Работа и зарплата. Профсоюзы - о четырёхдневке

Гости
Владимир Морыженков
профессор бизнес-школы МИСиС

Тамара Шорникова: Четырехдневную рабочую неделю в стране можно вводить только при сохранении зарплаты как минимум на прежнем уровне. В профсоюзах обсуждают возможность перехода на новый режим труда и предлагают свои варианты: сокращать нужно не дни, а рабочие часы.

Дмитрий Лысков: По словам председателя Федерации независимых профсоюзов России Михаила Шмакова, многие работодатели готовы пойти дальше и ввести трехдневную рабочую неделю. В каких отраслях возможен такой график и на каких условиях? Сейчас спросим у Михаила, он выходит с нами на прямую связь.

Тамара Шорникова: Пока выясним у вас: вы бы как хотели работать? Сколько дней, часов? И за какую зарплату, разумеется?

Сначала поговорим с Владимиром Морыженковым, профессором бизнес-школы МИСиС. Здравствуйте.

Владимир Морыженков: Да, здравствуйте.

Дмитрий Лысков: Владимир Алексеевич, здравствуйте.

Владимир Морыженков: Здравствуйте. Рад вас слышать.

Тамара Шорникова: Обсуждается уже с 2019 года введение четырехдневной рабочей недели. Процент россиян, которые поддерживают эту идею, постепенно растет, вот уже 44% не против так работать. А какой процент работодателей согласны на это, как вы думаете?

Владимир Морыженков: Ну, процент работодателей… Я думаю, все население с удовольствием бы перешло на вмененный доход. И уменьшалось бы количество рабочих дней, если бы государство богатело от этого. Ну и модель какая-то сработал бы.

А вот с работодателями – здесь задача посложнее. Представьте себе такую ситуацию. Какая у нас очередь на проведение хирургических операций, например? Хирург будет работать четыре дня. Если следующий день рабочим считать, то должна быть другая оплата. Значит, это в бюджете надо предусмотреть другие тарифы на выполнение этих работ. Все тарифицируется. А поточные производства, которые нельзя остановить?

И люди скажут, что если законодательно принята четырехдневная рабочая неделя, то перед вами стоит дилемма. С одной стороны, где деньги взять? И второе – где взять людей для того, чтобы они успевали все это делать? Они ведь захотят отдыхать. И все тогда говорят: «А вот пусть производительность труда тогда у нас растет». А эту производительность труда на самом деле некому у нас поднимать, потому что множество научных кадров регулярно уезжают за рубеж и там внедряют свои технологии.

Дмитрий Лысков: Владимир Алексеевич, целые госпрограммы по повышению производительности труда прямо сейчас работают в стране. Может быть, действительно, я не знаю, через год, два, три мы придем к четырехдневной рабочей неделе?

Владимир Морыженков: Нет, через год, два, три… Эту рабочую неделю можно уже сейчас начинать для огромного количества людей, которые не нужны на предприятиях. Возьмите бюджетную сферу – какое количество людей! Проведите анализ занятости работника.

Вот мы внедряли такую систему на нескольких предприятиях, где проводили анализ занятости работника. Кончается это страшными требованиями, угрозами забастовок: «Уберите конкретные системы, что мы делаем на работе. Мы на работу пришли в девять, в шесть ушли. Не приставайте к нам». Смело можно однодневную рабочую неделю внедрять, я вас уверяю, на огромном количестве бюджетных предприятий.

Дмитрий Лысков: Но как тогда относиться к инициативе независимых профсоюзов о сохранении заработной платы, если действительно человек фактически всю неделю сидит, а работу выполняет за один день?

Владимир Морыженков: Ну да. Тогда вы должны сказать, как тарифицировать. Мы снова приходим к очень важному аспекту. Тарифицируется рабочий час. Насколько и какой объем труда должен быть заложен в рабочем часе? Сегодня при помощи информационных технологий мы можем понимать содержание труда человека в любую минуту фактически.

Есть два пути. Один путь – это системы слежения, взаимодействие с IT-системами и с протоколами деятельности у операционных работников, где они заняты трудом и как они заняты. А есть другая система, когда человек сам планирует свою деятельность и говорит, что он будет производить даже больше, чем делал по вчерашнему протоколу. Так вопрос – производить, думать.

Труд человека подразделяется на две части. Творческий труд, где неизвестно, разработаешь ли, получишь ли успех. То есть это задачи… Родить ребенка – это занимает девять месяцев. Мысль тоже моментально не сможет выдвинуть ту гипотезу, где получится конкурентоспособный продукт. А вот операционная деятельность: поезд должен прийти по расписанию, продукт должен быть сделан. Понятные и простые операции делаются по фиксированному времени.

Дмитрий Лысков: Владимир Алексеевич, у нас есть телефонный звонок. Я прошу прощения, что вынужден перебивать, просто телефон раскалился уже докрасна.

Владимир Морыженков: Давайте, давайте.

Дмитрий Лысков: Сергей из Перми. Сергей, здравствуйте, вы в прямом эфире.

Зритель: Да, слушаю. Здравствуйте.

Тамара Шорникова: Мы вас слушаем.

Зритель: Да-да. Я хотел бы вот такой вопрос спросить. Говорят, что… У нас есть большое предприятие в городе Перми. Взяли и внесли обеды, а обеды эти как бы не оплачиваются. А у нас непрерывное производство – это раз. Во-вторых, в те дни, когда Владимир Владимирович Путин сделал выходные на майские праздники, все были рады, но радовались в основном студенты только, одна молодежь только радовалась. А взрослые люди не хотят отдыхать, а хотят зарабатывать деньги. За эти же праздники никто не платит ничего. И как быть? Я считаю, что… Вот говорит специалист, чтобы сделать айтишную неделю, один день рабочий. Ну слушайте, работа работе – рознь. Здесь же непрерывное производство.

Дмитрий Лысков: Сергей, спасибо за ваше мнение.

Зритель: А врачи?

Дмитрий Лысков: Спасибо, Сергей.

Тамара, действительно, вспомни, когда ввели еще первые две недели выходных перед ковидным локдауном, ведь сколько было возмущения: «Да подождите, мы хотим работать, мы хотим зарабатывать, а вы нас заставляете уйти на выходные дни».

Владимир Алексеевич, может быть, действительно люди стремятся больше работать и зарабатывать?

Тамара Шорникова: Готовы шесть дней в неделю, а мы им – четыре, три.

Владимир Морыженков: Посмотрите. Как нужно рассмотреть этот вопрос? Есть понятие «сдельная оплата труда». Есть люди, которые говорят: «Мы хотели бы…» И она очень распространена по всей стране. Значит, человек говорит: «Не лишайте меня возможности работать». Если есть законодательно три дня выходных, дайте мне возможность, я выйду на работу. И желательно заплатите мне «праздничные», за то, что я работаю в выходные дни, двойной тариф».

Но работодатель не идет на это. И на большом количестве предприятий люди выходят в субботу и с нарушением законодательства работают, лишь бы заработать себе на кусок хлеба, потому что сдельная оплата довольно низкая по большому количеству операций. И люди говорят: «Мы не можем прожить на это, вы нас лишаете возможности».

Поэтому, с точки зрения работодателя, ему эти три дня выходных – это угроза нарушения трудового законодательства, где он должен платить теперь двойную зарплату, а у него неконкурентоспособное предприятие. Ну, в массе своей российские предприятия не очень конкурентоспособные, продавать свою продукцию тяжело.

И вторая часть – это то, что человек говорит: «Я тогда должен работать и в выходные». Для кого-то есть законодательство, для кого-то нет. Так и сегодня в России совершенно не запрещают. Зачем вводить закрыто какую-то инициативу, ограничивающую возможности человека работать больше, чем четыре дня, когда сегодня все это позволяют делать? Это непонятно.

Тамара Шорникова: Владимир Алексеевич, ну потому что, по статистике экспертов, 70% россиян перерабатывают, даже с закрепленными в сегодняшнем законе 40 часами в неделю работают больше.

Владимир Морыженков: А вы думаете, что-то изменится, если они будут работать меньше? Уберите сдельную оплату труда, установите законодательно тогда стоимость одного рабочего часа – и люди будут перетекать, даже мигрировать в те регионы, где стоимость рабочего часа выше.

Вы не можете оставить без внимания сельское хозяйство, круглосуточное, где фермеры. Вы не можете оставить без внимания массу непрерывных производств, потому что это резко удорожится. Вопрос: вы видите, какой сейчас всплеск инфляции в стране идет? Вы видите, что за все придется платить больше, вдвойне, втройне? Идут перекосы государственного планирования в этом направлении.

Дмитрий Лысков: Кстати говоря, у нас на SMS-портале из Краснодарского края пишут: «При сохранении зарплаты согласен на трехдневную работу, но для того, чтобы другие три дня работать на другой работе».

Тамара Шорникова: Спасибо. Владимир Морыженков был с нами на связи, профессор бизнес-школы МИСиС.

Через 20 минут, после новостей, через 15 уже…

Дмитрий Лысков: …следующая тема. Мы будем говорить о киберпреступности, которая растет в России ну просто какими-то сумасшедшими темпами.

Тамара Шорникова: Традиционные преступления – разбои, грабежи, кражи – как раз их число снижается. Но при этом катастрофически растет киберпреступность – более чем на 20% за первую половину нынешнего года. Как обуздать эту волну? Подключайтесь к разговору. Вас обманывали?

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Комментарии (0)
Возможна ли она при сохранении размера заработной платы?