Пропускной режим: проблемы

Пропускной режим: проблемы | Программы | ОТР

Как контролировать перемещение людей, не создавая опасности для их здоровья?

2020-04-15T18:44:00+03:00
Пропускной режим: проблемы
«Корона» пала: когда вернёмся к нормальной жизни? Китай победил абсолютную нищету, а когда мы? «Жаворонки» и «совы» на работе: кто лучше?
А поутру они проснутся. О новых правилах доставки пьяных в вытрезвители
Чтобы проспаться… Как сегодня работают вытрезвители в регионах. СЮЖЕТ
Неопределённость как норма жизни
Китай от бедности ушёл
Когда вернёмся к нормальной жизни?
Соломка для бизнеса
«Корона» пала?
ТЕМА ДНЯ: Жмём на газ!
«Жаворонки» работают лучше?
Гости
Михаил Пашкин
председатель Московского межрегионального профсоюза полиции и Росгвардии

Константин Чуриков: Сейчас давайте поговорим о том, что происходило сегодня утром в Москве и на въезде в Москву в связи с особым пропускным режимом, который сегодня начался. При въезде в город многие водители столкнулись с заторами, с многокилометровыми заторами. Подолгу приходилось ждать, пока сотрудники ГИБД проверят пропуск.

Оксана Галькевич: Было раньше 6 полос на этих трассах, друзья, в итоге дорога сократилась до одной полосы. И понятно, что скорость движения сразу же упала. А там, где скоростной режим был загородным, он сократился даже не до 20, не до 30, а меньше, до 10 км некоторые так и ползли. Провели в этой пробке, если бы вот раньше там в последние дни, когда уже сократился поток автомобильный, проезжали все там за 10-15 минут, некоторые сегодня простояли по 40 минут и опять по часу.

Константин Чуриков: Ну, ладно дороги и водители. Самое любопытное творилось все-таки у станций метро. Потому что там невооруженным глазом были замечены даже целые очереди из людей, причем без соблюдения всякой дистанции. Вот здесь пока еще…

Оксана Галькевич: Да, вот самое странное.

Константин Чуриков: Да, сначала на входе и на лестнице было более-менее, а видите, здесь уже просто очередь из людей. Конечно, никаких 1,5 или, как сейчас говорят врачи, 4 метров не было даже и близко. Опять-таки проверяли документы, те самые пропуска. Вот непонятно, проверяли как? Действительно этот код считывали? Или просто это была формальность? Давайте сейчас обо всем об этом спросим нашего корреспондента Мереке Ульманова, который как раз сегодня с утра пораньше все это наблюдал. Мереке, привет.

Оксана Галькевич: Мереке, привет. Я сразу хочу обратиться к нашим зрителям. Друзья, вот уже сейчас 19:08 в Москве. Если вдруг вы были в метро не только утром, но и днем или в другое какое-то время, расскажите, что сейчас там происходит. Изменилась ли ситуация после этих утренних пробок? И на дорогах, кстати, тоже.

Константин Чуриков: Да, потому что, кстати, мэр Москвы Сергей Собянин поговорил сегодня с начальником ГУВД Москвы и сказал, что вот больше таких сбоев быть не должно. Мереке, так все-таки, давай начнем именно с метро. Где ты видел вот такое скопление людей и почему?

Мереке Ульманов: На самом деле я езжу на электричке в город. Живу потому что в Зеленограде. И там было все спокойно. На станции двое полицейских ходили, они смотрели пропуска. Но я прошел мимо, и на меня никто внимания не обращал. Сел спокойно в поезд и приехал в Останкино. Но вот сегодня со мной работал оператор Максим Вознюк, и он как раз таки с Печатников ехал в Останкино и попал в эту самую такую человеческую пробку, так сказать. И он простоял около 20 минут. Человек 40 стояло в очереди, чтобы показать эти пропуска полицейским. Те через планшет проверяли все эти QR-коды считывали…

Константин Чуриков: А, все-таки проверяли?

Мереке Ульманов: Да, да. Проверяли их они. Все это занимало не одну минуту. Поэтому и растянулось все это на такой промежуток времени.

Оксана Галькевич: Но выборочно проверяли документы? Или все-таки стояли люди действительно в очереди и проскочить было невозможно?

Мереке Ульманов: В метро проверяли абсолютно у всех. Но при этом, как рассказал мне Максим, он не показывал пропуск, он показал только пресс-карту, и его пропустили.

Оксана Галькевич: И как люди себя вели в очереди? Говорят…

Мереке Ульманов: Он сказал, что нервничали.

Оксана Галькевич: …что автомобилисты на самом деле были, конечно, недовольны, но все-таки никто не гудел, не кричал, не ругался. С пониманием, так скажем. А в метро как?

Мереке Ульманов: В метро – по словам Максима, он сказал, что люди нервничали. И он сам тоже. Он пришел весь на нервах.

Константин Чуриков: А по поводу как раз дорог и автомобилистов. Тоже противоречивая информация. Одни говорят, что вообще со свистом пролетели, все нормально, и никто даже ничего не спросил. Другие говорят, что действительно пришлось стоять. Вот здесь – где какая была ситуация?

Мереке Ульманов: В 10 часов мы приехали на Волгоградский проспект, на въезд в Москву. Из 4 полос закрыли только одну, 3 были открыты. И останавливали выборочно машины. В основном с номерами из других регионов. Т. е. тверские, самарские, саратовские, пензенские. Машины с московскими номерами спокойно проезжали, их по большому счету никто не трогал. Я спросил у дорожных инспекторов. Дело в том, что официально полицейские дорожные там никак не комментировали то, что происходило сегодня. Буквально неофициально все это выяснял у зам. начальника одного из отделов ГИБДД. Он сказал, что выборочно начали проверять после того, как образовалась многокилометровая пробка в час пик рано утром. Чтобы хоть как-то разгрузить этот трафик, они и перешли на такой режим выборочный.

Оксана Галькевич: К нам приходят сообщения от зрителей, которые вот как раз тоже наблюдают за ситуацией с пробками на дорогах и с пробками на входе в метро. Вот пишет нам человек, что Щелковское шоссе, въезд в Москву, 15:10 было время, одна полоса на въезд, очереди никакой, в общем, все летает. Видимо, как-то удалось развести эти потоки, эти заторы, после того как утром мэр обратил внимание соответствующих служб на эту ситуацию.

Мереке Ульманов: Там дорожные инспекторы проверяли как раз тоже с помощью приложения, которое установлено у них на смартфонах. Т. е. они также считывали QR-коды, и там высвечивалось, показывало им фамилию и имя водителя и куда он направляется.

Константин Чуриков: Мы сейчас можем поговорить с Михаилом Пашкиным. Это председатель Московского межрегионального профсоюза полиции и Росгвардии. Михаил Петрович, здравствуйте. Михаил Петрович, вы нас слышите? Добрый вечер. Добрый вечер, Михаил Петрович.

Оксана Галькевич: Михаил Петрович, присоединяйтесь к нам, вот я слышу. Вводят Михаила Петровича.

Константин Чуриков: Вроде бы аккуратно, да, появляется Михаил Петрович в эфире. Михаил Петрович?

Оксана Галькевич: Так. Давайте мы вас хотя бы услышим.

Константин Чуриков: Скажите нам что-нибудь. Здравствуйте.

Михаил Пашкин: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Михаил Петрович, мы хотим понять, почему так получилось и как в будущем избегать таких ошибок. Чтобы толпы людей не появлялись при входе в метро.

Михаил Пашкин: Для этого нужно как можно больше использовать цифровизацию. Т. е. программные средства обеспечения того, чтобы граждане, которым не положено ездить в метро, не положено ходить по улице, там не появлялись. И при безналичных формах расчета в транспорте, в метро такие способы вполне реальны. Но для этого нужна сильная программа, ну, программисты, команда программистов. Которых, к сожалению, видимо, у нас нет. Поэтому так получилось.

Оксана Галькевич: Михаил Петрович, вы знаете, мы обсуждали между собой эту систему пропускную. Она нам кажется несколько недодуманной и недоработанной. Т. е. такое ощущение, что пропуск могут оформить себе самые разные люди, даже те, кому, честно говоря, сказано быть на самоизоляции и находиться дома. Но при этом люди могут зайти на портал госуслуг и указать какую-то причину. Как ее потом проверить, как убедить человека, что не надо вводить в заблуждение систему и окружающих, – совершенно непонятно.

Михаил Пашкин: Я с вами полностью согласен. Я на себе испытал эту ситуацию. Я получил на Госуслугах QR-код, но попросил сотрудников его пробить, и он, оказывается, нечитаем, хотя я на Госуслугах его получил. Вот почему, я так и не понял. Поэтому очень много будет вопросов и проблем у людей, если будут штрафовать за то, что у них нет пропуска или пропуск не бьется. Поэтому я думаю, в тестовом режиме еще поработают до конца недели, если правительство Москвы решит этот вопрос, то будет в принципе нормально.

Оксана Галькевич: А как его можно решить? Вы имеете в виду – доработать, додумать? Как-то четко сделать категории, которым можно, которым нельзя удаляться, не знаю, дальше 100 м, дальше 500 м и т. д., категории риска старше 65 не выходить из дома совсем? Или что – вводить более какие-то суровые меры?

Михаил Пашкин: Здесь, я думаю, доработать вряд ли получится вот по таким категориям. Потому что здесь нужно очень долго программистам работать и серьезно. А вот если вводить более жесткие категории, то тогда другое дело.

Оксана Галькевич: А что это может быть? Патрулирование на улицах?

Михаил Пашкин: Ну, например, завтра будет 3 полосы пропускать сотрудники ГАИ, по 3 полосы. И будут проверять выборочно. В Москве в метро тоже будут спокойно запускать, уже сотрудники полиции там не будут стоять, но выборочно в самом, внутри метро, будут проверять. И вот если эти проверки покажут, что человек едет не туда и не за тем, но это опять-таки нужно определять каким-то образом. Каким – тоже неизвестно. Потому что если у него QR-код есть и он не бьется, кто виноват? Он подделал или же это, так сказать, система не сработала?

Константин Чуриков: Михаил Петрович, еще задолго до коронавируса мы говорили о том, что уж где-где, а в Москве-то огромное количество камер, вообще вся база в принципе есть. Почему еще не заработала вся эта цифровая система? Вы говорите о выборочной проверке. По идее, действительно можно считывать людей по лицам и сразу понимать, где, в общем, тот человек, у которого нет пропуска.

Михаил Пашкин: Нет, выборочную проверку сотрудники полиции будут проводить. Не камеры. Это я про другое говорю. Так вот, понимаете, чтобы объединить все эти базы данных в одну единую и целую, нужна команда программистов. Очень серьезных. Потому что все базы, я так понимаю, написаны на разных алгоритмах, они действуют по разным принципам. И вот чтобы это все объединить… Я думаю, вот к следующему коронавирусу это все будет сделано.

Оксана Галькевич: Ой!

Константин Чуриков: Так, не надо нам следующего коронавируса. Спасибо.

Оксана Галькевич: Михаил Петрович, какой вы оптимистичный. Добавили, да. Спасибо.

Константин Чуриков: Зрители нам пишут, вот из Орловской области, говорят, что введенные пропуска – это кормушка для полиции. Вы согласны? Вообще здесь есть возможность злоупотребления? Последний буквально вопрос.

Михаил Пашкин: Я думаю, что нет. Потому что если бы эти пропуска выдавались полицией или местной администрацией, то кормушка была бы соответственно либо у полиции, либо у местной администрации. А здесь – выдает компьютер.

Оксана Галькевич: Нет, подождите, Михаил Петрович, но ближе к реалиям. Вот тебя не пропускают. Договориться на месте?

Михаил Пашкин: Я просто расскажу, я конкретно беседовал с сотрудниками, которые задерживали в Москве таких людей. Вот, говорит, мы за день пятерых остановили. Трое нормально себя вели, извинились и пошли обратно. А двое начали выступать и права качать. На них мы составили протоколы, соответственно.

Константин Чуриков: Да, спасибо.

Михаил Пашкин: Т. е. здесь все зависит от людей. От сотрудников в том числе.

Константин Чуриков: Спасибо, Михаил Петрович. Михаил Пашкин, председатель Московского межрегионального профсоюза полиции и Росгвардии. У нас сейчас есть звонок от Нины из Москвы. Нина, здравствуйте. Есть ли вам что рассказать?

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Нина.

Зритель: Здравствуйте. Я онкобольная. Мне больше 65 лет. Я нахожусь на самоизоляции. Но я раньше могла поехать к врачу, потому что мне надо проходить лечение. Сдавать кровь, химиотерапию проходить. Мне остался еще один курс. И что, я теперь, значит, не могу попасть никуда? На самоизоляции.

Константин Чуриков: Подождите, Нина, секундочку. Значит, на сайте мэра есть разъяснение о том, что вы, как и любой человек, которому требуется помощь медицинская, вы можете получить пропуск, и неограниченное число раз в течение недели. Просто нужно этот пропуск запросить. И вы можете спокойно ехать на свои процедуры.

Зритель: Спасибо. Спасибо.

Константин Чуриков: Да, sobyanin.ru.

Оксана Галькевич: Да, горячая линия, звоните на ОТР, и Константин Чуриков ответит на все ваши вопросы. Давайте посмотрим на ситуацию не только в Москве, а по всем нашим регионам.

Константин Чуриков: И спасибо Мереке.

Оксана Галькевич: Да, спасибо, Мереке.

Константин Чуриков: Мереке Ульманов, корреспондент Общественного телевидения России. Ну, вот вся эта история у нас же не только в Москве.

Оксана Галькевич: Да, не только в Москве, Константин. Она и в Московской области. Там можно передвигаться тоже по пропуску с QR-кодом. Покажем сейчас графику. Еще раньше, с 11 апреля, такие QR-коды ввела уже Нижегородская область. А в нескольких других регионах жизнеобразующие предприятия стали выдавать пропуска своим сотрудникам. Остальным разрешили просто свободное перемещение, но в определенных, так скажем, рамках.

Константин Чуриков: В общем, где уже есть пропуска? Это Москва, Подмосковье, Нижегородская, Саратовская, Курганская, Астраханская, Ульяновская области, Пермский, Приморский края, Коми, Башкирия, Татарстан, Севастополь. Готовятся к вводу пропусков…

Оксана Галькевич: Где готовятся, да, вот где готовятся. Готовятся у нас ХМАО (Ханты-Мансийский автономный округ), Свердловская, Калининградская и Липецкая области. Но есть еще такой режим, как ограниченное передвижение. Он тоже действует в нескольких регионах, они у нас отмечены оранжевым цветом на нашей карте. В основном это, смотрите, Сибирь и Дальний Восток. Хотя в центральной части тоже имеются. Красноярский, Хабаровский, Краснодарский край, Тверская, Мурманская, Смоленская, Вологодская, Кемеровская области, Республика Тыва, Якутия и… Вот эти вот регионы пока, значит, ограничили только передвижение.

Константин Чуриков: Наши корреспонденты в нескольких городах страны сейчас расскажут, как у них с пропускным режимом. У нас на связи Яна Шеметова (Кемерово), Олег Зайковский (Симферополь, Республика Крым) и Жанна Мейлер (Калининград). Здравствуйте, коллеги, добрый вечер.

Оксана Галькевич: Здравствуйте. Давайте с Кемерово начнем. Потому что вчера, Яна, здравствуйте, мы все обсуждали новость о том, что ваш регион первым в стране запретил даже не въезд (это нас уже не удивляет), а именно выезд из своего региона за пределы Кемеровской области.

Яна Шеметова: Да, действительно, вчера такое прозвучало. И это было в какой-то мере неожиданно для всех, в том числе и для жителей региона. Со вчерашнего вечера губернатор подписал распоряжение о том, что покинуть пределы Кемеровской области можно только по медицинским показаниям, т. е. если человеку необходимо провести какую-либо срочную операцию.

Константин Чуриков: Яна, это мы знаем. А почему именно решили не выпускать людей? Не выпускать. Логика в чем?

Яна Шеметова: Не выпускать и не впускать людей решили именно потому, что в соседних регионах довольно сложная эпидемиологическая обстановка по сравнению с нашим регионом. У нас на данный момент общее число заболевших было 19 человек, из них 4 выздоровели и в больницах Кемерово и Новокузнецка находятся 15 человек. Соответственно, в соседних регионах обстановка более тяжелая. В том же самом Красноярске заболевших уже 100. И поэтому решили ограничить вот эти перемещения между регионами. Потому что теперь люди, которые въезжают в наш регион, вне зависимости от того, это жители Кузбасса или жители какого-либо любого другого региона России, они должны в обязательном порядке уйти на двухнедельную самоизоляцию. Или по месту пребывания … гостиниц, или же, если как бы жить здесь негде, то обсерватор.

Оксана Галькевич: Яна, скажите, пожалуйста, но это ведь касается только просто людей, да, каких-то частных поездок? Это не касается перевозок важных? Вот этот трафик не прекращен?

Яна Шеметова: Нет, все транзитные грузы, которые идут через Кузбасс, и все автомобили и поезда, которые перевозят товары в регион, они беспрепятственно могут передвигаться.

Константин Чуриков: Яна, я смотрю сейчас вот на карту Яндекса, индекс самоизоляции. И вижу, что индекс очень плохой у Кемерово в течение дня. Вообще что, на улицах много людей, вот почему такое отношение?

Яна Шеметова: Кемерово, к сожалению, с первого дня, как Яндекс стал фиксировать, насколько люди соблюдают самоизоляцию, держится в позиции лидера по количеству людей, которые выходят на улицу. Т. е., вероятно, потому, что все-таки у нас небольшое число заболевших, народ не реагирует на то, что нужно соблюдать какие-то меры предосторожности. Людей на улицах очень много. Причем их много как было изначально, когда этот режим был объявлен, так и сейчас. Плюсом то, что хорошая погода, то, что страшного ничего не происходит, появляется все больше людей, которые утверждают, что они не верят в коронавирус и все это придумано. Поэтому, несмотря на то, что со вчерашнего же дня в обязательном порядке для посещения закрыты все парки, скверы, люди продолжают ходить на улицах. И преимущественно ходят … и пенсионеры в том числе.

Оксана Галькевич: Коронаскептики это такие…

Константин Чуриков: Коронаскептики, да.

Оксана Галькевич: Давай узнаем, много ли коронаскептиков у нас в Крыму. Олег Зайковский с нами выходит на связь из Симферополя. Здравствуйте, Олег. У вас люди там подисциплинированнее себя ведут?

Олег Зайковский: Здравствуйте. У нас люди тоже очень недисциплинированные, а особенно с учетом того, что погода у нас хорошая. Вот только сегодня немножко похолодало. Но главная новость, что сегодня с 2 часов дня наконец-то начали штрафовать нарушителей режима самоизоляции. В прошлую пятницу парламент Крыма принял закон, по которому, по сути, ввел московские штрафы в Крыму. И вот сегодня в 2 часа начали уже первые протоколы выписывать. Забавный момент: сотрудники полиции, которые работали с утра, говорили, что с 12 дня до 2 людей было очень много, потом их резко стало меньше. Но нарушителей на улицах все равно хватает. Проблема в том, что один протокол чтобы выписать, сотрудникам надо примерно полчаса. За это время куча нарушителей убегают, и они только проводят с ними беседы. Вот в этом плане эффективность не очень высокая. Но в целом сам факт того, что начали штрафовать, он позитивный, людей стало меньше.

Константин Чуриков: Но, с другой стороны, даже вот эти убегающие от полиции люди – наверное, они в следующий раз десять раз подумают, а надо ли почем зря выходить на улицу.

Оксана Галькевич: А быстро ли он бегает, да?

Константин Чуриков: Да. Олег, скажите, а в магазинах что? Вот если большое скопление людей, соблюдается ли там дистанция?

Олег Зайковский: Все продуктовые магазины работают, большого скопления людей там нет. Единственное, где на улицах можно увидеть скопления людей, это возле банков. Потому что туда пускают по 1-2 человека. Можно увидеть там человек 5-10, которые ждут. В целом каких-то мест массового скопления в городе так не найти. Вот очень много сотрудников Госавтоинспекции. Правда, останавливают машины они довольно редко. Потому что поток транспорта большой из-за того, что реальных ограничений по автомобилям в Крыму нет. Т. е. они на бумаге есть, но по факту все ездят, и штрафов либо вообще пока нет, или их мало. За то, что едет не туда и не тот, кому надо.

Оксана Галькевич: А люди в масках, вот я вижу: полицейские в масках на сопровождающей картинке, на видео. А люди носят маски? Или тоже так все не очень серьезно?

Олег Зайковский: Примерно две трети людей носят маски, одна треть, преимущественно люди молодые, не носят. Но полицейские, к слову, просят одевать маски, когда проводят профилактические беседы. Но когда заходят в магазин, одевают почти все. Есть соответствующие объявления.

Константин Чуриков: Олег, может быть, у вас есть информация, поскольку многие переживают, волнуются, можно ли этим летом будет поехать в Крым все-таки. Примерно какие планы? Когда откроется Крым?

Оксана Галькевич: Ну, слушайте, у вас вообще вот… В нормальной ситуации надо было бы ожидать какого-то ажиотажа. Португалия закрыта, Италия закрыта, Испания, все прочие пляжи. Все в Крым, все в Краснодарский край! А что, в общем, собственно, какие прогнозы у вас сейчас?

Олег Зайковский: Вообще вот этот ажиотаж, о котором вы говорите, это единственная надежда крымских отельеров. Что когда все откроют, люди поедут к нам в Крым, в Краснодарский край, а не в Португалию. Но пока что все отели в Крыму закрыты до 1 июня. Они не могут принять ни одного туриста. Соответственно, они несут очень большие убытки. И они очень надеются, все отельеры, что с 1 июня сезон все-таки начнется. Потому что всем известно: основной высокий сезон – это все-таки 3 летних месяца. Поэтому они буквально молятся каждый день, в прямом смысле этого слова, чтобы все было хорошо, призывают всех сидеть дома, чтобы как можно быстрее ограничения были сняты и туристы все-таки поехали.

Константин Чуриков: Да конечно, все будет хорошо. Спасибо, Олег. Я вот, коллеги, все эти минуты смотрю на Жанну Мейлер и пытаюсь разгадать загадку: Жанна на фоне, что, реки, моря?

Оксана Галькевич: Она опять на улице.

Константин Чуриков: Или это фотообои, Жанна?

Оксана Галькевич: Жанна, вы опять где-то на улице, да? Не из дома опять включаетесь?

Жанна Мейлер: Конечно. Я самоизолировалась на своей яхте.

Оксана Галькевич: Молодец какая.

Константин Чуриков: Рассказывайте, как в Калининградской области. И на вашей яхте.

Жанна Мейлер: Ну что, в Калининградской области несколько грустно, потому что наш губернатор продлил режим самоизоляции до 26 апреля. И с 20 числа всех, кто приезжает в Калининград, прилетает в Калининград, будут направлять на карантин. Поголовно. Т. е. всех, кто прилетает из России. Из-за границы, соответственно, уже никто не летит. Все будут сидеть на карантине. С завтрашнего дня у нас ограничено передвижение по городу. Каждый, кто выходит на улицу, должен будет предъявить справку о том, что он имеет право быть в городе. Дело в том, что с понедельника у нас начали работать все крупные предприятия, и такие справки выдают свои предприятия своим работникам. Нет справки – соответственно, штраф. Вот такие дела. Нужно сказать, что в магазинах при этом полно народу. На улицах мало, потому что погода испортилась. А вот несколько дней назад была хорошая погода, и людей на улицах было, естественно, много. Люди гуляли, и с детьми, и катались на велосипедах. В общем, было так многолюдно. Сейчас мало народу, но потому что холодно.

Оксана Галькевич: Хочется сразу спросить, но ладно, в другой жизни, насколько ваша хорошая погода отличается от хорошей погоды в Крыму. Только что Олег говорил, что у них там тоже похолодало. Насколько вы совпадаете в этих там ощущениях?

Жанна Мейлер: Мы примерно совпадаем. У нас было +20.

Константин Чуриков: Жанна, скажите, с продуктами какие-то проблемы есть в Калининградской области?

Жанна Мейлер: В Калининградской области нет никаких проблем с продуктами, потому что, во-первых, грузопоток через границу идет в штатном режиме. А во-вторых, наши сельхозпроизводители имели шанс еще с 2014 года, с момента введения санкций, очень хорошо подняться, весь сельхозсектор. Они нас полностью обеспечивают всем необходимым. Поэтому с продуктами все хорошо.

Оксана Галькевич: Ну и хорошо.

Константин Чуриков: Спасибо. На связи с нами были наши корреспонденты Жанна Мейлер из Калининграда, Олег Зайковский из Симферополя и Яна Шеметова из Кемерово. Всем спасибо.

Оксана Галькевич: Вот такая картина по стране. Спасибо, коллеги.

Константин Чуриков: И давайте сейчас со зрителями побеседуем. Тут, конечно же, СМС-портал обрывают, спрашивают, каждый ли корреспондент ОТР имеет яхту. Это были фотообои!

Оксана Галькевич: Друзья, это была шутка, ну, давайте чувство юмора.

Константин Чуриков: Нам звонит Сергей. Сергей из Мурманской области.

Оксана Галькевич: Сергей из Мурманской области.

Константин Чуриков: Сергей, здравствуйте.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Здравствуйте.

Зритель: Я хотел бы, конечно, рассказать про наш регион. У нас просто катастрофа происходит. Мы вышли на третье место, по-моему, по численности заболевших, хотя у нас всего 700 тыс. населения в области. Не в городе, а в области. У нас есть стройка НОВАТЭК, которая поддерживается, по-моему, Михельсоном. И вот на этой стройке у нас, по-моему, две трети заболевших. Просто пошел какой-то вал. Вы сейчас рейтинги можете посмотреть, в какой сейчас ситуации Мурманская область. И проблема в чем? Проблема в том, что сейчас у нас пропускного режима нет, у нас есть обязательная самоизоляция. Но губернатор уже, который, я считаю, упустил просто ситуацию эту, он сейчас пытается навязать всем этот пропускной режим. Т. е. сам Мурманск, он, по большому счету, не виноват, потому что стройка НОВАТЭКа происходит в области. Но в итоге Мурманск и все мурманчане, где 8 всего заболевших, могут страдать. А при этом эти рабочие на этой стройке ездят, куда хотят, и говорят, хоть там мы формально введем какой-то режим, но все – и таксисты, и просто население – говорили, что они спокойно заказывают такси и едут в город Мурманск. Вот как такое происходит, я не понимаю. Эта ситуация упущена. И если вы посмотрите сейчас эти все рейтинги, вы увидите, где Мурманская область.

Константин Чуриков: Я сейчас смотрю: Мурманская область 265 случаев заболевания.

Оксана Галькевич: Ну, в общем, немало…

Константин Чуриков: 14 человек выздоровело. Да, т. е. вы в этом смысле находитесь под Ленинградской областью, там чуть больше. Т. е. если мы вас правильно понимаем…

Зритель: Но у нас 700 тыс. населения. У нас 700 тыс. населения. Вы посмотрите…

Константин Чуриков: Да, понятно, если смотреть на численность населения, то получается действительно такое грустное соотношение. Сергей, я правильно понимаю, что никаких ограничений в перемещении сейчас на территории Мурманской области нет?

Зритель: Нет, есть самоизоляция.

Константин Чуриков: Самоизоляция – понятно. Я говорю именно о пропускном режиме. Вы говорите: в Мурманск можно свободно заехать. Внутри Мурманска там спрашивают какие-то пропуска? Вообще, они введены, не введены?

Зритель: Если организация продолжает работать, она выдает справку работнику, что он может передвигаться по рабочим вопросам. Алло, вы пропали.

Оксана Галькевич: Нет, мы вас слушаем внимательно. Спасибо. Спасибо большое. Я просто напомню, что у нас только что в новостях была информация о том, что электронные такие браслеты предполагается выдавать тем, кто должен соблюдать карантин. Но именно карантин. А это не самоизоляция.

Константин Чуриков: Т. е. либо заболевшие, либо те, кто был в контакте…

Оксана Галькевич: Да, либо заболевшие, либо те, кто был в контакте, и непременно они должны изолироваться от всех, четко, и не выходить даже за пределы собственной квартиры.

Константин Чуриков: Кстати, по индексу самоизоляции у Мурманской сейчас 2,7 коэффициент. Означает, что на улице много людей.

Оксана Галькевич: Ну что, друзья, мы продолжаем следить за этой ситуацией. Спасибо, что обсуждали эту тему вместе с нами. Пишите, звоните. Мы продолжаем эфир.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Как контролировать перемещение людей, не создавая опасности для их здоровья?