Продукты дорожают...

Продукты дорожают... | Программы | ОТР

Почему выросли в цене сезонные овощи и фрукты - урожай не оправдал ожидания или продавцы сговорились?

2020-09-14T14:21:00+03:00
Продукты дорожают...
Многоэтажный самострой. Белоруссия и «раскол» Европы. Налоговое бремя. Корабли-призраки и частный космос
Самострой обернулся самосносом
«Мы всё, что могли, потеряли! За что мы провинились в этой стране?!». Сюжет из Краснодара о погорельцах самостроя и обманутых дольщиках
Инаугурация по факту. О необычной церемонии вступления Лукашенко в должность президента Белоруссии
Михаил Любимов: Ситуация очень тревожная, прежде всего из-за роста национализма. Мы движемся к миру, какой был перед Первой мировой
Бюджет повышенных соцобязательств. Расходы на социальные нужды увеличат почти вдвое
Отопительный сезон: одни мёрзнут, у других батареи раскалены... Почему каждый год так?
Частный космос
Лишние налоги: государство слишком много берёт с бизнеса и населения?
Что хотят читать дети?
Гости
Петр Шелищ
председатель Союза потребителей России
Андрей Карпов
председатель правления Ассоциации экспертов рынка ритейла

Тамара Шорникова: Новая тема. Урожай собираем, но цены растут: в России несмотря на сезон подорожали помидоры и огурцы, резко выросли цены на арбузы и дыни. В августе в России средняя цена на огурцы выросла на 14%, томаты подорожали на 13% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. И не только они, в этом году овощей и ягод в принципе меньше, они стали дороже.

Иван Князев: Плюс ко всему подорожала овсянка, у экспертов есть опасение, что вырастет в цене еще и подсолнечное масло. Что еще? И вообще каковы основные причины роста цен на продукты? Будем выяснять вместе с нашими экспертами, чтобы понять, к чему готовиться в будущем, в конце концов.

Ну и, конечно же, хотим вас попросить, уважаемые телезрители, звоните и пишите нам, расскажите, что с ценами у вас в регионе, что подорожало, чтобы мы вот как-то вместе смогли собрать общую картину и посмотреть.

Тамара Шорникова: Уже начали писать. Челябинская область: «Ржаной хлеб, 200 граммов, подорожал сразу почти на 4 рубля». И сообщение из чата нашего телеканала: «Конечно, подорожание заметили, сахар 39 рублей».

Иван Князев: Что еще и почему так происходит, попытаемся выяснить вместе с Андреем Карповым, председателем правления Ассоциации экспертов рынка ретейла. Здравствуйте, Андрей Николаевич.

Андрей Карпов: Здравствуйте.

Иван Князев: Андрей Николаевич, что нам еще ожидать в плане увеличения цены, на какие продукты? Что вы сейчас уже отмечаете? Ну и давайте причины все-таки обозначим.

Андрей Карпов: Ну, наверное, основные товары вы уже обозначили, это овощи, это овес, это сахар, это подсолнечное масло, вообще подсолнечник. На эту группу товаров цены за последний период времени выросли.

Почему это происходит? Ну, где-то мы имеем просто биржевой товар, соответственно, спрос в целом в мире увеличивается. Сахар, подсолнечник – это биржевой товар. Россия достаточно много подсолнечного масла поставляет в другие страны, соответственно, при увеличившемся спросе, при уменьшившемся курсе рубля, соответственно, это тоже оказывает свое давление и на те цены, которые у нас складываются в России.

На овощную группу товаров опять же такая сложилась не очень хорошая ситуация с погодой, мы все помним, либо затяжные дожди, либо засуха, соответственно, это отразилось на урожае. То же самое абсолютно и овес, и другая группа товаров. Поэтому на рынке достаточно уменьшилось предложение товара, и уменьшившееся предложение, соответственно, спрос увеличивается, и цены начинают расти.

Тамара Шорникова: Если говорить по прогнозам, чего ждать в ближайшее время?

Андрей Карпов: Ну, прогноз неблагоприятный, мы и дальше будем с вами видеть увеличение цен. Вот сейчас время как бы сезонной продукции, соответственно, когда закончится отечественная продукция, начнет больше преобладать импортная продукция, а мы опять же видим изменение курса рубля и, соответственно, понимаем, что это же будет транслироваться и в цену импортного товара.

Тамара Шорникова: Если говорить о тех самых биржевых продуктах, которые вы называли, в том числе, например, подсолнечное масло, как это государство в данном случае регулирует? Квотирует ли то, что мы вывозим за рубеж и то, что оставляем у себя на рынке, чтобы у нас, здесь, внутри цена не росла?

Андрей Карпов: Вы знаете, пока вот прямо сейчас такого нет. Очень часто по зерну есть такое регулирование, оно не совсем явное, скажем так, не всегда здесь на грани какого-то даже закона, я бы сказал, все происходит, обычно то вдруг вагоны исчезают, то вдруг причальные сооружения закрываются на ремонт, то там еще с судами какая-то проблема, это если в части зерна.

В части подсолнечника пока такой ситуации не было, и надо не забывать, что, в общем-то, многие производители связаны в том числе и какими-то контрактами с зарубежными поставщиками, соответственно, на них это тоже найдет свое отражение. Но то, что государство в случае, если действительно масло начнет как-то очень значительно изменяться в цене, государство, скорее всего, как-то вмешается в этот процесс.

Тамара Шорникова: Я понимаю, что это, наверное, такие по большей части экстраординарные меры, все-таки вмешательство государства в продажу каких-то товаров и так далее. Просто и время сейчас тоже такое в определенной степени экстраординарное, многие нам пишут о том, что «денег становится меньше, экономим на всем». Вот сообщение от телезрительницы: «Продукты покупаем по акциям, денег нет», – ну и так далее, таких сообщений много, сложная экономическая ситуация у многих семей, соответственно, хочется и такой поддержки от государства тоже, вот в этом смысле.

Давайте послушаем мнение телезрителя. Вера из Бурятии, здравствуйте.

Зритель: Звук убери вообще, звук.

Тамара Шорникова: Вера, вы с нами?

Зритель: Звук убери... Да-да-да?

Тамара Шорникова: Да, слушаем вас.

Зритель: Добрый вечер. Я, Труш Вера Тарасовна из города Северобайкальск, это Бурятия у нас, само слово говорит, север Байкала.

У нас вообще все дорожает. У нас и хлеб подорожал только из-за того, что, нам объясняют, теплоэнергия вот эта подорожала. Я уж не говорю за овощи и фрукты. У нас население всего на сегодняшний день 24 тысячи, и привозят нам все из Красноярска как бы, из Новосибирска, арбузы по 50–60 рублей килограмм, на дыни вообще очумелая цена, детей не накормишь, и как-то... Как-то все сильно дорого, и мясо дорогое, а о колбасе вообще говорить даже не хочется. Главное, было бы еще качество, за что ты платишь.

Тамара Шорникова: Да, спасибо вам за ваше сообщение.

Вот когда ощущение такое, что все дорого, кто-то проверяет, я сейчас не имею в виду ФАС, который там какие-то вопиющие подорожания рассматривает, но вообще, в принципе можно же, наверное, под шумок так тоже: «Ну, все дорожает, время такое, и это тоже поднимем немного в цене? Мы там где-то были закрыты, что-то там не работало, еще что-то...»?

Андрей Карпов: Вы знаете, в тех регионах, где есть конкуренция, все-таки на самом деле сложно достаточно поднимать цены, просто в противном случае либо, если поднимать все, то это, в общем-то, уже сговор, там начинает действовать ФАС, а если поднимает один участник рынка, то у других есть возможность переманить клиентов в свою страну. Поэтому, как правило, организованная торговля изменяет цены в том случае, когда уже действительно поставщики начинают все требовать изменения цен в силу опять же того, что они уже сами не могут опять же их удерживать. Поэтому эта цепочка обычно взаимосвязана: когда наступает период повышения цен, когда цены поднимают уже все, соответственно, эта стоимость начинает отражаться на конечной полке.

Иван Князев: А мне вот интересно, а продавцам, ретейлерам вообще какая политика больше выгодна? Просто наши телезрители пишут, что вот покупают продукцию, например, только по акциям, – продавцу выгоднее бесконечные вот такие вот проводить, я не знаю, маркетинговые ходы, различные акции и так далее, либо проще, может, действительно продавать дешевле, чтобы спрос был больше? Потому что рано или поздно просто люди перестанут покупать.

Андрей Карпов: Как правило, акции проводятся вместе с поставщиками, соответственно, маржинальность или снижение маржинальности делится между поставщиком и торговой организацией, и акции сделаны для стимулирования покупок, для того чтобы приманить, для магазина это приманивание трафика потребительского в магазин, для производителя это повышение продаж собственного товара. С учетом того, что крупные производители и крупные торговые сети работают с оборота, им выгоднее в принципе, чтобы как можно больше товара продавалось, потому что они зарабатывают именно на большом трафике, на большом количестве покупателей.

Поэтому магазинам важно, чтобы в принципе люди приходили, чем больше тем лучше, поэтому задачи по поднятию цен нет, потому что поднятие цены – это фактически уход в какую-то средний ценовой сегмент, премиальный сегмент, и сужение той группы покупателей, которые могут прийти в этот магазин.

Иван Князев: Но они вместе с поставщиками могут как-то ситуацию удержать, чтобы цены не росли? Ну не знаю, может, как-то договариваться между собой, искусственно как-то ее сдерживать?

Андрей Карпов: Ну вы знаете, искусственно опять же это просто невозможно, потому что снижение маржинальности в какой-то цепочке влечет за собой, значит, необходимость ее компенсировать в другой какой-то части. Как мы раньше слышали, вы давайте, мол, где-то на яйцо сделайте дешевле, а где-то там на другой коньяк сделайте дороже. На самом деле те цены, которые мы видим на прилавке, они тоже выверяются, значит, соответствующими службами с точки зрения именно покупательной способности. Поэтому сам по себе бизнес не может компенсировать те издержки, которые есть.

Мало того, что надо констатировать, что изменение цен на полке все-таки происходит гораздо меньше, чем, например, изменение курсовой стоимости, и несмотря на то, что у нас там какая-то продукция локализована, какая-то продукция чисто российская, все равно достаточно много составляющих, импортных составляющих, каких-то ингредиентов, которые влияют на конечную стоимость товара, даже произведенного внутри России.

Тамара Шорникова: Еще SMS, Саха (Якутия): «Виноград 550 рублей за килограмм, картофель 180–200, колбаса и сыр по 1 000, яйца подорожали на 45 рублей со 140 рублей до 195 рублей за десяток».

Иван Князев: Архангельская область у нас на связи, Валентина дозвонилась. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Продукты дорожают. Я бы хотела сказать, что нас, русских, все равно не загонишь в какой-то дальний угол. У меня муж нарастил тыквы, помидоры, огурцы, кабачки, картошка, морковь, держим свою корову, молоко, творог, яички свои, курицы свои. Хлеб подорожал с 34 до 38, песок с 31 рубля до 35–39.

Тамара Шорникова: Ага.

Зритель: Масло растительное с 57 до 82 и 112 рублей. Колбасы не берем, мясо свое, вот так. Так что мы будем, русские, мы держимся, пока мы живы, будем все растить. Ну что, пускай дорожает.

Тамара Шорникова: Да, Валентина, спасибо вам за вашу такую крепкую позицию, здорово.

Кстати, вот хлеб упоминала Валентина в своем перечне продуктов, которые подорожали, многие телезрители наши также пишут о нем. И вот отметила себе сообщение из Чувашии, хотела его зачитать... Там говорилось о том, что погода стояла хорошая, хлеб собрали... Да, вот: «Хорошая была погода, зерна у нас в Чувашии собрали много, а цена на хлеб растет. Не юлите, эксперты, – предупреждает наш телезритель, – капитализм, вот это все, все отправят куда-то, наживутся сами, а местное население ест привозное и дорогое». Ну, понятно, наверное, что тут как бы есть экспертные мнения, есть зрительские, но тем не менее с хлебом что? Очень многие отмечают его подорожание, хотя при этом кажется так обывателю, что погода нормальная для хлеба стояла...

Иван Князев: …и урожай хороший был.

Андрей Карпов: Вы знаете, где-то, действительно, погода была нормальной, где-то все нормально с урожаем. Но давайте не забывать, что мы выстроили даже глобальный рынок в рамках отдельно взятой России, и у нас, соответственно, товар спокойно может перемещаться из одного субъекта в другой субъект Российской Федерации. Соответственно, там, где все с урожаем хорошо, там, где получилась себестоимость товара, например той же самой муки, ниже, то ничто не мешает эту муку отвезти в тот регион, где спрос на нее более высокий, соответственно, ее можно продать просто более дорого.

Соответственно, вот эти вот законы рынка, в общем-то, играют достаточно сильно, поэтому это не значит, что кто-то сейчас сделает запас в отдельно взятом регионе по более низкой цене и будет из этой муки делать хлеб по опять же низкой цене. То есть бизнес ищет там, где можно заработать, соответственно, если есть возможность отвезти в тот регион, где спрос будет больше, он отвезет его в другой регион, благо что не нужны какие-то дополнительные документы у нас для перемещения товара внутри России и тому подобное. Соответственно, вот это вот мы с вами такую картину и наблюдаем, то есть опять же соседние регионы друг с другом общаются...

Точно так же на самом деле и в сетях построен сам по себе бизнес: если сети пытаются в конкретно взятом регионе продать товар дороже, то сеть везет этот товар из другого региона. Правда, часто обычно от губернаторов слышны потом претензии, «что это вы везете яйцо из соседнего региона, у нас-то яйцо тоже хорошее». Но это вот проблема именно в том, что сеть тоже ищет, где можно купить дешевле, соответственно, в этот момент, может быть, как раз сеть закупает ту же самую муку в том регионе, где себестоимость зерна ниже, мука ниже, соответственно, эта самая мука реализуется по более низкой цене в магазинах конкретной сети.

Иван Князев: Спасибо большое. Андрей Карпов, председатель правления Ассоциации экспертов рынка ретейла, был с нами на связи.

«Пачка чая стоит дороже бутылки водки, почему?» – спрашивает наш телезритель из Ленинградской области. Омская область: «Все дорожает, очень дорогие яблоки в этом году». Дополним картину того, что подорожало в разных регионах, у нас есть обзор из Камчатки и из Волгограда, давайте посмотрим.

СЮЖЕТ

Иван Князев: Рязань: «Морковь 40 рублей, лук 30, яблоки 120, картошка 30. Ужас! И это все выращивают в России». Из Оренбургской области пришла SMS: «Хлеб был 28, стал 36 рублей». Тут знаете, уважаемые телезрители, Союз потребителей России предложил ввести новые ценники в магазинах. На них планируется указывать стоимость не только упаковки, но и единицы веса или объема, например литры или килограммы. Это должно помочь, как считают в Союзе потребителей, снизить цену, наверное.

Тамара Шорникова: Это должно помочь разобраться, что выгоднее покупать как минимум.

Иван Князев: Ну да.

Тамара Шорникова: Потому что иногда из-за тары не очень понятно, что в итоге дешевле, если сравнить конкретно в граммах или в миллилитрах. Давайте разбираться с одним из авторов инициативы – Петр Борисович Шелищ, председатель Союза потребителей России, я бы сказала, главный инициатор. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Петр Борисович.

Петр Шелищ: Здравствуйте.

Иван Князев: Расскажите поподробнее об этой инициативе. Вот Минпромторг, как сообщается на сегодняшний день, пока не поддерживает идею двойных ценников. Как думаете, почему?

Петр Шелищ: Ну, это вообще не наше изобретение, это уже довольно давний европейский, американский опыт. То есть вообще в подавляющем большинстве развитых стран производители ничем от наших не отличаются, они тоже пытаются в ожесточенной конкуренции любыми средствами привлечь покупателя, в том числе и, не меняя цену поставки, сокращают при этом объем или вес того, что в упаковке, цена за которую стоит на ценнике, находится. И для того чтобы их от этого отвратить и помочь потребителям разумно выбирать, введены были законодательно такие обязанности продавцов указывать помимо цены за упаковку также, обычно это делается мельче и пониже в ценнике, и цену за единицу веса или объема того, что упаковано.

Тамара Шорникова: Если говорить о, в общем, перспективах этой инициативы? Вот действительно говорили о том, что ведомство не поддерживает, Минпромторг. Есть ли шанс, что такие двойные ценники появятся во всех магазинах, потому что в некоторых они сейчас уже встречаются, в некоторых супермаркетах?

Петр Шелищ: Да, и это супермаркеты европейских сетей, и мы это видим, и я рассчитываю... Ну, власти у нас вообще, так сказать... Знаете, кто-то говорил, что в России чтобы увидеть плоды трудов своих или результаты предложений, надо жить очень долго. Власть не очень любит принимать то, что не от нее исходит. Но я надеюсь, что наши ведущие торговые сети оценят возможность введения таких ценников как конкурентное преимущество, привлекающее покупателей.

Тамара Шорникова: Да. Петр Борисович, а как вы назвали бы, какие основные назвали бы хитрости, на которые сейчас идут производители? Что мы не замечаем, когда берем тот или иной продукт на полке? И от чего нас может отвратить, отвести двойной ценник?

Петр Шелищ: Да особой хитрости в этом нет. Вот смотрите, если мы привыкли к тому, что, не знаю, молоко, сок, кефир, какие-то молочные продукты или сливочное масло всегда, мы многие годы покупали их в одного вида упаковке и она была всегда килограмм, или для масла 200 граммов, или литр, то мы зачастую не замечаем, что кто-то поставил уже вместо, уже написал он честно, только мы не очень смотрим на это, что там уже не 200 граммов, а 180 граммов, а теперь уже и 150 у кого-то, граммов масла, а в бутылке с молоком или с квасом не литр, а 950, а у кого-то еще меньше, и банка пива уже не 0,5 литра, а 400 с чем-то граммов.

И когда кто-то получает с этого то, что называется на языке закона неосновательным обогащением, переманивания потребителей, в общем-то, недобросовестным таким способом, то другим производителям приходится делать то же самое, они не хотят терять. А продавцов власти всех уровней, ну вот все эти федеральные и региональные власти соответствующего уровня всегда ругают, когда у них растут цены, поэтому они заинтересованы, чтобы на ценниках цифры не менялись, ну это вот самый простой способ. А жизнь-то заставляет, себестоимость-то растет. Вот сейчас у нас...

Вот вы только что обсуждали с Андреем Карповым, почему растут цены. Понятно же, на первом плане у нас изменение курса рубля, мы очень зависим от импорта, даже в отечественной продукции продовольственной масса чего импортного, чтобы она попала на прилавок, и это одна сторона дела. Другая сторона дела – больше мы не производим. Вот ваша зрительница говорила о том, что мы, русские, все выдержим, что все для себя она сама, вот натуральное хозяйство, – так у нас, действительно, больше 3/4 овощей и картофеля производят в собственных хозяйствах.

Иван Князев: Ну потому что других способов-то нет все-таки выжить, питаться-то чем-то надо, а на ценники иногда в магазинах лучше не смотреть.

Петр Шелищ: Питаться...

Иван Князев: Мало того, что там если не обманут, если они не растут, так обманут в другом, недольют, недосыпят, что называется.

Спасибо вам большое. Петр Шелищ, председатель Союза потребителей России, был с нами на связи. Говорили о росте цен на продукты, что нам ждать в будущем и почему.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (1)
Непутин
У правительства и ВШЭ экономика восстанавливается, а не деле идёт глобальный кризис. Все пытаются отжать прибыль с нищего населения, но это долго не продлится. Песец всем.