Продажи «Боярышника» выросли на треть

Гости
Михаил Смирнов
главный редактор портала «Алкоголь.ру»
Алексей Куринный
заместитель председателя комитета Государственной Думы по охране здоровья, кандидат медицинских наук

Иван Князев: Ну а пока новости серьезные, такие, знаете, несколько тревожные. Эксперты пишут, что россияне стали чаще разговляться боярышником, мол, виной всему карантин и ограничения на продажу алкоголя в магазинах, которые были введены в этот период.

Тамара Шорникова: С января продажи спиртосодержащих настоек в аптечных сетях в штуках выросли на 8% до 57 миллионов упаковок. Если считать в деньгах, то наши соотечественники потратили на боярышник и похожую продукцию на 500 миллионов рублей больше, тогда как годом ранее спрос сокращался.

Иван Князев: Ну вот еще из последних новостей: Минпромторг хочет вновь продавать пиво на заправках и в парках, хотя несколькими днями ранее Минздрав снова предлагал ограничить продажу спиртного до 11 часов утра. Что означают все эти метания разных ведомств? Есть ли в стране какое-то единое понимание, какая у нас должна быть вообще алкогольная политика?

Тамара Шорникова: Важно следить за движением рук внимательно.

Иван Князев: Да-да-да. В общем, будем разбираться вместе с экспертами.

Тамара Шорникова: Да. Хотим и ваше мнение узнать. Много ли пьют в вашем окружении? И что нужно делать государству, ограничить продажу алкоголя или, наоборот, дать больше послаблений, как-то доверять своему населению?

Иван Князев: Ну да.

Тамара Шорникова: Звоните нам прямо сейчас. А пока с нами на связь выходят наши эксперты.

Иван Князев: Алексей Куринный, член Комитета Государственной Думы по охране здоровья, кандидат медицинских наук. Здравствуйте, Алексей Владимирович.

Алексей Куринный: Добрый день.

Иван Князев: Как вы оцениваете вот эти данные экспертов? Действительно, у нас во время карантина народ за неимением другой возможности стал чаще ходить в аптеки за различными настойками спиртовыми? И насколько все это тревожно?

Алексей Куринный: Ну, по большому счету, это очень тревожно. Я и многие другие эксперты говорили о том, что надо в принципе запрещать уже давным-давно вот эти вот, скажем так, суррогаты спирта, фанфурики, как их называют. Было предложение их продавать исключительно по рецептам, но есть пока, видимо, какие-то крупные лоббисты, заинтересованные лица, которые не дают этому решению пройти. Потому что, я думаю, ни для кого не секрет, что ни боярышник, ни пустырник никаким психотропным действием не обладают, единственная цель, с которой его покупают, или в большинстве своем, 99%, – это вот такой заменитель спирта достаточно дешевый для тех лиц, которые не могут сегодня позволить официальный алкоголь.

Но если говорить о росте, скажем так, его продаж непосредственно в марте-апреле, то, я думаю, здесь еще немножко наложилось и желание граждан приобрести антисептик, многие использовали его в условиях дефицита, вот эти вот спиртовые настойки как средства для обработки рук, такой кратковременный всплеск был, поэтому это, я думаю, тоже повлияло.

Иван Князев: А-а-а. Потому что тогда...

Алексей Куринный: Ну и второе, безусловно, – это снижение, скажем так, доходов граждан, снижение доступности легального алкоголя и вот такой переход, или перепрофилирование вновь, на более дешевый аналог, опасный, кстати, для здоровья.

Иван Князев: Просто, понимаете, отсюда и вопрос: когда в разных регионах ограничивали продажу алкоголя официальную, тогда сразу вопрос, почему же про аптеки все забыли?

Алексей Куринный: Про это все регулярно забывают я не знаю, по какой причине. То есть у нас идет повышение цен на водку, повышение цен на другую ликеро-водочную продукцию алкогольную, а вот про спиртосодержащие все эти надбавки несмотря на то, что были законопроекты, которые приравнивали в том числе стоимость спирта внутри этих настоек к стоимости, скажем так, той же водки, они, к большому сожалению, были отклонены.

Ну и вы абсолютно правильно подчеркнули, что вот эти метания государственные, когда мы то проводим жесткую антиалкогольную политику… А, на мой взгляд, ее проводить надо, Российская Федерация сегодня находится за пределами всех мыслимых норм потребления, у нас даже по официальным данным 14 литров приходится на 1 человека чистого спирта в год, в то время как безопасный уровень 8 литров. Естественно, здесь должны быть самые жесткие государственные шаги, и связанные с ограничением потребления, и связанные с ограничением, скажем так, возраста, и связанные с повышением цен. Все это должно идти в комплексе, ни в коем случае не должны делаться шаги назад, как сегодня у нас это происходит.

Вот лоббисты появились в спортивных сооружениях, давайте разрешим продавать пиво на спортивных сооружениях якобы для развития спорта и футбола, они популяризируют – абсолютная глупость, но такой законопроект, к сожалению, был принят. Или давайте сейчас на заправках разрешим продавать или каких-нибудь еще общественных местах, собственно, сделаем шаг или два шага назад от того, к чему мы дошли. Кстати, та кампания, скажем так, те действия, которые правительство долгое время предпринимало достаточно жестко, я здесь могу в принципе и подчеркнуть действия прежнего Минздрава, они привели к тому, что было сокращение потребления алкоголя, было уменьшение количества, и оно идет до сих пор, острых отравлений, хронического алкоголизма. То есть правильные, абсолютно четкие шаги должны быть продолжены в одном направлении без всяких шараханий.

Тамара Шорникова: Но тут, я думаю, вряд ли речь идет о популяризации, потому что предложение от Минпромторга, естественно, сейчас заинтересовано ведомство в том, чтобы поддержать пострадавшую отрасль, общепит тот же, те же АЗС и так далее.

Давайте послушаем наших телезрителей. Николай, Пенза, здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Николай.

Зритель: Здравствуйте. Алло, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас.

Иван Князев: Слушаем вас, Николай.

Зритель: Да вот пишут «Добрались до боярышника». Я считаю, если человек хочет пить, он напьется и боярышника, и все что угодно. Если человек не хочет пить, его ничем не заставишь. И насчет пива. Вот у нас в Пензе есть частная пивоварня в магазинах и все, но нет там такого народа уж больно сильно, чтобы все рвались пива напиться.

Убрали с заправок – правильно сделали, я сам шофер, люблю выпить, любил выпить, мне сейчас где-то 62 года. Ну я не пью, ну грамм 100 если я выпью за месяц, а то и того не выпью. То есть я что хочу сказать? А насчет боярышника... Раньше боярышник был очень высокого качества, сейчас я не знаю какого, конечно. Я не знаю...

Иван Князев: Мы тоже не проверяли.

Зритель: А?

Иван Князев: Мы тоже не проверяли.

Зритель: Ну да, не надо проверять, надо пить нормальные напитки, если хочешь.

Иван Князев: Спасибо вам, Николай.

Зритель: То есть я хочу сказать... Ага, и вам тоже.

Иван Князев: Да.

Тамара Шорникова: Вот и поговорили, да?

Иван Князев: Вот и поговорили.

Московская область пишет: «Ничего плохого в боярышнике нет, дешево и сердито». Саратов: «Пил и пью свою самогонку, водку пускай пьют богатые господа». А вот еще очень интересная SMS, Алексей Владимирович, смотрите, Пензенская область пишет: «Боярышник запрещай не запрещай, это индикатор уровня жизни», – вот видите, как наш телезритель написал.

Тамара Шорникова: Дополняет его телезритель из Оренбургской области: «Стресс, страх, беспредел цен – причины боярышника».

Иван Князев: Ага.

Алексей Куринный: Ну, мы об этом же и говорили, что это заменитель, это просто дешевый заменитель спирта. Его трудно купить в магазине, но в аптеке его можно купить легко, к тому же есть специальные...

Тамара Шорникова: Ну так, соответственно, насколько эффективны любые запреты в данной части? Вот нам телезритель уже сказал, что человек, который хочет, найдет в любом случае.

Алексей Куринный: Здесь есть разные подходы. Есть люди с устоявшейся психикой, 40–60 лет, уже какая-либо пропаганда, скажем так, не особо эффективна. А вот для молодых людей, для тех, кто сегодня ходят на спортивные стадионы, которым пропагандируется, что пить пиво здорово, что пить пиво модно, или когда эта реклама у нас появляется под видом безалкогольного пива, но мы прекрасно понимаем, что это такое, на центральном телевидении такой хитрый обход, или когда другим способом призывают, это действует четко на психику. Это формирует у молодого поколения ощущение необходимости, важности, безопасности этого пития, хотя, повторяю, это абсолютно понятный яд, который опасен для любого общества. И культуру воспитывать надо, но культуру мы воспитаем, я думаю, через одно поколение, хорошо если культура пития будет в более-менее адекватных рамках воспитана.

А запретные меры, да, непопулярны, я согласен, да, встречаются с ожесточением. Но к сожалению, без них в рамках вот этого перегиба в Российской Федерации, в рамках колоссального потребления алкоголя и его вреда для здоровья, для общественного здоровья, создающего нагрузку в том числе и на систему здравоохранения… У нас, наверное, около 25% системы здравоохранения, ее ресурсы сегодня тратятся на то, чтобы бороться с алкоголизмом и его последствиями, в том числе в стационарной и амбулаторной форме, это колоссальные средства.

Иван Князев: Ага.

Алексей Куринный: Я уж не говорю про продолжительность жизни, про те ценности, которые поставлены в том числе в указах президента и в государственной политике. Без борьбы с алкоголизмом, без, скажем так, воспитательной работы мы их не достигнем, я абсолютно в этом убежден.

Тамара Шорникова: Давайте вместе еще один телефонный звонок послушаем, узнаем мнение Галины из Кургана. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Галина.

Зритель: Здравствуйте.

Вы знаете, у вас тема «Добрались до боярышника». У нас в Курганской области, мы граничим с Казахстаном, вы знаете, водка идет рекой, просто потоками. Допустим, она... Вот пол-литра у нас...

Алексей Куринный: Она дешевая.

Зритель: ...двадцать рублей. Дешевая, да, дешевая водка, и у нас сосед просто ею упивается. Как жить с такими людьми рядом, вот как? Они разрешают вот это вот все продавать, милиция их штрафует на копеечные, вообще просто копейки платят. И дальше как будет? Как жить нам, простым людям? Они ходят попрошайничают на этот боярышник, дай-дай, ну мы тоже не миллионеры, вот еще и приставалки вот такие вот. Как с ними жить, с этими людьми? В милицию обратишься, ну говорят, ну не давайте, я говорю: да мне с чего давать-то им? Ну вот как жить?

Тамара Шорникова: Галина, а ваше мнение хочется узнать, как государство должно вести себя, какие меры должно принимать?

Зритель: Ну, по крайней мере я считаю, что раньше участковые этим занимались. Мне 40 лет, я как бы пожила при Советском Союзе, пусть маленько, но я просто знаю, участковые занимались ими. Наш участковый ну так, как-то сквозь пальцы, пожурил, поулыбался и дальше пошел, как говорится. Я считаю, что полиция должна все равно жестче какие-то законы к ним применять.

Раньше была статья о тунеядстве, вот я ему говорю: ты, говорю, хоть где-то будешь работать? Он говорит: «А мне это не надо». Вот как? И идет опять же у нас соседей мучает, и занимает, и так далее. Ну вот как? И как этот поток с Казахстана остановить? Ладно у нас тут свой боярышник, так еще и отсюда идет. Вот такая вот проблема у нас существует.

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам, Галина, за ваши вопросы и за то, что вы рассказали.

Алексей Владимирович, если вкратце, у нас не так много времени, как можно сформулировать вот сейчас государственную политику в вопросах алкоголя? Какая она должна быть? Какая вот будет, на ваш взгляд, идеальная модель, может быть? Со скольких продавать, где, что, как делать?

Алексей Куринный: Во-первых, она должна быть последовательной, она должна быть системной, я повторяю, это и действия воспитательного характера, это и пропагандистское постоянное влияние о вреде алкоголя, о, скажем так, наоборот, полезности, модности жизни без алкоголя, с минимальным его употреблением, спортивной жизни. Это медленная, длительная политика, вы сами понимаете, за 1, за 2, за 3 года добиться какого-то успеха не получится, но мы ее результаты уже, считайте, 5–7 лет назад, еще недостаточно интенсивной, сейчас видим, снижается...

Иван Князев: А ограничение или не ограничение?

Алексей Куринный: Ограничения необходимы точно так же, это опыт многих стран, непопулярные, да, я повторяю. Возможно, наши сегодня алкогольные вот эти разделы выводить в отдельные магазины, это тоже было предложение соответствующее, как это есть в Швеции, например, в Финляндии со схожими климатическими условиями и схожими такими моделями потребления алкоголя, это тоже дополнительное ограничение. Возможно, повышение возраста, с которого можно приобретать алкоголь, до 21 года, и такой законопроект сейчас внесен, он рассматривается. Это те меры, которые сегодня должны быть в обязательном порядке государством применены.

Ну и второй момент – это то, о чем говорила только что телезрительница: конечно, бросать на произвол судьбы тех людей, которые опустились, которые сегодня страдают алкоголизмом, которые, собственно...

Иван Князев: Вот-вот, вот как раз третий момент – это медицина, медицина в плане алкоголизма.

Алексей Куринный: ...проблему остальным нельзя, ни в коем случае нельзя. Безусловно, это должно быть лечение, это должно быть внимание, причем не просто медицинская проблема, это социальная проблема, сами понимаете.

Иван Князев: Да.

Алексей Куринный: Можно пролечить человека от алкоголизма, но, если его не поместить в нормальную социальную среду и обеспечить его работой, соответствующим надзором, он опять свалится в эту же яму. И к большому сожалению, 10% сегодня, около 10% населения как раз потребляют этот боярышник, они склонны к алкоголизму, многие болеют этим самым алкоголизмом, они создают проблемы, они источник преступности, они источник различных бед для всех остальных, и не замечать их государству сегодня, вычеркивать их из своих программ ни в коем случае нельзя. Это второе направление.

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам.

Тамара Шорникова: Да, Алексей Куринный, член Комитета Государственной Думы по охране здоровья, кандидат медицинских наук, был с нами на связи.

Посмотрим видеоматериал, мы спросили: «Как вы относитесь к продаже алкоголя в парках, на заправках»? Отвечали жители Омска, Владивостока и Казани.

ОПРОС

Тамара Шорникова: Да, горячая тема.

Иван Князев: Ага, мы тоже тут за кадром обсуждаем.

Тамара Шорникова: Мы тут обсуждаем в кадре и за кадром.

Подключим еще одного эксперта – Михаил Смирнов, главный редактор портала «Алкоголь.ру».

Иван Князев: Здравствуйте, Михаил Юрьевич.

Михаил Смирнов: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да, алло, слышно?

Михаил Смирнов: Да, слышно вас отлично.

Иван Князев: Ага.

Тамара Шорникова: Есть контакт, да, хорошо.

Итак, что касается, во-первых, тяги нашей страны к вот такому странному заменителю алкоголя, суррогату в виде разных настоек и так далее – вы фиксируете какой-то такой рост?

Михаил Смирнов: Ну, вы знаете, это абсолютно известная вещь: как только усложняется, удорожается официальный алкоголь, резко возрастает потребление суррогатов. В данном случае боярышник – это суррогат алкоголя, он просто дешевле, и его покупают. Так что тут вопрос-то не такой уж, не такая уж большая проблема. Фиксировать как? – как подорожал алкоголь официальный, как ужесточили правила его продажи, значит, соответственно, ждите роста потребления суррогатов, все.

Тамара Шорникова: Нет, как и почему человек тянется за таким, в общем и целом понятно, просто у вас тоже своя аналитика, свои специалисты, свои агенты в разных регионах, соответственно, которые могут подтвердить или опровергнуть картину. Стоит бояться или нет, это тенденция или нет?

Михаил Смирнов: Нет, вы знаете, если... Боярышник просто в данном случае, настойка боярышника... Настоек вообще алкогольных много. В крайнем случае вы не забывайте, что есть самогоноварение, есть подпольное производство водки, кстати поддельной, его достаточно много. Но боярышник по крайней мере проверен медициной, там не метиловый спирт в аптеке, там не отравишься по крайней мере.

Иван Князев: Ну, был и метиловый, помните ту историю с Иркутском, когда потравились там все.

Михаил Смирнов: Нет, метиловый спирт в данном случае в истории с Иркутском – это жадность и плохая учеба в школе. Купили, значит, несколько бизнесменов бочки с надписью «Спирт» и решили, что спирт спирт и есть, а чем этиловый от метилового отличается, они просто тупо не знали.

Иван Князев: Ага.

Михаил Смирнов: Ну и по большому счету это вот такая вещь. Это неизбежно, понимаете, поскольку закручиваются гайки официальной торговли, то подпольный рынок развивается активнее, ну это во всем мире.

Тамара Шорникова: Да. О мерах, как бороться, нужно ли вообще бороться, поговорим сразу после звонка. У нас Сергей, Белгородская область. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Сергей.

Зритель: Да, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Ваше мнение?

Зритель: Мое мнение тоже с вашими экспертами совпадает. В крайности не нужно бросаться, запрет, скажем, полный либо продажа. Нужно поступательно, действительно, в этом направлении действовать, запретить, например, как и было, в спортивных учреждениях, еще там в общественных каких-то местах, где особенно дети.

Ну а то, что пьют этот, скажем, боярышник, ну от этого никуда не деться. Алкоголь дорогой, например. Я, например, дома потребляю только свое, я совсем не алкоголик, ну просто, знаете как, иногда на праздник или еще по какому случаю...

Тамара Шорникова: Мы вам верим, верим, Сергей.

Зритель: Вот… Да нет, можете и не верить. Смысл в чем? Не только то, что он дорогой, но в магазинах мне даже, знаете, он не нравится.

Тамара Шорникова: Понятно, да.

Зритель: Довольно-таки похабно сделано. Но опять же скажу, что те, кому нужно, они будут пить все что угодно, они найдут где угодно.

Иван Князев: Понятно.

Зритель: А еще что хотелось бы добавить, зрительница у вас выступала, что полиция... Вот сейчас в некоторых местах они довольно-таки лояльны к этому. У нас вот много мест, где продают подпольную водку, и никакой реакции со стороны правоохранителей.

Тамара Шорникова: А места, в общем-то, общеизвестные всем, да?

Зритель: Хорошо бы с них спрашивать, вот и все. Так что никакой катастрофы я в этом не вижу.

Тамара Шорникова: Ага.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Спасибо, Сергей.

Иван Князев: Спасибо вам, Сергей.

Михаил Юрьевич, вот мы с предыдущим экспертом в принципе поговорили о модели алкогольной политики, выяснили, что в принципе нужно заниматься пропагандой здорового образа жизни и культурой пития. Мне кажется, что вы как главный редактор портала «Алкоголь.ру» только с этим согласитесь, а что вы скажете по поводу различных запретов не запретов, перегибов не перегибов?

Тамара Шорникова: Повышение возраста, расширение границ, свободных от продажи алкоголя, скажем так? Что это?

Иван Князев: Ваши аргументы хотим услышать.

Михаил Смирнов: Да пожалуйста. Значит, ситуация такая: ограничения нужны, без вопросов. Торговля несовершеннолетним должна быть запрещена, ограничения по времени тоже вполне реальны, вполне полезны.

Но когда начинается дальше, когда, извините, 18-летие передвигается до 21 года, не зная, почему в 21 год выбрано в некоторых странах... А он выбран не по поводу здоровья, он выбран потому, что в 21 год там наступает совершеннолетие, то есть ты можешь управлять своей собственностью, заодно прицепили возраст приобретения алкоголя. Но нужно понимать, что в тех же США огромное количество студентов, которым нет даже 18 лет, напиваются там в хламину. Финляндия, где действует официальный..., всего 500, по-моему, там магазинов есть, которые продают алкоголь официальный, но Финляндия давно стала самогонной страной.

И в принципе, если дальше пойдут вот эти неразумные ограничения, это приведет к тому, что наша страна станет самогонной страной и подпольщики скажут спасибо. Потому что, вот смотрите, бутылка водки сейчас стоит официально где-то в районе 270–300 рублей, ну более-менее водка, а, скажем, привезенная из того же Казахстана продается по 150. Или, предположим, поддельная водка продается по 150, а выглядит так же, этикетки те же самые, наклейки те же самые. Естественно, народ купит за 150, понимаете?

Кроме того, нельзя делить, знаете, широкими мазками, что российский народ пьет. Российский народ – это целая цепь разных социальных групп, разных потребляющих, и с каждой нужно работать. А по поводу культуры потребления я скажу, что это абсолютно нужно. Любой продукт требует инструкций по правильному потреблению. Когда вы покупаете машину, вы заканчиваете обучение вождению машины, а когда вы покупаете алкоголь, вы не знаете, что с ним делать. Вот, например, вы знаете, что водку больше порциями, чем 25 граммов, ну не стоит пить, и не больше 3–4 рюмок? А в основном все упирается...

Иван Князев: Возьмем на вооружение, Михаил Юрьевич.

Смотрите, то, что наш телезритель пишет из Краснодарского край: «Раньше в парках продавали вино и коньяк, и это было нормально».

Михаил Смирнов: Нет, я считаю, что в принципе в парках и прочих делах надо разрешать пиво и слабоалкогольные напитки, потому что тяжелый алкоголь, крепкий алкоголь – это все-таки для какого-то замкнутого потребления. Понимаете, я, например, не вижу большой проблемы пива, предположим, в тех же парках. Понимаете, на тот же самый футбол люди приносят пиво, но уже в себе: они до этого, значит, «набираются», а потом идут на футбол – что это изменяет? Да ничего. А тут по крайней мере продажа будет под приглядом государства, государство получит дополнительные деньги, ну чем это плохо?

Тамара Шорникова: Да, мнение понятно, спасибо большое. Михаил Смирнов, главный редактор портала «Алкоголь.ру».

Буквально две SMS под занавес, наверное. Самарская область: «У нас продают фанфурики... официально как антисептик, покупают и пьют из-за нищеты». И Ямало-Ненецкий: «Пока алкоголь на заправках и в парках выгоднее продавать, чем те же соки, проблему не решить».

Иван Князев: Это точно.

Скоро продолжим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Минпромторг снова хочет отпускать пиво в парках, в Минздрав предложил не продавать до 11. Что происходит с алкогольной политикой?