Работа над молодостью

Гости
Олег Бабич
руководитель правового департамента Конфедерации труда России
Владимир Блинов
директор научно-исследовательского Центра профессионального образования и систем квалификаций Федерального института развития образования РАНХиГС

Марина Калинина: Мы переходим к первой теме сегодняшнего эфира. Правительство решило заняться трудоустройством молодежи. Премьер-министр Михаил Мишустин утвердил долгосрочную программу содействия занятости, рассчитанную до 2030 года.

Иван Князев: Планируется создать дополнительные механизмы занятости молодежи, условия для трудовой и предпринимательской деятельности, а также сделать так, чтобы современное образование больше отвечало требованиям работодателей. Что еще будет включать в себя эта программа? В каких сферах может пригодиться сегодня молодежь? Это обсудим с нашими экспертами. Ждем, конечно же, и ваших звонков и сообщений, пишите-звоните.

Марина Калинина: Да, и расскажите нам, в вашем регионе, в вашем городе молодежи легко трудоустроиться, сложно трудоустроиться? В общем, звоните, рассказывайте.

Ну а мы пока начнем обсуждать эту тему с нашим экспертом – это Владимир Блинов, директор научно-исследовательского Центра профессионального образования и систем квалификаций Федерального института развития образования РАНХиГС. Здравствуйте.

Иван Князев: Приветствуем вас.

Владимир Блинов: Здравствуйте.

Иван Князев: В чем сегодня сложности с трудоустройством молодежи? Какие есть, я не знаю, разногласия, разбалансировка на рынке труда, что пришла необходимость, появилась необходимость вот эту программу создавать и утверждать?

Марина Калинина: Да, уже на государственном уровне.

Владимир Блинов: Да, безусловно, такая программа нужна, потому что у нас сегодня успешно трудоустраивается 50–60% молодых людей, получивших квалификацию. И основное противоречие как раз, на мой взгляд, заключается в том, что предлагаемые рабочие места просто не соответствуют той квалификации, которая была получена в процессе обучения. Наши ребята хотят большего: они хотят занять высокооплачиваемые рабочие места, высококвалифицированные, чтобы начать свою трудовую деятельность сразу с какой-то такой серьезной позиции. А рынок труда, естественно, таких условий, точнее сказать, не всегда может предоставить такие условия, чтобы удовлетворить вот все абсолютно желания. Отсюда, собственно, и возникают проблемы трудоустройства.

Марина Калинина: Владимир Игоревич, ну смотрите, они хотят сразу занять какие-то высокооплачиваемые квалифицированные рабочие места, а уровень образования-то у них соответствует их потребностям и запросам?

Владимир Блинов: Вы знаете, вот судя по цифрам статистики, соответствует, потому что у нас примерно четверть выпускников занимает рабочие места, которые с точки зрения уровня квалификации существенно ниже полученной ими квалификации в образовательных организациях. И это как раз говорит о том, что молодые люди в чем-то правы, они хотят хотя бы соответствия тому, чему их учили.

Иван Князев: Ну а как наладить тогда вот эту систему подготовки? Фактически что у нас, придется все образование переделывать?

Владимир Блинов: Ну, не все, наверное. Я думаю, что правильно занята позиция Министерством просвещения, и сейчас разрабатывается очень интересный проект под названием «профессионалитет», направленный как раз на сближение с, скажем так, прямыми потребителями кадров, с производственными предприятиями. И вот такой контакт, вот такая интеграция профессионального образования и сферы труда может дать вот как раз желаемый эффект, когда потребности предприятий будут максимально ясны для образовательных организаций, можно будет подстроить соответствующим образом программы, ну и наоборот, предприятия будут видеть, какие вообще есть возможности в системе образования, чтобы не было никаких иллюзий.

Иван Князев: Ну это такая глобальная история, это вот то, что отдельным пунктом написано, «совершенствование порядка формирования и распределения контрольных цифр приема в колледжи и вузы». То есть будут набирать тех, кто нужны на рынке, если есть дефицит, значит, этих мест бюджетных, коммерческих будет больше, я правильно понимаю?

Владимир Блинов: Ну, конечно, коммерческие места служат неким таким ресивером, клапаном для тех, кого не устраивает, скажем так, набор профессий, специальностей, которые предлагаются государством, это действительно так. И вообще, мы сегодня говорим о многоканальности возможностей получения квалификаций через систему профобучения, короткие программы, через подготовку непосредственно на предприятии, такое тоже возможно. Поэтому, если у нас действительно будет много поддержано государством путей получения профессионального образования, я думаю, мы существенно сможем повысить вот тот уровень трудоустраиваемости. Потому что даже вот в рамках профессионалитета 85% трудоустроенных – это, в общем-то, заданная цифра, и она достаточно высока по сравнению с тем, что есть на сегодняшний день.

Марина Калинина: Давайте послушаем наших зрителей. Юрий нам звонит из Воронежа. Юрий, здравствуйте.

Иван Князев: Приветствуем вас.

Зритель: Здравствуйте.

Вы знаете, очень хороший, оптимистический доклад мы услышали. Но что вот хочу сказать про Воронеж? Ну вот в железнодорожных колледжах практически 95% получают диплом и трудоустроиться негде. Ну, что еще можно сказать? Колледжи, вот, например, знаменитый авиационный колледж, где работала подруга Осипа Эмильевича Мандельштама, которая сохранила его тетради воронежские знаменитые на весь мир, ну что сказать? Готовят кадры, а авиационный завод стоит. Про сельское хозяйство сказать – ни одного училища, ни одного колледжа, ни одного учреждения нет, которое готовит трактористов. Все трактористы Воронежской области или старики запенсионного возраста, или без дипломов.

Ситуация, конечно, катастрофическая, производство все лежит, ну и, конечно, среди молодежи страшная безработица. Но я думаю, что Воронеж – это не самый тяжелый район, есть гораздо и хуже. Вот хочется узнать, когда же оживет экономика в России, вот услышать вашего гостя, реальная...

Иван Князев: Да, спасибо, спасибо вам большое, Юрий, за ваш доклад и ваш вопрос.

Марина Калинина: Спасибо. Сложный вопрос...

Иван Князев: Про экономику, наверное, да, нам не хватит времени на то, чтобы на это ответить, в деталях во всяком случае.

Марина Калинина: Владимир Игоревич?

Владимир Блинов: Хороший вопрос, ха-ха, явно, конечно, не ко мне. Я могу сказать только одно: если на рынке труда рабочих мест нет, то никакие усилия системы профессионального образования работать не будут. Мы можем говорить только о том сегменте, где действительно есть рабочие места, и такая потребность есть, и сегодня большинство регионов как раз, собственно, и прорабатывает этот вопрос, чтобы готовить все-таки не впустую, а на те рабочие места, которые востребованы, хорошо оплачиваются, высокотехнологичные. Но я с этого, собственно, начал, слушатель абсолютно прав, у нас сегодня только 50% ребят нормально трудоустраиваются, при этом еще четверть трудоустраиваются на квалификации, которые не соответствуют их уровню, и это, конечно же, плохо. Проблема, безусловно, есть, и без поддержки государства мы ничего, конечно, не решим.

Марина Калинина: Спасибо. Владимир Блинов, директор научно-исследовательского Центра профессионального образования и систем квалификаций Федерального института развития образования РАНХиГС.

Иван Князев: Вот что пишут наши телезрители. Из Архангельской области мнение: «За 9 лет молодежь вырастет, а жить и работать нужно сегодня». Из Мордовии: «Если позволяет образование, молодым надо давать хорошие места, не требуя стажа работы, но с испытательным сроком». Из Смоленской области: «Работы нет ни молодым, ни старым у нас в регионе», – пишет телезритель. Ивановская: «Профессионалитет даст желаемый эффект, если обязательно будет обучение в ПТУ, а затем в вузе». И вот резонный вопрос, а будет ли хватать высокотехнологичных и хорошо оплачиваемых рабочих мест молодым, это сообщение из Удмуртии. Еще один эксперт на связи.

Марина Калинина: Да. Олег Бабич с нами на связи, руководитель правового департамента Конфедерации труда России. Здравствуйте.

Олег Бабич: Здравствуйте.

Марина Калинина: Ваше отношение, ваше мнение по этой программе, которую сегодня утвердил Михаил Мишустин, будет ли она действительно работать и будет ли она в помощь, решать ту ситуацию, которая сейчас на рынке труда складывается?

Олег Бабич: Ну, я полагаю, что в настоящее время любая программа, которая бы способствовала трудоустройству молодежи как наиболее уязвимой все-таки части работников, только-только выходящих на рынок труда, не имеющих опыта, квалификации соответствующей, любая программа – это благо. Много ли денег выделяется правительством или мало, покажет только жизнь, будет понятно. Но, конечно, проблемы решать надо, у нас сегодня очень большие, достаточно высокая безработица среди молодежи, статистика показывает цифру от 15 до 20%, это достаточно много. В общем-то, конечно, с неохотой берут работодатели...

Иван Князев: Ну да, хотят привести к 90% трудоустроенность молодежи. Ну вот в следующем году, в 2022 году, на финансирование программы 10 миллиардов, почти 10 миллиардов хотят направить.

Марина Калинина: Вот, Олег Борисович, скажите, вот эти деньги в первую очередь куда должны быть направлены, чтобы хотя бы программа начала работать, чтобы какие-то первые шаги были сделаны? В какое русло их нужно направить?

Олег Бабич: Ну, прежде всего, на мой взгляд, это должны быть средства, позволяющие давать дополнительные квалификации молодым специалистам. Эти средства должны направляться на определенные льготы для работодателей, которые квотируют рабочие места для молодежи. Вот, пожалуй, это основное.

Иван Князев: А помогут ли эти субсидии работодателям все-таки создать эти рабочие места? Вот сейчас телезритель звонил нам, и пишут тоже: ну обучай не обучай, например, в Воронеже, а работать-то негде. Вот здесь в программе есть то, что молодым будут помогать в переезде в другие регионы, но так у нас города останутся без молодежи либо села и т. д.

Марина Калинина: Ну небольшие города, да.

Иван Князев: Создать-то рабочие места как можно с помощью этой программы?

Олег Бабич: Ну, я полагаю, что здесь вопрос квотирования должен быть. У нас масса предприятий, где в принципе рабочие места-то есть, людей просто молодых стараются не брать, потому что считают, что они у нас неквалифицированные, имеют мало опыта, зачем брать, так сказать, после учебного заведения, если проще взять человека со стажем 5–6 лет, он уже знает, что почем, и здесь, конечно, преимущество отдается более опытным сотрудникам. Здесь нужно квотирование. Но за квотирование нужны определенные льготы, потому что, конечно, работодатель – это все-таки не собес, работодатель всегда ищет, так сказать, где выгодно, и какая-то компенсация от государства за то, что такую социально значимую функцию работодатель выполняет, должна поступать.

Иван Князев: Но только захочет ли работодатель вот эти вот издержки терпеть, даже если ему будут за это приплачивать, это же нужно будет научить этого специалиста...

Олег Бабич: Если у нас будет законодательное квотирование, то работодателю деваться будет некуда, ну так же как с рабочими местами для инвалидов.

Марина Калинина: Ну то есть это добровольно-принудительно, получается?

Олег Бабич: Практически да. Ну, в настоящее время какими еще мерами можно стимулировать? Вы поймите, всегда, вот что бы мы ни делали с подготовкой специалистов и т. д., если у работодателя есть выбор, принимать на работу неопытного, только после учебного заведения специалиста или такого же специалиста, но с опытом работы 3 или более лет, он всегда выберет опытного. Поэтому без квотирования... Ну во всем мире это так решается, без квотирования... То есть если мы хотим решить вопрос с трудоустройством молодежи, нужно квотировать.

Марина Калинина: Давайте наших зрителей послушаем. (Да, понятно.) Наших зрителей послушаем. Лариса из Красноярска на связи. Лариса, здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Тут много всего сказали частями, и про квотирование, и про субсидии для работодателей. А я хочу вспомнить старый советский опыт распределения, только распределяли в наше время по всему Союзу специалистов, которые заканчивали вузы. Сейчас как бы с этим проблема уже не такая большая, с высшим образованием, может быть, а вот рабочих специальностей не хватает, специалистов рабочих специальностей не хватает.

Я работаю на заводе, мы выпускаем строительные материалы, завод достаточно большой, и практически постоянный вопрос с тем, чтобы рабочих подобрать. Нет профтехучилищ таких, которые бы учили специалистов для нас, они еще с советского прошлого находятся все в других регионах почему-то. Там они найти работу не могут, а у нас таких специалистов не учат. Почему бы для ребят, которых выпускают колледжи, не делать распределение на те места, где они нужны? Вот человек отучился в колледже 3 года...

Иван Князев: Ну да, понятно, Лариса, да, мы поняли, распределение нужно. Олег Борисович, давно об этом говорят.

Олег Бабич: Так распределение, может быть, и хорошо, просто эта система работала, когда у нас вся страна была одним колхозом. То есть вот у нас были государственные вузы, у нас все предприятия были государственными, и не было проблемы. А сейчас, простите, вы куда распределите? Вот есть какой-нибудь «Норильский никель», это частное предприятие – вы как туда распределять собираетесь? Ведь у нас вообще трудовые отношения – это воля двух сторон, работодателя и работника. Вы... То есть вот что значит «распределить»? Это значит обязать работодателя заключить трудовой договор. На каком основании он это будет делать?

То есть вот распределение в данном случае в рамках капиталистической системы хозяйствования не работает. Мы вспоминаем очень хороший инструмент, но он работал, когда у нас экономика по-другому работала. Законы той экономики были другие, мы сейчас живем... Нет, хорошо, давайте поменяем, вернем все обратно, будем жить и развиваться так, как мы развивались до 1991 года, тогда распределение будет работать. Я не говорю, что это плохой механизм, я просто говорю, что он не работает в современной парадигме...

Иван Князев: Ну просто сейчас применять его невозможно.

Олег Борисович, а почему у нас все-таки такой дисбаланс в вакансиях и тех, кого мы учим? Я в том плане, у нас Минтруд с Минобром никак не взаимодействуют, что ли? Сложно вот эту вот, я не знаю, систему наладить, чтобы понимать, кто стране нужен?

Марина Калинина: Наверное, не Минтруд, а Минэкономразвития все-таки.

Иван Князев: Ну или Минэкономразвития, да.

Олег Бабич: Вот каждый год, у нас когда на российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений обсуждается вопрос рынка труда, и каждый раз возникает вопрос: ну как же так, вот у нас есть огромные потребности работодателей в трудовых ресурсах в отдельных отраслях, а вузы и учебные заведения в целом не готовят достаточное количество. При этом есть обратная ситуация, когда у нас гигантский переизбыток по некоторым профессиям и, в общем-то, люди выходят, не могут трудоустроиться. И неужели наши профильные ведомства не могут как-то это все спланировать, Минобразования? Ну вот так, то есть очень... Ну этим вопросом мы задаемся каждый год, государство.

Иван Князев: И ответов на них нет.

Марина Калинина: Олег Борисович, смотрите, еще какой момент. Почему предприятия те же самые, которым нужны кадры, не сотрудничают с учебными заведениями различными, неважно, вузами, колледжами, еще на стадии того, когда человек еще учится? И что мешает работодателю взять его там к себе на практику на III–IV курсах, обучить тому, чему нужно, и потом уже после окончания вуза или колледжа взять его к себе на работу уже с опытом и молодого?

Олег Бабич: Ничто не мешает, и в принципе такая практика существует. Существует и целевое обучение, когда крупные работодатели оплачивают образование, заключают ученические договоры, ну трехсторонние, соответственно, с обучающимся, с вузом и т. д., платят стипендии под гарантию дальнейшего трудоустройства. Это есть, и большие работодатели этим занимаются. К сожалению, этого недостаточно.

Иван Князев: Ну, в рамках страны это единичные случаи, можно сказать? Почему этим не занимаются, например, госкомпании, компании поменьше? Потому что то, о чем вы говорите, ну это фактически крупные какие-то нефтяные холдинги или еще какие-нибудь высокотехнологичные компании, которые да, заинтересованы в этом, они это делают, у них на это есть деньги.

Марина Калинина: Ну как-то несильно это все распространено в нашей стране.

Иван Князев: Почему другие не хотят?

Олег Бабич: Ну, к сожалению, да, пока у нас вот работодатели не все, далеко не все этими вопросами себя утруждают, и это, конечно, плохо. И здесь государство как-то тоже должно, наверное, немного стимулировать работодателей, чтобы они...

Иван Князев: ...сами немножко встрепенулись, чтобы не просто кричать «У меня некого брать на работу, вы мне предлагаете непонятно кого»...

Марина Калинина: «А без опыта я не возьму».

Иван Князев: Да, необученных специалистов, а самим хотя бы посмотреть, что у нас, где кого учат, может, прийти, я не знаю, если есть деньги, кому-нибудь стипендию заплатить и т. д.

Олег Бабич: Согласен. Ну вот у крупных предприятий такая практика имеется. Но, к сожалению, конечно, как вы и говорили, у нас это пока не распространено настолько, насколько это, может быть, было бы необходимо. То есть работодатели часто пытаются уже получить что-то готовое, когда вот люди за госсчет или за собственный закончили учебное заведение и дальше, так сказать, в свободном поиске вот... Типа а куда он денется, все равно придет, работа-то... А в итоге мы получаем то, что получаем, потом они начинают жаловаться, что не хватает работников. Кстати, в основном это ведь даже не вузов касается, у нас проблемы как раз на уровне вот образования, подготовки среднего технического персонала и подготовки рабочих профессий, вот там вообще... Основная потребность именно там.

Иван Князев: Ну да. Я помню, в городе, в котором я вырос, там в основном были судостроительные и рыбодобывающие предприятия, и там было несколько ПТУ. И я помню, там даже, например, сварщиков, водителей, их даже учили специально, адаптировали их профессии именно вот к работе на конкретных предприятиях. И руководитель предприятия, и директор того же ПТУ, они в принципе даже знали, куда ребята пойдут учиться. Вот этот вот connection бы наладить...

Олег Бабич: Да, эта система раньше работала, я сам по первому образованию, у меня первое техническое образование, и, когда я учился в техникуме, техникум сотрудничал с танкостроительным заводом, мы проходили соответствующие практики...

Иван Князев: Да-да-да, потому что варить, например, на судне либо на танке – это совершенно даже разные специальности, хотя в принципе один и тот же сварщик.

Олег Бабич: Сейчас это, конечно, утрачено, то есть там вот эта связь прервана. Многие учебные заведения просто за последние 20 лет закрылись фактически, а нового не возникло, а то, что есть, ну очень мало.

Марина Калинина: Еще один звонок, Константин из Москвы. Здравствуйте.

Зритель: Добрый день.

Я считаю, что никакие постановления, никакие указы, спущенные сверху, проблеме не помогут. Потому что проблема у нас одна: работодатель берет на работу того, кого хочет, без всяких критериев возраста, образования, опыта. У него свои критерии. Это не государственное время, как было при СССР, когда все было государственное, были квоты, было все, вот как вы сейчас рассказываете, все это я прекрасно застал, помню. Не хочет – не возьмет, и фраза вашего гостя о том, что предпочтет опытного возрастного, у кого опыт, стаж и т. д., совершенно опровергается практикой. Несмотря на то, что у меня два высших, ученая степень и мне за 50, я был тоже безработным несколько лет, никто меня никуда не брал, потому что шибко умный, у нас вот такой критерий.

А кто сидит, кто устроен на работах? Приходишь, начальнику 20 лет, 20–25 лет. Вот по каким критериям взяли его сразу в начальники в 25 лет? Он что, опытнее меня или профессиональнее меня? Ну в жизни не поверю, у меня один стаж только 30 с лишним лет, а у него возраста только 20 лет. Понимаете, здесь критерии очень загадочные у работодателя, и никакими квотами, никакими понуждениями никак не заставишь его взять ни молодого, ни среднего, ни уж... Тем более сейчас полный кошмар начнется вот с повышением пенсионного возраста, эти люди просто будут ходить как голодные, нищие, с протянутой рукой.

Марина Калинина: Спасибо за ваше мнение. Олег Борисович, как прокомментируете?

Олег Бабич: Ну, исключения только подчеркивают правило. Когда мы говорим о том, что работодатели всегда предпочитают более опытного молодому сотруднику, мы говорим о тенденциях, о, так сказать, средней температуре по больнице. Конечно, бывают всякие случаи, в том числе и такие, как вот телезритель говорит, да, и такое бывает. И там могут быть разные варианты, почему предпочли молодого. Может, он близкий родственник директора...

Марина Калинина: Вот, это тоже вариант, да.

Спасибо. Олег Бабич, руководитель правового департамента Конфедерации труда России. Ну а мы к следующей теме переходим.

Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать
Авторизуйтесь, чтобы быстро и удобно комментировать

Ваш комментарий будет опубликован после проверки модератором

Комментарии (3)
Олег Столяров
продолжаем разговор, чтоб народ "кирпичами в экран не стал кидаться". Действительно, эту программу надо начинать с возрождения советской триады образования : "знания- умения-навыки". И , если в городе всего пара, тройка предприятий, которым требуются рабочие высоких разрядов (а сварщики 5 разряда сейчас крайне дефицитны), то создать в школе мастерскую по обучению старшеклассников для них не составит труда. Кстати, одна из московских школ уже развернула (в совхозе Грудинина ) полноценный инженерный центр. В результате выпускники школы выходят уже весьма компетентными в перспективных специальностях. А развлечения школ с кванториумами можно оставить, если они , конечно, будут использоваться в мирных целях.
Олег Столяров
продолжаем разговор. Не может и не должно быть целью программы трудоустройство 80% или 90% молодежи. Цель должна быть : удовлетворение потребности экономики России в квалифицированных кадрах за счет молодежи возрастом до ....дцати лет. Тогда проблема начинает иметь программное решение. Иначе мы опять выполняем план по валу. Может быть даже в ущерб качеству специалистов.
Олег Столяров
продолжаем разговор. Перспективные рынки труда сейчас создаются выпускниками университетов ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОГО ТИПА. В России их не могут создать с 2009 года. А всего то нужно добавить в программу: стратегическое бизнес-планирование, маркетинг и корпоративное финансирование. Но ! Преподавать эти дисциплины должны не ученые теоретики, а эксперты.
О долгосрочной программе занятости молодежи. В каких сферах будут вакансии?