Не хочу, чтобы ребёнок стал блогером... О какой работе для своих детей мечтают россияне?

Не хочу, чтобы ребёнок стал блогером... О какой работе для своих детей мечтают россияне? | Программы | ОТР

И почему большинство не хотят, чтобы их дети и внуки пытались стать звездами интернета?

2020-09-28T13:35:00+03:00
Не хочу, чтобы ребёнок стал блогером... О какой работе для своих детей мечтают россияне?
Помощь бедным. Мусорная чехарда. Пенсионеры и пенсии. Пьяные водители. Вредная соль. Заготовки на зиму. Рубрика «Промышленная политика»
Как помочь бедным? Правительство предлагает новый порядок учёта и поддержки малоимущих
Мусорная чехарда. Почему россияне не замечают положительных изменений в утилизации бытовых отходов?
Как нарастить пенсию до прожиточного минимума?
Достижения и проблемы российского машиностроения
Россияне всё реже делают домашние заготовки
Что консервируете? Сюжет о зимних запасах сибирских хозяек
ТЕМА ДНЯ: Как справиться с бедностью
В Госдуме предложили маркировать продукты с высоким содержанием соли
Выпил – отдавай машину
Гости
Татьяна Иванова
генеральный директор агентства influencer-маркетинга Hello blogger
Нина Нестеренко
менеджер по внутренним коммуникациям и бренду работодателя сервиса Работа.ру
Константин Павлов
видеоблогер, автор YouTube-канала

Иван Князев: В эфире «ОТРажение», мы продолжаем. В студии Тамара Шорникова...

Тамара Шорникова: ...и Иван Князев.

Они зарабатывают миллионы, ничего не делая. Вообще, судя по фотографиям, они либо едят, либо на курорте где-то отдыхают, так часто говорят про блогеров. Не работа, а мечта какая-то, да?

Иван Князев: Но при этом большинство россиян, оказывается, не хотят, чтобы их дети увлеклись этой мечтой. Вот ВЦИОМ недавно провел опрос, и 75% его участников заявили, что не хотят, чтобы их дети или внуки стали блогерами. При этом еще 14% участников опроса вообще не знают значение слова «блогер», ну так обозвать можно кого-нибудь.

Вот как люди объясняли свою позицию: это несерьезное, бесполезное занятие, и вообще блогер – это не профессия, в сумме почти 40% опрошенных так ответили. Еще 9% переживают, что их ребенок будет проводить слишком много времени в виртуальном мире. Личная жизнь на виду – это тоже минус, испортится человек, в этом уверены 7%, развиваться не будет.

Тамара Шорникова: О какой работе для своих детей, внуков вы мечтаете? Чтобы врачом стал, юристом, экономистом? Кем и почему? Считаете, что эти специалисты лучше зарабатывают, например, или проще будет потом найти работу? Ждем ваших звонков. И также просим звонить студентов, молодых специалистов, как выбирали свою профессию, что от нее ждете. Потом, значит, сравним с оценкой экспертов, насколько оправданы эти ожидания.

Иван Князев: Ну а сейчас у нас на связи Константин Павлов, видеоблогер, автор YouTube-канала. Константин, здравствуйте.

Константин Павлов: Здравствуйте, здравствуйте.

Тамара Шорникова: Да. У вашего канала 2 миллиона подписчиков, по-моему, да, сейчас на YouTube?

Константин Павлов: Это один из каналов, да, мой канал 2 миллиона подписчиков, есть еще один канал, там около 3 миллионов подписчиков, есть еще один канал, там 1 миллион подписчиков, ну и так далее.

Тамара Шорникова: Ну то есть такой настоящий лидер мнений, инфлюенсер, как сейчас говорят?

Константин Павлов: Да, в какой-то мере можно и так сказать. То есть за 10 лет все-таки уже чего-то я, так скажем, в этом деле добился.

Тамара Шорникова: Десять лет, да?

Иван Князев: Константин... Да, я тоже хотел спросить, как вы докатились-то до такой жизни. Почему решили стать блогером?

Константин Павлов: Вот прямо нет какого-то однозначного ответа. Я работал на обычной работе, продавал телефоны, сидел смотрел интернет и думал, чем бы мне в интернете таким заняться, правда не знал чем. Ну вот появился там Макс100500, я посмотрел на него, думаю: «О, чем я хуже?» Взял, попробовал, ну и вот попробовал себе на голову, 10 лет уже этим занимаюсь.

Тамара Шорникова: А из 10 лет сколько лет это приносит вам доход? Когда зарабатывать этим стали?

Константин Павлов: Получается, около 9 лет. То есть как партнерка в России появилась, она где-то через полгода появилась после того, как я начал заниматься блогерством, и первый мой заработок был с партнерки 5 тысяч рублей. Тогда я понял, что, ага, с этого еще и зарабатывать что-то можно, это...

Иван Князев: «Партнерка» – это что такое? Просто не все наши телезрители понимают, о чем речь.

Тамара Шорникова: В теме, да.

Константин Павлов: Партнерка – это... Вот когда вы включаете YouTube, у вас появляется какая-то реклама. YouTube с этой рекламы делится с блогером доходом, вот.

Иван Князев: Ага.

Тамара Шорникова: А как это происходит? То есть вам позвонили откуда-то, сказали: «Константин, хотим, чтобы вы записали ролик про...»?

Константин Павлов: Нет, как это происходит в партнерке? Там все просто. Тогда вообще не было российской партнерки, мне написали из Америки, Брэндон, по-моему, его звали, и он мне предложил типа «подключайся к нам, будешь получать доход». Я начал получать с просмотров доходы. А если мы говорим о рекламе, там уже разные взаимодействия могут быть, то есть смотря что нужно прорекламировать. Поначалу мы рекламировали какие-то сайты, какие-то приложения, потом было все серьезнее и серьезнее, перешло на прямо большие, огромные, гигантские бренды... То есть, честно говоря, я, наверное, не смогу назвать бренд, с которым я не работал.

Иван Князев: Константин, а о чем рассказывает ваш блог, ваши блоги? Какую пользу они приносят обществу, людям, миру?

Тамара Шорникова: Я просто посмотрела некоторые ролики, и там, значит, вы там и депилировать пробовали, удалять от волос какие-то участки тела, по-моему, и оценивали, как кофе заваривать.

Константин Павлов: Да, последний, да, пробовал такие варианты. То есть, грубо говоря, быть полезным людям, проверить разные, например, кофеварки, разные методы заваривания кофе. Я пришел к определенным выводам, я их высказал в видео, что необязательно переплачивать огромные деньги за какие-то непонятные машины, за кофемашины, можно просто диспенсером воспользоваться, это в принципе я в своем видео рассказал. Люди воспользовались этим? – шикарно, нет – нет. Мне доставило удовольствие такое видео снимать.

Тамара Шорникова: Сейчас изображу еще одного популярного блогера Юрия Дудя: «Сколько получаешь?» У него один из самых популярных вопросов.

Константин Павлов: А-а-а, это сейчас мне был вопрос?

Тамара Шорникова: Да-да-да.

Иван Князев: Да-да-да.

Константин Павлов: Ой, слушайте, это просто крайне сложный вопрос в плане того, что у меня от месяца к месяцу по-разному. Ну, я полагаю, что в среднем где-то 300–500 в месяц, ну где-то очень в среднем.

Иван Князев: Триста-пятьсот тысяч рублей, уточним?

Константин Павлов: Да.

Иван Князев: Ну вот так вот, есть над чем призадуматься.

Тамара Шорникова: Да, и сразу много вопросов, но после вопроса от нашего телезрителя, послушаем Татьяну. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте.

Тамара Шорникова: У нас на связи Самарская область.

Зритель: Я из Самарской области вам звоню, да, Самарская область. Немножко эхо здесь по телевизору.

Я к движению блогеров отношусь плохо, объясню почему. У меня две внучки 10,5 лет, они постоянно сидят в интернете и обе мечтают стать блогерами. Но есть еще внук 3,5 года, который тоже на «ты» с компьютером. Он включает его запросто, компьютер, и задает, например... Хочет посмотреть мультики и говорит: «Окей, Google, мультики!» – и вместо мультиков мы получаем: «Привет, чуваки». Ну что это за обращение?

Я считаю блогеров людьми необразованными, я считаю, что они не дают никакого развития нашим детям. Сидит взрослый мужчина, играет в машинки – хорошо, он играет, занимается, но при этом надо послушать, что он говорит. Он разве говорит какие-то сказки, какие-то мудрые слова или стихи? Он не учит наших детей, и мне это неприятно. Я не хотела бы, чтобы мои внучки сидели как блогеры, согнувшись в четыре погибели, извините, потому что они за компьютерами сидят с круглой спиной, и вот это все выслушивали.

Иван Князев: Татьяна...

Зритель: Я бы хотела, чтобы мои дети... Да?

Иван Князев: Ну это же как бы, грубо говоря, в вашей прерогативе запретить своим детям, внукам, чтобы они много времени не проводили в интернете, это раз.

Зритель: Конечно.

Иван Князев: С другой стороны, но ведь это же развлекательный какой-то, как сейчас говорят, контент, это развлекательные программы, вы можете им советовать это смотреть, а можете даже запретить это делать, никто же не заставляет.

Зритель: Конечно, конечно, я бабушка, я могу запретить, если у меня внуки под надзором. А если родители у них на работе, бабушка далеко и дети целый день дома одни, они включают... Внучка включает, я подхожу, смотрю, там, да, блогерша рассказывает, как она рожала, – 10-летней девочке, наверное, очень интересно смотреть, как рожала блогерша.

Иван Князев: Так зачем 10-летняя девочка... У меня самый главный вопрос, почему 10-летняя девочка вообще имеет доступ к таким программам.

Зритель: А вот она всеми силами умудряется подключить телефон, имея даже запреты на интернет. Родители установили родительский контроль, но контроль этот не действует, она уже умеет его обходить. И мне интересно, есть ли у нас вообще цензура, кто-нибудь проверяет то, что говорят блогеры, как они общаются с детьми, на каком языке?

Тамара Шорникова: Да, спасибо.

Зритель: Потому что запретить, да, хорошо...

Иван Князев: Спасибо вам, Татьяна, спасибо.

Тамара Шорникова: Спасибо. Константин, есть какая-то цензура? Как вы общаетесь со своими подписчиками? И что заходит сейчас аудитории, как говорят, какие ваши видео пользуются наибольшим спросом?

Константин Павлов: Ну, цензура есть как бы, так вот я бы сказал, она есть. То есть в YouTube, естественно, ограничивают ролики, ставят 18+ некоторым роликам. Сейчас с каждым годом, при том что жестче и жестче это все становится, то есть лет 5–6 лет назад мы спокойно могли снимать почти любое видео, которое нам приходило в голову, и набирать там миллионы просмотров. Сейчас мы начинаем думать так же, как раньше, но уже не можем этого делать, потому что мы понимаем, что это видео заблочат, этому видео поставят 18+, а если поставят 18+, значит, ролик очень мало соберет просмотров. Поэтому да, цензура есть, но опять же такая она какая-то непонятная, очень выборочная и не относится прямо вот ко всем блогерам на 100%.

Тамара Шорникова: Ага. А какие ваши видео самые такие трендовые, популярные? Что сейчас хотят смотреть зрители?

Константин Павлов: Да люди всегда, естественно, им больше всегда интересно что-то более развлекательного характера. Сейчас идет такой в YouTube, как сказать, тренд, когда больше уже начинает заходить что-то более серьезное. То есть интервью, сейчас очень много стало интервьюеров, наверное, после Дудя, естественно, более серьезные шоу, прямо максимально похожие на телевизионные, то есть ты включаешь и не можешь понять, то ли это телевизор ты включил, то ли это YouTube. Раньше все было максимально просто, то, как вот я сейчас сижу, вот так все и было, а сейчас это прямо замороченные ролики, на которые тратятся, я сейчас даже не обманываю, по 2–3 миллиона за один ролик, например, Ивлеева примерно столько и тратит на одно свое шоу.

Иван Князев: Ага.

Константин Павлов: То есть все становится максимально серьезно. Поэтому сказать, что сейчас заходит, – да все, что в принципе хайпово, грубо говоря. То есть если произошло какое-то событие, ты смотришь, в тренде сейчас будут ролики, связанные с этим событием. В свое время я купил, по-моему, первый в мире купил машину с AliExpress, я прямо ее купил, мне ее сюда привезли, все, я ее показывал. Вот тогда это максимально зашло, так скажем, я был первым, в тренде в разных странах, в России, везде. То есть всегда все зависит от ситуации, которая сейчас происходит в мире, в России и так далее.

Тамара Шорникова: Да. Константин, у нас просто миллион SMS, смотрите. «Блогеры – это бездельники, они ничего стране не приносят», «Блогеры пускай грузчиками идут работать». Сколько часов вы работаете? Сколько вообще нужно времени на то, чтобы вести блог?

Константин Павлов: Тут, по-моему, однозначный ответ – это 24/7. То есть даже если я физически не работаю в данный момент, у меня все равно постоянно мозг работает...

Тамара Шорникова: Ну а что это? Взял телефон: «Эй, привет, чуваки!» – что в этом сложного?

Константин Павлов: Что-то типа такого, да. То есть со мной сложно быть семье, со мной сложно жить, со мной сложно общаться, потому что я могу просто отключиться и вдруг начинать что-то в голове придумывать, у меня что-то происходит. Я могу пойти писать сценарий, могу уехать куда-то, чтобы что-то отснять, буквально какой-то небольшой кадрик. Это происходит бесконечно, бесконечный процесс. Потом ты когда все это снял, кучу материала, ты отдаешь монтажеру либо сам это монтируешь, это еще может уйти много дней. Потом ты принимаешь монтаж, потом ты это выкладываешь, это тоже некий процесс, потом ты рисуешь превью, превью тоже нужно придумать, его нарисовать. То есть на один ролик может уйти реально дней пять.

Тамара Шорникова: Да, мы уже начали драться практически с Иваном в эфире, он намекает на то, что у нас мало времени, но все-таки вот прямо коротко максимально. Вы же не сразу стали получать 300–500 тысяч...

Константин Павлов: Нет.

Тамара Шорникова: На что вы жили? Как вы... Это была подработка какая-то поначалу?

Константин Павлов: Нет, я прямо конкретно ушел с работы, прямо конкретно уже все закончил и начал этим заниматься. У меня были какие-то накопления небольшие, я и вкладывал... То есть первые полгода я вложил где-то около 20 тысяч, но потом очень быстро их вернули. А потом, когда появилась и реклама еще поверх, а реклама уже была 20–50 тысяч за один ролик, а мы снимали на тот момент около 8 роликов в месяц, то есть несложно посчитать, сколько можно иметь с таких роликов. Нет, достаточно быстро мы стали окупать, очень быстро, буквально уже через месяцев 8.

Иван Князев: Спасибо, спасибо большое, Константин.

Тамара Шорникова: Спасибо. Удачи!

Иван Князев: На самом деле можно долго говорить об этом и очень интересно слушать. Спасибо вам большое, Константин.

Но вот что пишут наши телезрители. Не все, кстати, ругают блогеров, хотя таких SMS тоже достаточно много. Краснодарский край, SMS оттуда пришла: «Молодцы блогеры. Пусть трактор работает, он железный, от жизни нужно получать удовольствие, а не тупо где-то пахать», – так вот написал наш телезритель. Из Челябинской области: «А я бы хотела, чтобы мои внуки были блогерами», – пишет пенсионерка нам, вот так.

Тамара Шорникова: Ну вот узнаем мнение сейчас Нины из Омска. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте. Вы знаете, «блогер» переводится как «тунеядец».

Тамара Шорникова: Так.

Зритель: Сам не работает и другим работать запрещает.

Иван Князев: И другим не дает.

Зритель: И я хочу сказать, что самый хороший человек – это тот, который умеет класть печь, тот человек, который умеет руками делать. Вот только что выступал представитель, он говорил о том, что вот фильм снимает. Скажите, вот раньше снимали фильмы операторы, они были не блогеры, эти фильмы с удовольствием смотрим.

Тамара Шорникова: Ага.

Зритель: Поэтому кто такой блогер? Это который встал, глаза открыл, интернет и давай сам себя…

Тамара Шорникова: Сам себя.

Зритель: Я сама смотрела порой в YouTube блогеров, думала, то ли ты пьяный, то ли только что встал, то ли что-то съел... Вы знаете, ну стыдно!

Тамара Шорникова: Ну понятно, Нина. Вы знаете, что интересно? Это ваше мнение по поводу блогеров мы поняли. У вас дети, внуки есть?

Зритель: Есть. Я бы хотела, чтобы мои внуки научились хорошо класть печь, русскую печь, представляете?

Иван Князев: О как.

Зритель: Это ведь...

Иван Князев: А как же этому научиться? Понимаете, в YouTube зашел, там же 100% есть такой блог, если наберешь запрос «как правильно класть печь», вот там можно научиться.

Зритель: Нет-нет-нет, именно по старинке, человек, который всю жизнь кладет печь, чтобы он все вот эти нюансы рассказал. Как раньше, знаете, как детей воспитывали? Они, например, поступали на портного...

Иван Князев: Ну понятно, понятно, мастерские были.

Зритель: ...они сначала, да-да-да. А что такое? Нет-нет-нет, нет, только не это.

Тамара Шорникова: Нина, а дети-то сами чего хотят?

Зритель: А дети хотят научиться класть печь.

Тамара Шорникова: Тоже?

Иван Князев: А, тоже хотят?

Зритель: Да-да-да, понимаете?

Тамара Шорникова: Ну поздравляем, это просто комбо какое-то. Спасибо вам за звонок.

Иван Князев: Да, спасибо. Мне кажется, сейчас просто будет такой конфликт поколений, чего хотят дети и чего хотят их бабушки и дедушки, мамы и папы.

Тамара Шорникова: Да, вот тоже о конфликте Ленинградская область пишет: «Общество разделилось на тех, кто показывают свою жизнь и кто ее смотрит. А работать будем вообще, нет?»

Иван Князев: Работать некому. Из Нижегородской области: «Все профессии важны, все профессии нужны. Не место красит человека, а человек место».

Тамара Шорникова: Да.

Подключаем к разговору эксперта – Татьяна Иванова, генеральный директор агентства influencer-маркетинга «Hello blogger». Да?

Иван Князев: Инфлюенсер, да.

Тамара Шорникова: Инфлюенсером быть сейчас каково?

Иван Князев: Еще несколько слов, которые нужно разъяснять и нам в том числе, и нашим телезрителям.

Тамара Шорникова: Да, видите, мы немножко начинаем ломать род, что называется. Расскажите нам, что это за зверь такой.

Иван Князев: Переведите нам свою должность для начала.

Татьяна Иванова: Да. Все очень просто на самом деле, друзья. Я как раз тот человек, который непосредственно с Костей, который у вас до этого был в эфире, глубоко любимый мною блогер, делаю рекламные кампании для брендов. Я бы, если вы не против, хотела пару слов сказать для тех ваших зрителей, которые переживают за то, что их дети смотрят блогеров.

Тамара Шорникова: Ага.

Татьяна Иванова: Вот смотрите, мне 36 лет. Когда мне было 7 и 10, 14, естественно, блогеров никаких не было, но было огромное количество разных дурацких, я не побоюсь этого слова, журналов типа Cool Girl, и мои родители тоже очень переживали, что я не смотрю, но читаю всякую муть...

Иван Князев: Да-да-да.

Татьяна Иванова: ...я и мои, скажем так, одноклассники, мои ровесники. Но при этом мы все выросли абсолютно прекрасными людьми. Та информация, да, наложила на нас какой-то след, но она наложила его минимальный.

Поэтому мы как родители, естественно, ответственны за тот контент, который смотрят наши дети, и поставить родительский контроль на телефон – этого недостаточно. У меня ребенку 8 лет, и я абсолютно в курсе всего того, что она смотрит, и я направляю ее сама в том контенте, который есть в интернете. Запрещать ребенку выходить в TikTok, смотреть YouTube – это категорически неправильно, потому что, поверьте мне, ваш ребенок найдет точку доступа в школе или телефон у одноклассника и будет как остервенелый смотреть этот контент. Вместе с ним смотрите научпоп-блогеров, вместе с ним ищите интересные аккаунты в Instagram...

Иван Князев: ...в том числе и как печь класть, между прочим.

Татьяна Иванова: Абсолютно верно. Безусловно, есть определенный поколенческий конфликт, с этим ничего не поделаешь. Но опять же давайте вспомним, мои родители родились в 1960 году, да, с удовольствием хипповали, и моя бабушка считала, что мой папа просто потерян навсегда для человечества, но тоже вырос прекрасный человек, отличный отец и дед.

Тамара Шорникова: Татьяна, давайте вместе телефонный звонок послушаем.

Татьяна Иванова: Давайте.

Иван Князев: Валентина, Хакасия у нас на связи. Здравствуйте, Валентина.

Зритель: Здравствуйте.

Иван Князев: Какое у вас мнение?

Зритель: Вот очень правильно «Буду блогером, лишь бы не работать». Я не пойму, что такое, кто блогер? Это тунеядец в моем понимании. Вот отучатся люди... Высшее образование сейчас и платное, и бесплатное, и работы-то нет. Лечить детей за границу, собирают детям такие миллионы, лишь бы вылечить, у нас страна... А кто экономику, действительно, нашу будет поднимать, понимаете?

Тамара Шорникова: Ага.

Зритель: Некому руками работать, и нет этой работы. Вот одни спортивные залы... У меня четыре, пять внучек, трое внуков, у меня восемь внуков, и им некуда... Понимаете, если четверо их всех, пожалуйста... или куда-то отдать, это неимоверную надо зарплату, а где ее взять? Тем более по стране мотаются сыновья – это же не жизнь, понимаете? Семьи распадаются, а работы нет, и все у нас очень распрекрасно. А блогеры, у меня мое мнение, это ту-не-яд-цы.

Тамара Шорникова: А кем сыновья работают?

Зритель: Сидеть в этом интернете, в помойке, извините меня...

Иван Князев: Ну понятно... Ладно...

Тамара Шорникова: Валентина, ладно уж.

Иван Князев: Да, Валентина, ну все уже, успокойтесь, тунеядцы... Как в фильме «Афоня»: «Да Фантомас я, Фантомас!»

Татьяна, если серьезно, любой человек сейчас может, если захочет, заработать именно в этой сфере? Или все-таки это единицы? Это же либо сложно, либо что?

Татьяна Иванова: Я бы хотела сказать, возвращаясь к тому, что блогеры тунеядцы. Поскольку я с большим количеством контент-мейкеров работаю, тех, кто делает контент для разных площадок, я хочу сказать, что некоторые из них работают больше, чем среднестатистические люди на заводе, по 8 часов, иногда монтаж занимает 12–14 часов. Многие блогеры работают одни, то есть это и коммуникация с рекламодателями, это и монтаж, и написание сценариев. И давайте поймем, что блогер – это новый журналист, то есть это человек, который ваш коллега по сути...

Иван Князев: Ага.

Татьяна Иванова: ...который передает информацию, только эта информация бывает разной. Как правильно Костя сказал, это могут быть интервью, посмотрите, какие крутые фильмы у Собчак, Шихман и Дудя. Разве это занимает 15 минут времени, чтобы встал с кровати и стал снимать?

Иван Князев: Я думаю, это и не 15 дней занимает, больше.

Татьяна Иванова: Естественно. Просто у большинства людей, которые пишут и звонят в редакцию, у них есть представление о детском контенте, потому что они смотрят тот контент, который смотрят их внуки, поэтому здесь...

Тамара Шорникова: Еще коротко: контент – это видео, фотографии, фильмы те же...

Иван Князев: Все то, что показывают.

Татьяна Иванова: Прямые эфиры, да. Поэтому стать блогером сейчас популярным невероятно сложно. Нужно обладать суперкреативностью, суперхаризмой, потому что конкуренция сейчас здесь на этом рынке просто сумасшедшая. Вы должны действительно делать что-то из ряда вон выходящее по своему качеству.

Иван Князев: Спасибо, спасибо вам, Татьяна. Татьяна Иванова, генеральный директор агентства influencer-маркетинга «Hello blogger».

Ну вот, кстати, по поводу того, что блогеры наши с тобой коллеги, Тамара, вот SMS из Краснодарского края: «Хочу быть ведущим программы «ОТРажение», возьмите, пожалуйста», – подпись «Михаил, пенсионер».

Тамара Шорникова: Михаил, присылайте координаты и портфолио, видео, интервью ваши записанные.

Иван Князев: Да-да-да.

Тамара Шорникова: Давайте послушаем телезрителей. Лидия, Липецкая область.

Зритель: Ага.

Иван Князев: Здравствуйте, Лидия.

Тамара Шорникова: Да, слушаем.

Зритель: Меня?

Тамара Шорникова: Да, говорите. У вас мнение, вопрос, возмущение, одобрение?

Зритель: Мое мнение, мне 61 год, и я, знаете, восхищаюсь, кто может стать блогером. Это умнейшие люди. Нужно иметь фантазию внутри, нужно все это, и это не просто так. Вот говорят, что лодыри, – это мы можем знаете, как сказать? Зачем компьютер, когда были счеты, согласитесь.

Тамара Шорникова: Соглашаемся.

Зритель: Поэтому я уважаю всякие начинания молодежи, вообще я очень люблю молодых людей, вообще люблю молодежь, настолько интересные люди. А сейчас просто у нас такое время, и нужно использовать это время. Ездить они, они же не просто поехали, у кого-то денежки взяли, они заработали эти деньги, чтобы куда-то попасть и что-то снять. В общем, я за блогеров.

Тамара Шорникова: Да, мы поняли.

Иван Князев: За блогеров. Спасибо вам, Лидия, спасибо. Ну и к тому же мы выясняем, не почему блогеры плохие либо хорошие, а почему некоторые хотят ими стать либо не хотят ими стать.

Тамара Шорникова: Да. Еще мы выясняем, какую профессию вы хотели бы для своего ребенка. Вот давайте посмотрим короткое видео, наши корреспонденты такой вопрос задали жителям Владивостока, Уфы и Симферополя.

ОПРОС

Иван Князев: Ну вот смотрите, данные холдинга «Ромир», исследования: врачом 24% хотели бы видеть своих детей, вот это данные опроса россиян, адвокатом, юристом 18%, предпринимателем 15%, к примеру, сотрудником МВД 11%, госслужащий 10%. А вот преподавателем россияне не особо хотят видеть своих детей, всего лишь 5% опрошенных заявили об этом.

Тамара Шорникова: Вы рассказывайте, делитесь своим мнением, какая профессия сейчас перспективная, куда отдавать ребенка, в какой вуз, на какую специальность обучать. И, молодые специалисты, тоже делитесь опытом, почему выбрали эту профессию, каково вам сейчас, как работается.

Узнаем мнение Нины Нестеренко, менеджера по внутренним коммуникациям и бренду работодателя сервиса «Работа.ру», насколько наши ожидания совпадают с оценкой профессионалов. Здравствуйте.

Иван Князев: Здравствуйте, Нина.

Нина Нестеренко: Добрый день.

Тамара Шорникова: Ну вот вы, наверное, слышали ответы наших телезрителей, какие профессии они хотели бы для своих детей. В принципе да, это сходно с опросом «Ромира», врач, экономист. Это все еще перспективно, как вы считаете? Что сейчас на рынке труда, где можно больше всего заработать, где круче условия?

Нина Нестеренко: Коллеги, расскажу о нашем последнем исследовании. Мы опросили более 2 тысяч соискателей нашего сайта старше 18 лет, то есть это уже сознательный выбор. На данный момент в топе рейтинга информационные технологии, то есть все стремятся все-таки в эту область, 49% ответили, что хотят развиваться в IT. На втором месте, 37%, медицина, я думаю, что 2020 год, в общем, выдвинул ее в топ-5 рейтинга, раньше там она не находилась, медицина, поэтому появились и врачи. Четвертое и пятое место, согласно нашему рейтингу, делят искусственный интеллект и робототехника, а на пятом месте строительство, то есть все еще это большая такая отрасль, которая находится в топе рейтинга. Безусловно...

Иван Князев: Нина, прошу прощения, с IT-то более-менее все понятно, хотят, чтобы платили больше. Но вот медицина меня удивила в пятерке лучших, потому что мы все время жалуемся, что у нас врачи мало получают. Как вот медицина там оказалась?

Нина Нестеренко: Я думаю, что все-таки это действительно последствия той пандемии, которую мы пережили. Мы все увидели, насколько большой подвиг совершили наши врачи, как важна сейчас медицина в нашей жизни, именно поэтому в результатах появилась эта отрасль. Я думаю, что это будет хорошая...

Иван Князев: В общем, деньги не главное в этих ответах?

Нина Нестеренко: Сейчас у молодых специалистов есть деньги, а есть стремление развивать свой мир, делать его лучше, и это то, что двигает, в общем, людей в медицину, наверное, сейчас.

Тамара Шорникова: Давайте вместе послушаем телефонный звонок, Марина, Мурманск. Здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Я хочу сказать о блогерах. Я пенсионерка, мне 64 года. Соцсетями я не слишком увлекаюсь, но считаю, что блогер – это очень удачное решение для людей, которые талантливы, но не сумели реализовать себя, допустим, не стали режиссерами, не получилось, и приходится работать не по душе. А блогер – это возможность реализовать свои способности, свои таланты. Очень часто я вижу действительно талантливые работы.

Тамара Шорникова: Да, понятно. Марина, а ваши дети, внуки о чем мечтают, кем работают?

Зритель: Ну, сын у меня таксист, внуков пока нет.

Тамара Шорникова: Понятно, да, хорошо.

Иван Князев: Давайте сразу еще Кемеровскую область послушаем, Людмила на связи.

Зритель: Ага.

Тамара Шорникова: Да, Людмила, слушаем вас.

Зритель: Здравствуйте, здравствуйте. Вот говорят про блогеров, я бы этих всех блогеров собрала бы в кучу и отправила бы на алюминиевый завод.

Иван Князев: А почему именно туда?

Зритель: Там пусть поработают. Поднимут лопату, доберутся на ванну, где оттуда ребенок мой слазит, и у него… весь в крови. Он еще молодой, ему 40 нет, а у него уже перекос...

Тамара Шорникова: Людмила, да, опасная работа, понятно.

Зритель: А эти... что? Сидят на заднице, ничего не делают, и вы еще их потакаете!

Тамара Шорникова: Ага. Понятно, Людмила, спасибо вам за ваше мнение.

Иван Князев: Да мы не потакаем, мы пытаемся разобраться.

«Плотник лучше и звучит хорошо». «Я думаю, что лучше человек пусть будет блогером, чем пьяницей, не думаю, что блогер будет пить», – вот такое интересное мнение из Воронежской области.

Тамара Шорникова: Да. Нина, мы пока все равно еще говорим о наших ожиданиях, а вот если говорить об экспертной оценке, а где сейчас, куда идти, чтобы жить хорошо, в какую профессию?

Нина Нестеренко: Коллеги, сейчас информационные технологии настолько сильно в нашей жизни... Даже когда мы просто приходим в магазин, если раньше мы видели только кассиров на кассе, то сейчас вы можете самостоятельно провести весь товар через кассу самообслуживания. Поэтому, в общем, на наш взгляд, информационные технологии – это то, куда стоит двигаться.

Но безусловно, без специалистов с хорошими софт-скиллами, то есть умением общаться и строить коммуникации, ни одна информационная технология активно в нашу жизнь не войдет. Поэтому у нас остается и HR, то есть умение работать с людьми, и маркетинг, это продвижение, и, собственно, блогеры тоже останутся, потому что это один из инструментов маркетинга на таких крупных бизнес-площадках, как YouTube и Instagram.

Тамара Шорникова: Ну вот нам сейчас Константин, наш видеоблогер, рассказывал, что он зарабатывает...

Иван Князев: ...от 300 до 500 тысяч рублей в месяц.

Тамара Шорникова: Да. Какая работа сейчас сопоставима с этим заработком? Где можно получать столько же?

Нина Нестеренко: Мы можем говорить с вами про разработчиков. Например, руководитель группы разработчиков с опытом от года может сейчас получать порядка 200 тысяч, работая в большом стартапе. DevOps -разработчик может зарабатывать с опытом тоже от года порядка 140–150 тысяч на рынке. Можно молодым специалистам посмотреть в направлении стартапов, у нас даже есть совместный проект с акселератом Сбербанка startup.rabota.ru, где как раз молодые бизнес-предприниматели ищут себе молодых специалистов, чтобы дать им хороший старт в карьере. Поэтому разработчики – это одна из самых высокооплачиваемых профессий на данный момент.

Иван Князев: Нина, а это надолго, вот эта вот вся история с разработчиками? Потому что вот сейчас ребенка на это, внимание его нужно на этом заострять? Не получится ли так, что через 10 лет вот эти разработчики будут никому не нужны?

Тамара Шорникова: Искусственный интеллект все будет разрабатывать, например.

Иван Князев: Ну да, потому что, ну помните, у нас раньше все хотели быть юристами, сейчас юристов уже много. Вот это направление перспективное, на долгое время?

Нина Нестеренко: В перспективе 10–15 лет, безусловно, это перспективное направление, в которое стоит двигаться, потому что даже, как видите, кассы самообслуживания не работают без человека, и пока до замены нас искусственным интеллектом еще очень много времени пройдет. А нужно быть в тренде, и все молодые мамы уже отправляют детей на робототехнику, уже движутся в эту сторону, поэтому IT только дальше более плотно будет входить в нашу жизнь и развиваться в нашей жизни, а мы совместно с IT развиваться тоже будем.

Тамара Шорникова: Да. По профессиям прошлись, вы сказали про рекрутера, человек, который занимается маркетингом. А вот информационные технологии, звучит объемно – это какие профессии, какие направления?

Нина Нестеренко: Коллеги, это фронт-, бэк-разработчики, безусловно, это тестировщики, ручные автоматизаторы, это продакты, которые, собственно, развивают свой продукт благодаря поддержке всех вот этих фронт- и бэк-разработчиков. Это аналитики, которые должны собирать огромную базу данных, с тем чтобы на этой аналитике базировалось развитие продукта дальше. Вот такие специалисты всегда нужны, поэтому учиться и учиться, без базового образования сейчас в крупных компаниях достаточно сложно, потому что когда у тебя хороший бэкграунд технический, то любые новые технологии в работе гораздо лучше ложатся и развиваются в твоем мозгу, чем если ты самоучка.

Тамара Шорникова: Давайте еще один звонок вместе послушаем.

Иван Князев: Ольга, Владимирская область на связи. Здравствуйте, Ольга.

Зритель: Здравствуйте-здравствуйте, добрый день.

Я хотела бы сказать, что блогеры – это и хорошо, и плохо. Там молодые ребята, они... Во-первых, молодежь и дети хотят учиться у молодых, не хотят они бабушек, нас, слушать. Надо, чтобы блогеры несли все вот именно чистое и светлое, умные. А вот эти, которые хамство, мат, вот это невежество, надо цензуру вводить вот на таких, надо на самом деле учить молодежь, только молодым, а не нашему возрасту, который за 60. Я такого мнения.

Тамара Шорникова: Да, поняли вас, спасибо.

Иван Князев: Спасибо.

Тамара Шорникова: Вот такие SMS приходят: «А сколько человек хотят быть хлеборобами?» – интересуется телезритель из Архангельской области.

Иван Князев: Ну и то же самое из Марий Эл: «А кто на земле работать будет?»

Тамара Шорникова: Да. Вот мы сейчас говорим о том, куда отдавать детей, на кого их обучать и так далее, и не в фаворе, видимо, вот такие вот профессии, хлеборобы...

Иван Князев: Хотя вроде бы землю пахать нужно будет и через 20 лет, и через 30, и через 50.

Тамара Шорникова: С чем столкнемся? – с дефицитом вот таких сотрудников?

Нина Нестеренко: Мы столкнемся скорее с автоматизацией таких процессов, потому что как раз развитие вот этих классных тракторов, которые будут это делать автоматически, будут переводить все это в некий автоматизированный процесс и будут управляться теми людьми, которые сейчас пойдут учиться на эти информационные технологии. И именно только благодаря людям эти тракторы будут работать эффективно, будут выдавать нужную промышленность, потому что самостоятельно трактор думать не может, только благодаря человеку он сделает это качественно и эффективно.

Тамара Шорникова: Да. И все-таки такой прогноз дадим на 5–10 лет, какие направления будут развиваться, а какие профессии окончательно, может быть, уйдут в небытие или как минимум станут менее популярными?

Нина Нестеренко: Менее популярные сложно спрогнозировать, потому что даже сейчас как есть искусственный интеллект в тех же крупных ретейлерах, в магазинах, но человек должен управлять этими процессами. Просто человек поднимается чуть выше, уходя от какой-то монотонной работы, но стоит двигаться, как раз что сейчас есть в топе...

Тамара Шорникова: Эх, вот это интрига повисла.

Иван Князев: Да... Поблагодарим однако Нину Нестеренко, менеджера по внутренним коммуникациям и бренду работодателя сервиса «Работа.ру».

«Блогеры – это лодыри», «Надо создать закон о контроле блогеров», «Блогеры – это сплошной развод», – очень много вот таких вот SMS. «Мы хотим, чтобы наши дети и внуки работали на честной, ответственной, полезной и хорошо оплачиваемой работе», – ну вот это, наверное, самое главное. И кстати, блогеры тоже... приносить пользу.

Тамара Шорникова: Ну и «кем бы ни работал, лишь бы был счастлив», вот такая милая SMS тоже. Да, действительно, главное, чтобы все было хорошо в доме.

Иван Князев: Да. Скоро продолжим, уважаемые друзья, оставайтесь вместе с нами.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
И почему большинство не хотят, чтобы их дети и внуки пытались стать звездами интернета?