Рабочие места после карантина

Рабочие места после карантина | Программа: ОТРажение | ОТР

Где сейчас попробовать себя человеку с образованием и без?

2020-06-10T18:30:00+03:00
Рабочие места после карантина
Новая холодная война. Кто заменит мигрантов на стройке. Отдыхаем в России. Перспективы Союзного государства. Как бороться с раздражительностью
Весеннее обострение
Белоруссия. Перспективы сотрудничества
Сергей Лесков: Есть основания полагать, что в новой жизни, дверь в которую нам открыла пандемия, привычный нам спорт отмирает и на его место приходит киберспорт
США и Россия. «Плюшевые» санкции и реальные намерения
Выбить деньги с бывшего
Что вас раздражает?
ТЕМА ДНЯ: Отдохнём в России. Дорого
Некому строить?
Новая холодная война?
Гости
Юрий Савелов
член президиума объединения предпринимателей «Опора России»
Дмитрий Журавлев
научный руководитель Института региональных проблем
Александр Ветерков
заместитель генерального директора сервиса «Работа.ру»

Константин Чуриков: Чудные дела коронавирусные: вот не успел закончиться выход из ограничений, как в Москве уже сказали, что экономика города к началу июля вернется на прежний, мартовский уровень. Те сферы, которые физически не смогут выйти на прежние объемы, сильно не пострадают, это вот вице-мэр Москвы Владимир Ефимов накануне заявил.

Оксана Галькевич: Власти других регионов тоже как могут успокаивают людей заявлениями, открывают различные предприятия, запускают отрасли. Но что там с работой? Многим ли удалось вернуться на свои прежние рабочие места? А если нет, то какие усилия люди и власть предпринимают, чтобы эта работа все-таки была, чтобы она появилась?

Константин Чуриков: Уважаемые зрители, все, кто нас сейчас смотрят, если вас уже не дай бог уволили или не дай бог намекнули, что скоро сократят, что вы будете делать? Где, как и какую работу будете искать или уже ищете? Расскажите, внизу экрана телефон наш указан, SMS-портал 5445.

Оксана Галькевич: Ну и на что рассчитываете, может быть, на какую зарплату, на какие условия.

Константин Чуриков: Да.

Оксана Галькевич: Мы не сгущаем краски, просто есть разные данные, которые говорят о том, что безработица растет, и это на самом деле, к сожалению, только начало роста безработицы. По информации Центра стратегических разработок, в апреле 16% российских компаний уже увольняли сотрудников, а еще 31% собирались это сделать в ближайшее время.

Константин Чуриков: У нас сейчас на связи Юрий Михайлович Савелов, член президиума объединения предпринимателей «Опора России». Юрий Михайлович, здравствуйте, добрый вечер.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Юрий Михайлович.

Константин Чуриков: Первый вопрос: разделяете ли вы оптимизм региональных властей в том, что все так сейчас вот быстро будет и нормально, сейчас заживем?

Юрий Савелов: Вы знаете, скорее всего, нет, конечно же, потому что безработица есть. Еще основных цифр безработицы мы не знаем, я думаю, что она будет очень приличной. То, что экономика возрождается, – вы знаете, вдруг в Москве ни с того ни с сего сказали, что 9-го числа все снимается и все поэтапно выходят на работу. Я думаю, что это вот как раз та ситуация, когда действительно безработица становится уже ну таким национальным бедствием, если так можно выразиться. У людей просто закончились деньги. У нас 60% граждан, которые действительно не имеют стратегических запасов, если так можно выразиться, вот у них просто заканчиваются деньги, им нужно пойти на работу, чтобы получить зарплату, чтобы дальше жить.

Оксана Галькевич: Но они же сами не могут выйти на работу все-таки, согласитесь, сейчас, в нынешних условиях нужно определенное разрешение, да.

Юрий Савелов: Конечно, конечно. Если бы все было закрыто... Ну вот государство поэтому и открывает какие-то учреждения сейчас дополнительные, чтобы люди, хоть часть людей могла вернуться на работу или найти работу, чтобы получать какой-то доход, или встать на биржу труда и получать 12 тысяч, а в Москве это 19, хотя это тоже возможно, мы об этом говорили. В Москве с 30 тысяч за май увеличилось до 170 тысяч, по-моему, в 5–6 раз с лишним, я имею в виду...

Константин Чуриков: Юрий Михайлович, вот тут вышло исследование большое РАНХиГС, по-моему, его готовила Татьяна Малева, о рисках увольнения, ну это, видимо, по результатам опросов, я так понимаю. И что получилось? – наибольшие риски как раз у группы людей до 30 лет, это 56%, и в основном, кстати, это женщины. Тут еще интересно, что больше всего рискуют лишиться работы сегодня те, кто проживают в областных центрах, в региональных центрах. О чем эта картина вообще в принципе говорит?

Юрий Савелов: Ох, какие интересные исследования. Я, честно говоря, не знал о таких исследованиях, вот картинка ушла, я просто не видел...

Константин Чуриков: Сейчас еще раз покажем.

Юрий Савелов: Да. До 30 лет, почему все-таки люди до 30 лет сейчас теряют работу? Может быть, у них очень мало опыта, может, они еще не готовы, и предприятия и предприниматели не так держатся за них, как за более профессиональных людей? Ну это то, что первое приходит в голову. Если человеку 27 лет, опыта в работе нет, стажа нет, а есть человек, допустим, 37 лет или 40 лет, который с огромным опытом, конечно, наверное, работодатель выберет того, который 37–40 лет, чем 25 или 27.

Оксана Галькевич: Ну слушайте, ну это до 27 лет надо ничего не делать, вообще нигде не работать. Ну я не знаю, может быть, конечно, и бывают такие истории...

Юрий Савелов: Нет, ну опыт... Да, вы правильно говорите, но опыт же не такой. Вот я как работодатель вам об этом говорю: если у меня встанет вопрос, кого оставить, я, конечно, оставлю человека в 37 лет, и с жизненным опытом, и с профессиональным опытом. Просто дальше цифры... Те, кому до 30, здесь я соглашусь полностью, а там еще какие-то цифры?

Оксана Галькевич: Там следующий слайд был о том, что в группе риска люди из областных центров, из крупных городов.

Юрий Савелов: А-а-а, я понимаю, да, из городов. Там, наверное, дело в том, что... Вот здесь я не очень понимаю, почему... Если в Москве проживает 10 миллионов человек, то цифра, наверное, безработицы, не знаю, увеличилась на 3%. Почему в этих городах? Там такие же предприятия, такой же оборот. Я не думаю, почему у них должна быть больше безработица.

Константин Чуриков: Юрий Михайлович, вы представляете все-таки организацию всероссийскую, общероссийскую. Мы очень часто, поскольку мы физически здесь, в Москве находимся, ее всуе и упоминаем, а что сейчас в регионах? Вот просто даже интересно. Там есть разная картина, там есть те, кто фактически не закрывался на карантин, есть те, которые, в общем, быстро через это прошли. Там с занятостью что?

Юрий Савелов: От региона к региону, вы знаете, разница большая очень. Допустим, если брать юг, Краснодарский край, там один вопрос, там все закрыто, сейчас еще проблема. Если брать ближе к северу, те регионы... Помните, я сейчас могу ошибиться с регионом, они еще в мае разрешили, даже в конце апреля очень многим организациям, и строительным, и тем, кто торговали... Я просто вспоминаю, но боюсь ошибиться с регионом, то ли Тюмень это была, разрешили им работать, чтобы сохранить рабочие места, ну, конечно же, с изоляцией, с соблюдением всех санитарных норм.

Тут от региона к региону зависит, как ведет себя руководство региона, насколько оно защищает граждан и насколько оно готово было не только сейчас, а еще и тогда сохранить рабочие места. Ведь отдали на откуп все регионам, и каждый регион принимал по-своему. Вот так, чтобы какой-то сейчас принизить регион или какой-то поднять, я не скажу, даже по ряду причин не буду этого делать. Но хочу еще раз сказать, что в каждом регионе по-разному, все зависит от руководителя.

Оксана Галькевич: Юрий Михайлович, а вот работа даже с условием соблюдения санитарных норм – это для вас и ваших коллег серьезные издержки вообще?

Юрий Савелов: Вообще да, издержки серьезные в том плане, что, допустим, если в помещении может работать 8 человек, а в связи с санитарными нормами мы можем посадить только 3, куда деть еще 5, вернее куда посадить 5? В этом проблема. Даже сейчас, когда разрешили всем выйти с 9-го числа, основной массе людей, мы столкнулись с тем, как соблюдать санитарные нормы: в кабинете сидело 6 человек, мы можем посадить только 4, вот мы даже сейчас с чем столкнулись.

Константин Чуриков: Сейчас вот давайте рассмотрим один интересный сюжет, как все-таки в период безработицы начавшейся и продолжающейся пытаются в регионах что-то сделать. Вот ведущий российский IT-разработчик сейчас готовит сервис по найму сотрудников во всех регионах России. Сами они, вот эти ребята, находятся в Чебоксарах, придумали вот специальную систему, которая позволяет искать работников. Компания уже 17 лет занимается написанием компьютерных программ, их обслуживанием, вот буквально сейчас внедрилась в среду поиска работников. В штате организации уже 450 человек, но она продолжает развиваться. Сейчас компания ищет сотрудников на «удаленку», специалистов в IT-сфере и офис-менеджеров. Открыты вакансии в Саратове и Хабаровске.

Татьяна Алимова: Мы с ними связываемся, созваниваемся по видеозвонку, таким образом какое-то количество времени общаемся, и по человеку видно, как он отвечает на вопросы, какие ответы он дает, как себя ведет. Каверзные вопросы можем задать, например, один из моих любимых вопросов – это сколько литров краски нужно, чтобы покрасить самолет. Вот и как ответить на этот вопрос? И вот смотришь, как человек начинает вести себя в этой ситуации.

Оксана Галькевич: Всех соискателей перед собеседованием просят выполнить тестовое задание, и только те, кто справился, приглашают, соответственно, пообщаться уже лично. Зарплату обещают «белую», не в конверте, в районе 70 тысяч рублей; для тех, кто в компании работает долго, предусмотрено множество самых разных бонусов, например, дополнительная медицинская страховка, скидки на фитнес-программы. Прянички такие.

Константин Чуриков: Юрий Михайлович, ну вот насколько эта история, такая, в общем, счастливая, казалось бы, отвечает вообще реалиям всего рынка в целом?

Юрий Савелов: Вы знаете, по-моему, только IT-шников они набирают, это те люди, которые могут работать на «удаленке». Вы знаете, чтобы переехать из одного города в другой, у нас до сих пор сохраняется проблема, это приравнивается к двум пожарам, особенно даже если это не один человек, а с семьей. Вот если человек, муж нашел работу в другом городе, чтобы приехала семья из 4 человек, это целая проблема: дети учатся в школе, ходят в детский сад, жена работает. У нас это очень сложно с переездами, это только на «удаленке» если, но это всегда работало, здесь никакой Америки не открыли. Если я правильно понял, что это они ищут IT-шников, которые могут...

Константин Чуриков: Да, они IT-шников ищут.

Оксана Галькевич: Да-да, разработчиков.

Юрий Савелов: Да, ну что здесь? Ну ничего страшного, хорошие открыли условия, сейчас найдут людей по всей стране. Человек может сидеть во Владивостоке и выполнять работу, которую он будет получать из Москвы, – ну что здесь такого?

Константин Чуриков: Ну да, только придется человеку перестроить свой жизненный график немножко, ну да.

Юрий Савелов: Ну, по времени, по времени, да. А вот чтобы переехать, чтобы найти работу в Саратове, мы много об этом говорили, я полсекунды, как говорится, это целая проблема, вот чтобы с семьей переехать туда. Это надо жилье человеку предоставлять, условия, детям школу и так далее, и тому подобное, супруге работу, вот тут проблема у нас с этим.

Оксана Галькевич: Нет, ну если зарплата нормальная, то можно, соответственно, и не предоставлять, так скажем, никакую квартиру этому сотруднику, он сам решит свои проблемы.

Юрий Савелов: Да, ну конечно, только супруга скажет: «Я не поеду, потому что у меня здесь своя работа». Там очень много проблем, мы с этим сталкиваемся постоянно на протяжении последних 20 лет, когда человек приезжает из другого города, он приезжает, начинает работать год-два, потом здесь адаптируется и перевозит сюда жену, допустим, но это с согласия всей семьи, детей, все это очень сложно.

Оксана Галькевич: Компромисс.

Юрий Савелов: Да, компромисс, все это очень сложно.

Константин Чуриков: Пять баллов ставлю нашему зрителю из Саратовской области: «Прогнозировать надо создание рабочих мест, а не повышение уровня безработицы».

Много звонков. Давайте Алексея из Твери послушаем.

Оксана Галькевич: Алексей из Твери. Здравствуйте, Алексей.

Зритель: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Говорите.

Зритель: У меня такой вот вопрос. Я вот когда болел, вот, меня предприятие уволило по статье 81-й якобы за прогулы.

Константин Чуриков: Так.

Оксана Галькевич: Ага.

Зритель: И как бы я сейчас никуда не могу с этой статьей тыркнуться, а чтобы встать на биржу труда, они принимают заявки только по интернету, но я не особо богатый человек, я особо не дружу с интернетом, мне как бы никак.

Константин Чуриков: Так. Расскажите несколько подробнее, как так получилось, что вас уволили по вот этой статье. То есть вы что, не предоставили больничный, не доказали, что вы были больны? Как это получилось?

Зритель: Это, как его, как вам объяснить... По идее они не имели права без моего присутствия меня увольнять, пока я не предоставлю документы.

Константин Чуриков: Да, логично.

Зритель: Ну это по идее. А когда я пришел, они мне уже объявили, поставили перед фактом, что вы уволены по статье. Я когда принес больничный, я не стал ругаться, потому что мне и так это предприятие нервы попортило очень хорошо, я...

Константин Чуриков: Два наводящих вопроса, Алексей, что это за предприятие, хотя бы сфера, в которой оно работает, и много ли таких, как вы, на этом предприятии, кого вот так же отправили?

Зритель: Очень много народу, Тверской вагоностроительный завод.

Константин Чуриков: Опа.

Оксана Галькевич: Серьезное на самом деле предприятие, я так понимаю.

Юрий Савелов: Да, серьезное, большое предприятие.

Константин Чуриков: Алексей, оставьте, пожалуйста, свои координаты нашим редакторам, попробуем тоже разобраться, снять сюжет.

Оксана Галькевич: Юрий Михайлович, получается какой-то прямо, как сказать, «работодательский» беспредел, да? Сейчас вот такое время жесткое настало? Что тогда сотрудникам можно посоветовать?

Юрий Савелов: Вы знаете, во-первых, мы живем с вами в правовом государстве, каждый человек может пойти в суд, обратиться и защитить свои, значит, ущемленные права, это однозначно. Насколько только поможет этому человеку... Ну выиграет он, ну восстановят его, но отношение к нему на работе будет совершенно другое, вы понимаете.

Оксана Галькевич: Работать все равно не сможет он там, да?

Юрий Савелов: ...чтобы он, конечно, мог убрать себе статью...

Оксана Галькевич: Юрий Михайлович, вы знаете, вот опять, когда мы говорим о рабочих местах, о занятости населения, часть аудитории рассуждает вот такими категориями, что нужно, чтобы государство строило заводы, фабрики...

Юрий Савелов: Обязательно, обязательно.

Оксана Галькевич: ...создавало рабочие места, как это было 30–40 лет назад когда-то. Но вы же частный предприниматель, соответственно, вот расскажите, как вам видится логика действий властей, предпринимательского сообщества, может быть, в данных обстоятельствах, мы ведь другой немножко жизнью ведь живем.

Юрий Савелов: Конечно. Вы знаете, дело в том, что вот сейчас эта программа, которая рассчитана на 1,5 года и которая подразумевает, что государство потратит на нее 5 триллионов рублей для возрождения экономики, мы, кстати, как предприниматели очень много от нее ждем, там 500 пунктов должно быть. В этих пунктах, я думаю, мы увидим дешевые кредиты, государственно-частное партнерство так называемое, когда предприниматель вместе с государством строит какое-то предприятие. Вы знаете, мы увидим льготное, допустим, выделение земли для строительства фабрик.

Ведь поймите, что, допустим, Китай только с помощью... Вот положительное, что есть в Китае, только с помощью государства он мог так быстро поднять свою экономику, там всего-то произошло 20–25 лет. Почему мы этого не можем сделать, если государство действительно будет нам помогать?

Константин Чуриков: То есть государство сначала строит за свой счет, само создает, потом приватизация?

Оксана Галькевич: Партнерство.

Юрий Савелов: Да, так же, как было в Китае, в Пекине. Там, знаете, выстраивались предприятия, потом предприниматель опять за счет денег в основном государства завозил туда какое-то оборудование и начинал его обслуживать, и в течение 5–7 лет пытался за это оборудование рассчитаться без процентов, без всего, там главная задача предпринимателя была заплатить людям зарплату. Даже такие предприятия энергоемкие, как швейное производство, там платились копейки, в основном платило за все это государство, сам предприниматель на первом этапе, 2–3 года, ничего не платил. Для того чтобы он мог окрепнуть и встать на ноги, окрепнуть, обзавестись связями, только после этого уже как бы выходить на рынок самостоятельно, а так все поддерживало государство; если 3 лет ему не хватало, оно до 5 лет поддерживало. И главная задача, еще раз повторю, – это заплатить людям зарплату. У нас в стране, к сожалению, все по-другому, и мы сейчас ждем, конечно, рабочие места. Государство – самый главный инвестор сейчас, понимаете, с этой программой, с этими деньгами.

Константин Чуриков: Оно обещало рабочие места, 25 миллионов высокопроизводительных рабочих мест.

Оксана Галькевич: Давно еще, до пандемии.

Юрий Савелов: Если правильно распределить, понимаете, мы через 2–3 года будем жить в совершенно другой стране: мы будем иметь рабочие места, мы будем иметь продукцию, которая будет конкурировать с внешними рынками и востребована на внешних рынках. Но если государство это не сделает... Но я думаю, что новое правительство сделает, у меня почему-то оно внушает очень большой оптимизм в этом направлении.

Константин Чуриков: Ну, очень приятно, когда бизнес с оптимизмом смотрит.

Юрий Савелов: По крайней мере во время пандемии как вело себя правительство, если сравнивать 2009-й, 2014 год, там вообще катастрофа была, выживал кто как мог, то сейчас большие надежды в этой программе, действительно поддержку бизнеса, для того чтобы они создавали рабочие места.

Константин Чуриков: Спасибо.

Юрий Савелов: Во всех регионах, не только в Москве.

Оксана Галькевич: Спасибо. Юрий Савелов, член президиума объединения предпринимателей «Опора России», был у нас в прямом эфире на связи.

Звоночек у нас есть.

Константин Чуриков: Звонок, да. Вот интересно, какие надежды у Александра из Петербурга. Александр, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте, Александр.

Зритель: Здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Зритель: Алло, здравствуйте.

Константин Чуриков: Да, рассказывайте о себе, что у вас с работой.

Зритель: Ну, моя краткая история такая. Мне 46 лет, я военный пенсионер, начал работать еще в 16 лет, вот. На данный момент я считаюсь официально безработным, потому что 29 марта я был сокращен, наше предприятие было сокращено, на данный момент я занимаюсь активными поисками работы. Но еще до этого я год назад начал искать себе работу, потому что понял, что с этим предприятием не все в порядке, и понял, что на рынке труда творится сплошной беспредел, ну и, можно сказать, кумовство.

Например, везде слышишь одно и то же: «Пришлите, пожалуйста, резюме». Да, создал резюме, что ты там везде положительный, красный диплом у тебя, не пьешь, не куришь, не наркоман. Приходишь на собеседование, и работодатель твой будущий дает тебе, прямо вот глядя в глаза, понять, что все это, конечно, замечательно, но у них есть свои люди на примете и лучше они возьмут человека своего, которого уже знают.

Константин Чуриков: А что это за показуха? Зачем они ваше и свое время тогда тратят, если они в этом честно признаются?

Оксана Галькевич: Зачем они тогда вакансию выставляли для соискателей?

Зритель: Это называется работой кадровых отделов, это раз.

Во-вторых, вы меня спросили, я вам рассказываю, что так приходил на несколько предприятий. Ну и на последнее предприятие тоже обратился, я говорю, что готов работать простым рабочим, могу слесарем, могу токарем, обучался. У меня спрашивают: хорошо, покажите документ о том, что вы получили данные специальности. Я говорю: а если у меня их нет, они сгорели при пожаре, скажем, 10 лет назад, восстановить я их не могу, потому что это было в другом регионе...

Константин Чуриков: Александр, ну это другой вопрос на самом деле...

Зритель: Я готов научиться на заводе, вот как раньше был институт учеников на предприятиях, как говорили, даже медведя можно научить кататься на мотоцикле.

Константин Чуриков: Да, и зайца можно научить курить, да.

Зритель: Любого человека можно научить стучать молотком, дать ему рабочее место, особенно в таком городе, как Санкт-Петербург.

Константин Чуриков: Александр, мне еще что интересно. Смотрите, у нас режим вот этой повышенной боевой готовности к коронавирусу по всей стране был введен 28 марта, если мне не изменяет память, а 29-го, еще даже ничего не подождав, вот так вот вас и, видимо, еще кого-то увольняют. Это как вообще? Что это за предприятие такое, если не секрет?

Оксана Галькевич: Предчувствие какое-то...

Зритель: Ну, там просто история нашего предприятия особая, в сокращении этого предприятия эпидемия коронавируса не виновата, там последние года 3 уже все шло к тому, что предприятие, в общем-то, шло в пике. Я и говорю, что уже год назад я начал искать себе место работы, разослал резюме по нескольким предприятиям, обращался.

Но смотрите, опять же вот у меня дочь 24 года, она находится в той же группе риска, что и я. Прихожу я, мне говорят: «Вы извините, вы уже старый, вам больше 45». Приходит ребенок, молодой специалист с дипломом, они говорят: «Извините, а у вас мало опыта».

Константин Чуриков: «Молодая еще совсем», да, Александр, понятно.

Давайте мы сейчас подключим Александра Ветеркова к нашему интересу разговору, это заместитель генерального директора сервиса «Работа.ру». Александр Юрьевич, добрый вечер. Первый вопрос к вам, что это за такие псевдособеседования, публикация вакансий, на которые уже подобрали своих людей, но просто народ нагоняют, создают видимость? Это для кого такая видимость нужна, вот то, о чем нам зритель сейчас рассказал?

Александр Ветерков: Ну, вообще история достаточно редкая, потому что все-таки большинство предприятий, даже если это государственные предприятия, работают над собственной эффективностью, и тратить собственное время на проведение излишнего количества собеседований скорее не будут. Понятно, что иногда руководителю нужно выбрать из нескольких человек и есть уже финальный кандидат, но для сравнения приглашают еще 2–3 человек, для того чтобы была такая иллюзия выбора или реальная оценка кандидата, которого уже выбрало предприятие. Но вот так вот...

Константин Чуриков: А, для массовки то есть, да?

Александр Ветерков: Для того чтобы... Вот часто была история, что приглашают для того, чтобы просто показать собственную работу, это все-таки крайне редкая история, потому что основная работа отдела кадров или отдела рекрутмента не количество проведенных собеседований, а закрытие вакансии в максимально быстрый срок. И если у них есть в настоящий момент кандидат, то скорее это собеседование, которое было уже назначено, для того чтобы проявить лояльность к кандидату, которого уже позвали.

Оксана Галькевич: Александр Юрьевич, давайте вернемся к ситуации на рынке труда. Смотрите, в последние дни широко регионы стали снимать эти карантинные меры, стали возвращать к работе организации, предприятия, малый и средний бизнес, люди стали выходить на работу. Вы чувствуете вообще какие-то в связи с этим изменения на рынке труда? У вас стало, может быть, больше предложений, запросов? Вот как это выглядит в вашем случае?

Александр Ветерков: Да, количество вакансий за последнюю неделю действительно выросло, причем оно растет достаточно быстро, то есть каждый день прирост составляет около 5–6%.

Оксана Галькевич: О!

Александр Ветерков: И количество вакансий за последние 10 дней в среднем выросло в разных регионах от 20% до 35%.

Оксана Галькевич: Где быстрее растет? Соответственно, Москва и Петербург? Может быть, кстати, у вас другой результативный?

Александр Ветерков: Ну, города-миллионники стабильно растут быстрее, это Москва, Петербург, Нижний очень хорошо растет по количеству вакансий, Новосибирск, Екатеринбург, на Дальнем Востоке появляется большое количество вакансий. Безусловно, регионы с меньшим количеством жителей открываются медленнее, либо у них нет проблем с наймом.

И рынок меняется, да: если раньше в городах-миллионниках мы видели, что это был рынок соискателя, когда в большом количестве отраслей сотрудник выбирал себе компанию работодателя, особенно в массовом сегменте, продажа, транспорт, ресторанный бизнес, но это все то, что сейчас пострадало, и рынок стал рынком работодателя, когда он выбирает сотрудника, которого возьмет на работу. И действительно, сейчас устроиться на работу стало гораздо сложнее, и мы видим по нашим опросам, что есть сокращение заработных плат, уменьшение...

Константин Чуриков: Так. На сколько?

Александр Ветерков: Ну пока это не такие значимые количества. Соискатели отмечают то, что у многих сократилось, 19% соискателей говорят о том, что у них сократилась заработная плата, но процент сокращения в районе 5–15% от дохода. Ну то есть 5% вроде бы такой не очень значимый, но 15% – это все-таки уже...

Оксана Галькевич: Это уже ощутимо.

Александр Ветерков: Да, уже ощутимые суммы: при доходе в районе 50 тысяч рублей потерять 7,5–8 тысяч рублей – это уже такие значимые...

Константин Чуриков: Александр Юрьевич, очень интересные данные. Они насколько новые? Вот когда они появились?

Оксана Галькевич: Вот в течение недели.

Александр Ветерков: Да-да.

Константин Чуриков: Нам нужно обязательно от вас эти данные получить.

Я вот сейчас все не могу успокоиться по поводу Петербурга. Вы знаете, я открыл сайт как раз ваш «Работа.ру», тут, значит, у меня получилось 730 где-то страниц, на каждой выложено море вакансий. Тут есть и вакансия токаря, 55 тысяч рублей, вот, пожалуйста, причем помета «срочно», какой-то завод, проспект Обороны... Продавец-консультант... Действительно много, но это крупные рынки, крупные регионы.

Давайте мы сейчас выведем в эфир нашего зрителя Юрия из Волгограда. Юрий, здравствуйте.

Оксана Галькевич: Здравствуйте.

Константин Чуриков: Что о Волгограде нам расскажет Юрий?

Зритель: Слушаю вашего эксперта и, конечно, с ним согласен. Вы меня слышите?

Оксана Галькевич: Да.

Константин Чуриков: Да-да.

Зритель: Конечно, он назвал города какие? – где находится промышленность, Питер, Москва, финансы, туризм и так далее.

Оксана Галькевич: Нижний Новгород...

Зритель: Екатеринбург, Нижний Новгород, Новосибирск. А другие регионы, правильно, где нет промышленности, там кроме торговли и сейчас упавшей до нуля сферы услуг вообще работы в принципе нет, это даже говорят наши главные специалисты центров занятости областные. Сельхозработы, торговля, это, естественно, до 30 лет.

И предыдущие там диаграммы у вас были, когда там говорилось о том, почему в регионах, особенно в областных центрах, до 30 лет и в основном женщины или девушки потеряли работу, ищут, – ну правильно, потому что они работали в сфере услуг до 30 лет: торговля, ресторанчики, кафешки и так далее, то, что сейчас рухнуло, поэтому они пострадали больше всего.

Константин Чуриков: Юрий, а вы как-то пострадали?

Зритель: Я? Конечно, я уже 3 года как пострадал. В Волгограде у нас на гербе шестеренка машиностроительная и химическая колба, потому что в свое время Волгоград был крупным промышленным химическим центром. Три года я уже ищу работу после того, как один ритейл бытовой электроники оптимизировался, сократил предприятие, а те вакансии, которые нам предложили, естественно, они нас всех не устроили, потому что уже и по возрасту, и так далее.

Оксана Галькевич: И в течение 3 лет вообще ни один вариант вас не устроил?

Константин Чуриков: Юрий, а какие ваши годы? Вы говорите, по возрасту – какие ваши годы, сколько вам лет?

Зритель: Мне 54 года.

Константин Чуриков: А, 54 да.

Оксана Галькевич: И в течение 3 лет, я второй раз спрашиваю, вас ни один вариант не устроил?

Зритель: Да, потому что условия такие предлагались работы... То есть надо понимать, что вакансии, которые хорошие, или должна быть зарплата нормальная и условия не очень, или хотя бы условия нормальные, зарплата средняя по региону, но этого у нас на рынке очень тяжело найти, тем более в таком возрасте.

Константин Чуриков: Так, секундочку. Юрий, вот еще буквально пару секунд, вы же из Волгограда, да?

Зритель: Да.

Константин Чуриков: Я только что вбил как раз на сайте «Работа.ру», вот первая попавшаяся вакансия «водитель такси». Права у вас есть?

Зритель: Ну... Я работал в свое время, в 1990-е гг. водителем такси, я знаю, что это такое. Это, скажем так, уже по здоровью не очень подходит. Насчет образования: получаю сейчас четвертый диплом, потому что я знаю, куда у нас можно пойти в моем возрасте, – учителем в школу ОБЖ.

Константин Чуриков: Так.

Зритель: Сейчас получаю четвертый диплом на учителя и пойду учить. А до этого у меня нефтяной колледж в свое время был, торговый колледж, Волгоградский государственный университет, факультет управления...

Оксана Галькевич: Юрий, но получается, просто вы выбираете, собственно говоря, и не просто ищете работу, которая там подойдет вам любая, вы готовы взяться за что угодно, вы выбираете на своих условиях, поэтому, может быть, эта ситуация так и выглядит 3 года. Спасибо вам большое.

Александр Юрьевич, вот вы знаете, все-таки давайте возьмем две категории: люди, которые говорят, что они уже возрастные, в определенном возрасте, и люди, которые вот до 30 лет, молодые, без особого опыта или с каким-то там недостаточным опытом, не знаю. Есть какие-то у вас советы, хочется... После последней темы я бы сказала «лайфхаки», но после последней темы, знаете, уже как-то...

Константин Чуриков: ...боязно.

Оксана Галькевич: Да, боязно. Лайфхаки, какие-то советы, как искать работу этим двум категориям людей, молодым специалистам, молодым людям и людям уже постарше?

Александр Ветерков: Ну, если мы говорим про людей постарше, то, безусловно, совет не терять работу, а для этого нужно прилагать максимальные условия и показывать собственные результаты. Работодатель никто не увольняет с работы токаря, который вырабатывает свою норму и еще занимается наставничеством на производстве, это ну такой крайний нонсенс, если у вас нет никаких проступков, вы не выпиваете, работаете, работу не прогуливаете...

Оксана Галькевич: ...не ломаете оборудование.

Александр Ветерков: Да, не ломаете оборудование, то в принципе до 65–70 лет есть большое количество людей, которые работают на предприятиях. Более того, многие предприятия жалуются на то, что у них возрастные сотрудники и они не могут от них отказаться, потому что молодежь не так активно приходит. То есть нужно давать результаты, повышать собственную квалификацию и стараться не потерять работу.

Если это все-таки случилось, то, конечно, нужно быть готовым к определенным сложностям, поиск работы – это работа. Нужно становиться более гибким и рассматривать варианты предложений, которые есть в настоящий момент на рынке, где, может быть, пригодится ваш текущий опыт, текущее знание, причем необязательно по работе, но, может быть, какие-то личные качества.

Константин Чуриков: Да, Александр Юрьевич, но от личных качеств же не все зависит.

Оксана Галькевич: Подожди, Костя, еще про молодых мы недоговорили. А молодым что делать?

Александр Ветерков: Про молодых специалистов, если мы говорим именно по работе по полученному диплому, то есть специальности, где найти работу достаточно просто как в своем регионе, так и переехав, а молодые все-таки более подвижные и склонные к переездам. Но есть, безусловно, профессии, например, классические бухгалтер, юрист, экономист, где идет переизбыток кадров, и найти работу по этим вакансиям достаточно сложно, и это, наверное, момент выбора своей будущей профессии, здесь тоже надо быть гибче и смотреть на другие сферы, где может тоже пригодиться ваш опыт.

Ну и молодым специалистам, безусловно, нужно нарабатывать какой-то опыт в начале и большое количество предложений каких-то стажировок, волонтерства, работа может быть первично с минимальной оплатой, когда вы получите навыки, знания, которые сможете в более позднем периоде продать на рынок, ну то есть какой-то год-полтора потратить на выработку знаний и навыков, которые могут пригодиться в вашем регионе.

Константин Чуриков: Александр Юрьевич, а вот, может быть, вся эта ситуация потому, что люди особенно в таких, не в Москве и Петербурге, городах, они просто хватаются за любую работу и не могут, может быть, даже самому себе сформулировать, что они хотят? Может быть, вы расскажете о типичных каких-то ошибках, которые люди сейчас вот могут допускать и из-за этого терять доход и не получать рабочее место?

Александр Ветерков: Ну, типичная ошибка, например, то, что звонил один из ваших слушателей и говорил о том, что его уволили и он не пошел отстаивать себя в трудовую инспекцию либо в суд. Это, безусловно, ошибка, потому что вернуть, изменить статью в трудовой книжке, во-первых; во-вторых, получить компенсацию за вынужденный простой или отсутствие на рабочем месте, потому что работодатель вас уволил, при восстановлении вы получите компенсацию пропущенного времени на работе, это абсолютно неправильно. И точно так же эмоционально абсолютно неправильно выходить к работодателю в состоянии таком, что «меня не возьмут на работу», в подавленном настроении. То есть все-таки большинство работодателей любят таких оптимистов и энергичных людей...

Константин Чуриков: Конечно.

Александр Ветерков: ...которые им принесут, по их мнению, бо́льшие результаты. То есть мы любим общаться с людьми позитивными, нежели с такими ну гундосами. И поэтому выходить к работодателю нужно на позитивной волне и стараться преподнести свои качества и знания, которые вы наработали. Причем даже если эти знания не подтверждены какими-то документами, хотя, конечно, предприятиям нужно подтверждение, что он токарь определенного разряда, но если у вас есть опыт в трудовой книжке, что вы работали по данной профессии, то есть предприятие, может быть, не государственное, а частное, которое вас с удовольствием будет готово рассмотреть.

Оксана Галькевич: Ну вот, кстати говоря, Юрий из Волгограда как раз пример человека, который, видимо, понял, что он хочет чего-то другого, а не того, что предлагает рынок, пошел учиться и правильно сделал.

Игорь из Москвы хочет высказаться. Игорь, здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Я вот что хотел вам сказать. Значит, мне 56 лет, у меня техническое образование. Вот я работу потерял буквально 2 года назад, вынудили, можно сказать, уволиться. До этого, как я потерял работу, я тоже был без работы, и у меня получилось так, что я пошел, это самое, как он называется-то...

Константин Чуриков: Ну уж как-то скажите.

Александр Ветерков: Служба занятости?

Оксана Галькевич: Биржа труда? Куда пошли?

Зритель: Трудоустраивать на работу, забыл...

Оксана Галькевич: Биржа труда?

Зритель: Да, на биржу труда.

Оксана Галькевич: На биржу труда.

Зритель: И когда я подавал документы, они посмотрели диплом и мне напрямую сказали, что «по вашей специальности мы вам искать работу не будем, только неквалифицированную работу, грузчик, дворник...»

Константин Чуриков: Так, Игорь, очень важно, кем вы работали и какая у вас специальность.

Зритель: А?

Константин Чуриков: Кем вы работали до этого и какая у вас специальность?

Зритель: У меня специальность по диплому довольно специфическая, я техник-механик летательных аппаратов, то есть это ракетная техника.

Оксана Галькевич: О-о-о.

Константин Чуриков: Мне кажется, очень востребованная для нашей страны.

Оксана Галькевич: Нам надо Маска догонять.

Зритель: Нет, проблема в том, что, это самое, время-то уже ушло, так сказать, навыки кое-какие растерялись, я по прямой специальности работать не могу. А на данный момент, я вот сейчас буквально за тот год прошел 5 собеседований на должность «техник по зданию», то есть это человек, который обслуживает здание, ремонт замков, дверей, замена лампочек, сантехника и все такое...

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Ага, человеку, который делал ракеты, можно сказать.

Зритель: Да.

Оксана Галькевич: И?

Зритель: И ни на одну вакансию меня не взяли. Вот что требуется от меня работодателю, чтобы я мог ходить и вкручивать лампочки?

Константин Чуриков: Игорь, пока не отключайтесь.

Оксана Галькевич: Да... Александр Юрьевич, что делать Игорю, а?

Константин Чуриков: Александр Юрьевич, может быть, не туда Игорь обратился? Может, вообще забыть про эти центры занятости, ничего путного не предлагают? Куда обратиться?

Александр Ветерков: Ну, в центры занятости действительно на самом деле сейчас стекается большое количество вакансий, другое дело, что предложить работу и работать клиентоориентированно центры занятости пока все-таки учатся. Ну обратиться к стандартным джоббордам, посмотреть, какие вакансии есть у вас в регионе.

И что я хочу сказать? В настоящий момент, когда случилась пандемия коронавируса, большое количество предприятий потеряло иностранную рабочую силу, и мы видим очень большое количество обращений как к сайту «Работа.ру», а также к нашему сервису «Лидогенерация», с тем чтобы помочь им закрыть вакансии, причем сейчас россиянами, поскольку пока иностранцев они привлечь не могут.

Константин Чуриков: Так.

Оксана Галькевич: «Пока россиянами».

Александр Ветерков: И в настоящий момент как раз поискать работу по своей специальности в производственных компаниях может быть очень актуально.

Оксана Галькевич: Ага.

Константин Чуриков: Да, спасибо большое. Александр Ветерков, заместитель генерального директора сервиса «Работа.ру». Если вот Игорь из Москвы нас слышит, ну правда, мне кажется, если вот даже я потеряю работу, все бывает, все под богом ходим, но центр занятости – это последняя инстанция, куда я буду обращаться. Еще посмотреть вакансии... Я не знаю, где у нас там «Роскосмос» размещает свои вакансии.

Оксана Галькевич: Костя, вот в том-то и дело, мне кажется, что у нашего зрителя более редкая специальность, чем даже у нас с тобой.

Константин Чуриков: Чем мы предполагаем. Нет, мы поняли, что он связан с ракетами, с космосом.

Оксана Галькевич: Слушай, телеведущим все-таки, мне кажется, быть проще, чем инженером космической техники.

Константин Чуриков: Конечно, факт.

Оксана Галькевич: Наталья из Мордовии. Здравствуйте, Наталья.

Зритель: Здравствуйте, добрый день.

Оксана Галькевич: Добрый.

Зритель: Вот я как бы звоню по такому вопросу, я вот 6 лет, ну то есть как я ушла в декрет, не могу я найти работу. То есть я обращалась и в центры занятости населения, и как бы сама искала, и на «HeadHunter» нахожусь уже, наверное, года 4, и вот такая проблема.

Оксана Галькевич: А какая у вас профессия, Наталья?

Зритель: У меня несколько профессий. У меня как бы есть и профессия инженера, и сейчас я получила, пока с ребенком сидела, дополнительное образование МВА «Стратегии развития предприятий и менеджмент предприятий», работала 8 лет на федеральных каналах менеджером по работе с клиентами, также работала коммерческим директором в различных каналах, ну то есть на пятом канале, вот у нас местные каналы. Но, к сожалению, вот когда я последний раз ушла в декрет с последнего места работы, хотела выйти, то предприятие уже закрылось, я хотела выйти на новое место, искала себе работу.

Оксана Галькевич: То есть недостатка в опыте у вас нет на самом деле.

Константин Чуриков: Я не ослышался, вы сказали, что у вас МВА, да?

Оксана Галькевич: Да.

Зритель: Ну да, но вот, к сожалению, вы знаете, несколько как бы лет я не могу устроиться на работу. Приходишь, например, на предприятие, говорят... Вот буквально вчера, 2 дня назад я была на предприятии, например, девушка одна как юрист говорит: «Мне нужен помощник юриста». Я к ней прихожу, она мне говорит: «Зарплата у нас 6 тысяч». Я говорю: «Шесть тысяч, если минимальный оклад труда по законодательству по трудовому должен быть 12 с чем-то», – если я не ошибаюсь...

Константин Чуриков: Да.

Зритель: Она говорит: «А мне вот нужно, мы вам в трудовой напишем, что неполный день вы работаете, а вы будете полный день проходить».

Константин Чуриков: И это вам предлагают вакансию помощника юриста, юристы вам такое предлагают? Круто.

Зритель: Да-да. Потом, значит... Это вы еще удивитесь, если я вам сейчас расскажу. Я была на бирже, меня как бы послали в Министерство труда, там была открытая вакансия, тоже какая-то специальность. Но у них именно тоже там то ли помощник руководителя... Вот есть такая госпожа Шабайкина. Когда я пришла, я говорю: «Покажите, пожалуйста, какая работа, до скольких». Она говорит: «До 6». Я говорю: «Ну как, рабочий день должен быть 8-часовой». Она говорит: «А мне вот надо, чтобы вы до 10 часов работали». Я говорю: «Ну а как у вас это оплачивается?» Она говорит: «Никак не оплачивается, 3 дня отпуска мы вам дадим». Я говорю: «Хорошо, покажите контракт». Она: «Мы работаем на контрактной основе». Я говорю: «Хорошо, покажите контракт». – «Ой, а у меня девочка забыла». Я 2 или 3 раза к ней ездила, она контракт так и не предъявила.

Оксана Галькевич: Наталья, ну вот видите, вы просто с правильным подходом к поиску работы.

Константин Чуриков: Да, но результат все равно ноль. Спасибо вам за ваш звонок, нет слов, конечно, приличных во всяком случае.

Оксана Галькевич: И за вашу принципиальность тоже, Наталья.

Константин Чуриков: Сейчас Дмитрий Андреянов расскажет, как ситуация с работой в Ростовской области.

СЮЖЕТ

Оксана Галькевич: Давайте подключим к нашей беседе еще одного эксперта: генеральный директор Института региональных проблем у нас на связи, Дмитрий Журавлев. Дмитрий Анатольевич, здравствуйте.

Дмитрий Журавлев: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Добрый вечер.

Оксана Галькевич: Дмитрий Анатольевич, вы знаете, вот смотрим очередной сюжет, на этот раз из Ростовской области, до этого нам люди звонили со всей страны. Вы знаете, ну я не знаю, какое-то вот ощущение безнадеги, что ли, а? Рабочих мест кроме сезонной торговли какой-то, такое ощущение, что их просто и нет. Куда вот оно как-то все исчезает? Вот как, что происходит у нас с рынком труда вообще в стране? Промышленности нет, ничего нет, тут еще 2 месяца карантина...

Дмитрий Журавлев: Ну, у нас же великая промышленная была страна, а потом сказали, помните, в 1990-е гг., что нам советская промышленность не нужна, мы все купим.

Оксана Галькевич: Но за 30 лет нельзя было понять, что не все купим?

Дмитрий Журавлев: И вот это резкое изменение структуры и привело в принципе к этой тенденции. Просто сейчас мы после коронавируса видим ее, так сказать, в абсолютной красоте, а до этого у нас были некие...

Оксана Галькевич: То есть, как говорится, очистилась не только природа, но очистилась и экономика, мы сразу видим ситуацию в экономике в чистом виде, да?

Дмитрий Журавлев: Ну вот ситуация в экономике в чистом виде после коронавируса, вы ее прекрасно описали. Ведь это еще относительно неплохие примеры вы приводили, более-менее большой город, предприятие, которому нужно целых 30 человек. А у нас есть много городов... Вот в одной из областей Центральной России, значительно ближе к Москве, чем Ростовская область, мне человек говорит: «Вы знаете, а у нас все закрыли, у нас и хлебокомбинат, и молочный завод в районе закрыли, все возят из соседнего района». Поэтому у нас физически негде работать.

Вы понимаете, в чем ужас маленького рынка труда? Не в том, что там есть безработные, при рыночной системе этой сферы там всегда будут безработные, потому что рынок работает, когда спрос меньше предложения, иначе рынок не работает. Но дело в том, что там и выбирать не из чего, то есть там твоим усилиям нет практически никакого смысла. Ну что, где ты будешь рваться, из чего ты будешь выбирать? Не то что есть 2 места и 5 желающих, ты вот должен себя лучше показать и занять одно из двух мест, а их там вообще нет, там не из чего выбирать.

Константин Чуриков: Дмитрий Анатольевич, да, эта ситуация печальна, но мы о ней говорим в принципе не впервые, уже давно говорим. Что касается крупных рынков труда, вот я просто перечислю, кто нам звонил: нам звонил, значит, инженер ракетного машиностроения...

Оксана Галькевич: Москва.

Константин Чуриков: ...нам звонила женщина с МВА, кадровик, юрист и все что угодно, и чтец, и жнец; нам звонили другие с весьма солидным образованием люди.

Оксана Галькевич: Из Мордовии, да, из Волгограда специалист нам звонил.

Константин Чуриков: Им некуда деться. Вот что бы вы им просто посоветовали?

Дмитрий Журавлев: Ой... Все очень плохо, поэтому, дорогой эксперт, посоветуйте, как сделать хорошо, да? Что же им посоветовать... К сожалению, кроме поиска работы другого совета здесь нет.

Советовать скорее нужно не им, они вот что могут, то делают. Советовать нужно государству, потому что необходимо не просто с радостью сообщить, что труд стал рыночным товаром, а все-таки соотнести, например, то же образование с потребностями этого самого рынка. Вот почему человек с хорошим образованием не может найти место? – потому что именно конкретно его образование здесь и сейчас не нужно. Оно, может быть, на другом конце страны необходимо так, что позарез, но человек же не поедет через всю страну искать, есть там место или нет.

Поэтому в первую очередь службы занятости не просто... Они должны помогать безработным, это необходимое условие, но в первую очередь они должны все-таки давать некие ориентиры людям, на что они должны учиться, чтобы занять какое-то место. Это не решение всех проблем, потому что вот эти маленькие городки все равно останутся со всеми их страшными проблемами, но это все-таки лучше, чем сейчас. Люди должны понимать, какие усилия они должны совершить, чтобы перестать быть безработными. Сейчас ситуация такая: ты ходи, ты спрашивай, авось чего найдется. А нужно, чтобы человеку сказали: «Ты знаешь, ты сделай вот это, вот это, вот это, если ты это сделаешь, работа тебе гарантирована». Вот тогда у людей появится стимул что-то делать, а сейчас действительно легче на огороде себя прокормить, чем находиться в постоянном поиске, не знаю, бороды старика Хоттабыча.

Оксана Галькевич: Дмитрий Анатольевич, а если вот обсудить какие-то механизмы, которые могли бы поддержать, так скажем, бизнес и простимулировать их к тому, чтобы нанимать людей, платить им деньги, что бы это могло быть? Я не знаю, может быть, это, допустим, вот обсуждается сейчас почасовая зарплата, я не знаю, снижение налогов, что?

Дмитрий Журавлев: Я бы сделал налоговые льготы для тех, кто содержит большое количество работников. Вот великое знаменитое немецкое чудо началось с того, что при обмене денег в Германии те предприниматели, у которых было много работников, получили много денег по равному курсу, то есть марка к марке, а те, у кого было мало работников, получили очень мало денег по новому курсу, остальные обменивали их на рыночном принципе. В результате немецкая промышленность сейчас самая крупная промышленность Европы, это просто конкретный пример, он известен, он в любом учебнике написан. Но я бы еще одну вещь сделал, которая не связана конкретно с предпринимателями: я бы еще больше повысил пособие по безработице.

Константин Чуриков: Так.

Дмитрий Журавлев: И не потому, чтобы на это пособие прожить, не об этом речь, а речь идет о том, что безработный должен быть экономически невыгоден обществу, тогда общество найдет способ, как сделать так, чтобы не было безработных.

Оксана Галькевич: Подождите, а как?

Константин Чуриков: Ну тогда до каких величин повысить, например, по России?

Дмитрий Журавлев: А сегодня, понимаете, нам легче пособие по безработице заплатить и забыть о нем, об этом человеке, пусть сам ищет себе место.

Оксана Галькевич: Ну копеечное, мизерное, вы это имеете в виду?

Дмитрий Журавлев: Ну да. Пока оно мизерное, оно не будет выполнять социальные функции, оно будет выполнять функцию «возьми и отстань».

Константин Чуриков: Дмитрий Анатольевич, но ведь на самом деле то, что вы говорите, это означает, что просто государство само себе должно сейчас создать бо́льшие трудности, тогда оно зашевелится и что-то сделает, так получается?

Дмитрий Журавлев: Вершина государства, которое равно обществу, государство в целом у нас в России, мы государственная страна, равно обществу, но каждый чиновник в отдельности, не потому, что он плохой человек, не потому, что он людей не любит, но его конкретные служебные интересы не соответствуют интересам всех сразу. Поэтому необходим механизм, в этом главная задача государства, в котором людям будет выгодно работать правильно и хорошо.

Оксана Галькевич: Вот я как раз хотела вас спросить, что вы имеете в виду под тем, что общество найдет способы, как избавиться от этого экономически невыгодного безработного. Что это, общественное порицание?

Дмитрий Журавлев: Когда будет дешевле заплатить этот самый налоговый вычет предпринимателю, чтобы он рабочего держал, чем заплатить мизерное пособие рабочему, чтобы он ушел и никого не беспокоил.

Константин Чуриков: Да, спасибо вам большое.

Оксана Галькевич: Спасибо.

Константин Чуриков: Дмитрий Журавлев, генеральный директор Института региональных проблем. А проблем в регионах, наверное, даже больше, чем сообщений на нашем портале, но я думаю, что просто несколько тысяч точно сейчас вот за последние 30–40 минут у нас появились.

Оксана Галькевич: Да.

Друзья, впереди небольшой выпуск новостей, после этого мы вернемся, у нас есть еще кое-что для вас.

Константин Чуриков: О да.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Где сейчас попробовать себя человеку с образованием и без?