сама вакцинация, и где-то очередь достигает даже нескольких месяцев; в некоторых из этих регионов уже сегодня тоже вводят новые ограничения для тех, кто не привит. Поэтому у бизнеса больше вопросов, чем ответов.

Что касательно сотрудников, то те, кто не привьются, придется по сути освобождать от занимаемой должности и не выплачивать зарплату, решать с ними уже вопрос, только когда либо перестанет действовать данный указ, либо, собственно, просто уже в дальнейшем увольнять, поскольку работать в таком случае будет невозможно. Здесь надо сказать, что даже тех, кто уходят на дистанционку, согласно этому указу, мы тоже должны привить, то есть дистанционка в этом случае тоже не спасает от дальнейшего освобождения и увольнения.

Петр Кузнецов: Алексей Игоревич, можно я уточню? Но ведь это на основании какого-то законного акта это увольнение состоится? Просто чтобы понимать.

Алексей Петропольский: Ну...

Петр Кузнецов: Руководствуясь чем?

Алексей Петропольский: Наши законные акты – это и будет указ мэра, если мы говорим про Москву, а если про регионы, то это распоряжение губернаторов на местах. То есть у нас фактически эта добровольная вакцинация обязательна для работодателя, и работодатель не готов платить 300 тысяч или 1 миллион и в дальнейшем закрываться из-за этого. Поэтому даже самых хороших специалистов придется заменять, как показывает практика, это возможно.

Ольга Арсланова: Алексей Игоревич, вот эти хорошие специалисты, которые важны для работодателей и свою работу, наверное, тоже любят, у них... Вот вы сталкивались с их аргументацией, почему они выбирают потерять работу, например, но не вакцинироваться?

Алексей Петропольский: Ну, у многих разные источники информации. Ну что уж греха таить, недоверие есть сумасшедшее, потому что даже сами врачи говорят о том, что прививаться не надо, у кого-то там кто-то умер из дальних родственников, друзей, знакомых, у кого-то были какие-то осложнения. То есть из контекста очень много всего выдрано и люди, как правило, складывают свое впечатление и мнение из вот того негативного фонда, который сложился по отношению к вакцине, и переломить эту ситуацию зачастую невозможно, потому что человек просто говорит: «Я не хочу, чтобы надо мной ставили эксперименты». Ну и как бы работодатель же не распоряжается душой другого человека, он в душу не залезет.

Ольга Арсланова: Как вы оцениваете дефицит сотрудников? Будет ли эта проблемой, в частности, для вашего бизнеса, если вам не удастся привить нужное число сотрудников?

Алексей Петропольский: Ну, вы знаете, многие привьются, увидев показательные увольнения, и, конечно, в целом это ведет к тому, что социальное расслоение и внутренний конфликт внутри компании уже начинает нарастать. И в дальнейшем будет вот эта социальная нестабильность внутри многих бизнесов приводить к тому, что коллективу придется тяжело и кого-то придется уволить даже уже после прививки.

Петр Кузнецов: Ага. Алексей, скажите, пожалуйста, возможно, вот этой самой разъяснительной работы на местах, то есть в офисе, будет недостаточно просто потому, что сам работодатель не вирусолог, он не может полностью и объективно, с фактами объяснить плюсы и минусы всей этой истории. Есть ли здесь проблема? То есть если человеку донести грамотно, почему это нужно с медицинской точки зрения, а не только потому, что «меня ждет штраф, выручай».

Алексей Петропольский: Ну, пытаемся. Мы, собственно, проводили даже Zoom для всех коллективов, объясняли на примере себя...

Петр Кузнецов: С вирусологами?

Алексей Петропольский: Да, да даже вот просто говорили, что вот сам я привился и хвост у меня не отрос и не отвалился. Подключали вирусологов, подключали статистику официальную, то есть из контекста вырваны те люди, которые умерли, заболели, из единицы на миллионы привитых. Но не на всех эта информация, увы, одинаково влияет, кто-то прислушивается, а кто-то попадает опять в информационное поле антипрививочников и стоит на своем.

Петр Кузнецов: Ага. У меня еще один вопрос: для бизнеса это все-таки сильная нагрузка, не знаю, финансово-организационно-правовая, или ему самому выгодно, но тут опять же в зависимости от сферы, чтобы весь персонал был вакцинирован и в штате были безопасные единицы? Здесь сейчас я даже не про штрафы возможные говорю.

Алексей Петропольский: Ну, дело в том, что бизнес на сегодняшний момент уже доживает последние дни кто-то, потому что те, кому сегодня, допустим, арендодатели не дали скидки из ресторанного бизнеса, они закроются в ближайшие 2 недели, потому что выручки практически ноль.

Петр Кузнецов: Посетителей меньше, да.

Алексей Петропольский: Рестораны сидят пустые, вот я сегодня буквально прогулялся по основным улицам Москвы, там просто шаром покати, никого нет.

Ольга Арсланова: Это сегодня только, да, Алексей Игоревич? Потому что вчера переполнены были.

Петр Кузнецов: Ну, понятно почему.

Ольга Арсланова: Веранды полные.

Петр Кузнецов: Наесться.

Всеволод Бенцианов: Да, последний глоток.

Алексей Петропольский: Последний день, да, был в Помпеях.

Петр Кузнецов: И с боем курантов...

Алексей Петропольский: И собственно, такая..., которая сейчас идет вместе с вакцинацией, с вот этими разговорами с сотрудниками, мы влезаем в их личное пространство – все это вместе, конечно, приведет к огромным издержкам. Для кого-то это будут минуса, а для кого-то будет равно банкротству.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Спасибо.

Ольга Арсланова: Алексей Петропольский был с нами на связи.

Вот смотрите, Всеволод Александрович, как-то вот сказал Алексей сейчас, «личное дело», «персональное дело». Но совершенно понятно, что сейчас уже ни о каком личном деле речи не идет.

Всеволод Бенцианов: Нет, не идет.

Ольга Арсланова: Для болезни, для природы нет индивидуума, есть популяция.

Всеволод Бенцианов: Есть популяция, да.

Ольга Арсланова: С эволюционной точки зрения каждый из нас – расходный материал. Вот как вам кажется, почему сейчас в обществе и, что более важно, в медицинском сообществе об этом забывают? Почему у медиков возникает вопрос, вакцинировать или не вакцинировать, они отговаривают? Причем это не только у нас, сейчас же был скандал в Италии, уволили там в районе 30 медиков, которые работали в медицине и были антипрививочниками, уволили вполне справедливо. Почему мы забываем о том, что в какие-то периоды ничего личного уже не остается? Почему мы забываем о том, что мы живем в обществе и наша жизнь – это не только наша жизнь, но и безопасность окружающих?

Всеволод Бенцианов: Ну, ничего нового, во-первых, под солнцем нет. Всегда были люди, которые считают, что прививки делать не нужно, что это опасно, что от них умирают, вот эти ярые антипрививочники, и, к большому сожалению, они есть и среди врачей. Я это объясняю только одним: есть врачи, которые находятся в парадигме доказательной медицины, они опираются на данные, обсчитанные данные, на статистически достоверные данные об эффективности в данном случае прививок, а есть люди, которые находятся в плену собственных идей. У них свои идеи терапии, они применяют какие-то схемы, только одним им известные, и свято уверены, это не какое-то зло, они свято уверены, что это помогает, то есть начинают, утрированно, от сушеных жаб и прочее, хотя есть выстроенные схемы, рекомендованные соответствующими сообществами медицинскими, достоверно эффективные с посчитанным числом успешно вылеченных случаев, это первое.

Второе, как мне кажется... Вы знаете как, от испанки умерло 20 миллионов человек – кто эти люди, кто их когда видел? Уже их родственников давно нет. А здесь и сейчас умирают конкретные соседи, еще кто-то, еще кто-то. Другой вопрос, что они умирают от COVID, как правило, а не от прививки, но вот это вот все делает этот вопрос более персональным, нежели популяционным, а наша задача как раз сформировать популяционный иммунитет, это задача, которая всегда стояла во время эпидемий, это единственный барьер, который останавливает распространение инфекции. Но вот человеческая психика, видимо, так устроена, что личное всегда ближе, мы заботимся о себе, о своих близких, о семье, о друзьях, еще о ком-то, но подумать о том, что это вопрос общественный, как следствие это и личная безопасность, тут почему-то...

Ольга Арсланова: Но без общественной и в личной ничего не получится, тут ведь вопрос...

Всеволод Бенцианов: Ну да, да, и тут почему-то вот этого не хватает.

Еще я хотел бы вернуться к вопросу о поддельных сертификатах, чуть-чуть не успел я сказать об этом. Что такое поддельный сертификат, который занесен в базу? Надо понимать, как это происходит: это, значит, человек, который находится в пункте вакцинации, берет вакцину, проводит все по документам, вакцину выкидывает и заносит в базу. Значит, я человек либеральный, я считаю, что очень многие, так сказать, законы у нас жесткие, особенно для бизнеса, в экономической сфере, но вот здесь я бы не давал спуску вообще никакого. То есть вот тех людей, которые это делают на местах, а это еще и медицинские работники, я бы прямо жестко привлекал к уголовной ответственности за это дело.

Петр Кузнецов: Ну это так же, как вот утечки от банковских сотрудников, когда мы говорим...

Всеволод Бенцианов: Ну, вы знаете, утечки от банковских сотрудников – это деньги, а это жизни.

Петр Кузнецов: А это жизни, совершенно верно.

Всеволод Бенцианов: И кроме того, те, кто считают, что прививка – это так, вот не надо, я бы еще делал, не знаю, конечно, это утопия, но какие-то экскурсии, показывал людей, которые реально умирают, вот которые реально умирают в реанимациях, которые... Вот этих картин они не видят и пропагандируют вот это вот, скажем так, отлынивание от вакцинации.

Петр Кузнецов: Нижегородская область на связи, оттуда Людмила, наша телезрительница, с вопросом, с репликой, сейчас все узнаем. Здравствуйте, Людмила.

Зритель: Здравствуйте.

Петр Кузнецов: Говорите, пожалуйста.

Зритель: У меня вот какой вопрос. Мы с мужем месяц назад привились, сегодня я пошла к нашему терапевту получать сертификаты, которые, значит, нам отксерили из базы данных, печатей кучу наставили. Медсестра мне сказала, что вроде как бы это филькина грамота, надо QR-коды. Телефон у нас кнопочный, мы, естественно, за 15 тысяч не побежим покупать смартфоны, правильно? Муж у меня работает в общепите, ну уж я не знаю, пройдет у него вот эта вот бумажка или нет.

Потом нас ввели в заблуждение. Когда мы вакцинировались, нам сказали, что мы прививаемся «Спутником V», а теперь, значит, у нас стоит «Гам-КОВИД-Вак»...

Ольга Арсланова: А это он и есть, Людмила, это название то же самое этой вакцины.

Зритель: Да?

Ольга Арсланова: Да.

Зритель: Вот.

Ольга Арсланова: Просто официальное.

Петр Кузнецов: Смотрите, как полезно в «ОТРажение» звонить.

Зритель: Вот мне сегодня внучка интернет открыла, оказывается, «Спутник V» – это чтобы не заразиться, а вот этот, значит, чтобы не заражать...

Ольга Арсланова: Нет-нет, просто «Спутник V» – это торговое название.

Петр Кузнецов: Считайте, второе название.

Ольга Арсланова: То же самое, не волнуйтесь.

Зритель: Другое название, да.

Петр Кузнецов: Да. А вот по поводу первого спасибо за ваши опасения. И присоединяется к этому же вопросу Ленинградская область, Петербург: «В интернет выхожу с ноутбука, с собой только кнопочный телефон – я теперь что, стану социальным изгоем?» – Елена представилась.

Ольга Арсланова: Как получить QR-код, если тебе много лет и у тебя нет смартфона?

Петр Кузнецов: Особенно, мы же сейчас говорим про возможное перенимание этой практики регионами, а там...

Ольга Арсланова: Для работы уже...

Петр Кузнецов: ...с современными телефонами не так все хорошо, как в Москве.

Андрей Масалович: Ну, все-таки, если не лукавить, у каждого есть молодой родственник или молодой знакомый со смартфоном, то есть один раз надо все-таки этот QR-код скачать, в Москве это просто делается в личном кабинете, чтобы кто-то, у кого есть в руках смартфон или хотя бы компьютер, этот QR-код получил и распечатал.

Петр Кузнецов: И распечатал.

Андрей Масалович: Потому что QR-код одинаково читается и с бумаги...

Петр Кузнецов: Вы же с бумажкой ходите, там вот черно-белая эта штука...

Андрей Масалович: Да-да-да. Конечно, он у меня есть и на смартфоне, но у меня есть и на бумаге, которую можно показывать.

Петр Кузнецов: Если вдруг, опять же, телефон разрядился.

Ольга Арсланова: В общем, большой проблемы получить QR-код нет, правильно?

Андрей Масалович: Нет.

Ольга Арсланова: Мы обещали показать сюжет, вместе, кстати, с вами обсудим, ваш комментарий как эксперта тоже хочется получить. В ГУМе за прививку от коронавируса дарят мороженое, в бизнес-центре Москва-Сити билеты на смотровую площадку, городские власти разыгрывают автомобили среди тех, кто прошел вакцинацию, но эти бонусы многих не подкупают, и в итоге миллионы москвичей отказываются от прививки, выбирают другие способы. Какие, давайте узнаем у Максима Волкова.

СЮЖЕТ

Петр Кузнецов: Андрей Игоревич, еще раз, с этими лжесертификатами в итоге можно что-то сделать? Предупредить, наказать, быстро поймать вот с этим оформлением?

Андрей Масалович: Ну, шаг за шагом сделать можно, вычислить практически всех. Другое дело, что смотрите, какие цифры: месяц назад у нас получилось, вот тут назвали полторы сотни точек, у нас получилось, месяц назад 360, сейчас уже 500, мы тоже это выявляли. Но другое дело, каждая такая точка, которая рекламирует, она с собой связывает тех, кто на это повелся, они либо позвонят по телефону, либо им отправят по имейлу с этого адреса, то есть, зная такие точки с телефона, можно просто смотреть, кто им звонил, и проверять их сертификаты. То есть на самом деле первые шаги, как это накрывать, довольно нетрудные, вот. Но, как и у любой мошеннической схемы это вопрос времени, то есть сейчас я бы вот, я совершенно согласен с коллегой, я бы сейчас за это вспомнил про жесткую ответственность, потому что это беспредел, когда выбрасывают вакцины и записывают в базу.

Петр Кузнецов: У меня еще с другой стороны вопрос. Сейчас тоже не совсем понятно, как QR-код и кто будет проверять на входе. Есть информация, мы сейчас видим первые результаты, получим в первые дни работы, но я правильно понимаю, что тот же охранник имеет доступ к QR-коду, он же проверяет, и, по-моему, он проверять должен еще и паспортные данные вместе с этим.

Андрей Масалович: Да.

Петр Кузнецов: С точки зрения кибербезопасности, посторонний человек получает доступ по сути ко всем моим персональным данным.

Андрей Масалович: Ну, с точки зрения кибербезопасности, еще раз хочу сказать, те, кто связываются с мошенниками, рискуют гораздо больше, чем те, кто вакцинировались и предъявляют что-то охраннику, это раз. Второе. Те, кто связываются с мошенниками, сейчас еще есть один вид «разводилова», говорят: «Чтобы вас зарегистрировать, чтобы вы получили свой сертификат через Госуслуги, дайте нам свой логин и пароль на Госуслуги», – а это еще более весело.

Ольга Арсланова: Ага.

Петр Кузнецов: Ага.

Андрей Масалович: Вот. Что касается охранника, это вечная песня, что мы неустановленному кругу лиц предъявляем паспорта, мы предъявляем, а сейчас еще и QR-коды. Другое дело, что сейчас уже это настолько широко, что ни убавить ни прибавить уже, мы и так уже везде... Вот я сегодня в здании тоже паспорт показывал.

Петр Кузнецов: Да, и без вот этой новой меры.

Давайте сейчас побеседуем с Дмитрием Тепловым, это директор Краснокамского ремонтно-механического завода. Здравствуйте, Дмитрий Викторович.

Ольга Арсланова: Здравствуйте.

Дмитрий Теплов: Да, добрый день.

Ольга Арсланова: Мы знаем, что в Перми бизнес стимулирует очень своеобразно прививать сотрудников. Расскажите, с чем вы столкнулись.

Петр Кузнецов: Не автомобилями, не смотровыми площадками.

Дмитрий Теплов: Ну да, нам как бизнесу, конечно, приходится разбираться во всех этих нюансах, потому что у нас коллективы. Если раньше, в прошлом году, мы, соответственно, всех тех, кто возвращается из отпусков и с больничного, мы оплачивали, значит, тесты на антитела, то есть IgM/IgG мы у всех смотрели, ну потому что у нас не было информации достаточной, мы принимали решение, что делать с работниками, то в этом году мы тоже разрабатываем, то есть разработали по сути систему работы в рамках прививочной кампании. Вообще, у нас в Краснокамске предприятия, то есть мы пообщались, делятся на три категории. Это те, кто просто вот такая пассивная позиция, развесили какие-то объявления, чтобы сделали люди прививки. Есть те, кто стимулируют деньгами либо даже разыгрывают телефоны среди тех, кто привьется...

Петр Кузнецов: Кнопочные.

Дмитрий Теплов: ...в июне. Нет, хорошие смартфоны, просто я марку не называю. А есть те, кто в обязательном порядке сами записывают сотрудников на прививки, и в целом это действенно, то есть все 100% сотрудников прививаются. У нас мы, конечно, так просто поизучали, может быть, специалисты как-то прокомментируют. Раньше на портале стопкоронавирус.рф говорилось о том, что, если у тебя есть антитела в достаточной степени, то, соответственно, можно пока не прививаться и отсрочить немножко этот процесс. Поэтому мы вот оплачиваем нашим сотрудникам тесты на антитела, соответственно антитела G. В случае необходимости еще общий анализ крови, ну и так далее, потому что там есть противопоказания, активная стадия каких-то, не знаю, хронических заболеваний...

Ольга Арсланова: Какой заботливый бизнес! Потрясающе.

Дмитрий Теплов: Да. И потом уже, если у человека нет антител, то, конечно, объясняем, что сейчас уже и в наши больницы тоже Краснокамска уже активно поступают молодые люди, а у нас средний возраст на заводе порядка 40 лет, сотрудники, и вот такие же, значит, 35–40 лет, достаточно тяжелое протекание заболевания. Поэтому вот объясняем все опасности...

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Дмитрий Викторович, коротко пожалуйста: с мигрантами как? Если они у вас есть, как с ними происходит?

Дмитрий Теплов: Ну, у нас машиностроение, я думаю, что мигранты больше в строительной отрасли, то есть строительство.

Петр Кузнецов: Понятно. Спасибо.

Ольга Арсланова: Спасибо и за вопросы, которые тоже вы задали. Дмитрий Теплов был с нами на связи.

Вот вакцинация коллективов трудовых, в том числе обязательная, по факту она уже существует, – это наш единственный способ бороться с пандемией?

Всеволод Бенцианов: Ну, это один из способов. Конечно, государство предпринимает разные меры, разные попытки делает увеличить процент вакцинированных людей. Иногда это хаотично происходит, может быть, на мой взгляд, не совсем логично, при этом страдает действительно бизнес. Конечно, надо было дать, наверное, побольше времени тому же общепиту, чтобы люди успели привиться, те, кто хочет привиться и хочет ходить, хоть на сколько-то это повысило бы посещаемость, обезопасило бы бизнес от разорения и смежные отрасли, которые поставляют продукты, расходные материалы, ну и так далее, и в других сферах тоже. Но то, что это одна из действенных мер, наверное, да. Ну, воздействовать на бизнес полегче, чем на индивидуума, естественно.

Петр Кузнецов: Андрей Игоревич, жить по коду – это наше будущее?

Андрей Масалович: К сожалению, цифровой концлагерь сейчас так отстраивается...

Всеволод Бенцианов: Это настоящее.

Андрей Масалович: Да, это наше настоящее, это не будущее. У нас фактически цифровой профиль каждого из нас сейчас гораздо более активное и такое публичное существо, чем мы сами.

Петр Кузнецов: Дело даже не в коронавирусе уже.

Андрей Масалович: Да, и коронавирус – это просто...

Петр Кузнецов: Он сам бы пришел в нашу очень и приходит. Спасибо большое.

Ольга Арсланова: Спасибо.

Петр Кузнецов: Андрей Масалович, президент Консорциума «Инфорус», специалист по кибербезопасности, и Всеволод Бенцианов, кандидат медицинских наук, основатель медицинской компании Benz Medical.

Всеволод Бенцианов: Спасибо.

Андрей Масалович: Спасибо.

Петр Кузнецов: Мы вернемся, впереди третий час дневного «ОТРажения».

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
На фоне третьей вспышки коронавируса вводится фактически обязательная вакцинация сотрудников ряда отраслей. Как адаптируется бизнес?